Книга Якова Кротова. В моей книге несколько тысяч глав (эссе, исторические очерки, публицистика), более 4 миллионов слов. Это своего рода «якопедия», из которой можно извлечь несколько десятков «обычных» книг. Их темы: история, человек, свобода, вера.

Афоризмы. О своей жизни

Мой отец из концлагеря присылал нам «Каргу» — «Карманную газету». Брал новости о нас и фотографии, которые ему присылала мама, и изготавливал великолепные такие книжечки.

Моя книга, каждый день расширяющаяся, это «Инга». «Интернетная газета». Можно «Хринга» и «Принга». А может, лучше а ля Свифт «Гуинга».

*  *  *

Я раб Кремля от рождения и, боюсь, до смерти. Но я не работал на убийства, совершаемые Кремлём и его солдатами.

Было, я изучал историю русского дворянства XVI-XVII веков, а это история убийц. А стало: я написал историю преступлений Кремля — его завоеваний и обманов, и последнее написанное жирнее первого.

Восслед Сергеичу восславил я свободу и к не убий я призывал.

Моя совесть нечиста, потому что я духом Джек Потрошитель, но руки мои чисты, потому что я мыл их регулярно, и маску порядочного человека я носил неукоснительно, чтобы меня не соблазняли малые сии.

А вот кое-кто кое-где не у нас живут в Нью-Йорке и работают на войну и несвободу!

Таки кто тут выходит блудный дочь?

*  *  *

Я сторонник заповеди «не убий никогда и никого». Если, не убивая, я окажусь рабом китайцев или туарегов, так тому и быть. Не привыкать — был рабом Кремля, стану чьим-то ещё, священномучениче Хижино Дядитомианское, моли Бога о мне грешном. Но убивать грех, лучше быть рабом, чем убийцей. Кто думает иначе, обычно сам не воюет, лишь хочет, чтобы за его свободу убивали другие, а он им заплатит. Наличными или налогами.

*  *  *

Я пишу так, словно на кого-то нападаю? Словно кому-то что-то доказываю? Мурр, спасибо за комплимент! Да, я не Сахар Медович. А вы не боитесь сахармедовичей? Силовиков за их спиной не замечаете? Или вам нравится силовичество? Вот за моей спиной железно ни одного боевого кролика нет.

Матушки, сколько ж любителей кататься на троянских лошадках! А потом удивляются и Бога упрекают: все люди такие ласковые, глаза у путиных и гундяевых добрые-предобрые, значит, от Бога зло, больше не от кого... Ну и от меня, конечно, но для меня честь оказаться в такой компании.

Даже Померанца не пощадили — взяли его фразу про пену на губах ангела и превратили в оправдание сахармедовичей с атомными бомбами. 

Сохрани меня Бог от добрых людей, это они чуть меня не угробили в Филатовской больнице и всю жизнь мешали и мешают работать. Николай Романов, Лениныч, Сталинидзе, Хрущёв и далее — ни одного злого человека не было среди правителей России, все добрые и ласковые, сдержанные, и народ такой же, один я выродок.

* * *

Вот бывают основоположники... скотоложники...

А я — противоположник.

* * *

Если уж молиться по признаку сходства, то мой покровитель — блаженный Августин. Вокруг цивилизация погружается в варварство — что делать? То же, что всегда — дописывать, что начал писать. Августину было тяжелее: он не имел интернета, не знал, что не всюду торжествует варварство. С другой стороны, Августин был крепче в вере и видел Град Божий, недоступный вандалам и побеждающий вандализм.

* * *

В смерть некоторых людей трудно поверить. В смерть отца Александра Меня было невозможно поверить. Думаю, в смерть Иисуса было невозможно поверить даже тем, кто за ней наблюдал.

Со мной будет иначе. «Слыхали, Кротов умер?» -»Как, только сейчас? Кто бы мог подумать, я думал, в конце девяностых! Представляю, как он в реанимации правды требовал!!»

Вся моя жизнь вполне может быть описана в рамках пушкинской сказки. Жил-был Балда. Стал Балда попом.

* * *

Прометея клевал орел в печень, а меня клюёт петух в з…цу. Зато я не прикован и не краду ничего у богов, а возвращаю украденное Богу.

* * *

«Либеральное» — не мой любимый термин. Но тут как с «еврей» — я ненавижу национальное любое, но если антисемит выползает, я напоминаю, что я «галахический еврей». Тем более, есть в этом что-то от «галактический еврей».

* * *

Да, я не святой. И как человек, написавший несколько тысяч биографий святых, скажу: ваше счастье!

* * *

Когда в 1990 году я впервые написал в газету (это был, увы, некролог отцу Александру), я был не в силах перечитать написанное. Потом многие годы я с большим трудом заставлял себя перечитывать написанное, ломая врождённую убеждённость, что написано идеально и без ошибок. Сейчас я нервничаю, если сразу не перечитал написанное три-четыре раза...

* * *

Полемизировать с человеком других убеждений нужно так, чтобы, в случае, если ты переменишь свои убеждения на его, не было мучительно стыдно за то, что и, главное, как ты говорил раньше. Хамство в полемике часто (не всегда) объясняется подспудной неуверенностью в идеях, которые защищаешь. Вообще полезно себе представить, что ты завтра проснёшься атеистом — сразу тянет помолиться, а если атеист — ну Канта почитать, что ли...

* * *

Да, у меня тяжёлый характер. Порядка 10 мегатонн. Но ведь 40 лет назад было около 12-ти!

* * *

Крымваш. Сиваш. Кремльваш. Сибирьваш. Сивашваш. Космосваш. Мавзолейваш.

Яневаш!

* * *

Да, я пишу вычурно, маньеристски, элизабетински. Но я не пишу заумно! Я так писал уже в 19 лет. Иначе мне скучно. Кстати, я изначально дал себе слово не цитировать слишком много, не щеголять знаниями и, кажется, в эссе не очень щеголяю, сдерживаюсь. В отличие от некоторых типа Максима Соколова.

Присядешь с утра перед променадом записать мысль на манжете и сидишь уже час — так эта дура раскаталась в эссе как тёщин язык.

Я говорю проще, чем пишу. Когда я говорю, я словно черчу по прямоугольной линейке. Когда я пишу, я пользуюсь лекалом, да просто рисую. Но кто сказал, что чертёж понятнее картины маслом?

 

См.:  О себе. - История человечества - Вера - Христос - Свобода - На первую страницу (указатели).

Внимание: если кликнуть на картинку в самом верху страницы со словами «Книга Якова Кротова», то вы окажетесь в основном оглавлении, которое служит одновременно именным и хронологическим указателем