Книга Якова Кротова

Евангелие Фомы. 100. Банк человечности

«Иисусу показали золотой и сказали ему: Те, кто принадлежит Цезарю, требуют от нас подати.

Он сказал им: Дайте Цезарю то, что принадлежит Цезарю, дайте Богу то, что принадлежит Богу, и то, что мое, дайте это мне!» (Евангелие Фомы, 100).

Изречение было популярно настолько, что встречается и вне канонических евангелий как отдельный афоризм, не относимый к Иисусу.

 Например, в «Изречениях Секста»: «Воздавай строго мирское миру, а Богу – Божье. Считай, что душа твоя имеет от Бога залог» . Только более точный перевод «душа твоя дана тебе Богом в заклад» (τὰ μὲν τοῦ κόσμου τῷ κόσμῳ, τὰ δὲ τοῦ θεοῦ
τῷ θεῷ  κριβῶς  ποδίδου). Человек — депозит Божий! Тут, конечно, «Богу — Богово» приобретает особое звучание.

У Фомы бросаются в глаза два отличия: не динарий, а золотая монета, ауреус.  Ауреус равен 25 динариям! Но и евангелист Матфей тоже то и дело заменял корректные денежные суммы Луки на совершенно фантастические, подчёркнуто нереальные таланты.  Это поэтический приём.

Интереснее, конечно, добавление «что мое, дайте это мне». Сторонники гностичности текста выводят из этого, что перечисление идёт от низшего (кесаря) к высшему (Иисусу), значит, «бог» здесь — злой демиург. Очень нужно найти демиурга — он в евангелии Фомы не упомянут ни разу, а гностицизм без термина «демиург» как марксизм без классовой борьбы. Тем не менее, такое понимание не стыкуется со всеми другими упоминаниями Бога у Фомы. Так что Иисус всё-таки не ставит себя выше Бога. Ставит ли Он себя тут наравне с Богом?

Слово «подать» тут носит общий характер, как у и Луки «форос», тогда как у Марка и Матфея речь идёт о κῆνσος, это подушный налог.

Наиболее радикальное отличие не в том, что Фома добавляет, а что у него отсутствует. Нет про изображение на монете. Это очень важно. Вариант с изображением — глубоко остроумный ответ, в стиле многих других «канонических» высказываний Спасителя. А так — совершенно непонятна логика. Гейтеркол вынужден предположить, что Иисус рассматривает монету как часть «экономики империи», а экономика империи принадлежит-де императору. Это решительный анахронизм. Никто в античность не мыслил ни о деньгах, ни об императорах. Монета принадлежала тому, у кого она была. Заявить, что монета принадлежит тому, чей на ней профиль — шутка и только шутка. Более того, эта шутка имела смысл только, если на монете был профиль Тиберия, а не покойного уже Августа. Так что вариант Фомы, увы, показывает, как даже яркий образ способен стать жертвой эффекта испорченного телефона.

Если же пытаться как-то разделить — что нужно отдавать Богу, а что Сыну Божьему… Деньги Иисусу точно не нужны. Всё, что Ему нужно, перечислено в знаменитой проповеди о Суде. Ему нужно есть — корми голодного. Ему нужна свобода — навести заключённого. Спаситель потому Спаситель, что Ему нужно всё, что нужно мне, нам, каждому и всем. Он делает Себя нашим заложником, нашим закладом. Человек — не депозит Божий более, а прямо наоборот: в Иисусе Бог — депозит у людей, вложен в человечество и распределён по миллиардам держателей человечности. 

См.: Человечество - Человек - Вера - Христос - Свобода - На главную (указатели).

Золотой с изображением Тиберия

Tiberius (AD 14-37). AV aureus (19mm, 7.58 gm, 6h). NGC VF 4/5 - 4/5. Lugdunum, ca. AD 18-35. TI CAESAR DIVI AVG F AVGVSTVS, laureate head of Tiberius right / PONTIF MAXIM На реверсе Ливия как олицетворение Пакса. RIC 29. Calicó 305a. Well centered on a nice round flan.