Яков Кротов (http://yakov.works)

Размышления и истории. - Библиотека.

8 июля 2018 года, воскресенье, 18 часов UTC (за 8 - 3 - 1 июля)

Что, страшно видеть, как историческое христианство — да как религия вообще — ужимается до размера спичечного коробка и отправляется на свалку истории? Вместе с тобой, вместе со мной? Неприятненькое ощущение? Ну вот, значит появляется возможность понять, что чувствовали Пётр и Павел, когда их вели на казнь... Только они ещё отчаяннее на всё глядели, у них же не было позади ни храма Покрова на Нерли, ни Сикстинской капеллы, одни неудачи...

 

КОСМОСНАШ! А БОГ — НАОБОРОТ.

Простая мысль апостола Павла о том, что не надо крестными отцами меряться (1 Кор. 3, 21), далеко не проста. Что делают люди, один из которых гордится тем, что его крестил Павел, а второй — тем, что его крестил Пётр? Они убивают себя, они аннулируют крещение.

Крещение это смерть — я пришёл и утопился. «Очищение», «помывка», «миква» — это метафоры. Какое, к лешему, очищение?!! Для меня все умерли, я для всех умер. Опускаюсь на дно. И вдруг какой-то огромный белый монстр мимо меня взлетает, и меня увлекают струи воды, летящие вместе с ним, и мы выскакиваем из воды вместе, на радость китобоям. Ну, рано радуетесь! В храме Белого Кита, в храме, где свет, вода и воздух смешиваются в мощном фонтане, — не загарпуните! Кончилось ваше царство!

Что делает человек, который гордится тем, что его крестил сам Пётр или сам Павел? Он себя топит, привязав на шею Петра или Павла. Он похож на лягушку из анекдота про ветеринара, к которому в кабинет вваливается бегемот и с головы бегемота квакает квакушка: «Доктор, у меня к ж...пе что-то прилипло!» Отлепись!

Павел употребляет самый сильный образ из тех, что доступны иудею — Храм. Для православного уха фраза про «вы храм Божий» (там же, 16 стих) звучит вяловато — много их, храмов, по святой Руси. Но для иудея Храм — один. Ты — Храм! Единственное место в мире, где Бог свободен. И что ты делаешь? Ты в этом храме ставишь статую, идола, кумира. Конечно, легче любить Павла или Петра, чем Бога! Они понятнее, они осязаемее, они люди, как ты сам.

Любить Бога означает любить не себя, любить человека означает любить себя — вот почему любовь к людям без любви к Богу есть эгоизм, и вот почему те, кто любят людей, будучи неверующими, божественнее верующих, которые веру тратят на идолов.

В синодальном переводе не очень удачно: говорится «вы плотские, когда делитесь на «павловых» и «петровых». В греческом не «плотские», а «антропои» — «вы человеческие» — как и в ст. 21 «не хвались человеками», «. Человеческое, слишком человеческое!

Идолопоклонство — страшная штука, потому что, говоря «я — Павлов», человек делает себя собственностью Павла. Он так поступает, чтобы присвоить себе Павла, но выходит всегда наоборот — ты перестаёшь принадлежать себе, ты принадлежишь идолу. Не Павлу — а фикции, которую ты сам и создал и назвал Павлом. Ты стал предметом, рабом, ты неживой. А как правильно?

Ты взмываешь в Небо — и тут Павел захлёбывается: «И Павел, и Пётр, и космос, и жизнь, и настоящее, и готовящееся, — всё твоё!» Не «среда определяет сознание», а ты — повелитель мира, и меня ты повелитель, ты царь... Там не «ты», там «вы» — в этом взлёте исчезает одиночество, Белый Кит увлекает в Небо всех, кто рискнул утонуть вместе с ним.

«Вы же Христовы, Христос же — Божий».

Вот ключевая мысль, вот почему Иисус — недостающее звено. Потому что Машиах, Спаситель, Христос — не совокупный идол, не слуга народа или даже всего человечества, гарант процветания и мира. Он — Божий. Божий до неразличения. Иисус Спаситель человечества именно потому, что Иисусу Бог важнее человечества. Даже не важнее... Это трудно выразить, но невыразимое вообще трудно выразить, хотя только невыразимое есть смысл пытаться выразить. Выразить трудно, прожить — невозможно, и чтобы выразить невыразимое, нужно невыразимое прожить. Это и есть жизнь вечная среди жизни смертной, воскресение среди антивоскресения.

БУДУЩЕЕ ИНФОРМАЦИОННОЙ РЕВОЛЮЦИИ: ДОЛОЙ СКЕПСИС!

Информационная революция, информационный прогресс в основном пришлись на ХХ век. Именно ХХ век — век информации, её количественного и качества роста, свободы её получения и распространения. Мировые войны и кошмары национализма забудутся, это — останется.

ХХ век был, соответственно, и веком скепсиса по отношению к информации. Например, Жак Эллюль и его популярная книга о пропаганде, подчёркивавшая, что фактами легко манипулировать. Казалось бы, что тут удивительного? Почему Эллюль был в таком шоке, почему этот шок так популярен по сей день? Потому что в течение предыдущих двух веков господствовала механистическая вера в силу факта. Факт — научный, позитивистский, механический факт — занял место Библии. И вдруг оказалось, что как Библия не предотвратила крестовых походов и инквизиции, даже была ими использована, так факты не предотвратили Освенцима и Гулага. Эллюль обрушился на людей: они-де недостойны фактов. Так луддиты крушили станки. Ни станки, ни люди не были виноваты.

Не надо было переоценивать факты, не надо было и не надо. Надо просто принять факт ограниченности фактов. Это полный аналог обращения с логикой, в которой долгое время видели панацею от ошибок — и которая не была панацеей, потому что логика это грамматика, не более и не менее.

Неверные факты безусловно делают информацию дезинформацией, но верные факты ещё не гарантируют ни верность информации, ни полноценность общения. Собственно, факт существования общения — как того, частью чего является информация — и есть главный факт, который до сих пор непонятен позитивизму. Информационная революция есть революция не информации как таковой, а революция в общении, в коммуникации. Революция начавшаяся, но далеко не завершённая. Это революция, как и прочие, сосредоточена на человеке как активном участнике коммуникации. Между тем, для Эллюля и многих других человек — пассивный реципиент. Другой человек. «Другой это ад» — другой не умеет, как я, распознавать манипуляцию фактами. Другой дурак, увы, и большинство людей тупые скоты. Так Просвещение оборачивается Презрением. Причём презирают как раз просвещённые.

Страхи информационных луддитов, скепсисов и циников никуда не исчезли. Они лишь расцвели с появлением интернета. Мощное средство коммуникации используется как газета в сортире. Из пушки по воробьям. Обидно!

Нет причин для скепсиса и разочарования. Рациональных причин. Разочарование — следствие иррациональной убеждённости в том, что прогресс быстро и прямолинеен. Убеждённость эта основана на примитивном, оторванном от фактов представлении о человеке как существе простом, наподобие фотоэлемента, существе пассивном. Это не проявление веры в человека, гуманизма, восхищения человеком. Это проявление как раз упрощения человека, примитивизации человека — и восхищения этой примитивностью. Человек намного интереснее представлений о нём «гуманистов». Намного загадочнее, потенциал его неизмеримо мощнее.

Сегодня лишь заря информационной революции. Впереди намного больше, чем позади. Критерий довольно прост: при всём обилии информации, люди читают меньше, чем слушают и смотрят, а пишут меньше, чем читают. Это абсолютно ненормально, это — дикарство и отсталость. Ничего, пройдёт! Если, конечно, не оставлять стараний и сознавать задачу. Только речь — настоящая коммуникация, творческая, а не потребительская. Речь устная, письменная, диалогическая. Никакие музыка, театр, видео и аудио не заменят речи. Да, до мало-мальского приличного владения речью — включая далеко не самое сложное умение, умение опознавать манипуляцию фактами — ещё очень и очень далеко, намного дальше, чем до высадки на Марс. Но если задача понята, она будет решена скорее, чем если эту задачу не сознавать или отрицать.

 

РАССТРОЙСТВА ОБЩЕНИЯ: НЕПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ, ИЗБИРАТЕЛЬНОСТЬ

В самом простом виде — в интернет-троллинге — избирательность проявляется как письмо от незнакомца на интересующую вас тему с каким-нибудь (не самым вздорным, но тем более требующим возражения) замечанием. Если вы откликнетесь, изложив свои соображения, они будут проигнорированы, будет предложена новая тема. Может быть, она будет (косвенно, по случайному признаку) связана с предыдущей, но вовсе не обязательно.

Как приём издевательства (а троллинг есть всего лишь издевательство), непоследовательность — явление тщательно спланированное, продукт холодной и злой мысли. В повседневном же общении такой перескок с темы на тему вовсе не обязательно свидетельствует о дурном к вам отношении. Он даже не свидетельствует о неумении держать нить разговора. Очень часто это проявление большой внутренней гармонии общающихся. У постороннего человека, впервые к вам обращающегося, такого созвучия с вами не может быть по умолчанию, если корреспондент совершает «квантовый скачок», значит, он вас проверяет — тестирует — готовы ли вы простить ему нарушение правил вежливости, позиционирование себя как человека близкого. Вдруг вам одиноко, вдруг вы так истосковались по общению, что простите фамильярность и примете вальс, в котором вы будете ведомым, а корреспондент — ведущим. Непоследовательность заставляет вас идти по чужим следам. Приём срабатывает, иначе бы «троллинг» как понятие вообще не существовал.

Тот же самый приём используется и в любой речи, в любой риторике, в любой пропаганде и агитации. Это далеко не всегда нечистоплотность и манипулирование. Как всегда, зло пародирует, извращает добро. Нормально для мышления прокладывать новые связи, совершать неожиданные сопоставления, это непременная черта хорошей эссеистики, да и любой литературы. Монтень не спрашивает читателя, согласен ли тот с поворотом сюжета — а повороты у Монтеня как серпантин в горах Прованса.

Можно быть уверенным, однако, что в реальной жизни Монтень так не разговаривал. Эссе, книга вообще подразумевает очень своеобразные отношения: один говорит, второй молчит. Можно ли считать, что писатель «ведущий»? Конечно, нет — во всяком случае, если писатель хороший. Плохой писатель либо претендует быть учителем жизни, либо — что, возможно, ещё паршивее, а впрочем, часто совмещается с проповедничеством — подстраивается под читателя. Это уже не литература, а порнография, даже если книга об искусстве, богословии, политике — когда пишут то, что читатель ожидает прочесть.

Отличить манипуляцию темами (и фактами, поскольку каждый факт уже есть и некоторая тема), опознать увод разговора в сторону, — дело не очень трудное. Трудно не ошибиться, не принять полёта мысли за издевательство. Случается ведь полёт мысли? А как же! Во всяком случае, к этому надо быть готовым. Вот почему лучшее средство борьбы с троллингом вообще и манипуляцией ходом разговора в частности, — не протестовать, увидев манипуляцию, не уличать и не кричать «караул». Ну, украли у вас веру в добросовестность и/или рациональность собеседника — и что? Ведению полиции это не подлежит. Для себя выводы сделать можно, да и то — не слишком категорически, оставляя возможность корреспонденту доказать, что он вовсе не манипулирует. Просто золотое правило этики напоминает, будь оно неладно, что и мы сами способны иногда... того... совершить квантовый скачок там, где нужно просто поддержать беседу, вникнуть в ход рассуждения собеседника, посочувствовать. А если уж очень тянет побыть Монтенем — будь им. Но, как и Монтень, в своей собственной книге.

 

 

 

Я буду очень благодарен и за молитвенную, и за материальную поддержку: можно перевести деньги на счёт в Paypal - на номер сотового телефона.

Почти ежедневно с 1997 года

Фейсбук: https://www.facebook.com/james.krotov. - Почта.

Поиск по сайту через Яндекс:

    

 

Чтобы ежедневно получать обновления этой страницы

введите свой эл. адрес и нажмите кнопку с надписью "Подписка":

Материалы рассылки не подлежат тиражированию, цитированию и использованию без разрешения автора.

Просмотр архивов на groups.google.ru

RSS: http://krotov.info/rss.php

http://twitter.com/#!/Krotobot или по-твиттерному @Krotobot

Мобильная версия

Место библиотеке любезно предоставлено JesusChrist.ru