Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ

Оглавление книги


Евангелие от Иоанна


Ио 1, 51 И говорит ему: истинно, истинно говорю вам: отныне будете видеть небо отверстым и Ангелов Божиих восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому.

№24 по согласованию; только у Иоанна.

В начале и в конце проповеднического пути Иисуса два похожих человека: Нафанаил и Фома. Оба скептики. Оба требуют максимальных доказательств. Обоих Господь не осуждает, не ставит им в пример тех, кто с пеной у рта и поленом в руке защищает Христа от злокозненных кощунников, неверующих и пр. Им Господь не говорит ничего насчет хулы на Духа Святого. Их Он хвалит, и им обещает великие открытия: Нафанаилу - открытое небо, Фоме - открытые раны. Конечно, открытая рана в теле Христовом больше вселенной, ведь Иисус - творец ее. Видит невидимое (ангелов) не тот, кто видит иконы - а в православной традиции этот текст приурочен к литургическому воспоминанию о победе над иконоборцами. Видит невидимое тот, кто не лжет, не лукавит, не подвирает, и прежде всего - не обманывает самого себя, не выпендривается перед собой, не замазывает свое состояние своими действиями, титулами и пр. Такой человек видит, что он ест ничто - и через это ничто видит ангелов и Христа.

*

Иисус говорит, что верующие увидят лестницу, возводящую на небеса, и ангелов, которые подымаются и спускаются по лестнице. С глубокой древности люди мечтали о такой лестнице, строили храмы в виде лестниц, устремлённых к небу, праотец Иаков поверил в Божьи обещания, увидев лестницу, возводящую ввысь, по которой движутся ангелы. Хочется человеку вверх. Но не потому, что человек рождён летать, не потому, что нам плохо на поверхностности земли, а потому что человек живёт в преисподней. Как говорил Бернард Шоу, "не пугайте меня адом, я был в рабочих кварталах Чикаго". Да что Чикаго - там уже давно рабочие живут так, что люди мечтают работать в Америке. Не пугайте нас адом и тлением - каждый в себе носит это тление. Грехопадение есть падение не на землю, а намного глубже. Да, человек этого обычно не замечает. Мы даже удивляемся: почему дряхлеет тело, если душой мы юны? Душа-то юна, это уж от Бога, только моя юная душа похожа на девицу, у которой изо рта воняет, глазки бегают блудливо... В общем, лучше не приближаться. Да только душа сама приближается к человеку - и это самый страшный из ночных кошмаров. "Часов неумолимый бой" страшен тем, что предвещает встречу с своей душой - смердящей, просящей вывести её из ада и гнили. Она просит, а человек бессилен. Тело человек в силах подправить материальными, телесными же средствами - тут протез, там очки. Душу же подгнившую не подправить - это как ржавчина на автомобиле. Зацвел кузов, появились рыженькие снежинки - всё! Замедлить процесс можно, повернуть вспять нельзя. Цветут душонка цветами разложения, коррупции, бездушия. Но Христос спускается и в этот ад! Он не только воскресил Лазаря - у которого лишь тело было мертво. Он может воскресить и мёртвую душу - лишь не мешай, даже не то, чтобы "проси". Не мешай! У Бога с людьми отношения как у людей с коррумпированным государством: не надо помогать, только не мешай. Слава Богу - Господь выводит нас из ада нашего бесстыдства и подымает - вот она, лестница, возводящая на небеса. Сам Господь - лестница, возводящая - можно сказать, "на небеса", можно сказать "к норме", "к любви", "к человечности". Как хорошо, что люди - не ангелы; те, бедные, по лестнице снуют вверх и вниз, а мы можем и призваны - только вверх.

*

Ио. 1, 51 «И говорит ему: истинно, истинно говорю вам: отныне будете видеть небо отверстым и Ангелов Божиих восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому»

(По проповеди в воскресенье Торжества Православия 1 марта 2015 г.)

Грехи делятся на тяжелые и легкие, на вольные и невольные, но грехи не делятся на видимые и невидимые. Бог не судит наши намерения, Бог судит наши дела – а вот прощает нас Бог не за дела, а за намерения.

На первый взгляд, есть греховные чувства – например, зависть. Но и зависть – такое же действие, как прелюбодеяние. Позавидовал – уже в сердце своем овладел. Человек и есть обезьяна, способная видеть добро и зло, видеть то, что невидимо физическими глазами. К сожалению, способность видеть может деформироваться в жажду повелевать добром и злом, а что из этого выходит, мы все помним.

Зло часто лжет и говорит: «Я этого не делал! Я бы взял взятку в миллион, а не в тысячу!» Это ложь – грех и копеечкой не побрезгует. Ему же важен не размер, а принцип. Переступи через совесть! Поэтому зло может и копеечку у бабки отобрать, а может и внаглую миллиард человек убить, приговаривая: «Ну, это не я, я же не идиот, миллиард убивать – сразу поймут, что это я». Зло не боится быть пойманным, зло боится не совершить зла, вот в чем зло-то!

Как видим любой грех, так видимо и спасение от греха. Когда Иисус говорит Нафанаилу, что тот увидит ангелов, что имеет в виду Иисус? Где в Евангелии про этих ангелов? Нету! Буквально – нету! Что ж, Господь солгал?

Нафанаил видит – и всякий верующий видит – то, что другие не замечают. Почему – да, наверное, по-разному. Кто-то спешит по делам, кто-то погружён в себя…

Что увидел Нафанаил, непонятно, если не понять, что увидел Иисус в Нафанаиле, что сделал Нафанаил под смоковницей. А это ведь ясно – если Иисус говорит, что Нафанаил «израильтянин, в котором нет лукавства», то Нанафаил под смоковницей покаялся. В чём каялся Нафанаил – тайна исповеди, к счастью, но меню-то не изменилось и по-прежнему начинается с салата из яблок, а заканчивается смертью. Ясно, что это было покаяние из самых редких и важных – когда человек не перечисляет плоды греха, а вдруг видит его корень, уходящий в глубину нашей души и высасывающий оттуда все соки.

В отрывке из послания к евреям, который читается вместе с этим рассказом в воскресенье Торжества Православия, первым героем веры называется Моисей. Но ведь Моисей не был атеистом! Его подвиг веры – что он перестал называться тем, кем он не был, египтянином. Он увидел в себе невидимого – однородца угнетённым, и предпочёл невидимую правду видимому комфорту. Так и мы – лучше нам быть не с сильными, не с правящими, не с ликующими. Вот когда торжествует Православие – когда утверждается в душе образ смирения, когда мы открываем в себе подобие не Ироду Великому, а невеликому Иисусу. Иисус пришёл не к лучшим, а к худшим – и в нравственном отношении тоже к худшим. Ну какие были евреи в Египте? Трусливые, подлые рабы, заискивающие перед надзирателями крысятники, не имеющие великой литературы, которую имели египтяне. Но Моисей увидел в них людей – и в себе увидел человека только, когда понял, что человечность не в материальном, а в духе. Даже нравственное совершенство – еще не человечность, человечность выше – подобие Богу, которое есть и в самом распоследнем подлеце.

Моисей предпочитает быть свободным с вонючими рабами, но с высококультурными рабовладельцами. С доносчиками, но не с теми, кто поощряет доносы. Ведь евреи грозились на Моисея донести. И вот воскресение наше – это исход из подполья, но исход вместе с крысами, которые по мере исхода превращаются в людей.

Нафанаил, пойдя за Иисусом, что увидел? Ссоры учеников, предательство, бездомность. Где тут ангелы?

Когда мы идём по городу, мы идём по очень опасному пространству. Автомобили, воры, полицейские, грязь физическая и моральная. Однако, мы обычно идём без проблем – потому что у нас есть видение своей цели, у нас есть знание города, у нас есть боковое зрение, которое охраняет нас от неожиданностей. Мы идем и не видим отделения полиции, но мы знаем примерно, где оно. Мы знаем, где мы можем найти медицинскую помощь, где находятся магазины, где храм. Это – физическое и интеллектуальное зрение. А есть и духовное зрение – молитвой, покаянием, постом. Когда мы видим, что в мире есть Бог, когда мы знаем, что в самой отчаянной беде можем обратиться к Нему и получить поддержку, - вот то, что Иисус обещал Нафанаилу и что исполнилось. Вот что изображает иконопись – изображает невидимо, рисуя видимое. Его ангелы среди нас, и ходить среди людей надо с учётом этого. Ангел ведь может не только помочь, но и помешать – как помешал ангел Валааму. Ослов и сегодня предостаточно.

Когда Иисус говорит Нафанаилу, что ангелы восходят и нисходят к Сыну Человеческому, это ведь не об ангелах, это о Сыне Человеческом. Он то внизу, то вверху, то рядом с нами, то рядом с Отцом Небесным, вот и приходится ангелам то спускаться, то подыматься. Им не трудно, им в радость. Нам – не в радость, нам трудно, мы не успеваем отслеживать, где Иисус. Мы вечно запаздываем, мы вечно хотим, чтобы Он был там, где удобнее нам. А Он там, где нам нужнее, и поэтому иногда Он слишком близко – нам неуютно, мы собрались малость попроказничать – а иногда слишком высоко, а мы хотели, чтобы Он поколотил наших врагов. А иногда Он так низко, куда живые вообще не попадают, и мы туда хотели бы отправить всех наших врагов, а Он всё-таки и там бывает с ангелами. Что ж, тем крепче наша надежда на то, что Господь и нас не оставит, как бы низко мы ни пали, а если не оставит – так зачем падать? Лучше будем пытаться следовать за Ним и в Его величии, и в Его смирении, для этого и надо понимать, в какую дыру мы загнали себя своим лукавством, и искать смоковницу, где мы могли бы, как Нафанаил, от лукавства избавиться.

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова