Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ

 

Лк. 2, 41 Каждый год родители Его ходили в Иерусалим на праздник Пасхи.

№19 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая.

 

Дикие были у Иисуса папа с мамой. Не понимали,
что церковь – это лишь форма, для несовершеннолетних духом. Те иудеи (их, скорее всего, было большинство), которые сидели по домам и ни в какой Иерусалим не ходили, были куда взрослее духом, сердцем, умом. И вообще, Палестина той эпохи – перекрёсток культур, а Иисус, судя по Евангелию, мало что от этого получил. Совпадения с греческой культурой – случайные, просто от того, что человеческая сущность одна во всех культурах. Вообще, интересно: а если бы родители плохо воспитывали Иисуса, каким бы Он вырос? А может, они его именно плохо воспитывали, поэтому у Него такая тревожность – разговоры о конце света, про несение креста? Родители нервные были, ребёнок вырос нервным, последователи у Него соответствующие подбираются…</p>
Нервозность – она разная бывает. В истории с этим паломничеством замечательно, что родители хватились Иисуса очень, мягко говоря, не сразу. Беззаботность? А может, уверенность и в Иисусе, и в Боге? Проявление как раз очень мирной и хорошей атмосферы в семье?

Нет ничего нервознее атеизма, да и любых форм игнорирования зла, из которых высшая – догмат о несуществовании всего. Нет ни добра, ни зла, есть лишь комбинации всяких факторов. Нет смерти, есть лишь рекомбинации атомов. И пусть каждый исполнит свой долг.

Только какой там долг, трампампам?! «Долг» – это когда есть Кто-то, Кто одолжил. Вот к Нему идём в Иерусалим, потому что взрослые-то мы взрослые, а отдать не отдали. Атом атому ничего не должен.

Нет, человек есть существо, которое способно к бессмыслице, потому что знает смысл. Паломничества, все эти «оставь отца и мать», «оставь землю предков», – это совершенно идиотские действия с точки зрения здравого смысла. Ну как сумасшедший бродит, тыкается в углы. Здравомыслящий человек делает деньги, самореализуется, помогает больным… Жесть! И жизнь – как жестью по стеклу. И – никаких мурашек по коже, потому что как-то справились, успокоились… А за стеклом-то небо, Царство Небесное, Иерусалим Небесный… И люди делятся не на верующих и неверующих, а на тех, кто живёт и не морщится, что – жестью по стеклу, и на тех, кто – морщится. Ну, кто морщится, те, конечно, тоже делятся – кто-то пьёт с тоски, кто-то ногами по дороге идёт в Иерусалим Богу помолиться, хотя мог бы и дома скушать котлетку и выпить…

 

 
 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова