Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Лк. 16, 4 знаю, что сделать, чтобы приняли меня в домы свои, когда отставлен буду от управления домом

№109 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая. Ср. Юмор в Евангелии.

 

Притча о нерадивом управителе – самая «причудливая», зазеркальная, с врождённым моральным вывихом. Педагогическая наука содрогается: нельзя учить ребёнка на отрицательных примерах.

Педагогическая наука не должна лезть в Евангелие, которое не для детей. Степень инфантилизма как раз и можно определять по тому, насколько человек удивляется притче о нерадивом управителе. Взрослый человек знает, что именно эта притча, а не всякие там «нашёл клад в поле», «купил задёшево жемчужину» и пр., адекватно описывает реальность. В реальности всегда есть то, что называется «жизнью», «обстоятельствами», «царством Кесаря», «внешней средой». Всегда есть что-то, заставляющее нас быть жестокими и жёсткими, мешающее нам любить. Или, говоря языком этого «что-то», заставляющее нас любить с поджатыми губами.

Кого люблю, того и бью.  С того и беру проценты. Не я такой, «жизнь» такая. Я, конечно, правитель, старший по общежитию, но само общежитие не моё.

Так думает любой деспот, сидит ли он на царском троне, во главе семейного стола или на почтамте. Есть такая разновидность забастовки – «работа по правилам». Деспотизм и есть работа по правилам, как ханжество есть работа по правилам веры.

В реальности, конечно, никто точно по правилам не работает, это технически невозможно. Люди ведь, не роботы. Отклонение есть всегда, либо в одну сторону, либо в другую. Либо добрее правил, либо злее. Правила-то вообще ни добры, ни злы. Управитель становится добрее. Это доброта от страха, доброта манипулятивная, но всё же это доброта. И слава Богу. Вовсе избавиться от страха и привычки манипулировать людьми – может, и можно, но дело это долгое и проще этим не заморачиваться, а просто стараться быть подобрее. Люди – и Бог – сами тебя отшлифуют.

Величайшая ложь нашего времени и в нашей стране – что нельзя не быть жестоким, нельзя не идти на компромисс с начальством, нельзя не подличать, а то умрёшь. Да, нельзя.  В России всякий – верный раб Пустоты, Мордора, Кремля. Ну и что? Ведь это не навсегда. Притча о нерадивом управителе – не об увольнении с должности, а об увольнении от «жизни». Мементо мори! Делай добро хотя бы тайком, делай добро хотя бы за счёт казны, делай хотя бы нанодобро, но – делай.  Иначе тебя ждёт после смерти такая пустота, в сравнении с которой нынешняя пустота – это кирпич, обсыпанный цементной крошкой.

Так ведь не делают, гражданин Судия! Даже наоборот, - всякий считает своим долгом быть чуть жёстче, чем требует зло. Оправдывают это тем, что зло особенно ценит инициативу и сердится, если человек зол не наотмашь. А ведь это враньё! Злу абсолютно наплевать, оно слишком поглощено собой. Это твоя нечистая, вывороченная совесть все эти извратизмы придумала.

Спешите делать добро, - пусть тайком, пусть украдкой и воровато, но – добро. Добро адресное, добро точечное, но – именно добро. Заметим асимметрию: делать добро не для того, чтобы в иной жизни стать управителем у тех, кому сделал добро. Нет, просто «быть принятым». Так ведь лучше же просто жить, чем управлять! А дом – дом ведь один, и Хозяин дома один, и в этом доме нет ни управителей, ни батраков, а просто человечество.  

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова