Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Лк. 17, 5. И сказали Апостолы Господу: умножь в нас веру.

№111 по согласованию. Только у Лк. Фразы предыдущая - следующая.

Просьба об умножении веры идёт сразу за повелением Спасителя прощать до бесконечности, прощать вечно. Это повеление и есть суть спасения, Иисус - Спаситель, потому что даёт дух прощения. Апостол Павел в отрывке, который на литургии читается вместе с этими словами, тоже призывает прощать - отвечать на зло не злом, а добром. Какая связь прощения с верой? Та, что от прощения ни мир, не люди не становятся лучше, хотя надежда нас побуждается надеяться, что - станут, любовь подсказывает - станут. Нет, тут надежда и любовь ошибаются и должны посторониться, дать место вере. Вера - потому что дело не в будущем, не в том, каким может стать человек завтра или через минуту, а дело в том, каков Бог. Сейчас. Тут. Не "высшая реальность" (что за богохульное выражение), а - единственная реальность. Это Бог Распятия и Воскресение, и поэтому возможно прощение - хотя оно будет нам в мучение, хотя из-за него мы можем умереть, а может и любимые нами умрут, а всё же - простить, потому что прощающих Бог воскрешает.

Если бы у вас было хоть немного веры, говорит Господь, деревья повиновались бы нашим командам. Да, - если бы у нас было хоть немного веры, мы бы командовали деревьями, а не людьми. Людьми начинаешь командовать, когда не даёшь Богу командовать тобой. Потому что не веруешь - когда веруешь, тогда видишь, что Бог не командует, а любит, что вокруг не какие-то садисты, а жертвы нашего самолюбия.

Прощая другого, мы себя прощаем. Мы оправдываем свою греховность своей средой - "жизнь такая", "жизнь заела". Прощание провозглашает: наша среда - Бог, а не другие люди. Благоприятная среда. Когда мы не прощаем, не прощаем от страха. Боимся: простим - и всё рухнет. Не рухнет! Бог всё держит, не на людях всё держится. Поэтому можно людей простить, Бога любить, и просить страх в себе - уничтожить, а веру - умножить.

1730

 

Чешский священник Томаш Галик отметил парадоксальность ситуации: ученики просят прибавить (в оригинале именно "прибавить", в XIX веке приумножение и прибавление были синонимы) веры, Спаситель говорит, что вера должна быть маленькой.

Обычно это понимают так, что Спаситель обличает учеников - какое там прибавить, у вас и прибавлять-то не к чему, зазнайки вы эдакие! Возможно, но всё-таки, если совсем не было бы веры, так они не просили бы прибавить. А тут веруют, потому и просят помочь их маловерию, "неверию" (Мк 9, 24).

Понимание вполне разумное, но относящееся, скорее, к евангелию от Матфея, где слова про "маловерие" есть (17, 20), а про прибавление веры - нет.

Проблема-то в том, замечает отец Томас, что маленькая вера - не обязательно плохая вера. Всё тот же парадокс Воскресения, победы через поражение. Чтобы пройти в игольное ушко, надо огвидониться.

"Маленькая", замечу уже от себя, это ведь относительно. Можно выбрать себе такое окружение, что твоя вера будет казаться большой. Даже не обязательно его подбирать - достаточно вообразить себе, что вокруг тебя одни неверующие, либералы, "пост-секулярный мир" - и ты уже титан религиозности! Правда, исцелить никого не получается, от тебя шарахаются - ну так, они ж бесноватые, вот и дёргаются!

А можно понять, что твоя вера - какого бы размера ни была - всегда будет с зерно. По определению. Потому что человек создан для вечности, а потому человек всегда бесконечно малая величина - точнее, бесконечно малое величие. Всегда растёт - либо никогда не существует.

Малая вера может двигать горы, потому что самая крошечная вера бесконечно больше солнца, не то что гор. Маленькая вера никогда не двигает горы, потому что она двигается в бесконечности и никакие горы ей не мешают.

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова