Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Лк. 17, 22 Сказал также ученикам: придут дни, когда пожелаете видеть хотя один из дней Сына Человеческого, и не увидите;

№113 по согласованию. Только у Лк., но ср. Мф. 24, 26. Фразы предыдущая - следующая.

Ириней Лионский, полемизируя с гностиками, защищал Ветхий Завет. Для гностиков  Откровение начинается с Иисуса, до которого Бога по-настоящему не знали. Это всё та же психология паранойи, которая и сегодня никуда не делась, которая подозрительно относится ко всякой организованной религии и пытается ей противопоставить религию, которая сама организует. Вроде человека, который панически боится любой еды, кроме той, которую сам вырастит и приготовит. Подозревает во всех отравителей. Психология карикатурного крестьянина.

Перетолковать слова Евангелия в соответствующем смысле – дело техники. Сказал Иисус, что Отец – на небесах, всё, достаточно, «небеса» следует понимать как «эоны», было у гностиков такое понятие. Причём само по себе понятие как понятие, у некоторых христианских богословов случались аналоги, но вот к «небесам» евангельским точно не имело отношения.

Вот после рассуждений о смысле слова «небеса» в Евангелии, Ириней и цитирует изречение, почти идентичное фразе в евангелии Фомы:

«И в изречении: "много раз желал я услышать единое из сих слов, и не было, кто бы сказал", говорят, словом - "единое" открывает единого - истинного Бога, Которого не знали» (43 у Трофимовой).

Ириней считает эти слова Иисуса подлинными, хотя в канонические евангелия они не вошли. А что в них чуждого Христу, каким Он предстаёт в канонических евангелиях? Что в них вообще оригинального – как оригинально воскресение или «сие есть тело Мое»? Какой разумный учитель не вздыхал - вас учить, что воду решетом носить? Слова евангелия Фомы – выворотка этой фразы. От перемены лица меняется очень многое, но не так уж радикально: учитель подчёркивает важность занятий. Соберитесь, сосредоточьтесь, это последняя консультация перед экзаменом, сами же просили её провести!

Именно об этом и Лк. 17, 22, и Мф. 24, 26, Фома, 43 [38]:

«Иисус сказал: Много раз вы желали слышать эти слова, которые я вам говорю, и у вас нет другого, от кого (вы можете) слышать их. Наступят дни - вы будете искать меня, вы не найдете меня».

Грант и Фридман (The Secret Sayings of Jesus, p. 153-154) указывают ещё Ио. 7, 34: «будете искать Меня, и не найдете; и где буду Я, туда вы не можете придти». 

Чуть другой оттенок в Лк. 10, 23-24 (то же в Мф. 13, 16-17):

«И, обратившись к ученикам, сказал им особо: блаженны очи, видящие то, что вы видите!
ибо сказываю вам, что многие пророки и цари желали видеть, что вы видите, и не видели, и слышать, что вы слышите, и не слышали».

Сторонники гностического характера евангелия Фомы Фанк и Гувер из слов «у вас нет другого, от кого (вы можете) слышать их» выводят, что Иисус говорит как искупитель, который сошёл с небес и собирается вернуться на небеса, - сенарий, центральный для гностического мифа» (The Five Gospels, p. 494). Однако, позвольте, во-первых, про искупителя и вознесение – это и для христианства центрально, во-вторых, где тут про это? Взята фраза из «канонического» корпуса, время поменено с будущего на настоящее и прошлое, - вот  и все различия. Всё вполне в пределах вариативности устной традиции, тут и хочется найти новое качество, но это была бы натяжка.

Члены «Семинара по Иисусу» единодушно проголосовали против того, чтобы считать эти слова Иисуса подлинными именно потому, что им тут почудилась «мифологизация» (Гувер, 494). У них же догмат неверия – что не могли ученики Иисуса видеть в Нём кого-то более значительного, чем выдающийся учитель. За аксиому принято то, что следует доказать. Как будто в живом Иисусе не могли видеть Мессию! И не в таких видывали! Это нимало не означает, что мессианство Иисуса – доказано евангельскими текстами. Это означает, что учёный, который заведомо отрицает вероятность, что уже первые ученики Иисуса видели в Нём кого-то большего, чем просто интересный учитель, - это учёный, отступающий от стандартов научного исследования.

Евангелие от Луки (и параллельные места у Матфея и Иоанна) в передаче этих слов оказывается даже более «мистическим», «мифологическим», чем евангелие Фомы. Мистицизм этот, правда, довольно весёлый, как видно из нашего времени – ведь Христос грозит пальцем тем христианам, которым обязательно нужен триллер, гром и молнии, «хотя бы один из дней Сына Человеческого» - а «день Сына Человеческого» это день суда, день крутой разборки Бога с грешниками. Ищите не дня Сына Человеческого, а Сына Человеческого – с Ним и ночью бодрее, чем днём.

 

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова