Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

 

К ЕВАНГЕЛИЮ

Лк. 23, 9 и предлагал Ему многие вопросы, но Он ничего не отвечал ему.

№155 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая.

Ирод Невеликий занимается, говоря современным языком, троллингом. Интересно, о чём спрашивает Ирод? Нимало. Молчание Иисуса - интересно и поучительно.

Если Ирод расспрашивал, как следователь, то молчание Иисуса - идеальное поведение с точки зрения российского диссидента. Отвечать следователю неправедному всегда ошибка, хотя иногда эту ошибку и надо совершать. Только совершать сознательно, понимая, что победить зло на поле зла невозможно, нечего даже пытаться, но иногда нужно потянуть время, чтобы дать возможность кому-то скрыться.

Если Ирод был русским (а что, ведь некоторые русские националисты считают Иисуса славянином), то он в конце концов плюнул и сказал: "Молчание - знак согласия". Тем не менее, скорее, всё-таки, он исповедовал более нормальный принцип: никто не обязан свидетельствовать против самого себя. В иудейской традиции такое упоминается.

Тем не менее, вполне возможно, что речь шла вообще о другом. Дело в том, что у Луки налицо перекличка между сценами у Пилата и у Ирода. Пилат спрашивает Иисуса, не царь ли тот (ст. 3), а Ирод приказывает одеть Иисуса в "светлую одежду" (ст. 11) - в одежду почётную, царственную. После чего Пилат приказывает на кресте написать "царь иудейский" (ст. 38). Оба издеваются, причём оба издеваются и над Иисусом, и над теми, кто жаждет смерти Иисуса. Тогда и "многие слова" (дословно) Ирода были такими же, как расспросы Пилата (или, точнее, Лука добивался такого впечатления у слушателя).

Как можно несерьёзно относиться к человеку, которому грозит смерть? Так в несерьёзности вся суть власти! Милует власть или казнит, она остаётся внешней к происходящему. Вот и Бога не любят за то, что Он - иной, внешний, остранённый от творения, Вселенский Чеширский Кот до такой степени, что даже и улыбки не видно.

Вы скажете, так не любят Бога неверующие, не чувствующие Его любви? Помилуйте, да неверующему Бог безразличен как Иисус Ироду, безразличен даже больше Чеширского Кота. Чеширский Кот - просто наше идеальное "я", существующее у каждого, а Бог - ну что Бог... Не-ет, Бога может не любить только верующий в Бога. Почему Бог и оказался перед Иродом - Бог хочет любви. Веры, славословий и прочих цацек Бог не хочет, это наше, человеческое, это нам нужно, мы без этого не умеем любить. Пока. И пока мы спрашиваем Бога сперва как Пилат? "Ты - царь?", а потом как Ирод: "Я - не царь?" Ведь Пилат оставался бы прокуратором даже, если бы Тиберий взял и сделал Иисуса царём. А вот Ироду пришлось бы уйти с поста. Как и любому человеку придётся слезть с царского трона, на котором каждый сидит в своих мыслях, чтобы стать человеком навсегда.

*

Поскольку ниже подчёркивается, что поведение Ирода понравилось Пилату, не желавшему казнить Иисуса, постольку логично предположить, что вопросы были не издевательские. Так что Ирод из мюзикла одно, а в реальности совсем другое. Вряд ли вопросы были по «сути» - хотел разрушить Храм, не хотел разрушить Храм, называл себя Богом, не называл. Это были бы как раз недоброжелательные вопросы, и ниже сказано, что обвинявшие Иисуса господа подзуживали Ирода, а тот не подзуживался. Да и чуда можно просить по-разному – почему вдруг предполагается, что Ирод просил чуда издевательски? Презумпцию невиновности никто и для иродов не отменял. Может, у него заболел любимый раб или даже любимая рабыня. Может, у него голова болела. Нет, если бы голова болела, он бы вопросов не задавал.

Но если вопросы задавались с лучшими намерениями, почему Иисус не отвечал? Обратимся в академию наук – там скажут, что существует «молчание Вселенной». Академики посылают вверх и выше всякие заявления, протесты, вопросы, а в ответ ни-че-го. То ли Вселенная рассердилась, то ли она дура, то ли мы для неё дауншифтеры. Последнее означало бы подтверждение библейского взгляда на человечество, потому что «изгнание из рая» - это вежливое обозначение вполне себе добровольного дауншифтинга. Только есть дауншифтеры, понимающие, что они в дауне, а есть непонимающие.

Есть молчание Вселенной, а есть молчание Творца вселенной. Бог не умер, Бог молчит – дьявольская разница. Богу это, конечно, мучительно, ведь Бог – Слово. Но именно потому, что Бог – Слово, Бог не расточает слова попусту. А что можно сказать, когда ты под судом у Ирода, пусть даже чрезвычайно доброжелательного, но всё-таки обеими руками держащегося за трон? Кажется, положение рук не имеет значение, но помните еврейский анекдот – как я могу говорить со связанными руками. Художники обычно изображали Иисуса на суде со связанными руками, но это лишь предположение, а вот что и у Пилата, и у Ирода руки были связаны просто по должности и должностью, это факт. Самые доброжелательные вопросы кесаря к Богу есть всего лишь трёп и трындёж, и покупаться на эти вопросы не надо. Надо терпеливо молчать. Молчание Бога прорастает в человеческой душе куда действеннее любых речей. Извините, как муж, жена которого третий день молчит, приходит в чувство значительно быстрее, если бы она непрерывно трещала.

 

 
 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова