Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ

Лк. 23, 28 "Иисус же, обратившись к ним, сказал: дщери Иерусалимские! не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших, "

№160 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая.

 

Не Мессия на троне, а какой-то сервер, занятый переадресацией запросов. Не называй Меня благим, называй так Бога. Не плачь обо Мне, плачь о своём сыне. Не смотри на Меня, смотри на лилии. Не пои меня чашей холодной воды, напои ею голодного. А вот нищему сейчас не подавай, подай Мне на благовония.

Ну да, всё верно - гибель есть разрыв и перепутаница, Спаситель сшивает разорванное, распутывает спутанное и подключает белый контакт к белому, красный к красному. А Сам? А что, разве электрик должен быть частью электрической цепи?

В этих словах Спасителя какое-то дно безнадёжности. Он ведь не попрекает, Он не имеет в виду "а вот если бы Израиль Меня признал, то римляне не только не стали бы разрушать Храм, но даже и освободили бы Израиль от своего присутствия". Даже если бы признали - ничего бы не изменилось. Римляне, конечно, рано или поздно ушли бы, как ушли из Британии, Греции и т.п., Храм, возможно, уцелел бы, отдельные дети дожили бы до седых волос, но в целом - разве крещение и уверование имеют и, главное, должны иметь осязаемый результат, который можно указать в налоговой декларации как дополнительный источник дохода?

Безнадёжность не в том, что люди не платят Богу добром за добро, верой за Откровение, а в том, что Бог не может и, главное, не должен платить людям добром за добро, процветанием за веру и т.п. Ненависть платит - добром за добро, злом за зло. Любовь - любит, любит добрых и злых, ненавидящих и ненавидимых. Значит, нет надежды на исправление ситуации. Насилие исправляет, любовь нет.

Трагедия фанатизма в том, что он всегда - бегство от себя. Бегство как бы к Богу, к "святой Руси", к "эрец Исраэль", а по сути - бегство от реальных живых людей к абстракциям. Причитания о миллионах, умученных жидо-атеистической властью, и - как результат! - абсолютная глухота к проблемам родной пятилетней дочки, да и к своим собственным. Это не сочувствие Иисусу, это сочувствие себе и своим идеальчикам, которые, видите ли, злые дяди растоптали. Почему так поразительно неэффективны оказались различные виды набожности, сосредоточенные на поклонении Кресту и Страстям. Кланяемся, кланяемся, а разогнёмся - и в глазах такое ледяное равнодушие, что хоть пиво на них храни в жару. Напрудонят слёз о Христе и топят в них окружающих. А Христос для того и страдал невинно, чтобы мы научились сострадать страдающим за дело, страдающим по грехам своим, всякому страдающему. Сострадать, не превращаясь в марионеток страдающих, сострадать с умом, сострадать с любовью. Это, между прочим, далеко не само собой сострадывается, этому учиться надо. В чём и дурость дешёвого, мещанского эсхатологизма, когда мы беспокоимся о гибели цивилизации и мироздания, о жучке и паучке, и не беспокоимся о том, что родное чадо слишком благополучно и, не приведи, Господи, того и гляди сделает ближнему гадость. Бывает ведь и такое - и те израильтяне, которые погибли при разрушении Иерусалима, вовсе не были невинными агнцами.

 

 
 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова