Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ

Мф 5, 22 А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: `рака', подлежит синедриону; а кто скажет: `безумный', подлежит геенне огненной.

№50 по согласованию. Стих предыдущий - последующий. Ср. дурак. Глупость.

Европейская культура знает двух великих защитников глупости: Господа Иисуса Христа и Эразма Роттердамского. Господь запретил называть кого-либо глупцом, Эразм объяснил причину: все глупцы! Особенно глуп говорящий «все глупцы!»

Хороший аналог – русский интеллигент, обзывающий интеллигентов «образованщиной». Как только русский интеллигент произносит «о» в слове «образованщина», он автоматически деинтеллигируется и становится образованщиной.

Парадокс в другом: иногда нужно сказать «глупцы» - причём всем, не избирательно, а именно тотально, потому что тотальное «все глупцы» умно. При этом говорящий сам становится глупцом. А что, Иисус был очень умный? То-то апостол Павел говорил, что ум Божий – глупость в глазах людей. Эразм Роттердамский благополучно оформил этот парадокс, обличив глупость с маленькой буквы от имени Глупости с большой буквы.

В русской культуре тот же парадокс у некоторых юродивых, из которых в школе проходят разве что Чацкого. Только глупец будет так критиковать глупцов, как это делает Чацкий – но иногда умный человек должен быть глупцом. Ум конформиста – не горе, а глупость, так лучше уж глупость нонконформизма, по крайней мере, будет, что вспомнить.

Конечно, обличения глупости с точки зрения ума приятнее. Эразма Роттердамского (да и Евангелие) в газетах не печатают, а всякие идиотские обличения идиотов расползаются по ноосфере, проделывая в ней дыры почище озоновых.

Простой пример –Карло Чиполла (1922-2000). В отличие от Христа и Эразма, Чиполла (Лукин по-нашему) и университет закончил, и преподавал аж в самом Беркли. Правда, он был историком экономики, а историк экономики – всё равно что профессор экономики, только обращённый в прошлое, а профессор экономики это классический пример профессиональной глупости, глупости по должности. Вроде слона – директора зоопарка. Профессор экономики – как священник, возомнивший себя Богом. Гадалка, которая вдруг уверовала в свои прорицания. Профессор математики умеет считать, профессор политологии умеет политоложничать, но где видели профессора экономики, который бы добился хоть каких-то экономических успехов? Вот количество выдающихся, великих экономистов, которые разорялись на бирже (многие – неоднократно) бесконечно велико.

Как историк Чиполла отнюдь не был глуп, он был блестящий историк, хотя его гипотеза о том, что причиной демографического взрыва в Западной Европе стало возбуждение от чёрного перца, не подтвердилась.

Но когда Чиполла сочинил три закона глупости (книга издана в 1988 году на итальянском, на английском тексты ходили уже в 1970-е) – это была блестящая глупость.

Идея Чиполлы проста. Берётся бухгалтерская ведомость. По горизонтали откладываются расходы (убытки), по вертикали доходы (прибыли) прибытки. Все люди делятся на четыре части.

У разумного человека кругом прибыль – от него и обществу хорошо, и ему хорошо.

У простаков («наивных людей») личный убыток, а обществу выгода.

У бандитов личная выгода и убыток обществу.

У глупцов кругом убытки – они и общество разоряют, и себя.

Честное слово, лучше было бы ограничиться исследованием афродизиаков! Потому что в этой гениальной до простоты схеме есть три звена, три базовых понятия и все три идиотские, потому что неопределимые: что такое «общество», что такое «выгода» и что такое «убыток».

Прибыль и убыток очень понятны в бухгалтерской ведомости, но применительно к обществу или даже к отдельному человеку, но взятому именно в целом, - полная непонятица. Война – выгодно? Фундаментальные научные исследования? Деспотизм? Рабовладение? Матушки, да не сказать даже, выгодно ли быть человеком или всё-таки лучше трилобитом!

Самое глупое, конечно, это определение глупца: человек, который причиняет окружающим вред без выгоды для себя. Конечно, пока ворчишь на власть и жизнь вообще, звучит мило, но ведь нельзя ворчать вечно, тем более, облекая это в форму графиков и законов! Чиполла вольно или невольно вывернул наизнанку три закона роботехники, придуманные Азимовым: робот не имеет права причинить вред человеку, должен повиноваться человеку и заботиться о себе лишь настолько, насколько это не мешает человеку. Вместо «человека» - «общество», вместо «робота» - «человек» - что может быть глупее?

Умный человек по Чиполле – это тот, кто не имеет права причинять вред обществу или своим бездействием допустить, чтобы обществу был причинён вред. Умный человек повинуется обществу и о себе заботится настолько, насколько это не противоречит служению обществу.

Три хаха на эти три закона! Беда даже не в том, что по критериям Чиполлы множество грехов оказываются вполне простительны, потому что не против общества, а против людей. Беда в том, что многие добродетели оказываются антисоциальными явлениями, а Христос, разумеется, идиот – спасибо хоть не бандит!

Нету общества, нету! Кстати, и в экономике его нету! Общество не пашет и не сеет, не покупает хлеб и не пьёт воду. В слове «социальный работник» - «социальный» прилагательное к человеку, не наоборот. «Общее благо» - не благо общества, а благо всех людей, которых для простоты называют обществом. Когда это забывают и начинают рассуждать о том, что лучше одного человека казнить, чем дать погубить всё общество, - тогда и начинается то, что Иисус заранее назвал глупостью. Потому что когда Иисуса распинали, чтобы общество не погибло, Ему уже было не до обличения глупцов.

Сам Коппола первым законом глупости поставил, впрочем, утверждение: «Все недооценивают количество глупцов». Да, глупо недооценивать глупость – глупее только думать, что глупость локализована в глупцах. Мудро знать, что на всякого мудреца довольно простоты. Богословия это называет первородным грехом. Все мудрецы – и все глупы! Классификация глупость, если классификация не помогает осознать и собственную глупость, и разумность глупцов. Да, глупость иррациональна – но не потому, что она самоубийственна и разрушительна, а потому что она берёт на себя смелость судить, что выгодно для общества, а что нет, подменяет личность абстракцией и гуманизм – цинизмом.

* * *

Я согласен с исследователями, которые полагают, что слово «напрасно» – позднейшая вставка, призванная упростить текст. Она упрощает текст до банального «нельзя, но если очень хочется, то внушай себе, что это нужно – и можно браниться». К счастью, вторая половина фразы доносит первоначальный смысл: вообще никогда ни на кого ни при каких обстоятельствах нельзя сердиться и никого никак нельзя ругать.

Господь Иисус Христос Сам неоднократно нарушал эту Свою заповедь, Его ученики нарушали, я нарушал и буду нарушать. Христиане делятся на тех, кто нарушает эту заповедь, сознаёт это и признаётся в этом, и на тех, кто нарушает эту заповедь и не сознаёт этого либо не признаётся в этом.

Укажу два самых великих примера – Гоголь и Толстой. «Мёртвые души». «Живой труп». Вот уж выругались так выругались! Приложили неопределённое множество людей – в сущности, как верно заметил Николай Павлович, всех. Вроде бы лишь парафраз Иисуса «гробы повапленные», но каково! Гоголь вообще душка, ну вот взял «Мёртвые души» и на первой же случайной фразе сомлел: «Народ-то больно прожорлив, от праздности завёл привычку трескать». Ну точно – поэма!

Многое, что запрещено в Нагорной проповеди, – недопустимо, но неизбежно. Воткнуто в сознание, чтобы человек не обманывался – ты не Бог. А многое, что Иисус не запрещал – категорически неприемлемо и греховно, например, анонимность. Ругайся – только знай, что ты именно ругаешься, и старайся это дело как-то творчески облагородить. Например, как Гоголь с Толстым. А всё иное – ханжество и самообман. «Нам нужны // Подобрее Щедрины // И такие Гоголи, чтобы нас не трогали».

Простой пример того, как я зло ругаюсь. Вот сейчас бранят отца Глеба Якунина и всех, уходящих из РПЦ МП священников – мол, они потеряны для проповеди Христа, ах, как жаль… Когда о.Александр Мень в устном разговоре в 1978 году говорил, что жаль, что Эшлиман и Якунин были потеряны для Церкви, он не их винил, а архиереев, которые выкинули Эшлимана и Якунина. Да, он критиковал Якунина кое за что, но делал это в частной беседе, а не в интервью официозному журналу. Это во-первых. Во-вторых, отец Александр тогда молодой был и оптимист. Он думал, что бурная деятельность прихода в 1970-е годы принесёт плоды и создаст то, о чём он мечтал – самоподдерживающееся множество свободолюбивых и творческих православных христиан. Мы знаем, чем кончилось – налицо самоподдерживающееся множество агрессивных конформистов, плохо образованных и не желающих образовываться, сводящих творчество к воспроизводству сусальных штампов. Сеяли Евангелие, а выросли зубы дракона. Совок победил Христа. В худшем случае – индоктринёры от Кочеткова до Салтыкова-Шарунова-Воробьёва, в лучшем – псевдо-либеральная жувачка. И это было предсказуемо – Христос всегда проигрывает, если мерять историческими, социологическими, количественными критериями.

РПЦ МП не просто там глядела на суд – она направила в суд официальную бумагу, обвиняющую женщин в нарушении правил. И кто направлял тоже, наверное, рассуждал – ну, что делать, надо же сохранить наше дело. Но никакое религиозное возрождение, никакая Церковь не стоят единого дня заключения для трёх невиновных женщин! И для одной не стоят, и одной минуты заключения не стоят. Всему есть свои пределы, и предел любого компромисса там, где он за чужой счёт.

Вот из чего надо исходить, всё же иное есть магизм и идолопоклонство перед формами, планами, расчётами. А магизм и идолопоклонство выедают в человеке человеческое – и образуется тот самый «пустой человек», «рака», «мёртвая душа», «живой труп», которого нельзя так называть. А я назвал – что ж, я не христианин? Христианин, конечно, хотя и средненький (помимо прочего средненький, потому что я ещё недостаточно энергично выругался).

Такая вот апория, неразрешимый продуктивный парадокс. Причём, эту святую ругань никак не отличить от несвятой – так что остаётся лишь смиренно уповать на то, что всё-таки свято выругался, а не несвято. Каяться в ругани, молиться и уповаться, а потом опять ругаться, каяться, уповаться ad infinitum, что в переводе с латыни означает «ада бесконечность». Ну, мне-то с моими привычками и в аду будет неплохо, зато обруганные мною опомнятся и спасутся! А если не опомнятся, то спасутся хотя бы за то, что претерпели от меня.

А пока пойду, выпью триста капель коньяку и организую тоталитарную секту пантовласфимитов или всеругальников, которая будет поклоняться св. Ругалию, претерпевшему мучения за поношения Ария, Нестория и лично товарища Л.И.Брежнева от рук нечестивых жидов. Память св. Ругалия в день освобождения женщин ПР из заключения.

Я не за ругань, хотя бы и евангельскую. Я за честность – а честно сказать себе, что ругаться иногда выходит само собой, что это биология, которая не поддаётся произвольной регулировке. Были педагоги, которые требовали от родителей никогда не ругать детей – так они признали себя неправыми, потому что иногда ругаться – это просто неизбежно, и никуда от этого не деться. Нет «права ругать», но есть «невозможность не выругаться». Ребёнок умный, он поймёт, что папа стукнул молотком по пальцу.

Правда, говорить о спонтанной, невменяемой ругательности можно лишь применительно к устной речи – а как на письме ругаться? Пишешь, значит, уже есть фильтр, пауза между физиологией и культурой. Да нет, вовсе не обязательно! Так только инструкции к мясорубкам пишут, а поэзия, публицистика, проповедь – тут как раз эмоциональность должна быть. Христианства без эмоций много, и оно страшно дискредитирует Христа, – все эти картонные, бюрократически-холодные тексты. Единственный критерий для доброкачественности «евангельской ругани» – весёлость, соединённая с самоиронией. Самобрань рулит!

Конечно, по мере прохождения от Нагорной проповеди к Голгофе-горе Иисус всё реже ругается, а на Голгофе только – «Отче, прости им!» И что подумали солдаты, услышав это? «Ишь, сукин сын, это он-то нас прощает?!»

Голгофу-гору не дай Бог никому, но всякому дай Бог голгофу старости, чтобы человек без гвоздей, а всё-таки физиологически получил возможность обрести мир и душевное равновесие.

Есть у ругани и другое оправдание – «милые бранятся, только тешатся». Ругань может быть игрой, и только игрой она и должна быть. Но уж тогда ругаться только с милыми. Иисус обращается не ко всему миру с бранными словами, а с теми, с кем Он был в одной овчарне, кто был Ему милее овец прочих стад. Они за ответной бранью в карман не лезут. Из всех этого и рождается полнота общения. Принципиально же здесь – взаимность. Абсолютно греховна и недопустима ругань односторонняя, когда за собой человек резервирует право «выражать мнение», а за другим отрицанием даже возможность пикнуть в ответ. Российская ругань, к примеру, это всегда ругань начальственная (и тех, кто примкнул к начальству), ругань-окрик, ругань в адрес немилых, ругань односторонняя, затыкающая рот ругаемому. Ругань евангельская – двусторонняя, а ругань православная – такая, при которой человек радуется, если его больше ругают, чем ругает он, и соревнуется в умении ругаться меньше, меньше, и ещё меньше.

*

Ум начинается там, где приходит понимание: дураков и дурости не существует. В этом смысле повеление Иисуса не обзывать никого дураком имеет прочную рациональную основу (как и все Его слова).

Существует ум, который скован физическими обстоятельствами – от повреждения мозга до отсутствия нужной литературы. Существует ум, который загнал себя в безнравственную полость (например, ум Ленина). Существует ум, который взялся не за своё дело (ум Торквемады – инквизиция не его дело, как и вообще ничьё). Существует ум, который находится на другой степени развития (ум ребёнка). Существует ум с другой (замедленной с точки зрения многих) скоростью реакции или, напротив, ум, который заторопился (например, рассудок Иуды).

Существуют различные комбинации всех этих нормальных (как незрелость, ученичество) и ненормальных обстоятельств. А вот врождённых, неотъемлемых от личности дурости, глупости – не существует.

Это не означает, что умный человек должен выслушивать все глупости. Глупость не существует, глупости – ещё как. Прямая противоположность уму, который существует, а вот умные мысли и слова выдаёт не так часто, как хочет и может. Никого нельзя называть глупцом и дураком, но не надо тратить силы и время на знакомство с глупостями и дурацкими измышлениями. Это неумно. Это почти так же неумно, как требовать от умного человека слушать себя, если он не слушает. Умно задуматься: а почему тебя умный человек (которого ты считал умным) не слушает? Потому что ты, такой умный, обманулся и имеешь дело не с очень умным человеком? Или потому, что твой ум в одном из перечисленных выше состояний?

Умно быть смиренным. Умно предполагать, что надо поумнеть – а не говорить другому: «Я думал, Вы умнее». Поумнеть всегда можно – слава Богу, так создан человек, что он не может заставить себя любить, но заставить себя умнеть может и должен. Средства давно известны: обучение и преподавание, затворничество и общение, смирение и творчество.

*

Когда Господь Иисус повелевает никого не называть "дурак", Он не призывает лицемерить и утаивать от человека правду о нём. Это ведь продолжение заповеди "не убий". Нельзя сказать, что через убийство мы приобщаем человека к правде. Нет такой правды, чтобы кому бы то ни было быть мёртвым. Точно так же единственная дурость, единственное, что можно считать одурачиванием - и только самого себя - это полагать, будто кто бы то ни было может быть дураком. Это не означает, что все люди достаточно умны, чтобы их нельзя было одурачить. Это означает, что все люди достаточно люди, чтобы их нельзя было одурачить. Можно метафорически назвать дураками разве что тех, кто полагает, будто может кого-то одурачить или что есть люди, способные быть одураченными. Но даже такие люди всё-таки не дураки. Они просто близоруки. Может быть назван дураком человек, который считает, что его или его собратьев по роду человеческому дурачат, но и такой человек - не дурак, просто он слишком дальнозорок. Кое-кто кое-где иногда позволяет себя дурачить, но всегда сам за это отвечает. Тот, кто пытается дурачить и находит себе партнёра, не должен обольщаться - ему поддаются, как поддались, скажем, большевизму русские или нацизму немцы.

*

Странная штука оскорбления: их надо принимать, но нельзя выпускать. Принимать их надо, потому что иногда попутно с оскорблениями идет интересная мысль, верное наблюдение. Нет глупости без доли мудрости, хотя диспропорция иногда поражает. А выпускать оскорбление, то есть оскорблять человека -- это ведь богоборчество. Иногда чуть меньше. Заявить, что "общество" думает о враге то-то -- означает посягнуть не на Божии прерогативы, а на прерогативы социологов. Обозвавший человека дураком потому "повинен геенне огненной", что сказал: мне лучше без тебя. А Богу -- нет, ему лучше с дураком, чем с хамом. Кому лучше без дурака, тому лучше в аду. Черти умные -- тем своеобразным умом, который вырабатывается у падших, а не тем чистым умом, которым по определению является каждый ангел, даже падший. 

 

ст. 8.  "Вы, люди разумные, охотно терпите неразумных" (2 Кор. 11, 8).


Комментарий Честертона: "Апостол советует нам терпеть дураков радостно. Мы обычно подчеркиваем слово "терпеть" и считаем, что нас наставляют в покорности. Быть может, лучше подчеркнуть "радостно" и превратить наше общение с дураками в наслаждение, даже праздник. Разумеется, это не значит, что мы должны зло высмеивать их" - 1906, с. 163.


Почему-то из всех многообразных проявлений гнева Иисус выбирает лишь словесные. Что, бить по морде можно? Может быть, здесь проявилась божественная природа: слово представляется Иисусу более важным, чем действие, потому что Бог действует словом, а не рукой. А может быть, Бог просто лучше знает нашу природу и знает, что никогда человек не ударит, если сперва не назвал ближнего каким-нибудь бранным словом (не обязательно вслух). Поэтому христианская жизнь строится от навыка говорить (произносить "Верую", "Господи, помилуй") к навыку молчать. И если говорить хорошие слова учишься быстро, то не произносить дурных -- до гроба времени не хватит. А ведь еще есть искусство не произносить и хорошие слова...

*

А вот комментарий на "не говори ближнему дурак": "Не тот дурак, кто дурак, а тот дурак, кто - не дурак, да дурак" (Дурылин, 2006, 154). Подлец-то считает себя умником, но именно подлость есть самая большая глупость. Такая большая, что и не видна как глупость (как подлость - видна). Так арбуз - такая большая ягода, что кажется не ягодой. А всё-таки всего лишь ягодка.

*

Когда Иисус советует никого не называть дураком, Он это делает не потому, что надо пожалеть дураков, а потому, что "дурак" - не факт, а оценочное суждение, причём иррациональное и ошибочное. "Человек толпы", "игрушка страстей", "нелюдь", "быдло", - всё это из того же ряда оценочных и неверных суждений, побеги от слова "дурак". Но, конечно, когда мы ругаемся, мы всегда успокаиваем себя тем, что всего лишь "ставим диагноз", "констатируем факт".

 


Физик Виталий Гинзбург вспоминал (1997, с. 216) о физике Льве Ландау: на его кабинете была табличка: "Ландау. Осторожно, кусается!" ... "Ландау разнес во время доклада какого-то почтенного профессора. Тот был очень обижен и огорчен. А когда об этом сказали Ландау, он ответил: "Не понимаю, почему он обижается, я ведь не назвал его идиотом, а сказал лишь, что его теория идиотская". Классическое оправдание церковного начальства (когда оно снисходит до оправданий): мы, мол, обличаем грех, а грешника любим. Разумеется, в отношении к себе начальство требует почтения во всех смыслах.

Единственный человек, которого Ландау не бранил и со стороны которого терпел грубости, был Петр Капица, вытащивший его из тюрьмы в 1938 году. Ландау объяснял: "Капица перевел меня из отрицательного состояния в положительное, и поэтому я бессилен ему возражать". Вообще Ландау часто заявлял, что после тюрьмы он "стал христианином" (С. 217).

C тюрьмой сравнивали мир многие философы - впрочем, кажется, ни один из них в реальной тюрьме не сидел. Вот Сервантес сидел, Шаламов сидел - они как раз мир с тюрьмой не сравнивали. Иисус говорит простую вещь: вы не просто свободны. Вы - освобождены. И ругаться, драться и делать прочие нехорошие вещи в этой ситуации -- все равно, что ругаться, переступив порог тюрьмы. И даже, когда тюремное существование забудется, помните - каждый, кого вы встретите, это Я, освободивший вас. Иначе вернетесь, откуда выпущены - в геенну.

 


Мф 5, 22 - слово "напрасно" добавлено византийцами (Г.Чистяков. Истина и жизнь, 1996, №2, с. 23). Впрочем, вряд ли злокозненно -- чтобы разрешить гневаться начальству. Во всяком случае, если дышать Евангелием, ясно, что всякий гнев -- напрасен.

*

Метцгер (1971, 13) замечает: «Чтение с «напрасно» широко распространено со II столетия, однако более чем вероятно, что это слово было добавлено переписчиками с целью смягчить жёсткость предписания, чем опускалось как ненужное».

То есть, нельзя утверждать, как это делал о. Георгий Чистяков, что «напрасно» - точно вставка, ибо не встречается в древнейших рукописях. Никаких рукописей Евангелия ранее II века попросту не существует. Преобладают именно рукописи с «напрасно». Так было уже ко временам блаженного Иеронима, переведшего Библию на латынь (т.н. "Вульгата") - а все "авторитетнейшие" списки Евангелия позднее Иеронима. Иероним видел, что "напрасно" стоит всюду, однако возмущался этим и отвергал это. Кроме рукописей, преобладает, по счастью, ещё и совесть. Она и подсказывает, что со словом «напрасно» вся фраза напрасна как пирожное с крошкой цианида.

*

Иероним считает, что слово "напрасно" (гневающийся напрасно) нужно вычеркнуть: ведь апостол Иаков пишет: "гнев человека не творит правды Божией" (Иак 1, 20). Иероним считает, что "брат наш есть не кто иной, как тот, кто имеет с нами единого Отца". Справедливо ли это: а если брат отрекается от Отца - он ведь не перестает быть братом, он просто становится отрекшимся, заблудшим братом, с которым известно как обращаться. Ведь блудный сын - он для нас блудный брат. Иначе Иероним оказывается перед необходимостью утверждать: "Кто скажет человеку, одинаково верующему в Бога: "безумный", тот сам нечестив в вере" (Иероним Стридонтский. Четыре книги толкований на Евангелие от Матфея. М.: [1997]. С. 39). Но из этого легко выскользнуть, заявив, что тот, кого я считаю безумным, верует в Бога не одинаково со мной, он еретик. И этот механизм действительно работал на протяжении веков, порождая нетерпимость: учение Церкви формулировалось так узко, что одинаково верить было практически невозможно (можно было только притворяться верующим одинаково с фанатиками), а верующий неодинаково объявлялся вовсе неверующим.

Высшее оскорбление не в том, чтобы назвать человека дураком, а в том, чтобы назвать и добавить: «Если я Вас чем-то оскорбил, прошу меня извинить».

И Наталья Трауберг незадолго до смерти в 2009 году спокойно заявила, что слово "напрасно" тут вставлено, и вставлено напрасно:

"Христос не произносил его. Оно вообще снимает всю проблему, потому что всякий, кто гневается и орет, уверен, что делает это не напрасно".

См. далее её же комм. к Мф. 18, 15.

*

Эскрива шутил, что бес глуп, коли искушает человека одними и теми же соблазнами, но человек ещё глупее, если не учится ни на своём, ни на чужом опыте, и поддаётся этим соблазнам ("Борозда", №150).

Пример иронии не смешной, а грубой, пример насмешки, лишённой самоиронии. Между тем, есть такая добродетель как настойчивость, постоянство. Падшие ангелы в этом смысле поступают точь в точь как парящие, как и человек должен поступать. Стоит по доброму взглянуть на бесов, - и человек окажется человеком, а не дураком.

*

Список, предложенный Спасителем, открытый или закрытый? Исчерпывающий или приоткрывающий завесу над бесконечным? Можно ли гневаться на сестёр? Допустим, сестра тоже брат во Христе, но можно ли гневаться на неодушевлённый мир? На погоду? На обстоятельства? Церковная традиция говорит, что гневаться на погоду грех, она часть Божьего творения, за ворчбу на погоду епитимья десяток поясных поклонов. Это средневековая традиция, епитимийник преподобного Кирилла Белозерского. Сегодня мы имеем дело с погодой, которая сотворена людьми. Глобальное потепление не от Бога, гарь не от Бога, а от людской жадности и гордости - осушили торфяники, а о последствиях не задумались, учёных не послушали. Так что, можно гневаться на обстоятельства, коли они антропогенные? Прямо наоборот! Именно потому, что все обстоятельства связаны с людьми, гневаться нельзя ни на что. Человек даже физиологически неспособен гневаться на неодушевлённый мир. Нас не раздражают чёрные дыры или пятна на Солнце, а вот астрономы иногда раздражают - особенно друг друга. Так что формальный ответ ясен: нельзя гневаться ни на что, ибо всё, что способно вызвать твой гнев, человечно. Сестра Погода, брат Землетрясение, кузина Простуда. Однако, проблема с пониманием Нагорной проповеди та, что совет не гневаться на брата вовсе не связан с этикой. Это не о нравственности, это о мистике, не о том, что человек может, а о том, что может Бог. Поэтому Иисус преувеличивает, утрирует, создаёт невероятные ситуации и выписывает невыполнимые рецепты. Не надо обманываться - не гневаться так же невыполнимо, как не глядеть на женщину с вожделением. Даже невыполнимеее, потому что вожделение при определённой биохимии организма может исчезнуть само собой, а вот гнев, если и исчезнет, то лишь вместе с человеком. Кротость не есть результат победы человека над гневом, она - подарок Божий человеку. Она не вытесняет гнев, кротость и есть гнев, только гнев в его изначальном, райском виде, а не в виде гипертрофированного уродца. Гнев есть кротость извращённая, кротость без Бога - поэтому гневающийся человек так легко оправдывает свой гнев необходимостью помочь ближнему. Действительно, посыл правильный, только исполнение неверное. То, что кротость говорит тихо и с любовью, гнев рявкает - и сама громкость обесценивает содержание произносимого и превращает его в свою противоположность. Гнев говорит: "Я тебя люблю", но говорит это в мегафон, оглушая, доводя до обморока. Так что "не гневаться" - это невыполнимо, это негатив, это шутка. Выполнимо "будьте милосердны как Отец Ваш Небесный" - но выполнить это можно только, если человек обращён к Отцу, знает Его хоть на горчичное зерно - а это уже и есть то, что называется мистикой, чего обычно побаиваются (и правильно), но что и есть смысл жизни.

*

Ой, много любителей говорить ближнему "дурак". К счастью, скажу прямо, не среди христиан (не считать же христианами нынешних матерящихся и дерущихся крестоношей). Да, вот в деле с женщинами из "Пусси Райот" разные умные православные люди обзывали их "дурами", но это так - невротически, люди просто не решались додумать ситуацию до конца, по разным причинам не решались, и от этого сами оказались в положении дурацком. Дурак - это и есть умный человек в дурацком положении.

Говорить ближнему "дурак" или говорить о ближнем "дурак" означает отчуждаться от ближнего. Быть ксенофобом. Ксенофобия - не социальное, а межличностное явление. Точнее, явление, уничтожающее личности. Базовая ксенофобия - между человеком и Богом. Страх перед Богом, который - ненависть. Бог - дурак, всё делает не так. Дураков же надо бояться? Следующий пример - ненависть к жене. Человек, которому жена стала чужой, который разлюбил жену, он уже ненавидит жену - потому что жена перестала быть для него личностью, единицей, а стала членом воображаемой группы. Почему я так уверенно говорю? Разве не разные случаи бывают? Потому что нельзя ненавидить человека как уникальную личность. По определению нельзя. Если ненавидишь, значит, ты уже видишь перед собой абстракцию, набор свойств - "дураки", "алкоголики", "толстые", "уродины", "хамы". Личность же, то, что одно можно и нужно любить, уникальна, не бывает групп из двух или более личностей.

Поэтому любая ненависть - отчуждение от личности, и ненависть, оскорбления - вовсе не "переход на личности", а прямо наоборот - переход с личности на абстракции. "Ты дурак". Но "дурак" - это социальное, групповое явление. Может человек быть дураком? Конечно да, как он может быть христианином, весельчаком, толстяком или пьяницей, в общем - входить в какую-то группу, обладать какими-то неуникальными свойствами. Можно говорить другому "дурак"? Конечно нет, потому что "говорить" означает обращаться к личности, а не к "человеку".

Никто не разговаривает с весом человека или с содержанием алкоголя в его крови, с его рефлексами и его пороками. Так и дурость человека - она в нём не человеческое, к ней нельзя обращаться и нельзя человека отождествлять с этим явлением. Нельзя человеку говорить и "Ты - уровень сахара пять", "ты - блондин". "У тебя" - это лучше формулировка, но с какой целью ты говоришь блондину, что он блондин? Он слепой и заплатил тебе за осмотр себя и называние цвета своих волос, как платят за анализ сахара в крови? И что он понял из твоего высказывания? Либо он зрячий и тогда сам видит, что он блондин, либо он слепой и тогда не поймёт твоего высказывания. Либо человек умён и тогда он сам знает, что он дурак (а все реально дураки в сравнении с идеалом, которого могли бы достичь), либо человек дурак и тогда говорить ему, что он дурак, совершенно бессмысленно.

Дар слова дан для контакта личностей и глупо его использовать для контакта с безличным в личности, для отчуждения от личности. Так лишь свою личность можно потерять.

А можно ли считать человека дураком? Это дурацкий вопрос, всё равно, что спросить, можно ли быть зрячим. Конечно, дураки есть, дурость есть, и на всякого мудреца довольно дурости. Нормальный человек не может не видеть, когда другой глупит и дурит, как нормальный врач не может не видеть, что у другого проблемы с печенью, даже без анализов. Считать можно - говорить нельзя. Обращаться с другим как с дураком можно? Ну, если он дурак, то конечно, только вот что означает "обращаться с другим как с дураком"? Не обзывать его, скорее, наоборот - не льстить, но исподволь стараться помочь. Исподволь! Очень исподволь! И без больших надежд на успех!! Ведь ещё и собственную дурость надо одновременно лечить!!!

Единственное, что допустимо именно для преодоления отчуждения и деперсонализации, это предлагать помощь. Не говорить "ты хочешь пить", а говорить "у меня есть вода". Иногда можно и шампанского предложить, бывает одурение из-за усталости, из-за отсутствия праздника и с кем праздновать. Не говорить "ты дурак", а говорить "у меня есть интересная книжка". Прочтёт - поумнеет. Конечно, духовная жажда, в отличие от физической, с одной стороны, никогда неутолима, с другой - часто предпочитает не пить Духа или наполнять духом ненависти и глупости. Что ж, надо уважать выбор другого и помнить, что всегда есть шанс, что книга, которую ты считаешь интересной - дурацкая. В самом высшем смысле, с точки зрения Главного Редактора Вселенной. Такое бывает...

* * *

Глупость похожа на христианство. Не рождаются христианами, не рождаются глупыми. Люди глупеют от грехов. Простейший пример - власть. Умный человек часто чрезвычайно глуп в обращении со своими детьми или подчинёнными. В принципе, от этого спасает кастрация или имеющие аналогичный результат половое воздержание, отказ от карьеры. Средства радикальные и в этом смысле нежелательные, однако ещё печальнее, что стопроцентной гарантии не дают и они. Это довольно быстро обнаружили основатели монашества, рассчитывавшие, что разрыв с "миром" поможет обрести "ум Христов". Символом разочарования стала притча о сапожнике, который, проживая "в миру", оказался ближе к идеалу, чем даже Антоний Великий. "Ближе к идеалу" монахи обозначили словом "смирение", которое, прежде всего, обозначает гармонию с Богом, собой, окружающими.

Впрочем, для понимания Г. не требуется понимать ум. Вершина у горы одна, пропастей множество, и не нужно быть на вершине, чтобы не упасть в пропасть. Сглупить, сдурить и есть падение в пропасть. Простейший механизм падения - начать погружение в чужую жизнь в качестве более умного или, в крайнем случае, сильного. Этим и занимается власть. Впрочем, так называмое "право сильного" всегда понимается и как "право умного" - ни один сильный мира сего не признает себя глупцом, которому случайно досталась чужая точка опоры, чужой рычаг.

Каждый полагает, что его сила не случайна, а есть награда за его ум - награда от Бога или от природы. На самом деле, считать, что ум влечёт за собой какие-то позитивные последствия для своего обладателя, весьма глупо. Скорее уж, верно "горе от ума". Ум есть ум есть ум есть ум. Он самодостаточен как красота. Впрочем, сильные (или считающие себя сильными) обычно - и вполне невольно - считают себя не только самыми умными, но и самыми красивыми. Первое свойство настоящего, сильного и красивого ума - понимание того, что под глупостью, столь широко простирающей руки своя в дела человеческия, достаточно ума.

Люди глупеют от греха, но было бы глупо рассчитывать на то, что чужую глупость можно использовать к своей выгоде. Вообще представление о выгоде уже - признак поглупления. Идея выгоды подразумевает неравновесность отношений между людьми, возможность "перекачки" от одного к другому. Властвующий глуп настолько, насколько полагает, что его власть выгодна подданным - впрочем, ещё глупее считать, что можно, угнетая других, добиться для себя какой-то выгоды.

Добиться-то выгоды можно, только вот "я" при этом загнивает и гибнет, что и было замечено не Львом Толстым - "горе человеку, если он весь мир приобрящет, а душу свою погубит". Сталин этого не заметил, Гитлер этого не заметил, а уж средний обыватель и подавно не замечает, хотя губит свою душу ничуть не меньше. Дело ведь не в абсолютном количестве приобрященного, а в процентном соотношении усилий, который ум затрачивает на приобретение, с усилиями, которые ум затрачивает на то, что обыватель презрительно зовёт "умствование". 

Глупости низовой, конечно, всегда намного больше, чем верховой - ведь власть есть пирамида (не путать с горой), построенная точно по тому же принципу, что пирамиды финансовые. Человек отдаёт что-то тому, кто выше, с расчётом взять вдвое с тех, кто ниже. Самое ужасное, что такое возможно. Глупо, но возможно. Для ума это не горе, а просто смерть. Он перестаёт видеть реальность, он задыхается в потоке восхвалений того, кто выше, и поучений тем, кто ниже, он вянет, задыхается и умирает. Ум способен умереть, глупость бессмертна, потому что безжизненна.

Пытаться убить и выкорчевать глупость ещё глупее, чем пытаться на ней нажиться. Это, кстати, хорошая новость: не нужно бороться с глупостью, не нужно пытаться её выкорчевать. Бороться нужно с властолюбием и прочими грехами, восстанавливая нормальные, равные и ровные отношения с людьми - потому что глупость всегда частная собственность, а ум - общечеловеческая, - и тогда Г. исчезнет - во всяком случае, из человеческой жизни, как исчезает тьма по мере восхода Солнца.

*

ГРЯЗЬ И ГЛУПОСТЬ

"Фол" - после уточнения - не от слова "fall", но и не от слова "fool", а от "faul", германский корень "фу", предположительно - это просто звук, выражающий отвращение при вонючем запахе. Отсюда и более позднее значение "омерзительный" (ugly), некрасивый, противоположный fair - красивый, прекрасный. Вот тут и появляется faul play как антоним fair play - "честная игра". Появляется в середине 15 в. В бейсболе как "вне игры" с 1860 г.

Fool - от латинского follis, "кожаный мешок". Голова идиота сравнивается с пустым кошельком, вот и все. В значении "шут" с конца 14 в., когда слово было не столь сильно негативно, как сейчас, обозначало прежде всего "пустоголовый", ближе к "легкомысленный", чем к "злостный дурак". Feast of Fools - festum stultorum - с начала 14 в., новогодний карнавал в храмах. Очаровательно придумал переводчик на английский эразмовой "Похвалы" в 1548 году - foolosopher.

*

Хороший афоризм всегда - хороший хиазм, он выявляет симметрию и сдвигает её. "Глупость становится впереди, чтобы её видели, ум - позади, чтобы видеть". Сказано румынской королевой Елизаветой (писала как Кармен Сильва, ум. в 1916). Афоризм много говорит о королевском быте - тут "сзади" означало ещё, очевидно, и "выше". Процессии не просто шествовали, они спускались. Для человека, который в основном ходит по городским улицам, этот афоризм неверен. Тут стать сзади означает видеть только спины стоящих впереди. Откуда лучше видно - с трибуны Мавзолея или из колонны демонстрантов? Поэтому не стоит подозревать в тщеславии всякого, кто проталкивается вперёд - возможно, человек просто любознателен. Свобода и есть умение быть впереди для знакомства с миром, а не для руководства миром.

*

Обычно заповедь "не называй ближнего пустым человеком" и "повинуйся властям" находятся в разных уголках мозга. Это правильно, иначе может выйти изрядная оперетта. Бывали прецеденты: во время молитвы православные интеллектуалы вдруг начинали просить у Бога любви к руководителям страны и лично к товарищу Леониду Ильичу Брежневу.

Арамейское "рака" - "пустой человек" - имеет в русском языке довольно точную аналогию, которая, однако, редко используется, потому что совсем из нехристианской литературы: "лишний человек". Рудин, Базаров... Но что значит "лишний"? Кто он - "нужный человек" (при Брежневе звался "нужняком")? Политик - лишний, писатель - лишний, продавец, коммерсант, физик... Мужик с палкой-копалкой - вот нужняк! Только он есть истинный кормилец и поилец, а все остальные паразиты! Не крестьянин - ведь крестьянин немыслим без тех лишних ротозеев и мечтателей, которые, отбросив палку-копалку, возились с горными козлами, мешали рвать дикую пшеницу, заявляя, что у них, мол, экспериментальный участок... типа синхрофазотрона для выведения более съедобных колосков.

Впрочем, мужик с копалкой - тоже всего лишь вошь на лице Земли-Матушки, ежели уж с точки зрения хорошо провяленных портянок.

Вера в Бога открывает мир, в котором нет ничего лишнего и, главное, никого. Никто не лишний и одновременно нет никого, без кого бы мир развалился. Кроме Бога. Всякий нужен, всякий драгоценен. Нет пустых людей, нет глупых. Есть сбежавшие со своего места, есть занявшие чужое место, увы - зло есть, грех есть. А дураков нет! Все люди - лишние для земли, нелишние для Бога.

Это - христианские, библейские основы толерантности. И это же - христианские основы нонконформизма. Легко спутать толерантность с конформизмом, раболепием, человекоугодничеством и кумиротворением. Есть такая омерзительная юмореска про то, как в желудке у человека завелись толерасты и призвали пожалеть несчастных глистов. Омерзительная - потому что из этого образа "паразитов на шее трудового народа" родился Гулаг и много другой дряни. Так вот, кто видит мир как преддверие заднего прохода, кто видит людей как паразитов, тот обречен на постоянный - и кровавый! - понос. В борьбе с "глистами" ведь все средства хороши - и человек будет, свергая очередного деспота, заключать союзы с самыми лукавыми, подлыми и гнусными силами. Вот он, порочный круг, над который хихикает цинизм - хихикает, но не в силах ничего сделать.

Люди, которые отождествляют толерантность с конформизмом, точно ли не знают, что конформизм есть предательство истины из страха перед сильными, а толерантность есть уверенность в том, что истина не нуждается в навязывании слабым? Толерантность всегда - от хозяина к гостю. Сознательно или бессознательно, но те, кто считает сторонников сопротивления злу добром "толерастами", подлыми предателями, сообщают: идеальное общество в их представлении такое, где каждый шесток знает свой шесток, где глистам вообще не место, а на месте толерантности - дом терпимости для посещения солдатами и офицерами личного его императорского величества полка.

Вера же говорит - люби! Люби и потому именно не будь конформистом. Я люблю ближнего и поэтому именно не дам ему сидеть у себя на шее. Такая сексуальная позиция неизвестна науке страсти нежной! Я люблю - и поэтому найду, как освобождаться от тирана, не вешая его вниз головой, ни громя всё вокруг. Я люблю - и поэтому у меня есть ресурс свободы, а не ресурс разрушения и ненависти, и Бог в помощниках, а не дух ненависти и убийства.

*

ДУРАКОВ НЕТ

Демотиватор: "Глухому не расскажешь, слепому не расскажешь, дураку не докажешь".... Гм-гм... Глухому - покажешь, слепому - расскажешь, дураку и расскажешь, и покажешь. А доказывать никому не надо и невозможно. Вот ведь не доказывал же Спаситель, что дураков нет. Просто запретил говорить "дурака". А что "дураков нет", это и так все знают.

НЕ ХОЧЕШЬ БЫТЬ ДУРАКОМ - ДУРАЧЬСЯ!

Иисус запретил называть ближнего дураком. Это не религиозный запрет, а сугубо рациональный, позитивистский. Называние другого дураком вызывает в памяти анекдот про двух ковбоев:

- Билл, видишь вон того ковбоя в кожаных штанах?

- Джо, так там все в кожаных штанах.

Джо стреляет, один из ковбоев падает.

- Вон тот, которого я пристрелил — этот мужик вчера спас мне жизнь.

Если кому-то этот анекдот кажется слишком трагическим, есть вариант:

Джо стреляет несколько раз так, что из кучки ковбоев все падают замертво, кроме одного.

- Вон тот, который остался стоять, - нам заплатили, чтобы мы его убили.

Все дураки! А особенно мудрецы! И чем старее мудрость, тем актуальнее острота Искандера про «стармудов».

Дурость, как тень, видна лишь по контрасту с недуростью. Что человек дурак видно, потому что у самого дурацкого дурака всегда есть какой-то изъян, в чем-то он да умен. Очень часто это - к вопросу о "нищие духом" - отношение к деньгам. Но и насчет поку...ать, поблу...ить, похаляввни...ать и т.п. тоже любой дурак не дурак.

Единственный способ не быть дураком — это стать дураком целиком, освободиться от мудрости. Никого не называть дураком невозможно — если только ты сам не дурак. Поэтому адекватно понял Спасителя только апостол Павел, обозвав дураком себя — а всех окружающих поименовав мудрецами (1 Кор. 4, 10). Слово одно и то же у Павла и у Спасителя в Мф. 5, 22 - «море» (ударение на последнем слоге). Уйти целиком в тень — как Спаситель целиком ушел в человечество. Сойти в ничтожность как Иисус сошел во ад, и если на всякого мудреца довольно простоты, то на всякого дурака достаточно воскресения — самого дурацкого, но единственного решения проблемы спасения тех, кто недостоин спасения.

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова