Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Мф 5, 44 А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас,

Фразы предыдущая - следующая.

Лк 6, 27 Но вам, слушающим, говорю: любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас, 28 благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас.

Лк. 6, 35: Но вы любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего; ибо Он благ и к неблагодарным и злым.

Фразы предыдущая - следующая.

№50 по согласованию (Нагорная проповедь)

См. также о любви к ближним как к себе и о любви к родителям. Мф. 7.6 (о связи прощения и благоговения) См. Жизнь по Евангелию. Ср. о любви к ближним как более трудной.

 

Враги, любовь к ним - через делание правды, Афанасий Великий; в псалмах - "мысленные", т.е. свои грехи, Афанасий Великий; Златоуст; и еще его же; Кесарий Арльский (543); Вл.Соловьев об этом; - и игра, Хейзинга, 1938;  Бонхёффер, 1935; Бердяев, 1944; Бердяев, 1947; Передача на "Радио Свобода", 2008.

Ср. Гитлер-тест. Библиография.

Друга надо любить как мы любим в себе Авеля, врага - как мы любим в себе Каина.

Любовь к другу сорадуется истине, любовь к врагу не радуется неправде.

Любовь к другу не завидует, любовь к врагу долготерпит к его зависти.

Любовь к другу не бесчинствует, любовь к врагу милосердствует к чужому бесчинству.

Любовь к другу не ищет своего, любовь к врагу не ищет чужого.

Любовь к другу не превозносится, любовь к врагу не унижается.

Любовь к другу не гордится, любовь к врагу не смиряется.

Любовь к другу не раздражается, любовь к врагу не мстит за его раздражение.

Любовь к другу не мыслит зла, любовь к врагу мыслит добро.

Любовь к другу всё покрывает, любовь к врагу всё раскрывает.

В любви нет ни мужского пола, ни женского, ни правого, ни левого, ни друзей, ни врагов, поэтому любит по-Божьи тот, для кого каждый друг - враг, каждый враг - друг, и кто всему верит и никому не доверяет, всего надеется и ни на кого не надеется, все переносит и не выносит ничего, кроме жизни в Боге.

*

* * *

Знаю людей, которые стесняются, а всё же молятся о погибели Путина. Знаю и некоторых от иудей, которые ничуть не стесняются и молятся о том же, оправдывая себя тем, что это в каббале и в талмуде дозволяется. Да что каббала! Даже пасхальная литургия начинается с "да воскреснет Бог, и расточатся вра-ази Его!" Вразей даже жалко - с таким воинственным, чисто российским грозовым милитаризмом торопимся мы вдохнуть "дым от лица огня". Бедные вразеньки, из которых Путин есть первый!

Нельзя молиться о царе Ироде - в обоих смыслах! Нельзя молиться о его благополучии, нельзя молиться и о его злополучии!! Берите пример с Господа Иисуса Христа: бесов Он в свиней послал и в озере утопил, но ни Понтия, ни Каиафу, ни Иуду, ни даже Пилата не истребил. По доброте - да, конечно, но и потому, что, как совершенно ясно богословам, не из-за них сыр-бор. Дело даже не в том, что на место каждого Ирода встанет десяток новых, хуже первого, а в том, что уничтожая, становишься на один уровень с уничтожаемым. Кто врага в шредер засунет, тот и станет шредером. Если духовно засунем - будем духовным шредером. Вам это нужно?

 

* * *

Апостол Павел по восходящей перечисляет, к чему призваны христиане, и выше всего: "Благословляйте гонителей ваших". Благословение здесь - как и прощение - есть освобождение. Не просто забыть, а поделиться силами со своим врагом. Это противоестественно - во всяком случае, для человека, каким мы его (себя) знаем. "Нормально" - создать будущее, в котором враги бессильны, а мы с друзьями, соответственно, в безопасности. Ненормально - простить, и Иисус поступает ненормально, когда прощает - демонстративно прощает расслабленного. Кто прощает, не созидает будущего. Можно сказать, что прощение созидает того, кто прощает - но ведь это лукавство. Может, прощёный и расчувствуется, но может - и нет. Кто прощает - созидает себя.

Бог прощает, рождаясь в мир. Бог изменяет Себя - не мир. Из предвечного Слова Бог становится совершенно не вечным, очень даже смертным телом. Образ и подобие Божие в человеке в том, что человек изменяет себя, прощая другого. Мы тогда вполне прощаем, когда опускаемся к тому, кто нас обидел. Мы даже можем простить за другого - что иррационально, неправильно, что - чудо. Только прощая - надо идти рядом с тем, кого простил. Чтобы идти рядом с прощёным, нужно спуститься - как Иисус спустился, неся прощения. Кто прощён - уходит, но Иисус невидимо следует за ним. Прощаем - и разделяем с другим его боль, но не его грех. Увы, чаще мы не прощаем, а причиняем боль - или прощаем так, что прощаемому больно от нашего прощения. Мы делаем другому больно из лучших побуждений - нам кажется, что боль преображает. Мы готовы рассказать, как нам было плохо и больно и как нам это помогло стать лучше. "Вот папаша меня-то в детстве лупил, я и вырос приличный человек". Да неправда. Во-первых, точно ли приличный, но во-вторых, "после этого - не означает вследствие этого". После страдания человек стал лучше? Да не от страдания, а от Духа Божия! Не коснулся бы души Бог - болящий и страдающий только бы озлобился. Поэтому гонителей надо прощать не потому, что гонения нам на пользу, а потому что и гонители - люди. Нельзя даже мечтать о том, чтобы враг - расслабился, стал паралитиком, обездвижел. Не пойдёт это на пользу ему, да и нам. Бог простил паралитика, прощает нас, чтобы мы шли, никого на своём пути не сбивая, не стреноживая, никого не пытаясь учить болезнью и страданием, и проповедуя весть о спасение через прощение, освобождение, свободу и любовь.

1592

Вера в воскресение есть необходимое условие любви к врагам. Вот дети - восторженно глядят на взрослых. О, конечно, не всегда, и менее всего в семье, но в ситуациях, подобных литургии - например, дети на сцене сыграли спектакль, спели, станцевали, паника их прошла, и вот они с лёгким сердцем смотрят в зрительный зал с куда большим восторгом, чем на них - из этого зала. Взрослые смотрят на детей, выделяя своего, только в своём видя ангела. Дети смотрят на взрослых - на всех - с надеждой, что все они такие же добрые и "свои", как мать с отцом. Так и священник смотрит на стоящих перед ним - даже, в отличие от ребёнка, зная, что они грешные люди, и именно зная, что они грешные, а всё же люди, любимые Богом, любимые Тем, Кому они враги. Так и любой христианин глядит на людей - зная паскудный наш общечеловеческий секрет, но ведая и великую Божию тайну. Глядит с широко раскрытыми глазами, глядит с любовью не потому, что не знает, а потому что знает Воскресение, превосходящее всякое циническое земное знание. До Христа и помимо Христа вершина человечности - учиться жить и учиться умирать. Во Христе - учиться Воскресению, его подлинности, его всеохватности. Вот почему мы можем и должны благодарить Бога - как во время проскомидии трижды священник благодарит, как в окончание литургии благодарит и благословляет Бога. Ведь за смерть благодарит и за страдания благословляет, причём не за свои - за смерть и за страдания Сына Божия. Если бы не Воскресение, такая благодарность была бы опустошающей и подлой, а благодаря воскресению она - животворит до любви к врагам. Каждый раз, когда мы делаем добро врагу, мы сораспинаемся Христу и совоскресаем с Ним. Ну, допустим, самое страшное - в ответ на наше добро нас обманули, нам причинили боль, нас убили. Ну, убили - так воскреснем же! Если метафорически убили, как это почти всегда, то метафорически воскреснем, если реально убьют - реально.

1623

Даже не очень разбираясь в психологии (а может, именно потому, что не очень разбираемся), все современные люди знают по трехэтажность души. Есть подвал, мрачное и сырое "оно", откуда исходят всякие беспричинные злые мысли, хаос, распад. Есть крыша с высоким шпилем, "сверх-я", откуда коллективное сознание посылает нам этические нормы, навязывает заповеди, систему координат, и тем самым обуздывает подвал,позволяет жить в мире, пусть относительном, друг с другом.

Собственное "я" тогда - как тоненький кусочек сыра между этими толстыми-толстыми и довольно чёрствыми от древности кусищами миророздания. Ещё хорошо, если хотя бы тоненький кусочек есть, а то иногда кажется, что "я" всего лишь граница между верхом и низом.

Такое деление лишь воспроизводит древнее деление человека на дух, душу и тело, где тело это такой обезьяний субстрат, непокорный носитель высших идеалов, брыкающийся и ржущий, а душа всего лишь седло для высшего.

Когда Иисус говорит о любви к врагам и о любви к друзьям, это легче понять, сравнив врагов - с подвалом своей жизни, а друзей - с крышей. В каждом из нас есть враждебная, ночная часть, затаившийся мистер Хайд. Мы ненавидим его в себе, мы боимся его. Впрочем, не только в себе, но и в других. Только о себе мы знаем, что вражье в нас - лишь часть, а о другом полагаем, что он - враг насквозь, враг и более ничего. Мы ценим в себе и высшее начала, дружелюбного и сострадетельного мистера Джекила, который всегда готов прийти на помощь нуждающемуся - только вот вражина Хайд мешает. Тем выше мы ценит друзей, готовых всегда прийти на помощь, и расстраиваемся, когда друг оказался вдруг враг, а то и просто "так" - то есть, просто личность, человек, не помогальник и не вредильник, а просто живой, то есть - непохожий на нас.

Ровно о том же и всё послание апостола Павла. Оно вовсе не о законе и благодати, оно всё о том же Джекиле и Хайде, аде и рае, подвале и крыше, и о том, что человек не там и не там, не то и не то, а Бог, вместившийся в тиски свободы и необходимости. Грехопадение и есть появление свободы и рабства, милости и справедливости, овладение добром и злом - овладение ими и порабощение им. Бог в ужасе изгоняет человека, но остаётся внутри изгнанника, и поэтому человек остаётся человеком, а не рабом обстоятельств или падшим ангелом. Наша низшая часть знает зло, наша высшая знает зло, но они не знают Бога и не могут знать - Бога знает наше сердце.

Сравнение Бога с Солнцем, которое светит добрым и злым, кажется тривиальным от долгого употребления, но ведь это всё тот же вопль: "Почему?! Доколе, Господи?!!!" Почему всё нужное для жизни - и добрым, и злым?! Что за неразборчивость? Богу безразлично, что за грех совершит человек, им созданный и обеспеченный теплом, воздухом, водой? В нас просыпается Друг Народа и говорит: "Нет, нельзя так! Надо с разбором!! Посылаем гуманитарную помощь только гуманным гуманистам, а нечистым трубочистам не посылаем!!!"

Бог посылает свет и жизнь не друзьям Своим и не врагам, а - людям. Не духам платоническим и не скотским телам, а - людям, тому неуловимому в нас, что и есть человек. Бог обращается не к той нашей части, которая умеет дружить или, напротив, враждовать, а к к нашему целому - которое умеет любить и творить.

Того же просит Бог от людей: обращаться и к самым любимым, к самым любящим нас, твёрдо зная, что и в любящем есть подвалы, есть шпили, колокольни и катакомбы. В любимом есть дружественное нам и враждебное нам, но любим мы не друга и не врага - или, точнее, любим и друга, и врага, потому что любим целое, любим сердцевину, любим не хорошее или плохое, а Божие. И нас любит не друг и не враг, а Бог - нас любит лёгкость, неуловимость, прозрачность, Дух.

1672

БИБЛИОГРАФИЯ

Broshi, M., “Hatred: An Essene Religious Principle and its Christian Consequences,” in: Idem, Bread, Wine, Walls and Scrolls (Journal for the Study of the Pseudepigrapha, Supplement Series 36; Sheffield: Sheffield Academic Press, 2001), 274-283.

Neudecker, R., “'And You Shall Love Your Neighbor as Yourself - I Am the Lord' (Lev 19,18) in Jewish Interpretation,” Biblica 73:4 (1992), 496-517.

Reiser, M., “Love of Enemies in the Context of Antiquity,” New Testament Studies 47 (2001), 411-427. - В описи А №264.

Ruzer, S., “From "Love Your Neighbour" to "Love Your Enemy": Trajectories in Early Jewish Exegesis,” Revue Biblique 109:3 (2002), 371-389. В описи А №264.

Smith, M., “Mt. 5:43: 'Hate thine enemy',” Harvard Theological Review 45 (1952), 71-73.

Stendahl, K., “Hate, Non-Retaliation, and Love (1 QS x, 17-20 and Rom. 12:19-21),” Harvard Theological Review 55:4 (1962), 343-355.

 

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова