Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


 

Мф 8 34 И вот, весь город вышел навстречу Иисусу; и, увидев Его, просили, чтобы Он отошел от пределов их.
Мк. 5, 15-20. Приходят к Иисусу и видят, что бесновавшийся, в котором был легион, сидит и одет, и в здравом уме; и устрашились. 16 Видевшие рассказали им о том, как это произошло с бесноватым, и о свиньях. 17 И начали просить Его, чтобы отошел от пределов их. 18 И когда Он вошел в лодку, бесновавшийся просил Его, чтобы быть с Ним. 19 Но Иисус не дозволил ему, а сказал: иди домой к своим и расскажи им, что сотворил с тобою Господь и [как] помиловал тебя. 20 И пошел и начал проповедывать в Десятиградии, что сотворил с ним Иисус; и все дивились.

Лк. 8, 34-39 Пастухи, видя происшедшее, побежали и рассказали в городе и в селениях. 35 И вышли видеть происшедшее; и, придя к Иисусу, нашли человека, из которого вышли бесы, сидящего у ног Иисуса, одетого и в здравом уме; и ужаснулись. 36 Видевшие же рассказали им, как исцелился бесновавшийся. 37 И просил Его весь народ Гадаринской окрестности удалиться от них, потому что они объяты были великим страхом. Он вошел в лодку и возвратился. 38 Человек же, из которого вышли бесы, просил Его, чтобы быть с Ним. Но Иисус отпустил его, сказав: 39 возвратись в дом твой и расскажи, что сотворил тебе Бог. Он пошел и проповедывал по всему городу, что сотворил ему Иисус.

№66 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая.

Р.Никсон (NBC, 1993): Христа просили уйти люди, испугавшиеся за свою собственность (свиней), как в Деян 19, 23-27 христиан гнали ремесленники, зарабатывавшие на изготовление статуэток языческой богини. Корыстолюбцы так же против вмешательства Бога в свои дела, как бесы (ср. ст. 29). Впрочем, следует помнить, что это были язычники -- иудеи приводили к Иисусу больных, потому что были включены в традицию, к которой принадлежал Иисус, а этим что в чужом пиру похмелье? Впрочем, одно дело -- привести к Иисусу бесноватого родственника, это дело личное, а другое -- пустить в город, в социум некоего могущественного волшебника. Толпа часто ошибается, перестраховывается там, где личность рискует, ибо толпа не создана для любви. Впрочем, и личность часто отшатывается от Бога. Петр же просил Иисуса отойти от себя, грешного (Лк 5, 2).


Люди пугались чудес Спасителя - исцелений - потому что болезнь часто делают непременным условием хорошего самочувствия (даже свою, а уж чужую с особой легкостью). Психологи называют это "игрой", "сценарием", когда родственник болящего получает психологическую выгоду (а просто говоря, "тешит свою гордыню") от того, что его мучает алкоголик или наркоман - и делает все, чтобы тот не выздоравливал. Свобода человека настолько велика, что побеждает даже боль: страдалец может использовать свою болезнь для манипуляции окружающими. Примечательно, что среди исцеленных Спасителем таковых не было, не могло быть по определению, потому что тот, кому болезнь - средство жить, не верует в исцеление, боится Исцеляющего, предпочитает всю жизнь ходить вывернутым, чем однажды выпрямиться и очиститься.

3.11.2002


Мф. 8, 34: "И вот, весь город вышел навстречу Иисусу; и, увидев Его, просили, чтобы Он отошел от пределов их" (то же Мк. 5, 17). Корыстный интерес (свиньи все же товар) берет верх над духовным. Златоуст: лучше с бесноватым, чем со сребролюбивым. Бесноватые не предают, корыстолюбивые - предают. Баркли: прогоняют из жажды не свинины, а спокойствия. Христос подрывает привычные устои жизни, символ которых свинина. Бесноватые - козлы отпущения, они помогают чувствовать себя здоровыми; бесноватые всегда в нездоровом обществе, симптом загнанных внутрь “нормальных” фобий. Бесноватого любо унижать, а перед Христос придётся унизить себя.

*

У православных рассказ о спасении бесноватого ценой гибели свиней предваряется на литургии чтением отрывка из послания к римлянам о законе и Христе. Всё послание к римлянам об этом, но тут Павел предельно проясняет свою мысль образом, используя образы вертикали и горизонтали.

К сожалению, образы действуют сильнее на первых слушателей, однако плата за это – довольно быстрое устаревание метафор. Сравнение губ с розой первый раз, скорее всего, кого-нибудь из слушателей отправило в нокдаун, но вот уже шесть тысяч лет как это сравнение кажется и пошлым, и непонятным. Вы розу видели? Губу видели? Ну, и что общего?

Вот с «абстрактными терминами» прямо наоборот: в момент придумки они кажутся не очень понятными, но с каждым веком, если попали в точку, набирают ясности.

Так и образы «схождение Иисуса во ад», «вознесение Иисуса» давно превратились в словесные штампы. Метафора должна вызывать эмоциональный отклик, но никто не вздрагивает от «схождения» или «вознесения», никто не чувствует себя как на американских горках. А должны бы, потому что Павел и христианином-то стал, свалившись с лошади, и свою главную радость выражал, говоря о подъёме.

Тест на Иисуса в рассказе о бесноватых даёт две реакции. Одна – бесовская: броситься вниз. Другая – животная: жители города просят Иисуса выйти вон. Иисус изгоняет бесов, люди изгоняют Иисуса. Он уходит. Насильно мил не будешь. Между тем, Он пришёл ради третьей реакции: подняться ввысь. Такова реакция образа Божия.

Люди не хотят быть образом Божьим. Мы хотим быть просто людьми. Пожить по-человечески. Для такой жизни не нужен Бог, для такой жизни достаточно закона. Платон сравнивает такую жизнь с пещерой, и совпадение с евангельским упоминанием пещеры как места жительства бесноватых не случайно. Существенно в пещере то, что это место, где есть высота, но нет неба. Такую пещеру каждый сооружал себе в детстве из одеяла. Отличная защита от страха, от угроз. Таков и закон. Он лучше всего (лучше агрессии, лжи, войн и т.п.) защищает. Цена защиты, однако – жизнь без выхода вверх. В пещере можно рыть новые ходы, углубляться неимоверно, но пробить потолок нельзя – это будет уже не пещера.

Именно в такую «не пещеру» и выводит Иисус человечество. «Царство Божие приблизилось» - это и есть явление неба, голубизны, беспредельного верха в жёстко ограниченном пространстве закона.

Бесноватый избавляется от страха перед жизнью, нарушая всевозможные законы. Нормальные люди избавляются от страха перед жизнью, соблюдая всевозможные законы. Принимающий Христа, говорящий Ему: «Входи! Я боюсь, но всё же входи, Бог мой!» - не избавляется ни от чего, но принимает Жизнь.

Что это означает на практике? Да взять хотя бы заповеди блаженства. Можно жить горизонтально, стараясь никого не обидеть, сдерживая слёзы, когда тебе больно. А можно – «блаженны плачущие», то есть, не стесняющиеся плакать, как не стеснялся Иисус в Гефсиманском саду, предпочитающие заплакать самому, лишь бы не плакали другие и не заставляли плакать друг друга. Можно жить по закону, зная, что такое правда, норма, стараясь соблюдать эти нормы. А можно – «блаженны алчущие правды», то есть те, кто понимает, что правда не есть нечто конечное, что она не умещается в человеческие договоренности между собой, что в любой ситуации кроме беззаконного и законного возможно ещё полётное, взмывание вверх.

Иисус мог бы сказать «блаженны поющие». Законы, преступления, наказания, праведность, - это всё как речь. Можно материться, можно набожно проповедовать, можно произносить приговоры. Это всё плоское, горизонтальное. А можно – запеть. Царство Божие – это песнь.  Бесноватые не поют, и кто не любить пения и музыки, тот должен внимательно проверить себя на предмет серы.

Логически определить, правильно я собираюсь поступить или нет, не всегда легко. Да и не к правильности надо стремиться. Ракете нужен космодром. Благодати нужен закон. Вдохновению нужно трудолюбие. Но ракета не есть космодром, и закон не есть благодать. Нужно посматривать – не есть ли наше христианство всего лишь пошлое устраивание в пещере бытия с максимальным комфортом, духовным, душевным, материальным. Мы когда в последний раз воспаряли? Когда делали что-то, неожиданное и для себя, и для других? Когда мы должны были произносить приговор, а вместо этого запели «траляля»? Вот когда мы так делали, тогда мы и были недалеко от Царства Небесного.

По проповеди в воскресенье 8 июля, №1838
 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова