Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Мф. 12, 19 не воспрекословит, не возопиет, и никто не услышит на улицах голоса Его;

№48 по согласованию Фразы предыдущая - следующая. Ср. Ио. 18, 37.

Разве эти слова описывают Иисуса, каким мы Его знаем? Разве то же самое Евангелие не описывает, как на улицах Иерусалима слышали Его голос, как Он, мягко говоря, прекословил торговавшим в Храме, как Он возопил на кресте? Что уж говорить о чудесах-знамениях? Правда, Иисус толкует эти слова пророка в самом начале Своего пути, как описание старта они вполне верны. Предполагалось, что Мессия стартует как ракета, только в противоположном направлении, а так - гром, молния, один деспот в клочья, другой коррумпированный судья в клочья... А тут явился...

Низкий старт ближе к Небу - к тому Небу, которое у каждого под ногами. Чтобы добраться до этого, настоящего Неба, нет нужды возводить башни. Впрочем, копать котлованы тоже бесполезно - через котлован, который роют заключённые, можно попасть лишь в котёл к бесу. Чтобы взойти на Небо, достаточно просто идти за Иисусом. Где Иисус, там и Небесное Царство. Вы спросите - почему за Иисусом, почему не за Гиллелем или Василием Пупкиным? А это спросите у Духа Святого. Если Дух скажет - за Пупкиным, идите за Пупкиным.

Идти за Иисусом, однако, лучше, чем за кем бы то ни было. "Лучше" означает "легче". Не нужно напрягаться. Да, конечно, кормить голодных, поить жаждущих, нести крест, тыр-пыр-восемь-дыр и всякое такое. Но неужели случайно Иисус, обрушив всё это на наши головы, говорит: "Так и вы, когда исполните все повеленное вам, говорите: мы рабы ничего не стоящие, потому что сделали, что должны были сделать" (Лк. 17, 10). Неужели Господь призывает врать и заниматься самогипнозом? Да нет, просто, действительно, всё это мелочи. Если с Богом. Если без Бога, тогда, конечно, ой. Если перед глазами висит паучок - вот прямо перед зрачком - и если глаза сфокусировались на этом паучке, тогда, конечно, триллер. А если глаза видят невидимого Творца всех паучков перед глазами, тараканов в голове, тогда, действительно, а что мы особенного сделали? Может, будем требовать гонорар за каждое почёсывание носа?

Увидеть, конечно, трудно - ведь надо увидеть Того, Кто - сейчас, во всяком случае - не спорит, не кричит и на улицах не демонстрирует.

Кстати, чтобы увидеть Того, Кто не демонстрирует, иногда, возможно, придётся выйти на демонстрацию. А иногда - не выйти. Всё это такие мелочи, что Иисус оставляет их на наше усмотрение. Одно ясно: мы можем всё, а должны очень немногое. Можем сказать горе или дереву утопиться в море, но совершенно не обязаны портить тем самым экологию. Можем воскрешать умерших, но совершенно не обязаны предоставлять вечную земную жизнь тем, кто и временной-то не сумел распорядиться толком. Можем воевать и побеждать, но совершенно не обязаны менять мир на победу - а выбирать приходится не между поражением и победой, а между миром и войной, идёт ли речь о войне между народами или между мужем и женой.

ЧЕМ ОТВЕТИТЬ НА ШУМ КАМЫША

 

(По проповеди в субботу 10 января 2015 г., №2172).

Ещё одно из тех евангельских – более того, вообще религиозных – противоречий, которые атеисты не замечают. Только что было сказано, что Мессия «возвестит народам суд» - а теперь о том, что Мессия сам пойдёт под суд, не будет защищать Себя. Какое там «возвестит», если Его голос будет неслышен!

Отец невидим, Сын неслышен – по сей день мы не расслышали толком «подставь щёку», зато с удовольствием передаём про «уходи вниз и бей слева».

Между громким и тихим голосом есть качественная разница. Они не просто созданы для разных ситуаций и темпераментов. Искренность проверяется, когда говорят тихо. В этом опасность микрофона – он усиливает тихий голос так, что отчётливо слышно, если человек не вполне искренен. Конечно, лжец именно этим может воспользоваться, отсюда выражение «нашептать». Отсюда ироническое «тихоструй» про митрополита, который «одну просфору в день ел, да целым попом закусывал». Никого он не обманывал, кроме самого себя – а это самое страшное.

Мало говорить тихо – надо быть тихим. Здесь, как в известном изречении Толстого, эффект дроби, и громкость звука в децибелах – не вверху, а внизу. Быть тишиной – чтобы суд победил, чтобы правда победил. Не просто затаиться, замаскироваться в ожидании Второго пришествия. «Льна курящегося не угасит, доколе не доставил суду победы» - тут «доколе» лучше бы передать как «Льна курящегося не угасит, и тем самым даст справедливости восторжествовать».

Суд Божий – не просто наказание виновных. Суд Божий это завоевание страны мрака, это отмена всех неправедных установлений, это переустройство всей жизни на новых началах. Торжество не наказания и разрушения, а спасения и преображения. Поэтому наш Судья говорит тихо. Чтобы услышать голоса обидящих нас и ругающих нас, не надо напрягаться, а чтобы услышать Бога надо напрячься. Радость в том, что Бог искреннее наших врагов. О, конечно, они злятся от сердца – но мы же по себе знаем, что наша злость на других не от самого донышка и не изначально. Тихость Божия от самого бездонного донышка.

Путь христианина – это осуществление в себе способности быть тихим. Не ответить на зло. Так замолчать, чтобы расслышать молитву Бога к нам посреди шума и гама.  Это нелегко – ведь в молчании мы отказываемся от власти, от самой мощной власти – власти слова. Приказа, понуждения, помыкания. Отказаться – чтобы никого не сломить. Ведь стоит человек – грудь колесом, глаза горят, вот сейчас наш в порошок сотрёт, а на самом деле он и есть тот самый камыш надломленный и лён еле дымящийся, которые так дороги Богу. Нам не дано предугадать, какое наше слово может сломать другого человека – поэтому лучше всё-таки убавить децибеллы, а вовсе не выкручивать громкость, соревнуясь с соседом, кто кого уделает. Не будем рисковать – будем с людьми тихи как Бог тих с нами, и если захочется закричать – давайте кричать Богу как Иов, чтобы как Иов получить воскресение.  

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова