Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Мф. 13, 24 Другую притчу предложил Он им, говоря: Царство Небесное подобно человеку, посеявшему доброе семя на поле своем

№63 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая.

Только у Мф.

Фома, 62: "Иисус сказал: Царствие Отца подобно человеку, у которого [хорошие] семена. Его враг пришел ночью, высеял плевел вместе с хорошими семенами. Человек не позволил им (служителям) вырвать плевел. Он сказал им: Не приходите, чтобы, вырывая плевел, вы не вырвали пшеницу вместе с ним! Ибо в день жатвы плевелы появятся, их вырвут и их сожгут".

Притча у Матфея снабжена аллегорическим толкованием, точь в точь как притча о сеятеле. В Евангелии Фомы аллегории нет, как нет и упоминания о том, что слуги спали, когда пришёл враг. Впрочем, всё это детали, которым не стоит придавать слишком большое значение, ведь тогда надо было бы ожидать, что Иисус растолкует, кто такие эти батраки - а Он этого не делает. Напрашивающееся объяснение - что слуги это ученики - невероятно, потому что ученикам отведена роль семян. Притча, на первый взгляд, всего лишь объясняет, почему Бог не торопится со Страшным Судом. Однако, объяснение таково, что побуждает задуматься над более глубоким вопросом: а возможен ли вообще Суд? Ведь плевелы - совершенно конкретное палестинское растение, как и всякий сорняк, пускающее глубокие корни, которые переплетаются с корнями пшеницы так, что нельзя выдернуть сорняк, не повредив пшенице. В принципе, пропалывать пропалывали, но, конечно, при этом какие-то колоски пропадали. Крестьянин этим пренебрегал, слишком незначительный ущерб. Но если речь идёт о людях, то тут и один - абсолютно много. По этой же логике ради спасения одной овцы Иисус готов бросить всё стадо - в отличие от настоящего, не аллегорического пастуха. Как же может исчезновение дурного человека - дурных людей - помешать спасению праведников? Видимо, кто-то из праведников может возроптать и предпочесть отправиться вместе с грешным, но любимым человеком, в геенну? Что же, Царство есть ожидание, пока ученики Христа не достигнут такой степени бессердечия, что спокойно смогут глядеть на то, как исчезают в огне не мёртвые тела, а живые души людей, с которыми они дружили, ели, пили, спорили и мирились? Нет, эта притча совсем о другом - о том, что кое у кого руки чешутся свести огонь с неба, а Сын Человеческий пришёл не Змей Горыныч, который пришёл огнём пыхать, а тот, кто пришёл затушить огонь и спасти обречённых на него. Царство Божие есть Божие ожидание, пока верующие дорастут не до бессердечия, а до полной любви, до потребности, готовности и умения вместе с Богом спасти всех и никого не отдать на гибель. Пока преобладают такие "сыны Царства", которые еще очень-очень маленькие колосочки, которые мало чем отличаются от сынов тьмы, которым мало своего спасения, которые прежде всего алчут чужой гибели. Ну как их унять, как не обещанием расправиться с их "врагами" попозже. Овцы думают, что пастырство - это когда пастух за волками охотится, а пастух не возражает, только откладывает охоту на потом, а сегодня предлагает слегка заняться собственной шкурой. Так, потихонечку, овцы - эти или их отдалённые потомки - и поймут, что волков никаких нет, что главный волк для овцы - овца, и решать надо эту проблему.

Принцесса на сперме

Ганс Христиан Андерсен - один из немногих людей, которым удалось сделать имя Христа частью своего, не по бумагам, а по духу. Не скажешь ведь "Ганс Андерсен". "Ганс" - простачок, в том числе, у Андерсена. Нет, Андерсен - Ганс Христиан. Он не прост, как и Христос. Ох, не прост! Да вон, "Принцесса на горошине". Это - как и почти всё у Андерсена - про секс и эротику. Как и почти всё у Андерсена, глубоко законспирировано. Хотя впрочем, чего уж особенно глубокого... Что девушка не должна быть фригидна, что хорошая жена - не та, у которой кровь голубая, а та, которая мечется по кровати, не может заснуть, что-то ей мешает...

Такова любовь. Подростку все эти поцелуи и разговоры кажутся досадной помехой, вроде горошины под матрасом. Это хорошо, у такого подростка с либидо всё в порядке. Есть горошина - будет отличный стручок, сам Фрейд обзавидуется и длине, и толщине! Взросление - это когда горошина всё крупнее, а матрасов всё меньше и меньше, и вот в один прекрасный день - или ночь - уже не принцесса на горошине, а горошина на принцессе. Да и сама принцесса-то - она ведь тоже, глянь, горошина! Это всё было про горохового короля и гороховое царство!

Всё самое важное в жизни - любовь, деньги, вера - как горошина. Как семя. Говоря изящным евангельским языком - как сперма. Евангелие от Матфея, глаза 13, стих 24: "Хорошее семя в поле его", "калон сперма ен то агро ауто". Ауто - авто, агро - ну да, аграрии, калон - отсюда "филокалия", "добротолюбия". Вы думали, сперма - что-то жидкое и мутное? Это религиозность у вас жидкая и мутная, а в Евангелии сперма - это и "семя горчичное", и пшеничное зерно, и у винограда, между прочим, семя - это та ещё косточка! Вы приглядитесь! А кто скажет, что "зерно" по-гречески не сперма, верно... Зерно по-гречески - "кокос"! Ударение, правда, на первом слоге. Ничего себе пшеничка была во времена Иисуса?

Есть горошина - есть надежда на будущее, нет горошины - ничего нет, и надежд никаких у принцессы нет. Конечно, вера, любовь, состояние образуются по-разному. Иногда как выигрыш в лотерею - рраз, и небо в алмазах, и всю жизнь можно жить на одни проценты. Иногда - десятилетиями убирать один матрас за другим, сажать эту горошину в баночку, ставить под лампочку, заботливо дышать на неё, из пипеточки подкармливать... На старте всё это кажется ужасно принципиальным, важным, но где-то к вершине жизненного пути всем одинаково тяжело, а на финише, когда уже ты сам превращаешься в горошину воскресения, всё это не принципиальные, хотя милые детали прошлого.

Тем ужаснее, когда деталей нет, а прошлое есть. Не было горошины! Было желание её заиметь, были бессонные ночи, размётанные руки, жаркие матрасы, а горошины - не положили! Или положили, а ты раздавил. Или не раздавил, а пропустил. Или позарился на горошину из-под чужого матраса. Их сжевал себе горошину из страницы, которую вырвал, хоть из Библии, хоть из Маркса, хоть из Дарвина. А нынче, говорят, горошины делают из силикона, с обратной связью и прямым подключением к социальным сетям. И вот социальные сети есть, подключение есть, а - ну, а вот горошины нет, а только имитация, модель. Это особенно обидно, потому что социальные-то сети они созданы горошинами и для горошин, это вовсе не какие-то сети сатаны, отвлекающие от истинной жизни. Но вот именно у тебя вдруг не задалось...

Ну что ж делать! Главное, не удовлетворяться неудовлетворительным! Возьми матрас свой и иди за горошиной своей! И как увидишь - сразу раз, и матрас на неё набрасывай, и ещё, и ещё, и ложись, и проверяй - чувствуешь или нет. Если эта горошина чувствуется лишь, когда её держишь в полном соответствии с инструкциями, брось и ищи свою, такую, что через десяток матрасов прожжёт. А как же не ошибиться - ведь можно подделать не только бриллиант, но и невзрачное семечко? Ну "как, как"! Может, и ошибиться! Шишки от неудач - тоже своего рода горошины. Главное, чтобы шишки были у тебя, а не у тех, с кем ты столкнулся. В конце концов, каждый из нас - включая принцесс, тут полное социальное и гендерное равенство - не только ищет горошину, но и сам - горошина, одновременно и сперма, и её зоид.

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова