Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Мф. 18, 20 ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них.

№91 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая.

Ср. Мф. 25, 43. Ср. Церковь.

"Где двое или трое соберутся во имя Моё, там Я среди них"... Сказано было в обществе, где человек редко оставался наедине с собой. Коллективизм знал про себя, что ненормален - не случайно в Библии все явления Бога совершаются, когда человек один, и это одиночество фиксируется и подчёркивается. В Святая Святых первосвященник входил в полном одиночестве. И тут вдруг - двое или трое... Коллективизм этого боится. Он потому и коллективизм, что не любит считать "два", "три". Коллективизм знает одно числительное: "все".

Правы люди, которые отвергают всякое собирание вместе в духовной жизни. Это вам не бревно таскать - один взял толстый конец, другой тонкий, и понесли, что один не доволокёт. Бог не бревно, Его носить не надо. Он Сам носит и выносит нас. В духовной жизни собирание вместе не облегчает задачу, а неимоверно усложняет её. Правда, Бог именно этого и хочет! Он помогает решать только нерешаемые задачи, а сидеть одному и сосать лапу собственной набожности можно и без благодати.

*

Не следует думать, что где Христос, там вокруг выжженное пространство. Где двое или трое христиан, там не только Христос. И это не так уж плохо: попытка создать чисто духовное сообщество чревата коллективизмом (о чем подробно Бонхоффер, 1938). Икону не пишут по воздуху, должна быть доска и левкас.

Образ собирания пшеницы (Мф. 3, 12). Собирание не только народа, но всех расточенных (Ио. 11,52).

*

Своеобразным аналогом к этому изречению является изречение Евангелия от Фомы: "Иисус сказал: Там, где три бога, там боги. Там, где два или один, я с ним". Фразу в таком виде исследователи признают бессмысленной во всяком случае, первую половину. Однако, Гарольд Этридж (Attridge) изучив один из папирусов Оксиринха с текстом этого стиха в лучах ультрафиолета предложил другое чтение: "Где трое, там нет богов, где лишь один, там Я с ним". Возможно, что первая половина фразы критикует учение о Троице: мол, где говорят о трёх богах, там нет Христа. Исследователи склонны считать, что тут Евангелие от Фомы обнаруживает свою вторичность по отношению к каноническим евангелиям: коптский и греческий тексты Фомы очень уж расходятся (коптский как раз говорит о трёх богах), и можно предположить, что тут некий гностик отредактировал Мф. 18, 20, причём по-разному в разных вариантах. "Гностическое" здесь - презрение к толпе, даже к двум или трём. Иисус там, где монах - ведь "один" - это и есть на греческом "монах". Мысль, которая очень по сердцу индивидуализму, возглашающему: "Где двое или трое, там Бога быть не может". Как будто Бог - дородный мужик, который в метро занимает сразу три места. Бог и с шестью миллиардами так уживается, что Его можно не заметить днём с огнём. (Да Бога с огнём искать - вздор, ведь Бог - такой огонь, что наш человеческий задор лишь нас и ослепит, помешав заметить Солнце). Конечно, индивидуализм прав: Иисус не любит групповухи. Правда, есть некоторая тонкость: где двое или трое верующих во Христа, там уже не двое или трое, а именно один. Этого одного можно назвать "Адам" (или "Ева" - ведь могут быть и три верующих христианки), можно назвать "Церковь" (для женского роду) или "Кагал" (для роду мужского). Просто Иисус - такой стандарт: что Им ни измеришь, всё - одно.

*

 

*

Иисус появляется там, где собираются двое или трое, не потому, что двое человек сильнее одного, а потому что двое или трое слабее одного там, где дело касается духа. Брёвнышко отнести легче вдвоём, ненавидеть легче вдвоём (ненависть занятие сугубо материальное), а любить легче одному. Бывают соавторы в прозе, но не в поэзии. У отчётов о лабораторных экспериментах иногда полусотня авторов, но у теории относительности - один Эйнштейн. Самый лёгкий брак тот, в котором нет второго участника. Правда, многие с удовольствием променяли бы эту невыносимую лёгкость на иго бремени.

Так что абсолютно правы те, кто делает вывод, что в Бога глупо веровать коллективно. Сидеть в своей душе и не высовываться - хуже будет. Знаете юмореску про то, что пиво лучше женщин? Есть ещё вариант про то, чем онанизм лучше брака.

Если бы, конечно, не эти слова Иисуса. Нет, Спаситель не утверждает, что Он только там, где двое или трое. Монашество - святое дело! Заперся в санузле и помолился; такие санузлы специально называют "совмещённые".

Спаситель, что совсем плохо, не утверждает, что Он всегда там, где двое или трое. Может запросто и не прийти.

Люди мешают друг другу, а Бог мешает людей. Месить тесто сподручнее одному, играть на рояле тоже, но всё-таки дуэт или трио не случайно придумали. Человек месит тесто, Дух Божий делает хлеб Телом Христовым. О чем, собственно, просить людям, которые собрались вдвоём или втроём? О том, чтобы не поссориться, всё остальное приложится. Ну не о приросте же роста курса! Хотя, впрочем, почему бы и нет... Впрочем, прирост роста есть следствие, в конечном счёте, всё того - чтобы не поссориться. Вот Бог и мирит двоих, троих, четверых, да ещё китайцы, итого к обеду семь миллиардов, а вечером уже десять наберётся. Мирит, мешая, перемешивая, утрамбовывая и растягивая, ставя в печку и вынимая из печки. Людям друг с другом этогоделать категорически нельзя - это Божия прерогатива (не уверен, что такое "прерогатива" - наверное, что-то вроде ухвата, рогатины).

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова