Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ

Мф. 18, 28 Раб же тот, выйдя, нашел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: отдай мне, что должен.

№91 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая.

В славянском переводе сказано не "душил", а "давляше". Что любопытным образом перекликается с отрывком из Павла (1 Кор 9, 2), который в литургической традиции соединён именно с этой притче. Там Павел называет коринфян "печатью своего апостольства". Два образа, воплощающее различие силы и насилия. Проповедь Христа - давление, в котором проповедник явление промежуточное, словно печать в руке Христа - и у тех, кто откликнется на это доверие, отпечатается не проповедник, а Христос. А проповедь себя - удушение, надавливание на глотку другого. Ведь именно себя проповедует человек, который считает свою нужду важнее нужды другого, а потому - отдай, мне нужнее. Вот почему "Отче наш" заканчивается таким прозаическим - чтобы мы не давили на наших должников. Хотя - не чужое требуем, своё. Но именно это - что "своё" и составляет саму суть греха.

*

Поведение героя притчи не такое уж подлое, как может показаться. Человек обеднел (он ведь и угодил в тюрьму за растрату казённых денег), только что вышел из тюрьмы. Разумеется, он в нужде и, соответственно, вынужден собирать всю наличность, какую может. Приходится и вытрясать деньги из должников. Сто динариев меньше десяти тысяч талантов как песчинка меньше Земли, но, извините, десяти тысяч талантов как раз уже и не было. А если сравнивать с нулем, то сотня динариев очень приличные деньги. Иуда получил меньше. Так что изюминка притчи вовсе не в том, что надо прощать, когда ты счастлив и богат. Прощать нужно потому, что ты жив и свободен. Более того: прощение делает свободным даже, если прощающий остаётся в тюрьме или висит на кресте. Но этого Иисус не говорил, это Он показал.

*

Справедливо ли возмущение тем, что прощённый царём должник не желает простить собственного должника? Справедливость в математике соответствует симметрии (а любовь - асимметрии), и на самом деле тут вовсе нет симметрии. У царя ресурс больше!

Это как нынче с банкирами. Я, конечно, сволочь, что не выплачиваю кредит банку, но всё-таки у банка помимо меня есть масса источников денег. Я не не верну долг, а тысяча других должников вернёт. Жестокость банков - от нежелания создавать прецедент. А моя жестокость к племяннице третьей жены моего седьмого брата - от нежелания помирать с голоду. Я этой дуре имел неосторожность одолжить все свои сбережения. Ей прощу - вообще в ауте оказываюсь!

Вот и закрывает человек форточку для милосердия, начинает душить должника - да только сам начинает задыхаться. Потому что форточка-то закрыта и для тебя!

Мы боимся, что доброта к другим опустошит нас. Отсюда скупость, жестокость - или филантропия, когда человек проявляет доброту в строго определённых размерах, на строго определённых условиях. Конечно, филантропия лучше, чем ничего, только не надо обманываться - она не от доброты и не от щедрости, она от властолюбия или от скуки. В ней отсутствует главный признак человечности - взаимность. Доброта добра, потому что сознаёт, что и сама нуждается в доброте. А филантроп в филантропии не нуждается.

Мы боимся помочь другому, простить другого, и отворачиваемся. Но нельзя отвернуться от другого, не отвернувшись от себя. Нельзя и отвернуться от другого, не встретив взгляд Бога, укоряющий и всё же прощающий.

Надо прощать других! Во-первых, потому что в восьми случаях из десяти прощать нечего, мы просто мнительные и склочные. Во-вторых, потому что в девятом случае из виноваты мы, но так сильно виноваты, что спроецировали свою вину на окружающих. Так хотя бы простим им эту нашу вину! В-третьих, потому что в десятом случае другой виноват, так и надо радоваться - у нас есть повод реализовать свою способность к прощению!

"Способность к прощению" не означает, что прощение - от меня. Шлюз помогает кораблю переместиться, но и корабль, и вода - не шлюзом сделаны. Если шлюз не будет шлюзовать, то вода в нём загниёт, корабль превратится в труху, и даже крысы из души разбегутся.

Одна и та же железная заслонка закрывает меня от других людей и меня от Бога. Он же небесный Царь, не земной. Земное государство существует за счёт налогов, которые платят граждане - поэтому так и преследуется уклонение от налогов. Государство Небесное, Царство Христов существует за счёт своего Царя. Он даёт, мы принимаем, и если мы не передаём полученное далее, то превращаемся в пустоту. "Даю, чтобы ты дал" - высшая мудрость Понтиев Пилатов. "Даю, потому что получил", - начало науки Господней. Тут и обнаруживается, верует человек в Бога или так... играет в веру. Бог для меня - Чапаев пустоты или полнота, которая рвётся перелиться через край меня в бесконечность? Я завидую сердечным людям, щедрым на жизнь? А чего завидовать - чтобы стать щедрым, надо стать щедрым. Надо начать давать другим то, чего во мне нет - радость, свет, мир - и тогда они появятся и во мне, только мне это уже будет не слишком важно.

Проповедь 2015 г., не записалась.

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова