Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Мф 19 3 И приступили к Нему фарисеи и, искушая Его, говорили Ему: по всякой ли причине позволительно человеку разводиться с женою своею?

Мк 10, 2 Подошли фарисеи и спросили, искушая Его: позволительно ли разводиться мужу с женою?

У Лк и Ио нет. №118 по согласованию.

Фразы предыдущая  - следующая.

Классический образец того, насколько запутана жизнь человечества. Если бы Иисус хотел навести в мире порядок, Он должен был бы занудно и бесплодно объяснить, что отношение патриархального общества к женщину основано на мужской гордыне, что настоящая проблема в том, что разводиться имеет право не только муж, но и жена, а мужчины этого видеть не хотят. И кто бы Его понял? Да никто, включая женщин. О чем говорить, коли даже евангелисты между собою разногласят: Матфей считает, что Иисус разрешил развод в случае супружеской измены (19, 9), а Марк - не упоминает о таком приятном исключении. Поэтому уже в этом стихе Матфей вставляет слова "по всякой ли причине", а у Марка их нет. "Приятном" - потому что если есть одно исключение, то через него вытечет любой закон. Поэтому в истории Израиля запреты на развод постоянно ужесточались. В истории "христианского" человечества проблема развода, а вовсе не споры о Троичности, всегда были источником наибольших проблем. Множество богословов о нечеловеческих энергиях рассуждали ангельски, а в брачной жизни были свиньи свиньями. Разрешение развода - а практически все христианские конфессии наладили это дело, только с различными финтифлюшками - ничуть не решает проблемы. Вместе тесно, врозь скучно. Запрещен развод - хочется отравить неизбывную половину, разрешен развод - хочется отравиться. Так что вопрос о разводе - кошмар в любом случае, и не потому евангелисты говорят, что фарисеи "искушали" Иисуса, что именно в ту эпоху вопрос о разводе какой-нибудь влиятельной стоял особенно остро (хотя стоял), а потому, что этот вопрос в любую эпоху неразрешимый. Впрочем, только неразрешимые вопросы интересно решать, как утверждал один простой великий инквизитор. В этом вопросе самое неразрешимое - в слове "позволительно". Как может жизнь двух человек быть предметом какого-то внешнего позволения? Какое право имеет обычай, народ, тысячелетняя традиция, религия, сам Создатель лезть в душу, тем более, когда душа болит? Ужас в том, что это право создается снизу: сами люди делегируют его окружающим, передают самое интимное во власть самого бесчеловечного и сверхчеловечного, соглашаются спрашивать позволения. И если вздор, что изменивший жене и отечеству изменит, то вовсе не вздор, что доверить отечеству или духовным отцам позволять или не позволять что-либо в отношениях с женой - означает изменить самому себе. И если бы Иисус был умным и смелым человеком, Он бы ответил: "А разве кто-либо имеет право позволять или не позволять разводиться?"

13.6.2004

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова