Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Мф 21, 12 И вошел Иисус в храм Божий и выгнал всех продающих и покупающих в храме, и опрокинул столы меновщиков и скамьи продающих голубей,

Мк. 11, 15 Пришли в Иерусалим. Иисус, войдя в храм, начал выгонять продающих и покупающих в храме; и столы меновщиков и скамьи продающих голубей опрокинул; 16 и не позволял, чтобы кто пронес через храм какую-либо вещь.

Лк. 19, 45 И, войдя в храм, начал выгонять продающих в нем и покупающих,

Ио. 2, 13-15 Приближалась Пасха Иудейская, и Иисус пришел в Иерусалим 14 и нашел, что в храме продавали волов, овец и голубей, и сидели меновщики денег. 15 И, сделав бич из веревок, выгнал из храма всех, [также] и овец и волов; и деньги у меновщиков рассыпал, а столы их опрокинул. Ио. 2, 12.

№130 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая. Cм. отдельно иллюстрации. См. Мк. 11, 11.

См. комментарий Бессмертного, 2012.

Эгоизм не допускает в сознание того, что считает обидным для «эго». Яркий пример - выражение «изгнание торгующих из храма». Все иллюстраторы к этому эпизоду показывают «торгующих» и только торгующих. Между тем, в оригинале – у всех трёх синоптиков – «торгующих и покупающих».

Ещё неизвестно, кому больше досталось. Спрос не всегда опережает предложение – гениальный творец опережает спрос (иногда на много веков, чему примером само Евангелие). Спрос, однако, определяет судьбу предложения. Есть спрос на отсутствие евреев – будет отсутствие евреев, нет – будет присутствие отсутствия. К еврею Спасителю это тоже относится.

В Евангелии от Марка в рассказе о входе в Иерусалим, смоковнице, изгнании есть особенность – вставлена заповедь о прощении (Мк. 11, 25). У Матфея эта заповедь – в Нагорной проповеди (Мф. 6, 14). Совершенно не исключено, что именно у Марка – первоначальное место, а Матфей уже переместил текст в контекст, который ему показался более «серийным». Для людей с «экологическим сознанием» история со смоковницей вообще представляется неприличной (как людям с правовым сознанием – история о нерадивом управителе). В буквальном смысле «не фига себе» - взял и наказал ни в чём неповинное дерево. Да хотя бы и винное – прости ты её, дуру грешную!

Тем не менее, логику – художественную логику – Марка понять можно. Продающие и покупающие, Храм и жертвователи, смоковница и люди. Зачем покупали голубей, зачем меняли обычные деньги на «достойные Бога»? Чтобы вымолить у Бога прощения. В этом смысл жертвы, в этом смысл Храма. Прежде всего – не благодарность, а именно прощение. Боженька, прости! Бог-то простит, и прощает, и простил. А толку что? Бог тебя простил, а ты – простил? Человек просит прощения за то, что обидел ближнего (хорошо, если не убил и не снасильничал), так перестань обижать. А непрощение – тоже обида. Непрощение – антимир. Непокой. Ненависть. Она может быть холодной, даже замороженной, а всё равно грех против смысла человеческого существования.

Вот почему у Бога с Храмом такие непростые отношения, что Он грозится разрушить Храм (и разрушает). А ведь сравнивает Храм с Самим Собой! Разрушение Храма – почти самоубийство Бога. Зато воскресение человечества. Уже не в Храме, а повсюду будут поклоняться Богу в духе и истине! Потому что блокирована возможность просить прощения через жертву Богу, остаётся принять жертву Бога людям – Христа. Человек Богу – голубей и деньги, Бог людям – Себя.

Видимо, нет другого способа преодолеть ту самую ограниченность, которая даже благодать национализирует и не видит очевидного. Сколько храмов, на которых надпись: «Дом Мой – дом молитвы». А ведь обрезанная цитата всё из того же рассказа о смоковнице и Храме. «Дом Мой – дом молитвы наречётся для всех народов». Для всех! И чтобы никто не ушел обиженным, непрощёным и непростившим!

*

Иногда хочется попрекнуть Спасителя: неужели нельзя было быть поосторожнее? Хотя бы не изгонять торгующих из Храма. Ограничиться строгим выговором с занесением без изгнания? А то уже скоро бич, которым были изгнаны торгующие, станет важнее Креста.

Только сразу вспоминается последний вагон поезда, который при крушении самый опасный для пассажиров. Отцеплять его бесполезно - следующий вагон окажется пустым. Бесполезно и прицеплять к поезду пустой вагон - во всяком случае, к такому поезду как Евангелие, да и любой текст. Тут переходы из вагона в вагон не запрёшь, какой-нибудь умник обязательно проберётся в злосчастный последний и будет радоваться: как тут хорошо-просторно.

"Свинья грязь найдёт", - говорила русская пословица. Клевета на свиней, но правда о человеке. Свинья не может не найти грязь, если она в России. Вот трюфлей и чистоты тут не найдёт даже ангел. Сперва бросаем банановую шкурку, потом ржём над тем, кто на оной поскользнулся.

"Фундаменталист фундамент найдёт", - так правильно. Кто хочет свести веру к прочным основам, зарыться в землю, тот обнаруживает фундамент даже у облака.

Вот такие люди и благословляют торговлю при Храме. Сами - не торгуют, лишь получают арендную плату. До них никакой бич не дотянется, они сами до кого хочешь дотянутся. Что и сбылось - Иисуса отбичевали за бичевание по полной программе и ещё добавили распятие. Нынешние бичепоклонники часто твердят о том, что готовы принять мученическую кончину, что их ждут новые гонения (от старых гонений они при этом не страдали и на копейку), и в счёт своих будущих гонений гоняют других.

*

Разум есть, помимо прочего, способность обобщать: обжегшись об огонь спички, остерегаться огня зажигалки. Но человек не тогда разумен, когда пользуется разумом, а тогда, когда пользуется разумом разумно, ограничивая его. В понедельник Страстной недели Иисус изгнал торговцев из Храма – и неразумный разум истолковывает это вновь и вновь как оправдание всевозможного насилия со стороны христиан. Забывают детали: Иисус сделал в одиночку, сделал это за несколько дней до гибели, сделал это, чтобы призвать к благоговению верующих. И в данном случае абсолютно справедливо сомнительное вообще-то утверждение: "Бог - в деталях".

*

Господь изгнал торгующих из храма. Ныне торгующие часто настоятельствуют. Ясно, в чем риск: у кого есть торговая сеть, тому не нужна сеть, которой вылавливаются гибнущие души. Торгующим нужны не молитвенники, а покупатели, не прихожане, а жертвователи.

 


Подражать или нет Иисусу в изгнании торгующих? Вопрос пустой, потому что уже на опыте известно: нет, подражание тут оборачивается грехом сразу и бесповоротно (да и милиция помешает). Точнее, подражание тут должно быть полным: если я увижу, что в мой дом пришли люди, не только желающие поговорить со мной, но и желающие получить прибыль, я должен выгнать последних вон. Да Иисус дважды успеет прийти, прежде чем случится такая ситуация! Интереснее другое: как Спаситель побеждает депрессию (а Он испытал явно депрессию, увидев это общество взаимного кредита на месте святе). Он изгоняет повод для депрессии, но не причину (ведь менялы были лишь поверхностным слоем, причина же хамского отношения к Храму лежала глубже). Более того: Иисус после изгнания торгующих садится и проповедует (о чем яснее всего сказано у Лк 19,48), да так увлекательно, что все Его слушают (кроме изгнанных, конечно). Иисус подвержен тоске, депрессии - это ведь не грехи, хотя многие грехи связаны, но не подвержен тлению, которое начинается, когда человек покоряется тоске - кислому и неторопливому окислению, гниению заживо. В первом антифоне идеал святости - жизнь без истления. Тоску переживал и апостол Павел - в православном богослужении рассказ Лк. 19 об изгнании из храма предваряется жалобным воплем Павла: "Все меня оставили!" (2 Тим. 4, 16). Павел не Иисус - Бог изгоняет торгующих, а человека, да еще простого, торгующие сами изгонят в три шеи. Не состоятельные люди ведь ходят по христианам, побираясь, а наоборот. Но заканчивается плач Павла перечислением кучи народу, которые при нем в момент написания письма, как при Иисусе - слушающие в тот день. Христос изгонял торгующих из Храма, христиане изгоняются торгующими, и так созидается общность, развеивающая уныние - общность изгнанных, немощных, и в этой немощи проповедующих, словно Христос в Храме.

 


Рассказ о смоковнице и изгнании торговцев из Храма переплетены (Мф. 21, 12), потому что Храм уподоблен бесплодной смоковнице. E.Weir, 40-203. Храм, ризы, знания - все это листья, гордыня. Если человек зациклился на бедняжке смоковнице, то он слова о силе молитве и горе ассоциирует с проклятием дерева - мол, хотите быть такими же магами, как Христос, двигать горами, так и молитесь. А надо воспринимать это в контексте Храма и веры - они подобны бесплодной смоковнице, не приносят плода - и вот этот искомый Богом плод есть власть, сила, творческая энергия, способная сдвинуть гору (человеческое сердце), преобразить мир. Значит, вот для чего молиться - чтобы действовать, чтобы оживотворять. И, словно единственное условие, достаточное для того, чтобы молитва не была самоистреблением - прощайте врагов. Понятно, что, прощая врагов (то есть любя людей) уже нельзя молиться о большинстве из вещей, о которых молится ветхий человек в нас.

*

Иеремиас полагал, что изгнание торговцев - притча, разыгранная в лицах, спектакль. Иисус хочет показать, что наступает время, предсказанное пророком Захарией: в День пришествия Мессии, когда "Господь будет Царем над всею землею; в тот день будет Господь един, и имя Его едино", все враги Израиля придут поклониться Богу Израиля, и не останется в Храме чужаков, "хананеев". Такое предположение - действительно объяснение, потому что становится ясно, отчего Иисус, многократно бывавший в Храме и часто видевший в нём менял, только один раз устроил их изгнание. А главное - такое объяснение объясняет, почему не надо Спасителю подражать, и если и брать в руки бич, то лишь в порядке театрального представления. А всерьёз стольким людям бока намяли...

*

Эгоизм не допускает в сознание того, что считает обидным для «эго». Яркий пример - выражение «изгнание торгующих из храма». Все иллюстраторы к этому эпизоду показывают «торгующих» и только торгующих. Между тем, в оригинале – у всех трёх синоптиков – «торгующих и покупающих».

Ещё неизвестно, кому больше досталось. Спрос не всегда опережает предложение – гениальный творец опережает спрос (иногда на много веков, чему примером само Евангелие). Спрос, однако, определяет судьбу предложения. Есть спрос на отсутствие евреев – будет отсутствие евреев, нет – будет присутствие отсутствия. К еврею Спасителю это тоже относится.

В Евангелии от Марка в рассказе о входе в Иерусалим, смоковнице, изгнании есть особенность – вставлена заповедь о прощении (Мк. 11, 25). У Матфея эта заповедь – в Нагорной проповеди (Мф. 6, 14). Совершенно не исключено, что именно у Марка – первоначальное место, а Матфей уже переместил текст в контекст, который ему показался более «серийным». Для людей с «экологическим сознанием» история со смоковницей вообще представляется неприличной (как людям с правовым сознанием – история о нерадивом управителе). В буквальном смысле «не фига себе» - взял и наказал ни в чём неповинное дерево. Да хотя бы и винное – прости ты её, дуру грешную!

Тем не менее, логику – художественную логику – Марка понять можно. Продающие и покупающие, Храм и жертвователи, смоковница и люди. Зачем покупали голубей, зачем меняли обычные деньги на «достойные Бога»? Чтобы вымолить у Бога прощения. В этом смысл жертвы, в этом смысл Храма. Прежде всего – не благодарность, а именно прощение. Боженька, прости! Бог-то простит, и прощает, и простил. А толку что? Бог тебя простил, а ты – простил? Человек просит прощения за то, что обидел ближнего (хорошо, если не убил и не снасильничал), так перестань обижать. А непрощение – тоже обида. Непрощение – антимир. Непокой. Ненависть. Она может быть холодной, даже замороженной, а всё равно грех против смысла человеческого существования.

Вот почему у Бога с Храмом такие непростые отношения, что Он грозится разрушить Храм (и разрушает). А ведь сравнивает Храм с Самим Собой! Разрушение Храма – почти самоубийство Бога. Зато воскресение человечества. Уже не в Храме, а повсюду будут поклоняться Богу в духе и истине! Потому что блокирована возможность просить прощения через жертву Богу, остаётся принять жертву Бога людям – Христа. Человек Богу – голубей и деньги, Бог людям – Себя.

Видимо, нет другого способа преодолеть ту самую ограниченность, которая даже благодать национализирует и не видит очевидного. Сколько храмов, на которых надпись: «Дом Мой – дом молитвы». А ведь обрезанная цитата всё из того же рассказа о смоковнице и Храме. «Дом Мой – дом молитвы наречётся для всех народов». Для всех! И чтобы никто не ушел обиженным, непрощёным и непростившим!
 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова