Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Мф 21, 13 и говорил им: написано, - дом Мой домом молитвы наречется; а вы сделали его вертепом разбойников.

Мк. 11, 17 И учил их, говоря: не написано ли: дом Мой домом молитвы наречется для всех народов? а вы сделали его вертепом разбойников.

Лк. 19, 46 говоря им: написано: дом Мой есть дом молитвы, а вы сделали его вертепом разбойников.

Ио. 2, 16-17 И сказал продающим голубей: возьмите это отсюда и дома Отца Моего не делайте домом торговли. 17 При сем ученики Его вспомнили, что написано: ревность по доме Твоем снедает Меня.

№130 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая.

Кратко.

Это единственное место в Евангелии показывающие насилие со стороны Христа. Сколько раз этим происшествием оправдывали насилие со стороны христиан. И подлость не только в том, что с таким же успехом можно каннибализм оправдывать Евхаристией. Подлость в том, что никто, буквально, никто за две тысячи лет не следовал примеру Спасителя точно - то есть, не изгонял торгующих из Храма. В крестовый поход - пожалуйста, а выгнать ларешников из Елоховского собора - увольте. Ларешники обычно и объявляют крестовые походы. Торгующие в церквах берутся за бич и изгоняют пророков, оправдываясь рассказом об изгнании торгующих. Приятно видеть, что тьма все-таки не смешивается со светом и остается тьмой.

Изгнание торгующих из храма - один из самых тревожных эпизодов Евангелия, потому что каждый начинает невольно прикидывать на себя: этот "кротчайший" и "сладчайший" не турнёт ли мою особу?

Одно дело, когда Иисус говорит как "власть имеющий", это мы со всем нашим удовольствием послушаем, робких ораторов слушать неинтересно. Совсем другое дело, когда Он поступает, как власть имеющий.

Формальные объяснения Его поступка кажутся неудовлетворительными - да, торговать в Храме плохо, но разве это было единственное и худшее из всего, что в Храме происходило? Может быть, и да - ведь речь идет, в сущности, о подмене Бога. "Торгующие" - это менялы, обменивавшие нормальные деньги на "церковные", архаичные и без всяких языческих знаков. Деньги сами по себе - знак, двойник жизни. В добре деньги - символ, в грехе - подмена, фальшивка. Введение особых "религиозных денег" теоретически - попытка спасти Бога от подмены, от идолов, а на деле - подмена Бога еще худшим идолом, идолом ханжества.

Технически хуже та фальшивая ассигнация, которая отпечатана на худшей бумаге, скверной краской, легко узнается. По сути же хуже та фальшивка, которая отпечатана на настоящей бумаге, настоящей краской, с подлинного клише. Все компоненты порознь - подлинные, но украдены, и в результате - подлог. Как распознать подделку? Мять ее, тереть, просвечивать. Жесткость Иисуса - это жесткость проверяющего подделку.

Часто Бог жесток и по отношению к подлинному - но подлинное выдерживает эту жесткость, хотя поплакать и ему не возбраняется. Фальшивки как раз не плачут, как не плачут нарисованные березы, сколько их ни царапай. Все по-честному: ведь и Бог отдает Себя людям на проверку - проверку крестом.

 


Кузнецова (2000, 200): платить налог монетами с человеческими изображениями было нельзя, деньги меняли заранее, недели за три до Пасхи (это помогает датировать событие -- оно происходит не "на Страстной", а раньше). "Остается загадкой, почему не вмешалась храмовая полиция, которая часто упоминается в 4-м Евангелии" (Кузнецова, 201). Пророк Захария: "И не будет более ни одного торгующего в доме Господа Саваофа в тот день" (14, 21). Пророк Малахия: "И внезапно придет в храм Свой Господь ... кто выдержит день пришествия Его...? Он -- как огонь расправляющий и как щелок очищающий" (3, 1-2).

Почему не вмешалась полиция Храма -- советскому человеку слишком легко понять: начальство было далеко, прибыли от вмешательства не предвиделось. Может, им даже было на руку показать, что без их помощи продавцам грозят крупные убытки... Правда, это анахронизм -- проецировать на Иерусалим эпохи Иисуса нынешнюю российскую коррупцию. Но ведь коррупция она и в Иерусалиме коррупция -- коррупция есть разложение, гниение, тление. Какой там Лазарь Четверодневный -- некоторые страны разлагаются столетиями, и жители этих стран даже не замечают, как смердят, и удивляются, почему окружающие носы воротят. Вонь безнравственности -- вон ее. Иисус проветривает мир Духом Божиим, начиная с собственного дома, между прочим.


Рассказ об изгнании торговцев из храма есть и у Матфея, но только у Марка (11, 15) упоминается, что через территорию храма ходили, чтобы спрямить путь (это упоминает и Иосиф Флавий). Матфей делает этот эпизод частью рассказа об Иисусе как о пророке -- он приходит в Иерусалим как пророк и ведет себя как пророк. Лука связывает рассказ со Страстями. Иоанн не упоминает о цитате из пророков, отмечает, что ученики не поняли происходящего, лишь после сопоставили происшедшее с Пс. 68. 10 - ревность по доме твоем снедает меня. Для него этот эпизод показывает Иисуса как пасхального агнца.

Часто происшедшее называют "очищением" Храма, но очищение - особый обряд, ритуал, его проводили регулярно священники.

В античных полисах храм был центром жизни, он был символом народа как Нотр-Дам - символ парижан. Храмы становились все величественнее, в Риме они были и средством монументальной пропаганды - начиная с Августа. Священники превращались в политиков высокого ранга. В итоге крестьяне чувствовали себя там неуютно, да и боги - по представлениям набожных людей - тоже. У Порфирия есть рассказ о том, как богач из малоазийского города Магнезия устроил в Дельфах гекатомбу Аполлону и просил оракула, превосходит ли кто-то его в благочестии и служении богам. Пифия назвала Клеарха из Метидриона - оказалось маленькая деревушка в Пелопонессе, где крестьянин просто каждое новолуние чистил статуи Гермеса и Гекаты, ставил на домашний алтарь ладан и хлеб, жертвовал не животных, только первые плоды деревьев и полей.

Вроде бы похоже на рассказы о том, как монахи ставили себя ниже благочестивых сапожников, но насколько же наоборот: тут из города - в деревню, монах же - из деревни (скита) в город. Тут от богатства - к неимению, но монах даже в сравнении с небогатым сапожником -- неимеющий.

Флавий в "Древностях" упоминает (15), что Ирод обещал построить новый Храм в знак того, что Бог привел иудеев к неслыханному процветанию. Он не просто повторял Соломонов, он хотел его превзойти, и материально - превзошел. Храм был овящен в день очередной годовщины восшествия Ирода на престол и праздновались по Иосифу оба праздника одновременно.

Ханс Бец, который, собственно, исследовал эти исторические обстоятельства, отмечал, что не в торговцах дело -- дело в Ироде. Храм был результатом попытки служить одновременно Богу и маммоне. Чистота сердца важнее чистоты Храма. (Journal of biblical literature, 1997. Hans Betz. Иисус и чистота храма). Был бы рядом с Иисусом Ирод -- Он бы и Ирода погнал. Ирод это очень четко понял и принял соответствующие меры. Блаженны русские, ставшие свидетелями строительства храма Христа Спасителя: нам особенно очевидно, как созидание храма Христа Спасителя может превратиться в изгнание из храма -- Христа Спасителя.


 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова