Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Мф 24 2 Иисус же сказал им: видите ли все это? Истинно говорю вам: не останется здесь камня на камне; все будет разрушено.

Мк. 13, 2: Иисус сказал ему в ответ: видишь сии великие здания? все это будет разрушено, так что не останется здесь камня на камне.

Лк. 21, 6: придут дни, в которые из того, что вы здесь видите, не останется камня на камне; все будет разрушено.

Ио. 2, 18-22 На это Иудеи сказали: каким знамением докажешь Ты нам, что [имеешь] [власть] так поступать? 19 Иисус сказал им в ответ: разрушьте храм сей, и Я в три дня воздвигну его. 20 На это сказали Иудеи: сей храм строился сорок шесть лет, и Ты в три дня воздвигнешь его? 21 А Он говорил о храме тела Своего. 22 Когда же воскрес Он из мертвых, то ученики Его вспомнили, что Он говорил это, и поверили Писанию и слову, которое сказал Иисус.

№137 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая.

Человеческий язык определённо не создан для того, чтобы говорить о слишком великих вещах (наверное, и о слишком ничтожных) - и когда мы о них говорим, язык абсурдируется. Ученики предлагают Иисусу "посмотреть" на Храм, который при всём желании нельзя не увидеть. Но ведь в быту это сплошь и рядом: "Ты посмотри, какой восход!" Да ничего, кроме восхода, и не видно!!! Так ведь Иисус отвечает ровно тем же, говоря ученикам "Видите?" Ну разумеется, они видят, иначе с чего бы они предлагали посмотреть! Какой-нибудь марсианин, наверное, решил бы, что они сошли с ума: стоят перед огромным домом, разглядывают его и усиленно просят друг друга этот дом увидеть. После чего Иисус говорит неправду - да-да, сторонники буквалистского понимания Библии этого не замечают, но ведь теоретически здесь ложное пророчество. Ибо "камень на камне" всё-таки остался. Целый кусок стены остался - это же ведь тоже часть Храма. Да зная подневольную психологию, нетрудно понять, что никто не проверял, точно ли буквально все камешки вынесли и разъединили. Никого, конечно, из читателей это не смущает. Понятно, что сие надо понимать как фигуру речи. Ещё бы все понимали, что про обрезание, субботу, про скрежет зубовный и погубление своей души за ближних в виде бомбёжки вражеского города - это тоже фигуры речи. Сталкиваются две психологии: человеческая, антитворческая, застывшая в изумлении перед результатом творчества, сделавшая из Дома Божия идола, символ человеческого, национального величия - и психология Творца, который знает, что нужно растолочь камень в порошок, чтобы изготовить краску, которой написана будет небесная лазурь на холсте человеческой души.

*

"Если я умолкну, камни возопиют" (Лк. 19, 40). "Не останется здесь камня на камне… Разрушьте Храм сей, и я в три дня восстановлю его" (Ио 2,19). Ясно, что это поэзия. Камни не кричат, камни не восстают ("восстановлю" – "эгеро", тот же корень, что в "восстание"). Но важнее всего, камни не страдают. Вся беда российской православной души – впрочем, не только православной – что российская душа бездушна, она полагает, что от большевиков могли страдать и пострадали монастыри, церкви, государство, семья. Абстракции.

Когда большевики перенесли свое благоволение с марксизма на православие, деньги из их казны стали тратить на камни – восстанавливать разрушенное и строить новое. Людей по-прежнему оставляли под сапогом и даже больше прежнего стали презирать и размазывать по стенке, теперь – по храмовой стенке. А ведь Господь Иисус не имел в виду, что восстановит Храм как Храм – разрушается каменное, восстает телесное. "Как живые камни, образуйте собой дом Духа" (1 Пет 2,5). Живые камни, а не мертвые души!

Дом – замечательная метафора жизни, и платоновская пещера – тоже дом. Конечно, метафора эта имеет свои пределы – дом на песке при определённых условиях может быть надёжнее дома на скале. Амстердам вообще на сваях стоит, а есть плавучие дома, а есть – мечта всякого мальчишки – дома-гнёзда. В конце концов, единственный дом Христа – крест. Абсолютно непрочный фундамент – вся Земля – и абсолютно надёжный Хозяин дома. Все остальные дома в мире располагаются между этим полюсом и противоположным (Сатана – абсолютно ненадёжный хозяин ада, в котором всё абсолютно прочно, железно-каменно).

Политически тоже неплохая метафора. Россия – роскошный каменный особняк на крови и нефти. Уже соседняя Украина – скромный и облупленный дом, но фундамент поприличнее, хотя до европейского ещё далеко. Политика, конечно, лишь обобщение личных домоустройств. Каждый сам выращивает себе фундамент – в том числе, те, кто (как русские) исповедуют принцип: «Не мы такие – фундамент такой!»

Нет, – говорит Господь Иисус. То есть, да, человек таков, каков его фундамент, но фундамент – смотри! – выше смотри, не Мне в лицо, а выше!! Небо!!! Сколько трудов стоило Богу добиться созидания Себе дома на земле. Себе – лично Себе, Себе как Личности, по Своему вкусу – и ведь Он этого добивался только для того, чтобы выйти из этого Дома на вольный простор и сказать: «Не останется камня на камне! Не здесь, и не там, а в Духе и Истине!»

Правда, попозже Он к этому прибавил хлеб и вино, что в сочетании с Духом и Истиной требует хотя бы блюдца с чашкой, а лучше и стол, и комната, хоть горница, хоть дольница… Так что возвращаемся к тому, с чего начали: Дом Божий не там, где есть стены, и не там, где нет стен, а там, где хозяин – Бог, а не ханжи или кликуши, не говоря уже о полицейских или судьях.

См. дом.

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова