The Works of Iakov Krotov

Яков Кротов. Путешественник по времени.

Указатели именной - предметный - географический - книг.

24 июля 2019 года, среда, 11 часов 35 минут UTF

Бдение в морге

«Вы же бодрствуйте перед миром» (Евангелие Фомы, 21).

Саймон Гейтеркол, сторонник версии «гностицизма» евангелия Фомы, противопоставляет эту фразу «канонической» идее синоптиков, которые призывают к бдительности ввиду грядущего Страшного суда, последнего времени (С. 305). «Мир» — это мертвечина, которая напирает на жизнь и пытается её ограбить, подчинить, уничтожить.

Образ «мира» как трупа у Фомы встречается несколько раз. Только вот насколько этот образ чужд каноническим евангелиям?

Самое очевидное — у Иоанна «мир» это тоже враг. «Не любите мира и того, что в мире» (1 Ио 2:15). Но Гейтеркол не случайно говорит лишь о синоптиках: традиция Иоанна выводится за скобки, потому что она, якобы, во многом гностическая. То, что нужно доказывать, принимается за аксиому.

Но разве человек, который сосредотачивается, чтобы достойно жить в ожидании Страшного Суда, сосредотачивается как-то иначе, чем в ожидании искушений? Конечно, нет, ведь Страшный Суд — это суд над грехом, над сдачей позиции смерти, греху, искушениям. Бодрствовать, давая отпор злу — ровно то же, что бодрствовать, ожидая конца зла. «Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна» (Мф 26:41). Тоже, что ли, гностицизм?

Более того, мир как мертвечина, падаль — это вполне христианское уже потому, что воскресение есть победа над смертью, победа над миром мертвечины.

Есть в осуждении «мира» что-то специфическое для гностиков? Конкретно тут — нет. Нет противопоставления телесного и духовного. Нет о знании как средстве борьбы, нет отождествления зла с невежеством. Во всяком случае, нет в этой конкретной фразе. А в следующей? В русском переводе не очень удачно «Бодрствуйте перед миром, препояшьте ваши чресла». В оригинале нет «бодрствуйте», есть только идиома «подпоясаться с большой силой». Так ведь и у Луки что? «Да будут чресла ваши препоясаны» (12:35) или, говоря нормальным языком, ремешочек потуже, рядовой, чтобы ничей шаловливый пальчик не протиснулся между поясом и бедром!

В следующей фразе, однако, появляется приманчивое для выискивания гностицизма словечко «знать»: «Да будет среди вас знающий человек». Только что этот человек «знает»? Он знает — и поэтому придёт с серпом и будет жать. Так это ж совершенно «каноническое», часто встречающееся в Евангелии — мир как поле, Бог или верные Богу как жнецы. Посмотрите на поля, колосья созрели — так ведь «посмотрите» тут синоним «поймите», «познайте», «осознайте».

Подборка притч у Фомы великолепно закольцована, по всем правилам риторики. Она начинается с поля, откуда прогоняют праведников, чтобы хозяева могли собрать урожай, и заканчивается полем, куда приходят праведники, чтобы собрать урожай. Маленькое поле «мира», «живых трупов», бандюганов, «всякая собственность есть кража» — и большое поле космоса, настоящего, Божьего мира, в котором сеется не чёрное зерно эгоизма, а белое зерно любви.

Агент по интеллигенции, Николай Шраг (1894-1970)

Николай Ильич Шраг прожил долгую жизнь: родился в 1894 году в Чернигове, умер в 1970 году во Львове. Живут и дольше, но тут ведь человек уцелёл в двух войнах, в революцию, попал в большевистский концлагерь, но ненадолго. В 1912 году поступил на юрфак Московского университета, но из-за революции не окончил - уехал на родину, в Украину, стал эсером, в конце июня 1917 года был даже выбран в президиум Центральной Рады, стал заместителем Михаила Грушевского - великого историка и политика, украинского Масарика. После завоевания Украины большевистской Россией Шраг жил в Австрии, но в 1923 году вернулся и поселился в Харькове (через год вернулся и Грушевский). Но Грушевского, видимо, убили, имитировав смерть от болезни, Шрага же арестовали 1 марта 1931 года, пытали, у него умерла дочь в это время, и он оговорил своих соратников по политике, заявив, что они участвовали в заговоре. Его приговорили к 6 годам, через полтора года выпустили. Он много ездил по советской России, с 1947 года осел во Львове и тут преподавал в политехническом институте. В 1992 году его имя среди прочих увековечили на мемориальной доске в этом вузе, золотыми буквами.

В 2019 году историк Константин Богуславский случайно, изучая дела украинских чекистов, обнаружил, что Шраг в 1933 году, находясь в тюрьме в Суздале, написал заявление в ОГПУ, предлагая свои услуги. Скорее всего, инициатива исходила от чекистов же. Его освободили, дали ему кличку «Плановик». В 1934 году умер Грушевский, и Шраг приехал во Львов с доверенностью от вдовы историка: он забирал у разных людей какие-то личные материалы политика, спрятанные у разных людей. Понятно, что ему очень доверяли. После войны Шрагу поменяли псевдоним, он стал «Автором» и именовался «агент по интеллигенции». После смерти Сталина у Шрага были неприятности: его чекистский начальник, украинский министр Павел Мешик, был расстрелян вместе с Берией, Шрага допрашивали, но даже не арестовали. В 1965 году он ещё и на реабилитацию подал.

«Агент по интеллигенции» получал, видимо, не только регулярную зарплату, но и гонорары за дополнительную работу. Например, в мае 1953 года он подготовил доклад о львовской интеллигенции и возможностях её использования против украинских патриотов («националиство», с точки зрения чекистов). За 24 страницы ему уплатили 3000 рублей. «Готовилось создание мощной легендированной организации псевдоукраинских националистов. - пояснял Богусловский. - Как указано в документах – по личному указанию Берии. Особое место в ней отводилось и Шрагу».

Дело самого Шрага либо не сохранилось, либо пока не обнаружено. 

1919 год. Готтентот Горький

Горький весной 1917 года возмущался тем, что «плохо говорящие по-русски люди американской складки скупали в Петербурге китайский фарфор:

«Россию грабят не только сами русские, а иностранцы, что гораздо хуже, ибо русский грабитель остается на родине вместе с награбленным, а чужой — улепетывает к себе, где и пополняет, за счет русского ротозейства, свои музеи, свои коллекции, т. е. — увеличивает количество культурных сокровищ своей страны, сокровищ, ценность которых — неизмерима, так же как неизмеримо их эстетическое и практическое значение» (вошло в «Несвоевременные мысли»)

Горький сам коллекционировал китайский фарфор, знал, о чём писал. Заметим, американцы — покупали, покупали в магазинах (Горький намекал, что вещи украдены из царских дворцов). Всё равно, возмущался Горький, «можно бы сохранить много ценного и необходимого для культуры России»

В июле 1918 года Ленин закрыл газету Горького (надо заметить, что Горький жил в Петрограде, и, как бы он ни ругал Ленина печатно, его не арестовывали ни разу, а Ленин у него и в гостях бывал). Через полгода Горький был назначен руководителем Оценочно-антикварной комиссии Народного комиссариата торговли и промышленности. Горькому поручалось продавать за границу конфискованные у «буржуев» художественные ценности. Он и продавал

31 мая 1919 года петроградское ЧК арестовало Агафона Фаберже, обвинив его в попытке продать свои вещи через Горького иностранцам, завысив цену. Чекист Назарьев писал:

«С особой силой следует отметить, что спекулянты при продаже художественной коллекции применили невыразимо гнусный прием, который должен был оказать и несомненно оказал желательное для них психологическое воздействие на тех, от кого зависело благоприятное разрешение вопроса о покупке коллекции. В деле продажи коллекции громадное значение имели завтраки, которые устраивали спекулянты членам Экспертно-Художественной комиссии во время осмотра коллекции. Эти завтраки по теперешнему времени вполне могут быть названы пиршествами, так как на них подавались совершенно недоступные честным гражданам голодного Петрограда кушанья, а именно: пироги, кулебяки, бисквиты и прочее. Еще более поразительно и возмутительно, что на этих пиршествах подавалось и вино — дорогие старые вина, как, например, коньяк времен Наполеона, появление которого на столе вызвало всеобщее удивление и, вероятно, восхищение и неизбежную признательность почетных гостей радушным спекулянтам. С особенною резкостью приходится подчеркнуть, что перед соблазнами мира сего не устояли не только члены Экспертно-Художественной комиссии во главе с маститым художником Александром Бенуа, но даже такие испытанные борцы Революции, как председатель этой комиссии Максим Горький и Народный Комиссар по просвещению Луначарский, которые также приняли участие в одном из пиршеств и у которых не хватило мужества с негодованием отвергнуть антикварный коньяк времен Наполеона. Если бы они в этот позорный момент вспомнили о трагических страданиях рабочего класса, в особенности здесь — в голодном Петрограде, они, несомненно, устыдились это сделать, но они злоупотребили доверием народных масс. За свои деяния они должны дать отчет, и заслуженная ими кара призовет их к революционному порядку, иначе при безответственности неизбежно последуют новые и худшие падения»

Это означает вот что. Фаберже кое-что сохранил. Продать в России было некому и не за что. Продать за границу можно было только через Горького и Луначарского. Пришлось их умасливать. В итоге арестовали только Фаберже, отобрали то, что он хотел продать. То есть, арестовали взяткодателя, а не взяточников. К счастью, Фаберже кое-что сумел спрятать основательно — в частности, фантастическую коллекцию марок. Его выпустили через год, использовали как эксперта Гохрана, но в 1927 он сумел по льду уйти в Финляндию, где и скончался уже после Второй мировой.

Назарьева вдохновлял наместник Петрограда Зиновьев (сам питавшийся ничуть не хуже Горького), который с Горьким был в ссоре. Но Ленин и Дзержинский Зиновьеву дали по рукам. Пострадал только Фаберже, у которого всё конфисковали и посадили.

 

Копии первой страницы предыдущих дней: 21 июля.

 

Я буду очень благодарен и за молитвенную, и за материальную поддержку: можно перевести деньги на счёт в Paypal - на номер сотового телефона.

Мой фейсбук. - Почта.

Почти ежедневно с 1997 года. 22 687 день моей жизни