The Works of Iakov Krotov

Яков Кротов. Путешественник по времени.

Указатели именной - предметный - географический - книг.

27 июля 2019 года, суббота, 9 часов 40 минут UTF

Неприкосновенный и неприкасаемые

«Приносили к Нему и младенцев, чтобы Он прикоснулся к ним; ученики же, видя то, возбраняли им» (Лк 18:15). 

«Младенцев» — уникальное для Луки слово, у других евангелистов его нет. В этом месте у Марка и Матфея — «дети», «пайдия». А вот у Фомы — тоже «младенцы». Тут некоторая дилемма. У Фомы слово «младенец» вполне уместно, потому что он говорит о грудных детях, которые сосут молоко. Может ли ребёнок постарше, который уже ходит, сосать молоко? Да, конечно, во многих культурах специально подольше кормят детей молоком, чтобы не беременеть.  Тем не менее, образы совершенно разные: идти куда-то и пить что-то. 

Образы вполне классические, бытовавшие задолго до Иисуса, но — разные. Поскольку евангелисты одинаково говорят о том, что детей «приносили» (кстати, тут хорошо знакомое всякому русскому слово «просфора» (ну, «просферон»), то, скорее, логично ждать слова «младенцы», которые сами ещё не ходят. 

Интересно, а матери, приносившие младенцев, чтобы Иисус их потрогал — они просили, чтобы Господь и их коснулся? 

И что ученикам не нравилось… Может, кормящая мать (и сосущий младенец) — некошерно как соединение мясного и молочного?

Шутка.

Кстати, «возбраняли» — тоже отлично всем православным знакомое слово «епитимья» («епитимон»). Да и «ему», «им» — в оригинале «авто» с разными окончаниями. Греки украли русские слова у этрусков.

Опять шутка.

А если всерьёз, то ведь главное тут слово — «прикасался». 

Бог не только непознаваем, невидим и прочие «не». Бог — неприкосновенен. «Не к чему прикоснуться». Ведь и к человеку — прикасаются к «чему», не к невидимому же тому, чем является человек внутри «что». 

Царство Божие, собственно, только в этом — открывается возможность соприкоснуться с Неприкосновенным и перестать быть неприкасаемым. 

Как в Америке во время выборов кандидаты стараются пожать руки избирателям — резко повышает вероятность успеха. И это правильно. «Неприкосновенный» в этой ситуации не кандидат, а как раз избиратель, который снисходит до рукопожатия. 

Люди правят, дистанцируясь. Президент во дворце, не подберёшься. Царь в паланкине, паланкин в процессии… Чем больше власти, тем больше дистанция. А ведь «дистанция» — у лошадей, а у людей — «отчуждение». Которое не преодолеть, слипаясь. Если между человеком и человеком нет Бога, то сближение настоящее и не выйдет, выйдет короткое замыкание. 

Царство Божие, правление Божие — это не о власти, это о близости. Не о границах Израиля, а о преодолении границ. Прикосновение Божие — не передача некоей силы, а союз. Бог не бензоколонка и не розетка, и это к каждому человеку, образу Божию, относится. Любовь — не порабощение, а поцелуй. 

Наручники для 90-летней монахини: как американские католики защищают детей

70 католиков, мирян и священников, включая 90-летнюю монахиню, в четверг 18 июля 2019 года устроили демонстрацию в Сенате США. Несколько человек были арестованы, даже надели наручники (пластиковые), в том числе и на ту самую монахиню. Накануне так же арестовали десяток иудеев. Протесты были одинаковые: против бесчеловечного содержания детей-мигрантов в концлагерях. Демонстранты держали фотографии погибших детей, молились об их упокоении. Они представляли дюжину разных католических организаций.

Монахиня Эн Шольц:

«Сегодня нас привела сюда наша вера. Евангелие побуждает нас действовать. Нас возмущает бесчеловечное обращение с семьями мигрантов, особенно с детьми. Это жестокое обращение совершается и от нашего имени, и его нужно остановить».

Францисканец из Нью-Йорка Уолтер Лис:

«Мне не нравится то, что я вижу по ТВ, как людей мучают и превращают в козлов отпущения, когда людей — особенно из других стран с другим цветом кожи — выставляют причиной всех социальных проблем».

Задерживали очень культурно, нежно, с почтением. Да и ненадолго. За препятствование работе Сената.

Характерна реакция на эту новость жителей России. Католик из Твери: лучше бы демонстрировали против абортов. Православный из Москвы: «А главное, безопасно протестовать. Про убийства христиан в Египте, в Ираке, в Индии… Далеко и опасно». Между тем, и против декриминализации абортов демонстрируют, и против гонений на христиан. Собственно, православные в Москве о гонениях на христиан знают как раз из переводов западных СМИ. Не в Москве, а в Вашингтоне следят за религиозной свободой в мире, и следит не только правительство, но и множество общественных организаций. А что на Западе безопасно протестовать — так это им не с неба свалилось, они это отвоевали в течение столетий, когда и убивали демонстрантов, и в тюрьму отправляли. Они создали это право, потому что не просто тупо выходили демонстрировать, а создавали движения, партии, изучали идеи, историю, разговаривали друг с другом.

1926 год. Михаил Осоргин Горькому о Ленине и Дзержинском: зачем тащить садистов в рай?

В 1926 году Горький написал на смерть Дзержинского — «Известия» опубликовали:

«В 1918-1921 годах я узнал его довольно близко, несколько раз беседовал с ним на очень щекотливую тему, часто обременял различными хлопотами; благодаря его душевной чуткости и справедливости было сделано много хорошего, он заставил меня и любить и уважать его». Горький противопоставлял Дзержинского как чекистского хорошего царя плохим псарям — рядовым чекистским садистам. При этом надо понимать, что Горький жил на деньги, которые ему присылал Госиздат из России, и отзыв о Дзержинском он сделал в письме к тому именно большевику, который эти деньги присылал. А потом деньги перестали присылать — и Горькому пришлось за деньгами ехать в Россию, и лёг под Сталина, лёг под Ягоду, под всех садистов лёг.

Михаил Осоргин ответил Горькому в частном письме, по-дружески:

«Дзержинский был «топором государства», т. е. извращением человека. О нем можно говорить литературно, но человеческое (простое, настоящее) слово «любовь» в отношении его неприложимо. Простым человеком, настоящим и искренним, имя его будет в России навеки проклято. Если будет иначе — мы не люди. А история — черт с ней, история может оправдать кого угодно. Заметьте — гильотинщики не пример и не аналогия; гильотина стояла на площади и народ ее приветствовал; убийств в застенке ни один человек не приветствовал, даже жесточайший (по вашей оценке) русский. К гильотинщикам потомство холодно; чекистов оно проклянет открыто.

[...] Екат. Павл. пишет: «...любили все, кто знал». Понимаю. Допускаю. Но допускаю для тех, кто знал не менее близко, право глубокой ненависти и вековечного отрицания. Нужно сначала решить, стоит ли счастье поколений капли крови ничтожнейшего из людей. Идя этим путем, мы возведем в святые всех Александров и Николаев, которые были недурными отцами, симпатичными пьяницами и добрыми полковниками. Впрочем, это и делается.

Вообще же, по-моему, проблемы нравственности не настолько сложны, чтобы заниматься эквилибристикой и оправданием садизма. Франциск Ассизский — понимаю, а остальные — отчаянная литературщина. Ну зачем, скажите, тащить Ленина в рай? Зачем его памяти любовь потомства, эта наивная надстройка? А вот — на моей памяти — Дзержинский со товарищи убил старичка рабочего (от Нобеля) и Алешу, пасынка Б. Зайцева. Этим прямой ход в рай, но хотелось бы их защитить от нежелательных там встреч».

Копии первой страницы предыдущих дней: 25 июля.

 

Я буду очень благодарен и за молитвенную, и за материальную поддержку: можно перевести деньги на счёт в Paypal - на номер сотового телефона.

Мой фейсбук. - Почта.

Почти ежедневно с 1997 года. 22 687 день моей жизни