Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь

Яков Кротов. Богочеловеческая комедия.- Вера. Вспомогательные материалы: Россия в XXI в.

Валерия Новодворская

ВЕРНИТЕ НАМ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИЙ РЕАЛИЗМ!


Литература застоя не умела лгать

Верните нам социалистический реализм! // Независимая газета. - 15 января 1991.


Это ужасно, когда литература соответствует скверной действительности. Хорошей - на здоровье, не убудет. А вот когда действительность скверная, а в литературе "кортики", на которые накалывают "звездные билеты", - это мы уже терпеть не согласны, увольте. Раз в жизни - свинцовые мерзости, так подайте нам литературу, чтобы от нее тоже затошнило и чтобы ни сна, ни отдыха, ни приюта измученной советской душе, чтобы гнали ее Немезиды и на улице, и в библиотеке, и на экране, пока не облезут с нее от горя и мук вся советскость, все иллюзии, все вековое холопство.


Много гадостей мы наговорили в адрес так называемого социалистического реализма и так толком и не узнали, что это было такое. А это есть реализм, приложенный к социалистической действительности. Тыкающий - и весьма нелюбезно - нас в наше разбитое корыто. Как говорится, фейсом об тейбл. Фазиль Искандер с нашим групповым портретом - "Кроликами и удавами". Федор Абрамов с его забитыми сестрами и братьями с Севера, из которых один только Федька Пряслин не стал батрачить на государство, да и то в тюрьму сел за воровство - а честные и работящие и на такой бунт не способны; Владимир Тендряков с дикими первобытно-большевистскими мужиками из "Кончины" ("не хотим своей земли, артельно чтоб!"); Маканин - великий Маканин с его героями-шестидесятниками из "Один и одна", которые единственно на что сгодились, так это на то, чтобы звать жечь костры и петь песни у реки или сделаться одиноким философом, к которому приходят на поздний чай.


Как говорит герой "Обмена" (не трифоновского, но такого похожего), не избежать тебе менять двухкомнатную на трехкомнатную, "если, конечно, ты не дашь дуба к 30-ти годам. А ты уже не дашь". Вот оно настоящее. Золотой запас, но, увы, неконвертируемый. Мы, такие, как мы есть, без грима, в тапочках: кролики. Рабы. Конформисты. Трепачи. Предатели. Приспособленцы. Те самые ничтожные, которые у Данте не допущены ни в рай, ни в ад. Да здравствует правдивая литература эпохи застоя - эпохи, когда мы знали, какая мы дрянь, и не лезли в реформаторы нашего лагерного барака.

А вот Борис Васильев, Василь Быков, Кондратьев - это не социалистический реализм, а социалистический романтизм, по нехитрой формуле: "В жизни всегда есть место подвигу". В жизни - есть, а в Совдепии - нет. Разве что такому, за который дают лагерь или вышку, но что-то нет заявок об Ильине или Шмонове, а если об Анатолии Марченко напишут, то получится, что вся его беда в том, что он не дожил до перестройки.


Недостойно кичиться тем, что когда-то с лозунгами "За Родину, за Сталина, за власть Советов!" победив чужой фашизм, укрепили свой собственный. Это не героизм, это массовый военно-патриотический психоз (со СМЕРШем, НКВД, заградотрядами). Раб не может быть героем, ибо у него нет свободной воли. Ах, Алесь Адамович и Даниил Гранин! Ваша "Блокадная книга" - страшная повесть о безропотности и гибели, ибо где была Родина? Ее не стало в начале 20-х, когда белая армия была разбита и перестала сражаться за нее.


Отдав отечество большевикам, Советам, Ленину, Сталину и прочим - что мы защищали в 1941 году? ГУЛАГ? Застенки? Берию? Колхозы?


Но тошнее всего от перестроечного романтизма. От рыбаковских деток с Арбата, убийц и самоубийц, от этого вечного его гитлерюгенда с замахом на героизм и просвет. А просвета нет. От "Белых одежд" Дудинцева тошно, когда под занавес все едят эту проклятую картошку, оплаченную кровью (а стоило ее выращивать? для кого?), от добродетельных чекистов, от этого благостного финала. Зачем же такие ужимки? "А вы, друзья, как ни садитесь, все в музыканты не годитесь". И в граждане тоже. И в люди. Все равно ведь станешь в этой самой Совдепии протискиваться в жалкие Советы или с умным видом выбирать в них очередную марионетку. Все равно будешь говорить: "Славен" (или "слава гениалиссимусу"): Брежневу, Горбачеву, Ельцину и т. д. Все равно будешь пресмыкаться, лгать и предавать. Если, конечно, не дашь дуба годам к тридцати. А ты уже не дашь.


 


 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова