Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь

Яков Кротов. http://yakov.works/russian_oglavleniya/index.htm. Вспомогательные материалы.

Валерия Новодворская

ДЕМОКРАТИЯ - ЭТО БАЛАГАН

(Печатается по тексту газеты "Амфитеатр", 1 мая 1992 года).


Ты будешь гордиться своею женой,

Своей конституцией куцей,

А вот у поэта - всемирный запой,

И мало ему конституций!


(А. Блок "Поэты")


Если вы про разумную, рациональную и в силу этого похоронно-унылую организацию общественного бытия, то есть про полное корыто первосортного пойла и про прочный утепленный хлев, и про прошедшего подготовку на курсах менеджеров пастуха, и про то, чтобы чаще стригли, чем резали, и про курсы, где будут обучаться овчарки из правоохранительных органов, то есть простите, полицейские, и про исправительные заведения для волков, то что об этом говорить, если это есть в избытке на Западе? Я за это всю жизнь борюсь, ну, так позвольте мне хотя бы об этом кошмаре не думать. Я еще не потеряла надежды, что до этого не доживу.


Я про демократию хочу поговорить, про демократию, которой нет нигде, и, может быть, никогда не будет. И, скорее всего, не надо, чтобы она была. Про демократию, которая никому не нужна, кроме поэтов, артистов, инсургентов и заклинателей змей, то есть прежде всего - российской интеллигенции.

И не соль она, и не сахар, и не дрожжи, и не пряности, а что-то еще, что-то производное от всего этого, какой-то вирус, духовный СПИД, дефицит инстинкта самосохранения. Демократия - это всегда желание "по своей глупой воле пожить".


Достоевский демократию не любил, но предчувствовал и боялся, поэтому и запечатлел в своем собрании сочинений. Однако в патриархальном обществе демократам не разгуляться, вот они у него и стреляются, вешаются, идут на "мокрые дела" или сходят с ума.


Наша русская интелигенция (кроме надутых индюков из почвеннического крыла) всегда была камикадзе, всегда сладострастно пилила сук, на котором все (и она в том числе) сидели, всегда жертвовала синицей в руках ради журавля в небе, всегда подрывала свои устои и сжигала за собой мосты, и не только за собой, но и под собой. Третий Рим пал из-за наших саперных интеллигентских работ. И не жалко, туда ему и дорога. Он слишком много о себе воображал и принимал себя слишком всерьез. Этот мыльный пузырь мы прокололи, и истекли кровью в смуте, и легли головой под трактор. А сейчас мы потрошим Четвертый, советский Рим, и шлепаются на мостовую красные знамена, имперские комплексы, ленинские памятники, и разбирается на кубики евразийский колосс, как при играх в детский конструктор. Очень хочется вытащить все реечки и детальки и сложить обратно в мировую коробку - пусть берет кто хочет наши тоталитарные вотчины.


В старину нас, интеллигентов, называли ворами за вечный бунт. И воровали мы на Дону, на Яике, а то и в Москве. И грех не воровать, то есть не бунтовать, на Святой Руси.


СССР взорвался и стал Сверхновой, и пусть догорит ясным пламенем. Демократия и империя - две вещи не совместимые. Так же, как демократия и истеблишмент. Для меня нет демократии ни в Конгрессе, ни в Сенате, ни в супермаркете, а живет она на Бродвее, в бунте парижских студентов 1968 года, в хиппи, панках, рокерах, партиях геев и лесбиянок. Сексуальные меньшинства были всегда, но чтобы они политические движения оформили - это уже конец света.


Итак, демократия - это конец света. А нам, русским, белый свет немил от тысячелетнего нашего Рейха. Поэтому именно с нами легче всего сейчас завести первую в мире бездомную, безземельную и беззаконную демократию.


У поэтов есть стиль, школа, правила игры. Но законов для нас нет. Мерси, с нас хватит ваших законов. Манифест демократии - это радищевское: "Закон мой - воля есть моя". Или по Галичу:


...И плевать нам на сумму катетов,

Что вбивается нам в башку.

И плевать нам на белое знамя,

На проклятый ваш белый свет,

И на все ваши белые здания,

Если черного хода нет.


("Кадет")


Мы, наконец, становимся нацией анархистов. Кто там про стабильность, новый порядок, жратву? Кто там шагает правой? Левой! Левой! Левой!


Тоталитаризм - это долгая зима. А у нас масленица. Сожжем зиму! Зима умерла (хотя бы в нас, поэтах). Мы слишком долго проспали в берлоге, и вот мы вылезаем, голодные, злые, облезлые, и разминаем члены, и пляшем на лужайке, и готовы задрать любую встречную власть. Это наши комоедицы. Долой православие вместе с РПЦ, они такие зануды! Да здравствует вечное язычество нашей культуры, наш жизнерадостный пушкинский карнавал, где торгуют "Темой", порнухой, Булгаковым, Библиями, "Днем" и "Независимой"!


В балагане все дозволено, кроме крови и глупой спеси. То, что Горбачев и Ельцин не удовлетворились присущими им ролями Бригеллы и Панталоне, а полезли в президенты - это уже не балаган, а александрийский стиль, ода, и, значит, не демократия.


Придти к власти в России - все равно, что заболеть проказой. Все разбегаются (приличные люди, конечно), чтобы не заразиться. Власть - это звезда Полынь, которая падает на источники жизни и делает жизнь горькой. Сейчас наша интеллигенция (прикормленных властью лакеев я не считаю за таковую) - самая демократичная в мире. Мы абсолютно не уважаем власть, мы шлем ее в болото, у нас нет государственных святынь.


Государство - это то место, которое для нас пусто. Похоже, что в России больше никогда не будут уважать власть и вешать национальные флаги на свой свинарник. После экспериментов с Николаем II, Павлом I, Петром III, Григорием Отрепьевым и всеми Самозванцами, после того, как на свалку отправились тени Ленина, Сталина, Хрущева, Брежнева, после всех наших анекдотов и похождений нового Кота в сапогах и Маркиза Карабаса в одном лице - Горби, после канонизации идеи власти в национально-патриотическом образе Иванушки-дурачка и царя Бориса в собирательном явлении ельцинизма, ельциноидов и Ельцина - какое уж тут уважение! Мы жизнерадостно пилим свой сук. Слышите, как звенит пила? Видите порхание разных газет - этой тучи опилок? Интеллигенция подрядилась пилить все суки под собой и государством, стягивать за ноги в партер с исторической сцены любую чванливую власть. Я поверю в демократизм властей только тогда, когда наших Петрушек не будет тузить ОМОН (в балагане допустим клюквенный сок, но не кровь, пролитая 23 февраля), когда Кремль перестанут охранять люди в военном и штатском, когда не будут сажать анархистов (дело Кузнецова и Родионова), когда Лукьянов будет писать стихи не в камере, а дома, Язов - мирно играть в солдатики у себя в гостиной, а Крючков - шпионить за соседями по дому, а не отвечать за государственную измену. Подумаешь, фря какая - это государство! Уж и изменить ему нельзя... А у любви, как у пташки, крылья... Я лично изменяю этому государству направо и налево. То с Литвой, то с Чечней. Как говорится у Пушкина: "Старый муж, грозный муж, режь меня, жги меня"...


Когда президенты будут ходить в джинсах, обедать в кабачках и бегать по киношкам, как Гавел - тогда я скажу про наш сук: можно перестать пилить. И мы перекуем наши пилы на орала.


А пока наши когти остры. Не могу видеть тех надутых индюков в черных "Зилах", которым нужен персональный самолет, и которых приходится встречать с оркестром. К чертям Бушей, Миттеранов и Ельциных!


Итак, господа фундаменталисты и друзья народа, мы будем мочить любую власть, засыпая ее лозунгами, конфетти и полным нежеланием принимать ее всерьез и платить ей налоги. В наш пруд мы обязательно будем бросать камни, пока все ваши лягушки не заквакают. Бродячие комедианты, каковыми являются все истинные демократы, хорошие товарищи и добрые, светлые люди.

Они коронуют шутов и терпеть не могут королей. Конечно, если вы хотите крепко спать, вы должны нас уничтожить. А потом?


Когда наедитесь, и напьетесь, и поимеете свой секс, и оденетесь, и разденетесь - не станет ли вам скучно? В наших руках и искусство, и пресса, и тайны бытия. Мы без вас можем, вот вы без нас - никак. Так что включайтесь в карнавал. Гуляем от рубля и выше! С февраля 17 года только второй раз мы так хорошо сидим. Это наш второй балаган за всю историю и, может быть, последний...


 

Перепечатано с дополнением о Жириновском в газете "Сокол Жириновского".

 

 

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова