Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
Помощь

СПИНОЗА (Spinosa) Бенедикт

Cпиноза Б. Избранные произведения. М.: Государственное изд-во политической литературы 1957.
Из "Библиологического словаря"
священника Александра Меня
(Мень закончил работу над текстом к 1985 г.; словарь оп. в трех томах фондом Меня (СПб., 2002)) 

К досье Меня - К указателю по Новому Завету в целом. - Библия. - Философия.

и вера, т.зр. Меня; 17 век.

О С. Делез. Беленький, 1964.

Бенедикт Спиноза: Pro et Contra. Личность и творчество Б.Спинозы в оценках русских мыслителей и исследлователей. Антология. СПб.: Издательство Русской христианской гуманитарной академии, 2012. 817 стр.

Nadler, Steven M. A Book Forged in Hell. Spinoza's Scandalous Treatise and the Birth of the Secular Age. Princeton University Press, 2011. 300 pp.


СПИНОЗА (Spinosa) Бенедикт; Б а р у х  д е  Э с п и н о з а  (1632-77), голл. философ-пантеист, один из основоположников *историко-литературной критики библейской.

С. род. в Амстердаме в семье евр. выходцев из Португалии.  Отец  вначале  предназначал  его  к  религ. деятельности  и  отдал  в раввинскую школу, где С. основательно изучил ВЗ и древнюю иудаистскую лит-ру. В 1652 по желанию отца он покинул школу и нек-рое время помогал ему в торговле, параллельно изучая лат. язык и философию (в частн., труды Р.Декарта). После смерти отца (1654) С. целиком посвятил себя философии. Его неортодоксальные взгляды вызвали резкое осуждение раввината, и в 1656 он был публично отлучен от иудаистской религ. общины (отлучение было снято лишь в 1927). За этим последовало изгнание С. из Амстердама, после чего он поселился у своих друзей-сектантов (меннонитов и коллегиантов) в окрестностях города. Но учения их он не принял, до конца дней оставшись внеконфессиональным мыслителем. Через год С. разрешили вернуться, и oн погрузился в метафизич. и гносеологич. исследования. Под влиянием главы республиканцев Яна де Витта С. написал и издал (анонимно) «Богословско-политический трактат» (1670), направленный против монархистов и кальвинистов. В нем С. превратил библеистику в орудие борьбы за свободу совести. В 1672, после гибели де Витта, философ лишился политич. поддержки. Он отклонил предложение Гейдельбергского ун-та занять там каф. философии, предпочтя оставаться свободным писателем (на жизнь он зарабатывал шлифовкой линз). По свидетельству его первого биографа пастора Яна Колеруса, С. практически осуществил свой идеал мудреца: он был человеком кротким, чуждым тщеславия, вел почти аскетический образ жизни. Дружеские узы связывали его со многими деятелями культуры. Скончался он в Гааге и, хотя не был крещен, был похоронен по протестантскому обряду. Первое собрание coч. C. вышло в Амстердаме в 1677 и вскоре было запрещено голландским правительством.

По своей духовной направленности философия С. была глубоко религиозной. В основе ее лежала созерцательная любовь к Богy. Но свою интуицию философ пытался заключить в узкие рамки математич. логики. Он считал, что познание восходит к совершенству по 3-м ступеням (чувственное, абстрактное и интуитивное познание). По его мнению, рациональная интуиция свидетельствует в пользу абсолютного монизма. Бог есть все – бесконечная Субстанция, Которая включает в Себя и мышление, и протяженность (материю). Иногда С. даже говорил о тождестве Бога и природы, чем давал повод считать его атеистом. Однако вернее было бы назвать С. акосмистом, ибо для него Божество, объемлющее Вселенную, было единственной подлинной Реальностью. Поэтому он решительно отвергал обвинение в атеизме. Можно сказать, что для С. ничего, кроме Бога, не существует. Законы природы – это проявления Бога; Его нельзя мыслить вне мира; Он внутри него. Бог обладает неизменной природой, к-рая детерминирует Его проявления и в том числе человеческую волю. Богословская диалектика и антиномизм, столь яркие в учении *Бёме, не нашли никакого отклика в мировоззрении  С. Он считал формальную логику гарантом истины. Отсюда его неудачная попытка постичь соотношение Абсолюта и твари и его жесткий детерминизм, ради к-рого С. жертвовал свободой воли и личностным началом и в Боге, и в человеке.

Идеи С., вначале забытые, с сер.18 в. стали оказывать большое влияние на европ. мысль. Они отразились на взглядах *Лессинга, *Гердера, *Шеллинга и др. философов. По мнению Вл.*Соловьева, «статический пантеизм Спинозы был необходим как предположение для исторического пантеизма Гегеля, а затем и положительной христианской философии».

Хотя С. был глубоким знатоком Библии, его монизм, в к-ром не осталось места для *Откровения Бога в истории, был бесконечно далек от *богословия библейского. Творение не было в глазах С. свободным актом, преодолевающим бездну между Сущим и тварью; все созданное он мыслил как модусы, проявления Божества. В этом он приближался к греч. философским системам элеатов, стоиков, неоплатоников. Однако сам С. был убежден, что его воззрения не противоречат Писанию. «Вместе с Павлом, – говорил он, – и, быть может, вместе со всеми древними философами, хотя и иным образом, я утверждаю, что все находится в Боге и в Боге движется». Познавая себя, мир познает божество. В свете этой мысли С. понимал и явление Христа. Христос, по его словам, был «устами Божиими», Он «имел общение с Богом душа к душе». «Мудрость Божия, т.е. мудрость, превышающая человеческую, приняла в Христе человеческую природу, и Христос был путем к спасению». Спасение С. трактовал как причастность к  истинной  «всеобщей  религии  человечества», сущностью к-рой является совершенная этика (стоического типа).

Философ переводил ВЗ на голландский язык, написал грамматику евр. языка  (1677). Но гл. библ. трудом С. считается его «Богословско-политический трактат», над к-рым он работал в течение 5 лет. В нем С. подошел к Библии как к документу историческому, литературному и религиозному (в том смысле, как понимал религию сам С.). Свою исходную герменевтич. позицию философ взял из *протестантской экзегетики. «Все познание Писания, – утверждал он, – мы должны заимствовать из него одного». На этой предпосылке строятся три гл. правила *герменевтики С. 1) Толкователь должен учитывать природу и особенности евр. языка, так как писатели Ветхого и Нового Завета были евреями. Необходимо знать специфику евр. письменности и грамматики, к-рыми обусловлены многие неясности, двусмысленности и спорные места в тексте. 2) Толкователю следует «собрать положения каждой книги и свести их к существенным началам». Напр., употребление *антропоморфизмов и *натуроморфных образов должно быть правильно понято в свете общего учения Библии о Боге. 3) Адекватная интерпретация  Писания будет неполной, если  пренебречь изучением обстоятельств, времени и истории создания библ. книг. Именно в этом последнем пункте С. проявил наибольшую оригинальность. Хотя он писал на 20 лет позже *Гоббса, он первым предпринял попытку развернутого анализа проблем *атрибуции и *датировки ветхозав. книг. Опираясь на расшифрованные им указания *Ибн-Эзры, С. рассмотрел *дублеты, *противоречия, *анахронизмы и лакуны в *Пятикнижии и пришел к выводу, что Моисею принадлежит лишь малая его часть (в частн., Книга Завета). Все остальное было собрано старейшинами и отредактировано Ездрой. С. также показал, что Ис Нав содержит в себе внутренние доказательства более позднего происхождения, чем события, описанные в этой книге. Философ подчеркивал, что в Писании встречаются места, в к-рых выражено только личное мнение свящ. авторов (напр., 1 Кор 7:25-40). *Боговдохновенность для него сводилась к выражению в Библии «истинной религии». «Откровенное Слово Божье не есть нек-рое известное число книг, но простое понятие божественной мысли, открытой пророкам, именно: понятие о почитании Бога всем сердцем путем соблюдения справедливости и любви». Это Откровение не является плодом философствующего разума: философия и религия – сферы независимые. Именно откровение о жизни согласно вере и любви есть ядро Библии, сохранившееся неповрежденным, несмотря на всю сложность истории свящ. книг. Высшие истины, провозглашенные Писанием, не могут быть затемнены ни ошибками переписчиков, ни другими человеческими несовершенствами Библии как книги. «Всеобщий Божественный закон, к-рому yчит Писание, дошел до наших рук абсолютно неискаженным». *Предание в глазах С. — это ничто иное как естественный «свет разума», с помощью к-рого соборы, иудейские и христианские, отобрали корпус *канона. В соответствии со своим пантеистич. монизмом С. полностью игнорирует *историзм Свящ. Писания и, вопреки прямому смыслу Библии, делает Откровение исключительно имманентным фактом. По существу то, что открывается в Библии, для С. есть лишь  о б н а р у ж е н и е  истин, присущих человеческому духу от природы. Многие исагогич. гипотезы С. не выдержали испытания временем, однако его труд явился важным этапом на пуги становления библ. науки.

u Opera, 1925, Bd.I-IV; в рус. пер.: Переписка, М., 1932; Богословско-политический трактат, М., 1935; Избр. произведения в 2-х томах, М., 1957.

l П а п е р н а  Г.A., Б.С., его жизнь и филос. деятельность, СПб., 1895; *Р е н а н  Э., С., в его кн.: Сборник мелких статей и речей, пер. с франц., СПб., 1895, т.1; Р о б и н с о н  Л., Метафизика С., СПб., 1913; С о к о л о в  В.В., С., М., 1973; С о л о в ь е в  Вл., Понятие о Боге (в защиту философии С.), Соч., т.9 (2-е изд.); Ф и ш е р  К., История новой философии, т.2: С., его жизнь, сочинения и учение, СПб., 1906; Ф р а н к  С.Л., Основная идея философии С., «Путь», 1933, № 37; В r о w n  N., Philosophy and Prophecy. Spinosa’s Hermeneutic – Politics Theory, 1986, № 2; проч. библиогр. см. в указ. трудах.

*

Levene, Nancy K. Spinoza's Revelation: Religion, Democracy, and Reason. Cambridge, Cambridge University Press, 280 pp.

Нэнси Левен из Кембриджа считает, что ключевым для мысли Спинозы является новое представление об откровении и взаимодействии откровения с человеческой властью. Акцент переносится с любви Божией на свободу человека, при этом сохраняется диалектика наиболее яркого элемента иудео-христианской традиции: человек есть Бог для другого человека. Спиноза обосновывает внутреннюю связанность религии, демократии и разума.


Ко входу в Библиотеку Якова Кротова



Cybex pallas

Заказ онлайн. Продажа автокресел для детей.

cybex-russia.ru