Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Авары

The Other Europe in the Middle Ages: Avars, Bulgars, Khazars and Cumans. Ed. by Florin Curta. Leiden: Brill, 2008. 503 pp.

Pohl, Walter: Die Awaren, Ein Steppenvolk in Mitteleuropa 567—822 n.Chr. Munchen 2002.

О них Кёррер.

796 год: апостол Петр против аваров.

АВАРЫ, восточноевропейский народ периода раннего Средневековья. Первоначально азиатские кочевники тюркского происхождения, вскоре после середины 6 в. они обосновались в бывших провинциях Римской империи, Дакии и Паннонии. Под властью безжалостного аварского хана Баяна возникла огромная простиравшаяся от Балтики до Черного моря империя, которая объединила подвластные аварам и вынужденные платить им дань народы, в том числе славян и булгар. Относительно немногочисленные, они жили грабежами и завоеваниями. Авары многократно опустошали Балканы, дважды подходили к Константинополю и проникали в Грецию, расселяя здесь славян. К концу 8 в. авары утратили былое могущество и были покорены Карлом Великим, который овладел их "хрингами", огромными (были такие, что насчитывали в периметре много километров) кольцевыми оборонительными сооружениями, внутри которых авары хранили награбленные по всей Центральной Европе сокровища. Через сто лет авары как отдельный народ исчезли, слившись с мадьярами.

*

Венгерские антропологи определяют аваров как европеоидов (в большинстве) и отмечают, что маленькая прослойка, судя по всему — господствующая, сохраняла ярко выраженный монголоидный тип, такой, как у современных бурят и монголов (Тунгиды). Впрочем, еще чаще у представителей той же господствующей группы отмечался так называемый туранский (среднеазиатский) тип строения лица.

На арене мировой истории авары появляются в 555 году как теснимый древними тюрками на запад кочевой народ. Тогда они еще кочевали в степях западного Казахстана. В 557 их кочевья переносятся на западный берег Волги в степи Северного Кавказа, где они вступают в альянс с аланами против сабиров и утигуров. Часть аваров откочевывает в Дагестан и кладет начало народу аварцев.

В 558 послы авар прибывают в Константинополь ко двору Юстиниана, но потом их политический вектор неожиданно меняется, они объединяются с кутригурами, нападают на антов, покоряют их и посылают булгаро-славянскую армию Забергана к стенам византийской столицы.

В 565-566 авары обогнув с севера Карпаты совершают дальний грабительский рейд в Тюрингию и Галлию. Как сообщает Григорий Турский, при помощи волшебства они разбивают войско франков и пленяют их короля Сигиберта I.

В 567 авары, в союзе с лангобардами побеждают гепидов, которым оказывала помощь Византия, и овладевают долиной Тисы. Год спустя, после ухода лангобардов в Италию, авары, во главе со своим каганом Баяном, становятся хозяевами всего Задунавья, которое превращается в основной очаг их нападений на византийские владения.

*

 

Николай КЁРРЕР

Погибоша аки обре...

Ист.: his.1september.ru

Такая поговорка издавна бытовала на Руси — по свидетельству автора «Повести временных лет», который далее добавляет: «Их же несть племени ни наследка».

Народ этот действительно исчез, хотя и не совсем так, как это представлялось летописцу через триста с лишним лет после событий. Впрочем, восточные славяне с обрами (обычно их именуют аварами) сталкивались мало. Источник сюжета об обрах, «примучивших» дулебов, скорее всего западный: дулебы-славяне известны не только на Волыни, но и в Чехии, в Венгрии. И им, равно как и сербам, хорватам, византийцам, франкам и другим народам, дело с аварами пришлось иметь долго — почти два с половиной столетия. Ни один из азиатских народов, попавших в Европу в эпоху Великих переселений, в V—VIII вв., не оказал на европейскую историю столь длительного влияния.

Славу, хотя и недобрую, авары заработали едва ли меньшую, чем гунны, и вниманием историков обделены никогда не были. Однако многие ключевые вопросы: кто же, собственно, такие авары, почему они смогли столь долго продержаться в Европе, каковы границы их государства (или ареал обитания) и как они «погибоша» — всё это еще предмет споров.

Не вполне ясна и проблема происхождения аваров.

В мнениях тут недостатка нет. Чаще всего, пожалуй, аваров называют тюрками, считая это почему-то чем-то само собой разумеющимся. Иногда, впрочем, их определяют как иранцев, хотя с тем, что о них известно по источникам, это никак не вяжется. Распространен и взгляд на аваров как на смешанную, тюрко-монгольско-иранскую группировку. Но это суждение можно скорее отнести к составу аварской орды уже при вторжении в Европу. Вопрос о происхождении собственно аваров остается открытым.

Господствующей до недавнего времени (по крайней мере — на Западе) была версия происхождения этих кочевников из осколков крупного объединения жужаней, господствовавшего в степях Центральной Азии в V—VI вв. Основанием для такого представления (появившегося еще в XVIII в.) послужило то, что в 552—555 гг. жужани были разгромлены тюрками, а авары в Европе появились в 558 г. (точнее, в том году их посольство прибыло в Константинополь).

Жужани по языку признаются монголами; отсюда делался вывод о многолоязычии аваров. Еще один аргумент связан с тем, что правитель аваров носил титул каган, впервые появившийся у жужаней и считающийся ныне монгольским по происхождению. Да и прическа аваров, особо отмеченная византийцами, также довольно характерная: длинные волосы, разделенные на пряди и заплетенные.

Подкрепляли эту версию и другие данные. Так, известный немецкий ученый К.Г.Менгес определил, что славянские слова телега и хоругвь — монгольского происхождения. Но к славянам эти заимствованные слова попали рано — их использовал уже автор «Слова о полку Игореве», так что собственно монголы тут ни при чем.

Поскольку все прочие кочевники периода раннего средневековья, были тюрками или уграми, методом исключения определяется, что позаимствовать эти слова славяне могли только у аваров. Наконец, сам русский этноним с характерной заменой гласных (обры—авары) указывает на происхождение слова из алтайских (в широком смысле) языков.

У этой теории были, однако, два слабых звена: очень малый временной разрыв (три года) между разгромом жужаней в Азии и появлением аваров в Европе и несоответствие данным византийского историка Феофилакта Симокатты (VII в.), который сообщает, что авары прибыли из Средней Азии, а не из более восточных районов.

По преимуществу на почерпнутой у Феофилакта информации основана другая версия, ставшая широко известной в изложении Л.Н.Гумилева. По мнению этого историка, вопрос о происхождении аваров решается весьма просто. Были-де грозные абары в Джунгарии (Китайский Туркестан), о которых толком ничего не известно, тем не менее они объявляются предками каракалпаков. (Здесь непонятно только, почему «грозных» абаров тюрки покорили, судя по всему, безо всяких проблем и лишь упомянули о них; в чем тогда, собственно, их «грозность» заключалась? И почему от абаров пошли каракалпаки, а не какой угодно другой этнос?)

А в Средней Азии жили известные византийцам хиониты, оседлый народ сарматского происхождения, называемые также эфталитами. Симокатта пишет о них как о двух племенах — уар и хунни, вместе они назывались еще вархониты. Они бежали от тюрок на Волгу и Дон, объявили себя теми самыми абарами, все им поверили (неизвестно — а с чего бы?), и в Европу они, наведя на всех страх, пришли уже не как вархониты, а как авары.

Поэтому мы, вслед за Симокаттой, должны считать их псевдоаварами, не путать тех и других, что часто и делают историки, впадая к тому же еще в одну ошибку: считают этих псевдоаваров кочевниками. Ведь византиец всё объяснил: был на самом деле оседлый народ хионитов (хунни), а уар — это просто эпитет, слово из гуннского языка, означающее речные (впрочем, раньше Л.Н.Гумилев считал, что уар — угорское племя).

Хиониты жили, по Гумилеву, то в низовьях Сырдарьи, то между Аралом и рекой Урал (в последнем случае непонятно — где же в то время они могли там жить оседло). А эфталиты, другой народ, жили южнее, у границ Персии. Вот так, по Гумилеву, выглядит решение уравнения с двумя неизвестными (авары и абары). Просто и ясно.

Беда, однако, в том, что никакого решения тут на самом деле нет, да и до простоты и ясности еще далеко. И неизвестных в уравнении больше, чем два. Например, на каком-таком «гуннском» языке уар означает речные?

Л.Н.Гумилев считает, кстати, этот язык — без всяких на то оснований — тюркским, а так как в нем такое слово неизвестно, объявляет его архаизмом (надо полагать, благополучно и вовремя исчезнувшим, чтобы это положение нельзя было ни опровергнуть, ни доказать). Но если вспомнить, что византийцы гуннами кого только ни называли, то получается неразрешимая головоломка.

Однако версия о приходе авар из Средней Азии в последнее время становится всё более популярной в свете новых фактов, которые, правда, отнюдь не подтверждают построения Л.Н.Гумилева. Связаны эти факты с так называемой эфталитской проблемой.

Эфталиты — это, строго говоря, название династии, а не народа. Сейчас всё более утверждается мнение, что этнос назывался хионитами. Но тогда они никак уж не могли жить между Аральским морем и рекой Урал — их земли соседствовали с Персией. Границы державы эфталитов определить трудно, но известно, что кроме территорий в Средней Азии она включала и часть Китайского Туркестана.

Распространено мнение, что эфталиты — иранцы по языку (иранские личные имена — Эфтал, Гатфар и другие — у них обычны), оседлый народ, европеоидного типа. Однако сирийский автор VI в. Захария Ритор включает аваров и эфталитов в число северных народов, живущих в палатках, промышляющих скотоводством, охотой, рыболовством, — наряду с аланами, болгарами и хазарами.

Личные имена не могут служить серьезным доказательством — они легко заимствуются по самым разным причинам (современный русский именник в основе — греко-латинский, у гуннов были нередки готские имена и т.д.). Европеоидный облик... Но, строго говоря, неизвестно, сколько времени эфталиты уже находились в контакте с народами соответствующего антропологического типа к тому времени, когда сведения о них попали на страницы хроник. Тип лица за века мог существенно измениться.

К тому же историк Аммиан Марцеллин, первым писавший о хионитах в IV в., сообщает, что видел только одного или двух представителей этого этноса. Два века спустя византиец Прокопий Кесарийский сообщал, что эфталиты — единственные из всех гуннов — белы телом и не безобразны лицом. При этом Прокопий утверждает, что эфталиты — оседлый народ. Почему же для него они все-таки гунны (в смысле собирательном, разумеется)? Или он знал что-то об их языке? Это предположение недоказуемо. К сожалению, значение слова гунны у Прокопия не изучено.

Хиониты, судя по их названию, вполне могли происходить от живших прежде близ Китая хунну (согласно реконструкции, их самоназвание должно было звучать — в приблизительной русской передаче — как нечто вроде хуонг-на).

Хотя с версией происхождения хионитов от хунну далеко не все согласны, более логично предполагать, тем не менее, что хиониты и эфталиты — это не синонимы, что хиониты были одним из этносов, составивших объединение, известное как эфталиты. Иными словами, эфталиты, именуемые также белыми гуннами, потому и называются по имени династии, что речь идет о конгломерате племен. В него непременно должны были входить и иранцы — среднеазиатское население (покоренное или союзное).

А вот кем были собственно эфталиты? Английский ученый Э. Дж.Пуллиблэнк привел веские доказательства в пользу того, что они говорили на языке монгольской группы и являлись отделившейся частью народа ухуань, проникшей на запад или по следам хунну, или вместе с одной из их группировок (хиониты) в первые века н.э. Китайцы, например, отмечали, что женская прическа эфталитов была того типа, который по другим источникам был известен монголам еще в XIII в., а язык — таким же, как и у одной из кочевых группировок Китайского Туркестана, определяемой ныне как монголоязычная.

Есть основания предполагать непосредственную связь эфталитов с аварами. Дело не только в том, что тюркские надписи упоминают народ или страну Апар, а у древних болгар, испытавших и аварское господство, а также у хазар зафиксированы родо-племенные подразделения, называвшиеся авар.

Современный город Кундуз в Афганистане назывался некогда (в арабской передаче) Вар-Вализ, что переводят как Город аваров. Кроме того, в результате пересмотра данных византийских источников было установлено, что сообщение о «псевдоаварах» у Симокатты — скорее всего лишь версия античного происхождения (античными данными византийцы часто пользовались, когда не хватало собственных).

Напрашивается вывод: то, что мы называем эфталитами, — не единое целое, а многоплеменное объединение, включавшее группы различного типа хозяйства, оседлые и кочевые племена и т.д. Это объединение сложилось, очевидно, из монголоязычных аваров (абаров, потомков гуннов-хунну) и иранцев, возможно, при участии, уже на позднем этапе, каких-то и тюркоязычных групп. Симбиоз в рамках одного политического организма кочевого и оседлого населения в среднеазиатских условиях — явление самое обычное и естественное.

Такая реконструкция, как представляется, примиряет противоречивые данные источников. Кроме того, снимается искусственная проблема «истинных» и «ложных» аваров, и можно полагать, что действительно два (как то и писал Симокатта) племени — вар (авар, очевидно, главенствовавшее) и хунни в период наступления на запад тюрок выделились из состава эфталитов и ушли в Европу. Кстати, вопреки Л.Н.Гумилеву, эти беглецы-вархониты были все-таки кочевниками, а не оседлыми жителями державы эфталитов: земледельцы при угрозе нашествия или остаются на месте и пытаются организовать отпор, или стараются укрыться в труднодоступных местах, но по соседству. А тут всё происходило иначе: в 557 г. тюрки громят державу эфталитов, а в 558 г. Константинополь уже встречает аварское посольство. Пожалуй, нигде в истории не найти примеров, чтобы земледельцы так резво меняли места обитания. К тому же все источники рисуют аваров как типичных кочевников-скотоводов. Да и вся их дальнейшая деятельность эту характеристику только подтверждает.

По ходу бегства авары неминуемо должны были обрасти присоединявшимися к ним кочевниками различного происхождения (кроме уже перечисленных ранее, среди них могли оказаться даже угры), что усилило племенной союз. Обычно пишут, что бежали на запад 20 тыс. аваров, в Европу же пришли тысяч 30. Состояла эта орда преимущественно из людей европеоидного антропологического типа (что совсем не удивительно после многовековой метисации).

Л.Н.Гумилев произвел, со ссылкой на данные венгерских археологов, такой подсчет: 20 % аваров были слабомонголоидного западносибирского типа, остальные — европеоиды. Опыт подсказывает, однако, что приводимые этим автором сведения принимать на веру, увы, нельзя. В ходе проверки четкого подразделения аваров на части обнаружить не удалось — как и аваров западносибирского антропологического типа. Венгерские антропологи действительно определяют аваров как европеоидов (в большинстве) и отмечают, что маленькая прослойка, судя по всему — господствующая, сохраняла ярко выраженный монголоидный тип, такой, как у современных бурят и монголов. Впрочем, еще чаще у представителей той же господствующей группы отмечался так называемый туранский (среднеазиатский) тип строения лица. Но все эти данные относятся уже к аварам Подунавья; в период же их переселения соотношение компонентов могло быть и иным.

Успешному продвижению аваров на запад немало помогла Византия, попытавшаяся использовать пришельцев, чтобы обезопасить свою границу по Дунаю, — в русле традиционной политики стравливания кочевников друг с другом. Уже в первые два года пребывания в Причерноморье (558—560) авары разбивают противников Византии — савир и антский племенной союз, затем продвигаются к устью Дуная, нападают на славянские племена хорватов и дулебов в Прикарпатье, подчиняют часть так называемых протоболгар.

Но в Причерноморье авары, видимо, чувствовали себя не очень уютно — как из-за собственной малочисленности, так и из-за сохранявшейся тюркской угрозы с востока. Реально подчинить местные племена им, видимо, не удалось. Тогда они заключают союз с германцами-лангобардами. Те помогли аварам разбить своих сородичей, гепидов, а сами ушли в Италию.

Аварам в итоге достается (в 567 г.) идеальное убежище на окраине пояса степей — территория современной Венгрии: горы прикрывают подступы с севера и востока, Дунай — с юга. Можно заниматься скотоводством — кочевым и отгонным (в горах). Но главное — покорено местное оседлое население: остатки гепидов и славяне, в основном дулебы. Это население можно было использовать для военных целей и эксплуатировать, что авары и делали. Не случайно именно здесь, в Подунавье, складывается Аварский каганат.

Что бы там ни говорили о «взаимовыгодном» симбиозе кочевников и оседлых народов, в тех условиях при наличии по соседству земледельцев цель у кочевников была одна: сесть им на шею. Это давало огромные выгоды, прежде всего позволяло обеспечить себя продовольствием: мало ли что может случиться с пастбищами (даже если их хватает) или со скотом... Недостающее надо получить, а путей всего два: обмен (когда есть, что менять) или грабеж. Поэтому кочевникам без земледельцев не обойтись, а вот те и без них прекрасно себя чувствуют.

Венгры в аналогичных условиях перейдя к оседлости, смогли то, что не удалось ни гуннам, ни аварам: вошли в число европейских народов. При этом нужные скотоводческие традиции они сохранили, но совершенно не страдали от того, что бросили кочевать. У славян хозяйство тоже было комплексным: и земледелие, и скотоводство. А вот авары, как показывает археология, всячески стремились сохранить свой образ жизни и свое господство над соседями, им в этих условиях жизненно необходимое.

Впрочем, в Причерноморье вряд ли они удержали власть после того, как покинули эти земли (хотя есть и сторонники противоположного мнения). Скорее всего, часть племен числилась там зависимыми от аваров, платила какую-то дань, принимала участие в походах. Сохранить же реальную власть в условиях, когда авары постоянно передвигались, воевали с соседями или затевали междоусобицы кагану вряд ли было под силу.

Почему славяне столь долго (более двух веков) терпели над собой господство в общем-то немногочисленного противника? Отчасти, вероятно, потому, что часть славян была не подданными аварского кагана, а его союзниками. Сказывалась и разница в военных традициях: славяне сражались пешими, почти без оборонительного оружия. Так можно было побеждать византийскую пехоту, но не аваров, привыкших у себя дома к конной войне как в степных, так и в горных условиях — у них были и панцири, и мощные боевые луки, и стремена, позволявшие всадникам успешно применять против пехоты наряду с копьем длинный меч, а позже (с VII в.) и саблю.

В итоге славянам пришлось участвовать во всех военных походах аваров, а те без дела не сидели: набеги на Византию, независимых славян, франков стали обычным делом. Во время подобных экспедиций умело сочетались действия аварской конницы и славянской пехоты или речного флота. Своим славянским союзникам авары помогли в 595 г. победить баварцев, нападать на земли вплоть до Адриатики, на Италию. Однако это сотрудничество должно было рано или поздно прекратиться.

В 602 г. авары окончательно разгромили антов, но удержать под контролем Причерноморье не смогли. Этому помешали протоболгары, поддержанные Византией. А сама Византия, объект почти ежегодных аварских набегов, сумела в 626 г. нанести кочевникам решительное поражение у стен Константинополя. После этого походы на империю пришлось прекратить.

Успешно отбивались от авар и славяне Нижнего Дуная. Вызванное этими событиями сокращение доходов не могло не привести к усилению эксплуатации покоренных славян и к попыткам подчинить вчерашних союзников. Усиливается натиск на сербов и хорватов, на чешские и польские племена (недаром почти все славянские языки сохранили слово обр в значении великан, что нашло отражение и в «Повести временных лет»: «Быша бо обре телом велици...»; в «великанстве» аваров можно и усомниться, но ясно переносное значение слова — сильный противник).

А что означало «быть под аварами» (даже если счесть сказкой слова русского летописца о том, что авары впрягали в повозки славянских женщин вместо лошадей) — об этом сообщает франкская хроника еще VI в.: ежегодно авары на зимовку отправлялись к своим славянским подданным, на всё готовое, насиловали женщин, брали полон, грабили. И это помимо дани.

Естественно, что славян такой «симбиоз» не устраивал. Постепенно в борьбе с аварами на западной окраине славянского мира сложилось государство, возглавленное Само (620—650-е гг.), но оно не пережило своего основателя.

Авары еще побеждали сербов и хорватов, но из-за междоусобиц в каганате стал ненадежен его протоболгарский компонент — в VII в. несколько составлявших его кочевых орд покинули Аварию.

Каганы всё чаще ориентируют свои набеги на Италию, Баварию, на земли нынешних Словении и Австрии, где жили славяне-хорутане (предки словенцев). Тут аварам, казалось бы, помогала борьба баварцев с франками. Но закончилось всё это тем, что каганат, ослабленный восстаниями и войнами, утративший многие владения и располагавшийся на территории едва ли намного большей, чем современная Венгрия (где авары, упорно сохраняя кочевой образ жизни, не могли жить без грабежа соседей), — этот каганат противопоставил себя мощной Франкской державе Карла Великого, у которого были свои виды и на Италию, и на Баварию, и на соседние с нею славянские земли.

Италия и Бавария покорились Карлу, хорутане стали его союзниками. Авары, совершившие в этих условиях очередной набег на франкские владения (788), привели Карла, «защитника христианского Запада», к заключению, что с аварами пора кончать. Франки располагали для этого необходимыми силами — испытанной в боях латной кавалерией.

В 791 г. Карл направил против каганата две армии (одной он руководил сам) и союзников-славян. Ряд аварских укреплений (хрингов) был разгромлен. В 796 г. на раздираемый междоусобицей каганат обрушился решающий удар. Пала столица, хринг-ставка кагана.

А к 803 г. были сломлены последние попытки сопротивления, и под контролем франков оказались современные венгерские, австрийские и словенские земли к западу от Дуная, где была образована пограничная область — Восточная Марка Франкской Империи. Тогда-то, видимо, и зародилась в славянской среде поговорка «Погибоша аки обре».

Знать и воинское сословие собственно аваров были, видимо, действительно в основном истреблены. Но вряд ли можно то же сказать о земледельческом населении (включая, возможно, и осевшую на землю часть аваров), а также о разбежавшихся по горам и лесам остатках кочевников. Они превратились в франкских подданных, и в 811 г. франкам даже пришлось защищать их от натиска своих славянских союзников.

Но остановить ассимиляцию попавших в совершенно новые для них условия, побежденных и подчиненных аваров уже было нельзя. Последний раз авары упоминаются во Франкской хронике под 822 г. В дальнейшем, очевидно, они были поглощены славянскими и германскими колонистами и занявшими прежние земли Аварского каганата венграми.

Источники

Аммиан Марцеллин. Римская история. Любое издание.

Константин Багрянородный. Об управлении империей. Любое издание.

Прокопий Кесарийский. Война с персами. Любое издание.

Феофилакт Симокатта. История. М., 1957.

Повесть временных лет. Любое издание.

Чичуров И.С. Византийские исторические сочинения. М., 1980.

ЛИТЕРАТУРА

Археология Венгрии. Конец II тысячелетия до н.э. — I тысячелетие н.э. М., 1986.

Гумилев Л.Н. Древние тюрки. Любое издание.

Он же. Тысячелетие вокруг Каспия. Любое издание.

История Венгрии. Т. 1. М., 1971.

Кардини Ф. Истоки средневекового рыцарства. М., 1987.

Королюк В.Д. Дулебы и анты, авары и готы // Проблемы типологии в этнографии. М., 1979.

Менгес К.Г. Восточные элементы в «Слове о полку Игореве». Л., 1979.

Петрухин В.Я. Начало этнокультурной истории Руси IX—XI вв. М., 1995.

Пуллиблэнк Э. Дж. Язык сюнну // Зарубежная тюркология. Вып. 1. М., 1986.

Развитие этнического самосознания славянских народов в эпоху раннего средневековья. М., 1982.

Таскин В.С. О титулах шаньюй и каган // Mongolica. М., 1986.

Тот Т.А., Фирштейн Б.В. Антропологические данные к вопросу о великом переселении народов. Авары и сарматы. Л., 1970.

Удальцова З.В. Идейно-политическая борьба в ранней Византии. М., 1974.

Эрдели И. Авары и Средняя Азия // Центральная Азия в кушанскую эпоху. II. М., 1975.

Laszlo Gy. Ewleikezzunk regiekro. Budapest, 1979.

Varga D., Vekerdi L. Evropa szuletese. Budapest, 1977.

Dixon Ph. Britek, frankok, vikingek. Budapest, 1985. (Оригинал: Barbarian Europe. Lavsanne, 1976).

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова