Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ

Мф. 1, 2Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова; Иаков родил Иуду и братьев его;

Лк. 3, 34 Иаковлев, Исааков, Авраамов, Фаррин, Нахоров,

№3 по согласованию. Стихи предыдущий - следующий.

См. оглавление истории до Христа.

Всякий человек думает о прошлом как о веренице предков. Только для свободного человека "предок" - это отец, дед, бабушка. Для несвободного "предок" - это правитель: нынешний, его предшественник и т.п. Холоп хорошо знает Ивана Грозного, но не знает, кто из его предков был современником Ивана. В Исландии, где народовластие сохранялось в течение веков, граждане страны знают свою генеалогию на протяжении всех этих веков, хотя знают - из уста в уста. В России даже аристократы скверно сохранили свои генеалогии, хотя тут деспотизм "организовывал" строжайший учёт и контроль за "народонаселением". Дошло до того, что "гражданами" называют лишь преступников. Следовательно, быть гражданином есть самое страшное преступление.

Для государственно мыслящих людей евангельские генеалогии - пример того, как несовершенен человек, оставленный без опеки государства. Он забывчив, сбивчив, заносчив до того, что начинает своего пащенка считать Спасителем мира. Что ещё раз показывает: "государственно мыслить"- это всё равно что "квадратно плакать". Человек может выбирать: жить в мире государственно утверждённых генеалогий, очень чётких - правда, и очень лживых, для которых Николай - Романов, несмотря ни на какие очевидные супружеские измены его прабабок, несмотря на прадедов-немцев. В этом мире всё очень просто и с духовными генеалогиями: есть апостольское преемство, утверждённое государственной канцелярией, вереница величественных архиереев.

А можно жить в другом мире, где предков помнишь сам, не передоверяя канцелярии, где и Тело Христово - не из канцелярских бумаг сложено, а из живых людей, где доносчик, предатель, насильник - не преемник апостолов, как бы ни кругла была печать на справке о его рукоположении. В этом хрупком мире духа апостольское преемство - там, где не только апостольские руки, но и апостольский дух, где кротость, сияние любви и прощения, а не сияние казённого самоварного золота. Да живущие в канцелярском христианстве и сами себя утверждают не на справках - это лишь для войны годится, а жить канцелярией нельзя. Не канцелярией определяется святость, а канцелярия оправдывается святостью. Даже под деспотизмом возможно быть христианином, и деспотизм этим любит щеголять, это его последний довод. Но только довод этот скверный, ибо Дух дышит и в оковах не благодаря оковам, а вопреки им. Не прерывается родословная святых и несвятых не потому, что начальство плодит и размножает "людишек", а потому что даже начальство не может помешать воле Божией и любви человеческой.

*

Три тысячи лет, даже более разделяют Авраама, Исаака, Иакова и современных верующих. Современный верующий, если он подлинно современный, а не играет в антиквариат, понимает, как мало он знает о верующих древности, какой туман их окружает, как сомневаются подчас учёные в самом существовании легендарных праотцев и соломонова царства-государства. То есть, что-то такое было или, вернее, кто-то такой был, но бесконечно далеки были реальный Авраам и примкнувшие к нему от представлений современных христиан об этих героях веры. Это не означает, что представления современных иудеев ближе к истине. Скорее уж, мусульмане - не потому, что они "сохранили традицию", а потому что подобное порождает подобное - кажущийся западному (включая Израиль) человечеству диковатый мир "востока" аврамистей западного.

Впрочем, главное различие не в материальной культуре. Современные верующие в "Бога Авраама" резко распадаются на тех, кто "ещё ", и на тех, кто "уже". Кто ещё (условно назовём их "ещёвники") ждут. Они, как и Авраам, веруют вопреки реальности. Вера ещёвников ближе к надежде (и её неизбежному фону - отчаянию), тогда как "ужевники" переживают веру как чувство, прикосновение к тому, что "уже пришло", "уже настало". "Настало" не вполне, а всё же разница такая же, как "первый поцелуй, ещё чрез вуалетку" и "вам телеграмма от гипопотамма".

Какой ужас быть верующим до Христа! "У меня посылка для вашего мальчика, но я вам её не отдам"... Для христианина "кризис веры" - это когда не нащупываешь молотка на самом верху гардероба, где он всегда валялся... Надо взять стул, придвинуть, залезть, шарить... Вроде финансового кризиса... А какой может быть кризис веры там, где финансов ещё нет, где даже слова "кредит" нет!

Впрочем, в любом современном верующем во Христа достаточно неверия - неверия в то, что Христос уже царствует. Может, даже самая большая часть нашей души не верует в "уже", а верует лишь в "ещё" и от этого унывает, тоскует и сердится. Сердится и воюет, атакует с верой в Бога. Однако, если мы не ещёвники, а ужевники, то никакой атаки быть не может. Некого побеждать, нечего завоевывать.

Обетованная земля не за горами, а под ногами - и вот в это поверить, оказывается, без благодати невозможно. Впрочем, не только в религиозной жизни, но и в материальной именно настоящее - самый лакомый кусочек и самый ускользающий. Точнее, человек ускользает от настоящего: то в прошлое вернётся повздыхать о том, что настоящее могло бы быть лучше. то в будущее забежит.

Аврааму было обещано потомство, многочисленное как морской песок. Это было невероятное будущее. Невероятное настоящее - что многочисленное, как песок морской человечество, всё, сколько ни есть, - потомство Авраамово. Язычники и марксисты, развратники и импотенты, извращенцы и невозвращенцы, - все мы именно те, кто были обещаны Аврааму.

Все мы не такие, какими бы хотел нас видеть Авраам, не все мы верующие. Но ведь Аврааму не было обещано, что его потомство будет верующим, было обещано, что оно - будет. Просто будет. Будет именно его, Авраамовым. В чём связь с Авраамом? Да ни в чём - в Ком. Все люди дети Аврааму через Христа, родившегося с небес через Марию, родившего людей на небеса через Самого Себя. Осталось только поверить, что уже - родились, уже - все, некого побеждать, не нужно воевать, а можно всех и каждого принять, не боясь умереть, боясь оставить себя и других без Воскресения.

1474.

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова