Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ

Мф. 1, 10Езекия родил Манассию; Манассия родил Амона; Амон родил Иосию;

№3 по согласованию.Фраза предыдущая - следующая.

См. оглавление истории до Христа.

Царь Езекия почти соперничает с Давидом и Соломоном в благочестии (а по части супружеской верности безусловно их превосходит). Умер он в 697 г., через четыре года после того, как Иерусалим осадил ассирийский царь Сенахериб. Если по "русской шкале", то Езекия умер в 1251 году, через четверть тысячелетия после своего предка Соломона. Вдвойне Езекии повезло, потому что он оказался современником пророка Исайи, которого интересно читать просто так. С Исайей у царя вышло разногласие в оценке того, рушится Ассирийская империя или нет. В Ассирии тогда была междоусобица между Сенахерибом и Мардукаплаиддиной. (Как евреи произносили и писали эти имена! Как японцы произносят имена русских князей - то есть, догадаться, кого они имеют в виду, невозможно).

Очевидно, что рано или поздно любой мыльный пузырь лопается - а всякое царство есть (именно как царство) мыльный пузырь, это лишь демократия, откровенно изображающая из себя мыльный пузырь, имеет некоторые шансы на долговечность. Очевидно также, что признаком конца царства кесаря является появление двух соперничающих кесарей: разделившееся царство опустеет, говорил позднее Иисус (Мф. 12, 25), и это справедливо было и по отношению к Ассирии, и по отношению к царству Соломонову. Так ведь это все банальности, а вот угадать, когда именно опустеет - вот что не банально.

Езекия не угадал и поторопился, переметнулся на сторону Египта. Исайя угадал и мог бы злорадствовать, только вот злорадство с духом пророческим абсолютно несовместимо, почему пророков так мало. В конце концов, сложно угадать не факт лопания, а время. Всяк помрет, да не всяк знает, когда. Езекия увидел светлую сторону этой неопределенности: во-первых, он все-таки уцелел и вошел в историю как весьма набожный царь, во-вторых, за отдельные прегрешения он вроде бы и должен был увидеть конец своей державы, которая дышала на ладан уже несколько поколений, но все-таки не увидел.

За прошедшие тысячелетия человек не изменился. Все так же трудно поверить, что еще при твоей жизни может исчезнуть все, что составляло основу этой жизни. Но еще труднее поверить в то, что вдохновляло Исайю: ну и пусть! лучше самому внутренне распрощаться со всем, что имеешь, не дожидаясь никаких ассирийцев, и тогда, во-первых, успешнее противостанешь врагам, во-вторых, обнаружишь, что любой дом стоит не на фундаменте, а на земле, и если фундамент разрушить всякий может, то земля - Божия, на ней и надо жить.

17.12.2003

См. о Езекии также комм. по поводу медного змия в Ио. 3, 14 и о надломленной трости в Мф. 12, 20.

*

Манассия заслужил репутацию худшего из царей - что довольно трудно, учитывая пристрастность клерикальных летописцев, которые редко кого из своих земных господ удостаивали доброго слова. Возможно, стать худшим ему удалось, потому что он был на престоле дольше всех, 55 лет. Если сравнивать еврейскую историю с русской, то Манассия правил с 1251 года до 1306, он "современник" московского князя Даниила. Как русские жили под монгольским игом, так евреи жили под игом ассирийским, хотя формально завоеваны еще не были. В течение многих веков история Иудеи была единственным источником по истории Ассирии - все равно, как если бы по истории Литвы судили бы о русской истории в отсутствие русских документов. Но с XIX века археологи нашли столько документов в развалинах ассирийских городов, что теперь желающие могут больше узнать именно об Ассирии. Желающих почему-то немного. Маленькая страна, у которой есть преемники сегодня, интереснее огромной страны, у которой преемников нет.

Между тем, традиционные обвинения Манассии в вероотступничестве не так уж весомы - во всяком случае, он действовал отнюдь не по своей воле. Асархаддон в 672 г. до р.Х. (аналог 1276 русского) обязывал своих вассалов поддерживать культ Ашшура. Более того, Манассия явно был смелым человеком и пытался бороться, за что и был арестован и отправлен в Вавилон. Возможно, он участвовал в заговоре против Ашшурбанипала - правда, для ассирийцев иудейский царь был настолько ничтожным персонажем, что они его даже не упомянули в рассказе об этом заговоре. Летописец с местечковым удовлетворением отмечает, что после освобождения Манассия взялся за ум, понял, "что Господь есть Бог". За этим религиозным пафосом не скрывается ли, как это часто бывает, удовлетворения человека, который не смеет открыто выступить даже против собаки дворника, и с тем большим энтузиазмом задним числом, оказавшись в безопасности, обличает зло на бумаге.

Манассия и после освобождения не истребил несчастные "высоты", на которых приносили жертвы Богу. Богословски говоря, борьба за то, чтобы жертвы приносились только в одном месте - замечательная вещь, предвосхищающая христианское представление о литургии как повторении одной-единственной жертвы, которая совершилась не только в одном-единственном месте, но и в одно-единственное время, так что все остальное - лишь возвращение в то место и в то время. Бороться за истину, однако, лучше так, чтобы не противоречить истине. Если истина в том, что Господь есть Бог любви, то ничто так ей не противоречит, как непрестанное выискивание недостатков. А ведь Манассия покаялся - следовательно, он не менее великий и праведный царь, нежели Давид или Соломон.

Упреки в адрес Манассии, видимо, потому такие гневные, что это вытеснение из сознания своей вины: "Манассия довел Иудею и жителей Иерусалима до того, что они поступали хуже тех народов, которых истребил Господь от лица сынов Израилевых" (2 Пар. 33, 9). Ага, сейчас! Еврея, как и любого человека, еще можно с Божьей помощью вывести из Египта и довести до земли обетованной, но вывести человека из себя и довести человека до греха не может ни Бог, ни царь и ни герой. Тут каждый сам себе Манассия.

22.12.2003


Царь Манассия попал в вавилонскую тюрьму из-за любви к риску. Если бы придворная интрига, в которой он принял участие, удалась, он мог бы добиться уменьшения дани, к примеру. Евреям стало бы полегче. Набожные евреи, однако, и в ХХ веке к налогам, службе в армии и прочим земным заботам относятся свысока, превыше всего ставя изучение Писания. Две тысячи лет назад было не лучше: Манассия был религиозникам интересен постольку, поскольку его пребывание в тюрьме можно было истолковать как причину последующего отказа от языческих культов. Есть такое уродливое благочестие, которое больше надеется не на Бога, а на тюрьму, не на свободу, а на несвободу. Тюрьмопоклонники вьются вокруг тюрем как мухи. Со свободными людьми они разговаривать не умеют, а с заключенными можно и не умея разговаривать. Толчение воды в ступе - процесс, результативность которого проверке не поддается. История Манассия таким людям кажется подтверждением того, что результат все-таки возможен. И вот спустя полтысячелетия после смерти царя сочинили от его имени молитву, которую не все традиции в Библию включают. Во 2 Пар. 3, 18 ее можно найти. Манассия кротко вопите: "Я согбен многими железными узами", согрешил бесчисленно, и тем жалостливее молится о покаянии. Красивая молитва, душеспасительная - если не воспринимать ее буквально. Буквализмом было бы ждать, пока тебя посадят в тюрьму, чтобы прослезиться - и пытаться засадить в тюрьму того, кого ты хотел бы довести до слез, то есть, до покаяния. Буквализмом было бы считать свои грехи "бесчисленными" как песок морской. Грехи похожи на песок на столько количественно, сколько качественно: если надеть туфли на ноги, к которым прилип мокрый песок, то идти будет неудобно. Буквализмом было бы читать молитву Манассии именно как молитву Манассии, а не как свою. А вот если читать ее как свою, если в себе (и лучше уж только в себе) видеть идиота, который в погоне за сомнительным выигрышем ввязался в несомненно провальную авантюру, в игру с властью и обманом, - тогда, пожалуй, становится яснее, почему Спаситель - это Тот, Кто принес освобождение находящимся в темницах, а не тем, кто считает себя сильно просветленными.

23.12.2003


Сына царя Манассии звали Амон - к радости всех тех горе-этимологов, которые ориентируются на формальное сходство звучания. Особо ревностные фантазеры могут смело предполагать, что это - египетский фараон Амон. Но все-таки это проблемы перевода, потому что Амон - это "верно". Молодого человека звали Аминь, вот и все. В двадцать два года он вступил на престол, в двадцать четыре был свергнут некими заговорщиками из числа "слуг". Русскому человеку сразу представляется история Павла I, но заговорщики намеревались посадить нового царя, из другой династии. Летописец тут поразительно краток - явный пример самоцензуры. Зато он соловьем разливается насчет того, что Аминь сам виноват - продолжал приносить жертвы идолам, как заповедал отец. А что делать, если заповедь о почитании отца вступает в противоречие с заповедью о почитании Отца? Только ханже ясно, что нужно презреть телесное, а у нормального человека полная неясность - самое плодотворное в духовном отношении состояние. Вряд ли убийцы Амона вдохновлялись религиозным рвением, а если вдохновлялись - тем хуже. Заговор не удался, "народ" посадил на престол сына Амона Иосию. Восьмилетнего мальчика. Это означает, помимо прочего, что Амон зачал своего наследника в возрасте 13 (прописью: тринадцати) лет. Небось, те, кто призывает современную молодежь хранить целомудрие до "подобающего" возраста, усеивая свои призывы ссылками на библейские идеалы, об этом факте не упоминают. Между тем, для большинства эпох и культур - в том числе, для русских - такой факт - норма, а не растление. Только в последние двести лет планку подняли. Об этом полезно помнить, представляя себе двенадцатилетнего Иисуса в Храме. Он был на пороге совершеннолетия, и никого бы не удивило, если бы Он общался с девушками, а не с мудрецами. И если уж очевидно, что взросление постепенно сдвигается все в более поздний возраст, не следует ни пенять молодежи на инфантилизм, ни грешить патернализмом. Настоящее совершеннолетие - на небесах, а в мире Вифлеема все более или менее в хлеву, все более менее ослы, ангелы, пастухи и младенцы.

24.12.2003


 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова