Неологизм Искандера в «Кроликах и удавах». Искандер был стармуд, и я теперь стармуд, и я скажу, в чем мудрость старости.
Ребенок глядит на мир взрослых как на мир богов. Великие, знающие, умные.
Даже во взрослом состоянии это сохраняется, тем более, что старики всё равно остаются источником разных благ.
Это невольный такой взгляд, рефлекторный. Нормальный. Ненормально, если ребенок вполне циник.
Я был нормальный ребенок, теперь я нормальный старик. И мир взрослых-богов исчез. Оказывается, взрослые были такие же, как я, и даже хуже. Оказывается, ничего-то они не делали от большого ума. Все эти Александры Македонские, Рейганы и прочие Луи — такие же хитрож...пые мошенники и проходимцы, демагоги, бандюки и паразиты-кровососы как Трамп, Путин и прочие Би-би. «И эти люди учат нас не ковырять в носу!»
Нет, конечно, и среди князей мира сего встречаются нормальные люди, без этого мы бы все давно исчезли. И я должен быть нормальный. Но одно из условий нормальности — самому не бросать понтов, вести себя с детьми как небожество и видеть, когда понты бросают другие, не ужасаясь, словно это в первый раз. Но как же мало ее, нормальности!
