Ко входуЯков Кротов. Богочеловвеческая историяПомощь
 

ПРЕПОДОБНЫЙ НИЛ СИНАЙСКИЙ

Оп.: Добротолюбие, т. 2.

К оглавлению

АСКЕТИЧЕСКИЕ НАСТАВЛЕНИЯ
ПРЕПОДОБНОГО НИЛА СИНАЙСКОГО

1.

СЛОВО О МОЛИТВЕ

(ч. 1, 170)

Предисловие

Благовременно восставил ты меня, лежащего в жгучей горячке нечистых страстей, прикосновением боголюбивого письма твоего, и ум мой, недугующий самыми срамными недугами, ободрил утешением, блаженно подражая великому Наставнику и Учителю. И не дивно. Долею твоею всегда было искать славного и знаменательного, как и благословенного Иакова. Почему, поработав хорошо ради Рахили и получив Лию, ищешь и возлюбленную, как и за нее исполнивший семилетие (работы) (Быт. 29, 20-28).

А я не отрекаюсь сознаться, что, потрудившись всю ночь, ничего не поймал; но, по слову твоему ввергши мрежи, извлек множество рыб, не думаю, что – великих, однако сто и пятьдесят и три (Иоан. 21, 11). И их – то посылаю к тебе в кошнице любви; и тем исполняю повеление твое, составив равное тому число глав (о молитве). Удивляюсь я тебе и очень ублажаю прекрасное произволение твое, что возжелал ты (не другого чего), а – глав о молитве; и притом не просто возжелал, чтоб они руками на хартии написаны были, но чтобы внедрены были в уме любовью и незлобием. Поелику вся сугуба, едино противу единого, по слову премудрого Сираха (42, 25), то не по букве только прими их, но и уразумей духом.

За малочисленность глав не брани, как умеющий и насыщатися, и лишатися (Фил. 4, 12). Ей, не брани, помня, что Господь не отверг и двух лепт вдовицы, но принял их благосклоннее, чем богатые вклады многих других. Но паче, умея хранить в отношении к искренним братиям своим благорасположение и любовь, молись о немоществующем, чтобы он стал здрав, и взяв одр свой начал ходить, благодатью Христовою. Аминь.

153 Главы о молитве

  1. Если бы кто захотел приготовить благовонный фимиам, то ему надобно по закону сложить по равной части ливана чистого, кассии, ониха и стакти (Исх. 30, 34). Это – четверица* добродетелей. Когда они все в полном совершенстве и в равной силе присущи в душе, тогда не будет предан ум (изменнически, разумеется, каким либо внутренним предателем).

    * Воздержание, мужество, мудрость, правда.

  2. Душа, очистившись полнотою добродетелей,* поставляет ум в состояние непоколеблемости, соделывая его способным принять устроение, какое требуется (в молитве).

    * В Добротолюбии Греч. и Слав.: "исполнением заповедей".

  3. Молитва есть беседа ума к Богу. В каком же устроении имеет нужду ум, чтобы мочь не озаряясь вспять (или – сюду и сюду), вознестись к своему Владыке и беседовать с Ним без всякого посредника*?

    * Славянское: "ничесому же посред сущу", – может быть лучше.

  4. Если Моисею, намеревавшемуся приблизиться к земной купине горящей, возбранено было это, пока не иззует сапоги от ног (Исх. 3. 5), – то как же тебе не отрешить от себя всякое страстное помышление, когда желаешь видеть Того, Кто выше всякого чувства и помышления, и быть Ему собеседником?

  5. Прежде всего молись о получении слез, чтобы плачем умягчить сущую в душе жестокость (греч. – "дикость") и исповедав на себя беззаконие Господеви (Пс. 31, 5), получить от Него оставление грехов.

  6. Употребляй слезы, как орудие к получению всякого прошения; ибо очень радуется о тебе Владыка, когда ты молишься со слезами.

  7. Когда во время молитвы своей изливаешь потоки слез, отнюдь не возносись тем сам в себе, как будто ты выше многих. Это помощь свыше прияла молитва твоя, чтобы ты, усердно исповедав грехи свои, слезами умилостивил Владыку.

  8. Не обращай же в страсть средства против страстей, чтоб еще более не прогневать Даровавшего тебе благодать сию (т.е. слезы). Многие, проливая слезы о грехах, забывали цель слез и, вознеистовствовав, совратились (с правого пути, или с ума сошли).

  9. Стой терпеливо и молись крепко, отревая приражения житейских попечений и всяких помыслов; ибо они возмущают и тревожат тебя, чтоб расстроить твое молитвенное устремление.

  10. Когда демоны увидят, что кто либо имеет усердие и ревность молиться, как должно, то (во время молитвы) влагают ему мысли о чем-либо, будто нужном (и отходят) а спустя не много опять возбуждают воспоминание о том подвигая и ум на рассмотрение того (если это вопрос, – и разрешение, если вещь, – на приобретение); – и он, не находя искомого, досадует и скорбит. Потом, когда станет на молитву (этот усердный ревнитель молитвы), они напоминают ему, о чем он помышлял и чего доискивался, чтобы ум подвигшись опять к узнанию (не решенного прежде), сделал молитву бесплодною.

  11. Подвизайся ум свой во время молитвы соделывать глухим и немым; и будешь тогда иметь возможность молиться, как должно.

  12. Когда сретит тебя искушение, или раздражит чье-либо прекословие, – так что ты или на гнев подвигнешься против того, кто воспоперечил тебе, или даже произнесешь какое неподобное слово; тогда вспомни о молитве и о суде во время ее (над тобою в совести пред лицом Бога), – и тотчас укротится в тебе бесчинное движение.

  13. Что ни сделаешь ты в отмщение брату, онеправдовавшему тебя, все то в соблазн будет тебе (смущать будет тебя) во время молитвы.

  14. Молитва есть ветвь (от древа) кротости и безгневия.

  15. Молитва проявление (проторжение) радости и благодарения.

  16. Молитва есть врачевство печали и уныния.

  17. Иди, продаждь имение твое, и даждь нищим (Мф. 19, 21), и взяв крест, отвергнись себя ( – 16, 24), чтоб можно было тебе молиться без развлечения.

  18. Если хочешь молиться похвальною молитвою, отвергайся себя во время молитвы и, крайние озлобления терпя, будь любомудр молитвы ради.

  19. Если какую бы ни пришлось тебе терпеть прискорбность, будешь любомудр; то плод сего обретешь во время молитвы.

  20. Если желаешь молиться, как должно, не печаль души (или не держи огорчения на душе); иначе всуе течение твое (или молитвенный труд твой).

  21. Остави дар твой, говорит Господь, пред алтарем, и шед прежде смирися с братом твоим (Мф. 5. 24), – и тогда, пришедши, станешь молиться без смущения; ибо злопомнение наводит мрак на владычественный ум молящегося и тьмою окружает молитвы его.

  22. Собирающие в себе печали (огорчения) и злопомнения, и держащие (в этом состоянии молитву), походят на тех, которые черпают воду и вливают ее в дырявую кадь.

  23. Если ты терпелив, то всегда будешь молиться с радостью.

  24. Когда молишься, как должно, могут встретиться тебе (или придти на ум) какие либо дела, за которые покажется тебе праведным погневаться на ближнего. (Поостерегись). – Нет совсем гнева на ближнего, который был бы праведен. И, если поищешь, то найдешь, что можно и без гнева дело устроить хорошо. Почему всячески ухитряйся – не подвигнуться на гнев.

  25. Смотри, как бы, думая уврачевать другого, самому не остаться неисцеленным, и не дать препинания молитве своей.

  26. Щадя других и не гневаясь на них, и себе обретешь пощадение, покажешь себя разумным в отношении мнения о себе и будешь в числе истинно молящихся.

  27. Вооружаясь против гнева, никогда не потерпишь приражения похоти; ибо она дает пищу гневу, а этот возмущает умное око и повреждает молитвенное устроение.

  28. Молясь не ограничивайся одними внешними телодвижениями и положениями, но возводи ум свой в чувство духовной молитвы с великим страхом.

  29. Иногда лишь станешь на молитву, тотчас начнешь молиться хорошо; а иногда, и много потрудившись, не улучишь этой желанной цели; (и сие попускается тебя для того), чтобы ты еще усерднее взыскал (молитвы) и, получив, имел молитву совершенно исправною, безопасною от окрадения.

  30. Когда приблизится к нам Ангел, тотчас удаляются все, стужающие нам (демоны): ум бывает тогда в великой отраде и молится здраво. А иногда во время належания обычной брани, ум бьется борясь и не дается ему возникнуть (к богомыслью и благочувствию). Это за то, что он прежде окачествовался разными страстями (увлекался, вкусил их). Впрочем, если побольше поищет, найдет, и если не поленится толкать, отверзется ему.

  31. Не молись, да будет по желаниям твоим; ибо они не во всем бывают согласны с волею Божией. Но лучше молись, как научен, говоря: да будет на мне воля Твоя (Мф. 6, 10). И во всяком деле так проси Его: ибо Он всегда желает доброго и полезного душе твоей, а ты не всегда этого взыскиваешь.

  32. Много раз, молясь, просил я, да будет мне, что казалось благом для меня, и настаивал на прошении, неразумно нудя волю Божию, а не Богу предавая устроить лучше то, что Он ведает полезным для меня. Но получив (просимое), бывал потом в великой скорби, и именно за то, что не просил, – да будет лучше по воле Божией; ибо дело оказывалось для меня не таким, как я думал.

  33. Что благо, кроме Бога? Предадим же Ему все, касающееся нас, и благо нам будет; ибо Благой конечно есть и благих даров податель.

  34. Не скорби, не получая тотчас от Бога того, о чем просишь. Он хочет доставить тебе большее благодеяние тем самым, что заставляет тебя с терпением долее предстоять Ему в молитве. Ибо что выше, как простирать беседу к Богу и объяту быть общением с Ним.

  35. Нерассеянная молитва есть наивысшее умное деяние.

  36. Молитва есть восхождение ума к Богу.

  37. Если вожделенна для тебя настоящая молитва, отрекись от всего, да все наследуешь.

  38. Молись во первых о том, чтоб очиститься от страстей, во вторых о том, чтоб избавиться от неведения и забвения, и в третьих о том, чтоб избавлену быть от всякого искушения и оставления.

  39. Ищи в молитве своей только правды и царствия, т.е. добродетели и ведения, – и прочее все приложится тебе (Мф. 6, 33).

  40. Праведно молится не о своем только очищении, но и об очищении всякого человека, в подражание Ангельскому чину.

  41. Смотри, воистину ли Богу предстоишь ты в молитве своей, или препобеждаешься желанием человеческой похвалы и ее уловить стараешься, прикрывая это (не доброе желание благовидным) протяжением молитвы.

  42. С братией ли молишься, или наедине, подвизайся не обычаю только удовлетворить, но помолиться в чувстве.

  43. Свойственно молитве (сей – в чувстве) самоуглубление с благоговением, умилением и болезнованием душевным, при исповедании с негласными воздыханиями грехопадений.

  44. Если ум твой окрадается во время молитвы, то он не как монах молится, но еще мiрянин есть, украшающий внешнюю скинию.

  45. Когда молишься, всеми силами храни память свою, чтоб она не предлагала тебе своего; но всячески воздвигай себя к разумному предстоянию (с сознанием, кому и для чего предстоишь). Ибо во время молитвы ум обыкновенно очень окрадается памятью (приводит она на мысль вещи, лица, события, и ими отвлекает от молитвы внимание ума).

  46. Память приводит тебе на ум во время молитвы или воображения давних дел, или новые заботы, или лице, оскорбившего тебя.

  47. Очень завидует демон человеку молящемуся и всякие употребляет хитрости, чтоб расстраивать такое намерение его; поэтому не перестает возбуждать посредством памяти помыслы о разных вещах, и посредством плоти приводит в движение все страсти, чтоб только помешать как-нибудь прекрасному его течению (т.е. труду молитвенному) и к Богу преселению (восхождению вниманием).

  48. Когда вселукавый демон, многие употребив хитрости, не успеет воспрепятствовать молитве рачительного (молитвенника); тогда не много ослабляет (свои нападки), но за то потом, когда кончит он молитву, отмщает ему. Ибо, или воспламенив его гневом, уничтожает то прекрасное настроение, какое приобретается молитвою, или раздражив какую-либо бессловесную сласть (позыв ко вкушению чувственного удовольствия), посмеивается над умом.

  49. Помолившись, как должно, ожидай, что не должно, – и стой мужественно, охраняя плод свой. На это с самого начала ты поставлен, – т.е. чтоб делати и хранити (Быт. 2, 15). Почему поделавши (совершив как должно молитву), не оставляй без охраны того, что стяжал трудом; иначе никакой не останется тебе пользы от молитвы.

  50. Вся, ведомая между нами и нечистыми духами, брань: не из-за чего другого ведется, как из-за духовной молитвы, ибо она очень им противоборственна и несносна, а нам спасительна и благоприятна.

  51. Для чего демонам желается возбуждать в нас своим воздействием чревоугодие, блуд, сребролюбие, гнев, злопамятство и прочие страсти? Для того, чтобы ум, одебелев от них, не мог молиться, как должно; ибо страсти неразумной части нашей, начав действовать (пришедши в движение) не позволяют уму действовать разумно.

  52. Добродетели проходим, потому что они требуются природою; природе покорствуем ради осуществовавшего ее Слова – (Господа). Слово же сие обыкновенно явным для нас делается (в сознании нашем ясно печатлеется) в молитвенном состоянии.

  53. Молитвенное состояние есть бесстрастное устроение, крайнею любовью восхищающее на высоту любомудрый и духовный ум.

  54. Не только над гневом и похотью надобно владычествовать тому, кто хочет истинно молиться, но быть чужду и всякого страстного помышления.

  55. Кто любит Бога, тот всегда беседует с Ним, как с Отцем, отвращаясь от всякого страстного помышления.

  56. Не всякий, улучивший бесстрастие, уже и молится истинно; ибо такой может еще занят быть простыми помышлениями (о вещах, без страстных при том движений) и развлекаться историями их (может быть, картинами их и разными их сочетаниями), – и далеко отстоять от Бога. (Страстных движений нет, но ум мечтает).

  57. Но и когда ум не коснит в простых помышлениях, о вещах, не значит еще, что он достиг уже и места молитвы: ибо он, может быть занят (философским) умозрением о сих вещах и углубляться в причинные их отношения. Хотя все сие суть отвлеченности, но как они суть умозрения о вещах, то печатлеют в уме образы их, – и далеко отводят его от Бога. (Страсти не в движении, но ум философствует, а не молится: состояние ученых).

  58. Пусть ум будет выше и умозрения о вещественной природе, не следует еще, что он узрел уже настоящее место Божие: ибо он может быть занят познанием мысленных тварей (Ангельского мира), и пестрится ими (быть полным разнообразных о них мыслей и представлений).

  59. Если хочешь молиться, как следует, то потребен тебе Бог, дающий молитву молящемуся. Его и призывай в молитве, говоря: да святится имя Твое, да придет царствие Твое (Мф. 6, 9. 10), т.е. Дух Святой и Единородный Сын Твой. Ибо так научил Сам Господь, говоря, что Отцу духом и истиною достоит кланятися (Иоан. 4. 24).

  60. Молящийся в духе и истине не от тварей заимствует мысли к величанию Творца, но из Него Самого почерпает созерцания к воспеванию Его.

  61. Если ты богослов, то будешь молиться истинно; и если истинно молишься, то ты богослов.

  62. Когда ум твой, пламенея желанием к Богу, мало по малу как бы отрешается от плоти и отвращается от всех помышлений, исходящих от чувственных впечатлений, или из памяти, будучи вместе с тем полон благоговения и радования; тогда заключай, что он приблизился к пределам молитвы.

  63. Святой Дух, снисходя к нашей немощи, приходит к нам и когда бываем мы еще не чисты; и если только найдет ум наш искренне Ему молящимся, находит на него и разгоняет всю окружающую его толпу помыслов и представлений (делает, что она исчезает), располагая его чрез то к вожделению духовной молитвы.

  64. Прочие (духи – добрые и злые) чрез воздействие на тело вводят в ум помыслы, представления и воображения; а Господь действует противоположно тому: наитствуя самый ум, влагает ему ведение, о чем Ему угодно, – и посредством ума укрощает невоздержность тела.

  65. Достоин всякого порицания тот, кто любя истинную молитву, гневается или злопамятствует: ибо он похож на того, кто желает остро смотреть, а между тем запорашивает свои глаза.

  66. Если желаешь молиться, как должно, не делай ничего сопротивляющегося (враждебного) молитве, чтобы Бог приблизившись сшествовал тебе.

  67. Когда молишься, не придавай Божеству какого либо облика, и не попускай, чтобы ум твой преображался в какой-либо образ, (или себя представлял под каким либо образом, или, чтоб в уме твоем печатлелся какой-либо образ); но невещественно приступи к невещественному, – и сойдешься с ним.

  68. Берегись сетей вражеских: ибо бывает, что когда молишься чисто и безмятежно, вдруг предстанет тебе какой-либо образ странный и чуждый. Это враги делают, для того, чтобы ввести тебя в самомнение, внушив мысль, что тут Божество (явилось тебе), – а далее и для того, чтоб ты подумал, будто подобно этому, внезапно явившемуся тебе и Божество количественно (занимает место, протяженно, имеет части), тогда как Божество ни количества, ни вида не имеет.

  69. Когда завистливый демон не успеет привести в движение память, тогда воздействует на кровь и соки, чтоб чрез них произвести в уме воображение чего либо чуждого и наполнить его образами; он же, привыкши вращаться в помышлениях, легко увлекается тем, и думая, что востекает к невещественному и безвидному ведению, обманывается, принимая дым вместо света.

  70. Стой на страже своей, охраняя ум от помышлений во время молитвы и стараясь стоять в мирном устроении, – чтоб Состраждующий невежествующим (Евр. 5, 2) пришел к тебе и дал тебе приять преславный дар молитвы.

  71. Невозможно тебе молиться чисто, вплетаясь в вещественные дела и волнуясь непрестанными попечениями: ибо молитва есть отложение (всяких сторонних) помышлений.

  72. Связанный не может бежать, – и ум, работающий какой-либо страсти, – видеть место духовной молитвы; к тому же влается он и носится страстным помышлением, и не имеет стояния незыблемого.

  73. Когда ум начнет наконец чисто и бесстрастно молиться, тогда демоны наступают на него уже не от шуиих, а от десных: представляют явление будто славы Божией, и какое либо образное представление, чувству приятное, так что ему покажется, будто он совершенно достиг уже цели молитвы. Это как сказал один, знающий дело муж (Евагрий), бывает от страсти тщеславия, и от бесовского прикосновения к известному месту мозга и от потрясения (или воспаления) в нем жил.

  74. Думаю, что демон, касаясь сказанного места, как хочет, превращает свет, который около ума; от этого тщеславие подвигается на помысел, понуждающий ум легкомысленно присваивать себе Божественное и существенное ведение. Так как его не тревожат плотские нечистые страсти, а он чисто предстоит в молитве, то ему никак не думается, чтобы тут было какое либо вражеское действие, – и он уверяется, что это есть точно Божественное явление, тогда как оно произошло от демона, который, крайнюю употребляя хитрость, чрез мозг, как мы сказали, изменяет сопряженный с умом свет и его самого образует (ему самому дает образ, – или то и то заставляет воображать).

  75. Ангел Божий, представ, одним словом прекращает в нас вражеское действие и подвигает свет ума действовать непрелестно.

  76. Сказанное в Апокалипсисе об Ангеле, что он приносит фимиам, да даст молитвам святых (Апок. 8, 3), думаю, указывает на сию благодать, чрез Ангела воздействующую, которая сообщает умение истинно молиться; так что ум наконец стоит на молитве без смятения мыслей, без уныния и малодушие.

  77. Фиалы с фимиамами суть, как говорится там, молитвы святых, кои приносили двадесять четыре старца (Апок. 5, 8). Под фиалом должно разуметь содружение с Богом, или совершенную, духовную к Нему любовь, в коей молитва действуется духом и истиною.

  78. Когда подумаешь, что во время молитвы твоей нет тебе нужды плакать о грехах, тогда посмотри, сколь далеко отстоишь ты от Бога, будучи обязан всегда пребывать в Нем, – и прольешь теплейшие слезы.

  79. Истинно так: сознав меру свою (бедность и ничтожество), в сладость поплачешь, окаявая себя подобно Исаии, – как будучи нечист и нечисты устне имый и живя среди такого народа, т.е. противников (Божиих, – нечистых сил или помыслов), дерзаешь предстоять Господу Саваофу (Ис. 6, 5).

  80. Если молишься истинно, то получишь во многом полное удостоверение и Ангелы соберутся к тебе, как и к Даниилу, и просветят тебя ведением причин, почему что бывает.

  81. Ведай, что Ангелы возбуждают нас к молитве и стоят с нами на ней, радуясь и вместе молясь о нас. Итак, если нерадим и принимаем противные помыслы, то тем крайне прогневляем их; ибо тогда как они столько подвизаются за нас, мы о самих себе не хотим умолять Бога, но пренебрегая своим Богу служением, и их Бога и Владыку оставляя, ведем беседу с нечистыми бесами (в помыслах).

  82. Молись мирно и безмятежно, пой разумно и благонастроенно, – и будешь, как птенец орлий, поднимающийся на высоту.

  83. Псалмопение усыпляет страсти и укрощает позывы телесной невоздержности; а молитва настраивает ум к свойственному ему умному деланию.

  84. Молитва есть приличное достоинству ума делание, или лучше, настоящее его употребление.

  85. Псалмопение есть образ многоразличной премудрости; а молитва – предначатие невещественного ведения.

  86. Ведение есть дело прекрасное; оно содействует молитве, возбуждая мысленную силу ума к созерцанию Божественного ведения.

  87. Если не получил еще ты дара молитвы или псалмопения, то проси неотступно и получишь.

  88. Глагола же (Господь) и притчу к ним, како подобает всегда молитися, и не стужати си (Лк. 18, 1). Поэтому не горюй и не унывай, что еще не получил; ибо после получишь. К притче приложил Господь и сие: аще и Бога не боюся, и человек не срамляюся: но зане творит ми труды вдовица сия, отмщу ее ( – 5). Так и Бог сотворит отмщение вопьющих к Нему день и ночь вскоре ( – 7). Благодушествуй же с трудолюбным терпением пребывая в молитве.

  89. Не желай, чтобы то, что тебя касается, было так, как тебе кажется (лучше), но как Богу угодно; и будешь безмятежен и благодарен в молитве своей.

  90. Хотя бы уже и с Богом, по-видимому, был ты, берегись демона блуда; ибо он очень обольстителен и коварен, и всячески усиливается превозмочь устремление трезвенного ума твоего, и отвлечь его от Бога, даже когда он предстоит Богу с благоговением и страхом.

  91. Если радеешь о молитве, то приготовься к бесовским наваждениям и терпеливо переноси бичевания их, ибо как дикие звери нападут они на тебя и все твое изъязвят тело.

  92. Приготовься, как опытный борец – не колебаться, хотя бы внезапно увидел ты какое привидение, – не смущаться, хотя бы обращен был на тебя меч, или пламянник устремлен был тебе в лицо, – не падать духом (не робеть), хотя бы представился тебе зрак (рожа) какой безобразный и коварный; но стой, исповедуя доброе исповедание, и смело взирай на врагов своих.

  93. Кто переносит печальное, тот сподобится и радостного; и кто претерпевает неприятное, тот не будет лишен части и в приятном.

  94. Смотри, да не обольстят тебя лукавые бесы каким либо видением. (Если случится что подобное, то) пребывая в себе собранным, обратись к молитве и проси Бога, чтобы, если это от Него (на вразумление), Он Сам просветил тебя, а если нет, то чтобы поскорее отогнал от тебя прелестника. И дерзай; ибо не постоят эти псы, когда ты притечешь к Богу теплым молением, но тотчас невидимо и незримо биемы будучи Божией силою, далеко от тебя убегут.

  95. Надлежит тебе знать и следующее коварство демонов. Иногда они разделяют себя на группы. Одни приходят с соблазном. И когда ты взыщешь помощи, входят другие в ангельском виде и прогоняют первых, чтоб прельстился ты мнением, что они настоящие ангелы, и впал в самомнение, что удостоен того.

  96. Постарайся быть сколько можно смиренномудрым и мужественным, – и вражеское нападение демонов не коснется души твоей и бич их не приблизится к телу твоему. Ангелом Своим заповесть о тебе (Господь) сохранити тя (Пс. 90, 10. 11); и они незримо отразят от тебя всякое вражеское действо.

  97. Хотя и шум, и топот, и вопли, и ругательства услышит от демонов старающийся держать чистую молитву, но не ниспадет помыслом и не предаст его им, говоря к Богу: не убоюся зла, яко Ты со мною еси (Пс. 22, 4), и тому подобное.

  98. Во время таких искушений употребляй непрестанно краткую, но напряженную молитву.

  99. Если демоны станут угрожать тебе, что внезапно явятся в воздухе, чтоб изумить тебя и похитить ум твой, не бойся их и совсем не заботься о такой угрозе их. Это они стращают тебя, пытая, ставишь ли ты их во что-нибудь, или совсем презрел уже их.

  100. Если Богу Вседержителю, Творцу и Промыслителю предстал ты в молитве, то для чего так неразумно предстоишь Ему, что, оставив страх Его непреоборимый, боишься мух и комаров? Или не слышишь, что говорит Пророк: Господа Бога твоего да убоишися (Втор. 10, 20), – и еще: Егоже вся боятся и трепещут от лица силы Его – и прочее (2 Паралип. 36, молитва Манассии).

  101. Как хлеб служит пищей телу, а добродетель – душе, так духовная молитва есть пища ума.

  102. Не фарисейски, а мытарски молись в священном месте молитвы, чтоб и тебе быть оправданным от Господа.

  103. Подвизайся не молиться против кого либо в молитве своей, чтоб не разрушать, что созидаешь, делая омерзительною (пред Богом) молитву свою.

  104. Должник тмою талантов да научит тебя, что, если не оставишь ты (долга) должнику своему, то и сам не получишь оставления (своего долга); ибо сказано: предаде его мучителем (Мф. 18, 34).

  105. Отложи в сторону телесные потребности во время молитвенного предстояния твоего (Богу), чтоб укушение блохи, комара и мухи не лишило тебя величайшего приобретения, доставляемого молитвою.

  106. Дошло до нас, что одному Святому, когда он становился на молитву, лукавый столько противоборствовал, что лишь только тот воздевал руки, как этот, преобразясь во льва, поднимал вверх передние лапы и, вонзив когти свои в бока подвижника, не отступал, пока тот не опускал руки. Но он никогда не опускал их, пока не доканчивал обычных своих молитв.

  107. Таков же был, как знаем и безмолвствовавший во рве, Иоанн малый, или лучше сказать, величайший монах, который неотступно пребыл в умном сопребывании с Богом, когда демон в виде дракона обвился вокруг него, грыз плоть его и изрыгал ее в лице ему.

  108. Читал ты конечно жития Тавеннисиотских иноков, где говорится, что когда Авва Феодор говорил слово братиям, две ехидны подползли к ногам его, а он, нимало не смутясь, изогнул ступни как бы сводом и, пустив под них ехидн, продолжал слово до конца; и тогда уже показал их братиям, рассказав это дело.

  109. Читали мы еще о другом духовном брате, что, когда он молился, ехидна, подползши, коснулась ноги его; но он не прежде опустил руки, как совершив обычную молитву. И никакого вреда не потерпел сей, возлюбивший Бога паче себя.

  110. Не развлекающимся держи око свое во время молитвы и, отрешившись от плоти и души, живи умом.

  111. Другому некоему Святому, крепкому молитвеннику, безмолвствовавшему в пустыне, явились демоны и в продолжении двух недель играли им, как мячиком, бросая вверх и подхватывая на рогожу; однако нисколько не могли низвесть ум его от пламенной молитвы.

  112. Иному еще боголюбивому иноку, когда он творил умную молитву, ходя по пустыне, предстали два Ангела и пошли вместе с ним, имея его в средине. Но он ни на минуту не обратился к ним вниманием, чтоб не потерпеть ущерба в лучшем, ибо помнил изречение Апостола, который говорит: ни Ангелы, ни начала, ниже силы возмогут нас разлучити от любве Христовы (Рим. 8, 38. 39).

  113. Инок молитвою делается равноангельным, вожделевая видеть лице Отца, Иже на небесех (Мф. 18, 10).

  114. Отнюдь не желай и не ищи увидеть во время молитвы какой-либо лик или образ.

  115. Не желай видеть чувственно Ангелов, или Силы, или Христа, чтоб с ума не сойти, приняв волка за пастыря и поклонившись врагам – демонам.

  116. Начало прельщения ума – тщеславие, коим движим будучи ум, покушается описать Божество в каком либо образе и зраке.

  117. Я свое буду говорить, что сказал и новоначальным; блажен ум, который во время молитвы хранит совершенное безмолвие.

  118. Блажен ум, который, молясь без развлечения, восприемлет все большее и большее вожделение Бога.

  119. Блажен ум, который во время молитвы бывает невеществен и нестяжателен.

  120. Блажен ум, который во время молитвы держит совершенное ко всему нечувствие.

  121. Блажен инок, который всякого человека почитает как бы богом после Бога.

  122. Блажен инок, который на содевание спасения и преуспеяние всех взирает, как на свое собственное.

  123. Блажен инок, почитающий себя отребием всех.

  124. Монах тот, кто, от всех отделясь, со всеми состоит в единении.

  125. Монах тот, кто почитает себя сущим со всеми и в каждом видит себя самого.

  126. Тот молитву совершает, кто всегда все первомыслие свое плодоносит Богу.

  127. Всякой лжи и всякой божбы избегай, как монах, сильно желающий молиться; иначе напрасно принимаешь несвойственный тебе вид.

  128. Если желаешь молиться в духе, ничего не заимствуй от плоти, – и не будешь иметь облака, мрак простирающего пред тобою во время молитвы.

  129. Вверь Богу телесные потребности, – и явно будет, что ты Ему же вверяешь и духовные.

  130. Если сподобишься получить обетования, царствовать будешь. Не следует ли же тебе, взирая на это, с удовольствием переносить настоящую нищету?

  131. Не отрицайся от нищеты и прискорбности (жизни), – сих орудий (крыльев) легкой молитвы.

  132. Телесные добродетели да будут тебе залогом душевных, душевные – духовных, а эти – невещественного и существенного ведения.

  133. Если, молясь против какого помысла, заметишь, что он скоро и легко утих, то рассмотри, от чего это произошло, чтоб не попасть в засаду, и, обманувшись, не сделаться предателем себе самому.

  134. Бывает, что иногда демоны, вложив тебе какие либо помыслы, сами же побуждают молиться против них, воспротиворечить им, – и тотчас отбегают; чтоб ты впал в прелесть, возомнив, что начал уже побеждать помыслы и устрашать демонов.

  135. Если молишься против какой-либо страсти или какого демона, стужающего тебе, вспомни слова Псалмопевца: пожену враги моя, и постигну я, и не возвращуся, дондеже скончаются: оскорблю их, и не возмогут стати, падут под ногама моима, и так далее (Пс. 17, 38. 39). Но скажи это благовременно, вооружая себя против сопротивоборцев смиренномудрием.

  136. Не думай стяжать добродетель, не поборовшись прежде за нее до крови. Надлежит, по Божественному Апостолу, до смерти стоять против греха подвизаясь, чтоб сохраниться непорочными (Евр. 12, 4).

  137. Бывает, что, сделав пользу одному, потерпишь вред от другого (по козням вражеским), чтоб встретив напраслину, сказал ты или сделал что либо неуместное, и таким образом зле расточил, что добре собрал. Та и цель у лукавых демонов. Потому надо разумно внимать себе.

  138. Подвергаясь демонским на тебя устремлениям, всячески заботься, как бы не попасть в рабство им.

  139. Ночью лукавые бесы сами домогаются смутить духовного учителя; а днем – чрез людей, окружая его неприятными от них случайностями, клеветами и бедами.

  140. Не отказывайся терпеть этих сукновалов. Пусть колотят и топчут ногами, растягивают и гладят; но чрез это одеяние твое делается более светлым.

  141. Пока не отрешился ты совершенно от страстей и ум твой еще обнаруживает сопротивление добродетели и истине, до тех пор не обретешь ты благовонного фимиама в недре своем (т.е. чистой и теплой молитвы).

  142. Желаешь ли молиться (как должно)? Переселясь от здешнего, имей всегда жительство на небесах, не на словах только, но ангельским деланием и Божественнейшим разумением.

  143. Если только бедствуя (подвергаясь сильным искушениям, находясь в опасности пасть), воспоминаешь ты о Судье, как Он страшен и неумытен, то не научился еще ты работать Господеви со страхом и радоватися Ему с трепетом (Пс. 2, 11). Знай, что при духовных отрадах и утешениях еще более надлежит служить Ему со страхом и благоговением.

  144. Мудр тот человек, который прежде совершенного покаяния не перестает со скорбью памятовать о грехах своих, и о праведном за них взыскании в вечном огне.

  145. Пребывающий во грехах и Бога-прогневлениях, – и бесстыдно дерзающий простираться к познанию Божественных вещей и к невещественной молитве, да примет Апостольское запрещение, что не безопасно ему молиться с обнаженной и непокрытою главою. Таковая душа, скажем словами Апостола, должна есть власть имети на главе Ангел предстоящих ради (1 Кор. 11, 10), облекшись в стыд и подобающее смиренномудрие.

  146. Как больному глазами не принесет пользы долгое и напряженное смотрение на солнце, при сильнейшем свете в самый полдень, так уму страстному и нечистому не принесет пользы воображение страшной и преестественной молитвы в духе и истине; напротив к негодованию на него воздвигнет Божество.

  147. Если пришедшего к алтарю с даром не приемлет Неимеющий ни в чем нужды и Нелицеприятный, пока он не примирится с скорбящим на него ближним (Мф. 5, 23) то смотри, какое нужно охранение себя и какая рассудительность, чтобы принести благоприятный Богу фимиам на мысленном жертвеннике.

  148. Не будь словолюбив, ни славолюбив; в противном случае явно будет, что ужо не на хребте, а на лице твоем делают грешницы (Пс. 128, 3). И будешь ты посмешищем для них во время молитвы, влекомый и прельщаемый от них на безместные помыслы.

  149. Внимание, ищущее молитвы, молитву обретет. За вниманием не другое что лучшее следует, а молитва, о которой и надлежит возыметь всякое попечение.

  150. Как зрение лучше всех чувств, так молитва Божественнее всех добродетелей.

  151. Похвала молитве – не одно количество, но и качество. Это показывают вошедшие в Церковь помолитися (Лк. 18, 10), и следующее слово: вы же молящеся не лишше глаголите, и проч. (Мф. 6, 7).

  152. Пока обращаешь ты внимание лишь на приличное молитве положение тела и ум твой печется о внешней лишь красоте скинии (о прочих внешних принадлежностях молитвования... слич. гл. 44), дотоле (знай, что) не узрел еще ты места молитвы, но что далеко еще от тебя блаженный путь ее.

  153. Когда, стоя на молитве, будешь выше всякой другой радости, тогда (знай, что) истинно обрел ты молитву.*

    * Отселе идет прибавление из других писаний преп. Нила – о молитве.

  154. Прекрасны молитва и чтение; они прекращают суетное скитание мыслей, связуя помысел, кружащийся над чем не должно, и с пользою удерживая его при себе ни мало не развлекаемым в сем прекрасном занятии (1, 16).

  155. Молитва настраивает нас на собеседование с Богом и долговременным навыком в сем вводит с Ним в содружество; с Ним, Который и ничтожных людей приемлет в любовь и не стыдится дружественного сближения с ними, пока пребывающая в них любовь дает им дерзновение (1, 17).

  156. Молитва отрешает ум от всякого помышления о чувственном, возводит к Самому, над всеми сущему Богу, чтобы с Ним собеседовать и у Него с дерзновением испрашивать все, что угодно; и таким образом делает, что человек проводит жизнь в чистоте, как бывший уже в общении с Богом, и вскоре потом снова готовящийся к сему общению (1, 19).

  157. Павел учит пребывать в молитве (Рим. 12, 12), продолжительным пребыванием в ней утверждая в себе навык к ней (Кол. 4, 2; Еф. 6, 18). И еще повелевает он творить молитвы на всяком месте (1 Тим. 2, 8), чтоб ни один нерадивый не мог извиняться тем, что живет далеко от молитвенного храма. Всякое место пригодно для молитвы. Бог приемлет призывающих Его с чистым сердцем и праведными делами, и взирая на расположение их, выслушивает моление их, хотя бы место, где призывают Его, по нашему мнению, ничем не отличалось (1. 20).

  158. Иногда на бдении надо скоро читать псалом, а иногда предпочитать следует пение псалмов. Нам надлежит изменять образ действования, в противоположность козням врагов, которые иногда внушают гнать язык в скорочтении, по причине объятия души унынием, а иногда возбуждают к величавому сладкопению (1, 234).

  159. Когда нападет на сердце твое вражеский помысел, – не ищи молитвою того или другого, а меч слез изостри против врага. Выступив против врага в таком сильном, вооружении мы скорее заставим его отступить от нас.

  160. Люби упражняться в рукоделии: но паче в молитвенной памяти; потому что то не всегда, а эта непрестанно доставляет плод своего делания. Не пресекай молитвы, пока не воздашь вполне молитвенного долга, и не слушай помысла, будто пора садиться за работу; равно, когда сидишь за работою, не осуечайся сильно делом, чтоб торопясь не возмутить сердца и не сделать его негодным для молитвы.

  161. Ум, из которого похищена мысль о Боге и который далек стал от памятования о Нем, равнодушно грешит и внешними чувствами: ибо ни слуха, ни языка не в состоянии уже быть пестуном таковой, потому что из-внутрь его отошла приверженность к подвижническому труду над собою (1, 244).

  162. Бывает, что усиливаемся творить чистую молитву и не можем; но бывает и то, что не принуждаем, себя, а душа пребывает в чистой молитве. Первое происходит от нашей немощи, а последнее – от благодати свыше, призывающей нас чрез то взыскать душевной чистоты, тем же и другим поучающей нас, не себе приписывать, если молимся чисто, но признавать в сем дар Дарующего сие. О чесом бо помолимся, якоже подобает, не вемы (Рим. 8, 26). Когда усиливаемся сделать молитву чистою и не можем, но омрачаемся; тогда, омочив ланиты слезами, будем умолять Бога, да рассеется ночь брани и воссияет свет в душе (1, 264).

  163. Воспоминание о плотских похотях возмутительно; потому что не только не дает беседовать с Богом, но даже ум, по-видимому молящийся, оскверняет мечтаниями гнусных представлений. Хорошо пребывать непрестанно в молитве и ум упражнять в собеседовании с Богом. Но так ли это бывает у нас? – Часто отвлекаясь от слов молитвы, следуем за уводящими нас помыслами, не отрекаясь от них и не огорчаясь ими, – что было бы признаком несогласия воли с внушающими не должное. Хотя наружность показывает молитвенный вид, – ибо, преклонив колена, смотрящим на нас кажемся молящимися, – но мыслью представляем что либо приятное, благосклонно разговариваем с друзьями, с гневом злословим врагов, пируем с гостями, строим дома родственникам, садим деревья, путешествуем, занимаемся торговлею, насильно бываем привлекаемы в священный сан, с великой осмотрительностью устрояем дела порученных нам церквей и большую часть всего этого перебираем в мыслях, на все, что ни подскажет помысел, соглашаясь так, как угодно страсти расположить к этому сердце наше ( – 2, 129-130).

  164. Молитва требует, чтобы ум был чист от всякого помышления и не пускал в себя ничего не молитвенного, хотя бы то было и досточестно; но как вдохновенный Богом, отрешившись от всего, совершал свое собеседование с Ним Единым (2, 131).

  165. Кто делит свое время между рукоделием и молитвою, тот тело укрощает трудом и беспорядочные его требования доводит до мерности, а душу, которая, трудясь вместе с телом, вожделевает наконец отдохновения, располагает чрез то к молитве, как к делу более легкому, и приводит к ней усердною и с живыми силами. Ибо она чувствует утешение, при перемене дела и переходе от одного к другому, между тем как скучает долго занимаясь одним и тем же; тяготится она однообразием, разнообразию же занятий радуется; кажется ей, что оставляя одно дело, она как бы слагает с себя всякое утруждение, почему к другому приступает с свежими будто силами, как бы начинающая только трудиться* – (2, 231. 232).

    * Эта глава и след. направлены против Евхитов.

  166. Кто не любит работать, тот бездействием питает страсти и пожеланиям дает свободу, устремляться ко сродным им предметам, – что наипаче обнаруживается во время молитвы; ибо тогда внимание ума бывает все поглощено тем, чем занято сердце, и он только и делает, что в помыслах перебирает внушаемое пришедшею в движение страстью, вместо того, чтоб беседовать с Богом и просить у Него полезного себе. Зная сие, св. Павел с ревностью нападает на праздность и всех Апостольской властью обязует к труду (2 Сол. 3, 6-12). Дело есть якорь для мысли и дает ей безопасное направление. Пусть отовсюду приближаются бури, и порывы ветров угрожают крушением, мысль стоит неуклонно, удерживаемая делом, как якорем; несколько волнуется она поднимающимися помыслами, но не увлекается в опасность, потому что держащие ее узы крепче гонящих ее ветров (2, 232. 234).

  167. Отказывающиеся от рукоделий под предлогом, что должно непрестанно молиться, на самом деле и не молятся. Они тем самым, чем думают в праздности доставить душе свободу от забот, запутывают ее в лабиринте неисходных помыслов и чрез то делают ее неспособною к молитве. Тело, трудящееся над делом, удерживает при себе мысль, которая не меньше глаз должна наблюдать за тем, что делается, и содействовать телу для непогрешительности в действии, а покоящееся тело дает мысли свободу кружиться; потому что во время покоя возбуждаются страсти, и при каждом похотливом воспоминании увлекают мысль и овладевают ею, как пленницею (2, 234. 5).

  168. Есть высшая молитва совершенных, – некое восхищение ума, всецелое отрешение его от чувственного, когда неизглаголанными воздыханиями духа приближается он к Богу, Который видит расположение сердца, отверстое, подобно исписанной книге, и в безгласных образах выражающее волю свою. Так до третьего неба восхищен был Павел и не знал, аще в теле был он, аще ли вне тела (2 Кор. 12, 2) (2, 235).

  169. После (ниже) первой есть вторая молитва, когда произносятся слова, а ум с умилением следует за оными, и знает, к Кому обращает прошение.

  170. Молитва же, прерываемая помыслами (низшая) и соединяемая с телесными заботами, далека от устроения, подобающего молящемуся. Такой не слышит сам себя, туда и сюда носясь мыслью и не помня, какие произносит слова. Но если молящийся таков, то будет ли Божественный слух внимать тому, чему по рассеянности не внемлет сам он? У говоривших: вонми молению моему, внуши молитву мою (Пс. 16, 1), и да будут уши Твои внемлюще гласу моления моего (Пс. 129, 2), весь ум тщательно был собран там, и не разливался, на что обыкновенно разливается и рассевается не владеющая собою мысль нерадивых (2, 236).
 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова