Оглавление - English - Указатели именной - предметный - географический - Помощь

22 февраля 2024 года, четверг, Москва, 19:00 UTC.

Ад не делится, небо – с удовольствием!

«И, призвав их, говорил им притчами: как может сатана изгонять сатану?» (Мк 3:23)

Теоретически сатана может изгонять сатану — притворно, обманно. Практически — нет. Побоится.

А вот Бог не боится. Бог «изгоняет» людей из рая. Раю это не повредит и людям, между прочим, тоже. За кем-то там следовал ад, а за Адам с Евой и за нами следует рай. Следует на таком расстоянии, чтобы и в спину не толкнуть, и поддержать, когда надо.

Иисус говорит «притчу», сравнение, а всякое сравнение ограниченно. Особенно ограниченно сравнение того, что относится к сатане, и того, что относится к Богу. Сатана не может себе позволить разделения. И любое царство, по определению — царь это автократ. Только Бог — царь лишь в переносном смысле. Божие Царство может разделиться — оно не погибнет. Мы против Бога, а ведь мы внутри Его Царства. «Мы» это верующие, конечно, атеисты и агностики не могут быть против Бога как грибы не могут быть против математики. А мы знаем — и дистанцируемся. Ничего, Бог терпит. Даже не терпит, а, пожалуй, приветствует. Его Царство — не мир сплочения, а мир общения, где единство не оборонительное, а творческое, где есть место и «разделению». То же греческое слово — в рассказе о насыщении пяти тысяч человек: «разделил две рыбы» и хватило на всех. Так и Царство Божие — рыбка, которую Бог делит на всех так, что единство только живее становится.

 

19 февраля 2024 года, понедельник, Москва, 7:00 UTC.

 

Андрей Кнышев сказал, что справедливость легче всего найти в словаре. Марк Твен добавил бы: с картинками.

Кстати о картинках: Сретенская церковь на Сретенке, где раньше был морской музей. На всенощной под воскресенье — человек 20, а четверть века назад тут были кочетковцы, все было забито. Но только в этот раз я обратил внимание на картину над входом. Это фреска по Антонио Чизери, 1871 год (ученик назорейцев), оригинал, кажется, в Лугано. Я вижу в сети два варианта, различающихся цветом одежд Пилатихи, и один какой-то огромный, а второй маленький, может, эскиз. Если кто-то разъяснит, буду очень благодарен.

Во-первых, очень острый ход: туда, где обычно помещали изображения Страшного суда и адских мук, поместить суд над Судьей. Кстати, все понимают, что Сикстинская капелла ориентирована именно на Запад, как и собор св. Петра? Нет, это не сатанизм католиков, а просто наследие древней древности.

Во-вторых, меня поразило впечатление, словно это панорама наподобие Бородинской. Жуткое ощущение присутствия. Может быть, из-за удачных пропорций, может, добаляют вот эти двери внизу — словно это реальная дерь под террасой... К тому же обращено в сторону Лубянки — ну, это знаю я, но это знание во мне есть.Точнее, в сторону лубянского церковного подворья («шевкуновского»). В общем, там Крэмль. «Вам не стыдно? Вы разве этому поклоняетесь?»

Марк Твен искал слово «интервью» в словаре с картинками. Мучал интервьера. И беда в том, что наше христианство вполне умещается в словаре с картинками. То есть, эйдетическое, образное мышление это прекрасно, и зря ворчат на клиповое мышление — да вся Тора и Новый Завет дадут сто очков перед любому тиктоку по части клиповости. Однако, все-таки надо понимать, что словарь с картинками это надводная часть айсберга, а Бог и не подводная часть айсберга, и вообще не айсберг, и даже не небо. Подымай выше.

Иисус — спойлер сатаны?

«А книжники, пришедшие из Иерусалима, говорили, что Он имеет в Себе веельзевула и что изгоняет бесов силою бесовского князя» (Мк 3:22).

Целую диссертацию об этом эпизоде у Марка написала Элизабет Шайвели.

Shively E. Apocalyptic Imagination in the Gospel of Mark: The Literary and Theological Role of Mark 3:22-29. — De Gruyter (Beihefte zur Zeitschrift für die neutestamentliche Wissenschaft Book 189). — 2012. — 307 pp.

К счастью, Шайвели щедро выкладывает свои работы в сеть (https://baylor.academia.edu/ElizabethShively).

Шайвели родилась около 1978 года, в 1991 году окончила небольшой университет в Теннеси, в 1998 защитила магистерскую в семинарии Гордона-Корнелла об использовании Второзакония в Рим 10,6-8, доктору — вот эту книгу — в 2010 году в университете Эмори в Атланте, преподавала в Шотландии (университет Сент-Эндрюс, 2012-2023 гг.), с 2023 года в Техасе, Уэйко, университет Тейлор.

Очень баптистская биография.

Как историк она сосредоточена на формальном методе — сперва определяем жанр, затем анализируем. Впрочем, она сторонница идеи того, что «жанр» понятие сложное. Во всяком случае, она не раздербанивает текст на отдельные фразы или обороты, рассматривая их вне контекста, как это делали участники «Джизус Семинара».

Шайвели отмечает, что в этой речи есть три новых момента: в евангелии от Марка это первая речь Иисуса, первая притча и первая декларация — торжественная, начинающая с «аминь».

Это вызывает настороженность. Притча — да, «аминь» — да, но это не первая речь, а пятая, причем все речи построены одинаково: на Иисуса нападают, Он защищается. Первая речь — защита от помышлений «книжников и фарисеев» при исцелении расслабленного (2:8-11), вторая — защита от книжников и фарисеев от обвинений в трапезе с мытарями грешниками (2:19-23), третья — защита от фарисеев и учеников Иоанна от обвинений в несоблюдении поста (2:19-22), четвертая — защита от фарисеев при собирании колосьев в субботу (2:23-28).

Это и не первая притча, а третья — первые две притчи в 2:21-22, о старой одежде и старых бурдюках. Это очень короткие параболы, но это именно параболы, да и притча 3:24-27 тоже очень короткая, буквально по фразе сравнение с мятежом и с грабежом.

Главная же неточность в том, что Шайвели подчеркивает: Иисус вводит апокалипсическую ноту, читателю открывается новый мир, царство сатаны.

Нет, это не Иисус вводит новый образ, это Его противники так делают. И они, и Иисус не рисуют какой-то особый мир. Они говорят о том, что вельзевул — внутри Иисуса. Это личная бесноватость, не какое-то адское пространство.

К сожалению, такие неточности суммируются, и велика опасность, что конечный результат будет очень приблизительный и неинтересный.

Вот в чем Шайвели безусловно права, так это в сопоставлении фразы о хуле на Духа с началом евангелия от Марка, где Дух сходит на Иисуса при крещении.

Очень хочется представить себе, как разные «новозаветники» проанализировали бы «У попа была собака». Но это как-то настолько очевидно, что лень. К тому же я слишком люблю собак.

А по сути: на каком-то уровне весь диалог выглядет глупым, бессмысленным по одной простой причине: нападающая сторона страдает конспирофобией, защищающая Сторона делает вид, что не бывает провокаций. Сегодня Иисуса обвинили бы в том, что Он — спойлер Веельзевула, засланный казачок. Доказать, что Иисус — не засланный казачок Вельзевула, а Бога сын, посланный в мир, невозможно. Во всяком случае, до Голгофы. Впрочем, конспирофоб и от Голгофы отмахнется — ну, заигрался казачок, от и пострадал, такое бывает. Что ж, бывает… Поэтому все-таки не Голгофа, не страдание, а Воскресение и свет, сила Воскресения — вот Евангелие.

18 февраля 2024 года, воскресенье, Москва, 19:00 UTC.

 

 

16 февраля 2024 года, пятница, Москва, 19:00 UTC.

Выведи меня!

«И, услышав, ближние Его пошли взять Его, ибо говорили, что Он вышел из себя» (М 3:21)

«Вышел из себя» — довольно точный синодальный перевод. В оригинале «экзесте». Слово может означать и сумасшествие, но в Мк 5:42 оно означает удивление, изумление свидетелей воскресения девочки. Если посмотреть на русское «изумление» свежим взглядом, то оно в точности о том, что человек так потрясен, что слово выскакивает из самого себя. «Посмотреть изумленно» и «посмотреть невидящим взглядом» — близкие выражения.

Понятно, почему переводчики предпочитают «сойти с ума» — ведь ближние приходят не «взять», не «увести», а именно «схватить» («силой увести» у Аверинцева, но все-таки добавлять такое взрывное слово как «сила» опасно для простодушного читателя, начнет еще искать параллели, которых нет). «Не в себе» это мягче, чем «сошел с ума» и точно лучше синодального, потому что «вышел из себя» в наше время означает прежде всего «рассердился».

Любом случае, речь идет именно о желании помочь Иисусу. Позвольте, а как может Помазанник, Защитник, Мессия сойти с ума? Мать его что, сошла с ума?

Извините, а чихнуть Иисус мог? А сломать лодыжку? А потерять голос? А неудачно выразиться?

Стать человеком означает стать способным и чихать, и сходить с ума, и воровать, и быть верным мужем. Чихать Иисус, скорее всего, чихал, а всё остальное осталось в потенции. Но «выйти из себя» — почему бы и нет? Как вышел, так и вернется. Тут важная грань между душевным потрясением и душевным заболеванием. Враги Иисуса как раз заявили, что Он бесноватый — а родные утверждали, что Он взбесился. К счастью, всё было лучше — хотя трудно считать то, что предстояло Иисусу, счастьем. Во всяком случае, для него, а нам-то, конечно, счастье, только оно такое, что хочется каяться, каяться, каяться, в общем, выйти из себя так, чтобы войти в настоящего себя — в того себя, который в Боге. Нет, все-таки, не выходить из себя, хуже будет, просто дать Богу вывести из меня меня и ввести в меня Себя.

 

 

15 февраля 2024 года, четверг, Москва, 19:00 UTC.

Не пора ли делать аборт?

«и Иуду Искариотского, который и предал Его» (Мк 3:19)

В евангелии от Луки перечень апостолов так изменен (в сравнении с Марком, что, во-первых, в конце два Иуды — Иуда Иаковлев и Иуда Искариот, во-вторых, об Искариоте сказано, что он «эгенето» предателем.

В евангелии от Иоанна также есть Иуда, о котором уточняется: «не Искариот» (14:22). Уточняется, потому что рассказ о Тайной Вечери, и тут пара Иуд очень выходит изящно, как два разбойника. Обстоятельства одни, а выбор разный. Поскольку у Луки Фаддея нет, а есть Иуда Иаковлев, то предполагают, что это один человек по двумя именами.

Вторая замена у Луки интереснее. Не просто «предал», а «эгенето». Но это именно то слово, которое в начале евангелия от Матфея открывает родословие Иисуса — или, полагают некоторые ученые, это вообще название евангелия от Матфея (которое в древних рукописях вовсе евангелием от Матфея не называется). У Матфея это «эгенето» — дерзкая отсылка к самому началу Торы, к книге Бытия,  которой четыре раздела называются именно этим словом: откуда произошли такие-то и такие народы и люди. Собственно, нелепое «Авраам родил Исаака» — там ведь именно этот глагол, от которого и «генетика», и «генеалогия», и «дженезис». Это не о родах, это — о происхождении. «Откуда взялось». «Откуда пошло».

В русских переводах это «эгенето» теряется — разве что у Десницкого «оказался», у большинства «который и стал предателем». Интересный вариант Кассиана Безобразна: «сделался предателем». Но все-таки в тексте тот же, повторим, глагол, который в родословной Иисуса, который у Марка о Предтече, «происходящем» в пустыню. Иногда это близко по смыслу к «произойти», а передают словом «случилось». Нет уж, «произойти» — это нечто неслучайное, это путь, процесс.

Иуда «стал предателем»? Ну уж нет. Предатель — это не «стал», это рассыпался в прах. «Стать» — это же «подняться», «восстать». Да воскрес — это «стал». А тут человек не встал, а родил себя-предателя. Не сразу. Может, даже в муках Иуда Искариотский рожал Иуду Предателя. Человек родил бесчеловечика, крохотного юркого недотыкомку. Господи, дай мне тест на беременность — я не ношу в себе недотыкомку, ненароком? Не мышонка, не лягушку, а паскудную зверушку… Кажется, что-то такое во мне шевелится и моей кровью питается…

«Анна Каренина»: Лёвин как золотая середина между профессором и идиотом

Сергей Витте вспоминал, что в 1870 году «в высшем общесте, и в особенности в тех его частях, которые придерживались прежних традиций» «очень косо смотрели на мое желание быть профессором».

Прежде всего, речь о его дяде Ростиславе Фадееве (1824-1882). Фадеев прославился прежде всего как один из военачальников, организовавших завоевание Кавказа. Многие годы он был помощником главнокомандующего на Кавказе Александра Барятинского. Мать Фадеева была из князей Долгоруковых.

Витте был прекрасным математиком. Уже будучи министром, он в Париже разглядывал витрину книжного магазина и увидел собственную магистерскую диссертацию, которую перевели на французский язык (автора не уведомили).

«Когда я указывал моей матери и дяде, что, вот, например, Кавелин (который в то время был очень на виду) и Чичерин — оба из дворянских фамилий и вместе оба они профессора — этот довод на них не действовал».

Таким образом, старший брат Лёвина оказывается не дворянином и воплощает эмоциональную обделенность, тогда как средний его брат — вполне дворянин по вспыльчивости (русский дворянин) и при этом идиот. Деликатный Толстой формулирует деликатно: «не был виноват в том, что родился с своим неудержимым характером и стесненным чем-то умом».

Нетрудно видеть, что в «Братьях Карамазовых», писавшихся вскоре после публикации «Анны Карениной», ровно те же три характера трех братьев. Слишком умный и бессердечный, глупый и порывистый (Ноздрёв), а младший золотая середина.

Кстати, от Фадеева Сергей Витте получил крест, который в семье считали принадлежазим святому князю Михаилу Тверскому, потому что бабушка Витте была последней в старшей линии Долгоруких и от нее этот крест перешел к старшему (бездетному) сыну. Витте даже показывал этот крест самому Кондакову, который отнесся к предполагаемой древности предмета скептически, но «не решился безусловно утверждать противное». Это напоминает о генерале Епанчине и его супруге, «последней из княжон Мышкиных», и о замечании Мышкина про то, что княжеский титул без денег стал совсем ничего не значить.  

 

14 февраля 2024 года, среда, Москва, 9:00 UTC.

Нишкни!

«И устрашились страхом великим, и говорили друг другу: «Кто это. что и ветер, и море послушны ему» (Мк 4:41).

Это мой перевод. Я, кстати, не уверен, что нужна запятая после «страхом великим», потому что первая «и» исполняет функцию вводного слова. Любопытнее другое: большинство переводчиков переводит «повинуются Ему» (Кузнецова и тут отличилась — «подчиняются»). А вот многие протестантские следуют церковно-славянскому («послушают») и ставят «слушаются его». Я предпочитают «послушны». Тонкость в том, что чуть выше идет притча о сеятеле с призывом слушать слово и принимать (4:20). «Слушать» — «а-кусин», ветер и волны «ип-акей». Корень один, различаются приставки.

Вот это «ип-акей» редкое слово. Когда в Деяниях говорится, что даже священники «покорились вере», там именно это слово. Слушали и послушались. «Повиновение» — тут корень «вина», «подчинились» — «чин». А вера от слышания — «акоэс», а слышание от слова Божия — Рим 10:17.

И вот я думаю — кризис веры, дела, брела... Узнать Бога, полюбить, отозваться... Для начала — успокоиться! Слово Божие — это мир, это прежде всего я прекращаю волноваться, гнать волну, пытаться утопить ближнего своего и дальнего заодно.Это не апатия, это всего лишь прощание славянки — в смысле, моей души — с милитаризмой. Слушай сюда, как говорит моя внучка и грозно сдвигает брови на манер angry-birds, и я слушаюсь и делаю, чего попросит. Тем более, что желания у нее вполне приемлемые и даже приятные для исполнения, тем и живы.

Вот это слушание - и послушание – это ведь молитва. Молитва Божия, исполнение наше. Мы-то жалуемся, что ог молчит, не отвечает на наши молитву и вопрошания. А надо для начала Его послушать и послушаться Его – нишкнуть. А потом уже выступать.

 

13 февраля 2024 года, вторник, Москва, 9:00 UTC.

Поцелуй, яко Бог

[По проповеди в воскресенье 11 февраля 2024 года]

«Тогда Иисус сказал ей в ответ: о, женщина! велика вера твоя; да будет тебе по желанию твоему. И исцелилась дочь ее в тот час» (Мф 15:28).

Текст за литургией предваряется отрывком из апостола Павла, который призывает дистанцироваться от язычников с их идолами: верующий — двуногий дом Божий, храм Божий. «Какая совместность храма Божия с идолами?» (1 Кор 6:16).

Сильный риторический прием, свидетельствующий, правда, то ли о том, что люди относятся к себе легкомысленнее, чем к храму, что вряд ли, то ли о том, что люди из храма сделали идол, эдакий громоотвод, заповедник, где пасутся заповеди. В церкви на пол плюют, а мы живем не в церкви, мы можем и на пол плюнуть, и много чего может плюнуть, наплевать и растереть.

Иисус придерживается здесь той же самой логики. Это логика ханжества, фарисейства? Да, только тут видно, что ничего лестного для «избранников Божии» в этой логике нет. Ханжество бывает разное, это самое неагрессивное, ханжество отчаяния: давайте сперва с этими разберемся, научим их уважать себя, а не отделываться поклонами в адрес Храма и Бога. Разберемся с этими, перейдем к остальным.

Тем не менее, Спаситель переступает невидимую черту, которую сам же проводит. Симон и сейчас нимало не Израиль, это Сайда, третий по величине город Ливана. 

Почему? В чем вера женщины? Да еще «большая», мега-вера, точнее, мегаловера.

Потому что женщина повторяет то, что когда сделала Раав. Владелица гостиницы в Иерихоне, которую апостол Иаков назвал наравне с Авраамом примером жизни по вере. Ну, с Авраамом ясно — он поверил, что даже, оставшись без сына, как-то получит бессмертие в потомстве. Авраам предает доверие сына, Рвав предает целый народ. В ее гостиницу приходят двое еврейских шпионов, она их легко вычисляет, предупреждает, что их ищут и им надо бежать, и говорит, что уверена: они возьмут Иерихон. Им их Бог помогает. Берите, только меня и моих родных пощадите.

Это вера? Да, и одновременно предательство. Мега-предательство. Целый город предала.

Иисус пришел в регион языческий, где Он и апостолы смотрелись так же дико как израильские шпионы в языческом Иерихоне. Конечно, какие-то евреи там жили, но все же тут израильтяне были маргиналы. Безымянная хананеянка повела себя именно как Раав: поверила, что Бог Иисуса, Бог евреев сильнее Эшмуна, бога целителя, покровителя Сидона. Греки считали Эшмуна местным Асклепием. Но женщина ищет исцеления у «сына Давыдова». В устах хананеянки это, конечно, просто максимально известная ей форма лести, в России она бы кричала «господин президент» и что-то в этом роде.

Женщина предает свой народ, свою культуру, своего бога, да и себя с дочерью, соглашаясь называться сукой с собачкой.

От отчаяния или от веры?

От великого отчаяния или от великой веры?

Если бы вера рождалась отчаянием, все были бы верующие. В каждом есть раскаленное ядро отчаяние, более-менее глубоко запрятанное от посторонних, да и от себя. Отчаяние само по себе ничего хорошего родить не может.

От веры, от веры.

Откуда вера?

Откуда отчаяние — всегда можно выяснить. Откуда веры — не выяснить. Какие-то поверхностные причины всегда есть, но чем больше их рассматриваешь, тем яснее, что никакие это не причины вовсе, а поводы. Ничтожные обстоятельства.

Спаситель не исцеляет ради исцелений. Его исцеления — точно расставленные вешки на пути к Воскресению. Чтобы поняли, о чем Воскресение. Исцеление этой девушки в этой расстановке отсутствует.

Точнее, отсутствовало. Шутка матери всё изменила. Она изменила карту мира. Поменяла Божий план. Бог не догматик, Бог очень даже реагирует на изменения обстоятельств — и единственное изменение, на которое Бог реагирует вопреки Собственным планам, это изменение человеческой души. Такое смирение, такая вера… Поставить себя в самый низ человечества, даже ниже низа, под стол, где бегают собаки и где Иисус как раб моет ноги апостолу Петру. Вот где встретились два смирения — Бога и матери.

На пути к Воскресению исцеления — чудеса, совершенные для нуждающихся, для больных, для голодных. Для тех, кто невольно стал жертвой обстоятельств. Униженный и оскорбленный не по своей воле, по чужой. Некоторых из них силком приводили к Иисусу. Униженных и оскорбленных, утруждающихся и обремененных много, но мало кто из них приходит к Богу. Большинство злятся и пьют, проклинают и сами кого-нибудь унижают и обременяют. Но это женщина — сама себя унизила, сама себя оскорбила, сама поставила себя ниже низкого, потому что любила — любила дочь. Она не дала злу уничтожить себя, не ответила на зло ожесточением, ответила на зло самоиронией: «Ну, дура я, дура, прости меня и исцели мою дочь!» И Господь улыбается: она сохранила в себе здоровье духа, тогда как все люди больны патологическим самоуважением, из которого ненависть, раздор, пренебрежение к другим. Иисус улыбается и поцеловал эту чудесную женщину чудом, и сделал ее вехой на пути к Воскресению.

Мы молимся перед причащением «ни лобзания Ти дам яко Иуда». Господь таинством причастия нас в ответ целует, а Иуду отвечал не поцелуем, а вопросом. Понесем поцелуй Божий дальше, будем целовать людей как нас целует Бог. Целовать людей прощением, целовать людей деньгами, целовать людей состраданием, а на все рассуждения о том, что надело быть разборчивее, что не все спасутся, не все приняли Бога, кричать Богу, вопить, визжать, чтобы окружающие переменили тон и стали упрашивать Бога: «Ну ладно, давай, люби направо и налево, лишь бы эти перестали нас донимать!» А мы перестанем, поблагодарим, а потом опять завизжим — потому что пока Воскресение не всеобщее, пока Бог не в каждом сердце, до тех пор надо успеть поцеловать каждого, где у кого болит.

Шшшшишкиин

Прислали мне ссылку на интервью Михаила Шишкина эстонцам, не новое, но Шишкин — как не послушать. Ставлю, что-то там работаю, а звука нет. Смотрю — первые шесть минут у ролика заставка. Нуууу... Застаавка... Куда спешиить! Festina leentee!

Кто захочет послушать — называется «Что станется с Россией и кто за это в ответе?». Вот если б не Шишкин, чеестное слоово, не стаал бы слуушать ролик с тааким назваанием ни за чтоо...

Послушал полчаса и бросил. Сравнить Белинского с Навальным... Россия — улус Золотой Орды, все на насилии...

Население любит насильников и силу...

В Феврале 1917 народ получил огромную свободу и не смог ею распорядиться... Рабы не могут изобрести технологию... Ага, Эзоп был император, как же... Странный пробел в образовании.

Обычнейший расизм. Ну, бывает. А жаль. Ельцин был хороший, но либералы пообещали ему взять Грозный за три недели, не смогли — население стало презирать Ельцина. Мда... Путин потерял связь с реальностью... Это не просто пошлость, это пошлость расистская и ложная уже поэтому.

Радостно: вот когда началась война, президент Швейцарии отказался вводить санкции — но Шишкин где-то там выступил — и на следующий день Швейцария присоединилась к санкциям. Шишкин очень обрадовался — вот, демократия в действии... Ну, пусть радуется, что я плачу за его демократичность. Любопытно, как он поправился — он сперва сказал «моя борьба — моя война со швейцарским правительством» — чтобы оружие поставляли в Украину. «Моя борьба»! Гм-гм... Ну-ну...

Шишкин отвечает за Россию, чувствует потребность весь русский язык переосмыслить, а я нет.

Глянул быстро пару других его ролик — включая беседу с неприемлемым совершенно Эггертом — да, всё то же самое. Эх!

На всякий случай: принцип коллективной ответственности — дурной принцип. Именно этим принципом вдохновляется Путин, между прочим. Ну и многие его противники, оказывается, ничуть не лучше.

Говорю жене: «Шишкин обозвал нас золотой ордой». Жена вздохнула и ответила: «Если бы... Позолоченная...»

Вся первая половина жизни прошла в ситуации, когда Кремль щедро проливал кровь во Вьетнаме, в Чехословакии, в Афганистане, в Африке, но при этом никуда не пускал своих подданных, а Запад возмущался и требовал — выпускай, и посылал сюда всякие свои журналы, и показывал тут свои достижения, и Кремль-то бранил, но хвалил тех, кто в России был за свободу. А теперь одна нота: раздавить гадину. Но так, чтобы ни один швейцарец или американец не пострадал, только украинцы должны умирать за зимокарасию. Одна надежда: Ксения Собчак сейчас возглавит русскую эмиграцию, объединит ее и в едином порыве добьется. Чего? Ну чего-то очень важного, как всегда.

*  *  *

А не подводят ли меня воспоминания? Точно ли нынешняя реакция Запада так уж отличается от 70-80-х? «Холодная война» и была нежеланием тратить жизни своих избирателей. Пусть вот южные вьетнамцы сражаются или талибы... Голоса и тогда тянули всю ту же ноту о том, что хороший русский либо должен сесть в российскую тюрьму, либо убежать на Запад. Бежать сильно не помогали, исключение делалось для евреев и пятидесятников — то есть, для все тех же американских избирателей, которые избирательно помогали только «своим». Тем самым демонстрировался двойной вариант коллективной ответственности: все русские в России плохие, все евреи и все пятидесятники России хорошие постольку, поскольку они «наши» и хотят к «нам».

Санкции... Так они же были — поправка Джексона-Веника. Хотя такой массированной атаки не было, и никто не наказывал кока-колу или Хаммера за бизнес в России. Да и нефть покупала Западная Европа, хотя американцев это страшно бесило, они это называли «красной торговой войной2 (Lambert, D.E. Oil can curb red trade war // World oil. 1962. XI. Vol. 155, №6.)

И это еще наши «правые» типа Солженицына и Максимова попрекали Запад, что надо круче давить Кремль, а они-де носороги, не понимающие, какой опасный охотник на них вышел. А потом Солженицын получил от Кремля особняк, дом под фонд, целовался с Путиным, на котором и Людмила Алексеева оставила помаду — тогда, помнится, отец Глеб Якунин назвал ее Снегурочкой... Западных людей, которые ездили в Россию по своей инициативе, поддерживали диссидентов или о.Александра Меня, были ведь единицы. Е-ди-ни-цы. Большинство стояли к нам задом и теперь быстренько заняло ту же позицию. И этот зад облеплен эмигрантами, которые от имени зада и вещают в соответствующем духе.

Я не говорю, что не надо давить, и не говорю, что надо давить. Я говорю, что налицо не только двойные стандарты и лицемерие с враньем, но, прежде всего, мышление анти-человеческое, где все измеряется коллективами. Коллективная ответственность. Я в России — я должен расплачиваться, Собчак в Западе — ей должен Запад доплачивать за анти-кремлевскую пропаганду, которой она сейчас активно займется, для того дядя Володя ее и заслал.

В Чикаго в 1994 году мне украинцы рассказывали, что им очень было тяжело в 50-е, потому что русских люто боялись и ненавидели, а украинцев — бежавших в 1944-м — американцы считали как раз русскими. Научились ли сейчас отличать, не знаю и, признаться, не очень хочу знать. Но серьезно подозреваю, что пара эмигрантов, с которыми какие-то были связи, глухо замолчали, потому что они в правительственных органах работают, хоть на небольших должностях, и как в 2000-е любые контакты с любым обитателем Ирака могли запросто привести к подозрению в пособничестве террористам, так сейчас даже переписка со мной может привести к увольнению — человек в России, нечего разбираться, давим всех.

А умные люди типа Ватикана или Фанара ждут. Они знают, что пройдут годы и все как-то уляжется, паны помирятся, связи восстановятся... Это мудро, мудро... Если не считать одной маленькой детали: пока травка подрастет, лошадка сдохнет. Пока Ватикан молчит, католиков все меньше и меньше, и кончится тем, что их будет меньше, чем коллекционеров сипулек. К православным, протестантам, гуманистам, пост-гуманистам, ученым и неученым это тоже относится.

*  *  *

Когда человек умирает, изменяются его портреты... Еще больше его портреты меняются, когда умирают его близкие, когда его друзья и знакомые сходят со сцены или, как минимум, меняют свои пути... Если бы я сегодня стал писать очерк об о.Александре Мене, я бы начал с перечисления тех его родных, друзей и прихожан, кто уехал из России. Легче перечислить, кто не уехал. Выдуло! Конечно, они там деятельно проповедуют Евангелие, активно участвуют в церковной жизни — особенно сын, который в Саудовской Аравии — но все же... Ну, еще многие подались в атеисты, агностики и просто в «экспертов по религии». Довольно кислая картина. м

Отец Александр описывал два свои подростковых впечатления, которые у него в голове хранились как некоторые важные, ключевые.

Один — как году, видимо, в 1944-м он наблюдал салют по случаю каких-то успехов на фронте и его поразил портрет Сталина, исполинских размеров, который болтался под дирижаблем. Подросток подумал, что вот он, идол, заменяющий Христа, которому нужно противопоставить Христа.

Другой образ — Троицкий собор в лавре, на праздник набивались туда бабки, приходили местные хулиганы и начинали раскачивать толпу. Подросток пытался им противостоять — становился у стены, упирался в нее и давил в противофазе.

А теперь... Теперь на месте портрета Сталина невидимо — а иногда и видимо — парит образ Христа. Теперь в храме раскачивают толпу не хулиганы, а молящиеся вместе с духовенством. Раскачивают в направлении черносотенства, реакции, либо православного нью-эйджа, православия в позе лотоса, которое погружено в Иисусову молитву и плевать хотело на все, происходящее вокруг, да и на Христа плюет — Христос не заменяет Иисусовой молитвы, а может даже и крепко ей мешать.

Ну ничего, и в этих декорациях все равно Бог есть Бог, Иисус есть Христос, Дух дышит и нам велит дышать, а не скулить.

А вот из отца Александра отрывочек, застойных лет:

«Существуют две крайности. Одна крайность — стать, как все, и тем самым потерять собственную духовную экспрессивность; другая — противопоставить себя всем и превратиться в секту брюзжащих аутсайдеров. ... Значит, остается средняя позиция. Но здесь нет общих рецептов. Просто надо всегда задавать себе вопрос: как я могу выполнить свой человеческий долг? В какой мере? Нет такого компьютера, который давал бы на это точный ответ. И Евангелия ведь — не викторина с вопросами и ответами. ... Наша же задача — выполнить свой долг, и тем мы поможем обществу так, как мы это можем. Значит, задача состоит в том, чтобы не стать аутсайдером и не стать полностью мимикризированным человеком. Найти баланс трудно, но разбалансированный механизм надо или в утиль, или чинить. Так устроена жизнь. Если б на все были ответы, если бы надо было просто нажимать кнопочки, а ты сидел бы себе, поплевывал и пил безобидный морс... Конечно, вопросов много. Скажем, как себя держать на собраниях, где-то еще. Но это частности. Главное, чтобы в вас видели людей принципиальных, самостоятельных и справедливых, на которых можно положиться. ... Полная ненадежность, когда человек дает обещание, но это совершенно ничего не означает. Все равно, что он говорит, потому что он не выполнит. Ты смотришь в его светлые, прозрачные глаза и видишь — он в этот момент верит, что свято выполнит обещанное. Но он переступил порог и забыл, что ты существуешь. Ненадежность, безответственность, несобранность — это вообще бездна источников для всякого рода халтуры.»

Ну, сказано в разгар застоя, когда вообще взгляд вправо, взгляд влево считался побегом. Сейчас всё иначе. Но, мне кажется, по-прежнему те же крайности: либо аутсайдер-диссидент, у которого за душой никакого достижения, придающего авторитетности его протесту, либо премудрый пескарь-конформист, исследующий монашеские псалмы десятого столетия, хорошо исследующий, профессионально, а все же что-то убивший в себе... А где середина — ну, все и каждый умнее меня, сами думайте.

 

12 февраля 2024 года, понедельник, Москва, 19:00 UTC.

 

«А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Мф 5:44) 

Читаю разные академические исследования (англоязычные) о молитве в истории древнего Ближнего Востока. В основном добротные источниковедческие и литературоведческие исследования, но вот один автор поставил вопрос о том, как возможно благословение, если Богу от людей ничего не надо. Благословение – молитва или магия, вопрошает он. Есть и другие вопросы такого же уровня. Это уровень не научного мышления, это не уровень агностицизма или атеизма, это уровень человека в футляре, для которого не Бога нет, а человека нет. Ишь, что такое благословение… Человек – образ Божий, и ни в чем это так не проявляется как в способности любить – и благословение словом, жестом, мыслью есть форма любви. Дает ли благословение силу? А любовь дает силу? Дух Божий дает силу? Попробуйте благословить, попробуйте сказать слово любви и вдохновения так, чтобы после этого вы могли умереть спокойно – и поймете разницу между молитвой и заклинанием.

Америка и Европа, культура и бескультурье

Один из моих любимых бардов — Джорджио Габер, начинал как рок-н-рольный гитарист, причем один из первых и первоклассных, потом сладкие песенки с эстрады (одна изумительная, она его прославила — Барбера э шампань), а с 70-х стал едким политическим певцом типа Галича, но сильно повеселее. Кстати, вообще-то он Габерчик, семья вроде из Словении, но что-то нос у него какой-то не словенский, а очень даже как у Губермана, и череп тоже... мечта Геббельса, а не череп. И вот у Габера есть песенка, где он очень стебется над американцами по многим параметрам, и только один параметр почти не трогает. Он просто произносит «американская культура», делает паузу, зал взрывается хохотом, он сам ржет и дальше чешет про атомные бомбы. О культуре можно не уточнять.

Зал, прямо скажет, интеллигентный. Габер — это Милан.

У Гаспарова в «Выписях» едкая запись про то, как они с Аверинцевым обсуждают американцев и немцев: у немца образование энциклопедическое, он знает все о планете, но плохо знает остров, на котором сам живет, у американца наоборот.

Речь, конечно, об интеллектуалах Германии и США, не обо всех немцах и американцах. Но красна изба пирогами, а страна мудрецами.

Я бы добавил вот что...

Но прежде всего я бы сказал, что бесконечно благодарен американцам. Они мне платили как радиоведущему, два раза они меня привезли в Америку лекции читать, и я видел больше Америки, чем многие американцы. Другое дело, насколько осознанно они это делали — оба раза меня принимали за «правого», потому что христианин же, а я-то, мягко скажем, не совсем правый, хотя прав, конечно, всегда. Но и добро по ошибке — тоже добро, да еще напоминает, что всякое добро от Бога.

А добавил бы я вот что. Именно первая поездка в США в 1994 года меня перевернула. Она меня научила тому, что надо быть собой, не заигрывать со злом, не подстраиваться и т.п. После нее я плюнул на МП и стал искать рукоположения сперва у католиков, потом, когда Папа меня кинул, у квартирников. И не жалею, и правильно сделал.

Американцы не признают авторитетов. Это и делает их бескультурными людьми. Культура стоит на авторитетах. Авторитеты — как стежки, которые соединяют людей.

Другое дело, что авторитеты бывают истинные, а бывают ложные. В России авторитеты это прежде всего те, от кого рассчитывают чем-то поживиться в смысле денег и карьеры. Печальная участь интеллектуалов в тоталитарном государстве.

В Америке чуть иначе. Авторитетов нет, и это совершенно бескультурно, зато очень научно. «Наука» в данном случае — и точное знание, и гуманитарное. Тут важное различие между наукой и культурой, которое не самоочевидно.

Авторитетов для американцев нет, поэтому любой манифест, любая статья, будь она написана хоть президентом, хоть Чомски, это всего лишь частное мнение. То ли дело в России — написал кремлевский дворник слово на заборе, уже вся страна бурлит.

Авторитетов для американцев нет, а вот хозяева есть. Боссы. «Шишки» в переводе на русский. Да-да, «босс» это всего лишь «шишка», поэтому так называются шишки в сводах готических соборов. Да и в нашей архитектуре эти шишки часто встречаются, прямо в виде сосновых шишек. Широко известны боссы Нориджского собора (прилагаю один, поэротичнее — танец Иродиады, самая распаляющая мужиков поза, есть древнеегипетский аналог), который, зараза, пишется Норвич. Ну, спасибо, не Ливерпуль. Кстати, вот еще один признак культуры — ничто не читается так, как написано, и это принципиальная установка, и чем культурнее, тем больше зазор - зазор, обратите внимание, а не разрыв, разница качественная.

Босс всегда прав. Хочешь писать свое — ты царь, живи один. Соси лапу и пиши, что хочешь. Теперь можно еще и в интернет это выкладывать, и выкладывают, и это читают. Вот платят или нет, отдельный вопрос. Могут и платить, но часто коллективный босс — читатель — такой же дуболомный, как и босс-одиночка.

Поэтому огромное количесто американских статей и книг можно спокойно не читать. Это не культура, это шишки в лесу шумят. Голимая пропаганда.

Зато то, что не шишечное, читать нужно обязательно. Это не культура, возможно — Чомски очень малокультурен, не Аверинцев, хотя как ученый Чомски на версту выше Аверинцева — но не культура, и что? Зато по делу и дельно, умно, глубоко, интеллигентно. Да-да, «интеллигентно» и «культурно» не вполне совпадающие понятия. Бывают совершенно бескультурные и даже анти-культурные интеллигенты, один Жижек чего стоит. Правда, Жижек еще и абсолютно неинтересный автор, бессодержательный, Васисуалий Лоханкин, и читатель у него соответствующий, но это уже другой вопрос.

Кстати, читатель Жижека восторгается им прежде всего как возможным хозяином. Точно тот же феномен открылся в 1990-е годы и до сих пор не закрывается — мление и преклонение перед русскими эмигрантами-гуманитариями, которые достигли профессорских степеней в каком-нибудь американском университете. Вообще гуманитарию это крайне трудно, но бывает, тем более, что университеты на Западе дело тонкое, а в США и подавно. «Похвалу глупости» Эразма никто не отменял, и как раз сами американцы умеют и любят ржать над своими университетами — не все там кембриджи, да и над кембриджем есть, за что посмеяться. Получают эти профессора достаточно, чтобы за свой счет на бывшей родине издать в переводе монографию, а иногда и грант под это дело выбивают, и сколько людей вокруг этого подкармливались, а может, и сейчас подкармливаются. Ровно тот же механизм, что кормление от российского тоталитаризма через минкульт и де сиянс академию. Издали — значит, величина. И образуется лесок из таких вот невысоких кривоватых сосенок с соответствующими шишками. Ну, после того, как Саул оказался во пророцех — виноват, после того, как Муратов оказался нобелевским лауреатом — цену западным титулам и наградам все поняли. Доверяй, но проверяй, как говорил один герой звездных войн. Звезда от звезды разнствует во славе, как ядовито выразился апостол Павел, и некоторые звезды зажигают лишь потому, что это кому-то нужно. Исчезнет нужда, исчезнет и звезда. Полистайте список нобелевских лауреатов. Бердяева там нет, а Шолохов и Муратов есть, и Быков там еще появится, не извольте беспокоиться, а может, и Арестович или Белковский. Ну не Губерман же, не Галич же, не Габерчик же...

 

11 февраля 2024 года, воскресенье, Москва, 8:07 UTC.

 

Зачем Бог создал мир и человека?

Правы атеисты: только дети думают, что у всего есть причина. Взрослые знают, что многое происходит без причины и без цели. Думать, что есть Главная Причина, Первая Причина, и она есть Бог, это инфантилизм.

Бог создал мир и человека без причины и без цели. Слава Богу! Представим себе, что мы бы знали: у мира такая-то цель, у человека такая-то цель. Кто бы не повесился? Только те, кто утопился бы. Избранные бы спились.

Книжническое

Кстати, я поминал планшет Хуавей с матовым экраном как очень удобный для чтения книг, особенно в pdf (размер соответствует научным монографиям). Я забыл об одной крайне важной его черте: у него есть черно-белый режим.

Я тут продал служебник 1682 года, который купил во время медового месяца в Питере в 1976 году, был такой милейший антикварный на Невском, двухступенчатый, кто-то, может, помнит. Нам на свадьбу подарили друзья по Историчке аж 60 рублей, на них и купил. Новобрачная ни слова не возразила. Тогда это было 100 долларов по официальному курсу. Продал за 20 тысяч — 200 долларов по официальному курсу. Если бы купил хрустальные фужеры, вряд ли бы они вообще дожили до наших дней, перебились бы. У нас лет пять назад вообще грохнулась полка с посудой, разбилось всё.

Про хрусталь помянул не просто так, а потому что жили мы у тети Изы, в коммуналке ровно у Баррикад», и там пришли нас посмотреть куча еврейских родственников, по линии Гиндиных и Гольдбергов, и когда я с восторгом показал этот служебник, наступило гробовое молчание. На религию им было плевать, но деньги вкладывали именно в хрусталь.

На эти деньги я как раз хуавей этот и купил. Они выпустили новую модель, а старую продавали, видимо, чуть ли не по себестоимости. И черно-белый режим - это великолепно! Почта и телеграмм - в ч/б намного лучше. Меньше бьет по нервам. Поднимешь глаза от экрана черно-белого — о, какой разноцветный мир вокруг, здорово!

Помнится, одно время делали электронные читалки такого формата, но стоили они в два раза дороже. А для глаз все-таки очень хорошо. Единственное, он на андроиде — ну, хуавеевского изводу — и хотя память у него 128 гб., я не могу сообразить, как на него закачать всю библиотеку, по почте посылаю на него книги и так читаю. А гнезда для карты у него нет, дурное влияние эппла.

Икона в квадрате

Полицейский останавливает автомобиль. За рулем блондинка, забывшая права.

— Ваши права!

Блондинка в отчаянии сует полицейскому пудреницу. Полицейский раскрывает ее, смотрит и удивленно говорит:

— Что ж вы сразу не сказали, что сами в полиции работаете?!

Молясь перед иконой, дорогие сестры и братья, будем помнить, что мы видим собственное отражение, но что сами мы отражение Божие, так что икона есть отражение отражения Божия.

Защитники с камнями за пазухой

«Когда же продолжали спрашивать Его, Он, восклонившись, сказал им: кто из вас без греха, первый брось на нее камень» (Ио 8:7)

У Джозефа Конрада в повести «Тайфун» выведен капитан, зануда и крбчкотвоор (благодаря чему он спасает корабль), который удивляется выражению «и святой выругается». Какой же это святой, если он ругается!

Убивать может лишь тот, кто не может убить.

Жениться может лишь псих, а значит, дать желающему жениться справку о том, что он психически здоров, невозможно.

Это из Чехова, и совпадение не случайно. Иметь жену это как убить. Убить себя или любимую женщину? Чехов оставил неясность, потому что ответ: и себя, и любимую. Не имей жену! Любимую нельзя иметь. Носки свои вонючие имей, а любовь иметь не смей.

Разве это не демагогия? Грехи разные. При мне насилуют девочку, а я буду стоять и молиться, потому что я грешник?

Нет, если ты грешник — убивай насильника, нет возражений. Благословляется.

Полегчало? Вообразил? Удовольствие получил? Иди, гуляй со своими грязными сексуальными фантазиями куда подальше. Убить соперника и отыметь несчастную девочку:, она же сама тебе отдастся, чем большим она может тебя отблагодарить. Вот она бросает на тебя застенчивый взгляд, вот медленно-медленно стягивает с себя кофточку…. Ммммм… Слюни капают…  Да не у нее, у тебя!

Святой не может обругать, выругаться и святой может. Выругаться, чтобы не обругать. Кто ругается, смотрит в себя, кто ругает, смотрит на другого. Иисус «восклонился» означает, что Он не смотрел на спрашивающих. Он, собственно, выругался, если это ставить в кино, актер вполне может добавить «первый брось в нее камень, ангидрид твою перекись марганца».

У Толкина повелитель зла ворочал глазом словно Полифем, искал несчастного, помешавшему ему. Бог — Око Всевидящее, но смотрящее внутрь себя. Чтобы помочь нам стать святыми. Вот и вглядываться в Бога, а не в злодеев, да еще вымышленных. В настоящее вглядываться.

Вы скажете, что девочка, на которую нападает насильник, и женщина, которая изменила мужу, это разные случаи? Да нет, это ровно один и тот же случай просто под разным соусом мы фантазируем о том, как бы и удовольствие от доминирования получить, и праведником выглядеть.

А как же несчастные девочки? Уй, вот за них не надо беспокоиться. Они сами за себя отлично постоят, если не превращать их в свои игрушки и в жертвы своих оборонительно-наступательных фантазий. Спаси нас, Боже, от защитничков с камнями за пазухой, а от насильников мы и сами защитимся.

За здоровую конвергенцию!

В формуле Сахарова один элемент неточен: прогресс. Мир и права человека — принципиальны. Демократия скрыто присутствует в идее прав человека (без прав человека демократия может быть и рабовладельческой, и имперской, и людоедской), но все-таки для особо непонятливых лучше говорить «мир, демократия, права человека», а если человек посмеет хохмить про то, что демократия худший из всех вариант, посылать его в Китай. Строго говоря, идея мира тоже часть прав человека (право на жизнь), но поскольку идея эта крайне недооценена, лучше ее тоже выделять.

Конвергенция же, о которой говорил Сахаров, невозможна, если под конвергенцией имеется в виду не техника и экономика, а те же права человека. Капитализм родился внутри автократии феодальной, капитализм существовал и под Гитлером, Франко, Муссолини. Капиталисты не только торговали с самыми разными диктаторами. Диктатуры в современном мире только и могут существовать в той степени, в которой допускают капитализм. Первым это понял создатель первого тоталитарного государства Ленин, и все последующие экзерсисы в России, Китае, на Кубе всего лишь повторяют его НЭП — разрешают дворцовый капитализм.

Мне указали, что Григорий Юдин, называющий Ленина прогрессивным деятелем, а Путина неолибералом — левак, а леваки сейчас доминируют в западных университетах. Что леваки доминируют, я сомневаюсь и попросил бы статистики, потому что мне кажется, что это очередной миф ультра-правых, реинкарнация мифа о масонах, иезуитах и прочих мудрецах. Важнее другое: не является леваком человек, считающий Путина неолибералом. Это просто плохо образованный и неряшливо думающий человек, очередной Жижек, Харари, Питерсон.

Левые и правые, неолибералы и консерваторы это характеристики позиций внутри демократического общества. Это позиции, связанные с существованием парламента и голосования. Левые и правые, напомню, определяются с точки зрения председателя парламента. Нет парламента — нет левых и правых. В тоталитарных России и Китае нет парламентов, нет демократии, нет выборов, нет тут и левых с правыми. Нет тут и общества, социума, именно потому, что нет выборов, нет социального капитала, нет местного самоуправления и т.п. По той же причине люди в казарме или в концлагере — не социум.

В автократии можно, самое большее, говорить о консерваторах и либералах как о характеристике придворных, элиты, управляющих. Не голосующих, а командующих. Не избираемых через голосование, а назначаемых. В этом смысле говорили о либералах при дворе испанских или русских самодержцев. Можно говорить о либеральном следователе и о реакционном следователе 1937 года. Либерал предлагает бить подследственного плеткой, проявить гуманность, консерватор бьет стулом. Единственный критерий — насколько активно используется принуждение.

Споры о том, правый или левый Гитлер, Сталин, Троцкий, велись в 1920-1930-е годы в огромных количествах, но были схоластическим пустозвонством. Троцкий, обвиняющий Сталина в термидорианском перевороте, такая же клоунада, как Сталин, обнимающийся с Риббентропом. Нет выборов — а выборов не было ни под Лениным, Сталиным и до Путина, ни под Гитлером — нет и деления на правых и левых. Гитлер сохранил крупную буржуазию (да и мелкую не репрессировал)? Так и Ленин не только допустил НЭП, Ленин создал номенклатурократию, с точки зрения экономики являющуюся все тем же классом капиталистов. Сам Ленин был главой гипер-треста «СССР», но для благополучного функционирования треста он так же допустил в него некоторые антимонопольные механизмы, как это сделали в США в то же самое время. Но выборов Ленин не допустил!

Нынешние капиталисты России и Китая в какой-то части типичные нэпманы, но прежде всего это все те же государственные капиталисты, как и финансисты Июльской монархии. Да, капитализм может быть государственным. Демократия — нет, демократия не продукт государства, это человечное государство — продукт демократии. В демократическом государстве капитализму не так уж уютно, прежде всего, потому что права человека плохо совместимы с наживой. Правда, страсть к наживе плохо совместима и с конкуренцией. Именно поэтому капитализм постоянно тяготеет к монополизации и к превращению государства в автократию олигархического типа. Тем не менее, между Рейганом и Путиным остается качественное различие, Берия — не технократический менеджер, а Петр не модернизировал Россию, а импортировал с Запада все, что могло укрепить его автократию.

Всё это банальности, но этих банальностей не знают, оказываются, ни Шлосберг, ни Высшая Школа Экономики. О как! И я, фрик, никто и ничто, один говорю простейшие азы. Да что ж это за безобразие, у меня других дел нет, что ли?!

Сейчас все это имеет особое значение, потому что налицо не только экономический, но и идейный кризис, длящийся, условно, с 1968 года. Всего лишь одна четверть века после победы над Гитлером была временем надежд, но затем возобладали эгоизм, страх, жадность и попытки жить, опираясь на техническое превосходство и, главное, на разнообразную разъединенность. Именно поэтому ключевым стал вопрос о праве на свободное передвижение, он же «вопрос о мигрантах». Разгораживание ставит своей целью создание островов—плотиков, на которых можно было бы безопасно плыть по морю житейскому. Плотики-медузы, больно жалящие тех, кто пытается на них взобраться. Главное, следить, чтобы был «средний класс», то есть, чтобы нищета и бедность были оттеснены подальше и не имели права голоса. Живешь в Йемене — молчи, дурак, и не лезь, а мы, богатые и умные, имеем право тебя бомбить, если нам будет нужно, а кто на наш плот нападет, тот может не рассчитывать на международное право, конвенции, ООН, МУС, ЕСПЧ, ЛГБТУФХ, РПЦ, РКЦ, ВСЦ и прочие це-це.

И уж совсем мелочь: западная пропаганда на Россию сегодня менее всего пропагандирует демократию, мир и права человека. Она ведется самым идиотским образом, сводясь к «рус, сдаайся». Путин плохой, Россия гнилая, вы все орки, но мы вас задушим. От такой пропаганды никто демократом не станет, и я подозреваю, что организаторы этой пропаганды сами не понимают, что такое демократия, хотя в ней живут. Они — «элита», они политические капиталисты, которые не собираются просвещать конкурирующее предприятие, а просто хотят его уничтожить или хотя бы заколотить.

Мастер и Анна

Внимательное чтение «Анны Карениной» очень обесценивает Булгакова, как внимательное чтение Чехова очень обесценивает Куприна, Бунина, Набокоа и tutti quanti. Булгаков даже в «ММ» остался фельетонистом. В этом и его сила, а все же персонажи абсолютно плоские, лишены индивидуальности, это куклы театра теней. Любовь и страдание, жадность и предательство, — всё одинаково поверхностно. Единственный, кто от этого не пострадал, а даже немного выиграл, это гебешник: в нём и не предполагается глубины, он и должен быть только поверхностью, формой без содержания, а форма красивенькая.

Для сравнения. Толстой подробно описывает Облонского, а Долли только одним абзацем. Облонский — воплощенное зло, антихрист, прореха на человечестве, тупик эволюции и прочая, прочая, прочая. Может быть, именно поэтому Толстой с него начал — дальше идет выход из тупика, и трагизм любви в романе есть ответ на этого доброго антихриста. Полнокровное зло, убаюкивающее, обаятельное, жовиальное, искреннее, доброе зло. Достигается эффект интроспекцией: мы внутри Стивы, мыслим его мыслями, чувствуем его чувствами и не сочувствовать ему — как не сочувствовать себе, что невозможно. Кто не повторит о себе: «Кроме фальши и лжи, ничего не могло выйти теперь; а фальшь и ложь были противны его натуре». Кто не произносил хоть раз «зато он искренен», словно искренность у злого человека — обстоятельство смягчающее, а не отягчающее. Чрезвычайно отягчающее.

Долли описана одним абзацем. 234 слова, проклятье для ученика, пишущего диктант, но целая вселенная в этом абзаце — вселенная добра и света, но добро и свет без любви и потому совершенно бессильные и не вызывающие сочувствия. Жертва, жертва чистая и непорочная, жертва гнуснейшего абьюза (извините за англицизм), но жертва, ничего не искупающая, никому не помогающая, только обуза для себя и окружающих, даже для собственных детей.

Кто-то из младших современников Толстого (кажется, Георгий Львов) сказал, что его поколение читало «Войну и мир» как Евангелие: вот оно, оказывается, как все на самом деле! Эх, вот каждый бы христианин так прочел Евангелие! Этюд о Долли есть этюд обо всех тех людях, которые в Евангелии проходят как тени. Обычные люди. Труждающиеся и обременные, которые придти к Богу не могут, потому что надо магазин, надо ребенка к врачу, а другого ребенка к репетитору, и постирать, и пол помыть...

Униженные, оскорбленные, мизерабли, чтоб им пусто было, сонечки мармеладовы, плавно переходящие в валентин терешковых, маргарет тэтчер или даже что похуже. То добро и невинность, которые кормовая база зла. Они совершили самое страшное преступление: привыкли любить (Долли «не могла отвыкнуть считать его своим мужем и любить его»). Жалко их до ужаса — буквально, потому все ужасы отсюда растут, из этого бессилия, и самое кошмарное, когда это бессилие вдруг начинает палить во все стороны или митинговать.

Доброе зло и ничтожное добро одинаково опасны для окружащих. Это ж надо так с ходу завинтить, что читатель сам не понимает, почему голова кружится и сердце сжимается.

Между прочим, из 234 слов, описыающих Долли, 4 слова — «чувствовала». И Каренину трижды этот глагол достался. Эх, да что там! Если Чехов — Моцарт (ну не Чайковский же), то Достоевский Бетховен, а Толстой Бах, Иоганн и Себастьян, весь утыканный стрелами своих и чужих болей. И никакой психологии, психология это у Бунина с Куприным, а у этих просто жизнь.

*  *  *

Почему брак Облонских неудачен, как и брак Карениных? У Толстого есть подсказка. Это браки не то чтобы без любви — таким в ту эпоху было не удивить — это браки без несчастной любви, с первого же подхода. Познакомились, посватался, поженились. Чувства возникали в процессе знакомства не вполне очевидным для современного человека образом. Главное: это была норма.

В отличие от этого, Лёвин и Китти до брака переживают не одну любовь. Лёвин, пусть даже в очень смягченной форме, тот ещё Лёв Толстой (именно как Лёв Толстой представлялся на фонозаписи). В подцензурном виде это звучало как «неневинность». Об этой неневинности мы знаем слишком много, а для читателя более значима была фраза: «Он как будто чувствовал, что ему надо влюбиться в одну из сестер, только не мог разобрать, в какую именно».

Неудачный роман Китти лечет за собой поездку за границу (как и у одного из ее прототипов, Кузминской, после попытки суицида). Тут Запад оказывается совершенно особым царством, миром теней, и это ее путешествие симметрично путешествию Анны в Италию. То, что Китти путешествует с матерью, а Анна с Вронским, второстепенно: обе оказываются в мире, где нет давления привычной среды.

В любви Анны и Вронского первый брак Анны играет ровно ту же роль, что роман Китти и Вронского. Поверхностная любовь и страдание от нее. Настоящая любовь вырастает из души настрадавшейся, травмированной.

При этом не надо недооценивать Вронского, он значительно более похож на Лёвина, чем принято считать. Из «двух гусаров» Вронский — именно что первый, Турбин, который может соблазнить, но не может украсть. Это дорогого стоит. Почему соблазнить? Потому что армия это профессиональное насилие. Тема, вполне исчерпанная Толстым в «Войне и мире», тема кошмара милитаризма во всех видах, всех оттенков, всех запахов и размеров, и в АК тема эта сильнейшим образом притушена, вспыхивает лишь в финале, но зато уж так вспыхивает — издевательски, ювенално, что даже Катков не выдержал. Считать, что «Война и мир» про государство, а «Анна Каренина» про семью это как считать чуму каникулами, а здоровье работой.

Хитрость Толстого — хитрость в старинном смысле, хитрость как изощренный профессионализм — в том, что главная тема романа глубоко запрятана. Роман не о счастье, роман о страдании, даже шире — о зле. При этом слово «счастье» употребляется в романе 36 раз, а «страдание» — 10.

Зачем зло и страдание? Оказывается, без них любовь не полна, не зрела. Именно страданий не хватает и легко распутничающим свветским женам, и Львовым, которые перекочевали из «Войны и мира», где были Бергами и бездетными. Любовь без страдания — гламур, легковесность, пустота, танцулька Корсунского.

При этом в романе три очень разных группы людей, неспособных страдать и потому неспособных любить. Это великосетское общество, почти все, и это интеллектуалы, учёные — кажется, поголовно все. Именно неспособность страдать (и сострадать) мешает союзу Кознышева и Вареньки. Неспособность страдать — одна из важнейших черт и пиетистской религиозности, «редстоковщины».

Ещё одна хитрость Толстого: само по себе страдание не ведет к любви, даже отводит от нее. Именно этом вся история любви/нелюбви Николая и Маши. Левин старший страдает, точнее — сострадает. Он распахнут всякому страданию, он возмущается безудержностью зла, лицемерным игнорированием зла. Это «коммунизм» в самом базовом смысле слова: «коммунио», «общение» с людьми в их нуждах, в их горе, в их обреченности быть жертвами несправедливости. Этот коммунизм был и у Лёвина: «Это дело не мое личное, а тут вопрос об общем благе. Всё хозяйство, главное – положение всего народа, совершенно должно измениться. Вместо бедности – общее богатство, довольство; вместо вражды – согласие и связь интересов. Одним словом, революция бескровная, но величайшая революция, сначала в маленьком кругу нашего уезда, потом губернии, России, всего мира. Потому что мысль справедливая не может не быть плодотворна».

Этот «коммунизм» — дехристианизированное христианство, о чем и говорит Николай: «Это преждевременно, но разумно и имеет будущность, как христианство в первые века». История Николая это история и декабристов, и народовольцев, спрессованные «Бесы» и Алеша Карамазов, и начинается-то его бешеное правдолюбие и злобное сострадание в религии: «Жил как монах, в строгости исполняя все обряды религии, службы, посты и избегая всяких удовольствий, в особенности женщин».

Воинствующее сострадание, агрессивная жажда справедливости оказываются неблагоприятны для любви, вытесняют любовь, потому что видят страдание ближнего, а самого ближнего не видят. Сострадание без страдания оказывается еще одним источником зла.

Фото: вчера, буран, угол Расторгуевского. Кстати, за деревом кремлевский гараж — дореволюционный, был великокняжеский.

 

Израильские чудеса

C 1993 США дали государству Палестина 7 миллиарда долларов, а государству Израиль 90 миллиардов долларов.

7 миллиардов за 30 лет на 8 миллионов человек это 3 доллара в месяц.

*  *  *

ООН (UNRWA) ежегодно давала жителям Газы 1 миллиард долларов, из них треть вносили США. Среди других крупных жертвователей — Канада, Германия, Катар. Когда Израиль заявил, что деньги тратятся на терроризм, США, Канада и Германия перестали жертвовать. Остался Катар.

Миллиард долларов на 2 миллиона человек это 40 долларов на человека в месяц.

Итого 42 доллара в месяц, 1,3 доллара в день.

Чашка кофе.

*  *  *

Когда израильтяне удивляются, почему жители Газы не могут спокойно заниматься бизнесом, это как если бы немцы в 1942 году удивлялись, почему жители Санкт-Ленинграда не кушают бриоши.

*  *  *

Население Израиля во столько же раз многочисленнее населения Газы, во сколько население России многочисленнее населения Украины.

*  *  *

Безоговорочная поддержка Израиля Америкой началась с президента Джонсона и была продолжением английской «большой игры»: сдерживать Россию, сохранять Ближний Восток в сфере своего влияния.

*  *  *

Говорить, что все противники израильской политики по отношению к государству Палестина — антисемиты, как говорить, что все критики патриарха Кирилла — опричники. Иван Грозный задушил митрополита Филиппа, а современные антиклерикалы душат патриарха Кирилла.

*  *  *

Борьба с антисемитизмом — не последнее прибежище негодяев, но одно из самых удобных и доходных.

*  *  *

Австрийцы сотворили чудо, убедив человечество в том, что Гитлер – немец, а Моцарт – австриец.

Израильтяне сотворили чудо, убедив человечество в том, что евреи – коренные жители Палестины в течение веков, а палестинцы – иммигранты, понаехавшие в Израиль после распада «Битлз».

Ситуация идеально соответствует современной западной ксенофобии, которая более всего ненавидит иммигрантов и желает спокойно умереть в доме престарелых, где ночные горшки будет выносить Искусственный Интеллект, а не какая-нибудь ненавистная марокканка или украинка.

Ксенофобия одна у китайцев, англичан (включая американцев, канадцев, австралийцев) и русских (включая татар, мордву и прочих эндурцев). Свободные и несвободные, по разным причинам и с разной степенью элегантности погружаются в ненависть и разъединение, но винят в этом кого угодно, только не себя.

25 января 2024 года, четверг, Москва, 8:07 UTC.

Матфей в защиту Иисуса

Историки давно отмечали, что в Мф легко вычленяют пять разделов, пять речей Иисуса: Нагорная проповедь (5-7 главы), 10 глава — о миссии, 13 глава — притчи о Царстве, 18 — о сообществе верующих, 24-25 — о будущих испытаниях.

Крейг Эванс отметил, что само число речей напоминает о Пятокнижии Моисеевом, а главное, что каждая из речей отмечена особыми оборотами речи: «Иисус окончил эти слова» (7:28), «Иисус окончил наставление» (11:1), «Иисус окончил притчи» (13:53), «Иисус окончил эти слова» (19:1) и, наконец, «Иисус окончил все эти слова» (26:1).

Причем в последнем случае добавлено «все», то есть, подведен итог не одной речи, а всем пяти. Далее Иисус уже речей не произносит. Во все пяти фразах — и только в них в таком виде — употребляется аорист глагола «этелесен». Точно такая же формула есть в древнегреческом переводе речи Моисея, Втор 31:1.

Иисус выступает как второй Моисей. Он говорит, что пришел исполнить Закон (5:17-18), его жизни угрожает царь, как фараон угрожал жизни Моисея (2:1-18), Он приходит из Египта, Он поднимается на гору несколько раз, даже встречается с Елисеем (Мф 17:1). Как Моисей смотрел на Обетованную землю с горы, так Иисус увидел с горы все царства мира (Мф 4:8). Десяти заповедям могут соответствовать десять блаженств.

В рассказе о детстве Матфей описывает исполнение пяти пророчеств.

В Нагорной проповеди Иисус пять раз обличает неверное понимание Закона.

В генеалогии упоминается несколько женщин. Крейг предлагает считать главным не то, что эти женщины грешницы или язычницы (тем более, что не обо всех из них это известно), а то, что дети этих женщин имели сомнительных отцов. То есть, тень подозрения в незаконнорождённости, мамзерстве, висевшая над Иисусом, оказывается вполне традиционной. Иисус — пятый в серии.

22 января 2024 года, понедельник, Москва, 8:34 UTC.

 

Обращаемся?

Евангелие от Матфея начинается словом «Книга». «Библос». Только Аверинцев начал свой перевод этим словом, добавив «происхождения». Аверинцев имел в виду, что Матфей начинает свою книгу подражанием Торе, которая начинается с описания творения мира.

Аверинцев, конечно, прав, Матфей явно хотел переклички с книгой Бытия, но все-таки книга Бытия начинается не словом «Книга», и в ней нет слова «происхождение», есть слово «эпоесен» — «сотворил».

После слово «Библос» Матфей написал слово «генесеос» — корень «род», от которого и «генетика». Но генетики тогда не было, а важно, что у Матфея далее идет повтор глагола «эгеннесен» — Авраам родил Исаака и так далее. Вот эта перекличка важнее, и было бы красива оставить древний перевод «Книга родства», но «родство» стало означать совсем другое явление, оно теперь обозначает связь не с непосредственными, прямыми предками, а как раз с дальними родственниками. Все русские переводы (кроме Аверинцева) ставят «Родословие». Но это уже устаревшее слово, раз, теперь говорят «родословная», а к тому же выражение «родословная книга» в русском языке. В XVIII-XIX веках были официальные списки дворян. Так почему бы не взять именно этот оборот, а для пущей торжественности (и близости к оригиналу) не поставить «Книга родословная Иисуса Христа»?

Потому что боязно: читатель может решить, что «книга родословная» относится ко всему евангелию от Матфея. Приходится выбирать, что важнее — оставить слово «Книга» либо… Мне кажется, читатель сообразит, что со слов «Рождение Иисуса Христа» в стихе 18 начинается новый раздел.

Многие комментаторы подчеркивают, что эта родословная книга — архаичный способ периодизации истории. От Авраама до Давида — архаика, первобытно-общинный строй, от Давида до Вавилонского плена — великое царство-государство, монархия, потом — что-то такое межуточное. Вроде и вернулись, но вернулись не вполне. Мир очень уж изменился, и Палестина изменилась.

Может быть. Матфей не оценивает эти три периода, а если уж ставить оценки, то как раз последний период самый творческий и продуктивный. Возвращение из Вавилона пришлось аккурат на огромный рывок вперед: усовершенствование письменности до такой степени, что легко записали даже самое Библию, да и Илиаду с Одиссей, огромные объёмы. Одновременно усовершенствовали деньги, которые перестали мычать и телиться, зато стали обращаться, прямо как Земля, только не вокруг Солнца, а среди людей. Правда, некоторые люди стали обращаться вокруг денег, а некоторые вокруг книг, что нельзя не признать некоторой патологией, но лучше норма — и отклонения, чем без нормы.

 

17 января 2024 года, среда, Москва, 16:52 UTC.

КУСОК В ГОРЛО НЕ ЛЕЗЕТ

«Приходят в дом; и опять сходится народ, так что им невозможно было и хлеба есть» (Мк 3:20).

Выражение «невозможно было хлеба поесть» это типичный гебраизм, именно на еврейском «поесть хлеба» было оборотом, означающим любую еду. Скудно жили. Хлеб, оливки, листик салата. Иногда сыр. «Невозможно поесть», конечно, преувеличение, как и русское «кусок в горло не лез». Кусок всегда с превеликим удовольствием залезет, а вот хозяин горла дело другое. Если бы очень захотели, так уж поели бы. Но для триллера (а евангелие от Марка из всех киножанров ближе всего к триллеру) такое нагнетание тревоги очень правильный прием.

Близок сосед, и укусить может

«И, услышав, ближние Его пошли взять Его, ибо говорили, что Он вышел из себя» (Мк 3: 21)

У Матфея (12 глава) есть рассказ об исцелении сухорукого в синагоге, есть рассказ об исцелении бесноватого (этого рассказа у Марка нет), есть рассказ о фарисеях, обвиняющих Иисуса в одержимости, затем отсутствующее у Марка рассуждение об опасности бесов, и тогда уже рассказ о приходе Матери, а вот этой фразы нет.

У Луки (11 глава) нет рассказа об исцелении сухорукого в синагоге, исцеление бесноватого сведено к одной фразе, от которой прямой переход к рассказ об обвинении в одержимости. Но фарисеи не упоминаются, длинное рассуждение об опасности бесов есть, , но приход Матери не упоминается, сразу (совершенно немотивированно) идет реплика женщины «Блаженно чрево, носившее Тебя» (Лк 11:27). Этой реплике нет больше нигде, она явно замещает упоминание о Матери и сравнение, проведенное Иисусом между слушателями и Матерью с братьями.

Почему Лука опустил эпизод с Марией, понятно: в его повествовании Матери Иисуса уделяется особое место, о ней рассказывается очень подробно и очень почтительно.

«Ближние» это синодальный перевод, и перевод, скорее, неверный. В русском языке «ближние» это родные. Не приближенные. Переводчик исходил из того, что эта фраза говорит о Марии и братьях. Вильям Лайн (1974) даже считает, что тут Марк очень удачно для драматизма вставляет в рассказ о приходе матери эпизод с фарисеями.

«Ближние» в оригинале это «ой пара ауто» — «те, кто рядом с Ним». Тот же Лайн (стр. 138) отмечает, что выражение явно разговорное, бытовое, так что точный смысл определить невозможно. Некоторые английские переводы ставят «друзья», но можно и «последователи», «ученики». Чарли Моул указывал на то, что предлог «пара» (как в «парапсихологии») указывает на менее близкое отношение, чем предлог «ипо» (как в «ипостась», «иподиакон»), так что Матери и братьях было бы логичнее сказать «ой ипо ауто». Но ведь пара тысяч лет прошла…  Но есть папирус, в котором выражение «ой пара имон пантес» точно означает «вся наша семья».

Мне все-таки кажется, что тут речь вовсе не о родных, но и не об апостолах или учениках, что Марк опять имеет в виду кого-то вроде односельчан, соседей, друзей, но друзей из тех, с которыми вместе подростками играли, а сейчас они на Иисуса смотрят крайне враждебно. Тут ведь по нисходящей идет интонация: некие «близкие люди» хотят Иисуса «схватить», глагол тут очень резкий, затем фарисеи Иисуса ругают (но схватить не намереваются), и, наконец, Мать и братья хотят Иисуса увести. Увести от перечисленных опасностей — от тех, кто хочет Его схватить, и от тех, кто под это задержание подводит идейную базу. Тогда желание Марии увести Иисуса — это вполне естественное и правильное желание спасти Сына от беды.

Ох уж эти соседи… Понтий Пилат один, а соседей, готовых отправить тебя в психушку, много…


Бережковская набережная

 

15 января 2024 года, понедельник, Москва, 5:20 UTC.

 

Трагедия, драма, фарс, водевиль. Убийство о.Александра Меня — трагедия. Травля о. Глеба Якунина — драма. Наказание о. Алексия Уминского — фарс. И, наконец, водевиль: о. Джованни Гуайта отправляют из Москвы в Испанию. Ну, все содрогнулись. «Вы что, хотите как в Париже». Могли и на Мальдивы отправить, но сжалились...

Жена убила два часа, слушая интервью Гуайты Гордеевой, и не услышала ничего контрреволюционного (я уж буду использовать базовый термин). Обтекаемое ничто, бессодержательное до предела.

Когда-то я полагал, что Гуайта по поручению Рима перешел к Гундяеву, как некоторый мостик вроде псевдо-старообрядца Савостьянова, командированного Кремлем в Ватикан. Сейчас думаю, что Гуайта просто искал, где его рукоположат, у него было (и есть, надеюсь) призвание, но армяне не рукоположили (он много лет вокруг них летал), а Гундяев решился. Какой он был священник, понятия не имею, Александр Зорин очень хвалил, я даже посмотрел фильм о нем (хотя считаю, что фильм о живом священнике — позор для священника), но так ничего и не заметил. Похоже на эпитафию у Ильфа и Петрова: очень любил детей. Ах да — «пустил убегавших от полиции в храм». Великий подвиг! Когда весь мир сузился до разрешенного, до казенного, до пары тысяч дозволенных оппозиционеров, тогда и такое сходит за подвиг. Мог бы и бритвой во глазам. Это уже полная шизуха. А в смысле пастырства как исповедовать и утешить — надеюсь, все было (и будет) хорошо.

Мне скажут, что я завидую, думаю, что я лучше — мне всегда это говорят, уж таков нравственный уровень российских интеллектуалов, все сводить ad hominem, к зависти или к гордыне. Я твердо знаю, что я отличный писатель, лучше всех этих лауреатов разных премий и нобелевских лауреатов — эссеист, имею в виду, и публицист. И что тут стыдного — знать, что ты лучше и лишь в силу обстоятельств лишен признания? Тоже мне, преступление! Лучше ли я как миссионер и проповедник? Думаю, что лучше многих и многих. И что стыдного так себя оценивать? Кокетничать прикажете? А вот как духовник и наставник — думаю, я не очень, надеюсь, что Гуайта лучше. И многих знаю, кто лучше. Но нельзя же всюду быть лучшим, хотя очень хочется, и это правильно.

И теперь вопрос. Вот в России Гуайта как священник РПЦ МП был каноничен. Но в Испании православный священник обязан быть только в юрисдикции Константинопольского патриархата. Без разговоров. Тем более, что РПЦ МП с 2018 года порвала евхаристическое общении с Константинополем, чем сделала себя неканоничным сборищем отщепенцев, говоря ее собственным языком. В чем вопрос... А в общем-то, нет вопроса. Так, фигура речи, про вопрос.

 

14 января 2024 года, воскресенье, Москва, 4:40 UTC.

 

Недуховная нищета

Тоталитаризм не просто отменяет понятие права и собственности, превращает их в фикцию. Он применяет против подданных санкции, чтобы создать состояние постоянной депривации. Я рос не в самой бедной семье, но для меня огрызок карандаша была ценность. Мой коллега по типографии сушил презервативы на балконе. Целофанновые пакеты — ценность, их нельзя выкидывать. Проходя мимо помойки, я могу подобрать красивую бутылку или ненужный богачу стул. Родные цукают и заставляют потом выбросить, но рефлекс сформирован устойчивый и, боюсь, лет через десять этот рефлекс у всех будет. До сих пор, когда я вижу бутылку с недопитой газировкой, у меня внутри импульс — взять и допить. газировка ж денег стоит.

К счастью, Бог меня сохранил от двух грехов. Когда у меня был хороший заработок, я не перескочил на более высокий уровень потребления. Конечно, питаться стали лучше,но в рестораны и кафе мы не ходили, хотя могли бы, разве что на день рожденья, и по сей день я там чувствую себя чужим. Единственное, мы стали ездить на Запад, и там я словно отключал у себя счетчик (с детства запомнил, как нервно дедушка поглядывал на счетчик в такси, когда приходилось заказывать по разным причинам). Конечно, в Хилтонах мы не жили, но я считал правильным иногда «гульнуть», поэтому в Лондоне мы однажды завтракали в уличном кафе около Букингемского дворца с «фрутовой тарелкой», на которой из ананаса был вырезан лебедь, обложенный прочими фруктами. Прохожие на нас оглядывались. Или на ананас? Зато запомнилось! Триггер, сразу вспоминаешь атмосферу. Когда хороший заработок кончился, я спокойно вернулся к советской диете.

Впрочем, главный грех нищеты — озлобленность. Советский человек, ватник, руссомирник, подозревает всех соседей России (империи) в агрессии, потому что он и в самом деле жертва агрессии, только он жертва агрессии «своих» — элиты России. Нищетой нищий оправдывает свои большие и мелкие грешки, и нищего можно понять.

Впрочем, грехи нищеты все-таки не так опасны для окружающих, как грехи богачей, начиная с главного: двойного стандарта в этике. Богачи ведут войны, но воевать они посылают бедняков. Богачи требуют от нищих воздержания и приличий, но сами отрываются по полной программе. Это, возможно, самое слабое место закона: он создан богатыми для бедных. Бог пытается вырвать закон из рук богачей, абсолютизируя закон, но ничего не выходит, а Бога просто распинают, и не только на Голгофе, и не только две тысячи лет назад. Вот распятого — не перехватить, этим хорош Христос. Он никому не нужен, ни богачам, ни нищим, ни сильным, ни слабым, ни угнетателям, ни угнетенным. Никому не нужен, но нуждается в каждом и продолжает достукиваться до каждого.

 

 

Фотографии тут, если иного не указано, сделаны мной. Стараюсь каждый день фотографировать (телефоном).

 

Меня можно поддержать: сбер 90367753597.

Комментарии отключены, но на вежливые письма (yakovkrotov@yandex.ru) всегда отвечаю письмом и/или на ютьюбе.

Я на ютьюбе стараюсь выходить в эфир ежедневно кроме вечера накануне субботы, в 20 часов: https://www.youtube.com/iakovkrotov.

 

Просьба человеку, с которым мы общались в Питере в сентябре (и он подарил мне чай) - написать мне на ykrotov@yahoo.com. Потерял координаты...

 

Предыдущие тексты

Я священник Православной Церкви Украины. Литургия у меня дома каждое воскресенье в 10 часов: Москва, Пресненский вал, д. 8, кор. 3, кв. 283, домофон по квартире, 8-903-677-53-59. Ближайшая литургия в четверг 15 февраля 2024 года в 10 часов, потом в воскресенье18 февраля в 10 часов.

Пишу я с 1976 года, сайт создан в 1997 году, тут более 6 тысяч страниц моих текстов, пополняю почти каждый день. В моей книге несколько тысяч глав (эссе, исторические этюды, публицистика), более 2 миллионов слов, из которой можно извлечь несколько десятков «обычных» книг. Их темы: история, человек, свобода, вера.

 

Мне можно перевести за рубежом деньги на пейпел: yakov.krotov.donations@gmail.com. Бывают оказии, могут передать, к тому же деньги нужны и на оплату хостинга сайта, который по ту сторону бугра.

Моя почта: ykrotov@yahoo.com.

Для поиска по сайту можно также в google в поисковой строке набрать http://krotov.info, а затем нужное слово.