Ко входуЯков Кротов. Богочеловвеческая историяПомощь
 

Православный Палестинский сборник

№57

Месяца Сентября 4-го

МУЧЕНИЕ

святого и славного священномученика ВАВИЛЫ,

архиепископа Антиохийского, и отроков трех.

.

Пер. В. В. Латышева.

 

1. Царь Нумериан, принесши жертву нечистым демонам, пожелал войти в дом Божий; триблаженный же Вавила, бывший епископом кафолической церкви в Антиохии и умевший добре пасти своих овец, услышав, что Нумериан намеревается войти, возвысил голос свой к народу и сказал: «Тверды будьте, дети; здесь останьтесь; ибо волк намеревается войти в дом Божий, и если не предвосхитит нас Бог, мы погибнем». Они послушались и остались, а он, стоя пред дверьми, ожидал. Нумериан покусился войти, и раб Божий Вавила, стоя, удержал его, говоря: «Не входи, имея оскверненные руки». Нумериан же усиливался войти и, поражаемый свободоречием мужа и стыдясь окружающей молвы, на сей раз промолчал, повелев крепко стеречь его до завтра.

2. На следующий день, воссев в палате, повелел привести его и в присутствии всех сказал ему: [87] «Жалкий человек, что имея пред глазами дерзнул ты, встретивши, удержать меня? Ты не знаешь, что с тобою говорит царь? Клянусь своим могуществом, не избегнешь ты рук моих. Посмотрим, поможет ли тебе Бог твой». Вавила сказал: «Я человек смиренный, но Бог соблаговолил избрать меня пастырем народа Своего; посему, узрев волка, входящего в стадо Христово, я потщился не презреть, чтобы не отдать отчета Богу моему, потеряв кого-либо из стада». Нумериан сказал: «Я показался тебе волком, жизнесмертный, а не царем?» Вавила сказал: «По изволению Божию ты царь за грехи наши, дабы мы и так были воспитаны и обратились; ибо я не называю тебя воистину царем, так как ты не знаешь, Кто дал тебе царство. Ибо, если бы ты знал Его, то Ему единому поклонялся бы и Его единого чтил бы, а не создания Его; а такими делами ты прогневляешь сотворившего тебя из небытия в бытие и почтившего тебя, дабы ты прославил Его. Говорю же тебе простое дело: если кто из оруженосцев твоих, удалившись, уйдет к другому царю, то есть к иноплеменному, не гневаешься ли ты? Итак, рассуди, что и Бог, сотворивший небо и землю, так ревнует в таковых делах; ибо когда Израиль, огорчил Бога, сказал им Бог чрез Моисея: Вы раздражили Меня не богами, и Я раздражу вас не народом; народом бессмысленным огорчу вас (Второзак. XXXII, 21). Итак, и ты прогневляешь Бога, и Он скоро извлечет тебя из царства сего и даст царство твое другому, кому не хочешь, дабы ты познал, что добро есть исповедовать Бога, а не боготворить его создания и поклоняться им, [88] как написано: Господу Богу твоему поклонишься и Ему единому послужить» (Второзак. VI, 13, 14, X, 20).

3. Нумериан сказал: «Ты говоришь обидные глупости; разве они не кажутся тебе созданиями великого бога, или ты не видишь их действия и предвещания, которые они говорят? Я хотел бы узнать, какой народ писание называет неразумным; я охотно послушаю тебя об этом». Вавила сказал: «Бог сотворил человека простым. Сатана, низвергнутый свыше с небес, добровольно отвратившийся от славы, которую имел, и позавидовавший роду человеческому, увлек с собою отцов наших своими лукавыми замыслами, и мы сделались неразумными. Итак, Единородный Сын Божий, истинный Бог, восскорбев о столь великом идолослужении и увидев погибающим создание, чрез Него происшедшее, явился нам и, отвлекши, помиловал, и мы уже не неразумны, зная Бога, или лучше, будучи познаны Им; ибо нет никакого предвещателя, кроме единого Бога. Ибо все это сказки и измышления поэтов, так называемые боги, не сущие и не существовавшие; ибо если бы у людей не было искусства, то вы не имели бы богов, но были бы безбожными. Если ты хочешь, послушавши меня, сделаться разумным, то Бог принимает тебя; если же не хочешь, то останешься неразумным».

4. Нумериан сказал: «Ваши писания — сказки, а наши дела — таинства и имеют образ истины; ибо богам нашим не свойственно что-либо дурное. Посему повелеваю тебе принести им жертву, или знай, что если ты ослушаешься, то не останешься безнаказанным; ибо ты не лучше пришедших к этому раньше [89] тебя и удостоенных столь великой чести». Вавила сказал: «Совращенные совращены как люди, меня же ты не совратишь, даже если обещаешь мне царство небесное, которого ты чужд и недостоин, так как не хочешь обратиться; но тебя ждет наказание, ибо Бог потребует от тебя душ, которые ты погубил». Нумериан сказал: «Что же есть Бог? Что означает такое наименование?» Вавила сказал: «Величия Бога ты не мог бы измерить, даже летая на крыльях; и ты ищешь имя Бога, которого не найдешь; ибо все именуемое лучшим именуется, дабы одно звало, а другое слушало. Итак, кто есть наименовавший Бога? Бог не имя Бога, а слава Бога. Итак, не ищи в Боге, чего не можешь. Ибо Бог — путь мудрый, противному не приемлемый, и что сотворил Бог, то сотворил выше человеков». Нумериан сказал: «Что есть человек?» Вавила сказал: «Состояние жизни, пользование происшедшим». Нумериан сказал: «Клянусь богами, ты ответил по разуму, как мудрый учитель и как гласит окружающая тебя слава; одного тебе не достает — познания богов; ибо ты мог быть вполне добрым человеком». Вавила сказал: «Ты неразумен, нечестив, хвастун и тиран; ибо мне оскорбление произносимые тобою восхваления, и честь от тебя приносит мне бесчестие; ибо я исполнен всякого блага, познавая Бога и Христа его и не поклоняясь камням». Нумериан сказал: «Я больше не переношу тебя, но налагаю цепь на шею, дерзнувшую нанести оскорбление своему владыке». Вавила сказал: «Бога имею Владыкою, а господами — братьев, боящихся Бога. Посему и ты уверуй в Бога, и я облобызаю твои ноги; мне же честь, в чем ты думаешь причинить бесчестие. И претерпевая сие, я [90] еще не есмь достойный раб Бога, но негодный; блаженны же претерпевающие сие ради Бога, ибо великая награда отложена им на небесах» (Ср. Матф. V, 12; Лук. VI, 23).

5. Нумериан сказал дуку Викторину: «Я желаю, чтобы Вавила учитель был вразумлен тобою. Итак, повелеваю надеть цепь на шею его, а также и на ноги его, в бесчестие; ибо он не мало оскорбил меня». Викторин дук сказал: «Клянусь твоею божественностью, я давно хотел донести страху твоему о человеке сем и о нечестивейшем народе сем, что они учат противозаконным и чуждым уставам и, умножаясь, причиняют нам затруднения, не повинуясь нам». Нумериан сказал дуку: «Теперь исполни приказанное тебе об ослушнике, и понемногу я изведу народ сей». Дук же наложил Вавиле цепь на шею и также на ноги и отпустил его идти со стражею, дабы он был видим всеми пасомыми им. Вавила же сказал: «Благодарю Бога моего, приведшего меня в такую честь за исповедание Его; ибо верую во Христа моего и уповаю, что он даст мне силу и терпение противостать козням отца твоего диавола; тебя же, дука, не благодарю, ниже царя твоего».

6. Нумериан сказал: «Призовите Вавилу, учителя малых и неразумно волнующихся». И ему Вавила сказал: «Я есмь учитель малых, кое в чем младенчествующих, но кое в чем и благоразумно противящихся желающим извратить истину; неразумных же среди вас не есмь учитель». Нумериан сказал: «Клянусь богами, подобает тебе цепь и облежащее вокруг ног твоих». Вавила сказал: «Ты, неразумно [91] волнуясь, насмехаешься, но клянусь Сыном Божиим, она больше мне подобает, нежели тебе диадема, которая облегает твою голову». Нумериан сказал: «Несчастный, принеси жертву богам и освободись от ожидающих тебя мучений, и не обманывай детей, которых учишь». Вавила сказал: «Я уже сказал тебе, что есмь учитель малых; а желаешь узнать, что есть воспитание малых и учение в Боге? Я имею в своем ведении трех мальчиков, воспитываемых по Богу. Повели позвать их и увидишь твердость, и Бог есть с ними; ибо, может быть, ты не уверился моим испытанием, но внимал мне, как вздорному и болтливому».

7. Нумериан повелел ввести детей, предложенных Вавилою, и введенных спросил, имеют ли они мать. Они же сказали: «Да, но выше матери — воспитавшего нас Вавилу, нашего господина, учителя и отца». Нумериан повелел ввести и мать детей. Когда она была введена, спросил ее: «Кто говорит?» Она же сказала: «Феодула». Нумериан сказал: «Это твои дети?» Она же сказала: «Я родила их; но принесла Богу чрез пастыря моего, господина моего Вавилу, и он научил их богопочитанию». Нумериан сказал: «Заушите ее перед детьми ее, говоря ей: Не говори необдуманно». Дети смотрели, как били их мать, и зараз все трое воскликнули, говоря: «Тиран, не бей нашу мать; ибо она благороднейшая; ибо она истинно прекрасно сказала, что она родила нас, а воспитавший нас есть господин наш Вавила. И хотя бы ты снова разгневался, он наш господин, пастырь и учитель; ибо он научил нас богопочитанию». И царь, разгневавшись, повелел поднять трех отроков на плечи и первому дать 12 ударов, [92] второму 9, а третьему 7; отроки же, как бы в один голос сказали: «Благословен еси Боже, что за Христа Твоего претерпеваем мы сие». Нумериан сказал их матери: «Первый сын твой скольких лет?» Она сказала: «Двенадцати». Нумериан сказал: «Второй скольких?» Она сказала: «Девяти». Нумериан сказал: «Третий скольких?» Она сказала: «Семи». И возопив, сказала: «Благословен еси, Боже, что за Христа Твоего претерпеваем мы сие, что и каждого из сыновей моих повелел он так бить по количеству лет за Тебя, венчающего и совершенствующего их».

8. Нумериан повелел вывести вон мать их и ввести Вавилу. И сказал царь: «Учитель неразумных и воспитатель малых, то испытание, которое ты думал дать мне чрез детей, оказалось ложным; ибо призванные дети обещали мне и условились со мною принести жертву богам». Вавила сказал: «Прекрасно солгал ты против своего спасения, и ничего другого не делаешь; ибо ты сын диавола, называемого Сатаною, всегда лгущего, и никогда не можешь ни ты, ни отец твой победить кого-либо, если не солжете; ибо и первосозданного Адама он, солгавши, изгнал из рая». Нумериан сказал: «Клянусь Асклипием, я плюю на твои речи и оскорбления и, подвергнув тебя мучениям, понемногу изведу; и если ты не послушаешься, я повелю отрубить твою голову». Вавила сказал, засмеявшись: «Воистину ты достоин насмешки, говоря это; ибо я готов все претерпеть ради Христа, ради которого все презрел, дабы приобрести Христа; ибо души праведных в руке Божией и не коснется их мучение. В глазах неразумных они казались умершими, и исход их считался погибелью, и отшествие от нас уничтожением; но они [93] пребывают в мире; ибо Бог испытал их и нашел их достойными Его» (Прем. Сол. III. 1-4). Нумериан сказал: «Болтун, в чем мы достойны насмешки?» Вавила сказал: «Если услышат остальные боги твои, что ты поклялся одним Асклипием, то разгневаются на тебя, наибольше Игия; ибо я воистину стыжусь вашего неразумия, что вы не понимаете вашей пользы, но поклоняетесь тем, кому не поклонялись даже дети». Нумериан сказал: «Если услышит Христос твой и вознегодует, что ты поклялся Богом, что ты сделаешь?» Вавила сказал: Ты недостоин услышать ведение христиан, но ради стоящей толпы говорю, дабы из-за твоего неверия и они не были лишены ведения. Когда христиане называют Христа, они исповедуют и Отца, исповедуют и Сына и Духа; ибо Отец не разделен от Сына и Духа, ниже Сын от Отца и Духа; и нет сравнения Бога с демонами, которым ты поклоняешься, как написано: «Какое общение свету с тьмою»?

9. Дети оставались висящими столько часов с Вавилою, подтверждая его слова. Мученик же сказал: «Вот я и дети, которых дал мне Бог» (Исаии VIII, 18). Нумериан же повелел мучить его, закованного в цепи, так что от тяжести оков блаженный был изранен, стоявшие же, бывшие ему знакомыми, сострадали ему и говорили: «Согласись принести жертву и избавь себя от мук». Вавила сказал: «Я не столько сожалею этого неразумного председящего, сколько вас, послушавшихся его и погубивших жизнь свою; итак, ему я не повинуюсь, а вас послушаюсь? Мне эти муки — жизнь. Ибо облегчает меня Господь, ради которого я [94] и подвизаюсь, и увенчиваюсь, и совершенствуюсь; поэтому я не чувствую, если ты даже подвигнешь против меня больше мук». Он повелел еще мучить его, а висящие дети воскликнули: «Тиран и нечестивейший, за что ты так жестоко и безвинно мучишь нашего господина и доброго пастыря? За то, что он чтит Владыку всех? Но за то он достоин чести, а не мук. Клянемся же его спасением, которое есть Христос, ты не избежишь рук Божиих, но будешь предан огню геенны». И разгневавшись, он повелел мучить и их, дети же как бы в один голос сказали: «Не стыдишься, нечестивейший, будучи побеждаем детьми при этой толпе? Ибо ты больше подвергаешься мучению, мы же, — клянемся Могущим вскоре воздать тебе, — не чувствуем мучений».

10. И повелел он отвести и скрыть Вавилу в келлии, дабы отдельно испытать детей, и начал говорить детям: «Дети, послушайтесь меня, и я дарую вам многие блага, которых не может учитель ваш даровать вам». Они же как бы в один голос сказали: «Злодей и коварный, не замышляй нам смерть; ибо все дары твои полны геенны. Ибо с тех пор, как учитель наш дал нам печать, мы стали совершенными и отвергли помышления юного возраста и, причастившись суровой пищи, готовы умереть за Бога, чем прогневать раба Божия Вавилу, господина нашего. Ты полагал победить нас удалением нашего пастыря. Клянемся Сыном Божиим, могущим помочь нашему пастырю, где бы он ни был, и нас избавить от нечистых рук твоих и вскоре изменить время сие, мы не отречемся от Бога и не посрамим нашего пастыря, господина нашего Вавилы, [95] молящегося за стадо свое, да не погибнет кто-либо». Все это услышал триблаженный Вавила в келлии.

11. Нумериан сказал: «Да будет введен Вавила». И введен был Вавила, и он сказал ему: «Это твои дети?» Он же сказал: «Воистину они мои дети по Богу, ибо жены ради Бога моего не знаю с тех пор как родился». Нумериан сказал: «Как же они подобны тебе во всем?» Вавила сказал: Я молюсь, дабы они были подобны мне во всем, исключая грехов моих». Нумериан сказал: «Я сказал тебе освободиться и от мук, и от наказания, которое ты примешь, и ты не послушался. Одобряю тебя и извиняюсь за первые муки, только избавь себя от нынешних мучений; убеди и отроков, чтобы они, будучи неразумными, не получили вскоре конца жизни». Вавила, разгневавшись, сказал: «Безрассуднейший из всех людей и нечестивейший тиран, ты занялся нами, покинув заботы о войнах или о том, как должно идти против иноплеменников. Я же верю Отцу Господа нашего, что как ты побежден нами, так будешь побежден и неприятелями; обещания же твои давай подобным тебе, повинующимся тебе, и держись твоего намерения; ибо ты не столько можешь даровать, сколько постарался отнять у нас».

12. Итак, царь, разгневавшись, отдал ему и трем отрокам приговор, чтобы были отрублены их головы. Вавила же, взявши приговор с тремя отроками, обязал клятвою стоявших, говоря: «(Заклинаю) вас Богом созерцателем всех, положите меня с цепями на ногах моих и на шее моей в свидетельство тирана сего, имеющего вечно казниться и пребывать в огне нескончаемом, вечно наказующем ослушавшихся Христа Сына Божия и прилепившихся к демонам [96] нечистым, то есть идолам, изготовленным людьми, которые сами больше богов своих; ибо сами они жили, а создания их — никогда; ибо начало гордости измышление идолов, а изобретение их — погибель жизни; ибо они не были изначала и не будут вовек». И выходя из города, святой Вавила пел так: «Ты спас нас от печалящих нас и ненавидящих нас посрамил (Псал. XLIII. 8); посему Тебя Бога восхвалим все дни и во веки веков». И подпевали ему отроки, а вместе и говорили: «Помолись за нас, отче, что не оставили тебя; ибо ты умудрил нас познать Христа, сотворившего все, или лучше быть познанными Им». И святой мученик Вавила попросил вышедшего обезглавить их перед ним порубить святых отроков и затем уже его самого и, держа их справа и слева, сказал: «Вот я и дети, которых дал мне Бог». Отроки же сказали Вавиле: «Господин отец наш и учитель, с тобою мы скончаемся; ибо изначала мы были воспитаны тобою и конец будем иметь с тобою с исповеданием, которое ты исповедал пред лицом царей, начальников и властей». И когда они скончались, мученик, увидев веру отроков и свободоречие от Бога, а не от людей, возрадовался столь великой твердости их и совершенству и сказал: «Благословен еси, Боже истинных христиан, усовершенствовавший сих отроков чрез меня, раба Твоего, больше же чрез святое имя Твое; ибо воистину из уст младенцев и ссущих Ты совершил хвалу» (Псал. VIII, 3). Итак и у него была усечена голова и положена с ножными и шейною цепями во славу Отца и Сына и Святого Духа, Ему же слава и сила во веки веков. Аминь.

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова