Ко входуЯков Кротов. Богочеловвеческая историяПомощь
 

Ратцингер

ДОКТРИНАЛЬНАЯ НОТА,
касающаяся некоторых вопросов участия католиков в политической жизни

Принята Конгрегацией вероучения Римско-Католической Церкви 24 ноября 2002 г.

Источник русского перевода: Roma locuta. Документы Апостольского Престола, №3 (12), 2 февраля 2003 г. (Приложение к газете "Свет Евангелия")

Cм.: католичество - 21 век - политика.

Конгрегация Вероучения, учитывая мнение Папского Совета по делам мирян, сочла необходимым опубликовать настоящую "Доктринальную ноту, касающуюся некоторых вопросов участия католиков в политической жизни".

Нота адресована епископам Католической Церкви и, особым образом, католикам-политикам и всем мирянам, призванным к участию в общественной и политической жизни в демократических обществах.

I. Неизменное учение

1. Участие христиан в жизни мира за две тысячи лет истории приобрело различные формы. Одной из них стало участие в политической деятельности: христиане, как утверждал один церковный писатель первых веков, "исполняют все свои гражданские обязанности" ["Послание к Диогнету", 5,5. См. также Катехизис Католической Церкви, п. 2240]. Церковь почитает в лике святых многих подвижников, которые служили Богу благородным участием в политической деятельности и управлении государством. Среди них св. Томас Мор, провозглашенный покровителем политиков; он свидетельствовал до конца, вплоть до мученической кончины, о "неизменном долге совести" [Иоанн Павел II. Апостольское послание в форме "motu proprio" в связи с провозглашением св. Томаса Мора покровителем правителей и политиков, п. 1. AAS: 93 (2001), pp. 76-80]. Несмотря на психологическое давление, он отказался пойти на компромисс, ни на йоту не отошел от отличавшей его "верности власти и законным институтам"; он доказал своей жизнью и смертью, что "человека нельзя отделить от Бога, а политику - от морали" [там же, п. 4].

Достойно одобрения то, что в современных демократических обществах в атмосфере подлинной свободы [см. II Ватиканский Собор. Пастырская Конституция о Церкви в современном мире "Gaudium et spes", п. 31; Катехизис Католической Церкви, п. 1915] должны возникать новыеформы более широкого участия граждан - христиан и нехристиан - в общественной жизни. В действительности, каждый может повлиять - через участие в выборах в законодательные и правительственные органы и другими способами - на принимаемые политиками решения, которые, по их мнению, содействуют достижению общему благу [ср. II Ватиканский Собор. Пастырская Конституция о Церкви в современном мире "Gaudium et spes", п. 75]. Жизнь в политической демократической системе не будет продуктивной без деятельного, ответственного и великодушного вовлечения всех граждан, причем "формы, уровни, задачи и виды ответственности могут быть самыми разнообразными и взаимно дополнять друг друга" [Иоанн Павел II. Апостольское обращение "Christifideles laici", п. 42. AAS: 81 (1989), pp. 393-521. Настоящая Доктринальная нота проливает свет на сферу политической и общественной жизни верующих-мирян. Пастыри обладают правом и обязанностью предлагать нравственные принципы в отношении социального устройства; "тем не менее, только миряне могут активно участвовать в деятельности политических партий" (Иоанн Павел II. Апостольское обращение "Christifideles laici", п. 60. См. также Конгрегация по делам духовенства. Правила служения и жизни священников, 31-III-1994, п. 33)].

Исполняя общие для всех гражданские обязанности, "руководствуясь христианской совестью" [II Ватиканский Собор. Пастырская Конституция о Церкви в современном мире "Gaudium et spes", п. 76] и ее ценностями, верующие-миряне исполняют возложенную на них задачу привносить христианское содержание в земное устройство, уважая его природу и автономию [см. там же, п. 36], и в сотрудничестве с другими гражданами применять свой особый опыт и принимать на себя ответственность за этот мир [см. II Ватиканский Собор. Декрет о апостольстве мирян "Apostolicam actuositatem". п. 7; Догматическая Конституция о Церкви "Lumen gentium", п. 36 и Пастырская Конституция о Церкви в современном мире "Gaudium et spes", пп. 31 и 43]. Итог фундаментальному учению II Ватиканского Собора подводится в следующих словах: "Верующие-миряне не могут вовсе отказаться от участия в "политике", то есть в разного рода экономической, социальной, законодательной, административной и культурной деятельности, органично и институционально предназначенной способствовать общему благу" [Иоанн Павел II. Апостольское обращение "Christifideles laici", 42]. Она включает в себя защиту таких благ, как общественный порядок и мир, свобода и равенство, уважениежизни человека и окружающей среды, справедливость и солидарность.

Настоящая Нота не ставит перед собой цель представить полное Учение Церкви по данному вопросу, квинтэссенция которого изложена в Катехизисе Католической Церкви, а лишь напоминает о некоторых принципах, присущих христианству, которые вдохновляют католиков на участие в социальной и политической жизни демократических государств. [В последние два века Учительство пап неоднократно обращалось к основным вопросам, связанным с общественным и политическим устройством. См. Лев XIII. Энциклика "Diuturnum illud". AAS: 14 (1881/82), 4ss; Энциклика "Immortale Dei". AAS: 18 (1885/86), 16 ss; Энциклика "Libertas praestantissimum". AAS: 20 (1887/88), 593ss; Энциклика "Rerum novarum". AAS: 23 (1890/91), 643ss; Бенедикт XV. Энциклика "Pacem Dei munus pulcherrimum". AAS: 12 (1920), 209ss; Пий XI. Энциклика "Quadragesimo anno". AAS: 23 (1931), 190ss; Энциклика "Mit brennender Sorge". AAS: 29 (1937), pp. 145-167; Энциклика "Divini Redemptoris". AAS: 29 (1937), 78ss; Пий XII. Энциклика "Summi Pontificatus". AAS: 31 (1939), 423ss; Рождественские радиопослания 1941-1944 гг; Иоанн XXIII. Энциклика "Mater et Magistra". AAS: 53 (1961), pp. 401-464; Энциклика "Pacem in terris". AAS: 55 (1963), pp. 257-304; Павел VI. Энциклика "Populorum progressio". AAS: 59 (1967), pp. 257-299; Апостольское послание "Octogesima adveniens", AAS: 63 (1971), pp. 401-441]. В последнее время, зачастую под влиянием происходящих событий, появились неясные и спорные позиции, что заставляет нас прояснить важные элементы Учения Церкви по данной тематике.

II. Ключевые пункты текущих культурных и политических дебатов

2. Гражданское общество сегодня вовлечено в сложный культурный процесс, характеризирующийся особого рода неуверенностью, привнесенной завершившейся эпохой. Научно-технические достижения, присущие нашему времени, свидетельствуют об успехе человечества в достижении условий жизни, более совместимых с достоинством человека. Возрастает чувство ответственности за развивающиеся страны, что, безусловно, свидетельствует о внимании к общему благу. Однако нельзя не замечать опасности, которые влекут за собой некоторые культурные тенденции, стремящиеся переориентировать законодательство и, следовательно, образ жизни будущих поколений. Сегодня очевиден определенный культурный релятивизм. Он проявляется в теоретизации и защите этического плюрализма, который служит оправданием деградации и разложения здравого смысла и принципов естественного морального закона. Вследствие этого часто можно услышать публично высказываемое мнение, что подобный этический плюрализм является важным условием демократии [ср. Иоанн Павел II. Энциклика "Centesimus annus", п. 46. AAS: 83 (1991), pp. 793-867; Энциклика "Veritatis splendor", п. 101. AAS: 85 (1993), pp. 1133-1228; Речь на общем заседании парламента Итальянской Республики, п. 5 // "L'Osservatore Romano", 15-IX-2002]. В результате граждане заявляют, что абсолютно свободны в выборе своей нравственной позиции, а законодатели настаивают на том, что они уважают их свободу, вводя в действие законы, игнорирующие принципы естественной этики в угоду преходящим культурным и нравственным установкам [см. Иоанн Павел II. Энциклика "Evangelium vitae", п. 22. AAS: 87 (1995), pp. 401-522], словно любые жизненные установки равноценны. В то же время лицемерно подчеркивается ценность терпимости, чтобы заставить большинство граждан, в том числе католиков, не вносить - посредством законных средств, доступных при демократическом режиме каждому, - свой вклад, основанный на особом понимании личности и общего блага, в общественно-политическую жизнь государства. История XX в. красноречиво свидетельствует, что оказались правы те, кто считал абсолютно ложным релятивистское утверждение о том, что не существует никакого нравственного закона, заложенного в самой природе человека, в соответствии с которым должно строиться наше понимание человека, общего блага и государства.

3. Такой релятивизм, безусловно, не имеет ничего общего с законной свободой граждан-католиков выбирать из различных политических убеждений те, которые совместимы с верой и естественным нравственным законом, чьи критерии наилучшим образом соотносятся с требованиями общего блага. Политическая свобода основана - иначе и быть не может - не на релятивистской идее, что все концепции человеческого блага имеют одинаковую истину и ценность, но на том факте, что политическая деятельность должна стремится к реализации подлинного общего блага человека и общества в данном историческом, географическом, экономическом, технологическом и культурном контексте. Из-за специфичности поставленной задачи и разнообразия обстоятельств проистекает плюрализм установок и решений, которые, тем не менее, должны быть морально приемлемыми. Церковь не должна принимать решения - и, тем более, предлагать их как единственно приемлемые - по светским вопросам, которые Бог оставил на свободное и ответственное суждение каждого человека. Тем не менее, она имеет право и обязана провозглашать суждение о преходящих реалиях, когда этого требует вера или нравственный закон [ср. II Ватиканский Собор. Пастырская Конституция о Церкви в современном мире "Gaudium et spes", п. 76].

Поскольку христиане в том, "что касается устройства преходящих дел" должны "признавать законные мнения, даже если они расходятся между собою" [см. там же, п. 75], они также призваны отвергать концепцию плюрализма, отражающего моральный релятивизм, как вредную для демократической жизни. Демократия должна базироваться на истинной и прочной основе, т. е. на этических принципах, которые в силу своей природы и фундаментальности для социальной жизни, не подлежат обсуждению.

Что касается практической политической деятельности, то следует заметить, что конъюнктурный характер некоторых решений по устройству общества, моральная допустимость различных вариантов стратегии реализации и защиты одной и той же фундаментальной ценности, возможность по-разному интерпретировать некоторые базовые принципы политической теории, а также сложности технического разрешения многих политических проблем объясняют тот факт, что существует огромное число политических партий, участвуя в которых католики - особенно через законодательные органы - могут осуществлять свое право и исполнять обязанность принимать участие в общественной жизни страны [ср. там же, пп. 43 и 75]. Однако это нельзя смешивать с двусмысленным плюрализмом в выборе нравственных принципов и основных ценностей, к которым относится данное утверждение. У истоков отношения католиков к политике лежит оправданное многообразие восприятия земного устройства вещей, и оно прямо связано с нравственным и социальным учением христианства. Именно в свете этого учения католики-миряне должны определять свое участие в политической жизни, чтобы быть уверенными, что они поступают в духе ответственности за светские реалии.

Церковь признает, что хотя демократия - наилучшая форма проявления прямого участия граждан в политике, она возможна только в той мере, в какойоснована на правильном понимании личности [см. там же, п. 25]. Участие католиков в политической жизни не может подвергать риску этот принцип, в противном случае не будет ни свидетельства миру о христианском вероучении, ни единства и внутренней согласованности жизни верующего. Демократические структуры, на которых базируется современное государство, довольно хрупки, если их средоточием не станет личность человека. Демократия невозможна без уважения к личности. Как учит II Ватиканский Собор, гарантия "прав личности - необходимое условие того, чтобы граждане - и по отдельности, и в объединениях - могли деятельно участвовать в жизни государства и в управлении им" [там же, п. 73].

4. Здесь мы сталкиваемся с запутанным клубком проблем, многие из которых были неизвестны нашим предшественникам. Достижения науки потрясают сознание и заставляют стремиться должным образом и непреложно уважать этические принципы. Однако в то же время разрабатываются законопроекты, цель которых - разрушить неприкосновенность жизни человека, невзирая на последствия для существования и будущего народов в отношении формирования культуры и социальных установок. Право и долг католиков в этой сложной ситуации - призывать общество глубже понять ценность жизни человека и осознать ответственность в этой сфере каждого из нас. Папа Иоанн Павел II, развивая неизменное Учение Церкви, неоднократно подчеркивал, что на тех, кто непосредственно участвует в работе представительных органов законодательной власти тем более возложена обязанность противостоять любым законопроектам, угрожающим жизни человека. Они, как и все католики, не имеют права ни продвигать подобные законопроекты, ни голосовать за их принятие [ср. Иоанн Павел II. Энциклика "Evangelium vitae", п. 73]. Папа Иоанн Павел II пишет в Энциклике "Evangelium vitae", что если невозможно отвергнуть законопроект или отменить закон, разрешающий аборт, "парламентарий, чье абсолютное личное противостояние прерыванию беременности явно и всем известно, поступит правильно, поддержав предложения, цель которых - ограничить вред подобного закона и уменьшить его отрицательные последствия в сфере культуры и общественной нравственности" [там же].

В связи с этим необходимо заметить, что сформировавшаяся христианская совесть не позволяет человеку голосовать за принятие политической программы или законопроекта, которые альтернативными предложениями подрывают фундаментальные аспекты вероучения и нравственности либо противоречат им. Христианская вера представляет собой неразрывное единство, и, следовательно, нелогично отделять от нее какой-либо элемент в ущерб всему католическому Вероучению. Приверженность политиков одному аспекту социального учения Церкви не снимает ответственности верующего перед общим благом. Католик не может помышлять о том, чтобы переложить христианскую ответственность на других, ибо именно на него Евангелие Иисуса Христа налагает задачу провозглашать и претворять в жизнь истину о человеке и мире.

Когда политика направлена против нравственных принципов, не допускающих нарушений, исключений и компромиссов, участие в ней католиков должно быть более явным и ответственным. Христиане перед лицом фундаментальных и неотъемлемых требований этики должны признать, что на карту поставлено само существование нравственного закона, связанного с всеобъемлющим благом человеческой личности. К такого рода случаям относится принятие законов, разрешающих прерывание беременности и эвтаназию (не следует путать последнюю с отказом от не являющихся общепринятыми методов лечения, который допустим с точки зрения нравственности). Законодательство должно защищать основное право человека на жизнь от момента зачатия и до естественной смерти. Необходимо призывать политиков уважать и защищать права человеческого эмбриона. Аналогичным образом следует оказывать содействие семье, основанной на моногамном браке мужчины и женщины, защищать ее единство и стабильность от современных законов, разрешающих развод. Иные формы сожительства ни в коем случае не могут быть поставлены на один уровень с браком и не должны получить законное признание. Это справедливо и по отношению к праву родителей воспитывать своих детей, признанному Всеобщей декларацией прав человека. Необходимо стремиться к социальной защите национальных меньшинств и освобождению от современных форм рабства (например, наркотической зависимости и проституции). Нельзя из этого списка исключить и свободу вероисповедания и развитие экономики, которая должна быть поставлена на службу человеческой личности и общему благу, при уважении к социальной справедливости, принципу человеческой солидарности и взаимопомощи, в соответствии с которой "права всех лиц, семей и объединений, а также осуществление этих прав, надлежит признавать" [II Ватиканский Собор. Пастырская Конституция о Церкви в современном мире "Gaudium et spes", п. 75]. Наконец, необходимо вспомнить о проблеме мира. Пацифизм и некоторые идеологические воззрения нередко стремятся придать ценности мира секулярный характер, либо пытаются свести многообразие спорных моментов к поспешным этическим суждениям. Мир всегда - "дело справедливости и плод любви" [Катехизис Католической Церкви, 2304]. Он требует абсолютного и радикального отказа от насилия и терроризма, постоянного и активного участия всех политиков.

III. Принципы католического Вероучения об автономии светского порядка и плюрализма

5. При рассмотрении этих вопросов допустимо учитывать различные методы, которые отражают разное восприятие и культурные различия, однако верующие не могут апеллировать к принципу плюрализма и независимости мирян в политике, поддерживать решения, компрометирующие или игнорирующие фундаментальные требования этики, оправдываясь общим благом общества. Речь идет не о "конфессиональных ценностях" как таковых, поскольку требования этики уходят корнями в бытие человека и относятся к естественному нравственному закону. Они не требуют от того, кто защищает их, исповедовать христианскую веру, хотя Учение Церкви неизменно и повсеместно утверждает и защищает их как неотъемлемую часть своего служения истине о человеке и общем благе гражданского общества. Более того, нельзя отрицать, что политика должна обращаться к абсолютным принципам именно потому, что они служат достоинству личности и подлинному прогрессу человечества.

6. Упреки, которые нередко слышны по поводу обращения к "справедливой автономии участия католиков-мирян" в политике, требуют не только терминологического объяснения. Содействие общему благу общества в соответствии с велениями совести не имеет ничего общего с "конфессионализмом" и религиозной нетерпимостью. В учении Католической Церкви о морали "светскость", понимаемая как автономия гражданской и политической сфер от религиозной и церковной - но не от нравственной, - это ценность, которую не только принимает и признает Церковь, но которая также принадлежит наследию современной цивилизации [ср. II Ватиканский Собор. Пастырская Конституция о Церкви в современном мире "Gaudium et spes", п. 76]. Папа Иоанн Павел II неоднократно предупреждал об опасностях, которыми чревато смешение религиозной и политической сфер. "Есть довольно деликатные ситуации, в которых сугубо религиозные нормы превращаются - или есть тенденция к этому, - в государственный закон без учета разделения компетенции религии и политики. Отождествление религиозного закона с гражданским в действительности подавляет религиозную свободу, более того, ограничивает или полностью отрицает другие неотчуждаемые права человека" [Иоанн Павел II. "Se vuoi la pace, rispetta la coscienza di ogni uomo". Послание по случаю празднования Международного дня мира 1991 г. IV. AAS: 83 (1991), pp. 410-421]. Все верующие прекрасно осознают, что сугубо религиознаядеятельность (исповедание веры, богослужения, совершениеТаинств, богословские учения, взаимное общение священноначалия и мирян) не входит в компетенцию государства. Оно не должно вмешиваться в эту деятельность, чего-либо требовать или запрещать ее, кроме случаев, связанных с общественным порядком. Признание гражданских и политических прав, а также распределение общественного служения не могутбыть обусловлены религиозными убеждениями и деятельностью граждан.

Однако право и долг католиков и всех граждан искать истину, содействовать и законными средствамизащищать нравственные истины, затрагивающие общество, справедливость, свободу, уважение жизни и других прав личности, - это нечто совершенно иное. То обстоятельство, что некоторые из этих истин могут содержатся и в Учении Церкви, не приуменьшает законности политики и "автономии" участия в ней тех, кто привержен им, независимо от роли, которую в этом процессе сыграли разумный поиск и убеждения, продиктованные верой. "Автономия" в первую очередь касается личности, уважающей истины, которые проистекают из естественного знания о человеке, живущем в обществе, даже если их одновременно провозглашает какая-либо религия, ибо истина одна. Ошибочно смешивать личную независимость католиков в политической жизни с провозглашением принципа, который игнорирует нравственное и социальное Учение Церкви.

Учительство Церкви своим вмешательством в эту область не желает воспользоваться политической властью и упразднить свободу мнения католиков по данным вопросам. Напротив, оно стремится - в соответствии с возложенной на него функцией - наставить и просветить совесть верующих, особенно тех, кто участвует в политической жизни, чтобы их поступки неизменно способствовали полному развитию личности и достижению общего блага. Социальное Учение Церкви не вмешивается в управление государством. Оно затрагивает долг католиков-мирян быть нравственно последовательными, причем это является императивом, присущим самой совести. "В их бытии не могут существовать две параллельные жизни: с одной стороны, так называемая "духовная жизнь" с ее ценностями и потребностями, а с другой - так называемая "светская" жизнь, включающаясемью, работу, общественные связи, политические и культурные обязательства. Ветвь, привитая к лозе, которая есть Христос, приносит свои плоды в каждой области деятельности и бытия. Конечно, все различные области светской жизни включены в Замысел Бога, Который желает, чтобы они были "историческим местом" раскрытия и осуществления любви Иисуса Христа во славу Отца и для служения братьям. Каждый вид деятельности, каждая ситуация, каждая конкретная форма обязательств, как, например, профессиональная компетентность и солидарность в работе, любовь и преданность в семье и воспитание детей, социальное и политическое служение, защита истинных культурных ценностей, - все это есть дарованные Провидением возможности для "непрестанного совершенствования веры, надежды и любви" (II Ватиканский Собор. Декрет об апостольстве мирян "Apostolicam actuositatem", 4)" [Иоанн Павел II. Апостольское обращение "Christifideles laici", п. 59]. Христианин, живущий и поступающий по совести в вопросах политической жизни, не занимает слепо позицию аполитичности и не увлекается конфессионализмом, а вносит конкретный вклад в то, чтобы благодаря политике общество стало более справедливым и более подобающим достоинству личности.

В демократических обществах любые проекты свободно обсуждаются и рассматриваются. Те, кто, основываясь на уважении совести личности, считают, что нравственный долг христианина - поступать по совести - исключает его из политической жизни и отказывает в законном праве участвовать в политике в соответствии с его особыми представлениями об общем благе, впадают в своего рода нетерпимый секуляризм. Такая позиция не только отрицает привлечение христианства к общественной и политической жизни, но исключает саму возможность существования естественной этики. Если это произойдет,мир ступит на путь, ведущий к нравственной анархии, которая может оказаться чем угодно, но только не обоснованным плюрализмом. Очевидное последствие этого - подавление слабого сильным. Более того, маргинализация христианства не послужит ни благу будущего общества, ни достижению согласия между народами. Напротив, под угрозой окажутся духовные и культурные основы цивилизации [см. Иоанн Павел II. Обращение к дипломатам, аккредитованным при Святом Престоле // "L'Osservatore Romano", 11-I-2002].

IV. Соображения, касающиеся отдельных аспектов

7. В последние годы участились случаи, когда некоторые организации, основанные на католических принципах, оказывали поддержку политическим силам или движениям, чья позиция по фундаментальным вопросам этики противоречит моральному и социальному Учению Церкви. Такие поступки, идущие вразрез с основными принципами христианской совести, несовместимы с участием в организациях и объединениях, называющих себя католическими. Подобным образом некоторые католические СМИ в ряде стран внушали своим читателям сомнительные или некорректные политические убеждения, извращая идею независимости католиков в политике и не принимая к рассмотрению принципы, о которых шла речь выше.

Вера в Иисуса Христа, Который есть "путь, истина и жизнь" (Ин 14,6), призывает христиан прилагать огромные усилия для построения цивилизации, которая, вдохновляясь Евангелием, вновь укажет человечеству на ценности и богатство, заключенные в Католическом Предании. Сегодня представляется насущно необходимым и безотлагательным стремление предложить современной культуре плоды духовного, интеллектуального и нравственного наследия католичества, чтобы разрушить культурное "гетто" католиков. Более того, культурные достижения и зрелый опыт участия католиков в политической жизни разных стран, особенно после II Мировой войны, не оставляет места для возникновение "комплекса неполноценности" в сравнении с программами политических сил, слабость и полную несостоятельность которых показало недавнее прошлое. Недостаточно и неплодотворно полагать, что участие католиков в общественной деятельности может ограничиваться лишь трансформацией структур, поскольку, если в их основу не заложена культура, способная принять, одобрить и претворить в жизнь принципы, продиктованные верой и нравственностью,перемены будут строиться на хрупком основании.

Христианское Вероучение никогда не претендовало на то, чтобы навязать жесткие рамкисоциальным и политическим вопросам, осознавая, что историческое измерение заставляет людей жить в несовершенных условиях, которые, кроме того, подвержены быстрым изменениям. Поэтому христиане должны отказаться от политических позиций и деятельности, вдохновленных утопической перспективой, которая, превращая предание Библейской веры в некое подобие безбожного пророческого видения, препятствует исповеданию религии, направляет совесть человека к исключительно земным чаяниям, выхолащивает и пересматривает христианское стремление к вечной жизни.

В то же время Церковь учит, что без истины нет подлинной свободы. "Истина и свобода или существуют вместе, или же вместе погибают жалким образом" [Иоанн Павел II. Энциклика "Fides et ratio", п. 90. AAS: 91 (1999), pp. 5-88]. В обществе, в котором либо не помнят об истине, либо не стремятся к ней, ослабляется любая форма использования подлинной свободы, открывается дорога к безнравственности и эгоизму, наносится ущерб защите блага личности и всего общества.

8. В связи с этим полезно напомнить истину, которую сегодня общественное мнение зачастую неверно понимает и формулирует: право на свободу совести и, особенно, вероисповедание, - как сказано в Декларации II Ватиканского Собора о религиозной свободе "Dignitatis humanae", - основано на онтологическом достоинстве личности, а не на якобы существующем равенстве всех религий или культурных систем, созданных человеком [см. II Ватиканский Собор. Декларация о религиозной свободе "Dignitatis humanae", п. 1: "Священный Собор прежде всего исповедует, что Сам Бог открыл роду человеческому путь, на котором, служа Ему, люди могут спастись во Христе и достичь блаженства. Мы веруем, что эта единая истинная религия наличествует в Католической и Апостольской Церкви..." Однако это не уменьшает искреннего уважения, которое Церковь питает к различным религиозным традициям, и даже признает, что в них присутствуют "элементы истины и добра". Ср. II Ватиканский Собор. Догматическая Конституция о Церкви "Lumen gentium", п. 16. Декрет "Ad gentes", п. 11. Декларация "Nostra aetate", п. 2. Иоанн Павел II. Энциклика "Redemptoris missio", п. 55, AAS: 83 (1991), pp. 249-340. Конгрегация Вероучения. Декларация "Dominus Iesus", пп. 2; 8; 21. AAS: 92 (2000), pp. 742-765]. Размышляя над этим, Папа Павел VI учил, что "Собор никоим образом не основывает право на свободу вероисповедания на том, что религии и учения, включая ошибочные, более или менее равноценны; это утверждение основано, скорее, на достоинстве личности, которое требует, чтобы совесть в поиске истинной религии и верности ей не подчинялась внешнему давлению" [Павел VI. Обращение к Святой Коллегии и Римской Прелатуре. In: "Insegnamenti di Paolo VI". 14 (1976), pp. 1088-1089]. Следовательно, учение о свободе совести и вероисповедания не противоречит осуждению Вероучением Католической Церкви религиозного безразличия и релятивизма [см. Пий IX. Энциклика "Quanta cura". AAS: 3 (1867), p. 162; Лев XIII. Энциклика "Immortale Dei". AAS:18 (1885), pp. 170-171; Пий XI. Энциклика "Quas primas", AAS: 17 (1925), pp. 604-605; Катехизис Католической Церкви, п. 2108; Конгрегация Вероучения. Декларация "Dominus Iesus", п. 22], напротив, оно полностью соответствует ему.

V. Заключение

9. Цель принципов, изложенных в настоящей Ноте, - пролить свет на один из наиболее важных аспектов единства христианской жизни: соответствие между верой и жизнью, Евангелием и культурой, как учит II Ватиканский Собор. Он призывает христиан, "чтобы они старались верно исполнять свои земные обязанности, руководствуясь духом Евангелия. Отступают от истины те, кто, зная, то "мы не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего", полагают поэтому, будто могут пренебрегать своими земными обязанностями, забывая о том, что уже сама вера еще строже заставляет их выполнять эти обязанности согласно призванию, к которому призван каждый. <...> Пусть христиане скорее радуются тому, что могут исполнять всю свою земную деятельность, сочетая в едином жизненном синтезе человеческие, семейные, профессиональные, научные и технические усилия с благами религиозными, чтобы в подчинении высшему порядку этих благ все устроялось ко славе Божией" [II Ватиканский Собор. Пастырская Конституция о Церкви в современном мире "Gaudium et spes", п. 43. Ср. также Иоанн Павел II. Апостольское обращение "Christifideles laici", п. 59].

Верховный Понтифик Иоанн Павел II на аудиенции 21 ноября 2002 г. одобрил настоящую Ноту, принятую на очередной сессии Конгрегации, и распорядился, чтобы она была опубликована.

Кардинал Йозеф Ратцингер, префект;

Архиепископ Тарчизио Бертоне, секретарь;

Рим, резиденция Конгрегации Вероучения,

24 ноября 2002 г., в торжество Христа - Царя Вселенной

 

 
 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова