Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 



Энтони Лестер

Свобода слова и религия - вечный конфликт в период избирательной модернизации.

Из ежеквартальника "Сравнительное конституционное обозрение" № 3, 2006 г. (ранее - "Конституционное право: Восточноевропейское обозрение").

См. права человека.

Свобода слова, так же как и принцип равенства и свобода вероисповедания, является фундаментальным гражданским и политическим правом. Его защита должна занимать центральное место в либерально-демократическом обществе. Свобода слова означает право каждого распространять информацию и высказывать идеи без государственного вмешательства и контроля, невзирая на межгосударственные границы.

Международные акты о правах человека широко трактуют свободу слова, но в отличие от Первой поправки к Конституции США содержат и определенные исключения. Право на свободное выражение мнений закреплено в Международном пакте о гражданских и политических правах, в европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод и других региональных актах о правах человека, а также в национальных конституциях и законах. Исключения, допускаемые этими документами, могут быть с легкостью истолкованы и применены таким образом, что будет уничтожена сама суть этого права. Поэтому крайне важно, чтобы суды и другие государственные органы осуществляли ограничительное толкование таких исключений.

Право на свободу слова не является абсолютным, однако оно включает в себя право распространять информацию и высказывать идеи, которые могут оскорбить, потрясти или обеспокоить государство и общественность. И это признается Европейским Судом по правам человека, хотя практика Суда противоречива, а в некоторых случаях в ней недостает единого принципиального подхода.

В отличие от выступлений, призывающих к совершению противоправных действий в отношении верующих, выступления, сами по себе неуважительные к той или иной конфессии, должны защищаться законом, хотя могут быть оскорбительными и содержать критику в адрес религиозных учений и культов.

Пресекать пропаганду религиозной ненависти и наказывать за нее можно только в тех случаях, когда она содержит призывы к насилию, вражде или дискриминации. Такой подход соответствует международным стандартам, которые требуют от государств запрещать определенные формы религиозной и расовой ненависти. Например, пункт 2 статьи 20 Международного пакта о гражданских и политических правах закрепляет: "Всякое выступление в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющее собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, должно быть запрещено законом". Пункт "а" статьи 4 Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации обязала подписавшие ее государства "объявить караемым по закону преступлением всякое распространение идей, основанных на расовом превосходстве или ненависти, всякое подстрекательство к расовой дискриминации, а также все акты насилия или подстрекательство к таким актам, направленным против любой расы или группы лиц другого цвета кожи или этнического происхождения".

В целях защиты свободы слова Великобритания и США сделали оговорки к данным нормам. Оговорка Великобритании к Международному пакту о гражданских и политических правах толкует статью 20 Пакта как относящуюся и к свободе слова, и к свободе собраний и объединений, а также предусматривает право Великобритании не принимать законодательных актов в данной сфере. Соединенные Штаты также заявили, что не будут принимать специальных законов, ограничивающих закрепленные в Конституции свободу слова и свободу объединения.

Оговорки к Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации приблизительно такие же.

При реализации свободы слова и свободы вероисповедания возникает ряд непростых вопросов. Среди них можно выделить следующие:

— Какое поведение может повлечь за собой уголовное наказание?

— Охватывает ли такое поведение только угрожающие или также оскорбительные действия и высказывания?

— Ограничивается ли оно умышленными действиями или может включать в себя небрежное отношение к последствиям или даже простую вероятность разжигания ненависти?

— Должна ли существовать причинно-следственная связь между действиями и последствиями, такими, например, как применение насилия или угрозы насилием?

— Должен ли закон по-разному относиться к высказываниям, способным разжечь расовую и религиозную ненависть, на том основании, что в первом случае затрагивается человеческая природа и естественные права, а во втором подвергаются нападкам обряды и верования, которые должны быть открыты, возможно, даже для резкой и оскорбительной критики?

— Должен ли закон в явной форме защищать свободу слова и избегать влияния на нее неточных дефиниций и правоприменительной практики?

— Есть ли необходимость вводить требование о том, что уголовное преследование не может быть начато без согласия прокурора или другого компетентного должностного лица? Послужит ли это гарантией общественным интересам или же станет причиной политических манипуляций и появления двойных стандартов в системе правосудия?

— Будет ли принятие таких норм способствовать снижению ненависти и насилия или же приведет к противоположным результатам?

Эти вопросы требуют ответа от законодателей и судов, от ученых-юристов и адвокатов. Это не просто теоретические вопросы. От того, какие ответы будут на них даны, зависит отношение общества к оскорбительной критике религиозных учений. Публикация датских карикатур на пророка Мухаммеда, параллели, проводимые между исламом и терроризмом, массовые выступления мусульман по всему миру показывают важность внимательного отношения к этим областям уголовного права, применения уголовно-правовых норм в соответствии с принципами, на которых основывается свобода слова и ее ограничения. Отсутствие подобных массовых выступлений в случае с вульгарными антисемитскими карикатурами фашистского толка, распространенными в некоторых мусульманских странах, является примером того, как с легкостью могут быть использованы двойные стандарты. Практика применения двойных стандартов недавно была продемонстрирована и в Великобритании, когда широко известный мусульманский политический лидер заявил о своем праве оскорбительно осуждать гомосексуализм как нравственное зло. При этом он добивался принятия закона, который защитил бы ислам от словесных оскорблений.

Многие государства исполняют свои международные обязательства путем принятия законов, запрещающих клевету в адрес групп граждан, подстрекательство к расовой или религиозной ненависти, а в некоторых случаях и отрицание Холокоста. Также существуют законы о богохульстве, направленные на защиту религиозных верований, предметов культа и самого бога от оскорблений и посягательств.

Подходы к данному вопросу в США, европейских и других странах существенно различаются. Подход США, основывающийся на Первой поправке к Конституции, заключается в том, что выражение мнений ненаказуемо и не должно подвергаться цензуре. Классическая позиция США такова: оскорбительное высказывание не должно быть наказуемо до тех пор, пока оно умышленно не склоняет к насилию или не представляет собой преступление, например запугивание (или шантаж) или агрессию. Эта позиция очень близка к идее, выраженной в Американской Конвенции о правах человека.

Согласно европейскому подходу, возбуждение ненависти и дискриминация являются наказуемыми даже в тех случаях, когда высказывание не угрожает общественному порядку (более широкое понятие, чем насилие).

Практика Страсбургского Суда по данному вопросу не вполне развита. Однако на основе его решений можно сделать вывод, что, по мнению Суда, высказывание, склоняющее к насилию и проявлению ненависти, уголовно наказуемо лишь в том случае, если лицо умышленно склоняло других к насилию или ненависти и действительно могло добиться этого результата.

В заключение мне хотелось бы прокомментировать ситуацию, связанную с датскими карикатурами. Несмотря на их неуместность и неприемлемость, на мой взгляд, они не представляли собой угрозы и, если бы дело происходило в Великобритании и новый британский Акт о религиозной ненависти имел силу, они не попали бы под действие этого акта. Здесь уместно вспомнить, что существует множество жестоких антисемитских и антиизраильских карикатур и комиксов, которые появляются в прессе стран Ближнего Востока, что свидетельствует о том, что эта проблема связана не только с мусульманским обществом. Поэтому важно сформулировать ряд основных принципов:

— В демократическом обществе не существует такого права, как право не быть оскорбленным.

— Критическое замечание не может быть выражено в менее оскорбительной форме без изменения его содержания.

— Если меньшинства хотят, чтобы право защищало их от дискриминации, они должны терпеливо относиться к оскорблениям и насмешкам со стороны оппонентов, которые выступают против законодательных изменений в интересах меньшинств, ведь мы живем в демократическом обществе. Религия (любая) должна соблюдать принципы демократии, а не наоборот.

— Опасность принятия новых законов о богохульстве можно оценить на примере стран, где были установлены уголовные наказания в отношении редакторов газет (Иордания, Йемен, Алжир), а также запрещены издания, опубликовавшие соответствующие карикатуры (Йемен, Алжир, Малайзия).

Религия и вера являются категориями, которые не поддаются точному правовому определению: они относятся к области теологии и философии и подвержены сильному влиянию истории и политики, традиций и культуры. Граница, отделяющая религиозные верования от политических убеждений, также размыта, и не только потому, что религия часто используется в политических целях. Весьма нечетко и различие между агрессивной ненавистью к верующему и абстрактной неперсонифицированной неприязнью к его убеждениям.

Было бы хорошо постоянно держать в памяти высказывание Соли Сорабджи, бывшего Генерального прокурора Индии: "Опыт показывает, что уголовное право, запрещающее ненавистнические высказывания и выступления, будет стимулировать нетерпимость, враждебность и необоснованное ограничение свободы слова.

Христиане-фундаменталисты, набожные мусульмане и благочестивые индусы будут искать способы, чтобы привести в действие этот механизм уголовного преследования против религий, догматов и культов друг друга. Это все чаще и чаще случается в Индии. Нам больше не нужны репрессивные законы, нам нужна свобода слова, чтобы победить фанатизм и добиться терпимости в обществе". Стоит последовать этому совету.

Энтони Лестер — член Палаты лордов, почетный председатель Международного центра юридической защиты прав человека, практикующий адвокат, г.Лондон. Автор благодарит Кейт Биатье за помощь в подготовке данного материала. Данная статья подготовлена на основе доклада, представленного на конференции "Свобода слова и религия — вечный конфликт в период избирательной модернизации" (Frее Sреесh апd Religion: Тhе Еternal Сопflict in thе Аge оf Sеlесtive Моdernization), состоявшейся в Будапеште 11 — 13 мая 2006 года.

Перевод с английского А. Титова


 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова