Ко входуЯков Кротов. Богочеловвеческая историяПомощь
 

 

ИСТОРИЯ ГРУЗИИ

К оглавлению

Глава XIII. Борьба грузинского народа против монгольского владычества

§ 1. ВНУТРЕННЕЕ ПОЛОЖЕНИЕ ГРУЗИИ В НАЧАЛЕ

XIII ВЕКА

В первой четверти XIII в. Грузия представляла собой могущественное феодальное государство, которое нанесло поражение турецким захватчикам и обрело политическую независимость.

Грузинское общество находилось на той ступени феодального развития, когда господствующий класс азнауров в своем большинстве превратился в консервативную силу, между тем как третье сословие, призванное обеспечить дальнейшее прогрессивное движение общества, еще не созрело для активного независимого выступления на политическую арену. Таким образом, Грузия переживала эпоху кризиса феодального развития. Стране недоставало внутренней спаянности, и это ясно отражалось на устойчивости ее государственного строя и военной организации.

В указанную эпоху грузинское государство состояло из собственно Грузии и вассальных «домов» (вассальных владений). Зависимость последних от Грузии закреплялась преимущественно военной силой; поэтому вассалы всегда готовы были отложиться от патрона, как только находили подходящий момент.

Многочисленность вассалов грузинского царя являлась свидетельством могущества грузинского феодального государства, но не источником его мощи.

Типичную для периода политического кризиса картину представлял и государственный строй Грузии.

Тринадцатилетний политический кризис, ослабивший страну в последней четверти XII в. (1177 — 1191), как известно, не закончился полной победой родовитых азнауров, но ограничение царской власти советом дидебулов (дарбаз) было нее же большим политическим успехом «сторонников карави».

Родовитые азнауры решительно восстали против участия «безродных» в управлении страной. Политический успех знати воодушевил ее к дальнейшему завоеванию личных привилегий.

«Сопричастные к царству» дидебулы не замедлили воспользоваться своими правами. Усилилась тенденция к раздаче поместий, высших должностей и передаче «земель» в наследственное управление. Царь, ограниченный формулой «сотрудничество и единоволие» дарбаза, иногда жаловал пограничным владетелям земли, освобожденные от турок. Постепенно на окраинах Государства выдвинулись крупные эриставы-эриставов, — «бесспорные обладатели» своих земель. Усиленные, таким образом, эриставы-эриставов начинали борьбу за право быть признанными властителями-мтаварами, пытаясь добиться для своих владений налогового и судебного, иммунитета. Некоторым из них это удавалось, они становились, в конце концов, «мтаварами» и «сидящими на царском месте». Конечно, такое должностное лицо стремилось занять положение, характеризуемое лишь вассальной зависимостью от царя-царей; если такой феодал не пытался отложиться и оставался «преданным» своему государю, на то была определенная причина: в каждом отдельном самтавро, связанном своими интересами с остальной Грузией, имелись прогрессивные силы, действовавшие за единение страны. К таким силам относились города, экономические интересы которых требовали защиты единства и порядка в стране, а также и дидебул-азнауры (с их «зависимыми»), которые не могли мириться с превращением эристава-эриставов в государя и боролись против стремления к узурпации ими царской власти; опасения внушаемые стоявшими у границ Грузии кочевыми тюркскими племенами, также не способствовали сепаратистским стремлениям мтаваров.

§ 2. БОРЬБА ПРОТИВ ХОРЕЗМИЙЦЕВ

Первое появление монголов

В XIII и. культурный мир Востока оказался перед великим историческим испытанием. Из Центральной Азии двинулись сюда орды татаро-монголов.

В Грузию монголов привела война с хорезмийцами. Монголы разбили хорезмийского правителя Мухаммеда и вынудили его покинуть пределы своей страны — Хорезма. Однако монгольский властитель Чингисхан не удовлетворился этим. Для преследования и захвата в плен хорезмшаха (так титуловали правителей Хорезма) он выделил специальное войско, состоявшее из 20.000 воинов, под начальством Джебе и Субудая. Монголы прошли Иран, Иранский Азербайджан, по, потеряв следы Мухаммеда, уже намеревались возвратиться в орду через Дербент по берегу Каспия. Им было поручено Чингисханом также разведать неизвестные монголам культурные районы. В 1220 г. монголы достигли границ Грузии.

Грузины быстро собрали войско, которое под начальством царя Георгия Лаша напало на врага. Однако, незнакомые с военной тактикой монголов, грузины потерпели поражение. Монголы перезимовали в Мугани и на следующий год повторили попытку вторгнуться в Грузию. На этот раз грузины встретили врага хорошо подготовленные и вынудили монголов уйти через горы в страну кипчаков (на Северный Кавказ). Успех в битве с передовым отрядом монголов в Грузии сочли тогда за окончательную победу над противником.

Царь Георгий Лаша, получивший ранение в битве с монголами, умер в 1222 г.

Поскольку после Георгия Лаша не осталось законного наследника престола, то, по утверждению дарбаза, царицей Грузии стала его сестра, дочь Тамары — Русудана.

О монголах в Грузии знали очень немного. Известно было, что этот народ нанес поражение могущественному правителю Хорезма. Грузины, увлеченные борьбой против турок, считали поначалу татаро-монголов христианами, поскольку они притесняли мусульман.

Грузины решили, что татаро-монголы появились в их стране случайно и, после отступления монгольского отряда на север, о монгольской опасности не было и речи. Царский двор занялся подготовкой крестового похода для освобождения. Иерусалима от турок.

Однако этим планам не суждено было осуществиться. С 1222 г. по 1225 г. Грузия вела мелкие войны за возвращение отложившихся или за приобретение новых данников в Малой Азии и Иране.

Поход хорезмийцев в Грузию

Теперь грузины могли действовать еще более свободно. Расчлененный Иран был слишком слаб, а огромное мусульманское государство — Хорезм, правитель которого претендовал на господство над восточными мусульманами и мнил себя вторым Александром Македонским, было разгромлено и разрушено монголами. Хорезмшах Мухаммед погиб в изгнании, а его наследник Джелал-ад-дин, также бежавший, пытался закрепиться в Иране, чтобы организовать борьбу против монголов.

Джелал-ад-дину удалось объединить Западный Иран. Азербайджанского атабага Узбега подчинил себе еще правитель Хорезма Мухаммед. В 1225 г. Джелал-ад-дин объявил себя даже патроном закавказских земель — Рана и Ширвана. Сделав подобный шаг, он хорошо сознавал, что ему не миновать войны с Грузией — и, после необходимой подготовки, начал её первый.

Хорезмшах собрал большое войско и потребовал от Грузии подчинения, а соседним мусульманским владетелям он сообщил, что выступает в поход, чтобы положить конец господству и притеснениям со стороны «неверных» грузин и восстановить могущество ислама.

Царский двор Грузии отнесся к угрозе хорезмшаха не с должной серьезностью. Отпустил его посла, не дав ему никакого ответа и, не спеша, начал готовиться к войне. Джелал-ад-дин воспользовался этим и с огромным войском неожиданно вторгся в пределы Грузии, разорил окрестности города Двина и направился на Гарниси, куда уже перед тем прибыло грузинское войско под начальством известного деятеля времен царствования Тамары — атабага Иванэ.

Стоявшие в Гарниси грузинские отряды ожидали подхода вспомогательных сил. Хорезмшах разгадал замыслы грузинских военачальников и первым нанес удар грузинским войскам. В битве грузины потерпели поражение. Джелал-ад-дин взял Двин, привел свои войска в порядок и двинулся на Тбилиси.

В декабре 1225 г. Джелал-ад-дин подступил к Тбилиси и взял его, воспользовавшись предательством мусульманской части населения города. Хорезмшах с фанатической жестокостью истреблял христиан, грабил и разрушал богатый город.

Карательное войско Джелал-ад-дина заняло всю Восточную Грузию и Армению. Султан осадил Аниси и Карс, но взять их не смог. Тогда он выступил против Хлата, владетель которого не захотел примкнуть к хорезмшаху.

Тем временем грузинское войско, оправившись, перешло в наступление. Грузины взяли Тбилиси и истребили гарнизон Джелал-ад-дина. После этого они выступили в Шаки и Ширван и освободили города Шаки и Кабала. Джелал-ад-дин снял осаду города Хлата, взять который ему не удалось, и снова направился в Грузию.

Теперь уже против Джелал-ад-дина восстала не только Грузия, но даже мусульманские земли — Рум, Шам и Хлат. Их правители вступили в переговоры с царским двором Грузии, предложив ему план совместной борьбы против хорезмшаха. Джелал-ад-дин постиг замысел врагов и решил разбить их поодиночке; прежде чем союзники успели собраться вместе, Джелал-ад-дин вторгся в Грузию. Битва произошла в Болниси в начале 1228 г. Джелал-ад-дин выиграл её, овладел Тбилиси и быстро возвратился под Хлат, но нового похода в Грузию он предпринять уже не успел.

В 1230 г. Джелал-ад-дину сообщили, что монголы подступили к Иранскому Азербайджану. Хорезмийский правитель не смог собрать сколько-нибудь значительных сил, способных противостоять врагу, и вынужден был бежать. Лишенный свиты и войск, он погиб во время бегства.

Джелал-ад-дин был талантливым полководцем и смелым воином, но организовать сопротивление монголам на Ближнем Востоке он, конечно, не мог. Хорезмийский правитель пришел сюда, как завоеватель. Еще отец Джелал-ад-дина, Мухаммед, намеревался завоевать Ближний Восток и грозил Багдадскому халифу отнять у него столицу. Поэтому монголов, преследовавших Мухаммеда и Джелал-ад-дина, считали своими союзниками не только христианские народы, но и мусульманские владетели.

Пятилетнее хозяйничанье Джелал-ад-дина подорвало силы народов Ближнего Востока и Закавказья и способствовало военному и политическому успеху монголов.

§ 3. ЗАВОЕВАНИЕ ГРУЗИИ МОНГОЛАМИ

Монголы. Их социально-экономический строй

Родина монголов — Центральная Азия (территория нынешней Монгольской Народной Республики).

Монголы вели кочевой образ жизни. Монгольские племена, жившие в лесах, промышляли охотой и рыбной ловлей; другие, кочевавшие в долинах, занимались скотоводством: летом со всем своим имуществом они поднимались на горные пастбища, а зимой спускались в долины. Земледелие не было им знакомо. Главной отраслью хозяйства этих кочевников было коневодство. Лошадь и монгол были неотделимы друг от друга. Монгол охотился, сражался и передвигался верхом на лошади, на лошади же он перевозил свое имущество, питался кумысом и кониной.

Но охота и скотоводство не обеспечивали монголам необходимого пропитания, недостающее продовольствие они пополняли, занимаясь разбоем и набегами.

Разбой и набеги были той же войной. Для монголов они являлись обычным промыслом.

К началу XIII в. среди монгольских племен родовой строй уже в значительной мере разложился, наметились первые ростки классового общества. На этой почве стало возможным возникновение раннефеодального монгольского государства, главным организатором которого был Темучин. В кровавой борьбе он беспощадно уничтожил своих соперников и объединил кочевые племена. В 1206 г. съездом монгольских старейшин Темучин был признан повелителем монголов. После этого, он стал называться Чингисханом (букв. «великий хан»).

Чингисхан создал военную организацию, соответствовавшую общественному строю его государства: он ловко сочетал интересы молодой феодальной аристократии с пережитками родового строя. Татаро-монгольское население Чингисхан разделил на «десятки», «сотни», «тысячи» и «десятки тысяч». «Десяток» составляли десять воинов, «сотню» — сто «тысячу» — тысяча воинов и т. д.

Каждая единица имела своего военного старшину, права которого над подчиненными были неограниченными. Осуществлению строжайшей дисциплины способствовало и то, что и в сотни и даже и тысячи обычно входили воины из одного рода и племени. Для объединенных родовыми традициями воинов были чужды взаимная вражда и предательство. Монгольское войско было цельной, сплоченной, дисциплинированной силой. С ним, конечно, не могли сравниться в отношении дисциплины и стойкости ни турецкое, ни грузинское феодальные войска, где взаимная вражда и соперничество мтаваров или дидебулов нередко сводили на нет самоотверженность рыцарей-азнауров. Монголы были прекрасно вооружены. Оружием их снабжали купцы промышленно развитых стран. Что же касается порядка мобилизации и снабжения продовольствием, то монгольское войско и в этом отношении обладало огромным преимуществом по сравнению с войсками феодальных стран. При каждом десятке и каждой сотне воинов находился в походе и источник их продовольствия — табуны лошадей, а урон в войске восполнялся немедленно, поскольку за войском следовали «жены и дети» монголов, или все то «население» (орда), от которого выставлялись эти десятки, сотни, тысячи. В результате монголы были способны вести длительную маневренную войну, в то время как возможности феодального войска в этом отношении были сильно ограничены.

В XIII в. на мировую арену, таким образом, выступило новое государство. С исключительной быстротой оно завладело огромной частью Азии и Европы, объединив захваченные земли в державу невиданных до того размеров.

Хорезмшах Мухаммед, который претендовал на мировое господство и считал себя единственным султаном мусульманских государств, оказался совершенно бессильным перед лицом монгольской опасности. Чингисхан, как отмечено выше, разбил Мухаммеда и завладел Закаспийской областью (Хорезмом), после чего решил захватить культурные страны Ближнего Востока. Выделив 40.000 воинов, он поручил четырем своим военачальникам вести их на Иран. Это было то самое войско монголов, которое в 1230 г. подступило к границам Южного Азербайджана.

Причины поражения в борьбе с монголами

В завоевании Ближнего Востока монголам способствовало то немаловажное обстоятельство, что к ним сразу же во множестве потянулись обиженные и порабощенные участники классовой или внутриклассовой борьбы: недовольные своим положением азнауры, притесняемые мтаваром дидебулы, преследуемые властями разбойники, уставшие от насилий феодалов купцы.

Монголы, на данном этапе своей завоевательной политики, проявляли веротерпимость. Служители различных культов пользовались у них почетом и освобождались от дани. Так, самый авторитетный носитель средневековой идеологии — духовенство оказалось на стороне монголов.

Христианская церковь проповедовала, что монголы были «наказаньем божьим», которое всевышний ниспослал на грешные страны. Вместо того, чтобы поднимать народ на борьбу, церковь проявляла примиренчество по отношению к завоевателям.

Благоприятно сложившиеся для монголов обстоятельства помогли им со сказочной быстротой брать самые неприступные крепости, густонаселенные города, нанося поражение непобедимым войскам. От них, запуганные, бежали и прятались гордые государи и когда-то бесстрашные воины.

Разоренная пятилетним хозяйничаньем Джелал-ад-дина Грузия не успела еще залечить полученные раны, как монголы уже захватили Иранский Азербайджан и переступили границы Грузинского царства. Это случилось в 1235 году. Одна за другой пали крепости, города, и в 1240 году вся Восточная Грузия оказалась в руках монголов. В городах-крепостях стояли монгольские гарнизоны, а зимние и летние пастбища Грузии занимали монгольские орды.

Монголы сразу же лишили Грузию её вассальных владений и признали «Гурджистан» (грузинское царство) только в его собственных границах — в пределах закавказского христианского мира.

Монголы завоевали всю Грузию без особых военных усилий. Когда захватчики вступали в пределы страны, их встречали с изъявлением покорности многие крупные азнауры, за что эти последние в виде милости получали, уже из рук новых хозяев, как собственные поместья, так и земли, владельцы которых не покорялись монголам.

Грузинское войско распалось. Мсахуртухуцес Варам Гагели первый покинул свое эриставство и переселился в Аджару. Мандатуртухуцес Шанше Мхаргрдзели покинул Лоре и Аниси, а амирспасалар атабаг Аваг, бросив страну на произвол судьбы, заперся в неприступной крепости Каэни.

Монголы взяли Шамхор, Лоре, Дманиси, Самшвилде, Аниси. Царица Русудана переселилась из Тбилиси в Кутаиси. Тбилиси по приказу царицы был подожжен. Монголы без боя заняли подожженный город.

После этого монголы осадили Каэнскую крепость. Атабаг Аваг предпочел заключить С ними мир. Монголы под клятвой обещали Авагу безопасность и предоставили ему управление подвластной ему ранее территорией, поставив, однако, в крепостях свои гарнизоны.

Таким образом, везир грузинского царя атабаг-амирспасалар подчинился врагу со всей управляемой им страной в то время, как царица Грузии еще находилась в состоянии войны с монголами.

Примеру атабага Авага последовали Варам Гагели, Шанше Мхаргрдзели и другие мтавары Эрети-Кахети, Картли и т. д. Наконец, после непродолжительной борьбы, с согласия царицы Русуданы, монголам подчинился и мтавар Самцхе — Кваркваре Джакели.

Взаимоотношения грузинского царя с монголами

Царица Русудана, не сумевши организовать отпор врагу, стала просить о помощи папу римского. Но и эта попытка оказалась бесплодной. Тогда царица Русудана решила вступить в переговоры с монголами. Для ведения переговоров из Кутаиси на берега Волги к хану Батыю было снаряжено посольство во главе с мцигнобартухуцесом Арсеном.

Результатом переговоров явилось монголо-грузинское соглашение: царица Русудана признала над Грузией верховную власть монгольского хана; в Восточной Грузии, как в стране, завоеванной монголами, наряду с грузинскими властями правили ханские чиновники и стояли монгольские отряды. В Западной Грузии, которая монголами была покорена не силой оружия, полностью сохранялась власть грузинского царя. Грузия ежегодно обязана была выплачивать хану 50.000 перперов (золотые монеты) и принимать участие в монгольских походах; хан, со своей стороны, признавал Давида, сына Русуданы, царем всей Грузии. Царица Русудана и её сын Давид в 1242 — 1243 гг. переехали из Кутаиси снова в Тбилиси.

Вскоре Русудана послала своего сына Давида, в сопровождении грузинских дидебулов, для утверждения на царство, в ставку хана Батыя, откуда Давид был отправлен в Монголию, в Каракорум, к великому хану Мангу. Давида надолго задержали в орде.

Тем временем, в 1245 г., царица Русудана умерла, и в Грузии настало время междуцарствия.

Монгольское управление в Грузии

После смерти Русуданы монголы организовали управление Грузией по своему образцу, считая страну, монгольским наместничеством. Они расчленили её территорию на восемь думанов[1]. Один из думанов составляли Эрети и Кахети и расположенные к востоку от них общины (до Шамахийских гор). Начальником этого думана был назначен Эгарслан Бакурцихели. Другой думан, который составляли Нижняя Картли и прилегавшие к ней с востока земли (до Шамхора), управлялся мсахуртухуцесом Варамом Гагели. Третий думан составляли армянские земли, и его начальником стал мандатуртухуцес Шанше; четвертый думан, Внутреннюю Картли, поручили Григолу С у р а м е л и; пятый думан. Джавахети, управлялся ГамрекеломТорели; шестой думан — остальная Месхети (до Эрзерума) — был подчинен Кваркваре Джакели. Западную Грузию монголы разделили на два думана, во главе которых поставили Цотне Дадиани и эристава области Рача. Начальники думанов обязаны были принимать участие в монгольских походах, собирать с населения дань.

Разделение Грузии на думаны в период междуцарствия еще более усиливало грузинских «мтаваров», нарушало связь между землями, способствовало их политическому обособлению.

Дань, выплачиваемая хану, была поначалу относительно небольшой, но зато тяжелым бременем легла на население воинская повинность, которую монголы налагали на все завоеванные и покоренные ими страны.

С этого времени Грузия была вынуждена всеми своими вооруженными силами принимать участие в бесконечных войнах монголов. Начиная с 1246 г., грузинские думаны обязаны были выставлять для участия в монгольских походах двадцать процентов мужского населения. Длительные походы гибельно сказывались на состоянии феодальных хозяйств, страна разорилась, приходила в упадок. Все это вызывало у грузинского народа глубокое недовольство, порождало мысль о восстании против монголов.

Заговор в Кохтастави

Еще в период междуцарствия грузинские дидебулы Эгарслан Бакурцихели, Цотнэ Дадиани, Варам Гагели, Кваркваре Джакели, Шота Купри, Гамрекел Торели, Саргис Тмогвели, Торгва Панкели и некоторые другие феодалы, собрались в крепости Кохтастави (в Джавахети). Они решили восстать против монголов, назначив и место сбора и время начала совместных действий. Однако среди заговорщиков, видимо, нашелся предатель: большинство участников заговора были захвачены на месте сбора и взяты под арест. Их отвезли в Аниси, где находился тогда монгольский нойон (правитель). Поскольку арестованные упорно отрицали намерение поднять восстание, единодушно выставляя причиной собрания в Кохтастави — мнимое желание упорядочить сбор татарской дани, то дидебулов, по приказу нойона, раздели догола и выставили на солнцепек, чтобы пыткой добиться у них признания.

Цотне Дадиани, который случайно избежал ареста узнал о судьбе своих товарищей и, не медля, отправился в Аниси, с решением добровольно разделить тяжелую участь своих единомышленников. Обнаженный, как и они, Дадиани занял место в ряду связанных соратников. Удивленные поведением Цотнэ, монголы на допросе услышали от него мужественный ответ: «Мои товарищи ни в чем не повинны, — заявил он, — а если можно наказывать невиновных, то пусть и я с ними вместе буду наказан».

Самоотверженность Цотнэ решила исход дела. Грузинский историк, рассказывающий об этом, утверждает, что благородство Дадиани убедило татар в невиновности арестованных, и всех заговорщиков освободили.

В Тбилиси имела место и другая попытка поднять восстание. Однако заговор и тут потерпел неудачу в результате измены.

Каждый из классов грузинского общества по-разному реагировал на бедствие, какое навлекли на Грузию монголы. Привилегированные, как это бывало во все времена в любом классовом обществе, старались переложить тяготы монгольского ига с собственных плеч на низшие сословия, пользуясь бедственным положением страны в собственных классово-сословных или личных интересах. По сообщению современника, грузинские феодалы с большой выгодой пользовались полученным от нойона правом разверстки и сбора дани в пользу монголов. Многие из крупных купцов, азнауров, церковных феодалов видели в новых завоевателях надежных защитников своих личных прав и привилегий.

Поэтому не все одинаково тяготились господством монголов, а значит, не могло быть и единства в борьбе против захватчиков.

[1] Думан (тьма) — военно-административная единица, выставлявшая десять тысяч ратников.

§ 3. ЗАВОЕВАНИЕ ГРУЗИИ МОНГОЛАМИ

Монголы. Их социально-экономический строй

Родина монголов — Центральная Азия (территория нынешней Монгольской Народной Республики).

Монголы вели кочевой образ жизни. Монгольские племена, жившие в лесах, промышляли охотой и рыбной ловлей; другие, кочевавшие в долинах, занимались скотоводством: летом со всем своим имуществом они поднимались на горные пастбища, а зимой спускались в долины. Земледелие не было им знакомо. Главной отраслью хозяйства этих кочевников было коневодство. Лошадь и монгол были неотделимы друг от друга. Монгол охотился, сражался и передвигался верхом на лошади, на лошади же он перевозил свое имущество, питался кумысом и кониной.

Но охота и скотоводство не обеспечивали монголам необходимого пропитания, недостающее продовольствие они пополняли, занимаясь разбоем и набегами.

Разбой и набеги были той же войной. Для монголов они являлись обычным промыслом.

К началу XIII в. среди монгольских племен родовой строй уже в значительной мере разложился, наметились первые ростки классового общества. На этой почве стало возможным возникновение раннефеодального монгольского государства, главным организатором которого был Темучин. В кровавой борьбе он беспощадно уничтожил своих соперников и объединил кочевые племена. В 1206 г. съездом монгольских старейшин Темучин был признан повелителем монголов. После этого, он стал называться Чингисханом (букв. «великий хан»).

Чингисхан создал военную организацию, соответствовавшую общественному строю его государства: он ловко сочетал интересы молодой феодальной аристократии с пережитками родового строя. Татаро-монгольское население Чингисхан разделил на «десятки», «сотни», «тысячи» и «десятки тысяч». «Десяток» составляли десять воинов, «сотню» — сто «тысячу» — тысяча воинов и т. д.

Каждая единица имела своего военного старшину, права которого над подчиненными были неограниченными. Осуществлению строжайшей дисциплины способствовало и то, что и в сотни и даже и тысячи обычно входили воины из одного рода и племени. Для объединенных родовыми традициями воинов были чужды взаимная вражда и предательство. Монгольское войско было цельной, сплоченной, дисциплинированной силой. С ним, конечно, не могли сравниться в отношении дисциплины и стойкости ни турецкое, ни грузинское феодальные войска, где взаимная вражда и соперничество мтаваров или дидебулов нередко сводили на нет самоотверженность рыцарей-азнауров. Монголы были прекрасно вооружены. Оружием их снабжали купцы промышленно развитых стран. Что же касается порядка мобилизации и снабжения продовольствием, то монгольское войско и в этом отношении обладало огромным преимуществом по сравнению с войсками феодальных стран. При каждом десятке и каждой сотне воинов находился в походе и источник их продовольствия — табуны лошадей, а урон в войске восполнялся немедленно, поскольку за войском следовали «жены и дети» монголов, или все то «население» (орда), от которого выставлялись эти десятки, сотни, тысячи. В результате монголы были способны вести длительную маневренную войну, в то время как возможности феодального войска в этом отношении были сильно ограничены.

В XIII в. на мировую арену, таким образом, выступило новое государство. С исключительной быстротой оно завладело огромной частью Азии и Европы, объединив захваченные земли в державу невиданных до того размеров.

Хорезмшах Мухаммед, который претендовал на мировое господство и считал себя единственным султаном мусульманских государств, оказался совершенно бессильным перед лицом монгольской опасности. Чингисхан, как отмечено выше, разбил Мухаммеда и завладел Закаспийской областью (Хорезмом), после чего решил захватить культурные страны Ближнего Востока. Выделив 40.000 воинов, он поручил четырем своим военачальникам вести их на Иран. Это было то самое войско монголов, которое в 1230 г. подступило к границам Южного Азербайджана.

Причины поражения в борьбе с монголами

В завоевании Ближнего Востока монголам способствовало то немаловажное обстоятельство, что к ним сразу же во множестве потянулись обиженные и порабощенные участники классовой или внутриклассовой борьбы: недовольные своим положением азнауры, притесняемые мтаваром дидебулы, преследуемые властями разбойники, уставшие от насилий феодалов купцы.

Монголы, на данном этапе своей завоевательной политики, проявляли веротерпимость. Служители различных культов пользовались у них почетом и освобождались от дани. Так, самый авторитетный носитель средневековой идеологии — духовенство оказалось на стороне монголов.

Христианская церковь проповедовала, что монголы были «наказаньем божьим», которое всевышний ниспослал на грешные страны. Вместо того, чтобы поднимать народ на борьбу, церковь проявляла примиренчество по отношению к завоевателям.

Благоприятно сложившиеся для монголов обстоятельства помогли им со сказочной быстротой брать самые неприступные крепости, густонаселенные города, нанося поражение непобедимым войскам. От них, запуганные, бежали и прятались гордые государи и когда-то бесстрашные воины.

Разоренная пятилетним хозяйничаньем Джелал-ад-дина Грузия не успела еще залечить полученные раны, как монголы уже захватили Иранский Азербайджан и переступили границы Грузинского царства. Это случилось в 1235 году. Одна за другой пали крепости, города, и в 1240 году вся Восточная Грузия оказалась в руках монголов. В городах-крепостях стояли монгольские гарнизоны, а зимние и летние пастбища Грузии занимали монгольские орды.

Монголы сразу же лишили Грузию её вассальных владений и признали «Гурджистан» (грузинское царство) только в его собственных границах — в пределах закавказского христианского мира.

Монголы завоевали всю Грузию без особых военных усилий. Когда захватчики вступали в пределы страны, их встречали с изъявлением покорности многие крупные азнауры, за что эти последние в виде милости получали, уже из рук новых хозяев, как собственные поместья, так и земли, владельцы которых не покорялись монголам.

Грузинское войско распалось. Мсахуртухуцес Варам Гагели первый покинул свое эриставство и переселился в Аджару. Мандатуртухуцес Шанше Мхаргрдзели покинул Лоре и Аниси, а амирспасалар атабаг Аваг, бросив страну на произвол судьбы, заперся в неприступной крепости Каэни.

Монголы взяли Шамхор, Лоре, Дманиси, Самшвилде, Аниси. Царица Русудана переселилась из Тбилиси в Кутаиси. Тбилиси по приказу царицы был подожжен. Монголы без боя заняли подожженный город.

После этого монголы осадили Каэнскую крепость. Атабаг Аваг предпочел заключить С ними мир. Монголы под клятвой обещали Авагу безопасность и предоставили ему управление подвластной ему ранее территорией, поставив, однако, в крепостях свои гарнизоны.

Таким образом, везир грузинского царя атабаг-амирспасалар подчинился врагу со всей управляемой им страной в то время, как царица Грузии еще находилась в состоянии войны с монголами.

Примеру атабага Авага последовали Варам Гагели, Шанше Мхаргрдзели и другие мтавары Эрети-Кахети, Картли и т. д. Наконец, после непродолжительной борьбы, с согласия царицы Русуданы, монголам подчинился и мтавар Самцхе — Кваркваре Джакели.

Взаимоотношения грузинского царя с монголами

Царица Русудана, не сумевши организовать отпор врагу, стала просить о помощи папу римского. Но и эта попытка оказалась бесплодной. Тогда царица Русудана решила вступить в переговоры с монголами. Для ведения переговоров из Кутаиси на берега Волги к хану Батыю было снаряжено посольство во главе с мцигнобартухуцесом Арсеном.

Результатом переговоров явилось монголо-грузинское соглашение: царица Русудана признала над Грузией верховную власть монгольского хана; в Восточной Грузии, как в стране, завоеванной монголами, наряду с грузинскими властями правили ханские чиновники и стояли монгольские отряды. В Западной Грузии, которая монголами была покорена не силой оружия, полностью сохранялась власть грузинского царя. Грузия ежегодно обязана была выплачивать хану 50.000 перперов (золотые монеты) и принимать участие в монгольских походах; хан, со своей стороны, признавал Давида, сына Русуданы, царем всей Грузии. Царица Русудана и её сын Давид в 1242 — 1243 гг. переехали из Кутаиси снова в Тбилиси.

Вскоре Русудана послала своего сына Давида, в сопровождении грузинских дидебулов, для утверждения на царство, в ставку хана Батыя, откуда Давид был отправлен в Монголию, в Каракорум, к великому хану Мангу. Давида надолго задержали в орде.

Тем временем, в 1245 г., царица Русудана умерла, и в Грузии настало время междуцарствия.

Монгольское управление в Грузии

После смерти Русуданы монголы организовали управление Грузией по своему образцу, считая страну, монгольским наместничеством. Они расчленили её территорию на восемь думанов[1]. Один из думанов составляли Эрети и Кахети и расположенные к востоку от них общины (до Шамахийских гор). Начальником этого думана был назначен Эгарслан Бакурцихели. Другой думан, который составляли Нижняя Картли и прилегавшие к ней с востока земли (до Шамхора), управлялся мсахуртухуцесом Варамом Гагели. Третий думан составляли армянские земли, и его начальником стал мандатуртухуцес Шанше; четвертый думан, Внутреннюю Картли, поручили Григолу С у р а м е л и; пятый думан. Джавахети, управлялся ГамрекеломТорели; шестой думан — остальная Месхети (до Эрзерума) — был подчинен Кваркваре Джакели. Западную Грузию монголы разделили на два думана, во главе которых поставили Цотне Дадиани и эристава области Рача. Начальники думанов обязаны были принимать участие в монгольских походах, собирать с населения дань.

Разделение Грузии на думаны в период междуцарствия еще более усиливало грузинских «мтаваров», нарушало связь между землями, способствовало их политическому обособлению.

Дань, выплачиваемая хану, была поначалу относительно небольшой, но зато тяжелым бременем легла на население воинская повинность, которую монголы налагали на все завоеванные и покоренные ими страны.

С этого времени Грузия была вынуждена всеми своими вооруженными силами принимать участие в бесконечных войнах монголов. Начиная с 1246 г., грузинские думаны обязаны были выставлять для участия в монгольских походах двадцать процентов мужского населения. Длительные походы гибельно сказывались на состоянии феодальных хозяйств, страна разорилась, приходила в упадок. Все это вызывало у грузинского народа глубокое недовольство, порождало мысль о восстании против монголов.

Заговор в Кохтастави

Еще в период междуцарствия грузинские дидебулы Эгарслан Бакурцихели, Цотнэ Дадиани, Варам Гагели, Кваркваре Джакели, Шота Купри, Гамрекел Торели, Саргис Тмогвели, Торгва Панкели и некоторые другие феодалы, собрались в крепости Кохтастави (в Джавахети). Они решили восстать против монголов, назначив и место сбора и время начала совместных действий. Однако среди заговорщиков, видимо, нашелся предатель: большинство участников заговора были захвачены на месте сбора и взяты под арест. Их отвезли в Аниси, где находился тогда монгольский нойон (правитель). Поскольку арестованные упорно отрицали намерение поднять восстание, единодушно выставляя причиной собрания в Кохтастави — мнимое желание упорядочить сбор татарской дани, то дидебулов, по приказу нойона, раздели догола и выставили на солнцепек, чтобы пыткой добиться у них признания.

Цотне Дадиани, который случайно избежал ареста узнал о судьбе своих товарищей и, не медля, отправился в Аниси, с решением добровольно разделить тяжелую участь своих единомышленников. Обнаженный, как и они, Дадиани занял место в ряду связанных соратников. Удивленные поведением Цотнэ, монголы на допросе услышали от него мужественный ответ: «Мои товарищи ни в чем не повинны, — заявил он, — а если можно наказывать невиновных, то пусть и я с ними вместе буду наказан».

Самоотверженность Цотнэ решила исход дела. Грузинский историк, рассказывающий об этом, утверждает, что благородство Дадиани убедило татар в невиновности арестованных, и всех заговорщиков освободили.

В Тбилиси имела место и другая попытка поднять восстание. Однако заговор и тут потерпел неудачу в результате измены.

Каждый из классов грузинского общества по-разному реагировал на бедствие, какое навлекли на Грузию монголы. Привилегированные, как это бывало во все времена в любом классовом обществе, старались переложить тяготы монгольского ига с собственных плеч на низшие сословия, пользуясь бедственным положением страны в собственных классово-сословных или личных интересах. По сообщению современника, грузинские феодалы с большой выгодой пользовались полученным от нойона правом разверстки и сбора дани в пользу монголов. Многие из крупных купцов, азнауров, церковных феодалов видели в новых завоевателях надежных защитников своих личных прав и привилегий.

Поэтому не все одинаково тяготились господством монголов, а значит, не могло быть и единства в борьбе против захватчиков.

[1] Думан (тьма) — военно-административная единица, выставлявшая десять тысяч ратников.

§ 4. ГРУЗИЯ ПОД ИГОМ МОНГОЛОВ

Двоецарствие в Грузии

Первый, сравнительно терпимый период монгольского владычества быстро закончился. Начиная с пятидесятых годов XIII в. условия жизни резко ухудшились.

В 1248 — 1249 гг. в Грузии был положен конец междуцарствию, но на престоле, вместо одного, оказалось два царя. Произошло это так. Еще в то время, когда царица Русудана, переехав в Кутаиси, безуспешно пыталась собрать силы для борьбы против монголов, последние выставили от себя претендента на грузинский престол — внебрачного сына Георгия Лаша, которого также звали Давидом. Завоеватели сделали это в нарушение грузинского государственного права, по которому внебрачный царский сын не мог наследовать престола.

Русудана, как мы знаем, покорилась монголам и послала своего сына Давида в Каракорум для утверждения на царство. Гула нее монголы отправили и другого Давида, которого поддержала влиятельная группа грузинских феодалов.

Двоюродные братья, Давид и Данил долгое время находились при дворе великого хана, оспаривая друг у друга царство.

В конце концов, монголы осуществили хитро задуманный план: они утвердили на царство обоих претендентов, но старшинство пожаловали сыну Георгия. Отсюда пошло прозвище Давида, сына Георгия — Улу (по-монгольски: старший) в отличие от другого Давида — Давида Нарина (по-монгольски — младший).

В 1249 г. оба Давида вернулись в Грузию, где после этого думаны прекратили свое существование, и была восстановлена власть грузинского царя.

Перепись населения

С 1255 г. для Грузии начался новый период монгольского владычества. Эпоха великих монгольских завоеваний в основном была закончена, и перед монголами встала задача организации управления завоеванными территориями.

Управлять развитыми феодальными странами было гораздо труднее, чем завоевывать их. Дело в том, что в результате множества успешных походов возникло колоссальное монгольское государство с ханским двором, царевичами, многочисленными привилегированными военачальниками и чиновниками, для содержания которых требовались неограниченные средства. До того, как монголы прочно обосновывались в захваченной стране, доход их в основном состоял из награбленных в ней трофеев. Но как только завоеванная страна присоединялась к монгольскому государству, приток трофеев прекращался, а государственные расходы, за счет роста административного аппарата в присоединенных землях, наоборот — возрастали. Поэтому монголам приходилось изыскивать новые источники государственных доходов.

Кроме того, в соответствии с новой обстановкой, необходимо было провести и военную реформу. Потребности необозримого государства монголов в области военных мероприятий не могли более удовлетворяться силами собственно татаро-монгольских войск. Насильственный же набор воинов в покоренных странах был временной, ненадежной мерой, эффективной лишь до тех пор, пока монголы держали в завоеванной стране достаточное количество собственных войск. В то же время правящие круги обширнейшего государства должны были заранее знать, каким войском они могут располагать в тех или иных случаях и какие доходы возможно получить с обложенных налогами земель.

В этих целях в 1254 г. во всем монгольском государстве была проведена перепись населения. Поскольку эта перепись преследовала две цели — военную и финансовую — в реестровые книги вносились сведения, как о количестве населения, так и о его доходах. Переписывались мужчины в возрасте от 11 до 60 лет; перепись охватывала все виды недвижимого и движимого имущества — поля, виноградники, огороды, скот и т. п.

В результате этой переписи было установлено, что Грузия должна выставлять в год 90 тысяч воинов (по одному воину от каждых 9-ти крестьян, владевших полным пудзе). В соответствии с этим можно определить, что население Грузии достигало в то время 5 миллионов человек. В состав грузинского царства входила и Армения. В Восточном Закавказье (Рани и Ширван) и других вассальных странах переписи проводилась особо.

Грузинское крестьянство вынуждено было разделить с феодалами Грузии всю тяжесть введенной монголами воинской повинности. В то время как одни из крестьян лично участвовали в походах, другие — платили специальный налог — калан для покрытия расходов по организации походов.

Монгольские налоги

По окончании переписи, монголы попытали упорядочить взимание налогов. Ими не была обойдена ни одна отрасль хозяйства.

Сельскохозяйственный налог, выплачиваемый в пользу ханской казны, назывался мал. Существовал налог, называемый по-грузински сабалахе (букв, «за траву») — капчер, по которому с каждых ста голов скота одна бралась в пользу монголов; торговый налог, или дамга, в размере трех процентов стоимости купленного товара.

Часть налогов шла в пользу местных монгольских чиновников, они именовались улупа. Для начальника (нойона) монгольской сотни каждое село должно было выделить в виде довольствия одного ягненка и одни драхкан, а для начальника тысячи (думаннойона) по одной овце и по два драхкана.

Наконец, в монгольском ханстве существовала трудовая повинность, или бегара. Военная повинность называлась по-монгольски калан, а по-грузински — салашкро.

Один вид бегара составлял ям. Но дорогам, на определенных промежутках были построены станции — ямы. Население, живущее поблизости от яма, обязано было постоянно держать наготове лошадей для ханских чиновников, обеспечивать последних кровом и пищей. Эта повинность была настолько тягостна, что крестьяне разбегались из приписанных к ямам деревень.

Кроме того, существовал введенный ханом Xулагу военный налог — тагар. Тагар являлся подушным налогом, по которому каждый человек должен был внести в пользу монгольской казны 100 литр хлеба, 50 литр вина, две литры риса, три мешка, две связки веревки, по одной стреле, по одной подкове и по одной серебряной монете; кроме того, с каждых 20 голов скота владелец отдавал монголам одну голову и 20 серебряных монет.

Усиление эксплуатации трудового населения

Тяжесть монгольской дани усугубляли злоупотребления, сопровождавшие её раскладку и особенно сбор. Монгольские военачальники не были подготовлены к управлению завоеванными странами, стоявшими на высоком уровне своего культурного развития. Неграмотные монгольские сановники вынуждены были прибегать к услугам местных чиновников. Возможность грабить население безнаказанно, под защитой монгольских нойонов, привлекала к ним на службу случайных людей; фактически все делопроизводство монгольского государства оказалось в их руках.

Чиновники творили произвол и беззакония, заставляли народ выплачивать и без того тяжелую дань в двойном и более размерах. В то же время остались в силе прежние налоги, причем некоторые из них были даже увеличены: поскольку после завоевания страны монголами грузинские феодалы лишились данников, прекратился и приток военных трофеев, а расходы и житейские потребности возрастали. Таким образом, феодалы восполняли все нехватки за счет ограбления своих крестьян.

Вместе с монгольскими чиновниками грузинские феодалы обирали трудящееся население, не брезгуя ни насилием, ни обманом. От светских феодалов не отставали и церковные. Обвешивание и обмеривание стали обычным явлением в церквах и монастырях. Служители культа увеличили плату за выполнение церковных обрядов.

Положение трудовой части общества стало невыносимым. Труд утратил для крестьянина смысл. Его доход не мог покрыть всех налогов; в итоге многие крестьянские семьи вынуждены были в счет налогов отдавать в кабалу собственных детей.

Монголы обложили Грузию, так же, как и многие другие завоеванные страны, главным образом, денежной данью. По свидетельству одного писателя того времени, денежный налог крестьянина составлял 60 «белых» (серебряных монет) в год. Феодальное хозяйство, и без того бедное деньгами, стало испытывать денежный голод, золото вздорожало. Трудовому населению становилось все тяжелее добывать деньги для выплаты дани. Процветало ростовщичество.

Обострение классовой борьбы

Трудовое население Грузии, не выдержав насилий, обращалось к последнему средству протеста: крестьяне массами покидали родные места, бросая землю и дедовское имущество. Категорию крестьян, нашедших у новых хозяев приют, обозначали словом «хизаны», а крестьян, являвшихся к хозяевам в поисках приюта, называли «богано».

Бегство из родной земли и вынужденное «шатание» по чужим дворам и селам именовалось одним словом «гарибоба» («кариби»). Это наименование приняли тысячи беженцев, бобылей, безземельных, покинувших свой край и готовых на любых условиях поселиться у нового «покровителя». Бегство крестьян приняло массовый характер.

Опустение поместий вызвало тревогу среди феодалов, поскольку за своевременную выплату дани монголам, в конечном счете, отвечал помещик. (Так была отравлена, сообщает писатель того времени, жизнь ненасытных грабителей—феодалов). Монгольские сборщики дани налетали на поместья, заставляя феодалов платить налог, начисленный на покинутые крестьянами пудзе. Имея это в виду, современник замечает, что помещикам отнюдь, но пошло впрок стяжание, бесчеловечное отношение к собственным крепостным.

В результате этого в Грузии вотчины пришли «в движение», феодалы пускали в продажу основу своего экономического и социального превосходства — землю «по цене соломы». Над многими из них нависла угроза сословной катастрофы. С уменьшением земельного фонда они лишались прежних привилегий и почета, опускаясь на нижние ступени социальной лестницы.

Находясь в стеснительном положении, феодалы, как говорится, стали «представлять старые векселя». Они протянули руку к церковным поместьям. Как мы знаем, церковь при монголах находилась на привилегированном положении: её мало тревожили монгольские сборщики дани. Поэтому церковные земли не пустели, а наоборот, переживали даже некоторый расцвет. Тут-то и вспомнили царь и феодалы о землях, пожертвованных их предками церкви, и стали их отбирать. Церковь пришла в смятение. В 1263 г. был созван церковный собор. Духовенство обратилось с протестом к царю и потребовало, чтобы он прекратил отчуждение пожертвованных ранее земель. Но положение было настолько острым, что даже угрозами анафемы церковники не смогли воздействовать на царя и его везиров. Отчуждение пожертвованных земель продолжалось и после собора.

Таким образом, феодалы разорили церковное хозяйство, а польза им от этого была ничтожная. Не помогли феодалам и трофеи, достававшиеся им во время походов, и даже те богатства, которые достались им во время взятия и разграбления сокровищниц города Багдада (1258).

Ничто уже не могло возместить урон, нанесенный феодальному хозяйству в Грузии, когда причины этого урона — усиление крепостнической эксплуатации, размеры монгольской дани и хищнический способ её сбора — оставались в действии.

Борьба против монгольского владычества

С 1249 г. до 1258 г. оба Давида — старший и младший правили Грузией в мире и согласии, совместно неся возложенное на них монголами вассальное бремя.

Невыносимо тяжелые условия жизни в Грузии послужили в 1259 г. причиной восстания, во главе которого встал Давид, сын Русуданы.

Хан Хулагу послал против повстанцев войско под начальством нойона Аргуна. Произошла жестокая битва. Монголы не смогли добиться победы, и хан вынужден был направить в Грузию дополнительные подкрепления. Давид, сын Русуданы, удалился в Западную Грузию, а Давиду, сыну Георгия, хан предложил готовиться к совместному с ним походу против египетского султана.

Давид, сын Георгия, созвал военный совет, на котором высказался против участия в походе на Египет. Большинство грузинских дидебулов не разделило мнения царя. Несмотря на это, Давид, решив начать восстание против монголов, перешел в Самцхе, мтавар которого, Саргис Джакели, оставался верным царю.

Как только нойон Аргун узнал о решении Давида не подчиняться хану, он схватил и отправил в орду жену царя — Гванцу и его малолетнего сына Димитрия.

Битва между войском Давида, сына Георгия, и конницей нойона Аргуна произошла в окрестностях города Гори. Грузины потерпели поражение. Это было в 1260 г. Когда, на следующий год, нойон Аргун вторгся в Самцхе, положение царя Давида еще более ухудшилось, так как на сторону монголов перешли и некоторые феодалы из Самцхе.

Восставший Давид, сын Георгия, не мог более оставаться в разоренном войною Самцхе и вместе с Саргисом Джакели ушел в Западную Грузию, к Давиду, сыну Русуданы.

Хотя монголы воздержались от похода в Западную Грузию, где военные действия им затрудняли обширные лесные массивы, однако хан вскоре нашел способ заманить к себе в орду восставшего Давида.

Соглашение Давида с монголами

Надзор за делами Восточной Грузии крупному купцу Шадину, намереваясь даже сделать его правителем страны. Слух об этом взбудоражил восставших, и Давид, сын Георгия, послал в орду послов, которые должны были выяснить обстановку. Получив благоприятные вести из орды, Давид возвратился в Тбилиси, откуда в 1264 г., вместе со своим ближайшим советником Саргисом Джакели, отправился в орду, чтобы предстать перед судом хана.

О причинах восстания хану докладывал Саргис Джакели. В качестве переводчика на суде присутствовал грузинский азнаур Садун Манкабердели, талантливый и энергичным человек, который выдвинулся в орде и добился большого влияния при дворе хана. Во время допроса Джакели Садун, переводя его ответы, старался придать им смысл, который мог бы облегчить участь восставших.

Саргис Джакели, верный вассал грузинского царя, всячески старался оправдать восставших. По его словам, гнев народа был вызван бесконечными преступлениями монгольских чиновников, особенно — сборщиков налогов. Никакой закон не спасал от их произвола и насилий, поскольку и ханский двор, подкупленный этими хищниками, действовал вопреки законам и справедливости.

Пока шел суд, в монгольском государстве произошли события, в значительной мере повлиявшие на решение хана Хулагу относительно участи восставших.

Как известно, Чингисхан перед смертью разделил монгольское государство между своими четырьмя сыновьями с условием, что младшие будут повиноваться старшему, резиденция которого была в Каракоруме.

Внук Чингисхана Хулагу стоял во главе государства, заключавшего в своих границах страны Ближнего Востока вместе с Закавказьем. Потомство старшего сына Чингисхана Джучи владело странами Восточной Европы, Северным Кавказом, Приволжьем, Сибирью и северо-восточной частью Прикаспия. Один из внуков Чингисхана, Чагата, был владетелем стран, лежавших к востоку от Каспийского моря и прилегавших к ним земель.

Вся система управления созданным монголами огромным государством только тормозила дальнейшее развитие порабощенных монголами стран. Монгольское политическое объединение возникло не в результате единства экономических интересов народов, а было навязано им силой оружия. Поэтому, вскоре после возникновения империи монголов, уже появились первые признаки ее близкого распада.

С 60-х годов XIII в. между Золотой Ордой (на берегах Волги) и ильханами (так называли хана Хулагу и его преемников, господствовавших в странах Среднего и Ближнего Востока) вспыхнула вражда. Берке-хана, повелителя Золотой Орды (сына хана Батыя), привлекали богатые южные страны, входившие в состав государства Хулагу. Под тем предлогом, что Хулагу, якобы, присвоил себе земли Золотой Орды, Берке-хан в 1264 г. с большим войском направился к Дербенту, чтобы оттуда вторгнуться в Закавказье. Предвидя угрозу войны, Хулагу выказал особенную заинтересованность в скорейшем урегулировании конфликта с грузинским царем. Поэтому он проявил к царю Давиду неожиданную уступчивость и, прекратив допрос, вернул его в Грузию с тем, чтобы Давид в кратчайший срок подготовил грузинские войска к походу против полчищ Золотой Орды.

Большое войско ильхана также направилось к Дербенту. Вскоре к нему присоединился со своими отрядами и царь Давид, сын Георгия. Произошла жестокая битва. Обе стороны понесли большой урон. Победа, в конечном счете, осталась за Берке, но с наличными силами он не решился на этот раз вторгнуться в Закавказье.

Последствия борьбы между Золотой Ордой и ильханами для Грузии

На Ширвано-Грузинской границе, вдоль р. Чаган-усун, Хулагу-хан возвел земляные укрепления (по-монгольски — «сиба») и разместил в них пограничное войско, в задачи которого входило отражение набегов врага с севера. Вместе с монголами в этих укреплениях с осени до начала лета должно было стоять и грузинское войско.

В 1265 г., когда после смерти Хулагу-хана к власти пришел его сын Абага, Берке-хан счел момент подходящим и двинулся против ильхана во главе трехсоттысячного войска. Абага-хан прибегнул к оборонительной тактике: монголо-грузинские войска перешли на правый берег Куры, разрушив за собой мосты, и приготовились к отражению врага. Ввиду наступления весеннего половодья Берке не смог переправиться через Куру и двинулся на Тбилиси, чтобы здесь перейти на правый берег.

Двигаясь левым берегом Куры и бассейном нижнего течения рек Алазани и Иори, полчища Золотой Орды попутно сильно опустошили населенный край; он с тех пор долгое время оставался безлюдным.

Берке-хан не достиг Тбилиси. Он умер, находясь в Гареджийских горах. Войско золотоордынского хана покинуло Закавказье. Ильхан избежал поражения.

Отныне Абага-хан, убедившись в важности Чаганусунских укреплений, стал еще строже следить за их охраной, которые в основном несли грузинские войска. Грузия вынуждена была ежегодно отрывать от производительного труда многочисленный контингент здоровых мужчин и, в ущерб собственным интересам, отправлять их на охрану монгольского государства.

Такая ежегодная утечка лучших рабочих сил страны еще более тормозила хозяйственное развитие.

Пришли в упадок большие города, часть которых превратилась в деревни, обезлюдели земли, прилегавшие к большим дорогам и т. д.

Естественно, сократился и приток дани в монгольскую казну. В 70-х годах XIII в. монголы снова провели перепись населения. Целью этого мероприятия было выяснить «какая страна разорилась, а какая отстроилась». После переписи монголы убедились, что «большинство стран разорено». В число последних входила и Грузия.

Но перепись населения, сама по себе, не могла поправить положения. Монголы были бессильны предотвратить разорение завоеванных стран. Экономический упадок в них не прекращался.

§ 5. ПОЛИТИЧЕСКИЙ СТРОЙ ГРУЗИИ ВО ВРЕМЯ МОНГОЛЬСКОГО ВЛАДЫЧЕСТВА

Ослабление царской власти. Усиление мтаваров

Во время монгольского владычества государственный строй Грузии подвергся существенным изменениям. Прежде всего, монголы посадили на престол сразу двух царей, вследствие чего страна вскоре разделилась на два царства: с 50-х гг. XIII в. Давид, сын Русуданы, по существу, является царем Западной Грузии, а Давид, сын Георгия, царствует в Восточной Грузии и в Армении. Однако, перемены в сфере государственного управления этим не исчерпывались.

Монголы умело воспользовались политическим кризисом, наметившимся в феодальной Грузии уже с конца XII в. Они фактически раздробили страну на самостоятельные самтавро, договариваясь в отдельности с каждым из их правителей, тем самым как бы санкционируя их политическую независимость.

После того, как царь Грузии подчинился монголам, мтавары снова оказались в системе единого грузинского государства. Но завоеватели и после этого находчиво использовали разногласия между царем и мтаварами: вмешиваясь в эти разногласия, они выступали обыкновенно в защиту вассалов грузинского царя.

Современники не раз отмечали, что царь не в состоянии сменять мтаваров и эриставов «из страха перед ханом».

Таким образом, царская власть в Грузии во время монгольского ига потерпела урон, а реакционные дидебулы (мтавары) в лице монгольских захватчиков нашли могущественных покровителей и заступников.

Рассматриваемый период характеризуется постоянным ослаблением и ограничением царской власти и соответственно — усилением и расширением прав мтаваров. В связи с этим уменьшилось значение везира, как придворного должностного лица, и возросло значение эристава-эриставов (мтавара), который становился все более независимым властителем.

Углубление процесса распада царства

В конце XIII в. вся Грузия представляла поверхностное объединение фактически независимых «самтавро». Ослаблению самодержавной власти царя и распаду государственного единства Грузии способствовал, в свою очередь, существовавший при дворе монгольского хана институт хасинджу. По смыслу этого института монгольский хан принимал крупного феодала (или купца) под свое личное покровительство, беря его феодальное владение в свою собственность. Такого феодала с его землею хан иногда передавал в виде хасинджу своей жене, сыну, и в этом случае налоги поступали не в диван (государственная казна), а в распоряжение получившего хасинджу; при этом, хасинджу обычно вычеркивали из Книг монгольского дивана. Доступ в хасинджу для ханских чиновников-баскаков был закрыт. Привилегия феодала, вступившего под защиту хана, заключалась в том, что он сам собирал налоги, передавая их патрону.

Институт хасинджу способствовал улучшению экономического положения области, ущемляя в то же время права царя. Отныне хасинджу фактически выходит из компетенции царя.

Грузинские феодалы стремились превратить свои земли в хасинджу, и некоторым из них, как например, Элигуму Орбели, Садуну Манкабердели, Саргису Джакели, это удалось. Получили хасинджу и крупные купцы — Умек и Шнорхавор.

Особо следует отметить переход на положение хасинджу Саргиса Джакели. Саргис Джакели был везиром (мечурчлетухуцесом) Давида, сына Георгия, и мтаваром Самцхе. Этот могущественный феодал слыл верным вассалом царя. Монголы считали весьма желательным посеять раздор между царем и Джакели, дабы отторгнуть его земли от Грузии. В орде Саргису Джакели дали понять, что хан не станет возражать против превращения управляемых им земель в хасинджу. Царь узнал об этом и поспешил взять под стражу своего везира. Но вмешался монгольский хан, и в 1266 г. Саргис Джакели и его самтавро были объявлены хасинджу хана.

Так на территории грузинского царства возникла и третья политически обособленно управляемая единица — Самцхе.

Начиная с этого времени до 20-х гг. XIV в. жизнь Восточной Грузии и Западной Грузии, а также Самцхе протекала в различных политических и экономических условиях.

Самцхе во второй половине XIII в.

Покровительство на обеспечило мтавару (князю) Самцхе привилегированное положение, и он легко объединил земли, лежавшие от Ташискари до Басмами, К 80-м гг. ХШ в. в это самтавро входили: Хеоба (Боржомское ущелье), Самцхе, Аджара, Шавшети, Артаани, Кола, Карсская земля (по-грузински: Карули Квекана), Кларджети, Тао и Спери.

Защищенная от разгула монгольских чиновников, Самцхе успешно преодолела трудности того времени и ей в большей степени, чем другим землям Грузии, удалось сохранить культурные завоевания предшествующей эпохи. Об относительно благоприятных условиях развития Самцхе говорит не только территориальный рост этого самтавро, но и улучшение его экономического положения, оживление строительных работ.

Именно сюда бежали крестьяне из Картли — земли голодающей, превратившейся в арену бесконечных войн.

Мтавары Самцхе Саргис, Бека и его сыновья успешно обороняли свои владения от вторжений малоазийских турок, восстанавливали подорванное хозяйство страны, успешно разрабатывали новое законодательство.

Официально мтавары Самцхе оставались вассалами царя Грузии, они и после перехода на положение хасинджу носили почетное звание царского везира (сын Саргиса—Бека Джакели был царским мандатуртухуцесом). Но, по существу, князья Джакели являлись вполне независимыми властителями, их везирство было только формой, лишенной былого содержания.

Западная Грузия во второй половине XIII в.

После того как восставший против ильханов Давид, сын Русуданы, обосновался в Кутаиси, а Давид, сын Георгия, вынужден был заключить соглашение с ханом (1264 г.), разделение Грузии на два царства стало фактом. Западная Грузия больше не подчинялась монголам. Давид, сын Русуданы, осторожный и предусмотрительный политик, готовился к продолжению борьбы с монголами, налаживал связи с противниками ильханов: египетским султаном и ханами Золотой Орды. В 1264 — 1265 гг. Давид, сын Русуданы, направил к египетскому султану послов, снабженных богатыми дарами. В 1268 г. из Грузии в Египет выехало еще одно посольство. Тесную связь наладил Давид и с правителями Золотой Орды.

Давид, сын Русуданы, не скрывал своей вражды к ильханам. Он не довольствовался пассивной обороной, а используя смуту и беспорядки, происходившие в орде, смело вмешивался в её внутренние дела. Восставшие против ильханов монгольские царевичи, военачальники или чиновники часто находили убежище в Западной Грузии.

Активностью отличалась политика Давида и в отношениях с Трапезундским царством, которое в 1244 г. монголы превратили в своего данника. Некогда сильное влияние грузин при трапезундском дворе к этому времени ослабло, чему способствовало не только военное давление со стороны турок, но и активизация внешней политики вновь усилившегося византийского императора. Последний особенно энергично пытался искоренить влияние грузин в Трапезунде. В ответ на это Давид, сын Русуданы, в 1282 г. со своим войском напал на Трапезундское царство и захватил часть его. Борьба за обладание Трапезундом продолжалась с переменным успехом, а трапезундский царский двор обычно попадал то под влияние царя Грузии, то под влияние византийского императора.

Ильханы постоянно стремились подчинить себе Давида. Иногда они сговаривались с эриставом Рача — Кахаберисдзе, стремясь с его помощью захватить царя в свои руки, иногда заигрывали с царем, сажая его сына Вахтанга царем Восточной Грузии. Давид проявлял осторожность, не доверял монголам и до самой смерти (1293 г.) сумел сохранить независимость.

После смерти Давида, между его сыновьями возникли раздоры и междоусобицы, продолжавшиеся до 20-х гг. XIV в., вплоть до нового объединения Грузии.

§ 6. ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ВОСТОЧНОЙ

ГРУЗИИ С 70-х ГОДОВ XIII ВЕКА

ПО 10-е ГОДЫ XIV ВЕКА

В более тяжелом положении находилась в то время Восточная Грузия.

Территория страны значительно сократилась. Шаки-Ширванский край перешел во власть монгольского гарнизона, защищавшего там Чаганусунскую укрепленную линию. Восточная Армения, управляемая атабагом Авагом, превратилась в хасинджу. В то же время жители Северного Кавказа, притесняемые со стороны Золотой Орды, спускались по ущельям Главного хребта в Картли.

Страну по-прежнему грабили монгольские сборщики.

Грузинское войско таяло, неся тяжелую службу по охране монгольских пограничных укреплений и участвуя в далеких походах монголов.

Большую опасность для страны представляли непрекращавшиеся между ильханами раздоры. Монгольские царевичи боролись друг против друга из-за ханского престола, а царь Грузии был вынужден выступать на стороне одного из претендентов и участвовать в их междоусобных войнах.

Политическое положение внутри страны становилось все более обостренным. Права царя в ходе борьбы с собственными феодалами становились все более спорными и условными. От воли монгольского хана и его крупных чиновников зависело, будет ли царь царствовать, а мтавар — княжить. Монголы всячески ограждали феодалов от царя, и судьбы страны во многом зависели от их своеволия.

Димитрий Самоотверженный

В 1270 г. царь Давид, сын Георгия, находясь со своим войском на защите Чаганусунской линии, заболел и там же умер. Абага-хан утвердил царем Грузии его малолетнего сына Димитрия, назначив регентом при нем Садуна Манкабердели. Молодой царь Димитрий сделал Садуна атабагом. Таким образом, Садун стал первым лицом в Грузии.

Манкабердели умело использовал свое положение и баснословно разбогател в условиях общего обнищания и разрухи. Он ничем не брезгал ради личного обогащения. В 1278 г. Садун добился от царя передачи ему, Садуну Манкабердели, Телави, Белакани и других городов и сел. Вскоре ильханы наложили на Димитрия чрезвычайный, непомерный взнос в пользу казны. Выплату дани взял на себя Садун, взамен потребовав от царя уступить ему город Дманиси и его округ. Димитрий вынужден был отдать Садуну сначала Дманиси, а за ним и город-крепость Кари (Карс), который Садун превратил в свою резиденцию. Земли, лежавшие вокруг Карса, ловкий временщик «коварным путем отнял» у князей Джакели. И в дальнейшем богатства Садуна быстро приумножались. Садун добился для своих владений девятилетнего тарханства, т. е. освобождения их от обложения налогами сроком на девять лет. Садун по дешёвке скупал обесцененные и обезлюдевшие поместья грузинских феодалов. К нему бежали обездоленные крестьяне. Поэтому грузинские феодалы поглядывали на Садуна с завистью и враждой. Да и царю не за что было благодарить своего атабага. Но ни царь, ни феодалы ничего не могли поделать с временщиком, доверенным агентом хана. Лишь в 1281 г., уже после смерти Садуна, царь Димитрий передал атабагство не его сыну Хутлубуге, а соперничавшему с ним феодалу Тарсаичу Орбели, а сын Садуна — Хутлубуга получил только титул амирспасалара.

Как мы уже отмечали, монголы в то время вели тяжелые внешние войны. В Сирии и Палестине против них стойко сражался египетский султан, который нанес войскам ильхана жестокие поражения в 1277, 1280 и 1281 гг. Во всех этих войнах под знаменем грузинского царя сражались и гибли десятки тысяч сынов Грузии, вынужденных биться за чуждые им интересы монгольских захватчиков.

Внутренняя борьба, развернувшаяся в государстве ильханов, оказалась роковой для царя Димитрия.

В 1288 г. был раскрыт заговор, направленный против Аргун-хана. Возглавлял заговор первый везир хана — Буга. Бугу казнили. Та же судьба постигла сына Буги, его родственников и приверженцев.

Димитрий, друг и сторонник казненного везира, был вызван в орду. Царь Димитрий созвал дарбаз. Дарбаз предложил ему бежать в горы, т. е. открыто отложиться от монголов. Но в этом случае Грузия была бы обречена на опустошение монгольскими карательными войсками. Царь не принял совета дарбаза, он решил рискнуть жизнью и отправился в орду, в надежде, что это отведет от Грузии нависшую над ней угрозу. Поскольку Димитрий не являлся активным участником заговора и доказать его виновность было трудно, он рассчитывал оправдаться перед ханом.

Но царя погубил из мести его везир, амирспасалар Хутлубуга (сын Садуна), затаивший на Димитрия обиду за то, что царь, после смерти Садуна, лишил его, Хутлубугу, должности атабага. Когда честолюбивый амирспасалар увидел, что хан колеблется, не зная, как поступить с Димитрием, он обещал Аргуну привести в подчинение ему Вахтанга, сына Давида, сидевшего в Кутаиси. Хутлубуга соблазнял Аргун-хана перспективой—путем возведения Вахтанга на царский престол в Тбилиси объединить, под властью хана, оба грузинских царства. Аргун одобрил план Хутлубуги, и судьба Димитрия была решена: 12 марта 1289 г. он был обезглавлен.

Царя Димитрия народ прозвал «Самоотверженным».

Вахтанг II

Хутлубуга, по поручению хана, пригласил царевича Вахтанга в Восточную Грузию. Отец царевича — Давид, сын Русуданы, тогда еще здравствовавший, по уже отстранившийся от государственных дел, благожелательно отнесся к предложению хана. Он сопровождал сына до границы Картли, принял восточногрузинских дидебулов присягу на верность в пользу Вахтанга и вернулся в Кутаиси.

Вахтанг предстал перед ханом, и Аргун пожаловал ему власть над всей Грузией. Хан был доволен своим выбором: Вахтанг являлся наследником имеретинского престола, долгое время управлял Имерети вместе с отцом и даже принял при его жизни титул царя. Так что после смерти Давида обоим грузинским царствам предстояло объединиться и тем самым Западная (Залихская) Грузия должна была, наконец, подчиниться хану.

За заслуги перед ханом Хутлубугу сделали атабагом царя Вахтанга.

Но временщик Хутлубуга не сумел поладить с царем. Не прошло и двух лет, как между ними вспыхнула непримиримая вражда. Атабаг пытался привлечь на свою сторону грузинских дидебулов, свергнуть царя Вахтанга и посадить на его место Давида, сына Димитрия. Однако Хутлубуга не нашел поддержки ни в орде, ни среди грузинских дидебулов, оставшихся норными царю Вахтангу из ненависти к удачливому атабагу.

Атабага спасла от расправы за измену смерть Вахтанга, который умер в 1292 г. Царем в Восточной Грузии хан утвердил Давида, сына Димитрия (1293 г.).

Борьба между Газан-ханом и Давидом VIII

В 1295 г. ильханский престол в результате жестокой борьбы занял Газан, который заподозрил царя Давида в приверженности к политическим противникам хана. В 1297 г. Газан, который заподозрил грузинского царя в орду. Давид не подчинился хану;с частью феодалов он бежал в Нагорную Грузию (Мтиулети-Хеви), одновременно направив в Приволжье послов побудить золотоордынского хана выступить против Газана.

Некоторая часть феодалов Грузии все еще продолжала подчиняться Газану. Восстание, вспыхнувшее против Газана, длилось ряд лет.

Чтобы подчинить себе непокорного грузинского царя, хан употреблял разные способы: то он вел с ним переговоры, обещая мир и дружбу, то, чтобы посеять раздор, возводил на престол братьев Давида (Георгия с 1299 г., Вахтанга с 1302 г.), пытаясь в то же время переманить на свою сторону феодалов — сторонников Давида. Одновременно хан то и дело посылал монгольские карательные отряды в области, поддерживавшие восставшего царя.

Эти нескончаемые походы монгольских войск усугубили и без того тяжелое положение Грузии: «из-за смут, царивших в стране картлийской, здесь не было ни посевов, ни строительства», — рассказывает писатель той эпохи. За длительной смутой последовал голод, поразивший в первую очередь трудящийся народ и косивший людей с не меньшей жестокостью, чем монгольский меч.

Частые набеги, в течение ряда лет опустошавшие Грузию, угон в рабство и истребление жителей, голод и мор привели к тому, что Картли обезлюдела, «большинство народа из Картли ушло в Самцхе», где царил относительный мир.

Передвижение горцев в долину

В довершение ко всем невзгодам, в это смутное время Грузию постигло новое бедствие. В XIII в. передвижение горцев Северного Кавказа ущельями Главного хребта на юг охватило всю северную пограничную линию Грузии. В одних областях это передвижение протекало медленно и сравнительно мирно, в других, особенно в Картли — стремительно и сопровождалось военными стычками. Вожди осетинских племен, поддержанные ильханами, воспользовавшись ослаблением Картли, охваченной огнем восстаний, заняли ущелье Лиахвы и вторглись во Внутреннюю Картли. Разгорелась жестокая борьба. По свидетельству современника, осетинский мтавар «изгонял азнауров из их вотчин; жители Картли переживали великие потрясения». Всей системе феодального землевладения грозила окончательная гибель. Азнауры брались за оружие в защиту своих имений.

Захватывая вотчины феодалов, примитивные хлебопашцы тем самым сулили районам с высокой земледельческой культурой падение последней до уровня примитивного хозяйства. В этих условиях уже простой хозяйственный расчет и, что главное, классовое чутье подсказывали крестьянам необходимость стать на защиту своих пудзе и полей.

Феодалы, под руководством царя Георгия, сына Димитрия, изгнали северокавказских горцев из Картлийской долины, но горные ущелья осетины продолжали заселять еще долгое время.

§ 7. ГРУЗИЯ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIV ВЕКА

В конце XIII в. единое государство ильханов переживало глубокий кризис. Сельское хозяйство было расстроено, города пришли в упадок, государственный доход катастрофически сокращался. Баскаки рыскали по стране, словно волки, разоряя и без того разоренное население; монгольские царевичи и нойоны стремились к отделению от центра, покоренные народы восставали.

Газан-хан (правил с 1295 г. по 1304 г.), выдающийся представитель ильханов, попытался спасти государство монголов.

Он провел энергичные мероприятия, сместил мздоимцев-баскаков, упорядочил налоговую систему, принял меры к оживлению сельского хозяйства, торговли и обмена. Но все усилия Газан-хана поправить положение оказались тщетными: процесс распада монгольского государства продолжался, а после смерти ильхана Абу-Саида (1316 — 1335), государство ильханов распалось.

Последствия господства монголов

На общем фоне жизни Грузии XIV в. резко выделялись следы пережитого народом безвременья. Монгольское владычество, или, как по-грузински выражались в то время, «улусоба» (засилие улусов), привело к заметному изменению экономического и социально-политического положения страны.

Около 1310 г. Абу-Саид-хан отмечал в одной из своих грамот, что в Аниси и других областях Грузии самовольно и незаконно взимались различные, многочисленные, налоги. Поэтому, говорилось в грамоте, «страна пришла в запустение, мелкий люд рассеялся, и городские мамасахлисы», т. е. более зажиточные горожане, тоже обремененные несправедливыми налогами, «бросили свое недвижимое и движимое имущество, дома и бежали».

Этот документ особенно красноречиво свидетельствует — в каком невыносимом положении находились производители материальных благ, которые, подвергаясь притеснениям со стороны монголов-баскаков, в неменьшей мере страдали и от бесчисленных поборов в пользу местных феодалов и церкви.

Из Грузии в монгольскую казну в то время ежегодно поступало приблизительно 900.000 руб. золотом. На основании этого факта считают, что государственный доход времен господства монголов составлял приблизительно лишь четвертую часть государственного дохода Грузии домонгольского периода.

Но действительные размеры наступившего при монголах экономического упадка Грузии гораздо лучше отображает не снижение государственных доходов, а картина разрушенного хозяйства, плачевного положения согнанных со своих земель крестьян, опустевших городов, целых опустошенных областей, описание чего мы находим в исторических источниках.

Особенно сильно пострадали долины Мтквари (Куры), Иори и Алазани. Монголами были разрушены города Рустави, Хунани, Шамхор. Совершенно опустели богатые земли Камбечан-Шираки, Гардабани, Самгори-Рустави. От Грузии фактически была отторгнута расположенная к востоку от Эрети страна Шаки-Ширван (от Гишис-цкали до р. Чаганусун). Все эти места превратились в стойбища монгольских орд и в пастбища для их табунов.

Такое же положение создалось и в армянских областях.

Доведенные до нищеты, армянские крестьяне целыми селами уходили из одних областей Грузии в другие или за ее пределы.

Одной из главных причин экономического упадка страны, о чем речь была выше, явилось обострение классовой борьбы между феодалами и крестьянами. Крестьянин не мог более выдержать натиска «собственных» и «чужих», хищников, т. е. поборов, производимых грузинскими феодалами и монгольскими баскаками; он бросал обесцененное хозяйство, снимался с места, делался хизаном или богано. Причем, от мелких азнауров крестьяне бежали к крупным, искали приюта у владетелей, принявших «хасинджу», а также у церквей монастырей, надеясь на более выгодные условия существования. Беглые крестьяне находили сочувствие и поддержку среди местного крестьянства. Братья по классу охотно предоставляли им убежище, укрывая их от преследования со стороны господ.

Страна переживала безвременье. Помещик лишался барщины и оброка, а баскак — возможности собирать дань.

Феодалы предпринимали настойчивые попытки вернуть беглых крестьян, обращаясь за помощью к властям. Идя навстречу пожеланиям феодалов, Газан-хан в 1303 г. издал указ, в силу которого крестьянам запрещалось самовольно покидать пудзе, а феодалам — давать приют хизанам и богано, Согласно указу, феодалу предоставлялось право в течение 30 лет вести розыски и возвращать себе беглых.

Практика прикрепления грузинского крестьянства к пудзе была давнишним явлением, и реальное значение указа Газан-хана состояло разве только в том, что, опираясь на него, грузинские феодалы могли еще энергичнее проводить дело окончательного закрепощения тех из мдабиуров-воинов, которые пока еще сохраняли личную свободу.

В то же самое время в Грузии обострились отношения между горскими общинами и долиной. Горцы старались избавиться от навязанных им силой феодальных отношений, восстановить свою былую свободу. Они убивали царских эриставов, правителей и других чиновников, изгоняли служителей христианской церкви, совершали набеги на долинные области.

Со своей стороны, феодальное государство пыталось покорить восставших горцев оружием, законодательным путем утвердить те же общественные отношения, которые существовали в долине, силою креста и евангелия вернуть горские племена под власть феодального государства.

Возникновение сатавадо

Экономический упадок Грузии приводил к подрыву основ её политического единства. Многие города прекратили свое существование, другие влачили жалкую жизнь, резко сократилась выработка ремесленных изделий, и соответственно ослабли обмен и торговля.

Мтавары и дидебулы-азнауры добились права наследственного владения крепостными и землями, которые жаловали им цари в виде «дидеба». Мтаварам и эриставам, как патронам, подчинились азнауры и мдабиуры-воины, державшие земельные наделы в их самтавро и эриставствах.

Эриставы-эриставов воспользовались таким ослаблением царской власти и, при активной поддержке монголов, они, как мтавары, присвоили себе прерогативы царя.

В это же время на основе тех же социально-экономических отношений формировалась более мелкая, самодовлеющая организация, именно «дом» (сахли) дидебул-азнаура — сатавадо, который становится главной опорой усилившихся мтаваров или измельчавших царей.

К XIV в. дидебулы-азнауры, эти непосредственные социальные предки позднейших тавадов (князей), уже выделились из общего слоя азнауров и составили собою отдельное сословие. Теперь для окончательного формирования сатавадо не хватало только условия, чтобы государь (царь или мтавар) предоставил дидебул-азнауру право выставлять войско с территории своего дома. С реализацией этого условия отпал, как уже излишний, институт эриставов с соответствующим переходом его военной функции к тавадам.

Отношения Георгия V с ильханами

Как мы знаем, во второй половине XIII в. наметился распад единого грузинского государства. За Лихским хребтом, в Западной Грузии, определилось независимое Имеретинское царство. Фактически независимым от царя Грузии стало и самтавро — Самцхе. Позднее остальная часть страны, по воле монгольского хана, была разделена между сыновьями Димитрия II.

В 1314 г. на царский престол в восточной части Грузии был возведен Георгий, сын Димитрия II. К этому времени его старших братьев Давида и Вахтанга уже не была в живых, и в руках царя сосредоточилась бoльшая часть страны. Так началось в новых условиях вторичное собирание грузинских земель в единое государство. Благоприятная внешнеполитическая обстановка, дружба с двором монгольского хана, а также политический дар позволили Георгию добиться в деле объединения страны значительных успехов.

В 1316 г., когда, после смерти Олджаит-хана, на ильханский престол был возведен малолетний Абу-Саид, царь Георгий поехал в орду представиться хану. Первым везиром хана был Чопан-нойон, близкий друг царя Георгия. Чопан дорожил этой дружбой, полагаясь на верность грузинского царя. И действительно, Георгий был предан Чопану. Мудрыми советами и воинской доблестью, проявленной в совместных с монголами походах, он заслужил большое доверие ханского двора. Потому-то прибывшему в орду царю Георгию Чопан «дал всю Грузию и всех мтаваров Грузии, и сыновей царя Давида, и месхов, сыновей Бека»; иначе говоря, он дал право Георгию собрать воедино грузинские земли, подчинить себе мтаваров и царей, в частности, сыновей своего брата — царя Давида. Это означало, что двор монгольского хана, переживая политический кризис, уже был не в состоянии поддержать в Грузии центробежные тенденции многочисленных мелких государей.

Доверие Чопана царь Георгий, прежде всего, использовал для того, чтобы ограничить произвол баскаков в стране и добиться сокращения численности монгольского оккупационного войска.

Заручившись поддержкой монгольского двора, царь Георгий приступил к объединению Грузии. Постепенно он подчинил себе многих мтаваров и эриставов. Царь беспощадно расправлялся с непокорными. Так, например, находясь в Кахети, в своем летнем дворце, на горе Циви, он вызвал на дарбаз эриставов Сомхити и Эрети, обвиненных в измене. По требованию царя, эти эриставы были преданы смерти.

Борьба против вторжения горских племен

Ко времени воцарения Георгия в особенно тяжелом положении находилась центральная часть Грузии — Картли.

Восстания, не угасавшие в течение многих лет правления царя Давида, сына Димитрия, кровавый разгул карательных монгольских отрядов, голод и мор вконец опустошили страну. Города и села обезлюдели. Обстановку еще более осложняли набеги осетин, спускавшихся в Картли по ущельям Лиахвы через Двалети. Между жителями ущелий Лиахвы, Ксани и Арагви не прекращались кровавые раздоры. Слабой царской власти было не под силу обеспечить мир и спокойствие внутри страны.

Тяжелая обстановка сложилась и в горных общинах ущелий Ксани, Арагви, Терека.

Теперь, при ослаблении царской власти, как уже говорилось выше, горцы стремились освободиться от опеки долины. Общины горцев, словно сговорившись, стали истреблять царских чиновников, эриставов, правителей.

Потребовалась многолетняя борьба для того, чтобы восстановить в стране порядок. Царю необходимо было, прежде всего, очистить долины от горцев, вернуть картлийским азнаурам их имения, твердо подчинить себе общины Ксани и Арагви.

С этой целью царь Георгий предпринял большой поход: через Жинвали он проник в Мтиулети, миновал Крестовый перевал, прошел Хеви до Дарьяла, повернувши назад, спустился через Ломиси в Ксанское ущелье и оттуда через Мухрани вернулся в Тбилиси. Поход продемонстрировал жителям ущелий силу центральной власти.

Царь Георгий созвал специальный дарбаз, который при участии высших должностных лиц Мтианети — эриставов и хевиставов, а также старейшин горских общин — хевисберов и эрованов разработал законы, составил законодательный сборник («Дзеглис-деба»). Главной целью этого мероприятия являлось восстановление среди горцев поколебавшегося было влияния грузинского феодального государства.

Разложение орды восстановление ильханов и восстановление могущества Грузии

С 1327 г. в монгольской орде возобновились междоусобия. Абу-Саид-хан обвинил своего воспитателя и первого везира Чопана в измене. Чопан, его сыновья и единомышленники были казнены. Однако смута пустила настолько глубокие корни, что хан уже не мог добиться восстановления своего прежнего могущества.

Тем временем царь Георгий еще более усилился. Он воспользовался ослаблением Абу-Саид-хана для того, чтобы изгнать из Грузии монгольское войско и освободиться от выплаты хану дани.

В 1335 г. Абу-Саид-хан умер. После него единого государства ильханов уже более не существовало; в 50;х гг. оно распалось на несколько феодальных объединений кочующих тюркско-монгольских племен. Между ними начались бесконечные войны, которые в неменьшей степени разрушали плоды мирного труда, чем засилие баскаков.

Грузинское феодальное государство твердо встало на путь политического возрождения. В Западной Грузии так же, как в Самцхе, всегда существовала сильная партия сторонников восстановления политического единства страны. Она особенно усилилась после того, как Восточная Грузия сбросила тяжкое ярмо господства монголов.

В таких условиях для царя Георгия не составило большого труда, после смерти царя Микела, сына Давида, присоединить к своему царству Западную Грузию. В 1329 г. Георгий с войском перешел Лихский хребет, легко взял Кутаиси и подчинил себе всю страну, а царевича Баграта, сына Микела, увел с собой. Так царь Георгий стал обладателем «обоих престолов».

Вскоре царю подчинилось и самтавро Самцхе (1334).

Территориальное объединение Грузии, естественно, ставило вопрос об изменении структуры её государственного устройства.

Существовавшая ранее система управления была расстроена. Одни чиновничьи должности исчезли вовсе, значение других изменилось, иными стали теперь и права грузинского царя.

Политическое объединение, избавление общества от тяжести непосильной монгольской дани, исчезновение монгольских улусов и баскаков, восстановление относительного мира и порядка в стране дали свои плоды — экономика Грузии укреплялась. Развитию торговли и обмена способствовало появление новой полноценной серебряной грузинской монеты («гиоргаули», букв.: «Георгиевская»). Особенно оживилась торговля с городами Северной Италии. О Грузии в этот период стало известно далеко за пределами Ближнего и Среднего Востока. Папа римский перенес свою восточную агентуру (миссию) из Смирны в Тбилиси.

Налаживая отношения с западноевропейскими странами, Грузия постоянно заботилась о восстановлении своего былого престижа и влияния на Ближнем Востоке. Царь Георгий установил дружеские отношения с египетским султаном, в руках которого находилась тогда Палестина — место паломничества христиан. Находившийся там грузинский Крестный монастырь мусульмане превратили в мечеть. Египетский султан, из уважения к царю Георгию, восстановил грузин в правах владения Крестным монастырем и дал привилегию грузинским паломникам, направлявшимся и Иерусалим, въезжать в «святой город» и с распущенными знаменами.

Оживленные дипломатические отношения завязал царь Георгий с Византией, а также с двором римского папы. В отношении Трапезундского царства проводилась традиционная политика поддержания прогрузински настроенных группировок, выступавших против власти византийского императора.

Глава XIV. Распад единого грузинского царства

§ 1. ПОХОДЫ ТИМУРА И ИХ ПОСЛЕДСТВИЯ ДЛЯ

ГРУЗИИ

Со времени царствования Георгия, прозванного Блистательным, и вплоть до 80-х годов XIV в. экономическое и политическое положение Грузии непрерывно улучшалось. В этот период, характеризуемый некоторой стабилизацией политической обстановки на Ближнем и Среднем Востоке, Грузия установила тесные экономические связи с Золотой Ордой, Ираном, странами Малой Азии и городами-государствами Северной Италии. Благоприятные внутри- и внешнеполитические условия способствовали дальнейшему собиранию грузинских земель в единое государство. Во время царствования Баграта V (1360 — 1393 гг.) в границах Грузии — в юго-восточном Причерноморье находились крепость Гония и области — Макриала, Аджария, Шавшети и Кларджети. Вся Месхети входила в пределы Грузинского царства. Город Ани (Аниси) и Анийская область также принадлежали Грузии. Двалети и Осети принимали власть грузинского царя. Но в государстве в целом не существовало более прочных экономических связей. Грузия, уже стоявшая на пути распада, не могла вернуть себе былой сплоченности, тем более, что возможность свободного развития вскоре оказалась для нее утраченной.

Последнее двадцатилетие XIV в. ознаменовалось быстрым ростом могущества Тимура и великими завоевательными походами монголо-тюркских орд.

Ко второй половине XIV в. потомки Чингисхана в Средней Азии в значительной мере утратили прежнюю власть. Этим воспользовался Тимур, который в 1360 — 1370 гг. создал свое большое государство. Вскоре Тимур вторгся в Иран и захватил здесь большую часть уже распавшихся владений ильханов.

Быстрое усиление Тимура обеспокоило повелителя Золотой Орды, Тохтамыша; считая столкновение с ним неминуемым, он решил опередить опасного противника. Зимой 1385 г. войско Тохтамыша вторглось в Адарбадаган и заняло Тавриз. Весть об этом привела Тимура в ярость. Он организовал ответный поход в 1386 г., взял Тавриз и оттуда, прежде чем идти на северный улус, повернул на Грузию. Это был первый поход Тимура в Грузию. В 1386 г. монголы под руководством самого Тимура осадили Тбилиси и, после кровопролитной битвы, овладели городом. В 1393 г. Тимур вторично вторгся в Грузию, причем на этот раз разгрому подверглись Самцхе, земли, расположенные в верхнем течении Куры, а также Кари (Карс). Затем войско завоевателя направилось в Тбилиси, но задержалось здесь ненадолго. К 1394 г. относится третье вторжение Тимура в Грузию. Целью этого похода был захват Дарьяльских ворот, но осуществить его Тимуру не удалось.

Кровавые нашествия продолжались и в последующие годы. В 1403 г. Тимур в восьмой раз послал свое войско в Грузию. Сперва он разорил Картли, затем вторгся в Западную Грузию и достиг Кутаиси. Грузины оказывали врагу ожесточенное сопротивление, но ослабевшая страна уже не могла выдержать тяжелой длительной борьбы. В результате этого похода число разоренных западногрузинских деревень, по сведениям иностранного источника, превысило 700.

Восемь нашествий Тимура нанесли тяжелый ущерб Закавказью. За семнадцать лет (1387 — 1403 гг.) непрерывных войн против Тимура от Грузии окончательно отпали на юге и юго-востоке земли Армении, страна Шаки и другие. Здесь местных землевладельцев в основном успела сменить тюркско-монгольская кочевая аристократия. Этого бедствия не смогли избегнуть и некоторые внутренние районы Грузии, как, например, Лоре, где грузинские азнауры вынуждены были уступить свое право на землю и удалиться из многих насиженных земель.

Нанесенный Грузии свирепыми захватчиками ущерб казался непоправимым. Страна истекала кровью. Всюду, куда только мог добраться враг, он с дикой энергией уничтожал все, что было создано усилиями грузинского народа. Многие военные, гражданские, культовые и сельскохозяйственные сооружения были разрушены и сожжены, погибло большое число ценнейших памятников грузинской культуры.

Но особенно тяжелым для Грузии, как и для всего Кавказа, был политический результат походов Тимура. Трехсотлетняя борьба против кочевников закончилась поражением Грузии. Грузия окончательно утратила земли — Армению, Албанию и оказалась одна, лишенная союзников — лицом к лицу с полчищами кочевников, стремившихся захватить все новые земли. Завоеватели провозгласили мусульманскую религию своим знаменем и объявили борьбу против землевладельцев-христиан богоугодным делом. Тимур был последовательным проводником такой политики. Эта политика вела к уничтожению местной высокоразвитой феодальной культуры и к возврату варварских общественных отношений.

§ 2. ГРУЗИЯ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XV ВЕКА

Царствование Александра первого

Со смертью Тимура вторжения кочевых племен и Грузию не прекратились. Только с 1416 г. в стране установились относительный мир и спокойствие. Такова была обстановка, когда в 1412 г. на грузинский царский престол вступил Александр первый. Ему подчинялась вся Грузия, территория которой к тому времени подверглась еще большему сокращению.

Грузинскому царю не принадлежали более Хачени, Аниси, и даже такая необходимая для обороны Грузии крепость, как Лоре, находилась во власти врага. Только в 1431 г. Александр вернул Грузии область Лоре. Вскоре к Грузии была присоединена и область Сивниэти (нынешний Карабах и смежные с ним районы). Только за счет присоединения Сивниэти и ближайших областей поредевшее население Грузии увеличилось более чем на 60 тысяч дымов. В это время на грузинских землях в большом количестве селились беженцы из армянских областей, находившихся под игом мусульманских владетелей.

После того как Грузия более или менее обезопасила себя от посягательств внешних врагов, в стране развернулась большая работа по восстановлению разоренных городов, храмов, монастырей, замков и других построек. Александр производил эти работы на государственные средства. С этой целью он учредил особый временный налог: каждый дым должен был ежегодно платить 40 «белых» (около восьми рублей серебром). Чрезвычайный строительный налог взимался с 1425 г. вплоть до 1440 г., когда осложнившиеся внутриполитические условия вынудили царя отменить его. Александр предпринимал также энергичные попытки увеличить население в обезлюдевших областях, но не смог добиться в этом деле сколько-нибудь значительных результатов. Многие разрушенные во время набегов Тимура селения долгое время лежали в развалинах и заросли лесом.

Александр попытался восстановить могущество страны и другим путем: он обратил внимание на упорядочение хозяйственно-организационной жизни церкви. Царь надеялся использовать церковь для укрепления единства страны: при этом он объявил непримиримую борьбу против устремлений эриставов расчленить центральную власть. Но усилия царя оказались недостаточными: признаки распада Грузии становились все более явственными.

Ослабление власти царя проявлялось и в том, что теперь члены царской фамилии все чаще вмешивались в государственные дела. Обострились соперничество и вражда между отдельными группами феодалов. Участились кровавые раздоры. Не было единства и при царском дворе; между его членами возникли серьезные разногласия, которые вынудили Александра отречься от престола (1442) и постричься в монахи.

Первые признаки окончательного распада грузинского царства

В 1446 г. на престол вступил Георгий VIII. Мтавары готовились к решительной борьбе против царя за свою политическую независимость

В то время в Самцхе, родовом владении Джакели, шла ожесточенная внутренняя борьба: Кваркваре оспаривал атабагство у своего племянника Агбуги. Царь Георгий поддержал Агбугу, нажив этим себе врага в лице Кваркваре. Хотя впоследствии, когда в 1451 г. атабаг Агбуга умер, Георгий и пожаловал атабагство Кваркваре, но последний, добиваясь независимости, продолжал выступать против царя. Кваркваре попытался закрепить за собою положение независимого правителя также и путем отделения местной, самцхийской церкви от мцхетского католикосата. По его плану, главой церкви и Самцхе должен был стать епископ Мацкверели (т. е. Ацкурский), который в сфере церковной жизни явился бы независимым. Правда, мцхетский католикос, в конце концов, отстоял свои права, и церковное единство было восстановлено. Однако, факт этот сам по себе свидетельствовал о глубоком распаде, который коснулся всех сторон жизни грузинского царства.

Стремление к обособлению от центра проявлялось не только в Самцхе, для правителей которой политика раскола стала с XIII в. традиционной, но и в других областях Грузии, стремившихся приблизиться к положению самостоятельных самтавро. Во всяком случае, Абхазия и Мегрелия составили одно особое самтавро, во главе которого стоял мтавар Бедиани. Гурия также явилась отдельным самтавро. Правда, мтавары этих областей пока еще сохраняли, формально, покорность царю, но их власть уже заметно превысила власть прежних эриставов.

Изменение внешнеполитической обстановки

Ослабление центральной власти в период, когда на Ближнем Востоке, на юго-западных рубежах Грузии, появился новый опасный сосед — Турция, было чревато для страны весьма серьезными последствиями. Предки турок-османов пришли в Малую Азию в XIII в. Османское государство сформировалось в XIV в. путем захвата чужих земель, в условиях постоянных войн с соседями. Основателем его, по преданию, был Осман.

Захватнические устремления нового турецкого государства, прежде всего, проявились по отношению к его западному соседу—Византии. Константинопольский император не смог противостоять натиску османов, и они легко овладели обширными территориями Византии, а в 1453 г. под предводительством султана Мухаммеда штурмом взяли столицу Византии Константинополь, положив тем самым конец существованию древней византийской империи.

Захват Константинополя турками означал для Грузии потерю единственного в то время удобного пути в культурные страны Средиземноморского бассейна. Таким образом, для Грузинского государства отпала возможность поддерживать непосредственные связи с цивилизованным Западом. Вместе с тем, если раньше соседом Грузии на западе была обладавшая древними культурными традициями Византия, то теперь на ее месте появилось мощное, хорошо вооруженное, агрессивное, но малокультурное Османское государство. Падение Константинополя во всех отношениях ухудшило положение Грузии. Перекройка политической карты Ближнего и Среднего Востока и захват черноморских проливов враждебным мусульманским государством отрицательно повлияли на экономику Грузии. Снова надолго снизился уровень внутреннего обмена, заглохла городская жизнь: одни города, прекратив существование, стали селениями, другие полностью пришли в упадок. Замерла внешняя торговля. Разоренной стране и для себя не хватало многих необходимых предметов, так что вывозить за границу ей было нечего.

Попытка организовать коалицию против турок-османов

Падение Константинополя привело в смятение грузинское феодальное общество. Страна оказавшаяся во вражеском окружении, все же сумела наладить связи с народами Западной Европы. Имелось в виду общими усилиями прорвать вражеское кольцо; падение Константинополя сильно ущемило интересы и западноевропейских государств. Установление турецкого господства в бассейне Черного моря нанесло особенно чувствительный удар по торговле итальянских городов. Поэтому грузины с доверием и надеждой встретили в 1459 г. послание римского папы, одного из главных организаторов крестовых походов против турок-османов. Папский посол предложил царю Георгию план изгнания османов из Константинополя. Правда, между царем и мтаварами шла упорная борьба, но турецкая опасность была настолько серьезной, что мтавары, поступившись своими личными интересами, в том же году помирились с царем Георгием и приступили к совместному обсуждению плана военных действий.

Если западных политиков в первую очередь интересовала судьба Константинополя, то грузины хотели воспользоваться случаем и с помощью коалиции окончательно уничтожить политическое господство турок в Малой Азии, навсегда избавиться от их агрессивных устремлений. Но для осуществления широкого плана разгрома турок и восстановления Византии, который отстаивали грузины, потребовались бы крупные военные силы. Тех семидесяти тысяч воинов, которые могла выставить Грузия, было явно недостаточно. Поэтому грузинские государственные деятели решили обратиться за помощью к трапезундскому императору и к правителям Малой Армении. Грузины считали также возможным войти в военный союз и с теми мусульманскими правителями Ближнего Востока, которые выступали против османов.

После достижения соглашения с папским послом, царь и мтавары Грузии, совместно со своими Закавказскими союзниками, со своей стороны, направили посольство в Европу. Кроме царского посла, грузинского иерарха Николоза Тбилели, в посольство вошли представители атабага Кваркваре, трапезундского императора, правителя Малой Армении и иранского владетеля Узун-Хасана, В 1460 г. посольство прибыло в Рим.

Папа римский встретил прибывших из Грузии послов торжественно и с почетом, но они не узнали здесь ничего отрадного: европейские государи не смогли прийти к соглашению друг с другом, и осуществление намеченного похода стало невозможным. План освобождения Константинополя срывался. Папа предлагал послам лично обратиться к западноевропейским государям, чтобы побудить их выступить против турок. В том же 1460 г. послы Грузии предстали сперва перед французским королем Карлом Седьмым, а затем перед его сыном Людовиком, но безуспешно. Было ясно, что Западная Европа отказывается от действенного военного союза. Христианские монархи западноевропейских стран сочли для себя более выгодным помириться с османами.

§ 3. РАСПАД ГРУЗИИ НА ЦАРСТВА И КНЯЖЕСТВА. ОТНОШЕНИЯ С РОССИЕЙ

Социально-экономическое положение Грузии накануне распада

Куда бы ни проникли в Грузии иноземные захватчики, они повсюду несли с собою смерть и разрушение. Частые нашествия врагов и связанные с ними разорения и гибель десятков тысяч жителей настолько подорвали жизненные силы страны, что она уже на протяжении столетий не могла выйти из бедственного положения. Для восстановления разоренного хозяйства, вырубленных садов и виноградников даже в мирных условиях понадобились бы значительный период времени и большие материальные ресурсы; а обескровленная вторжениями страна была лишена этих необходимейших условий.

Испытания, выпавшие на долю грузинского народа, нашли свое отражение и в грузинской лексике. С XV в. прочно вошли в быт такие выражения, как напузари (земля, некогда представлявшая собою «живое» пудзе), насоплари (покинутое селение), накалакари (городище), партахти (выморочное имение) и др. термины, обозначавшие некогда заселенные, а впоследствии покинутые людьми места. В результате непрестанных внешних и внутренних войн значительно сократились площади сельскохозяйственных угодий, упала культура земледелия. В смутное время людям трудно было посвящать себя занятию сложными отраслями хозяйства, требовавшими применения передовой техники и большой затраты времени. Резко замедлился пульс городской жизни. Значительная часть не так давно еще процветавшего Тбилиси к 70-м годам XV века лежала в развалинах. Кутаиси, Гори, Ахалцихе, Ахалкалаки, Атени стали небольшими городками. Но особенно пострадали города Батуми, Поти и Сухуми, представлявшие собой к этому времени просто крепости и небольшие поселки. Некогда значительные и богатые города - Самшвилде, Тмогви, Дманиси, Жинвали — в XV в. и вовсе перестали существовать. Истребление местного населения привело, прежде всего, к резкому сокращению трудовой части общества, к нарушению необходимого количественного соотношения между эксплуатируемыми и эксплуататорами. Мероприятия царской власти по восстановлению этого нарушенного соотношения, такие, например, как выкуп пленных, переселение крестьян из соседних стран и др., были недостаточны. Сократившаяся в численном отношении трудовая часть общества не могла обеспечить выплаты царских, церковных, помещичьих налогов, иноземной дани.

У тавадов, азнауров, членов царской фамилии, мтаваров, а также их многочисленной челяди оставался один способ сохранения доходов на более или менее высоком уровне — усиление эксплуатации оставшихся у них крепостных. И действительно, правящий класс не преминул воспользоваться этим способом: на протяжении всего указанного периода положение грузинского крепостного крестьянства неуклонно ухудшалось, а феодальное, бремя, лежавшее на нем, делалось все тяжелее. Феодалы шли на различные ухищрения: вводили новые или увеличивали ранее существовавшие налоги, а чтобы последнее мероприятие не слишком бросалось в глаза, постепенно меняли меры веса и объема. Изначальные меры назывались первичными или малыми, например, первичная или малая литра; от них стали различать новые — «большие»: большая литра, большой кувшин, большой кабици.

К началу XVI п. вес «литры», по сравнению с первоначальным, увеличился в шесть раз. Следовательно, и натуральные налоги соответственно возросли.

Ясно, что крестьяне не могли мириться с таким произволом.

Сокращение производительной части населения отразилось на положении прослойки воинов («молашкре»). Воин, основной обязанностью которого некогда являлась лишь военная служба, постепенно облагается налогом; теперь на его плечи падают не только военные расходы, но и крестьянские налоги. Это значительно ухудшало материальное положение воинов, затрудняло или вовсе лишало их возможности приобретать за свой счет вооружение и снаряжение, необходимое им в походе. Поэтому-то опора царской центральной власти — постоянное царское войско — исчезло, разложилось, уступив место новой организации. Возникают войска, приписываемые к тому или иному таваду, азнауру. Таким образом, царь вынужден был опираться на военную силу, находившуюся фактически в распоряжении тавадов. А это обстоятельство еще более ослабило царскую власть, подорвало обороноспособность страны.

Таким образом, грузинское феодальное общество зашло в тупик. Условия, необходимые для дальнейшего прогресса, были чрезвычайно ограничены. В результате возникли сатавадо, которые ускорили политический распад страны. Это было решающей победой феодальной реакции.

Борьба между царем и мтаварами. Распад грузинского царства

Едва только до рубежей Грузии от вышеупомянутого посольства, направленного грузинским царем в Рим и во Францию, дошла весть о том, что план создания большой антитурецкой коалиции в ближайшем будущем не может осуществиться, всем стало ясно, насколько непрочным был мир, заключенный между царем и мтаварами в 1459 г. Вспыхнула междоусобная война между царем и мтаваром Кваркваре. В этой войне на стороне Кваркваре участвовал и правитель Ирана Узун-Хасан, который в 1462 г. прибыл в Самцхе и помог атабагу одержать победу над царским войском. После этого, против царя Георгия поднялись и другие непокорные эриставы. Самым активным среди них был Баграт, эристав Самокалако (Кутаиси с прилегавшими землями). Между царем и Багратом в 1463 г. у города Чихори (в Верхней Имерети, к востоку от Чхари) произошла крупная битва, в которой царь Георгий потерпел поражение. Однако Баграт все же не смог взять Кутаиси, как не смог и закрепиться в Восточной Грузии. Окончательный результат борьбы еще не определился. Исход решило вмешательство атабага Кваркваре, когда он, вновь отложившись от Георгия, в битве при Самцхе в 1465 г. разбил наголову царские войска и взял царя в плен.

Наибольшую выгоду из создавшегося положения извлек эристав Баграт. В 1466 г. он занял Картли и объявил себя царем Грузии. Кваркваре вскоре освободил царя Георгия, и царь начал борьбу за восстановление своей власти в Картли. Однако, Баграт сумел заручиться поддержкой со стороны многих родовитых азнауров, и Георгий проиграл борьбу. Он примирился с создавшимся положением и удалился в Кахети, которая сохранила ему верность. Так было положено начало кахетинскому царству.

Теперь вне владений нового царя Грузии, Баграта, оказались Кахети и Самцхе. На пути к обособлению стояло и большое самтавро Сабедиано, в которое входили Абхазия, Мегрелия, Гурия и важные прибрежные города — Цхуми, или Себастополь (около нынешнего Сухуми), Поти, Каджта-Цихе (древняя крепость Пeтра, ныне — Цихисдзири), Батуми. Но мтавар Сабедиано пока еще признавал верховную власть Баграта.

Владение Джакели — Самцхе-Саатабаго (саатабаго — букв.: относящаяся к власти атабага земля) к этому времени окончательно сформировалось, как независимое самтавро. Джакели назывались атабаками Самцхе. Их столицей был город Ахалцихе. Обширное самтавро простиралось от Боржомского и Чорохского ущелий до Эрзерумского края. Атабаг Самцхе считался среди соседей могущественным повелителем.

В 1478 г. умер царь Баграт. Его сын Александр попытался занять грузинский престол, но не сумел удержать власть и укрепился в Рача-Лечхуми. В 1479 г. царем Грузии стал внук Александра первого — Константин. В Кахети уже с 1476 г. царствовал сын Георгия VIII Александр. Константин и кахетинский царь Александр помирились и окончательно договорились о границах своих владений.

В это же время возобновилась борьба между Константином и атабагом Самцхе — Кваркваре. В 1483 г. под Арадети атабаг Кваркваре разбил войско царя. Царевич Александр, укрепившийся в Рача-Лечхуми, тотчас же воспользовался поражением Константина и захватил Имерети. Таким образом, политическое единство Грузии лишилось своей последней опоры. Правда, царь Константин, немедля, направился в Западную Грузию и с помощью мтавара Мегрелии изгнал Александра, но вторжение врага в Картли заставило его покинуть Имерети. Александр, сын Баграта, в 1489 г. вновь захватил Кутаиси. Царь Константин вынужден был признать факт распада грузинского государства и удовлетвориться царствованием в Картли.

Таким образом, к концу XV и началу XVI веков Грузия окончательно распалась на царства — Картлийское, Кахетинское, Имеретинское и княжество Самцхе-Саатабаго.

Установление дипломатических отношений с Россией

Внутренние смуты и происки внешних врагов вынуждали грузинских полититических деятелей искать для Грузии надежных союзников. Царь Константин считал, что таким союзником, способным оказать действенную помощь Грузии, могла стать могущественная тогда Испания. В 90-х годах XV в. испанская королева Изабелла направила в Грузию своих послов. Константин снарядил ответное посольство, снабдив его письмами к римскому папе и Изабелле.

Царь просил испанскую королеву организовать поход для освобождения Константинополя и, в свою очередь, обязывался выступить против турок. Но у испанской королевы не было ни сил, ни желания предпринимать такой далекий и трудный поход. Поэтому план грузинских политиков остался неосуществленным. Расчеты правящих кругов на помощь государств Западной Европы в борьбе с османами не оправдались: для европейских государей было гораздо важнее сохранить мир с Турцией, чем идти на осложнение отношений с ней ради помощи грузинскому царю. В такой обстановке прогрессивная часть грузинского феодального общества обратила свои взоры к России.

Русско-грузинские отношения имели давнюю историю. Еще в XI — XII вв. Киевская Русь и Грузия хорошо знали друг друга и оживленно сотрудничали в экономической, политической и культурной областях. Но в 30-х годах XIII в. обе дружественные страны были разгромлены, захвачены и обложены данью татаро-монгольскими ханами. После этого и до конца XV в. русско-грузинские отношения или полностью прекратились, или же поддерживались крайне нерегулярно. На протяжении истекших столетий в феодальной России произошли большие изменения. Страна, объединившись вокруг Москвы, переживала быстрое социальное и экономическое развитие, усилилась политически и повела упорную борьбу против монгольских захватчиков. В 1480 г. Россия одержала решительную победу и навсегда сбросила татаро-монгольское иго. К этому времени в основном уже сложилось русское централизованное государство. Это было актом величайшего политического значения в жизни стран Европы и Азии.

Усиление России и нанесенное ею татарам поражение сыграло для Грузии большую роль, оно породило в сердцах грузинских патриотов великие надежды. Отныне передовые люди народов Кавказа лелеяли мечту об окончательной победе над внешними врагами в союзе с Россией. Сношения с усилившейся Москвой раньше всех установило Кахетинское царство, которое было расположено близко от наиболее удобных путей, связывающих Грузию с Россией. В 1491 г. кахетинский царь Александр, сын Георгия, направил посольство к великому князю Московскому Ивану III. Послы должны были вручить письмо Александра и передать великому князю устно пожелания кахетинского царя. Это были первые шаги на пути восстановления связей с Россией, первые попытки наладить отношения, которым в последующие века суждено было приобрести важное историческое значение в жизни страны.

Глава XV. Грузия в XVI веке

§ I. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ГРУЗИИ В

XVI ВЕКЕ

Сельское хозяйство

Благоприятные природные условия способствовали распространению в Грузии самых разнообразных сельскохозяйственных культур.

В XVI в., как и в древние времена, в долинах и на плоскогорьях Кахети, Картли и Самцхе-Саатабаго ведущая роль в хозяйстве принадлежала зерновым культурам. В Западной Грузии основной сельскохозяйственной культурой было гоми. Кроме гоми, в некоторых имеретинских селах сеяли просо, ячмень и пшеницу. В горных районах Грузии, несмотря на ограниченность посевных площадей, возделывали те зерновые культуры, которые наиболее соответствовали местным условиям.

Значительную роль в хозяйстве грузинских царств и владетельных княжеств занимали виноградарство и виноделие, особенно развитые в Кахети. Кахетинское вино славилось как в Грузии, так и за ее пределами. Оно являлось одной из важнейших статей экспорта в соседние страны. Довольно хорошее вино производилось также в некоторых районах Картли.

В Самцхе-Саатабаго виноградарство издавна являлось одной из основных отраслей хозяйства. Почти в каждом селе десяти ахалцихских районов крестьяне занимались виноградарством. Аналогичное положение создалось и в большинстве районов Поцхови и Панаки. В условиях господства турок-османов в Самцхе-Саатабаго хищническая эксплуатация виноградников довела эту древнюю грузинскую сельскохозяйственную культуру до полного вырождения. Виноградарство было основной отраслью сельского хозяйства и в некоторых районах Имеретинского царства; здесь производили довольно много вина, но в XVI в. его качество заметно ухудшилось.

В Грузии было развито и шелководство. В этой отрасли ведущее место принадлежало Кахети, которая не уступала опытным шелководам Ширвана, Шаки и Гиляна. Шелк был важной статьей внутренней и внешней торговли Кахети,

Видное место среди сельскохозяйственных культур, возделывавшихся в Грузии, занимали рис, лен, конопля и хлопок. Одни села (например, Джгали в Мегрелии) славились производством льняного и конопляного холста; другие, где главным образом разводили коноплю (кипи) или хлопок (бамба), получили даже соответствующие названия: Накипу, Саканапе, Сабамбе и др.

Волокна льна и конопли использовали для изготовления тканей, а из семян получали масло.

В Грузии к XVI в. были развиты садоводство и огородничество. В некоторых районах страны даже леса изобиловали фруктовыми деревьями. Из Кахети в соседние страны ежегодно вывозились тысячи вьюков ореха и большое количество корней марены, из которых изготовлялась высококачественная краска. Разнообразием и отменным вкусом славились плоды, выращиваемые в садах Картли.

Прибрежная полоса Черного моря была единственной в Грузии областью, где наряду с другими плодовыми произрастали цитрусовые — мандарины, лимоны, апельсины и др. Однако эта отрасль плодоводства была в те времена еще мало развитой.

Наличие летних и зимних пастбищ способствовало развитию в Грузии животноводства и, в частности, коневодства. Лошади кахетинской породы под названием «гурджи», или «грузинские», высоко ценились в странах Востока. Значительное место в скотоводстве занимало овцеводство, особенно распространенное в Тушети. Тушинская овца отличалась нежным вкусным мясом и очень жирным молоком. В Пшав-Хевсурети разводили главным образом крупный рогатый скот.

В горной Картли — Гудамакари, Хеви, а также в верховьях рек Ксани, Лиахви и др. главном отраслью хозяйства являлось скотоводство, хотя население этих районов и жило оседло. В Западной Грузии скотоводство также достигло довольно высокого уровня; здесь разводили коров местной породы, лошадей и другой скот. Уже тогда славилась своей чистой и мягкой шерстью крупная длиннорогая мегрело-абхазская коза.

Обилие рек и близость моря предназначили рыболовству важную роль в экономике Западной Грузии. Рыбный промысел развивался и в Самцхе-Саатабаго. Об этом свидетельствуют налоги, которыми турки-османы обложили реки и озера Самцхе. Например, рыбаки, промышлявшие на озере Сагамо, должны были платить туркам 10.000 ахча (ахча — денежная единица у османов), рыбаки Чилдирского озера — 30.000 ахча и т.д.

Таковы были основные отрасли сельского хозяйства Грузии в XVI в.

В этот период экономическое положение грузинских царств и княжеств не было одинаковым: если в Кахети сельское хозяйство переживало некоторый подъем, то в Картли, Имерети и Самцхе-Саатабаго оно постепенно приходило в упадок. Причиной упадка служили сокращение трудового населения, массами покидавшего эти неспокойные места, разрушение оросительной системы и ряд других причин, приведших к тому, что в XVI в. население Нижней Картли сократилось на две трети. В 60-х гг. XVI в. восточная часть этого-района совершенно обезлюдела. Заметно сократилось население и в других районах Грузии.

Постоянная угроза вторжения внешнего врага и связанные с ним разорение и угон пленных в рабство отбивало у крестьянина охоту вести интенсивное хозяйство, отдавать все свое время и силы полю, винограднику, саду или огороду. Разоренный и отчаявшийся земледелец заботился лишь о том, как бы раздобыть кусок хлеба. Упадок сельского хозяйства обострялся и установлением господства сатавадо (сеньорий). Эта — новая форма феодального землевладения получила в равнинных областях Грузии широкое распространение. Она постепенно вытесняла частнопоместное землевладение, мешая тем самым развитию интенсивного сельского хозяйства.

Кроме того, безграничное усиление власти помещиков способствовало распаду, разорению крестьянских хозяйств. Исконные владельцы земли—крестьяне, занимавшиеся ранее интенсивным хозяйством, становились бобылями, переселенными крестьянами и хизанами. Число их постепенно возрастало.

Падению интенсивности сельского хозяйства способствовало и внешнеполитическое положение Грузии. Кызылбаши и османы стремились захватить грузинские земли, разрушить грузинское феодальное землевладение. Для достижения своей цели захватчики не гнушались никакими средствами. В отдельных районах они добились значительных успехов, благодаря чему интенсивное хозяйство здесь постепенно уступало место экстенсивному, кочевому.

Упадок, переживаемый страной, внес изменения в отношения между жителями гор и долин. Горцы не только разоряли долины своими набегами, но и селились на захваченных землях, принося с собой по большей части примитивные методы ведения хозяйства и патриархальный родовой быт. Это также было одной из важных причин падения интенсивности сельского хозяйства в Грузии. Кроме того, хозяйство подрывали постоянные нашествия иноземных захватчиков, безжалостно истреблявших местное грузинское население. Лесом зарастали некогда цветущие поля и виноградники.

Домашняя промышленность, ремесло, города

В XVI в. в Грузии господствовало феодально-помещичье натуральное хозяйство. Оно характеризуется стремлением крестьянской семьи самой обеспечить себя всем необходимым для жизни. Поэтому-то и феодалы старались иметь крепостных, владевших различными ремеслами. Домашняя промышленность представляла собой характерное для натурального хозяйства явление. Крестьянские общины или отдельные семьи имели свои маслобойни, ткацкие станки, печи для обжига глиняной посуды и другие, необходимые для кустарного промысла приспособления.

В горных районах Грузии занимались обработкой кож, выделкой ковров, шерстяной пряжи, войлочных бурок, башлыков, «горного сукна» и др. Бурки, грубое сукно, хлопчатобумажные ткани производились и в Абхазии. Женщины Абхазии были отличными прядильщицами, и хлопчатобумажная нить, изготовленная ими, вывозилась за пределы страны. Абхазские крестьяне-умельцы изготовляли из дерева и рога ложки, стаканы, тарелки, роги для вина и другие предметы домашнего обихода.

В селе Цедиси (Рача) и его окрестностях, которые назывались Саркинети (место добычи железа), были особенно развиты добыча, выплавка и обработка железной руды. В Мегрелии получило широкое распространение производство конопляных и льняных холстов. Льняные ткани изготовлялись также в Самцхе, Нижней Картли и других местах.

Кроме крестьян-кустарей в селах жили и мастера-ремесленники. В условиях натурального хозяйства ремесленник являлся единственным производителем товара. Трудно представить грузинское селение того периода, где бы не нашлось одного или нескольких ремесленников. Большинство из них было крепостными. В зависимости от желания феодала, они или постоянно сдавали господину свою продукцию, или же, сбывая готовые изделия на рынке, выплачивали ему оброк.

Отдельные ремесленники изготовляли для помещика все то, чего не могло дать крестьянское хозяйство и кустарный промысел. Поэтому работа в мастерской феодала угрожала такому ремесленнику превращением в раба. Но продукция крепостных мастеров не удовлетворяла растущих потребностей помещика в дорогой одежде и других предметах роскоши, приобретать которые удавалось, главным образом, за счет выручки от продажи в рабство крепостных османским купцам.

Упадок сельского хозяйства и ремесел отрицательно повлиял на города, которые переживали период застоя и опустения. Не меньшую роль сыграли в этом, во-первых, взятие османами Константинополя и постепенное установление турецкого господства в бассейне Черного моря и развитие здесь хищнической турецкой торговли, и, во-вторых, великие географические открытия, решившие судьбу древних торговых путей, пролегавших через Закавказье. Пришел в запустение и Тбилиси. Некоторые районы этого города, пережившего не одно вражеское нашествие, совершенно обезлюдели. К концу XVI в. здесь насчитывалось всего 2.000 дворов, т. е. приблизительно 10.000 жителей. Утратили свое прежнее значение некогда богатые торговые и промышленные центры Западной Грузии — Кутаиси, Батуми, Поти и др. Ахалцихе, Ахалкалаки и Артануджи были в XVI в. захвачены турками-османами. Но, несмотря на тяжелые условия, которые возникли здесь в результате господства турок, эти города не порывали экономических связей с другими грузинскими городами.

Города Кахетинского царства находились в сравнительно лучшем положении. Развитие сельского хозяйства и ремесел, близость торгово-караванных путей, проходивших через Восточное Закавказье, оживленные связи с соседними странами положительно сказывались на развитии городской жизни. Кахети стала убежищем для беглых (из Имерети и Картли) крепостных крестьян и ремесленников.

В XV в. главным городом Кахетинского царства стал усилившийся к тому времени Греми. Большое значение в жизни этого царства имел город Базари (Загеми). В городе Карагаджи еще с XIV в. был собственный монетный двор. Древний город Телави в этот период сохранял роль крупного экономического центра. Однако оживление, царившее в городах Кахети, продолжалось сравнительно недолго.

§ 2. ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ГРУЗИИ В XVI ВЕКЕ

Углубление политического распада страны

В XVI в. еще более углубился процесс распада феодальной Грузии на отдельные политические единицы. В первой половине этого столетия атабаги Самцхе сумели завершить длительную борьбу против царской власти и выйти из состава грузинского государства.

Особенно остро протекал процесс распада в Западной Грузии. В Имеретинском царстве образовалось несколько фактически независимых княжеств. Бывший ранее чиновником грузинского царя эристав Дадиани с середины XVI в. стал независимым мтаваром Мегрелии. Дадиани отказался платить налоги и поставлять войско имеретинскому царю. Лишь иногда, да и то формально, признавал он суверенные его права.

В Мегрельское самтавро в то время входила и Абхазия. Местные феодалы во главе с Шервашисдзе тоже начали борьбу за обособление, которая закончилась в начале XVII в. образованием отдельного Абхазского самтавро. Разложению Мегрельского самтавро еще более способствовали внутри внутрифеодальные войны. Дадиани боролись за возвращение Абхазии, а абхазские феодалы, в свою очередь, стремились оттеснить мегрельского мтавара подальше: от реки Кодори к реке Энгури.

С середины XVI в. стал независимым и мтавар Гурии.

В этот период быстро выросло число так называемых сатавадо — политико-административных единиц, меньших, чем самтавро. Сатавадо возникли в результате присвоения феодалами или чиновниками переданных им в управление земель. В сатавадо, кроме того, входили наследственные владения феодала и земли, отнятые у свободных поселян.

С течением времени многие помещики добились от царя налогового, а иногда и правового иммунитета. Помещик сам чинил суд над своими крепостными. Такое поместье постепенно превращалось в обособленную административную единицу. С царской властью ее связывала только обязанность выставлять в случае войны соответствующее количество воинов. Однако с течением времени тавадам и это стало казаться излишним бременем.

Одним из существенных признаков сатавадо было территориальное единство. Сатавадо имело свой политический центр — резиденцию тавада, его крепость, дворец и церковь-монастырь, а также собственный аппарат управления. Вместе с тем, сатавадо представляло собой определённую административную и военную единицу.

В XVI в. вся страна была разбита на такие сатавадо. К этому времени в Картли выделялись такие сильные сатавадо, как Ксанское и Арагвское эриставства, Самухранбатоно, Саамилахвро, Сацициано, Сабаратиано и др. Подобный процесс протекал и в Имеретинском царстве. В течение XVI в. Рачинское эриставство превратилось в сатавадо, образовались и Саабашидзео, Сацеретло и др. Самцхе-Саатабаго в XVI в. состояло из двадцати двух крупных феодальных сеньорий. Причиной такой раздробленности страны была ее экономическая отсталость с полным преобладанием натурального хозяйства. Политическому распаду Грузии способствовали также постоянные вторжения внешних врагов и внутрифеодальные войны.

Реформы и мероприятия, направленные против раздробленности страны

Расчлененная на отдельные царства и самтавро Грузия превратилась в арену внутрифеодальных войн. Царь Георгий, захвативший кахетинский престол в 1511 г., стремился подчинить себе и Картли. Однако он не смог достичь своей цели и довольствовался набегами на пограничные районы. Со своей стороны, царь Картли Давид (1505 — 1525) боролся за возвращение Кахети в состав грузинского царства. Во время одной из войн он взял в плен Георгия, убил его и присоединил Кахети к своим владениям. Царь Давид стремился захватить также и малолетнего наследника Георгия — Левана и таким образом окончательно закрепить за собой Кахети. Однако внешнеполитические осложнения и различные препятствия помешали осуществлению этого плана объединения страны.

Кахетинские тавады укрыли царевича, восстали против Давида и объявили Левана своим царем. Давид снова покорил Кахети, но сохранить ее за собой не смог.

После разделения Грузии на три царства была уничтожена и старая военная организация. Поэтому перед царем Картли встала необходимость проведения военной реформы. С этой целью Давид разделил Картли на четыре военных округа - садрошо. Один из них составляла Верхняя Картли, где военачальником (сардаром) был Амилахори. Передовым садрошо считалась Сомхит-Сабаратиано, во главе которой также стоял тавад. Третьим садрошо была Самухран-батоно, а четвертым — Царское садрошо, предводительство которым царь жаловал тому или иному таваду.

Эта реформа царя Давида не смогла поколебать авторитета крупных тавадов. Наоборот, новая должность — сардара — стала главным средством усиления феодальных владетелей. Постепенно должность сардара стала в Картли наследственной.

Среди мероприятий, направленных против дальнейшего расчленения страны, особое значение имели реформы, проведенные в XVI в. в Кахети.

До XV в. страна была разделена на эриставства. Кахетинские эриставы также стремились присвоить пожалованные им в управление земли и стать там государями. Поэтому кахетинские цари в конце XV и в начале XVI вв. упразднили эриставства и разделили Кахети на более мелкие административные единицы — моуравства. Моуравы являлись царскими чиновниками на местах. Их права и обязанности были строго определены. Основной смысл проведенной реформы заключался в том, что у моурава уже не было военной власти, которая составляла главный источник могущества эристава.

Кахетинские цари провели еще одну важную реформу: вместе с эриставствами была ликвидирована прежняя военная организация, а вся страна разделена на четыре садрошо. Но командование новыми военными единицами передавалось не тавадам, как это произошло в Картли, а епископам. Епископство, а следовательно и командование не было наследственной должностью. Эти реформы способствовали усилению власти кахетинского царя, умножили сторонников царской власти среди мелких и средних азнауров.

Кахетинские цари пытались восстановить внутреннее единство царства и другим путем. Царь Леван (1520 — 1574) захватил у давно отколовшихся пшавов, хевсуров и тушин зимние пастбища и этим вынудил их принимать участие в царских походах и выплачивать ежегодный налог.

Сын Левана Александр (1574—1605) успешно продолжал внутреннюю политику своего отца. Он твердо определил права и обязанности моуравов, неусыпно следил за их деятельностью, стараясь вовремя пресечь распущенность чиновников.

На усиление царской власти была направлена и деятельность Александра по обеспечению лучшей боеспособности кахетинского войска. В распоряжении царя находилось около 15 тысяч отборных воинов, из которых 3 тысячи было пеших, а остальные конники. Однако во всем кахетинском войске только пятьсот человек имели ружья; пушек вовсе не было. Поэтому царь Александр попытался наладить производство огнестрельного оружия в своей стране и выписал из-за границы соответствующих мастеров. Одновременно для проведения различных строительных и восстановительных работ он прибегал к помощи приглашенных из России различных ремесленников, зодчих и художников.

Все эти мероприятия кахетинских царей способствовали укреплению феодальной экономики и усилению царской власти. Поэтому не удивительно, что Кахети в XVI в. была наиболее развитым и процветающим Грузинским царством.

Борьба за усиление царской власти протекала и в Западной Грузии. Имеретинский царь Баграт (1510 — 1565) пытался объединить отпавшие и обособившиеся самтавро и уничтожить их мтаваров. В этой борьбе царь опирался на мелких азнауров и церковных феодалов. Сперва он взял в плен Левана Дадиани, затем попытался захватить мтавара Гурии, пригласив его для совместного похода на Одиши. Но Гуриели, догадавшись о намерениях царя, не принял его приглашения. Тем временем изменники-тавады помогли бежать заключенному в Гелатском монастыре Левану Дадиани и укрыли его в Ахалцихе. Вскоре Дадиани, при содействии Гуриели, снова утвердился в своем самтавро. Одишский и гурийский мтавары обратились за помощью к султану, и имеретинский царь вынужден был отказаться от своих далеко идущих планов.

Безуспешной оказалась также и попытка царя Баграта присоединить к Имеретинскому царству Самцхе-Саатабаго. Баграт не признавал самостоятельности атабага Кваркваре. В 1535 г. царь, в результате успешного похода, разбил и взял в плен атабага, а владения его присоединил к своим. Но и здесь в дело вмешались тавады. Из-за их предательской политики и непрекращавшейся агрессии османов Баграт сумел удержать Самцхе лишь на какой-нибудь десяток лет.

Делу восстановления внутренней силы страны служили также различные мероприятия царя, направленные против работорговцев. Созванный по почину Баграта церковный собор осудил торговлю пленными и принял решение о применении смертной казни ко всем, кто не откажется от продажи крепостных крестьян за границу. Хотя постановление церковного собора не смогло искоренить этого зла и в дальнейшем приходилось не раз еще прибегать к различным мерам для обуздания торговцев невольниками, деятельность Баграта все же дала определенные результаты.

Из всего вышесказанного видно, что ни одно из мероприятий, направленных на объединение грузинского царства, не было доведено до конца, и распад страны на царства и самтавро, или, как тогда говорили, «на несколько Грузий», стал фактом. Несмотря на это, идея единства Грузии никогда не угасала в народе.

§ 3. ВНЕШНИЕ ОТНОШЕНИЯ ЦАРСТВ И КНЯЖЕСТВ. СВЯЗИ КАХЕТИ С МОСКВОЙ

Соседние с Грузией государства

Турция стала непосредственным соседом Грузии с 1461 г., после захвата ею Трапезундского царства. Ее султаны постоянно проводили агрессивную политику: захват и разграбление богатых высокоразвитых стран были основным источником существования турецкого государства. Сложившаяся в Турции система феодального землевладения, основанная на передаче захваченных земель в пользование воинам, полностью соответствовала агрессивным замыслам, как султанов, так и господствующего класса османской империи и давала постоянный стимул к ведению завоевательных войн.

В своих захватнических планах, предусматривавших дальнейшее расширение Османской империи, турецкие султаны отводили Закавказью весьма важное место. Первоочередной задачей османы считали присоединение Восточного Закавказья, захват прославленного шелководческого района Шаки-Ширвана проходившим там торговых путей, а также важной Волго-каспийской водной магистрали. Но для осуществления всех этих планов Турции нужно было, прежде всего, обосноваться в Грузии и в первую очередь в Самцхе-Саатабаго.

С такой же жадностью взирали на Грузию и правители Ирана. Шахи Сефевиды считали себя политическими наследниками монгольских ханов и рассматривали некогда завоеванные ильханами грузинские области Картли, Кахети и Самцхе-Саатабаго как свои исконные земли. Однако в то время планы Сефевидов шли еще дальше.

Грузинский народ стойко и самоотверженно боролся за свою свободу и независимость, но его обороноспособности был нанесен значительный ущерб в результате того, что Иран и Турция сумели распространить свое влияние на страны Восточного Закавказья и Северного Кавказа.

В первой половине XVI в. Ширван и Шаки стали провинциями Ирана. Эти области интенсивно заселялись племенами кызылбашей. Значительно усилились кочевые племена и в Азербайджане.

В XV в. турки окончательно подчинили себе Армению. Ко II половине XVI в. в Армении и Азербайджане феодальные отношения и политическая организация ничем уже не отличались от кызылбашских. Таким образом, непосредственно в Закавказье, в окружающих Грузию странах, установились чуждые ей восточные феодальные отношения, которые существенно отличались от грузинских. Феодальная собственность на землю в восточных странах была развита слабо. Наибольшая часть земли здесь находилась в руках государства и получить ее можно было только во временное пользование. Эксплуатация крестьян также, в основном, проводилась при посредстве государства. Такие правила землепользования и формы эксплуатации резко отличались от грузинских феодальных отношений того времени. В Грузии владельцем земли являлся феодал, который обладал правом передачи своих владений по наследству. Османские и иранские захватчики пытались уничтожить грузинское землевладение, поскольку оно являлось экономической основой независимости Грузии.

Из северных соседей Грузии в первую очередь следует отметить Дагестан, представлявший собой в XVI в. разрозненную страну.

Узкая и отсталая экономическая база, избыток населения и экстенсивное скотоводческое хозяйство вынуждали население нагорного Дагестана в поисках зимних пастбищ для скота спускаться в долины на кочевье.

В одних района Дагестана еще сохранялся патриархальный строй, в других пробили себе дорогу феодальные отношении. Процесс феодализации определял и основное содержание классовой борьбы в стране. Для смягчения внутренних социальных противоречий дагестанские феодалы предпринимали постоянные набеги на соседние страны; набеги эти в Грузии называли «лекианоба» («лезгинство»). В XVI в. в Дагестане самым значительным политическим объединением было Тарковское шамхальство.

Северным соседом Грузии являлась также Кабарда. Господствовавшие там социально-экономические отношения, по существу, были те же, что и в других политических объединениях Северного Кавказа. Кабарда также не была единым государством. Она делилась на две главные части — Большую и Малую Кабарду.

Северная Осетия в XVI в. представляла собой один и самых отсталых районов Кавказа. Она являлась экономически и политически разрозненной страной. Социальные отношения характеризовались здесь примитивными патриархально-феодальными порядками. В некоторых общинах сохранился военно-демократический строй. Северо-восточная часть страны подчинялась Кабарде, юго-западная — Имеретинскому царству.

Грузия и ее северные соседи с древнейших времен поддерживали между собой дружественные отношения. Некоторые горные районы испытывали влияние Грузии и даже подчинялись ей. Но после того, как Северный Кавказ попал под влияние Турции, отношения между Грузией и ее северными соседями значительно изменились. Проводниками османского влияния на Северном Кавказе выступали крымский хан и тарковский шамхал.

Подчинив Крымское ханство, османы наложили руку и на страны Северного Кавказа. Крымский хан предпринимал разорительные походы на Абхазское княжество. Таким образом, угроза османской агрессии надвигалась и с севера, где утвердились магометанские работорговцы. Набеги горцев на Грузию особенно участились после того, как страна распалась на отдельные царства и княжества.

Россия в XVI

Московская Русь была уже большим в централизованным многонациональным государством. Появление ее на международной арене явилось исключительно важным событием в исторических судьбах, как русского, так и других народов. Россия к этому времени уже представляла собой такую силу, с которой более нельзя было не считаться при решении большинства вопросов международной политики. При этом русское централизованное государство стояло на более высокой ступени развития, чем любые северные или южные соседи Грузии.

Во главе Московского государства стоял царь, который как во внутренней, так и во внешней политике защищал интересы класса феодалов. Именно в этом свете необходимо рассматривать такие важные мероприятия царской власти, как покорение в середине XVI в. Казанского и Астраханского ханств, захват волжско-астраханского торгового пути. Однако историческое значение таких завоеваний было гораздо шире и глубже особенно для народов соседних стран: в непосредственной близости от Кавказа быстро усиливалось государство, способное противостоять Турции. Естественно, что для народов Кавказа, боровшихся против варварского феодализма османов, единственную надежду на победу в этой борьбе порождала перспектива укрепления союза с Московским государством.

Отношения Кахетинского царства с Россией

В XVI в. Кахетинский царский двор проявлял большую гибкость в дипломатической борьбе, направленной против кызылбашей. Цари Кахети стремились формальным признанием вассальной своей зависимости и выплатой сравнительно небольшой дани удовлетворить требования захватчиков, но не допустить их проникновения в страну.

Кахетинский царь Леван, поддерживая дружеские отношения с кабардинскими князьями, не избегал сближения и с их соперником — тарковским шамхалом. Гибкую политику вел царь по отношению Шакского княжества, которое в то время уже подчинялось кызылбашскому хану. Энергично отражала Кахети и постоянные набеги дагестанских феодалов. Кахетинцы хорошо знали, что в этой беспощадной борьбе их союзниками и покровителями не могли быть ни Турция, ни государство кызылбашей. В то же время к Закавказью неуклонно приближалась Россия. Иван IV укрепился и в восточной части Северного Кавказа: у слияния рек Терека и Сунджи он построил крепость и поставил в ней русский гарнизон.

Царь Леван немедленно откликнулся на это знаменательное событие и попытался установить с Россией более тесные отношения: он направил к Ивану IV специальных послов и попросил его принять Кахети под свое покровительство. Русскому государю необходим был союзник в Закавказье, поэтому в Москве с удовлетворением встретили прибытие Кахетинского посольства. В 1564 г. Иван IV обещал царю Левану покровительство и даже выделил войско для защиты кахетинских крепостей. Сближение русского и кахетинского царей было первым ударом по окружавшим Грузию агрессорам. Россия становилась для Грузии реальной силой, в союзе с которой можно было отстоять свою свободу.

Ливонская война и внутренние осложнения помешали Ивану IV укрепить дружественные отношения с Кахети, но невольно прерванный союз был возобновлен в 80-х гг. XVI в., когда русско-турецкие отношения особенно обострились, и Турции попыталась установить свое господство над всей территорией Кавказа.

Россия не могла мириться с установлением турецкого господства в Закавказье. В результате продвижения османов к Каспийскому морю закрывался важный волжско-астраханский путь, связывавший русское государство с Ираном и другими странами Востока; значительно ограничивалась выгодная для обеих сторон русско-иранская торговля. Закавказским, в том числе грузинским купцам также закрывался доступ к Ирану. Все это ускорило восстановление дипломатических отношений между Москвой и Кахети.

Для того, чтобы обезопасить торговый путь, связывавший Россию с Ираном, русскому царю необходимо было обуздать дагестанских феодалов во главе с шамхалом, захватить Дербент и Баку, что совпадало с интересами кахетинского царя. Поэтому полученное от московского государя в 1585 г. предложение о союзе и покровительстве кахетинский царь Александр встретил с удовлетворением.

В 1586 г. перед царем Федором предстало ответное посольство кахетинцев. В 1587 г. царь Александр подписал «крестоцеловальную запись», а еще через два года получил от московского государя «жалованную грамоту». Это были первые письменные акты отразившие русско-грузинские политические отношения. В силу этих актов Кахети официально вступила под покровительство России.

Это выступление Московского государства на Кавказе было фактом большой исторической важности. Теперь грузинский народ видел, что он не одинок в своей борьбе, что за ним стоит единоверная могущественная держава.

В XVI в. между Россией и Грузией установились также оживленные культурные отношения. Из Москвы в Кахети направлялись мастера-ремесленники, иконописцы, ввозилось оружие. Произведения русских художников до сих пор сохранились в некоторых кахетинских храмах. Культурные достижения России той эпохи были достойно оценены грузинским феодальным обществом. Русские послы довольно часто посещали Грузию, старались ближе познакомиться с жизнью ее народа; некоторые из них оставили замечательные отчеты об естественных богатствах, социально-политическом и культурном положении дружественной страны.

Русские деятели, побывавшие в Грузии, создавали посвященные ей литературные памятники. Так возникла «Повесть о царице Динаре», в которой рассказывается о героическом подвиге грузинской царицы Динары (Тамары) и борьбе грузинского народа против своих врагов.

§4. БОРЬБА ГРУЗИНСКОГО НАРОДА ПРОТИВ ИРАНСКИХ И ТУРЕЦКИХ ЗАХВАТЧИКОВ

Борьба Картли против иранской агрессии

Внешняя политика Картлийского царства в XVI в. была направлена главным образом на отражение усилившейся агрессии иранцев — кызылбашей.

Кызылбаши еще в первой четверти XVI в. попытались покорить Картли, однако борьбу за последовательный захват грузинских земель Сефевиды начали позднее, после освоения стран Восточного Закавказья, где они добились перестройки всего социального и политического уклада на кызылбашский лад. Организатором походов кызылбашей на Грузию был иранский шах Тахмасп. В то время в Картли царствовал Луарсаб I. (1530 — 1556). В 1541 — 1554 гг. шах Тахмасп предпринял четыре похода против Грузии. Правда, он захватил некоторые крепости Картли и поставил в них кызылбашские гарнизоны, но все же страну покорить не смог. Грузинский народ самоотверженно боролся против кызылбашской агрессии.

В 1555 г., после пятидесятилетней войны, Иран и Турция заключили т. н. Амасийский мир, по которому Грузия оказалась поделенной между этими двумя агрессорами: Картли, Кахети и восточная часть Самцхе-Саатабаго объявлялись владениями кызылбашей, а Имеретинское царство со своими княжествами и западная часть Самцхе отходили к Турции. В результате этого сговоре еще более затруднилась борьба грузинского народа против агрессоров, страна искусственно расчленялась, углублялся ее политический распад. У реакционных грузинских мтаваров и тавадов, способствовавших расчленению Грузии, появились свои союзники-покровители — османы и кызылбаши.

После подписания мира с Турцией Иран значительно усилил давление на Картли. Но царь Луарсаб не признавал законности ирано-турецкого соглашения. Напротив, он предпринял попытку отбить крепости Внутренней и Нижней Картли, и даже Тбилиси. Царь Луарсаб погиб в 1556 г. в Алгетском крае во время битвы с вышедшим на помощь тбилисскому кызылбашскому гарнизону войском карабахского беглярбека.

Грузинскому народу эти длительные войны приносили неисчислимые бедствия. Только во время одного похода шах Тахмасп угнал 30.000 пленных. Но ценою огромных жертв грузинский народ сохранил свою независимость: кызылбашам и на этот раз не удалось захватить грузинские земли и установить в Грузии свои порядки.

В 1556 г. картлийский престол занял сын Луарсаба талантливый полководец Симон. Он неуклонно продолжал начатое отцом дело — непримиримую борьбу против кызылбашей и других захватчиков. Однако в последующие годы иранцы достигли в Картли некоторых успехов. В 1569 г. они при содействии изменника-феодала захватили царя в плен и, намереваясь упразднить в Картли царскую власть, посадили там своего чиновника — принявшего магометанство брата Симона (Дауд-хана). Во время правления Дауд-хана кызылбаши произвели перепись населения Тбилиси и Нижней Картли и подчинили их иранскому государственному дивану. Картлийский правитель Дауд-хан ежегодно выплачивал иранскому шаху дань в размере 20.000 дукатов. Политика шаха Тахмаспа в Картли ставила своей целью установление господства кизылбашского землепользования. Так была заложена основа возникшим в начале XVII в. в Лоре и Дебеда магометанским ханствам.

Борьба грузинского народа против османов

Такими же методами действовали и турецкие захватчики. В начале XVI в., став непосредственным соседом Грузии, Турция напала на Самцхе. Но тогда османы не стремились полностью овладеть Самцхе-Саатабаго и довольствовались лишь вассальной зависимостью. Это означало, что турецкие войска получали право свободного передвижения по территории княжества, которое обязывалось поставлять продовольствие турецким войскам.

Это давало возможность османам, пройдя через Самцхе, вторгаться, иногда даже при участии самих атабагов, в Западную Грузию. Однако сюда османы проникали и с другой стороны. На крайней северо-западной границе Грузии под влияние османов давно уже попали джики и некоторые другие абхазско-адыгейские племена. С их помощью Турция пыталась укрепиться в Абхазии. После падения Трапезундского царства турки подошли вплотную к Грузии и на юго-западе. В XVI в. они захватили Чанети (Лазику) и подступили к Имерети со стороны Гурии.

В 1510 г. большое турецкое войско вторглось в Западную Грузию и в Самцхе-Саатабаго. После этого турки неожиданно напали на Кутаиси, население которого едва успело бежать. Османы разоряли города, громили деревни, грабили и жгли церкви. Молодой имеретинский царь Баграт не успел организовать отпора врагу. Разграбив страну, османы быстро отступили.

Вассальная зависимость атабага от Турции и набеги подстрекаемых османами джиков на села и города Мегрелии и Абхазии создавали двойную угрозу Имеретинскому царству. Поэтому в 1533 г., по инициативе царя Баграта, Дадиани и Гуриели объединенными силами выступили против Джикети; в 1535 г. имеретинский царь вместе со своими мтаварами напал на атабага Самцхе, нанес ему поражение, а Саатабаго присоединил к Имеретинскому царству. Это дало турецкому султану повод для более активного вмешательства во внутренние дела Самцхе.

На следующий год турецкие войска перешли границы Месхети (Самцхе) и отторгли у нее несколько районов. Тем самым османы приступили к постепенному захвату территории Саатабаго и созданию здесь своих административных единиц. Несмотря на такой успех, Турция все же не смогла сразу захватить, тем более — отуречить эту часть грузинской территории. В 1543 г. грузины нанесли жестокое поражение большому войску османов, которое разоряло западную часть Самцхе.

Султан направил в Грузию новые отряды. В эти решающие дни бок о бок с имеретинскими воинами встали картлийцы. Битва произошла у Сохоиста в 1545 г. Грузины самоотверженно бились с врагом, но предательство тавадов решило исход сражения в пользу османов. На этот раз Турция добилась значительного военного и политического успеха. В месхетских крепостях были поставлены войска султана. Грузинам, жителям Самцхе, был достаточно ясен смысл всех этих мероприятий; выражая свою непримиримость с политикой османов, они не раз восставали против них. В ответ на это Турция в 1549 г. организовала новый крупный поход в Самцхе и отторгла от Саатабаго еще несколько районов. Было ясно, что агрессор стремится окончательно захватить грузинские земли и установить там свои порядки.

В результате всего этого ставленник турок атабаг Кайхосро резко изменил ориентацию и, порвав с Турцией, предпочел стать вассалом Ирана. Шах воспользовался удобным случаем и изгнал османов из Самцхе. Турция на этот раз не смогла сломить сопротивление грузинского народа и нанести поражение Ирану; по мирному договору 1555 г. она признала восточную часть Самцхе-Саатабаго владением кызылбашей.

Усиление захватнической политики Турции

Однако Турция не могла примириться с потерей восточной части Самцхе и ждала лишь удобного момента, чтобы вытеснить оттуда Иран. Скоро такой случай представился: воспользовавшись тем, что в 80-х гг. XVI в. Иран был занят внутрифеодальными войнами, многочисленное турецкое войско во главе Мустафой Лала-пашой в 1578 г. двинулось в Закавказье. Турция намеревалась захватить грузинские земли и установить в них свою социально-политическую систему. Угроза «отуречивания» подняла большую часть грузинского феодального общества на борьбу против Турции. Однако были и такие феодалы, которые, считая сопротивление безнадежным, предпочитали добровольно принять вассальную зависимость и платить туркам ежегодную дань. Несмотря на это, Картлийское царство и Самцхе-Саатабаго продолжали войну против захватчиков.

В 1578 г. шах, потерпевший поражение в войне с Турцией, освободил Симона I и отправил его в Картли. Таким путем шах рассчитывал приобрести себе надежного союзника в борьбе против османов. Кроме того, Иран вынужден был временно отказаться от заселения Картли кызылбашами.

Дауд-хан, сразу же по возвращении Симона I в Картли, откололся от своего покровителя, иранского шаха, сдал картлийские крепости войску султана, а сам бежал в Стамбул. Грузинский народ самоотверженно боролся против врага, пытавшегося силой оружия ввести османские порядки в сердце Грузии — Картли. За время этой войны, продолжавшейся 20 лет, грузины вписали немало славных страниц в историю своей страны.

Царь Симон, возглавивший эту борьбу, предпринял ряд попыток создать крупную антиосманскую коалицию, завязав с этой целью дипломатические отношения с государствами Западной Европы. Однако планы создания антитурецкой коалиции потерпели неудачу. Европейские страны нуждались в антиосманской пропаганде лишь для усиления католицизма и укрепления своих торгово-экономических позиций на Востоке. Естественно, они и не пытались оказать Грузии действенную помощь. Только героическое сопротивление грузинского народа сорвало планы османских захватчиков, стремившихся расчленить Картли и установить здесь свои порядки. Самоотверженная борьба Картли и Самцхе за национальную независимость облегчила положение противника Турции — Ирана.

В 1590 г., в соответствии с заключенным в Стамбуле миром, шах вынужден был признать права Турции на все Закавказье. Но поражение шаха не означало окончательной победы Турции. Симон I продолжал борьбу, не считаясь с условиями мирного договора. По свидетельству очевидца, османы, сидевшие в картлийских крепостях, из страха перед грузинами не осмеливались выходить за стены крепостей.

Захватчики вынуждены были пойти на уступки и признать христианского царя Симона сувереном Картли. Но это была лишь временная передышка: Симон I ожидал подходящего момента, чтобы решительным ударом покончить с противником. В 1599 г. грузины восстали и в жестоком бою отбили у османов Горийскую крепость. Успех восставших создавал угрозу владычеству султана в Грузии, и он поручил тавризскому беглярбегу Джафар-паше подавить восстание. Грузины встретили османское войско у Нахидури, но после пятичасовой битвы вынуждены были отойти, уступая численному превосходству врага. С помощью изменников — грузинских феодалов — Джафар-паше удалось взять в плен и самого царя. В 1601 г. Симона отправили в Стамбул, где он и умер. Турецкий полководец преподнес султану и другой «подарок» — мешки, наполненные головами погибших в сражении грузинских воинов.

Двадцатилетняя героическая борьба грузинского народа против османов имела большое историческое значение: она помешала захватчикам установить свое господство в Картли.

Самцхе-Саатабаго под игом Турции

Юго-западная часть Грузии приняла первые удары турецкого нашествия, поэтому здесь особенно тяжелыми были и результаты османской агрессии. Успеху османов в этом районе способствовали разногласия феодалов, особенно внутриполитическая борьба между атабагами и родом Шаликашвили.

Еще до примирения с Ираном, куда бы только ни достигала рука турецких захватчиков, они настойчиво пытались внедрить «османские порядки». После заключения мира в 1590 г., у них открылись для этого более широкие возможности.

По приказанию султана турецкие чиновники произвели перепись в Самцхе-Саатабаго и в 1595 г. составили подробную книгу налогов, которую назвали «Пространным реестром Гюрджюстанского вилайэта» (Грузинская область).

Произведенная перепись и подчинение страны дивану, введение турецких налогов и переход лучших земель в руки новых, османских, феодалов означали, что грузинская система землевладения должна была уступить место османской системе. Эта последняя подразумевала, что владельцем земли, и то временным, мог быть только воин. Поступить же на военную службу мог только правоверный магометанин. Поэтому грузинский феодал, владевший своим поместьем по наследству, должен был или лишиться его, или же принять магометанство и таким путем сохранить землю, но уже во временном пользовании.

Установление османских порядков землепользования угрожало гибелью грузинскому феодальному государственному строю. Добиваясь этого, турки даже приступили к введению своей административной системы. Захваченную ими область они называли «Гюрджюстанским вилайэтом» и разделили ее на восемь османских «санджаков» или «лив» (военных округов). Однако до окончательного утверждения новых порядков в Грузии было еще далеко. Народ всячески противился отмене своей сравнительно прогрессивной, выработанной на протяжении веков системы землевладения. Грузинский крестьянин не желал превращаться в османского крестьянина — «райя», измученного тяжелыми государственными повинностями и налогами; так же, как и его эксплуататор, грузинский феодал, он не желал быть только временным и условным владельцем земли.

Одним из видов протеста против политики османских властей было массовое бегство населения из захваченных турками районов. Практика взимания хараджа в пользу турок, варварские формы, которые принимала османская барщина, и постоянные походы в Самцхе-Саатабаго привели к печальным результатам. Неуклонно возрастало число покинутых крестьянами сел. В конце XVI в. в Самцхе-Саатабаго было уже 296 заброшенных селений, а в других 344 селах насчитывалось только от 1 до 11 дымов в каждом.

В результате постоянного сокращения населения османамм неоднократно приходилось заново производить перепись Месхети. Более двухсот лет Турция боролась за создание Ахалцихского пашалыка, и только во второй четверти XVII в. смогла она завершить завоевание этой области.

В конце концов, Турция окончательно уничтожила в Самцхе местную власть. После этого грузинское феодальное самтавро — Самцхе-Саатабаго прекратило свое существование. Место атабага занял здесь чиновник султана, паша. Это произошло в 1628 г. Первым ахалцихским пашой, или, как его называли в Турции, «чилдирским беглярбегом», был Бека (в мусульманстве Сафар-паша).

Новое административное деление дробило территорию Самцхе-Саатабаго: Тортум, Испир, Намерван и Малая Артаани входили в разные вилайэты; остальные составляли Чилдирский вилайэт, или Ахалцихский пашалык, делившийся на четырнадцать санджаков.

Султан и его чиновник Сафар-паша немедленно приступили к интенсивному отуречиванию страны: была проведена новая перепись населения, начислены налоги, распределены между новыми владельцами земли грузинских феодалов-христиан. Все это, конечно, изменяло порядок землевладения, но Ахалцихский пашалык долгое время сохранял некоторые особенности, отличаясь от других турецких провинций. Правительство султана вынуждено было считаться с местными традициями и признавать некоторые старые привилегии грузинских феодалов. Именно этим объясняется то, что из четырнадцати санджаков Ахалцихского пашалыка четыре представляли собой так называемый «оджаклык», т. е. земли, оставленные османами в наследственное владение некоторым феодалам. Оджаклыки не подчинялись турецкой государственной налоговой системе, в силу чего грузинская феодальная аристократия в значительной части Месхети сохраняла некоторую независимость.

Кроме того, Чилдирским вилайэтом (Ахалцихский пашалык) правил не обычный чиновник султана, а принявший магометанство представитель рода атабагов. Должность паши здесь переходила по наследству от отца к сыну. Как видим, османы, несмотря на все свои усилия, не смогли полностью уничтожить грузинской феодальной системы землевладения.

Аджария под игом османов

Постепенно под владычество османов перешла одна из древнейших грузинских провинций — Аджария. Прошлое этой страны неразрывно связано с историей грузинского народа.

В древности территория Аджарии входила сперва в Колхидское, а затем в Иберийское (Картлийское) царство. С VIII в., после возникновения в Грузии новых феодальных царств и княжеств, Аджария, вместе с другими провинциями Южной Грузии, объединилась в Тао-Кларджетское самтавро (княжество).

С X в. Аджария вошла в границы единой феодальной грузинской монархии, и с этого времени до середины XIII в. ею правили царские эриставы из рода Абусеридзе. Аджария на протяжении веков активно участвовала в экономической, политической и культурной жизни всей Грузии.

Со второй половины XIII в. она входила во владение месхетских мтаваров, а с 60-х гг. XIV в. до начала XVI в. находилась под управлением одного из мтаваров Западной Грузии — Гуриели.

В 1512 г. Аджарию и Чанети (Лазика) ненадолго присоединил к своим владениям мтавар Месхети. С середины XVI в. Аджария, как и другие юго-западные грузинские земли, была оторвана от Грузии турецкими захватчиками.

Уже со второй четверти XVII в. Лазика и Аджария становятся административными единицами османской империи. Лазика вошла в Трапезундский вилайэт, состоявший из Трапезундского и Батумского санджаков. Гурийское побережье Черного моря (включая Батуми) и Лазика составляли одни вилайэт. Хотя Батуми считался владением султана, фактическими хозяевами здесь являлись местные беги.

Собственно Аджария формально входила в Чилдирский вилайэт (Ахалцихский пашалык) в виде отдельного санджака. Но в первой половине XVII в. местные феодалы еще не признавали власти султана. Объявление этого края санджаком Чилдирского вилайэта свидетельствовало о том, что Турция намеревалась покорить Аджарию с помощью ахалцихских пашей. Поэтому-то на протяжении веков не прекращалась вражда между ахалцихскими пашами и аджарскими бегами.

Население Аджарии долгое время героически боролось вместе со всем грузинским народом против османских завоевателей, которые огнем и мечом пытались навязать аджарским грузинам ислам.

Аджарцы не раз восставали, но все же, в итоге длительной неравной борьбы, вынуждены были, в конце концов, принять мусульманство.

Так была оторвана от Грузии юго-западная часть страны. Благодаря стойкому сопротивлению народа в этих землях долго еще не могли укрепиться «османские порядки» и процесс отуречивания грузин, начавшийся здесь в конце XVI в., к началу XIX в. все еще не был завершен.

Глава XVI. Борьба грузинского народа за независимость в XVII веке. Возобновление отношений с Россией

§ 1. БОРЬБА ГРУЗИНСКОГО НАРОДА ПРОТИВ ИРАНСКИХ ЗАХВАТЧИКОВ

Борьба Ирана за захват грузинских земель

Заключенный в 1590 г. мир с Турцией сильно ущемлял интересы кызылбашского Ирана. Шах Аббас (I), сидевший на иранском престоле, деятельно готовился к войне за восстановление иранского влияния в Закавказье. Появление русских войск на побережье Каспийского моря, а также союз московского и кахетинского царей заставили иранское правительство поторопиться с осуществлением своих захватнических планов. Аббас ставил перед собой задачу — полное уничтожение Грузии. Для претворения в жизнь этих замыслов он с 1602 г., после возобновления войны с Турцией, создал в Картли (в Лори и Дебеда) кызылбашские ханства, а в Кахети — Енисельский султанат.

В 1605 г. по приказанию шаха были убиты сторонники союза с Россией — кахетинский царь, Александр II и его наследник. Их убийцу — Константина, сына Александра, воспитанного на юге Персии и принявшего магометанство, шах возвел на кахетинский престол. Но кахетинцы отказались признать изменника и отцеубийцу — Константина своим царем и восстали против него. Одновременно тавады, боровшиеся за установление тесных связей с Россией, тайно послали в Москву племянника царя Александра, царевича Баграта.

Восставшие убили узурпатора Константина. Это обстоятельство, как и отправка царевича Баграта в Россию, вынудили шаха временно пойти на уступки и утвердить в Восточной Грузии христианских царей (1606): Теймураза I — в Кахетии, Луарсаба II — в Картли.

Шаху нельзя было медлить. К этому времени Россия сумела укрепить свое внутриполитическое положение и снова готова была оказать помощь народам Кавказа. Аббас I стремился опередить русского царя и в кратчайший срок окончательно решить судьбу Грузии. Поэтому он в 1614 г., уже на следующий год после заключения мира с Турцией, начал борьбу за окончательное присоединение Грузинских земель к Ирану. Длительная подготовка к войне казалась шаху Аббасу надежной гарантией того, что он легко уничтожит Картлийское и Кахетинское царства и создаст на их развалинах кызылбашские ханства. С этой целью шах Аббас предпринял два больших похода в Восточную Грузию.

В 1614 г. шах разорил Кахети, угнал в плен тысячи кахетинцев и назначил правителем страны двоюродного брага Теймураза, магометанина Иса-хана. В то же время шаху удалось захватить пытавшегося укрыться у имеретинского царя Георгия — Луарсаба II и увезти его в Иран.

Хищническая политика шаха Аббаса в Кахети сделала ясными его агрессивные намерения. Народ поднялся на борьбу. В сентябре 1615 г. Кахети была охвачена восстанием, которым руководили Нодар Джорджадзе и Давид Джандиери. Вскоре огонь восстания перекинулся и в Картли. Восставшие обратились к Теймуразу с предложением — объединить под своей царской властью Кахети и Картли. Согласившись, Теймураз вторгся в граничившую с Кахети Шаки, после чего Шаки-Ширван присоединился к восставшим. Аббас выслал против Теймураза пятнадцатитысячное войско под начальством Али Кули-хана, но кахетинский царь, в распоряжении которого было всего 6.000 человек, нанес ему жестокое поражение.

Восстание ширилось, принимая опасный для Ирана характер. Поэтому шах Аббас, собрав большое войско, весной 1616г. двинулся в поход, чтобы уничтожить Картлийско-Кахетинское царство. Целый год продолжалась кровопролитная война. Полчища иранцев топтали грузинскую землю. Восстание было подавлено, но шаху Аббасу все же не удалось физически уничтожить грузинский народ.

В результате персидского нашествия население Кахетинского царства сократилось на две трети. Около ста тысяч пленных кахетинцев Аббас I переселил в различные области Ирана. Кахети была разделена на две части: области, расположенные к востоку от реки Иори, передавались правителю Ганджи, кызылбашу Пейкар-хану; земли же, лежавшие к западу—хану, сидевшему в Картли, Баграту. Опустошенную страну он решил заселить туркменами.

Разорение Кахети, истребление, и угон в рабство значительной части ее населения позволило дагестанским племенам спуститься с гор и захватить часть кахетинских земель.

Так образовались общины Джари и Белакан.

После разорения Кахети Аббас I вторгся в Картли. На картлийском престоле в то время сидел сын Давида, магометанин Баграт. Шах разорил поместья тавадов — сторонников Теймураза, призвал в свое войско детей картлийских азнауров, а затем с богатой добычей и пленными вернулся в Иран. Эти походы иранского шаха имели для Грузии тяжелые последствия.

Еще в XVI в. Кахети была страной развитого сельского хозяйства; но неоднократные вторжения Аббаса I подорвали ее экономику: кахетинские земли были разорены, пашни заросли лесом, и лишь кое-где ютились почти обезлюдевшие села, виноградники пришли в запустение, тутовые и ореховые деревья были вырублены, скот истреблен.

Походы Аббаса I нанесли тяжелый урон и кахетинским городам. Беспрерывные войны не только задержали нормальное развитие городской жизни, но и пришли к тому, что многие важные торговые и промышленные центры были полностью разорены. Некогда густо населенный Базари (Загеми) к 30 — 40 гг. XVII в. превратился в развалины. Был разрушен и Греми. В Кахети не осталось почти ни одного города, и торговоремесленное население деградировало.

Некоторый подъем городской жизни в Кахети отмечается только с 60 — 70 гг. XVII века.

Возобновление отношений с Россией

На усиление кызылбашской агрессии грузинский народ ответил возобновлением дипломатических связей с Россией. Установление господства Ирана в Картли-Кахети, а Турции — в Самцхе сделали укрепление этих связей исторической необходимостью.

Теймураз и его сторонники — азнауры не теряли надежды на возрождение Кахетинского царства. В 1615 г. Теймуразу удалось договориться с западногрузинскими царем и мтаварами и, в согласии с ними, направить в Россию посла, который вез с собой письма Теймураза I, царя Имерети Георгия и мтаваров — Гуриели и Дадиани. Грузинские правители извещали русского царя о том, что они стойко сражались против иранского шаха, но ввиду численного превосходства войск последнего потерпели поражение и теперь свое спасение видят в помощи московского государства.

В 1624 г. грузинские политические деятели вторично обратились с просьбой к русскому царю. В то время Турция надеялась использовать грузин в борьбе против Ирана и обещала им свою поддержку.

Однако грузинские правящие круги хорошо знали, что значила «турецкая помощь». Их настроения хорошо выразил посол Теймураза, который заявил русскому царю: хотя Турция и Крым обещают помочь Грузии, однако на них «полагаться нельзя, — они мусульмане; мы окончательно и навсегда возложили свои надежды на великого государя, царя русского».

В первой четверти XVII в. Россия, из-за осложнившихся внутренних и внешних дел, не могла активно выступить в Закавказье против Ирана и Турции. Однако меры, предпринятые Россией при иранском шахском дворе, показали, что Москва действительно проявляла интерес к судьбе Грузии.

Георгий Саакадзе

Иран воспользовался внутренним ослаблением Турции и в 1623 г. возобновил войну с нею. Аббасу I удалось захватить Багдад, затем он снова обратил внимание на Грузию, откуда к нему поступали недобрые вести. Шаху Аббасу сообщали, что Картли и Кахети охвачены смутой, что грузины не подчиняются шахской администрации и поддерживают тайную связь с Теймуразом. Шаха беспокоило и то, что Россия открыто выступала покровительницей Грузии. Правда, шах заверил московского государя в том, что готов помириться с Теймуразом I, но в действительности твердо решил прочно присоединить к Ирану Картли и Кахети, превратив их в свои ханства. Прежде чем приступить к выполнению этого плана, необходимо было захватить Самцхе-Саатабаго. Поэтому шах вторгся в Самцхе, вырвал из рук османов Ахалцихе, назначив там своим правителем Селим-хана. После этого, в начале 1625 г., для наведения порядка в Картли и Кахети он направил в Восточную Грузию, во главе огромного войска, наделенного чрезвычайными полномочиями Карчиха-хана. Целью этого похода было полное истребление кахетинцев и заселение страны кызылбашами и другими тюркскими племенами. В то же время картлийских тавадов, сторонников Луарсаба и Теймураза, шах решил переселить в Иран. Осуществление этого коварного плана он поручил Карчиха-хану и грузину Георгию Саакадзе.

Георгий Саакадзе происходил из семьи азнаура. Несмотря на это, его отец и дядя занимали при картлийском_ царском дворе высокие государственные посты. Сам Георгий Саакадзе уже в 1608 г. стал тбилисским моуравом. За выдающийся полководческий талант и дальновидный государственный ум его называли «великим моуравом» («диди моурави»).

В 1609 грузинское войско во главе с Георгием Саакадзе в битве у с. Квишхети нанесло жестокое поражение войску султана, состоявшему из крымских татар, которое спешило захватить и разграбить Картли. После этой победы влияние «великого моурава» в стране еще более возросло.

Георгий Саакадзе был выдающимся государственным деятелем своего времени. По его мнению, для восстановления могущества Грузии необходимо было уничтожить феодальную разрозненность страны и объединить ее под властью одного сильного государя. Однако эти планы «великого моурава», в основе которых лежали и сословные интересы азнауров, полностью противоречили стремлениям родовитых тавадов.

Противники Саакадзе обладали значительной силой и влиянием в государстве; они стремились настроить царя Картли против моурава, обвиняя моурава в измене. Луарсаб II решил убить Саакадзе, но последний разгадал намерения царя и в 1612 г. бежал из Грузии в Иран.

Георгий Саакадзе надеялся использовать вооруженные силы Ирана для разгрома своих политических противников. С этой целью он сопровождал шаха во время походов против Картли и Кахети. Уже тогда Саакадзе воочию убедился в том, что шах вторгался в Грузию не для расправы с царем и непокорными тавадами, а для того, чтобы окончательно покорить страну и превратить ее в кызылбашские ханства. Планы Аббаса I и Саакадзе оказались несовместимыми.

Восстание в Картли во главе с Георгием Саакадзе

К тому времени, когда в Картли прибыли Георгий Саакадзе и Карчиха-хан в стране назревало всеобщее восстание против Ирана. «Великий моурав» узнал об этом и решил взять в свои руки руководство восстанием. Тем временем стали ясны и коварные планы шаха Аббаса: Карчиха-хан, по его приказанию, решил истребить кахетинских тавадов и азнауров, заманив их в свой лагерь, под видом сборов для совместного похода на Имерети. Это произошло у Мухрани, на Агаянском поле. Кызылбашам не удалось выполнить свой замысел. Кахети снова была охвачена огнем восстания.

Шах Аббас прислал Карчиха-хану тайное письмо: он вторично приказывал перебить кахетинцев, разорить Картли и убить самого Георгия Саакадзе. Это письмо попало в руки «великого моурава». Медлить было нельзя.

25 марта 1625 г. восставшие грузины во главе с Георгием Саакадзе полностью истребили войско кызылбашей, расположившееся лагерем в Марткопской долине. Не дав врагу опомниться, они заняли Тбилиси. После этого «великий моурав» разбил кызылбашей в Гандже и Карабахе. В Кахети грузины нападали на поселившихся там тюрок и истребили их. Саакадзе послал войско и в Самцхе, с тем, чтобы овладеть Ахалцихе. После победы над кызылбашами грузины провозгласили Теймураза I царем Картли-Кахети

Весть о восстании грузин и об истреблении кызылбашей застала шаха Аббаса в Мазандеране. Шах принял срочные меры и направил в Грузию отборные войска под начальством Иса-хана—корчибаши (начальника телохранителей).

В начале июля 1625 г. у села Марабда произошла кровопролитная битва между грузинами и кызылбашами.

Победа в Марабдинской битве дорого обошлась шаху Аббасу: здесь полегло четырнадцать тысяч кызылбашей. Грузины потеряли девять тысяч человек. На следующий день битва продолжалась в окрестностях Коджори. Обескровленный враг не смог задушить восстание. Грузины во главе с Саакадзе продолжали партизанскую войну. После Марабдинской битвы кызылбаши вторглись во Внутреннюю Картли, население которой успело укрыться в горах. Теймураз ушел в Имерети, а Саакадзе — в Самцхе. Но вскоре они вернулись и снова возглавили непримиримую борьбу грузин против иранских захватчиков.

Мстительный шах выместил свой гнев на невинных заложниках: после мучительных пыток он умертвил мать Теймураза Кетевану, а младшему сыну Саакадзе — Паата, находившемуся у шаха в качестве заложника, отрубил голову.

Велико значение этой всенародной войны: Марткопская и Марабдинская битвы помешали кровавым замыслам шаха относительно Восточной Грузин, население которой Аббас собирался обречь на полное физическое уничтожение, а на территории страны создать кызылбашские ханства.

Непримиримый в своей ненависти к Грузии, шах Аббас вынужден был пойти на серьезные уступки и заключить мир с царем Теймуразом. В результате ходатайства московского царя шах через русского посла сообщил Теймуразу о своем желании прекратить войну, вернуть угнанных в плен грузин и восстановить кахетинское царство. Мир с Теймуразом позволял шаху сосредоточить все свои усилия на борьбе против Турции. Вместе с тем открывалась новая возможность поссорить царя с Георгием Саакадзе. В 1625 г. Аббас признал Таймураза I царем Картли-Кахети. Соперники «великого моурава» тавады сумели навлечь на него царскую немилость.

Кроме того, Георгий Саакадзе считал заключение союза с Ираном величайшей ошибкой. Поэтому «великий моурав» повел борьбу за воцарение в Картли Кайхосро Мухран-Батони, целиком находившегося под его влиянием.

Исход борьбы решила Базалетская битва, происшедшая между царем и моуравом в 1626 г. Георгий Саакадзе потерпел поражение и вынужден был укрыться в Турции. Здесь в 1629 г. Саакадзе и его свита пали от рук турецких палачей. Годом раньше скончался злейший враг Грузии шах Аббас.

§ 2. УСТАНОВЛЕНИЕ ИРАНСКОГО ВЛАДЫЧЕСТВА

В ВОСТОЧНОЙ ГРУЗИИ И БОРЬБА

ПРОТИВ НЕГО

Изменения в отношениях между Восточной Грузией и Ираном

Теймураз I возобновил борьбу против Ирана и совместно с имеретинским вспомогательным войском разорил земли Ганджи и Карабаха. В то же время он вновь установил дипломатические сношения с Россией, прерванные на несколько лет войной, и просил московского царя о помощи в борьбе за освобождение страны. В отместку за это кызылбашский Иран сверг Теймураза с престола. Новый шах, Сефи, назначил ханом Кахети кызылбаша Селима, а Картли передал воспитанному в Иране и принявшему магометанство сыну царя Давида — Ростому. Теймураз был вынужден с небольшой свитой бежать в Имерети.

Ростом (1632 — 1658) был картлийским «вали», т. е. наместником шаха в Картли. Непримиримая борьба грузинского народа вынудила Иран пойти на уступки. В дальнейшем взаимоотношения между Грузией и Ираном сложились на основе обоюдного политического компромисса. Страна была избавлена от «кызылбашества», грузинский социально-экономический строй оставался неприкосновенным. Для управления Картли шах нашел соответствующую форму: на картлийском престоле в качестве вали мог сидеть только магометанин. Но такое управление не подразумевало уничтожения грузинского феодального землевладения. Земли грузинских царей и феодалов лишь формально считались собственностью шаха; поэтому методы управления магометанского царя Картли, «гюрджюстанского вали», значительно отличались от управления других иранских вали и беглярбегов.

Такая гибкая форма политической организации Картли оставалась в силе до второй четверти XVIII в., хотя борьба между грузинами и кызылбашами продолжалась по-прежнему.

В 1634 г. Теймураз овладел кахетинским престолом и в течение 14 лет вел непримиримую борьбу против Ростома. Он хотел присоединить Картли к своему царству и объединить страну. Осуществить этот план он по-прежнему надеялся при помощи России. В 1639 г. Теймураз принял присягу на верность русскому царю и подписал соответствующую грамоту. Именно и это время Иран и Турция договорились о разделе Грузии: Западная Грузия и Самцхе-Саатабаго объявлялись владениями Турции, а в Картли-Кахети утверждалось господство Ирана. Несмотря на победу агрессоров, борьба Теймураза против шаха имела большое значение: иранский шахский двор, стараясь обезоружить приверженцев Теймураза — сторонников союза с Россией, вынужден был пойти на значительные уступки.

Той же внутренней политики придерживался и царь Ростом. Он не мог объявить борьбу грузинскому национальному укладу. Социально-экономический строй Восточной Грузии оставался прежним. Изменение системы управления, по существу, выражалось лишь в том, что существовавшие и ранее в Грузинском государстве должности стали именоваться по-персидски. Например, мсахуртухуцес называйся «корчибаши», мсаджулухуце — «мдиванбегом», хуротмодзгвар — «сарайдаром» т. д.

Следует отметить, что и сам Ростом, считавшийся преданным шаху «вали», с сочувствием следил за усилением России. В период, когда московское государство, стоявшее на подступах к Закавказью, вызывало страх и растерянность у правителей Ирана, «гюрджюстанский вали», прикрываясь формальным подданством, вырывал у шаха уступку за уступкой и, по мере возможности, содействовал усилению страны.

Ростому содействовали и благоприятствовали внешнеполитические факторы, в силу которых значительно сократились случаи набегов османов и кызылбашей. Картли залечивала раны.

Хозяйственное положение Картли

Страна получила передышку от непрекращавшихся ранее войн. Разбежавшееся население возвращалось к родным очагам. Села и города поднимались из руин.

Относительному подъему сельского хозяйства Картли способствовало восстановление в 40 — 50 гг. XVII в. некоторых старых и проведение новых оросительных каналов. В числе восстановленных находился и построенный еще в XII в. канал, который соединял Большую и Малую Лиахву. Из новых каналов особенно важное значение имели: Дзеверский, Ткиуретский, Каралетский, Гареджварский и Тортизский. Началось заселение некоторых обезлюдевших местностей. Только во владениях Капланишвили в 30 — 70 гг. XVII в. заново была заселена 61 деревня.

Подъем переживали и города Картли. Этому способствовали организация охраны торговых путей, строительство мостов, восстановление или реконструкция крепостей ряда городов. В 30-х годах XVII в., по приказу Ростома, на р. Тедзами был построен новый город «Мепискалаки» («Царский город» — ныне Цителкалаки). Подобные мероприятия осуществлялись, конечно, за счет усиления эксплуатации производительных слоев населения.

Оживились торговые отношения картлийских городов с Ираном. Картли пыталась установить торговые связи и с Европой. К этому времени в стране снова появились купцы и другие агенты европейского торгового капитала. Картлийский царь, со своей стороны, старался привлечь европейских купцов в Грузию и особенно — в Тбилиси.

С 30-х годов XVII в., Тбилиси начинает возрождаться. В середине столетия он снова стал крупным, густо населенным и благоустроенным городом. В конце XVII — начале XVIII вв. в Тбилиси насчитывалось около 20.000 жителей

Начал возрождаться и Гори. Сохранились в Картли и несколько «малых городов»: Сурами, Мепискалаки, Цхинвали, Ахалгори, Ахалдаба и др.

В XVII в. города Восточной Грузии были центрами мелкого товарного производства. В то время здесь трудились гончары, бурдючннки, золотых дел мастера, котельщики, набойщики тканей, чувячники, оружейники, ткачи, портные, красильщики, шапочники, каменщики, столяры, скорняки, слесари и ремесленники других профессий. В XVII в. в Тбилиси впервые появились ремесленники-часовщики. Продукция ремесленного производства, особенно шелковые, шерстяные и хлопчатобумажные ткани, кожаные и меховые изделия, вывозилась в другие районы Грузии и даже за ее пределы. Как внутреннюю, так и внешнюю торговлю осуществляли купцы. В те времена Тбилиси поддерживал оживленные торговые отношения с восточными странами. Связи тбилисских купцов с Западной Европой и с русскими городами были тогда еще слабыми, чему виной в значительной мере была хищническая политика Османской империи и ее вассалов.

Народное восстание в Кахети

Политика Ростома вела к уменьшению числа сторонников Теймураза в Картли, но среди кахетинцев у Теймураза все еще оставалось достаточно приверженцев, которые готовы были продолжать вооруженную борьбу. Чтобы покончить с ними, Ростом в 1648 г., по приказу шаха, вторгся в Кахети, разбил Теймураза и вынудил его уйти в Имерети. Кахетинская земля была передана в управление Ростому. Однако добиться покорности от сторонников Теймураза было не легко. Особенно напряженная обстановка сложилась в Тушети и Пшав-Хевсурети: жителям этих областей удалось объединиться и установить дипломатические сношения с московским государем. Тушины и пшав-хевсуры во главе с царем Теймуразом готовились к походу против кызылбашей. Тогда новый повелитель Ирана Аббас II решил заселить Кахети тюркскими кочевыми племенами. Выполнение этого плана шах доверил не Ростому, а ганджинскому хану Селиму, в управление которому в 1656 г. была передана Кахети.

Селим-хан за два года переселил большие орды кочевников в Бахтриони, Алаверди и другие важные центры страны. Как говорится в народном стихе, захватчики намеревались всю Кахети превратить в кишлаки-эйлаги, т. е. в пастбища для скота:

В Бахтриони сидят татары,

Говорят слово хвастливое

В Ахмета мы срежем виноградник,

Поселим там кочевников.

Передача кахетинских земель тюркским племенам создавала угрозу как для горцев, так и для жителей долины. Появление тюркских племен вызвало в Кахети яростное народное восстание. Кахетинцы, тушины и пшавы-хевсуры объединились. Восставшие быстро очистили свои исконные земли от тюрок-кочевников. Это произошло в 1659 г. Восстание возглавляли Бидзина Чолокашвили, ксанский эристав Шалва и его брат Элизбар. Своим беззаветным мужеством в борьбе прославились также сыны гор — тушинец Зезва Гаприндаули, хевсур Надира Хошораули, пшав Гоголаури и др. Героическая Бахтрионская эпопея еще раз показала, что для покорения грузинского народа у Ирана не хватало сил.

Укрепление отношений с Россией

Борющийся за свободу грузинский самого же начала правильно оценил значение русского государства и его возможную роль в этой борьбе. Поэтому с течением времени в Грузии все более усиливались тенденции к установлению тесных связей с Россией.

В 40-х гг. XVII в. московское государство взяло под свое покровительство Кахети, а затем, в 50-х гг., — Имеретинское царство. Теймураз I не жалел сил для укрепления связей русского государства с различными областями Грузии.

В 1656 г. Теймураз I и его сторонники провели в Тушети и Пшав-Хевсурети большую подготовительную работу, объединили три племени во главе с тушинами, снова направили послов в Россию с просьбой о покровительстве. Начиная с 1667 г., тушины неоднократно посещали Москву; они выразили свою верность русскому государю в специальной грамоте

В 1658 г. Теймураз I со своей свитой отправился в Россию, чтобы лично повидать государя и попросить у него 30.000 воинов для освобождения Картли-Кахети. Теймураза приняли в Москве с большим почетом, но в силу обострившихся внешнеполитических осложнений Россия не могла оказать ему военной помощи.

Отчаявшись в возможности освободить свою многострадальную родину, Теймураз решил вернуться в Грузию. Шах лживыми обещаниями заманил его в Иран и заточил в Астрабадскую крепость. Здесь, на чужбине, в семидесятичетырехлетнем возрасте, в 1663 г. царь Теймураз умер.

Хотя Россия в то время не имела возможности послать в Грузию свои войска, политическая ориентация на Москву находила среди грузин все больше и больше приверженцев. Наиболее передовые люди, боровшиеся за освобождение Грузии, продолжали считать Россию единственной силой, на которую можно было опереться в этой борьбе. В тяжелых условиях иранского засилия только Москва оказывала финансовую, моральную и дипломатическую поддержку борцам за освобождение Грузии.

Картли в конце XVII в.

В 1658 г. умер Ростом, и шах утвердил правителем Картли Вахтанга Мухран-Батони, который известен в истории, как Вахтанг V, или Шах-Наваз. С 1658 г. картлийский престол перешел к династии Мухран-Батони, одной из ветвей царствовавшего дома Багратионов. С помощью Ирана Шах-Наваз намеревался присоединить к Картли и другие грузинские княжества и царства. С этой целью он повел решительную борьбу против эриставов, совершил поход в Западную Грузию и добился воцарения своего сына Арчила сначала на Имеретинском, а затем и Кахетинском престоле. Все эти мероприятия усиливали в первую очередь самого Вахтанга V, что, естественно, вызывало тревогу у иранского шаха.

В 1676 г., после смерти Вахтанга, на престол вступил его сын Георгий XI. Новый царь не пожелал оставаться в подчинении у Ирана и стал активно готовиться к восстанию. Узнав об этом, шах лишил Георгия царской власти. Однако последний не подчинился приказу шаха и поднял восстание. На место Георгия иранцы в 1688 г. возвели на престол внука царя Теймураза, Ираклия I, который воспитывался в России, а затем, надеясь занять кахетинский престол, зачислился в шахскую свиту; иранцы называли его Назар-Али-ханом.

Ираклий I попытался внести некоторые изменения в государственный строй Картли. Особое внимание уделил он городскому управлению. Для городских чиновников, в частности, моурава, царь составил специальные инструкции, в которых твердо определил их права и обязанности. По приказу Ираклия был составлен также устав для некоторых крупных амкарств (цеховых объединений) тбилисских ремесленников, Ираклий I царствовал в Картли до 1703 г.

§ 3. ЗАПАДНАЯ ГРУЗИЯ В XVII СТОЛЕТИИ

Наступление турок-османов на Западную Грузию

Турция давно уже стремилась превратить ахалцихский пашалык в плацдарм для захвата Западной Грузии. Однако самоотверженная борьба грузинскому народа срывала планы захватчиков.

Несмотря на то, что в начале XVI в. царство и княжества Западной Грузии выплачивали дань Османской империи, они все же сумели сохранить внутреннюю независимость. Османы вынуждены были довольствоваться этой данью, время от времени снаряжая в Западную Грузию карательные экспедиции, которые в большинстве своем были вызваны междоусобной борьбой мтаваров, постоянно обращавшихся за помощью и поддержкой в Стамбул. Турция, ловко используя эти внутрифеодальные распри, постепенно укрепляла свои позиции в Западной Грузии. И все же агрессору не удалось превратить страну в турецкий вилайэт. Более того, царь и мтавары Западной Грузии, пользуясь любым военным поражением или внутренним ослаблением Турции, годами не платили дани султану. Особенно настойчиво Турция стремилась установить свое господство в Причерноморье. Поэтому захватчики построили на побережье Черного моря новые и укрепили некоторые старые крепости. Еще в 1578 г. в восстановленную турками Сухумскую крепость был введен турецкий гарнизон.

В борьбе против местного населения турки-османы считали дозволенным прибегать к любым методам; они подкупали местных феодалов, поощряли работорговцев и, ведя усиленную пропаганду мусульманства, жестоко преследовали местные обычаи, варварски разрушали памятники материальной культуры грузинского народа.

Подобными методами действовала Турция, в частности, и в Абхазии, полному покорению которой османы придавали особое значение. В итоге подобных действий Турции удалось в XVII в. добиться в этом крае значительного влияния. Но абхазский народ не покорился захватчикам и вместе с грузинским народом неустанно боролся против иноземного ига.

Вековая борьба турок-османов за распространение в Абхазии мусульманства не увенчалась успехом. Лишь феодальная верхушка страны приняла ислам. Такую же неудачу потерпела попытка турецких завоевателей вытеснить из Абхазии грузинский язык. В XVII в., так же, как в предыдущие и последующие века, церковным, книжным и государственным языком Абхазии оставался грузинский язык.

Внутренние и внешние отношения Имеретинского царства и княжеств

В XVII в. среди западногрузинских княжеств особенно усилилась Одиши, мтавар которой — Леван Дадиани (1611 — 1657) претендовал даже на западногрузинский престол. Умело используя ситуацию, он ухитрялся сохранить традиционные отношения с Турцией и одновременно выступать другом иранского шаха. Западная Грузия в то время служила прибежищем для грузинских патриотов Картли и Кахети, боровшихся против заселения родных земель кызылбашами. Поэтому дружбу с Дадиани шах считал для себя весьма выгодной. Он оказывал помощь Одишскому мтавару, всячески разжигая вражду между ним и имеретинским царем.

Имеретинскому царю Александру III (1639 — 1660) все труднее становилось защищать свое царство от многочисленных внутренних и внешних врагов и он обратился за помощью и покровительством к русскому государю. В 1649 г. послы Александра были уже в Москве. Они просили высокого покровительства и присылки донских казаков для помощи в борьбе против Дадиани. Московский государь направил в Имерети ответное посольство. В 1651 г. Александр со своими дидебулами принес присягу верности России.

Западная Грузия поддерживала также связи и с украинским казачеством. Мтавары Мегрелии и Гурии неоднократно предоставляли свою территорию и порты в качестве убежища казакам, боровшимся против османов. Из этих портов казаки совершали смелые налеты, наводившие страх на турок-османов и в значительной степени, ограничивавшие их хищнический разгул на грузинском Черноморском побережье.

Поддерживала Грузия с Украиной и экономические связи. Суда, нагруженные грузинским шелком и вином, плавала по Черному морю и Днепру до самого Киева.

В 1669 г. воцарившийся им имеретинском престоле Баграт, сын Александра, направил в Москву своих послов с просьбой возобновить дружественные отношения, которые существовали между двумя странами при его отце. В это время вся Западная Грузия была охвачена внутрифеодальными войнами. Имеретинский престол переходил из рук в руки; на нем успели уже побывать Дадиани, Гуриели и картлийский царевич. Тавады захватывали царские земли, эриставы претендовали на самостоятельность. Царская власть была крайне ослаблена. Массовый характер приняла разбойничья продажа грузинских крестьян в Турцию. Бесконечные междоусобицы уносили тысячи жизней, вконец разоряли трудящееся население.

Сельское хозяйство, ремесло и торговля в Западной Грузии XVII в.

Турецкое засилье и межфеодальные войны основательно подорвали экономику страны. Такие важные отрасли хозяйства Западной Грузии, как производство льна и конопли, в XVII в. пришли в упадок. Не лучше обстояло дело и с шелководством. Хотя в стране было достаточно тутовых деревьев, население почти не занималось разведением шелкопряда.

В XVII в. в Западную Грузию проникает новая сельскохозяйственная культура — кукуруза. Ее завезли сюда чаны, или лазы-грузины, жившие на южном побережье Черного моря. Поэтому новая культура широко привилась под названием «лазути» («растение лазов»). Турки Восточной и Северо-Восточной Анатолии, предки которых научились у лазов возделывать кукурузу, до сих пор называют ее «лазут». Однако в обстановке общего упадка сельского хозяйства, кукуруза в Имерети распространялась относительно медленно.

Значительно сократилось и ремесленное производство. Лишь при дворе какого-нибудь могущественного мтавара можно было встретить мастеров-ремесленников. Так, например, Леван Дадиани собрал более двадцати мастеров, которые изготовляли для него церковную утварь. Следует отметить, что одишский мтавар стремился привлечь из-за границы как можно больше мастеров по обработке металла, а также специалистов по выделке шелковых и шерстяных тканей.

Это полезное мероприятие Левана Дадиани не получило должного размаха и не дало сколько-нибудь значительных результатов. Тот же Дадиани заложил в Мегрелии основу для горнорудного производства. Известно даже, что значительную часть дани мегрельское княжество выплачивало туркам железом. Но горнорудное дело было вскоре заброшено и почти не оказало влияния на экономику страны.

В Имеретинском царстве из-за крайнего упадка феодального хозяйства условия для развития городской жизни были весьма неблагоприятными. Кутаиси оказался на грани полного опустения: в 70-х гг. XVII в. здесь насчитывалось всего около 1.000 жителей. В некоторых районах Западной Грузии, особенно в Мегрелии и Абхазии, денежное обращение почти прекратилось. Здесь в основном производился непосредственный обмен товарами.

Вместо постоянных городских базаров периодически устраивались ярмарки («калакоба»). В Мегрелии и Абхазии в XVII в. ярмарки проводились в Ципуриа, Корцхели, Илори и Бедии. На «калакоба» собиралось иногда до 20.000 человек. Кроме местных изделий, здесь продавались товары, привезенные из Турции и Ирана. Морские порты — Анаклия, Кулепи, Сухуми, Бичвинта и др., насчитывавшие по нескольку сотен жителей, не имевшие постоянных базаров, играли незначительную роль в экономической жизни страны.

Эти города вели главным образом хищническую торговлю «пленниками», т. е. продавали грузинских крестьян в турецкое рабство. Внутри страны были также «малые города», или «касабы» — Рухи, Чихори, Чхари и др., которые не могли стать постоянным полем деятельности для ремесленников и купцов, так как они не имели регулярно функционирующих рынков.

В первой половине XVII в. усилившийся мтавар Леван II с целью оживления торговли провел в Мегрелии некоторые мероприятия: основал город Рухи, создал собственный монетный двор, субсидировал и поощрял купцов, поддерживавших торговые связи с Ираном и Турцией. Экономическая жизнь Мегрелии на некоторое время заметно оживилась. Однако, подобные мероприятия не могли изменить общей картины упадка экономической жизни Западной Грузии.

Глава XVII. Грузинское феодальное общество в XVI—XVII веках

§ I. ПОЛОЖЕНИЕ КРЕСТЬЯН И КЛАССОВАЯ БОРЬБА

Категории крестьян

В XVI — XVII вв., так же, как и на протяжении всей предшествующей истории феодализма, грузинский крестьянин, живший на земле помещика, пользовался ею только по наследству, по традиции. Такое землепользование вынуждало крестьянина исправно отбывать повинности в пользу помещика.

Но крестьянин, кроме участка, полученного от помещика, мог иметь землю, приобретенную им в полную собственность; на такой земле крестьянин был полноправным хозяином, собственная земля не подлежала обложению повинностями, хотя помещик всячески старался не только взыскать за нее с крестьянина повинности, но и вообще присвоить себе крестьянскую землю.

Крестьянское достояние состояло из пашни, сада и огорода, дома, марани, гумна, саманника и других хозяйственных строений. Вместе с тем, крестьянин имел необходимые сельскохозяйственные орудия, крупный и мелкий скот, птицу и т. п. Все это составляло хозяйство, в основе ведения которого лежал личный труд крестьянина. Крестьянин пользовался также помещичьим лесом, пастбищами, мельницей и т. д.

Грузинский крестьянин вел интенсивное хозяйство, но практика продажи помещиками крестьянских земель, дробление его семьи, расширение прав помещика на частное хозяйство крестьянина вели к упадку интенсивности крестьянских хозяйств и к их разорению.

В XVI — XVII вв. крестьянство ни с экономической, ни с социально-правовой точек зрения не было однородным общественным классом. Отдельные группы крестьян отличались друг от друга в зависимости от того, какому феодалу они принадлежали, и какие отношения у них сложились с помещиком. Крестьяне по принадлежности делились на царских, монастырско-церковных и помещичьих, принадлежавших таваду или азнауру; с другой стороны, имелись категории «мсахуров» (слуг) «не обложенных» и «обложенных бегарой». Последних в некоторых районах Западной Грузии называли «моиналами», что по-мегрельски означает «слуга», но по значению это слово не соответствовало названию «мсахура», ибо по своему общественному положению моинале стояли значительно ниже мсахуров.

Мсахуры по своим правам и обязанностям отличались от крепостного крестьянства. Обязанностью мсахура были главным образом служба при дворе феодала и военная служба. Мсахур владел землей, данной ему помещиком. Но и мсахуры не составляли однородного слоя. В Западной Грузии в XVI в. часть мсахуров была обложена легкой бегарой, другая же часть оставалась на прежнем положении. Однако в XVII в. картина значительно изменилась: категория обложенных бегарой мсахуров фактически исчезла, пополнив собой ряды крепостных крестьян. Число мсахуров заметно уменьшилось. Они составляли вооруженную силу помещика, которую этот последний часто использовал как для наказания «непокорных» крепостных крестьян, так и против самих же, оказывавших неповиновение, мсахуров.

Категории крепостных крестьян в XVI — XVII вв. были в основном те же, что и в эпоху развитого феодализма: различались «купленные», «пожалованные», «пожертвованные», «добровольные» и другие категории крепостных. Но в XVI — XVII вв. и здесь произошли некоторые важные изменения. Постепенно исчезла, слилась с другими категориями, обладавшая некоторыми привилегиями, прослойка т. н. «добровольных» крестьян. Дальнейшее обострение крепостнических отношений в XVI — XVII вв., а также постоянные внутренние и внешние войны способствовали численному росту категорий крестьян-бобылей («богано»), хизан, дворовых («моджалабе») и др.

«Богано» назывался крестьянин, бежавший от своего помещика и укрывшийся у другого господина. Такой крестьянин обычно долго не мог выбиться из нужды и вел полунищенское существование. После того, как из категории «богано» выделилась категория «хизан», «богано» стали называть и такого из местных крестьян, который своей бедностью напоминал хизана; у него не было виноградника, как не было и стимула к ведению интенсивного хозяйства. Категория «богано» к XVII г. была довольно многочисленной.

«Хизаном» также назывался крестьянин, который убегал от помещика и находил приют у другого. Увеличение прослойки богано и хизанов являлось следствием борьбы, которую вели крестьяне против феодального гнета. Такая форма противодействия крепостникам-феодалам возникла в условиях резкого усиления эксплуатации крестьян и обострения классовой борьбы. Обосновавшегося на новом месте хизана прежний помещик мог в силу феодального права возвратить обратно. Поэтому естественно, что такой переселенец не был заинтересован в ведении интенсивного хозяйства.

«Дворовым» называли крестьянина, который не имел земли и со своим семейством жил в доме помещика, питаясь остатками с его стола. Служба дворовых считалась унизительной. По своему экономическому и правовому положению дворовый стоял ниже других категорий крепостных и приближался к положению раба.

Сравнительно привилегированный слой крестьян составляли «тарханы» или «азаты». Так называли в XVI — XVII вв. целиком или частично освобожденных от помещичьих налогов крестьян.

Крестьянские повинности, оброк и барщина. Усиление эксплуатации крестьян

Крепостные обязаны были нести т. н. «крепостную службу». В XVI—XVII вв. соответствии с одновременным существованием натуральной и трудовой ренты обязанности крестьянина перед помещиком делились на два основных вида — бегару и службу. Бегарой называлось всякое натуральное обложение крестьянина за полученную от помещика землю. Случалось, что бегара вносилась в виде определенной денежной суммы, но в XVI — XVII вв. в основном господствовало натуральное обложение. Бегара делилась в свою очередь на две части: основная называлась «тави бегара», а дополнительная — «схвай бегара». Кроме того, существовало и так называемое «самаспиндзло», или «угощение», т. е. крестьяне обязаны были в определенных случаях угощать помещика и его свиту.

«Службу» несли все крестьяне, без исключения, однако характер ее менялся в зависимости от категории крестьян; на мсахурах лежала обязанность поставлять лошадей , нести «службу при дворце» и т. п., а на крепостных крестьянах — барщина, «коллективная работа на помещика», «переноска грузов» и др. «Служба» могла быть «недельной», «ежедневной», а иногда случайной — «когда спросят». «Служба» крепостных крестьян являлась трудовой бегарой.

Главную помещичью бегару к тому времени составляли: «гала» (налог на зерновые), «кулухи» (налог на виноградники), «сабалахе» и «пиристави» (налог на мелкий и крупный скот), «дзгвени» (приношения) и др.

Кроме своего помещика, крестьянин обязан был обслуживать царя и платить государственные налоги. Государственный налог на зерновые культуры назывался «кодис пури». Государство взимало с крестьян кулухи, пиристави, нахиристави и другие натуральные налоги. Крестьянин выплачивал царю денежные налоги, основной из которых именовался «саури». В числе важных государственных повинностей крестьян было «лашкар-надироба», обязательное участие в царских походах и охоте, или выполнение связанных с ними подсобных работ. Существовали также церковные налоги и повинности, налоги, которые покрывали содержание царских или помещичьих чиновников, а также выплату установленной иноземными захватчиками дани.

Все эти многочисленные налоги и повинности разнились друг от друга в зависимости от того, взимались ли они в Восточной или Западной Грузии, в нагорных областях или в долинах.

В соответствии с тем, кому принадлежали крестьяне, к какой категории они относились и как им удавалось защищать свои интересы, их повинности иногда были различными даже в пределах одной деревни.

Таким образом, крепостные крестьяне кормили и поили представителей господствующего класса — царя, тавадов, служителей церкви, азнауров, пахали и мотыжили их землю, снимали урожай, обрабатывали виноградники. Эксплуатация крестьянина была разнообразной и неограниченной.

Господствующий класс обладал вооруженной силой, в его руках были сосредоточены различные средства принуждения, с помощью которых он подавлял движение крепостных крестьян, заставляя платить работать зачастую больше того, чем это было установлено традицией. По мере роста своих потребностей помещик усиливал эксплуатацию крестьян, при этом он или увеличивал размеры обложения, или же, как было сказано выше, кроме «главной бегары» («тави бегара») вводил новую, «другую бегару» («схвай бегара»). Эту бегару эксплуатируемое население называло «неположенным обложением».

Рост оброчных норм и возникновение «другой бегары» были общим для Грузии XVI — XVII вв. явлением. Феодалы, заботясь об увеличении своих доходов, пытались закабалить и мсахуров, используя их на различных работах, в том числе при перевозке грузов. Особенно интенсивно закабаление мсахуров проходило в Западной Грузии. Увеличивать сбор помещикам удавалось также путем увеличения весовых мер. Это стало особенно заметно в XVI — XVII вв., когда основная единица этих мер — литра — значительно возросла по сравнению с предыдущими веками. Рост мер вызывал пропорциональный рост оброка. При помощи таких уловок помещик присваивал себе почти весь урожай, собираемый крестьянами. Положение крепостных крестьян, обремененных различными обложениями и повинностями, еще более осложнялось разгулом помещичьих чиновников, взяточничеством и особенно межфеодальными распрями.

Формы классовой борьбы крепостных крестьян

Своеволие феодалов и их челяди вынуждало крестьянина бороться против них различными средствами. Одной из форм классовой борьбы была подача крестьянами царю жалобы на своеволие господина. Такое выступление называлось «деоба» («тяжба»). Феодальное право и царь защищали интересы класса феодалов, и поэтому «деоба» большей частью решалась не в пользу крестьян.

Крестьяне покидали свои земли, становились хизанами или боганами. Уход от помещика являлся самой распространенной формой классовой борьбы в Грузии XVI — XVII вв. На обострение этой борьбы указывает, в частности, множество покинутых в то время поместий и обезлюдевших сел как в Восточной, так и в Западной Грузии.

Из Картли крестьяне бежали в Кахети, из Имеретинского царства — в Восточную Грузию, из Мегрелии — в Абхазию, Имерети и другие земли.

Часть беглых крестьян составляла разбойничьи шайки, которые не только защищались от несправедливого господина, но и сами нападали на его усадьбу, грабили и жгли господское имущество, а самого помещика убивали. Разбойничьи шайки беглых крестьян составляли иногда внушительную силу и наносили значительный ущерб светским и церковным феодалам.

Еще более распространенной формой классовой борьбы был отказ от выплаты оброка и выполнения барщины. Когда подобный протест приобретал массовый характер и перерастал в восстание, власти водворяли порядок при помощи вооруженной силы.

Одно крестьянское выступление произошло в 60-х гг. XVII г., в селе Каисхеви Арагвского эриставства. Каисхевцы отказались платить церковный налог, они протестовали против «вступления» цилканского епископа в их деревню и «не впустили его». Епископа поддержал Заал Эристави, который послал в непокорную деревню карателей. Но и вооруженной силой не удалось сломить сопротивление каисхевцев.

В XVI — XVII вв. антикрепостническое движение грузинских крестьян носило характер разрозненных стихийных выступлений, причем зачастую оно принимало форму пассивного сопротивления произволу помещика. Крестьянское движение не принимало массового размаха. У крестьян еще не было сознания необходимости совместной борьбы. Кроме того, объединению и сплоченности мешала социальная неоднородность крестьянства, наличие в нем различных слоев, прослоек и категорий.

Пленнопродавство

В борьбе с непокорными крестьянами феодалы прибегали к самым различным мерам. Беглого крестьянина, если он не скрывался надолго и надежно, господин возвращал назад. Феодальное право, стоявшее на страже интересов землевладельца, позволяло ему на протяжении тридцати лет разыскивать и возвращать своего крепостного или же продавать его помещику, на земле которого укрылся крестьянин. Возвращение беглецов, продажа их своему господину были мерами против бегства крестьян. Положение крестьянина в обоих случаях ухудшалось. Однако, помещики, недовольствуясь этим, обращались к самой дикой форме классовой борьбы, т. н. пленнопродавству. Это значит, что практиковалась продажа полоненных и похищенных крепостных крестьян за границу. Особенно стремилась приобрести их Турция, где из пленных формировали отряды янычаров или использовали для службы в гаремах, на кораблях и т. д. Соседство Турции и господство ее на Черном море во многом способствовали широкому распространению пленнопродавства в Западной Грузии в XVI — XVII вв. Здесь пленными торговали мтавары, тавады, азнауры, епископы, а иногда даже разбойничьи шайки крестьян. Оживленная торговля пленными велась в портах Черного моря. Каждый сентябрь в черноморских портах появлялись турецкие фелюги, гружённые разнообразными товарами. Взамен товаров купцы получали рабов. Продажа пленных, особенно распространенная в Западной Грузии, к XVII в. охватила почти всю Грузию, опустошая деревни, лишая их лучшей, наиболее трудоспособной части населения. Потому-то в XVII в. в Западной Грузии число трудового населения не только не возросло, но даже сократилось вдвое по сравнению с предыдущим веком. Все это, в конечном счете, еще более обостряло кризис феодального общества.

§ 2. СОЦИАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ И КЛАССОВАЯ БОРЬБА В ГОРОДАХ

Основное население городов состояло из ремесленников, купцов и лавочников. Большая часть их была крепостными. Крепостных ремесленников и купцов имели царь, церковь, тавады и даже азнауры. Население города, так же, как крестьянство, принадлежало к различным категориям. К низшей категории принадлежали так называемые, «городские нищие» или бродяги; это были люди, которые кормились нищенством и, перепадавшей им время от времени, поденной работой. Незначительная часть городского населения представляла свободных ремесленников и купцов, имевших свою привилегированную верхушку.

В Тбилиси представителями этого слоя были «мокалакэ» (горожане), а в других городах — так называемые «царские купцы». На рубеже XVI — XVII вв. звание «мокалакэ» и «царского купца» стало особой привилегией богатой верхушки городского населения. Мокалаки и царские купцы по своему имущественному положению заметно отличались от крепостных купцов и ремесленников. Они владели значительным капиталом, лавками, караван-сараями, пахотными землями, даже крепостными, в том числе и ремесленниками. Царская власть со своей стороны давала таким мокалакам и купцам определенные преимущества, защищала их права и интересы. На городское население, как свободное, так и крепостное, возлагались разнообразные повинности в пользу царя или иного владетеля. Крепостной ремесленник или торговец выплачивал господскую бегару из своих доходов. Кроме того, господин присваивал и непосредственно труд мастера.

Антифеодальная борьба в грузинских городах приняла в XVI — XVII вв. довольно острый характер; в основном она вылилась в те же формы, что и борьба крепостных в деревне; только выступления городского населения были сравнительно более сплоченными. Например, жители города Гори в конце XVII в. выступили против городского моурава. Единодушное выступление горийцев вынудило Ираклия I отменить старые уложения, которыми руководствовался горийский моурав, и дать городу новый, более выгодный для населения статут. Однако такое мирное решение вопроса было явлением весьма редким, и потому страдавшее от социального гнета городское население, в том числе царские купцы и мокалаки нередко бежали из городов в чужие края.

Классовая борьба вспыхивала иногда на почве религиозных столкновений. Так, например, восстание тбилисских купцов и лавочников в 1698 г., направленное против агентов европейского торгового капитала — католических миссионеров и их защитников, представителей грузинской феодальной аристократии, вылилось в выступление против католицизма вообще. Главарями этого восстания были представители грузинского и армянского духовенства, а также несколько влиятельных горожан. Основные силы восставших состояли из тбилисских купцов и лавочников, которые по условному сигналу закрыли свои лавки и, вооруженные дубинами, камнями и топорами, напали на дома патеров и католические церкви. Классовая борьба в городах Грузии носила иной раз, и характер национальной розни. Такую окраску классовый антагонизм получал вследствие того, что городское ремесленники и купеческое население от крепостных до мокалаков в основном составляли представители других национальностей, в частности — армяне. Классовая борьба протекала и внутри самого городского населения. Низшему, основному слою городского населения приходилось бороться не только против насилия феодалов, но и против собственных сограждан — крупных купцов и лавочников. Экономическая и социальная пестрота, существование различных категорий крестьян — царских, церковных и частнопомещичьих, — все это мешало городам выступать объединенными силами против крепостной зависимости и добиться введения городского самоуправления.

§ 3. ГОСПОДСТВУЮЩИЙ КЛАСС

В Грузии XVI—XVII вв. по существу были две основные формы феодального землевладения: частногосподская и общевладельческая-сатавадо.

Частногосподская собственность была сравнительно прогрессивной формой собственности, она, в противоположность общевладельческой собственности, поощряла помещика к ведению интенсивного хозяйства.

Общевладельческая-сатавадо была «фамильная» (сахасо) и «удельная» (сауплисцуло). Удельные земли не принадлежали лично ни таваду, ни членам его дома, и поэтому никто из них не был особенно заинтересован вести на них интенсивное хозяйство. Общевладельческая собственность, так же, как и частногосподская, по существу, состояла из двух частей. Одна часть земли была поделена между крепостными крестьянами, другой частью непосредственно владели помещики. Собственные владения помещиков состояли из лучших «господских пашен» и «обширных виноградников». На господских пашнях и на виноградниках трудились крестьяне, отрабатывавшие барщину. Другая же часть земель была непосредственно распределена между податными крестьянами. Богатство и силу феодала определяли размеры земельных владений и число крепостных.

Большинство помещиков располагало рабочей силой, обеспечивавшей отработку барщины. Но встречались феодалы, имевшие по одному—по два дыма крепостных крестьян, а то и вообще не имевшие таковых. Им приходилось обрабатывать свои земли с помощью наемных работников.

Привилегированное сословие крупных феодалов в Грузии XVI—XVII вв. составляли тавады. К XV в. тавады заметно выделились из класса азнауров и представляли фактически отдельное сословие. В XVI в. этот процесс углубился, власть тавадов еще более укрепилась. Тавадом назывался старший в роду правитель «сатавадо», или «дома» (сеньории). Первейшими среди тавадов были так называемые «дидебулы тавады», которые не только владели многочисленными крепостными и поместьями, но и занимали также важные должности при царском дворе. После них шли «средние тавады» — сыновья крупных тавадов и старшие в роду главари сравнительно мелких феодальных домов. Наконец, третью категорию составляли «низшие тавады». К господствующему классу принадлежали и азнауры. Они делились на царских, церковных и тавадских азнауров. Конечно, больше всего азнауров имели цари. Однако, много их было и у тавадов. Тавадские азнауры делились на «фамильных», «удельных» и «частногосподских». Кроме того, среди азнауров наблюдалось и резкое имущественное неравенство: одни владели более чем сотней крепостных, в то время как другие не имели ни одного. В соответствии с этим различались три основные категории: крупные азнауры, средние азнауры и мелкие азнауры. Азнауры составляли свиту патрона. Вместе с тем они занимали различные должности при дворе своих владетелей. Азнауры, как обладатели крестьян и поместий, принадлежали к классу эксплуататоров, презрительно относились к мсахурам и крепостным. Но и сами азнауры часто подвергались насилиям со сторены своих патронов. Это приводило к внутриклассовой борьбе между тавадами и азнаурами.

В феодальной стране церковь была верной союзницей и защитницей господствующего класса, проводником его идеологии. В то же время сама являлась крупной феодальной организацией. Ей так же, как светским феодалам, принадлежали поместья, мельницы, маслобойни, торговые лавки, стада мелкого и крупного рогатого скота и другое имущество. Главным источником богатства церквей и монастырей являлась эксплуатация крепостных крестьян.

Церкви и монастыри в феодальной Грузии представляли собой значительную общественно-экономическую силу. В XVI—XVII вв. церковь, сохраняя в целом основные черты феодальной организации, понятно, не имела сословной сплоченности. Одна часть служителей церкви вышла из низших общественных слоев и сама подвергалась феодальной эксплуатации, а другая, наиболее состоятельная, отражала интересы крупных землевладельцев. Высшие церковные должности в XVI—XVII вв. без исключения занимались представителями высших общественных кругов — членами царской фамилии, тавадами и азнаурами. Церковь благословляла феодальный строй, прославляла средневековое крепостничество, проповедовала неизбежность существования угнетателей и угнетенных.

Глава XVIII. Культура в XVI—XVII веках

§ 1. ПРОСВЕЩЕНИЕ И НАУКА

Просвещение

Начиная со второй половины XIII в., грузинская культура постепенно шла к упадку. Уже в XV в. заметно сократилось число грамотных, снизился культурный уровень населения. Известный грузинский поэт Д. Гурамишвили так характеризовал обстановку, сложившуюся в Картли на рубеже XVII—XVIII вв.:

«...в детские годы мои[1]

«на нас (грузин) постоянно наседали враги — турки, кызыл-баши;

«оттого-то пошли у нас на убыль науки, в добычу леков (лезгин) попали книги!

«Остались без грамоты даже иноки, попы.

«Дети моего века — без воспитания, невежественны».

Представители феодальной аристократии и верхушки мокалаков учились грамоте в семьях, у частных преподавателей, а также в монастырях; изучением «церковных» к «светских» книг в Грузии руководили «учителя» и «старшие учителя».

В 60-х гг. XVII в., наряду с грузинскими учебными заведениями, в Тбилиси существовала созданная католическими миссионерами школа, где наряду с католико-христианским учением преподавали грузинский, итальянский и латинский языки. Только в этой одной школе ежегодно обучалось до 40 учащихся. Миссионеры имели учеников и при царском дворе, и при дворах крупных феодалов. В Гори, Ахалцихе, Кутаиси и других городах были открыты постоянные центры просвещения. Кроме того, с 1670 г. для самых способных юношей-выпускников тбилисской школы было отведено два места в высшем теологическом учебном заведении Рима.

Некоторые представители грузинской феодальной аристократии получили образование в средней школе в г. Неаполе, где изучались преимущественно «гражданские науки».

Интерес к изучению «гражданских наук» — поэзии, иностранных языков, филологии, истории, географии, астрономии, медицины и др., особенно усилился в XVII в. Это дало повод Теймуразу I сказать о своих современниках:

—Нет к евангелию интереса, ни к апостольским писаниям.

При обучении в качестве учебников использовались главным образом рукописные книги. Большое количество рукописных книг было сосредоточено в особых хранилищах, большей частью при церквах и монастырях. Самым крупным из них было книгохранилище Мцхетского храма. В начале XVIII в. в Тбилиси возле Сионского собора также было создано специальное книгохранилище.

Царь Арчил.

Постоянные войны помешали основать в Грузии типографию, и поэтому прогрессивная часть феодальной общественности пыталась создать ее хотя бы за границей. В 1629 г., когда Картли и Кахети еще не залечили тяжелых ран, нанесенных шахом Аббасом, миссионеры в сотрудничестве с грузинским книжником Никифором Чолакашвили (Ирбахом), организовали в Риме первую грузинскую типографию, а также издали грузинско-итальянскую азбуку с молитвами и грузинско-итальянский словарь. В 1643 г. в Риме же вышла в свет грузинская грамматика.

В 80-х гг. XVII в. борьбу за создание грузинской типографии начинает известный политический деятель и поэт Арчил. Будучи в Москве, он заказал в городе Амстердаме грузинский шрифт и в 1695 г. наладил при синодальной типографии в Москве грузинскую книгопечатню. Россия в XVII в. стала второй родиной для многих бежавших из Грузии грузинских патриотов. В Москве получили воспитание многие грузинские общественные и государственные деятели. Некоторые из них возвращались в Грузию и служили своими знаниями родной стране. Другие развернули свою деятельность в Астрахани и Царицыне, Казани и Москве. При московском царском дворе были воспитаны внук Теймураза I, Ираклий I, сыновья Арчила, Матвей и Александр Багратионы. Последний стал впоследствии ближайшим другом и соратником Петра I, вместе с ним совершил путешествие за границу, а потом первым в России занял учрежденную Петром должность генерал-фельдцейхмейстера от артиллерии.

Наука

В борьбе против реакционного церковного мировоззрения постепенно развивались и прокладывали себе дорогу научные и технические знания. С иностранных языков переводились важнейшие труды по медицине, астрономии, географии, истории и другим отраслям науки.

Во второй половине XVI в. один из Багратионов, известный Дауд-хан, создал учебник по медицине, носивший название «Ядигар Дауди». Книга эта представляет собой не простое повторение существовавших ранее аналогичных сочинений, — в ней представлено немало новых наблюдений и рецептов лекарственных средств, составленных самим автором.

В XVII в. особое внимание было уделено дальнейшему усовершенствованию военного искусства. С русского языка было переведено специальное сочинение, посвященное этой теме. Изменилось вооружение войска. Во второй половине XVII в. уже почти 38 процентов грузинских воинов имели огнестрельное оружие тогда как в 80-х гг. XVI в. количество их не составляло и 4-х процентов. Такой сдвиг в военном деле являлся результатом дальнейшего технического прогресса.

В XV XVI вв. не было создано ни одного важного исторического сочинения, кроме «Хроники», в которой скупо и сухо были перечислены исторические факты в их хронологической последовательности. XVII столетие ознаменовалось возрождением исторической науки. В 40-х гг. XVII в., по приказанию супруги Ростома, царицы Марии, был переписан полный сборник древнегрузинских летописей «Картлис цховреба» («Жизнь Картли»). В XVII в. был создан и оригинальный исторический труд «История Грузии», принадлежащий перу Фарсадана Горгиджанидзе. Особый интерес представляет та часть его сочинения, где излагается история XVI—XVII вв. Здесь автор использовал свои личные наблюдения и сведения, почерпнутые из персидских источников. Фарсадан Горгиджанидзе, будучи одним из просвещеннейших людей своего времени, являлся прекрасным знатоком восточных языков; кроме составления исторического труда, внес важный вклад и в составление грузинского варианта «Шахнаме» Фирдоуси. Горгиджанидзе же составил грузинско-арабско-персидский словарь, перевел на грузинский язык различные восточные литературные памятники и написал несколько оригинальных сочинений, освещающих события политической и культурной жизни Востока.

[1] Эти слова (здесь приводятся и буквальном переводе) вложены в уста отца, наставляющего сына (Гурамишвили, Давитиани, кн. 4, гл. 10, четверостишие 475, 476).

 

§ 2. ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО

Художественная литература и фольклор

Борьба грузинского народа против иностранных захватчиков проявлялась также в области языка и литературы.

Иранские и турецкие ассимиляторы всеми силами старались лишить грузин его родного языка, но грузинский народ в самые трудные времена стойко оберегал родной язык. Правда, он усвоил немало восточных слов. Однако его основной лексический фонд и грамматический строй, по существу, оставались неизменными. Наряду с этим развертывалась борьба за сохранение грузинской национальной культуры, в ходе которой преодолевалось ирано-мусульманское влияние и углублялись древнейшие национальные культурные и литературные традиции. Отстаивая самобытность грузинской культуры, передовые деятели с XVI в. опирались на богатое наследие древнегрузинской литературы и, в частности, на гениальное творение Руставели. Этим объясняется, что в XVI—XVII вв. был создан целый цикл продолжений «Витязя в тигровой шкуре». Авторами этих дополнений к поэме являлись Манучар Мцерали, Иосиф Тбилели, Кайхосро Чолакашвили и др. В то же время представители церковно-клерикальной идеологии считали сочинение Руставели бесполезной и порочной книгой.

Для литературной жизни Грузии XVII в. характерна была также борьба против так называемого персидского направления в грузинской поэзии, одним из главных проводников которого в XVII в. был политический деятель и талантливый грузинский поэт Теймураз I. Несмотря на то, что вся его жизнь была посвящена борьбе против Ирана, Теймураз в значительной мере находился под влиянием персидской литературы.

Теймураз создал немало прекрасных образцов грузинской поэзии, в которых искренне отобразил несчастья Грузии, а так же ряд лирических произведений. С ненавистью и проклятиями вспоминает он причинившего так много горя его родине и ему лично «кровопийцу» — иранского шаха. Теймураз не называет шаха Аббаса иначе как «насильником», «безжалостным», «мучителем», «обагренным невинной кровью». В исторической поэме «Мученичество царицы Кетеваны» Теймураз I в художественных образах отразил дикий разгул полчищ шаха Аббаса на кахетинской земле, историю пленения и пытки, перенесенные его сыновьями и матерью в шахских застенках. Литературный стиль Теймураза имел последователей. Среди них следует упомянуть Нодара Цицишвили, автора грузинского варианта «Бахрам-Гура».

Противником литературных традиций и школы Теймураза был Арчил, который объявил борьбу губительному ирано-османскому влиянию в области литературы. Деятельность Арчила заложила прочную основу национально-патриотическому направлению в общественной мысли и поэзии. Требуя «говорить правду», Арчил защищал основной принцип реалистического творческого метода. Он же призывал грузинских писателей разрабатывать национально-историческую тематику и бороться за чистоту грузинского литературного языка. Эти новые литературные принципы воплотила в себе его историческая поэма «Беседа Теймураза и Руставели».

Арчил прямо заявил: «одних я хвалю, а других порицаю». Действительно, он беспощадно разоблачал враждебную деятельность части феодальной общественности, некоторых тавадов и даже неразумного царя. Арчил первый из грузинских общественных деятелей призвал тавадов гуманно относиться к своим крепостным, ибо «если погибнут крестьяне, Грузия захиреет». Таким образом, интересы защиты феодальной Грузии требовали, по мнению царя Арчила, облегчения положения крестьян. Арчил впервые в грузинской литературе поднял также вопрос о несправедливости имущественного и социального неравенства людей, но в силу своей классовой ограниченности считал это зло неизбежным.

Литературная школа Арчила имела многочисленных последователей. Среди них особенно выделялись автор исторической поэмы «Шахнавазиани» Пешанги, а также тбилисский епископ Иосиф Саакадзе, написавший «Дидмоуравиани». Эта поэма, посвященная жизни и деятельности Георгия Саакадзе, является ярким образцом грузинской поэзии XVII в.

Грузинская литература была органически связана с народным творчеством. Талантливые поэты из народа создавали замечательные стихи и сказания на темы, которые позднее разрабатывались светской литературой. В народном творчестве особое место занимают мотивы классовой борьбы. Примером подобных произведений может служить цикл стихов о крупных грузинских феодалах XVII в. — Нугзаре и Зурабе Эристави. Народ с отвращением вспоминает время, когда властолюбивым арагвским эриставам захотелось надеть ярмо крепостничества на свободных горцев: «во время Нугзара Эристави, во время кровавых дождей» — так начинается старинное сказание, отражающее острую социальную борьбу между свободолюбивыми горцами и жестоким феодалом. Особое место в народной словесности занимает тема борьбы грузинского народа против чужеземных захватчиков.

Много прекрасных стихов посвящено героической эпопее Бахтриони.

В последующие века грузинские писатели черпали героические темы и образы из неиссякаемого родника народного творчества. Народные мотивы уже заметны в стихах Теймураза I, Арчила и других представителей грузинской литературы того времени.

Искусство

Грузинское зодчество XVI—XVII вв., по масштабам и технике строительства, конечно, не могло сравниться с искусством классической эпохи (X—XIII вв.). Но и в этот период было возведено несколько построек, привлекавших внимание красивым архитектурным стилем.

Зодчие XVI—XVII вв. во многих отношениях продолжали национальные традиции и развивали грузинское строительное искусство в органической связи с грузинским зодчеством предшествующих эпох. Вместе с тем на строениях, особенно в Восточной Грузии, лежит заметный отпечаток иранского стиля. Западная Грузия и, прежде всего, горные районы страны были свободны от этого влияния. И в народном зодчестве оно проявлялось разве только в отдельных элементах.

К сожалению, до наших дней не сохранились в целости жилые постройки того времени, но письменные источники сообщают, что дворцы царей и мтаваров (Ростома, кахетинских царей, Левана II Дадиани и др.) были выдающимися архитектурными сооружениями, украшенными резьбой и художественной стенной живописью. Это подтверждается исследованием развалин дворца кахетинского царя Левана в Алвани, дворца Арчила в Телави и других памятников зодчества XVI—XVII вв. Памятниками строительного искусства того времени являются также караван-сараи, бани, мосты и крепости. Построенные во времена Ростома караван-сараи, и мост, возведенный на реке Кциа, который сохранился до сих пор (на границе с Азербайджаном) и известен под названием Гатехили Хиди, или Цители Хиди, своей красотой в былые времена поражали иностранных путешественников и исследователей. Замечательными архитектурными ансамблями того времени были строения города Греми с его площадями, лавками, банями и церквами, а также Ананурская крепость с многочисленными башнями и купольными церквами. Церковное зодчество той эпохи представлено монастырем Шуамта (в Кахети), Ананурской церковью, а также большой купольной церковью, построенной в 1668 г. в Мчадисджвари (село между Мухрани и Душети) и др.

Во многих местностях Грузии сохранились образцы стенной живописи XVI—XVII вв. Художники украшали стены храмов разнообразными изображениями святых, композициями на религиозные темы, а также портретами выдающихся исторических личностей (царей, мтаваров, феодалов и членов их семей). Стенная роспись выполнялась большей частью местными мастерами: так, например, в XVII в. храм Светицховели расписывал мокалакэ Григол Гулджаварисшвили. Приглашали грузинские правители художников и из соседних государств — чаще всего из России. Например, в XVI— XVII вв. русские живописцы были приглашены кахетинским царским двором писать иконы и производить роспись церковных стен.

Ювелирное искусство XVI—XVII вв. в полной мере представлено в музеях Грузии. В них хранится огромное количество золотых и серебряных изделий, изготовленных в различных областях страны. Особенно высоким искусством отличались мастера художественной чеканки, исполнявшие работы для кахетинских царей и мтавара Мегрелии Левана II.

Нельзя не упомянуть о высоком мастерстве грузинских вышивальщиц. Образцы их работ — художественно вышитые плащаницы, церковные облачения и светские одежды, сделанные в XVI—XVII вв., сохранились до наших дней.

Высокого уровня достигло в то время искусство художественного оформления книг светского и духовного содержания. Некоторые из них снабжены многочисленными иллюстрациями. В этом отношении особую ценность представляет оформление относящейся к XVII в. рукописи поэмы Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре».

 

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова