Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

СВЯЩЕННИК АЛЕКСАНДР МЕНЬ

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР МЕНЬ

ОТВЕЧАЕТ НА ВОПРОСЫ

К оглавлению

Тема 12 :  ЛИЧНОСТЬ ИИСУСА ХРИСТА

В чем тут тайна? Почему, как магнитом, человечество притягивает к личности Иисуса Христа, хотя Он пришел в мир уничиженный и не было в Нем ни таинственности индийских мудрецов, ни поэтической экзотики восточной философии?

Все, что Он говорил, было просто и ясно, и даже примеры в Его притчах были взяты из обыденной жизни. Это тайна, которую Он открывает в коротких словах, мы их слышим в Евангелии от Иоанна. Филипп говорит: «Покажи нам Отца». И Иисус отвечает, как не отвечал ни один философ на земле: «Столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Тот, кто видел Меня, тот видел и Отца». Такие слова Он говорил не раз, и многие поворачивались к Нему спиной и в негодовании уходили, потому что всегда это был вызов. Надо было понять особую тайну.

Никогда прямо Христос не формулировал эту тайну, Он только спрашивал людей: «За кого Меня принимают? За пророка, за воскресшего Иоанна Крестителя? А вы?» — «Ты — Помазанник, Царь, Мессия, Сын Бога Живого». Здесь опыт должен какой-то внутренний открыться, и Он это спрашивает до сих пор, и спрашивает каждого, потому что это говорит Бог человеческими устами.

Иисус Христос — это человеческий лик Бесконечного, Неизъяснимого, Необъятного, Безымянного. И прав был Лао-цзы, который говорил, что имя, которое мы произносим, не есть вечное имя. Да, Безымянный и Непостижимый. А тут Он становится не только называемым, но даже называемым по имени, даже называемым человеческим именем, Тем, Кто несет с нами тяготы жизни... Вот в этом центр и ось христианства.

Есть ли Бог и что это такое?

Вопрос простой и ясный.

Одного муравья спросили: что такое Млечный путь? Муравей долго думал, думал и сказал: « Это что-то очень большое». Размышляя о Боге, человек может только сказать, что это есть начало всего. Может ли он познать это бесконечно разумное начало? Ведь между Космическим Разумом и нашим — такая же дистанция, как между разумом Ньютона и разумом мартышки. А, может быть, еще больше.

Он является источником жизни, источником моральных заповедей, Он дает человеку пульс жизни.

В природе нравственность не открывается. Химические процессы идут в организме негодяя так же, как у человека хорошего. Бог открывается иными путями. И если мы Его не слушаем, то только по одной причине: мы не хотим слушать. Потому что Он есть свобода, и Он ничего не навязывает. Это люди навязывают свои взгляды. Бог свободен от пропаганды, Он только предлагает нам путь жизни — все остальное зависит от нас: ведь мы созданы по Его образу и подобию. У нас тоже есть творческое начало, пусть маленькое, но есть. У нас тоже есть чувство добра и зла. У нас тоже есть любовь, есть разум, есть самосознание. Так что мы можем иметь представление о Нем вполне достаточное.

Как Вы представляете Бога-Творца?

Я мог бы, конечно, задать встречный вопрос: а как вы себе представляете пространство в десять парсек? Это трудно себе представить, и это будет не хуже и не лучше, чем представить Бога-Творца в виде огненного языка или голубя, или еще какого-нибудь символа. Всякий символ есть отражение реальности. Когда вы в учебнике по физике или по химии видите формулы, ведь это тоже символы. Символы — это знаки определенной реальности, и иначе мы не можем общаться.

Божественное, безусловно, превосходит наше мышление. Бог, которого человек мог бы до конца понять, был бы не Богом, а чем-то полностью равным человеку. Человек может постигать отдельные элементы, отдельные аспекты божественного мышления и то, что ему открыто, — но не более. Претендовать на всеобщий охват бессмысленно, это просто научно некорректно, потому что даже природа не открыла нам и сотой доли своих тайн. Как же мы можем говорить о Том, Кто стоит за этой природой?

Как сочетаются и соотносятся Бог и Христос?

Давайте попытаемся представить себе бесконечность мироздания. Это не укладывается в нашем мышлении. Попробуйте вечером посмотреть на звезды. Ведь это миллионная часть того, что есть. Огромные миры... Человек перед этим теряется. И вот безмерное, как бы не имеющее имени Божественное, открывает Себя нам. Как Оно могло это сделать? Если Космос хотел говорить с нами, Он должен был найти для Себя человеческий облик, язык и голос. Если Вечность хочет говорить с нами, Она говорит нам через человека. Вот это и есть сочетание. Он — наш брат и Он — Откровение Божие.

Некоторые считают, что Бог только в душе. Что Вы скажете?

Он не только в душе — Он в мироздании. Что говорил Иммануил Кант? Он говорил: «Есть две вещи, которые меня поражают: звездное небо надо мной и нравственный закон во мне». И то и другое — отражение Бога.

Что означает вочеловечение Христа и воплощение?

Великие люди потому и велики, что они возвышаются над нашим обычным уровнем и поднимаются в какие-то особые дали будущего, предугадывают будущие открытия, философские, мировоззренческие. И были великие люди в истории мира, которые рассказали нам о своем великом духовном мистическом опыте. Среди них самые великие, величайшие — это основатели религий. Это Мухаммед, это Будда, это Заратустра и т.д.

Мы знаем, что до сих пор, по прошествии многих и многих столетий, дух и мысль этих людей продолжают управлять миллионами, продолжают оплодотворять культуру, вдохновлять целые народы. Мы имеем все основания верить опыту этих людей.

И когда Будда, индийский царевич Гаутама, говорит, что он освободился от бренного и растворился в полном свете или безмолвии, в непостижимости нирваны, мы имеем право и основание верить ему.

Когда великий греческий философ Платон после многих размышлений, жизненных перипетий, трагедий, углубленного умозрения говорит о высшем как о последнем благе, мы тоже имеем право ему верить. Мы также верим его словам, когда он говорит: «Трудно постичь Отца всяческих». Это великие слова.

Когда Мухаммед говорит о том, что ему открылся Единый Бог, Творец Вселенной, Тот Бог, Который говорил Аврааму, мы ему верим. Я ему верю, как верят ему миллионы, сотни миллионов мусульман.

Когда пророк Исайя говорит о Боге, Который явился ему и послал его в мир возвестить слово Его, мы тоже ему верим.

Это потрясающие свидетельства, это грандиозные свидетельства, переворачивающие мир. Это семя, которое посеяно на земле, чтобы в будущем проросли новые посевы. И когда оно сеялось, уже тогда всходы возникали.

И вот приходит Иисус Назарянин, Который тоже возвещает нечто. Но Он не говорит, как Будда, что Он достиг чего-то упражнениями и усилиями. И Он не говорит, как Мухаммед, что Он считает себя ничтожным перед лицом Аллаха — Всевышнего. И Он не говорит, как Платон, что трудно постичь Отца всяческих. Он не говорит, как пророк, который чувствует себя только человеком, грешным человеком, проводником Божественной воли. А Он говорит о Себе так, как может говорить о Себе только Властитель мира и судеб. Он разворачивает перед людьми строки Священного Писания и говорит: «Вам сказано... а Я говорю вам так!» То есть Он ставит Свое слово наряду с Писанием.

Он не говорит: «Я вам дам учение». Он не говорит: «Вот так-то сказано в Библии, то-то, то-то и то-то...» А Он говорит: «Приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас». Ко Мне...

Его личность является единственной и уникальной, Его личность, в Которой становятся проницаемы взаимно божественное и человеческое начала.

Да, это соприкасалось в опыте пророков, соприкасалось на какие-то мгновения, потом все уходило. Это подобно тому, как описывает Пушкин: «Пока не требует поэта к священной музе Аполлон...» Вот так и пророк: он живет и действует, и вдруг его призывает Бог.

Мы не находим в Иисусе Христе ни внутренней борьбы, ни сознания греховности, столь свойственного всем святым и мистикам всех времен. Мы не находим в Нем экзальтации, мы не находим в Нем того, что есть почти у всех основателей религий. Он ясен и прост и говорит (у Иоанна мы читаем): «Видевший Меня видел Отца».

Та таинственная жизнь, та грозная и грандиозная безмерная жизнь, которая творит Вселенную, в которой мы даже не в состоянии различить этического, нравственного начала, вдруг обращает к нам Свою любовь. И это может происходить только через человеческую личность, только через живое лицо.

В древности некоторым казалось, что Христос — это призрак, это божественное видение, которое сошло на землю, но Церковь и создатели Евангелий правильно подчеркивали, что Он был человек.

Он был человек в полном смысле слова. Догмат Церкви в том, что Христос — подлинный человек. Истинное явление Бога на земле, Он в то же время является и подлинным человеком. Он не только открывает нам Божественную любовь, Он также открывает нам величие человека. Не величие по человеческой природе, а величие существа, отражающего Вечность. Это основа христианского гуманизма.

Христианский гуманизм — это то, что можно выразить словами: человек есть святыня, потому что он отблеск святыни вечной, духовной. И поэтому явление Христа есть вочеловечение Бога, вхождение Его в нашу обычную жизнь.

И заметьте еще, что Христос вел образ жизни самый обыкновенный. Он не был отшельником, который жил где-то на горе или питался, скажем, один раз в неделю, или дышал десять раз в сутки. Нет, Он был обычным человеком и в то же время человеком Божественным. Божественный человек — это человечный Бог. Это есть человеческий лик Космоса Духовного, Божественного Разума, непостижимого для нас, необъятного абсолютно. Для того чтобы говорить с нами, Он облекает Свой лик в лицо Иисуса Назарянина, Который идет по дорогам мира, двигаясь по полям, по холмам, по берегу озера, Который страдает вместе с миром, умирая на кресте, и Который являет победу Духа в Своем Воскресении и в Своем незримом пребывании в этом мире.

Вот что означает вочеловечение Христа и воплощение.

Что Вы думаете о мыслях, что Христос может проявляться в разных культурах и религиях под разными именами?

Отцы Церкви говорили о том, что до явления Иисуса Назарянина на земле Христос как Божественное Слово присутствовал в истории и проявлялся в различных религиозных и философских учениях. Особенно ярко об этом пишет Климент Александрийский.

В древнем мире люди не так тесно общались, иначе они могли бы все это согласовать. И наиболее мощные христианские взрывы происходили часто без вмешательства Евангелия, хотя сила его колоссальна.

Очень многие мученики видели Христа только своим внутренним взором, но видели настолько мощно, что стали мучениками. Значит, есть опыт встречи с Ним. Больше всего Спасителя понял тот, кто Его не видел. И то, что нам пытались рассказать, что Евангелия писали не очевидцы, — на самом деле это же замечательно! Только Иоанн был очевидцем, но прошло шестьдесят лет... Представляете, что может сохраниться в памяти человека? Осталось только видение чисто внутреннее. Все это было воспринято внутренне, это было слово Церкви, которая нам это донесла. Конечно, непосредственное соприкосновение с Христом в истории было очень важным, но главное — это внутреннее видение.

Знал ли Иисус, что Он Сын Божий, до сошествия на Него Святого Духа при крещении?

Прочтите в Евангелии от Луки то место, где отрок Иисус пришел в Храм и когда родители хотели увести Его, Он сказал: «Я должен быть в доме Отца Своего». Ему было двенадцать лет. Значит, в то время сознание это в нем жило.

Есть ли какие-нибудь свидетельства о том, чем занимался Иисус Христос, кроме плотничанья, до тридцати лет?

Надо сказать, к чести евангелистов, они ничего не придумывали. И то, чего они не знали, не описывали. И мы должны подражать им.

Да, Он жил обычной жизнью. И вот вам доказательство: когда Он начал проповедовать и когда Он начал исцелять, Его земляки были поражены: они никогда ничего подобного от Него не ожидали! Если бы в Его ранней жизни было заметно что-либо необычайное, они бы тогда не удивлялись. А их удивление во всех четырех Евангелиях подчеркнуто с необычайной силой! Значит, Он был скрытым до времени. Это была тайная, но в то же время обычная жизнь, и в этом заключена особая притягательность: значит, христианином можно быть в обычной незаметной жизни. Да, Он гнул спину, работая как каменщик и плотник, и этим самым Он освятил обычный повседневный труд, обычное, незаметное как бы существование, подняв его до необычайной высоты.

Осветите жизнь Христа с двадцати до тридцати лет.

Это была самая обыкновенная жизнь — вот в чем штука. Самая обыкновенная! Когда Он вышел на проповедь, все соседи изумились и решили, что Он обезумел. Все в Нем было тайной. А для чего это было? Он трудился Своими руками, чтобы показать нам, что обычная, тривиальная, пошлая жизнь может быть священной. И с того момента, когда Он прожил тридцать лет в Назарете вместе с Девой Марией, Которая, конечно же, носила воду, готовила и убирала в доме (у Них же слуг не было), с этого времени все наши бытовые дела получили освящение. Если это делал Христос, то это можем делать и мы. И это не пошло, это не гнусно, не безобразно. Это было освящение обычной трудовой повседневной жизни.

В газете «Труд» поместили сообщение о том, что югославский ученый нашел доказательство того, что Христос жил в Индии, был буддистом и что там якобы должна быть Его могила. Что Вы думаете об этом?

Начнем с того, что газета «Труд», мне довольно хорошо знакомая, не всегда помещает информацию достоверную*. Никакого открытия здесь нет.

С тех пор как в конце прошлого века европейцы стали интересоваться Индией, многим хотелось как бы сплести воедино свои остатки христианских традиций и новое увлечение индуизмом. И тогда целый ряд лиц стали создавать миф о том, что Христос ходил в Индию. Даже было вроде бы найдено так называемое Тибетское Евангелие, написанное в те времена в Индии, о том, как мудрец Исса пришел в эту страну. Это Тибетское Евангелие — несомненный апокриф. Должен вам сказать, что когда человек побывал в Индии и чему-то там научился и что-то воспринял, это всегда нетрудно заметить. Вот Елена Петровна Блаватская, основательница теософского учения, была в Индии не так долго, а все ее учение проникнуто индуизмом. В Евангелии нет и следов индийского влияния. Уже одно это полностью опровергает эту вымышленную концепцию. Хотя теоретически почему бы Христу было не побывать в Индии? Туда ходили многие люди, и индийцы приходили на Ближний Восток. Контакты были. Но с Христом этого просто не было. Никакого намека.

* В 1986 г. газета «Труд» опубликовала несколько клеветнических статей (10 и 11.04.86 и 21.09.86), обвинявших о. Александра Меня, о. Иоанна Мейендорфа и других в «попытке создания антисоветского подполья под прикрытием религии». — Ред.

Что можно сказать по поводу гипотезы, высказанной в газете «Известия», насчет того, что Христос умер в Японии?

Я думаю, что это заблуждение. Дело в том, что в Японии христианство стали проповедовать первые миссионеры в эпоху Возрождения. Они плохо знали японский язык, но японцы откликнулись, и в XVII веке была создана Японская Церковь. Но императорское правительство ее запретило, и всех христиан убили. Всех! А священников японских распяли на крестах. Эта Церковь погибла в крови. Потом, уже в XIX–XX веках, она возродилась. Так вот, я полагаю, что эти сказания — легенды о каком-то христианском миссионере, который там погиб в те времена. А потом это превратилось в миф о том, что Христос был в Японии.

Не рискнете ли Вы высказать собственные предположения относительно детства и юности Христа?

Давайте подумаем о тайне творчества. Как беспомощно выглядят попытки романистов проникнуть в авторскую лабораторию, в творческую лабораторию великих писателей, художников! Я помню, был роман об Андрее Рублеве. Я уверен, что у автора были самые лучшие намерения, но то, что он там написал, — о переживаниях Рублева, о его романе с какой-то крестьянской девицей — все это настолько ниже уровня моря, что невозможно никак принять. Гений — это всегда чудо. И тайна души, тайна творческой лаборатории — это то, к чему мы должны подходить с необычайной бережностью. И я не удивлюсь, если для нас навсегда останется непонятным, как творил Пушкин, как творил Данте. Даже если будет найдено множество свидетельств, документов, писем, заметок, — все равно это тайна. И если жизнь обычного человека — тайна, то какое же право мы имеем вторгаться в тайну Богочеловека?

Заметьте, что любой романист, описывая своего героя, обязательно описывает его изнутри. Старается передать его мысли, его чувства: он подумал, он испугался, он удивился и так далее. Евангелисты изображают Христа только извне, как они Его видят. Они никогда не заглядывают к Нему в душу. Об апостолах они пишут: они испугались, они подумали, они были в радости... Чувства Христа выражены только внешне. Это особый литературный прием, но использованный не искусственно. Дистанция была настолько огромной, что евангелисты знали: туда не заглянешь. Вот, пожалуй, все, что я мог бы сказать о попытках реконструировать юность Богочеловека. И если мы будем пытаться это сделать, то лучше, чем у авторов апокрифов, у нас не получится.

Как понимать, что Христос шел по морю?

Буквально. Вот одна женщина, туристка, описывает свое путешествие по Индии. Она описывает в изданной недавно книге, как они плыли на пароходе и увидели, как из леса вышел какой-то йог, пошел по воде, перешел на другую сторону реки и ушел в лес. Значит, если йог мог идти по воде, то какие основания у нас считать, что этого не мог делать Христос?

Есть свидетельства, что святой Василий Блаженный переходил Москву-реку по воде. Значит, есть такая сила.

Человеческая природа Христа — это человек до грехопадения? А что же можно сказать о воскресшем Христе?

Человеческая природа Христа была создана заново, особым актом, поэтому мы говорим о непорочном зачатии. Что касается Его плоти после Воскресения, то это плоть духовная, которую обретет человек в будущем эоне, в будущем измерении бытия.

Чем отличается современное восприятие Христа по сравнению с первыми веками христианства?

Думаю, что особенно ничем: это вечно, это всегда. Если апостол Павел в I веке переживал близость с Ним, как будто он с Ним вместе погиб, умер и вместе с Ним воскрес, это доступно и современному человеку.

Почему Христос, творивший чудеса воскрешения и исцеления, оказался бессилен на Своем кресте?

Я вам просто приведу стихи Пастернака, которые многие из вас знают:

Он отказался без противоборства,

Как от вещей, полученных взаймы,

От всемогущества и чудотворства

И был теперь, как смертные, как мы.

Он приблизился максимально к нашему состоянию, где уже не работают никакие защитные механизмы, и поэтому Он умер не как философ, который равнодушно идет на смерть, а как простое человеческое существо, которое страдает со всем миром, до полноты страдания и полноты агонии.

Если Иисус Христос знал, что через три дня воскреснет, в чем величие Его смерти?

Очень серьезный вопрос, очень. Ответ на него мы найти не можем. Дело в том, что страдание Христа заключалось не в смерти как таковой, не только в физических мучениях, а в том, что Он оказался сопричастным бесконечному миру зла, в которое погружено человечество. И Он его взял на Себя!

Имел ли Христос собственность? И второе: смеялся ли?

Он имел собственность общую. Община апостолов имела общую кассу, которой, кстати, заведовал Иуда. Он был «фининспектором».

Смеялся ли Христос? В Евангелии это не написано, но я уверен, что Он улыбался много раз. Большинство Его притч, по характеру своему, рассказаны так, что и слушатели улыбались, и Он. Например, возьмите притчу о том, как надо настойчиво двигаться духовно, молиться, просить. Кого Он приводит в пример? Вдову, которая «достала» судью. Он ни Бога не боялся, ни людей не стыдился, но она так к нему пристала, эта «женщина слабая, беззащитная», что он сказал: «Ну, ладно, Бога не боюсь, людей не стыжусь, но от нее просто невозможно отвязаться». И Христос говорит: смотрите, как она добивалась своего, и вы так же стремитесь.

Таких примеров в Евангелии очень много. Люди видели, что Иоанн Креститель аскет, и все равно ему не верили. Но Христос вел обычный образ жизни — и опять не верили. И вот Он говорит: «Что ж, вы похожи на детей, которым поют веселые песни, а они не пляшут; печальные песни — не плачут. Приходит Иоанн Креститель — не ест, не пьет, вы говорите: "в нем бес". Прихожу Я, Сын Человеческий, ем и пью, — говорите: "вот Он, пьяница и обжора"».

Многие слова Христа сказаны с улыбкой, даже с юмором, я не побоюсь этого слова. О беспечных людях, которые забывают, что жизнь коротка и что мы должны будем дать за нее отчет, там рассказывается не с помощью каких-то грандиозных мифологических сказок, а рассказывается про подружек невесты, которые прибыли ночью, по обычаям той страны, встречать жениха. Они заснули, и когда жених пришел, у них не было ничего, чтобы встретить, и двери перед ними захлопнулись. Это бытовая сценка. И когда они стали кричать и стучать, им сказали: мы не знаем, кто вы такие. Это притча о разумных и неразумных девах.

Известно ли что-нибудь о других Спасителях, кроме Иисуса Христа?

Если бы здесь присутствовал великий пророк Мухаммед, он бы никогда не сказал, что он Спаситель. Он бы сказал: Бог — наш Спаситель, а я Его пророк. Если бы здесь находился основатель буддизма Гаутама Будда, он бы сказал, что он просто человек, который достиг определенными упражнениями состояния блаженной нирваны. Он бы сказал, что учит этому, но он не Спаситель. И кого бы мы ни призвали сюда из великих мудрецов мира, никто не является Спасителем. Но жажда появления Спасителя была. В те годы, когда родился Христос, персы ждали рождения Избавителя, индуисты ждали нового воплощения бога Вишну, буддисты ждали нового воплощения Будды, иудеи ждали Мессию. Очень многие народы в этот момент предчувствовали, что должен родиться истинный Спаситель. В этих легендах, мифах, сказаниях было предчувствие той вселенской Истины, Которая только началась.

Христианство, друзья мои, только началось. Оно — вселенская религия, для него тысяча лет, как один день. Это только начало, только первые шаги.

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова