Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

игумен Евмений Перистый

ДУХОВНОСТЬ КАК ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

Да благословит Всеблагий Господь сие полезное издание на душеполезную пользу людям Божиим

+ Архиепископ АМВРОСИЙ

25/III 2000 г.

 

 

С благодарностью и любовью

посвящаю эту работу

иеромонаху Антонию,

иеродиакону Нестору,

Сергею Ивановичу,

Василию Павловичу,

Александру Гавриловичу,

Александре Сергеевне,

Валентине Алексеевне,

Елене Александровне, —

единомышленникам,

верным друзьям

и ответственным со-трудникам

Предисловие

Духовническое служение — один из самых ответственных участков деятельности современного священника. Духовничество, пастырство — жизнь не для себя, а ради других. Духовник рассматривает каждого человека, обратившегося к нему за помощью и советом, как лично присланного Христом, Положившим на сердце пришедшему обратиться именно к нему.

«Миссия духовника — привести человека ко Христу; когда же человек встретит Христа в своем личном опыте, священник должен отступить в тень и не заслонять собой Господа».[1]

Митрополит Антоний Сурожский проводит различие между тремя типами свяще6ннослужителей: священником, могущим совершать Богослужение и Таинства, но не несущим духовнического служения, священником, который является духовным руководителем людей, и старцем, имеющим особые благодатные дары, способным осуществлять духовническое служение на уровне, недоступном обычным священникам. Последних Сам Бог неизреченным образом умудряет сказать слово на пользу слушающих.

Советы, которые дает духовник, должны быть, по мнению выдающегося богослова, старца Софрония (Сахарова), не плодом рассуждения или житейской опытности, но результатом озарения Свыше: «Если людям, пришедшим к священнику с надеждой услышать от него ясно волю Божию, вместо того он даст указание, исходящее из его собственного  рассуждения, могущего быть неугодным Богу, то тем самым бросит их на неверный путь и причинит вред».[2]

Большинство духовников нашего времени можно с уверенностью отнести ко второму типу. Именно к ним обращено слово старца Софрония «не навреди!». Именно им предстоит бережно вслушаться и услышать как Сам Бог ведет человека по пути спасения, и стать когда указателем, когда дорожным посохом, а когда и спутником на этом пути, действуя очень осторожно, не заглушая своим голосом «глас хлада тонка».[3]

Старец Софроний считает также, что решающую роль в деле душепопечения играет не столько личность духовника, сколько то, с каким настроением, с какой мерой доверия приходит к нему тот или иной человек.

Непростым, болезненным, но настойчивым опытом попыток вслушиваться и слышать этот Призывающий Голос, поиском возможностей не столько ведения конкретного человека к Богу, сколько актуализации его собственных душевных сил на это движение, рождалась эта книга. Мнению маститых богословов многое в ней может показаться сырым, незрелым, возможно лишь потому, что все это слишком еще живое, слишком выстраданное, слишком пропитанное внутренней болью за нынешнее (наше!) поколение воцерковляющихся людей. Прошу твоего снисхождения, дорогой читатель, не суди мой труд слишком строго!

Духовная жизнь подобна восхождению в горы. «Вот какая-то туристская группа подымается все выше и выше в горы. Сначала это лесистые тропки, ущелья очень красивые, дорога, а там, глядишь — альпийские луга, леса уже нет. Еще выше подымаешься, и попадаешь в ущелье, где нет никакой растительности, только низкорослые кустарники, травка небольшая и высокие снежные горы, с которых сползают ледники. Из этих ледников берут начала реки. Доходишь до места, где обычно приют, и дальше на перевал нужно идти уже по снегу, лезть на ледник. А для этого необходимо иметь специальное снаряжение, ботинки, ледорубы, связки, инструктора совсем другого, уже не туриста, а альпиниста. И поэтому на таком рубиконе туристы останавливаются и уже дальше не идут. Дальше смертельно опасно, дальше другая категория трудности. Туристские прогулки на этом уровне заканчиваются. Скажем, до высоты две с половиной, три тысячи метров можно дойти такому туристу. А на четырехтысячную высоту никак не залезешь, если ты не альпинист. Туда не пускают, нельзя, а полезешь — убьешься.

Нечто подобное видно и в нашей церковной жизни. Наша церковная жизнь до определенной высоты доводит нас. Здесь мы с уверенностью бегаем, прыгаем, трудимся, что-то строим, устраиваем. Но все это до какой-то отметки. А дальше? Мы не знаем, как дальше надо жить. И, оказывается, что инструкторов или проводников, которые знают, как дальше жить, уже практически нет, они недосягаемы. А если они есть, то их раз-два и обчелся, и к ним уже попасть нельзя, это такие святые старцы, которых, может быть, человека три на всю Россию осталось...».[4] Из этой вдохновенной метафоры протоиерея Владимира Воробьева родилась обложка книги.

А основная идея самой книги появилась вот как. Разговаривая однажды с одним житейски умудренным человеком о проблемах душепопечения, я услышал такой необычный совет:

— Батюшка, соберите братию Вашего монастыря и попросите их дать определение понятию духовность. Только без известных всем нам цитат, своими словами. Прозвучат разные определения. Вероятнее всего, совокупность произнесенных ответов не раскроет глубинный смысл этого понятия. Когда все выговорятся, скажите: «А теперь доставайте ручки и записывайте: Духовность есть ответственность».

Тогда я был удивлен такой постановке вопроса, несмотря на то, что в своей пастырской практике все больше и больше обращал внимание на безответственность современного поколения верующих людей. Сегодня с уверенностью можно утверждать, что до обретения ответственности все разговоры о духовной жизни будут носить исключительно теоретический, безжизненно-книжный характер.

Второй случай, заставивший меня задуматься об ответственности и о ее значении в моей христианской и пастырской жизни. Не так давно я был на приеме у своего стоматолога, чуткой и внимательной женщины, воистину имеющей дар от Бога, с которой не виделся ровно год.

— Батюшка,— сказала она в разговоре,— помните, в прошлый ваш приезд я просила Вас освятить квартиру нашему соседу. Вы отказались, и правильно сделали. Недавно вскрылись кое-какие негативные стороны его личной жизни и того, что происходило в этой квартире... Вероятнее всего, Вам Бог так на душу положил. Ведь Вы ответственны за то, что Вы делаете, за каждую освященную квартиру.

В ее словах меня поразило то, что представления об ответственности священника у мирского человека оказались более глубокими, чем у самого священника, то есть у меня.

Третий случай, побудивший меня написать эту книгу, — рассказ моего о Господе собрата, пастыря, который занимается окормлением тюрем. В одно из его посещений зоны осужденный А. попросил личной беседы, с глазу на глаз, в которой сказал:

— Знаете, батюшка, я обычно не прихожу на встречи со священниками, которые приезжают в нашу зону для того, чтобы встретиться с осужденными. Но на Ваши встречи всегда прихожу. И знаете почему? Потому что Вы разговариваете с нами не свысока, не как с маленькими детьми, а как с людьми взрослыми, ответственными за свои отношения с Богом.

Ответственность — высокая, значимая категория для людей, относящихся к жизни ответственно. Насколько значима она для современных православных людей? Стоит ли говорить об этом? Каким языком?..

Эта книжечка была задумана как попытка поделиться опытом решения актуального вопроса духовной жизни верующего человека — осознания ответственности за свою жизнь и различные ее проявления: духовные, душевные, материальные. По мере ее написания возникали все новые и новые размышления. Жизнь вносила коррективы в уже написанное...

И таким образом, не из теории, а больше из практики родилась книга, которую Вы, дорогой читатель, держите в руках.

Воля Божия и
человеческая ответственность

 В Священном Писании Бог являет Себя как Существо в высшей степени ответственное за Себя и Свое творение. Господь с полной ответственностью сообщает нам о том, что Он думает, чувствует, о чем печется, что допустимо, а что недопустимо с Его точки зрения, что Ему нравится, что нет. Он определяет Себя как Существо отдельное от акта Своего творения и от нас. Он сообщает нам, что Он — Любовь, Истина и Свет.

 Христиане призваны к уподоблению Христу, обретению Его нрава, обретению тех же свойств, которые имеет Господь. Человек создан по образу и подобию Божию, но Божественный образ затемнен у него грехом. Ответственность, наряду с такими Божественными свойствами как простота, любовь, доброта, была изначально заложена Богом в естество человека. Ослушание и последовавшее грехопадение — безответственный по отношению к себе самому поступок первого человека, груз которого мы несем в веках, передавая это наследство последующим поколениям.

Чувство ответственности, вложенное в природу человека Богом, исказилось грехом. Господь наш, Бог Всемогущий и Любящий Отец, явил образец полноты ответственности. Создавая человека свободным, Бог по всеведению Своему знал, что эта свобода может быть использована человеком во зло себе же самому. И поэтому к созданию свободного человека Господь отнесся очень ответственно. Еще до сотворения мира в Предвечном Совете было принято решение о ниспослании Единородного Сына Божия для искупления человека, которого Он наделил такими уподобляющими Самому Богу свойствами, как разум и свобода.

В этом ниспослании Единородного Сына для искупления человечества видится великая Божественная ответственность за Свое творение.

Профессор И.А. Ильин считает, что в связи с умалением чувства духовности, неспособности к переживанию религиозного опыта, «в человечестве поколебалось и чувство ответственности. Это чувство есть вернейший признак духовности. Человек, умеющий трепетно и благоговейно предстоять, сумевший утвердить свое духовное достоинство через жажду священного и познавший радость верного ранга, уже научился чувству ответственности и вступил в сферу религиозного опыта, совершенно независимо от того, принял ли он какой-либо догмат или остался с протянутой и пустой рукой.

Подобно чувству ранга — чувство ответственности принадлежит к первичным, аксиоматическим проявлениям духовности и религиозности. Дух есть творческая энергия; ему естественно вменять себе совершаемое и отвечать за совершенное. Религиозно-предстоящий человек сознает в себе эту духовную энергию и чувствует ее связь с высшим, священным планом бытия. Вступление в этот план, приобщение к нему и к его реальностям — обостряет в человеке трепетное чувство своего недостоинства-достоинства и вызывает в его душе то благоговейное осторожно-совестливое внимание, о котором когда-то писал применительно к религии Цицерон. Приобщаясь к высшему, человек испытывает повышенное чувство ответственности. Именно поэтому религиозность всегда была настоящим источником этого духовного самочувствия, без которого на земле невозможна никакая добродетель, никакая культура и никакая государственность.

Без чувства ответственности невозможен и самый религиозный опыт. Вступая в сферу Божественного, человеку естественно собирать свои силы и относится критически к своим слабостям, неумениям и неспособностям: он становится благоговеен, а потому осторожен и совестлив, может быть, даже до робости; он боится не увидеть, не постигнуть, стать помехой, исказить. Он взыскивает с себя, помнит свою малость и величие своего Предмета; и все это выражается в повышенном чувстве ответственности».[5]

Безответственность — это отпадение от одного из свойств Божиих, от образца нравственности, преподанного нам Богом, — от нрава Христова.

Вышеизложенное дает нам основание утверждать, что безответственность есть грех, состоящий в утрате чувства духовной и религиозной очевидности, в котором необходимо каяться пред Богом так же, как и во всех остальных грехах.

Что означает «ответственность»?

Немного теории...

Современный мир болен параличом безответственности, хотя это слово приходится нередко слышать из уст тех же безответственных людей. Этимология слова «ответственность» проста и ясна. Быть ответственным означает держать ответ за исполненное, отвечать за порученное, сполна рассчитываться за сделанное, расплачиваться за пропущенное и добровольно принимать наказание за неверно выполненное.

Как определить, насколько ответственен конкретный человек? По каким критериям можно выделить ответственного человека из общей массы безответственных людей? — По «обратной связи». Что это значит? Если человеку поручается какое-то конкретное дело, а он это дело или не доводит до конца, или делает очень халтурно, или перепоручает кому-то, когда ему стало тяжело или просто «надоело», или создает видимость делания при том, что со временем, иногда очень поздно, обнаруживается, что в принципе он дело-то завалил, — значит, это человек безответственный.

Хаос и неразбериха современной жизни, развал семей, общественных институтов, дискредитированные по вине «чело­ве­чес­кого фактора» высокие идеи — все это следствия утраты ответственности. Переставая отвечать за содеянное, человек не имеет возможности реально оценить глубину нарушений и характер необходимых исправлений. Разрушается его связь с окружающим миром и людьми, обескровливается само содержание жизни в обществе. Самое печальное, что у безответственного человека не хватает смелости и мужества осознать свою безответственность.

Именно те люди, которые очень глубоко поражены болезнью безответственности, читая эти строки, по всей видимости, думают, что это все пишется и говорится совсем не про них и не для них. Возможно, они даже «мотают на ус», какими словами они будут «лечить» от безответственности своих "безответственных" ближних...

Все это — именно про Вас, и для Вас, дорогой читатель!

Вспомните Вашу жизнь и огромное количество ситуаций, когда Вам что-то поручалось: то ли Вашим духовником, то ли по работе, то ли в семье. А, может быть, обратился к Вам за помощью, или, может быть, жена попросила Вас что-то купить по дороге домой... Как Вы отнеслись к этим просьбам? Оправдание относительно того, почему вы не исполнили то или иное порученное дело, и есть оправдание своей безответственности.

Острота проблемы

В Пастырской Психологии и Психотерапии[6] осознанию ответственности придается огромное значение. Поскольку показатель человеческой безответственности сегодня очень высок, современный пастырь в деле душепопечения должен сделать особый акцент именно на принятии своими духовными чадами ответственности за свою жизнь, за свои греховные склонности и привычки, за окружающих людей.

Почему именно сегодня эта проблема стала очень остро? В традиционных культурах существовали определенные рамки, сдерживающие нездоровые греховные проявления человеческой природы. Эти рамки касались социально-значимых ролей, вопросов жизненного выбора, договора, дружбы, любви, вопросов сексуальности и др. Если дружба существовала, то ее понимание не размывалось; если дружба, то — верность, взаимопомощь до смерти: «Сам погибай, а товарища выручай». Если происходил выбор профессии, то человек хранил верность избранному, и только в самом крайнем случае, глубоко переосмыслив, ответственно (опять же!) избирал иной путь.

Нынешнее поколение растет и с пеленок воспитывается в бесстержневой, безрамочной атмосфере. Структурность жизни, ее иерархичность, обычаи, границы любого рода — внешние рамки, в которых возможно произрастать росткам ответственности в современном обществе, безжалостно ликвидированы.

Безответственность постыдна и отвратительна во всех областях человеческой жизни. Но именно ею пронизаны сегодня все слои общественной и церковной жизни.

В современной семейной жизни, встреча двух людей, которые дорожат отношениями, умеют их хранить от бурь и невзгод, воистину радость несказанная! Сегодня редко можно повстречать семью, где родители в присутствии детей воздерживаются открыто говорить о деньгах. Нередко приходится сталкиваться с ситуацией матерной брани, пьянства, скандалов родителей в присутствии детей. Мало кого удивит очередной рассказ о том, как сын поднял руку на свою мать или избил до синяков отца.

В учебных учреждениях студенты и учащиеся называют учителей по именам, в присутствии учителей позволяют вульгарные выражения, учителя продают ученикам вещи, и наоборот. Символом безрамочности в школьной жизни является упразднение единой школьной одежды, а также всех традиционных форм и норм, связанных с ней. Безрамочность жизни современной школы — предтеча безответственности в жизни взрослой.

«Неприличен безответственный ученый: он является болтуном или торговцем истиной. Преступен безответственный воспитатель. Жалок и ядовит безответственный художник. Безответственный политик должен понести наказание. Но безответственность в области религии, где люди не имеют, в сущности говоря, прочных критериев и где живое благоговение должно быть вечно питать заботу о трезвении и очищении, является грехом непростимым, грехом "против Духа". Нигде беспочвенные фантазеры и болтуны не приносят такого вреда, как в религии: здесь они компрометируют не столько самих себя, сколько ту сферу духа, в которой они якобы пребывают».[7]

Слова великого русского мыслителя как никогда актуальны в наши дни. В современных монастырях сегодня, например, допустимо, приняв монашеский постриг, по какой-то причине (не поладил с начальством, «разонравилось», плохой климат) уйти из монастыря. Ответственно ли духовному руководителю, старшему, благословить такое решение человека?

Принятие священного сана многими вновь приходящими к рукоположению людьми уже не воспринимается как сакральное бытие, как обретение человеком иного качества жизни. Постоянные «переодевания» многих батюшек уже не рассматриваются прихожанами как что-то необычное. Одежда для священника — неотъемлемая часть его идентичности. Батюшки в футболках, пастыри, купающиеся на общественных пляжах, священники, которые не всегда «батюшки» — трагические символы безрамочности современной религиозной жизни, а значит, безответственности по отношению как к своей пастве (как раньше, так и всегда, всё и вся прощающей своим пастырям), так и к самому себе.

Перед кем и за что
человек несет ответственность?

 Итак, перед кем же человек несет ответственность? Перед многими и многим. В первую очередь, перед самим собой. За то, что отказался от выполнения порученного дела, от взятых на себя обязательств, за то, что преступил черту духовного закона, заповедей Божиих, оказавшись за пределами им же самим сознательно и добровольно принятых моральных, нравственных, духовных норм. Как правило, после преступления этой черты, мало у кого обретается мужество, раскаявшись, вернуться обратно. «Единожды солгав, приходится лукавить, и, истину предав, приходится молчать...».

В душевную природу человека Богом изначально вложено зерно ответственности. Совершив греховный поступок, совесть начинает требовать ответа, сигналить о том, что нарушен закон правды. Греховное человека пытается уговорить или замолчать совесть. Если человек не внемлет совестливому голосу в себе, происходит конфликт, нарушается цельность. Раздвоение приобретает болезненные черты, что нередко проявляется вовне в душевном или даже физическом заболевании.

Человек несет ответственность перед близкими людьми за неоказанную помощь и неуслышанные просьбы. Есть люди, которые не решаются, не дерзают, не могут в силу своей скромности (или, может быть, ложной скромности, а, может, уже имея печальный опыт обращения к нам со своими нуждами) попросить о том, в чем нуждаются. Чутки ли мы? Слышим ли мы просьбы других?

Мы несем ответственность за то, как мы общаемся с людьми, насколько оправдываем их ожидания и веру в нас. Только любящий человек может видеть в любимом красоту Богозданного образа, вложенного в него Создателем. Многие люди нравственно, духовно и интеллектуально возрастали лишь благодаря тому, что кто-то верил в их интеллектуальный и духовный рост авансом, благодаря тому, что у них был учитель, наставник или духовник, который видел в них то, на что они потенциально способны и даровал им этот аванс веры. Много ли людей, сполна использовав этот аванс, оправдали ожидания?

Мы несем ответственность за неверие в собственных детей, которое может разрушить близкого нам человека, закрепить его малоадаптивность, неумелость, неловкость. Это выражается в утверждениях, наподобие: «Вечно у тебя ничего не получается».

Мы бы ужаснулись, если бы увидели, скольким людям мы нанесли вред словами о своем неверии врачам, произнесенными в присутствии больного. Сколько вреда принесли учителя, которые на протяжении школьных лет не верили в способности своих учеников, запечатывая свое неверие фразой типа: «Больше, чем на тройку с минусом он не способен». А ведь подобные утверждения-печати откладываются в глубинах личности, распространяясь и на другие стороны жизни.

Очень ответственный жизненный шаг: назвать этого священника своим духовным отцом, назвать эту женщину своей женой, назвать этого новорожденного своей дочерью или сыном. Многие ли верны своему выбору? Обстоятельства?.. Их неверность, нечестность, непорядочность, безответственность?.. — Но как это помешало остаться верным, честным, порядочным, ответственным тебе? Ведь это был твой выбор и твое слово.

Человек несет ответственность перед окружающим миром, перед природой за то, что он с ней творит. До боли всем знакомая ситуация: пошли в лес, вволю нагулялись, набросали консервных банок, бутылок, пакетов, газет, наскоро затушили костер и ушли. А этот штрих, как рана, как боль, остался. Найдутся ли люди, которые мужественно осознают свою безответственность и в этом поступке?

Наконец, человек несет ответственность перед Господом за разрушение спасительных и благодатных действий Его бережного Промысла в своей жизни и в своей душе неосторожными словами, грубыми поступками, нечистыми мыслями, разрушающими не только отношения с Богом, но и внутренний душевный мир.

Возникший внутренний конфликт между моим «хочу» и мною же избранными нравственными ценностями, конфликт двух «я» в психологической науке называется конфликтом идентичностей. Для верующего человека такой конфликт — источник постоянного напряжения. Слишком уж разнятся уровни наших «хочу» и уровни тех высот духовной жизни, к которым призваны ученики Воплотившегося Слова.

Существует ответственность за дела, исполненные и неисполненные. И отказ от действия — это тоже поступок. Об этом мы еще будем говорить.

Существует ответственность за слова, за все произносимое и творимое словесно.

Существует ответственность за мысли и переживания, происходящие в человеке сознательно или бессознательно, вне зависимости от того, желает человек этого или нет. Поэтому мы каемся в согрешениях «вольных и невольных, яже в ведении и неведении».

Все эти поступки, слова, внутренние душевные состояния непрерывно изливаются каждым из нас в мир и возвращаются к нам бедами или удачами, невзгодами или радостями, потерями или находками в зависимости от их характера.

Человек — автор книги
собственной жизни

Слово «ответственность» в своем значении имеет очень много оттенков. Надежного, заслуживающего уважения и сотрудничества человека называют «ответственным». Под ответственностью также подразумевают подотчетность юридическую, финансовую, моральную, совестливую.

Ответственность означает авторство. Впервые право авторства проявилось в том, что по сотворении Господь доверил человеку наречение имен животным. Ведь ему, человеку, жить в мире, созданном для него Богом.

Осознавать ответственность значит осознавать, что я сам являюсь творцом своей судьбы, своих жизненных неприятностей, своих чувств, своих отношений с Богом, а также своих страданий, если они имеют место. Реальное освобождение человека от власти своей греховности невозможно, если он не принимает ответственности за все, происходящее с ним и упорно обвиняет других людей и обстоятельства в причинах своих бед, поражений, грехопадений.

Ответственный человек — это человек, который осознает, что он является, по выражению одного философа, «неоспо­ри­мым автором события или вещи». Он осознает, что творит свою жизнь сам, что никто, кроме него, не виновен в том, что его жизнь именно такова.

В области душепопечения под ответственностью понимают способность духовного чада к осмысленному отношению к послушанию, а также нравственную ответственность духовника за правильное ведение духовного чада.

Нередко можно встретиться с путаницей и смешением понятий личной ответственности и Промысла Божия. Как часто люди любят сваливать ответственность за свои поступки и за свою жизнь на Бога: «Бог попустил», «Бог не благословил». В определенных контекстах использование человеком в качестве оправдания этих прекрасных выражений означает нежелание принять ответственность за свою судьбу и свои действия. Пастырю нужно набраться мужества для того, чтобы научить своих духовных чад говорить о проблемах честно, не спекулируя высокими словами.

— Если ты не потрудился, не приложил достаточно усилий, у тебя не получилось, к примеру, сдать экзамен (вовремя расплатиться с долгами или сохранить собственную семью от развала), неужели Бог в этом виноват?

Воля Божия и Промысл Божий, безусловно действуют в жизни каждого человека, каждого из нас. Но если бы следование воле Божией, Промыслу Божиему было бессмысленным и пассивным плаванием по течению, то в истории Церкви не было бы замечательной христианской государственности, не строились бы монастыри и храмы, не прозвучала  бы апостольская проповедь. Христианство бы иссякло и не дошло до нашего времени, если бы предыдущие поколения собственную пассивность и безответственность прикрывали подобным высоким слогом.

Многообразие ответственности

Ответственность — это ответ человека на призывающую благодать Божию. И только в совокупности действия Промысла Божьего, воли Божией, благодати Божией и искреннего, горячего ответа-согласия со стороны человека следовать за этой призывающей благодатью и состоит подлинное движение и полнота промыслительного бытия человека в этом мире.

Подлинно, творящий подобен Богу.

Человек, как высшее создание Божие, не только сотворен свободным, не только реально свободен, но и обречен на свободу. Он ответственен не только за свои действия, но и за свою неспособность или нежелание действовать. В эти минуты, когда кто-то читает эти строки, существует огромное количество людей, которые находятся на грани отчаяния, нуждаются в нашей помощи, хотя бы в теплом слове или, возможно, в телефонном звонке, который поддержит душевные силы, выведет из состояния уныния и ощущения полной обреченности и отчаяния. Возможно, многим из тех, кто держит эту книгу в руках, предпочтительней насыщать себя, свой ум, свой интеллект какой-то информацией, работать над собой. Вероятно, сейчас это лучший для них выбор, лучшее, что они могут «здесь и сейчас». Может быть, у них сейчас нет душевных сил, чтобы помочь другим. Но ведь чаще всего все мы предпочитаем оставаться в неведении относительно боли и проблем наших ближних и дальних.

Человек несет ответственность за то, что он делает и за то, что предпочитает игнорировать. Осознание значимости ответственности за свою жизнь и за свое поведение имеет огромное значение для духовной жизни.

Осознание того, что жизнь свою (даже в религиозных вопросах) мы чаще всего строим для себя и под себя, осознание ответственности за мир, в котором мы живем, многих серьезно пугает. Святые отцы утверждают, что каждый человек является со-творцом Богу в этом мире. Каждый человек наделен творческими способностями. Эти творческие способности проявляются как в повседневности, так и во всем жизненном пути человека.

Человек вправе принять и не принять Христа, — в этом его творчество и его свобода. Человек вправе, приняв христианство, жить по заповедям Божиим, или не жить, — и в этом его творчество и его свобода. Человек вправе, приняв как жизненную ценность определенные христианские принципы, или следовать им фрагментарно, или полностью отдать себя на служение Богу. В этом его творчество и его свобода. Как сказал блаженный Августин, «Бог стал человеком для того, чтобы человек стал богом». Уподобиться Богу — значит обрести творческое отношение к жизни и ответственность за себя и за этот мир...

Халтура —
любимая дочь безответственности

Вирус безответственности, распространяющийся среди людей, породил главный кошмар современности — халтуру. Огромное количество современных людей, включая тех, кто так или иначе причастны к труду в церковных организациях, храмах, монастырях, поражены нежеланием прилагать разум и сердце к собственному труду. Поэтому большинство людей даже за большие деньги не способны уйти от вялого и халтурного отношения, от делания все «спустя рукава», от, как бы отсутствования на рабочем месте, вместо ответственного, радостного, творческого отношения к своим обязанностям и к своему месту в этой жизни.

Халтура — это безответственная и низкокачественная работа, которая приводит у человека в прикладном труде — к порче материалов; у педагога — к детям, которые ничем абсолютно не интересуются, у которых совершенно не развит эстетический вкус и чувство меры; у священника — к разочаровавшимся в Боге и вере прихожанам, которые или уходят из Церкви или становятся фарисеями, презирающими тех, кто нарушает букву закона. Холодность, безучастность, равнодушие, поспешность священника могут родить такое жуткое фарисейское надмение «правильных» и «праведных» прихожан.

Халтура в повседневной жизни, в семейной жизни ведет к пустой растрате времени, к распылению сил, и, в конце концов, к развалу семьи. Халтурное воспитание — это прежде всего воспитание не только безучастное, но и гиперконтролирующее, холодной и прагматичной постоянной проверкой убивающее всякую любовь (ведь легче постоянно контролировать ребенка и «пилить» его, и очень трудно его воспитывать, вкладывая силы любви), приводящее к потере душевной близости между ребенком и взрослым. Мудрые родители объяснят ребенку в той мере, в которой он способен понять на каждом этапе своего возраста, что некачественная работа, безответственный труд, невольная халтура — это то, чего человеку всегда стоит стыдиться.

 Многое можно простить людям, совершающим те или иные поступки по слабости душевной, по влиянию страстей, или в тумане неразумия. Но гораздо труднее простить откровенную, сознательную халтуру. Ребенка следует избавлять от этого как от страшной заразы, последовательно, неуклонно разрушающей все — и в уме, и в делах, и в сердце.

Халтура — это синоним безответственности и равнодушия. И порождается она в наших детях нашей же собственной педагогической, воспитательной халтурой, халтурным отношением к нашим христианским обязанностям. Ребенку свойственно стремиться к радостному труду, его душе свойственно исполнять порученное, ликуя о лучшем и исправляя худшее. Лишь равнодушие родителя, невнимание педагога и насмешки сверстников, уже пораженных заразой безответственности, могут отвратить юное существо от стремления к созданию великого, торжественного, глубокого и подлинного.

Переосмыслить...

Если переосмыслить свою жизнь с точки зрения ответственности за себя и за все, что нас окружает, если вдохнуть такое ощущение жизни, возникнет совершенно новое ее восприятие, совершенно новое осознание. Возможно, прежнее восприятие жизни как чего-то устойчивого, уютного, имеющего почву под ногами, куда-то исчезнет, пропадет. Но взамен обретется иное.

Человек осознает, что сам отвечает за то, попадет ли он в Царство Божие или в ад; будет ли он в этой жизни и в вечности со Христом или вне Христа. Наряду с более глубоким осознанием своей полной свободы, в жизни человека, решившегося быть ответственным, возникнут такие живые и пронзительные переживания, как осознание собственной смерти и переживание чувства полного одиночества в этом мире, глубинное осознание того, что и грань рождения, и грань смерти человек проходит в полном одиночестве...

Ответственность за себя в совокупности с памятью смертной и осознанием своего бытийного одиночества может настолько встревожить, взволновать человека, застрявшего на внешней религиозности, что подтолкнет его к очень глубокому поиску Единственного Другого, Бога.

Вспышки глубинного осознания бывают в нашей жизни нечасто. В моменты, когда переживание пронзительности бытия происходит очень ярко и очень глубоко, мы ищем во что бы спрятаться, где бы забыться, в чем бы утонуть, душевно или интеллектуально, чтобы уйти от этой остроты осознания. В этом состоянии одиночества, отчаяния, груза ответственности и памяти смерти, Христос становится единственным Источником сил, единственным утешением и помощью, протягивающим одинокому человеку Свои пронзенные гвоздями руки для того, чтобы упокоить, дать силы и отправить дальше в этот мир для несения своего креста с осознанием, что мы — Христовы, мы — с Ним, и нам должно до конца донести крест нашей ответственности и нашей свободы.

Быть ответственным намного легче

Какими бы странными ни показались эти слова, но ответственным оставаться намного легче, чем быть разболтанным и безалаберным. Ответственность активизирует свободу личного выбора, раскрывает всю полноту творческого потенциала человека, указывает на то, что уже не перебросить на плечи другого и не переложить на рабочий стол сотрудника. Великое понимание ответственности дарует человеку осознание креста, который всякий несет по жизни сам и без которого жизнь умирает и растворяется в небытии.

Ответственность — это Божественное поручение и поставленная Богом задача. Это фактически Его приглашение к деятельному со-трудничеству.

Задумайтесь только, как величественно и прекрасно, торжественно и вдохновенно звучит призыв о несении ответственности за все творимое нами на жизненном пути!

Дерзновение —
движущая сила ответственности

Большинству людей кажется, что окружающий мир независим от них самих, что все в нем происходит как бы самостоятельно и человек ни на что не может повлиять, ничего не способен изменить. Такова логика безответственности.

«Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе»,[8] — говорит Апостол Павел. Дерзновение и мужество в изменении себя, изменении мира на христианских началах (если мы являемся не только теоретическими, но и сущностными носителями этого христианского начала) является одной из задач христианина, как человека ответственного. Это не значит, что нужно строить какие-то грандиозные проекты или устраивать государственный переворот. Эмоциональные дискуссии (с митингами «в поддержку»!) на темы переустройства России на православно-монархических началах (борьбы с экуменизмом и обновленчеством, «против растления», в поддержку и защиту тех или иных прописных истин) для многих из современных православных людей стали удобным полем деятельности, на которое можно периодически убегать от реальности ужаса утраты своих отношений с Богом, от осознания своей ответственности за эту утрату.

Ответственность — мостик к обретению полноты жизни в Боге, бытию в этой полноте и с этой полнотой в окружающем нас мире. Задача пастыря — помочь своим пасомым освободиться от своей неискренности в отношениях с Богом и помочь им в принятии и осознании ответственности.

Предательство —
антоним ответственности

В творениях святых отцов проблема ответственности не разработана глубоко и детально. В отдельную добродетель ответственность в святоотеческих писаниях не выделена. Но осознанием ответственности пронизаны многие святоотеческие и Богослужебные тексты.

Известная фраза святителя Игнатия Брянчанинова «Произволяющий способен» тоже относится к принятию ответственности. Более естественно для современного литературного языка эта фраза звучит так: «Кто хочет, тот может». По-другому: «Или ты веришь в то, что, с Божьей помощью, сможешь, или ты не можешь ничего».

Любой человек может стать подвижником, стать святым, достигнуть меры великих святых, если только захочет этого всем своим существом. Все мы знаем ответ преподобного Серафима Саровского на вопрос: «Почему сейчас нет святых людей, нет подвижников?»«Потому что нет сейчас решимости». В этом контексте понятия решимость и ответственность чрезвычайно близки.

Безответственностью можно считать то, что у святых отцов называется отказом от несения своего жизненного креста. Для всех людей еще сто лет назад было совершенно очевидно, что само принятие креста Христова и следование по жизни за Христом — ответственный шаг, который делается раз и навсегда. Сбрасывание с себя креста, уход от своего креста есть предательство. Предательство, по всей видимости, это антоним ответственности.

Итак, предательство есть безответственность, тогда как терпеливое крестоношение на святоотеческом языке означает ответственность.

Церковные чинопоследования: чин монашеского пострига, чин крещения, чин венчания делают особый акцент на принятие личной ответственности. «Отрицаешься ли сатаны? — Отрицаюсь. Сочетаваешися ли Христу? — Сочетаюсь» — в чине крещения. «Имеешь ли твердое произволение взять себе в жену сию рабу Божию, которую здесь пред собой видишь? — Имею, честный отче» — это в венчании. «Пребудешь ли в монастыре сем на послушании даже до смерти? — Ей, Богу содействующу, честный отче» — это в монашестве.

Что же происходит сегодня?

Покрестившиеся (даже в сознательном возрасте) и давшие  Богу обет верности, «без необходимости» (т.е. еще кого-нибудь покрестить, повенчать, отпеть) даже не показываются в храме Божием.

В жизни, которая начинается сразу после Таинства венчания, люди нередко изменяют друг другу или по незначительной причине («Я наконец-то нашла человека, который меня по-настоящему понимает, в отличие от этого...»), а то и вовсе без причин. Супружеская верность и полнота супружеской жизни сегодня является достоянием очень немногих семей.

Если человеку, давшему монашеские обеты «разо­нравилось», и он принимает решение уйти из монастыря, то забирает себя самого, уже пожертвованного Богу, тем самым совершая предательство. Это безответственно по отношению к тем словам монашеских обетов, которые были произнесены им в день пострига перед святым алтарем. Но кто об этом вспоминает, когда вдруг «понял», что «это не то, что я искал»?..

В Таинстве священства вступающему на стезю пастырства вручается Залог, который тот должен сохранить до последнего своего издыхания. Это тоже символ ответственности, которую священнику необходимо пронести через всю свою сознательную жизнь.

Ни в браке, ни в крещении, ни в монашестве, ни в принятии священного сана хода назад, «канонического» оправдания сбрасывания ответственности, взятой пред Богом, не предусмотрено. Человека невозможно развенчать, раскрестить, или освободить от монашеских обетов.

Об ответственности
в семейной жизни

Мы слишком все не отвечаем
За тех, кого мы приручаем...

Остановимся подробнее на вопросе ответственности в супружестве.

Вступая в брак, человек берет на себя ответственность перед Богом, супругом (супругой), близкими и родными, перед детьми, которые должны родиться. Это ответственность за здоровье, цельность, благополучие и в конечном итоге спасение второй половины. Безответственное вступление в брак — беда нашего времени. Не проходит и полгода — надоедает супруг (или супруга), надоедает семейная жизнь. Ведь для сохранения чувств необходимо прилагать силы, постоянно подкладывать сухие веточки в огонь домашнего очага, необходимо постоянство.

Муж ответственен перед женой, жена — перед мужем. Если они с любовью и прямо высказывают свои недоумения, несогласия друг с другом — это ответственно. Накопленные и невысказанные в доброжелательной форме недовольства ведут, в конечном итоге, к развалу семьи. Смягчать гнев, недовольства, переживания супруга, уступка его требованиям — кропотливый и ответственный труд по сохранению любви в браке. Любя человека, предложи ему противостать тому злу, которое покушается на вашу любовь. Только так ты действительно сможешь доказать, что любишь своего супруга, и тем самым укрепишь семейный кораблик, одолеваемый бурями. Не исключено, что такое ответственное поведение является самым трудным для безответственного человека.

То же самое относится и к ответственности за наших детей. Если наркоманов, блудниц, преступников попросить рассказать об их детских и отроческих годах, то окажется, что это, в подавляющем большинстве своем, люди, которым в детстве не хватало материнской или отцовской любви. В их семьях не было доверительных и теплых отношений, или же их родители подали негативный пример поведения, совершенно не помня о том, что дети, особенно в раннем возрасте, фиксируют каждый жест, каждое слово...

Члены семьи могут сохранить семейный баланс, если в одинаковой степени задействуют три уровня ответственности:

1. Ответственность родителя за развитие и благосостояние ребенка, развитие его самостоятельности, а ребенка, когда он вырастет — за благосостояние больных или престарелых родителей.

2. Супружеская ответственность за продолжительность и развитие супружеских отношений, включая сюда заботу о нуждах и интересах супруги (или супруга).

3. Ответственность за собственные нужды и развитие себя как отдельной личности.

Чрезмерная ответственность в любой из этих областей и вследствие этого — пренебрежение другими, приводит к снижению гибкости и увеличивает возможность возникновения внутрисемейных проблем.

Многие женщины, недавно обратившиеся к Церкви и имеющие неверующих мужей, жалуются своим духовникам на свои семейные проблемы. Осознай и прими они ответственность за свою семейную ситуацию на себя, сразу бы обнаружили пугающий сознание факт собственной конфликтности, ставшей причиной сложившейся ситуации.

Ответственность за самого себя

Чувство ответственности за самого себя уступает по значимости лишь умению строить взаимоотношения. Ответственность за самого себя есть четкое осознание того, за что мы отвечаем, а за что нет. Умение когда нужно отказать или принять чужой отказ — это ценный дар, одно из проявлений ответственного поведения.

Нам всем нередко приходилось общаться с людьми среднего возраста, чья мера ответственности находится на уровне четырнадцатилетнего подростка. Такие люди закатывают истерики, обижаются, или просто уходят в себя («лишь бы только не ссориться»). Когда эти взрослые люди были маленькими детьми, их не научили ответственности за свои поступки, за создаваемую жизненную ситуацию. Процесс переучивания взрослого требует огромного труда.

Ответственность
по отношению к собственным чувствам

Выводы о человеке, основанные исключительно на внешних проявлениях его поведения, дают о нем довольно поверхностное представление. Нельзя отрицать роль среды, наследственности, физические ограничения, недостаточное образование, плохое здоровье и т.д. Это не значит, что мы не обладаем ответственностью или выбором при наличии таких обстоятельств. Мы остаемся ответственными за то, что делаем с нашими ограничениями, за наши чувства по отношению к ним — горечь, гнев или депрессию. Мы можем относиться к нашим скорбям с благодарностью, с радостью, с терпением или же с гневом, негодованием и возмущением.

Все мы ответственны за свое отношение к неблагоприятным обстоятельствам, за то, будем ли мы жить, испытывая горькие сожаления или найдем способ подняться над своими ограничениями, над обстоятельствами, и, несмотря на них, поступать взросло и осмысленно.

На основании вышеизложенного можно с уверенностью назвать святоотеческую аскетику практической ответственностью.

Ответственность
и человеческие взаимоотношения

Только ответственный человек может строить ответственные отношения с другими людьми. Только ответственный человек может узнать, что такое чувство братского плеча, близости, глубины отношений. Только ответственный человек может выстроить с другими людьми отношения, основанные на любви и верности.

Безответственный человек даже возникшие серьезные взаимоотношения с другими людьми по причине изменения настроения может легкомысленно разорвать, вовсе не осознавая, что этим он нанес кому-то глубокую рану, причинил боль доверившемуся ему человеку.

Воспитание ответственности

Безответственность детей
формируют их родители

Формируют по-разному. Иногда опекая, укрывая и защищая от трудностей и бурь житейских. Иногда наказывая и подавляя, в результате чего у ребенка формируется безучастие, равнодушие и озлобленность по отношению к взрослым и их взрослому миру. Но чаще всего формируют просто проживая в присутствии детей обычной взрослой безответственной жизнью. Поэтому лучшим семейным педагогом может быть жизнь родителей, а не их наставления и слова.

Безответственные юноши и девушки ищут наименее ответственную работу, но, как правило, хорошо оплачиваемую. Если же при высокооплачиваемой работе приходится за что-то отвечать: то ли за людей, то ли за имущество, то ли за высокое качество работы, то ли за то, чтобы в конце рабочего дня можно было увидеть хоть какие-то результаты их деятельности, безответственные кандидаты, как правило, уклоняются.

Для людей, воспитанных гиперопекающими родителями, ответственность — вещь ужасная, они бегут, как только узнают или услышат о ней.

Каждый родитель, любящий свое дитя, сталкивается по существу с одной и той же проблемой: «Как воспитывать детей, чтобы с самого детства они имели голову на плечах, чтобы могли найти свое место в этом мире и обрели навык принимать правильные решения?». Родители должны подготовить своих детей так, чтобы они могли спокойно перейти от потребности в постоянной родительской опеке к умению самостоятельно контролировать свои поступки. Нельзя не признать, что в этом немыслимо сложном переменчивом мире только ответственные дети смогут в будущем справляться с проблемами, которые ставит жизнь.

Искушение сделать неправильный выбор встает перед современными детьми буквально на каждом шагу. Наркотики, ранняя сексуальная жизнь, алкоголь, всякого рода лихачества — вот множество стрессовых ситуаций, соблазнов взрослой жизни, с которыми они встречаются ежедневно. Почему многие дети, столкнувшись с необходимостью самостоятельно принимать жизненные решения, делают неверный выбор? Некоторые родители считают, что все проблемы можно решить периодическим повторением ребенку слов: «Нужно отвечать за свои поступки»...

К сожалению, многие дети входят в рискованный переходный возраст, не имея ни малейшего понятия о том, как принимать решения. Они постоянно твердят, что лучше знают как поступить и... пробуют наркотики. Они игнорируют советы родителей и других взрослых и вступают в добрачные половые отношения. Почему же молодые люди совершают подобные поступки, ведущие к саморазрушению? Трагедия в том, что многие их деяния, с нашей точки зрения, неразумные и безнравственные, — результат первого, так поздно принятого самостоятельного решения. В детстве за них все решали родители, желающие своим детям «только добра».

Родители должны понимать, что умение сделать правильный выбор сродни любому другому делу — этому нужно учиться. Родители, со всей серьезностью и ответственностью относящиеся к своим обязанностям, стараются прежде всего воспитать в детях ответственность, умение принимающих жизненно важные решения, способность в любом возрасте мыслить как зрелые и разумные люди.[9]

Родители-«спасатели», как и родители-«жандармы», воспитывают в детях безответственное отношение к жизни. Родители-«спасатели» полагают, что любить — значит превратить своих детей в центр вселенной. Они кружатся над ребеночком, бросаются ему на помощь, как только с ним случится малейшая неприятность, носят ему в школу завтраки, постоянно оправдывают его объяснительными записками, освобождают от занятий, делают за него домашние задания. Они постоянно выручают своего юного отпрыска из беды. Дня не проходит, чтобы они не уберегли его от чего-то. Они думают, что облегчают жизнь своим деткам, но эти детки оказываются неприспособленными к сюрпризам, уготованным реальностью, так как их лишили возможности приобрести необходимый опыт. И все это было сделано якобы «во имя любви»!

Родители-«спасатели» в своих глазах, конечно же, выглядят образцовыми мамами и папами. Они чувствуют себя не в своей тарелке, если не вмешаются в ситуацию. Но взрослый мир устроен по-другому. В нем некому будет каждый раз вытаскивать из очередной неприятности, и рано или поздно дети столкнутся в своей жизни с ситуацией, из которой их некому будет спасти. По вине родителей, не давших им права на ссадины на коленках, они окажутся на грани душевного и даже материального банкротства.

Другая позиция в воспитании безответственности — это родители-«жандармы», которые постоянно твердят, что и как надо делать. Речь родителей-«жандармов» изобилует всяческими «Нельзя!» и выражениями типа «Я же сказал!». Их власть безгранична. Они во что бы то ни стало добиваются исполнения своих приказаний. Они знают, с какими мальчиками и девочками можно, а с какими нельзя дружить их любимому чаду. Когда же их детям предоставляется случай думать и решать самим, они, к ужасу и разочарованию своих родителей, принимают совершенно неразумные решения. Информация, поступающая от родителя-«жандарма», состоит в следующем: «Ты не способен решать сам, потому я буду делать это за тебя».

Бог предоставил человеку — высшему Своему творению — свободу, включающую в себя возможность свободного выбора, в том числе и ошибочного. По принципу этой Божественной педагогики происходит воспитание в семье, заинтересованной в росте и развитии ответственных сынов и дочерей. Если мы, родители, даем детям свободу и если мы принимаем их поступки как вехи обучения жизни, то на этом пути они, делая свой выбор, могут совершить и то, чего мы, возможно, не одобрим. Но по мере того, как дети подрастают, они должны самостоятельно испытывать опыт поражений и побед, научаться нести ответственность за свои детские решения, пусть даже и неправильные. Многие родители, сами того не осознавая, лишают ребенка возможности обучиться умению принимать решения и нести за них ответ, что является важнейшей составляющей психологического, а значит и духовного возрастания.

Как привить ребенку
чувство ответственности

Во многих православных семьях ценностные ориентиры родителей, даже при условии, что они оба номинально-православные, нередко не совпадают. Каждый стоит на своем, ни один из супругов не хочет уступить, не хочет немножко приотстать за супругом или подтянуться. Каждый стоит на своей точке зрения, не осознавая и не ощущая своей ответственности за общий корабль, за семью.

На этом фоне совершается сегодня дело православного воспитания в семье, важнейшей составляющей которого является привитие ребенку представления о духовных законах, существующих в мире, о законах, установленных Господом.

Ответственность — это составляющая Совести. Осознанием ответственности пронизано все Священное Писание, особенно Новый Завет. Из Священного Писания известно, что наступит время, когда все тайное станет явным. Человек повсюду оставляет свои следы. Он топчет своими ногами эту землю, он, может быть, что-то вырезает на дереве, а, может быть, оставляет рубец на сердце другого человека. Каждый поступок, каждый штрих человеческой деятельности будет открыт всеобщему обозрению в день Страшного Суда.

Конечно, не стоит ребенка запугивать кошмарами Судного Дня: «если не будешь слушаться бабушку, попадешь в ад»[10]... Но совершенно необходимо напоминать ему о том, что этот Суд совершается уже здесь, на земле. Суд не как конечный итог вселенской истории, но как момент определения личных отношений между Богом и человеком. Совершая грех, одним из ярких проявлений которого является безответственный поступок, мы отдаляемся от Бога.

Как же научить ребенка ответственности? Безответственные дети обычно не знают, как им исправиться, они зависят от родителей и терпеливо ждут подсказки, как именно следует им себя вести. Только в результате самостоятельной оценки своего поведения, возможность которой должен предоставить взрослый, ребенок учится подлинной ответственности. Некоторые родители, даже понимая всю глубину этого педагогического принципа, спешат оценить поведение ребенка самостоятельно.

Дорогие папы и мамы! Назиданиями ответственность не привить. Давить опасно, ибо полнота понимания, дар ответственности зависит от возраста души. Мера ответственности является мерой зрелости человека. А ведь все дети разные: и в опыте, и в мыслях, и в воспитании, и в своей роли в социальной окружающей среде, впрочем, как и все мы, взрослые. Помогите ребенку научиться самостоятельно размышлять над совершенными ошибками, терпеливо указывайте ему на возможные последствия нарушений и проступков, но ровно настолько, насколько он способен понять и принять это. Пусть ребенок сам подумает о том, что он натворил, пусть он сам учится давать беспристрастный и честный ответ: каково то, что он сделал.

Воспитание ответственности предполагает разъяснение бессмысленности лжи другим и себе, ибо истина о последствиях совершенного проявляется с такой же неумолимостью, с какой проступает изображение на фотобумаге, погруженной в проявляющий раствор.

Для того, чтобы привить детям мысли об ответственности, передать им умение отвечать за слова и поступки, за переживаемые мысли, мы, родители, сами должны усвоить эту непростую науку — умение хранить ответственность. Нам нужно стать ответственными хотя бы для того, чтобы иметь моральное право призывать своих детей к ответу за нарушение должного и упущение необходимого. И тогда ребенок не будет иметь оснований задать вопрос: «А ты, мама (папа) почему там солгал, здесь присвоил, а здесь схалтурил?». Однако главная наша ответственность перед своими детьми заключена в умении без лишних слов и назиданий жить, ходить, дышать, постоянно осознавая себя пред лицом Божиим.

Для достижения этого высокого состояния необходимо периодически задавать себе вопросы: «Кто я?», «Каковы мои жизненные смыслы?», «Куда я стремлюсь?», «Что я делаю сейчас?», «В действительности ли я хочу того, что я делаю или же я делаю это по инерции, совершенно упустив из виду глубинный смысл творимого?». Если родители искренне научатся этому, детям попросту захочется подражать им, захочется стать честными людьми: вначале перед самими собой и родителями, а затем перед всем миром и его Создателем.

На самых ранних этапах воспитания ребенка важно объяснить, что разбить, например, тарелку совсем не страшно. Страшно не помочь другу в беде или нахамить старшему.

Как и когда вырабатывать самостоятельность и ответственность у ребенка? Чем меньше ребенок, тем более эффективна работа с ним.

Между родительскими убеждениями и поступками существует теснейшая связь. Если родители убеждены, что их ребенок и они сами наделены положительными качествами, что они способны принимать верные решения и самостоятельно руководить своей жизнью, то они без особых усилий смогут воздействовать на ребенка именно в этом направлении. В семейной педагогике существует принцип, согласно которого опираться на положительное, укреплять и формировать позитивное в личности ребенка более эффективно, чем фиксация на негативных проявлениях посредством борьбы и искоренения «ошибок» и «недостатков».

Следует отметить некоторую разницу во взглядах родителей и детей на принятие своих решений. Предлагая ребенку принять определенное самостоятельное решение, родитель больше внимания уделяет отдаленным последствиям этого решения. Ребенок же склонен видеть только ближайшие результаты. Но существует проблема, которую зачастую игнорируют и родители, и ребенок, а именно — умение видеть и учитывать все последствия принятого решения. Учась доверять ребенку, позволяя ему принимать собственные решения и следовать им, родитель добивается и сиюминутного преимущества (бесконфликтных отношений с ребенком), и долгосрочной выгоды. Ребенок при этом постепенно научается ясно видеть и учитывать отдаленные последствия собственных решений.

Родителям, обучающим детей ответственности, необходима особая мудрость и выдержка. Им следует отказаться от контроля за решениями ребенка.

Не все люди становятся ответственными лишь в силу того, что они взрослеют. Нередко приходится встречать тридцати и сорокалетних людей, которые так и не научились быть ответственными за свою жизнь. Люди могут научиться быть ответственными, если они знают, что действуют сами и сами принимают решения, последствия которых будут нести самостоятельно. Защищая ребенка от опасностей жизни, родители рискуют помешать ему развить в себе ту силу, которая может справиться с этими опасностями. Отсутствие у детей веры в свои способности связано, прежде всего, с неверием окружающих (родителей, учителей) в эти способности.

Кратко рассмотрим три стадии ответственности родителей, в частности матери, за своего ребенка.

На первой стадии — это ответственность абсолютная, постоянная. Это младенческий возраст.

На второй стадии — родители начинают обучать ребенка слову «нет». Это происходит тогда, когда у него пробуждается разум и способность отделять то, что запрещается, от того, что позволяется. Родители при этом еще не пытаются апеллировать к моральным «хорошо» и «плохо», а просто дают ребенку знать об опасностях. Эти «нельзя» связаны с реальными опасностями, такими, как прикосновение к горячему, розеткам и т.п. На этой стадии идет обучение по типу выработки условного рефлекса. Но многие опасности не соединяются непосредственно с болью, поэтому должно быть достаточно одного «нельзя», пока не будет достигнута следующая стадия.

На третьей стадии родители приходят к взаимопониманию с ребенком, предлагая объяснение. "Нельзя притрагиваться к огню или кипящему самовару, потому что горячо, обожжешься", "Нельзя бить вазу или ломать эти часы, потому что они мне нравятся, и когда ты разобьешь, я буду очень расстроена".

Эти три стадии в реальной жизни не идут сразу одна за другой. Они плавно переходят одна в другую. Например, первая стадия, на которой родители берут полную ответственность за ребенка на себя, нередко уходит в прошлое очень медленно. Долгое время, если происходит что-то не так, родители винят только себя. Оставаясь в этой стадии длительное время, родители продолжают брать ответственность на себя даже тогда, когда ребенок уже способен осознать свою вину.

Если первая стадия окажется преодоленной, то это будет означать, что ребенок вырос и больше не нуждается в опеке взрослого, что он стал самостоятельным. В противном случае тесная связь с кем-либо из членов семьи, чаще всего с матерью, осложнит не только его выход в самостоятельную жизнь, но и возможность создания собственной семьи. Мать будет длительное время соперничать с тем спутником жизни, которого выбрал ее ребенок.

На второй стадии родители обучают ребенка собственному пониманию мира. Они передают сообщения «плохо», «плохой», «нельзя» разными способами. Возможно, кто-либо из взрослых просто скажет «фу», сморщит нос или нахмурит брови. На этой стадии нужно быть очень внимательными и терпеливыми. Некоторые матери через слова «нельзя», «плохо», «плохой» совершают не столько действие обучения, сколько собственное состояние тревоги и дискомфорта. Они говорят эти слова часто и в разных ситуациях, тем самым закрывая ребенку возможность собственного понимания и обучения.

Родители должны ясно представлять себе, что можно позволить ребенку, а чего нельзя, и этого четко придерживаться. Они сами не должны путаться в этом, говоря об одном и том же то так, то этак.

Важно отметить, что некоторые дети получают воспитание в атмосфере, где царит слово «нет». Многие матери считают, что ключом к безопасности могут служить только их указания на бесчисленные опасные ситуации, их бесконечные запреты. Ребенку, который знакомится с миром таким способом, можно только посочувствовать.

Однако, если родителям присуща педагогическая мудрость, дети воспитываются несколько по-иному. Их воспитание совершается в мире, наполненном все возрастающим числом разного рода предметов, о которых мать говорит «да». Развитие ребенка в этом случае будет больше сакцентировано на том, что мать позволяет, а не на запрещениях. Материнское «да» образует ту основу, к которой добавляется материнское «нет».

Первая стадия при таком подходе тоже может быть одним сплошным «да», ведь на этой стадии дети тянутся именно к тем людям, вещам, к той пище, которые родители одобряют.

Вторая стадия обычно трансформируется в третью — стадию объяснения. Но скорость этого перехода и его характер зависят как от родителей, так и от ребенка. Ведь по особенностям развития дети сильно отличаются друг от друга. Важно отметить, что наличие таких переходов или застревание на одной из вышеперечисленных стадий целиком и полностью зависит от родителей, от принятой ими системы воспитания.

Итак, что же такое «родительская ответственность»? Исходя из сказанного выше — это ответственность родителей за самих себя. Как это ни парадоксально, родители лишь тогда могут начать воспитывать ответственное поведение у своего ребенка, когда сами научатся отвечать только за свои поступки, а не за поступки другого. Ответственное поведение вовсе не исключает такие чувства, как забота и любовь по отношению друг к другу.

Осознание уникальности и неповторимости собственного ребенка в совокупности с признанием за ним самостоятельности и ответственности лишь углубляет родительские чувства по отношению к нему.

Если же родители испытывают трудности со своим ребенком, то весьма вероятно, что они берут на себя руководство его жизнью. Руководство жизнью ребенка — это не Ваша забота, дорогие родители, но его прямая обязанность.

Что же означает в нашем понимании «руководство жизнью ребенка»? Это стремление родителей предупредить каждый следующий шаг ребенка и подсказать ему, как, по их мнению, можно сделать лучше. В результате ребенок привыкает, что ему не надо думать о том, как вести себя в том или ином случае, ведь об этом позаботятся его родители. К тому же не надо отвечать за результаты своего поведения, так как это поведение придумали за него родители, следовательно, они за него и отвечают. Не трудно догадаться, дорогой читатель, как можно назвать таких родителей. Конечно же, это они — родители-"спасатели", о которых мы рассказывали выше.

Родителям нужно помнить, что самостоятельность их ребенка тесно связана с ответственностью за те поступки, которые он совершает. Доверить ребенку самостоятельно принимать решения означает научить его самому главному — принимать на себя ответственность за те решения, к которым он пришел самостоятельно.

Мудрые педагоги советуют родителям составить полный список всего того, что беспокоит их в своем ребенке. В этом перечне необходимо уделить особое внимание тем моментам, которые будут существенно влиять на жизнь родителей. Если отношения вовсе зашли в тупик, то рекомендуется по каждому пункту заключить с ребенком договор, учитывая не только интересы родителей, но и интересы ребенка.

Какие пункты лучше всего включить в этот перечень? Как и зачем все это осуществить практически? Например, ребенок не хочет вовремя ложиться спать. Составляя договор с ребенком по поводу времени его отхода ко сну, следует точно оговорить это время. Ответственность лучше всего связать со временем сна. Если договор не выполняется, то ребенок штрафуется, т.е. укладывается спать раньше ровно на столько времени, на сколько он опоздал ко сну в предыдущий день.

Ребенок не хочет мыться, очень много времени смотрит телевизор, небрежно обращается с купленными ему дорогими вещами... Если он не хочет мыть руки, можно предложить ему остаться без обеда. Чтобы обучить его ответственность за финансовые затраты, стоит провести чуткую грань между вещами Вашего ребенка и вещами, принадлежащими лично Вам. После этого, все, что ребенок делает со своими вещами, можно включить в перечень событий жизни ребенка. Пропажа велосипеда, всякого рода порча одежды, растрата собственных денег, скорее всего, окажут воздействие на его, а не на Вашу жизнь.

Ребенок будет ждать, что родители возместят испорченные или потерянные им вещи. А вот с этим придется подождать. Не сумел сохранить обувь — придется донашивать старую, забыл куртку — не следует спешить с приобретением новой. Но о такой постановке вопроса следует договориться заранее, устно или письменно. Именно такая мера поможет родителям сделать ребенка более ответственным за купленные ему вещи.

Наиболее распространенным поводом для беспокойства родителей являются драки между братьями и сестрами. Говоря об этой проблеме, нужно прежде всего иметь в виду, что взаимодействие родителей между собой существенно влияет на то, насколько дружны их дети. Дети неосознанно перенимают модель поведения своих родителей и переносят ее на свои собственные взаимоотношения. Если родители ссорятся, то и дети будут драться. Здесь родителям нужно прежде всего самим сделать выводы относительно собственных взаимоотношений.

Если дети часто дерутся, у педагогически грамотных родителей может возникнуть вполне оправданное беспокойство за формирование у детей установок решать все жизненные проблемы с помощью насилия, причем нередко один ребенок приучается быть хулиганом и задирой, а другой — беспомощной жертвой насилия или обстоятельств.

В ситуации частых детских скандалов и ссор не нужно выяснять, кто прав, а кто виноват. Ничего хорошего из этого не получается. Еще хуже наказывать старшего только потому, что младший еще слабее. Таким образом вы даете повод к еще большим баталиям между детьми. Если Вы решили ввести ответственность детей за их драки, то одинаково наказывайте обоих. При этом не забудьте заключить договор о мерах наказания за драку заранее, до возникновения следующей драки. Тогда такое наказание будет воспринято как справедливое.

Еще один важный пункт — ребенок кричит, закатывает истерики, когда ему перечат. Вспышки раздражения обычно возникают в ответ на Ваше поведение, которое затрагивает как жизнь ребенка («Нет, ты не пойдешь гулять, пока не сделаешь домашнее задание»), так и Вашу жизнь («Нет, я не собираюсь давать тебе свои вещи»). Вспышки раздражения возникают часто тогда, когда Вы уже неоднократно делали уступки ребенку. Тем самым Вы как бы натренировали раздражительность ребенка, время от времени подкрепляя ее позитивными решениями. Хорошо, если Вы самостоятельно поняли, что теперь предстоит переучивать Вашего сына или дочь.

В случае частых истерик необходимо учитывать, насколько в норме психическое здоровье Вашего ребенка. Если во время таких вспышек он может остановиться самостоятельно, а истерики закатывает только для того, чтобы добиться чего-либо от Вас (имея, благодаря Вам, такой опыт решения своих проблем), то ребенок вполне нормален. Если же ребенок не может остановиться и истерика перерастает в припадок, если он подобным образом ведет себя в разных обстоятельствах, то, прежде чем приступить к выработке у него ответственности за свои поступки, необходимо показать его детскому психотерапевту.

Следующим моментом воспитания ответственности у ребенка может служить такой недостаток: ребенок не убирает в своей комнате. Самым разумным представляется, чтобы некоторая часть дома была выделена ребенку как его территория. Наказанием может служить запрет приводить друзей в дом, по причине беспорядка в его комнате.

Следующий момент: Ваш ребенок имеет «неже­ла­тельных» приятелей. Возможность самостоятельно выбирать себе друзей — естественная потребность нормально развивающегося подростка. Это та часть жизни ребенка, над которой родители не имеют (да и не должны иметь, если хотят воспитать самостоятельного ребенка а не беспомощную жертву обстоятельств) прямого и непосредственного контроля. Этот пункт предоставляет хорошую возможность для того, чтобы, поработав с ним, получить большую свободу для себя и в то же время найти точки взаимопонимания с ребенком. Подумайте, почему именно таких друзей предпочитает ваш ребенок? Какие качества Вы воспитали в нем? Какие качества он выделяет в окружающих людях? Может быть, это наведет Вас на определенные мысли...

Ребенок плохо учится, не хочет ходить в школу, не желает делать домашние задания. По этому поводу можно сказать, что Ваша основная обязанность по отношению к ребенку состоит, вероятно, в том, чтобы предоставлять ему все необходимое для нормальной жизни. Обязанность вашего ребенка — учиться и готовиться стать взрослым. Если он, прекратив обучение, не помогая в домашних делах, все еще продолжает требовать со стороны родителей финансовой поддержки, новых вещей, а родители идут ему на уступки, уступают его требованиям, то тем самым они потакают его иждивенчеству. В договоре с ребенком необходимо осветить именно эту сторону взаимодействия — если ребенок не вносит в дом своей доли в виде учебы, то родитель имеет право отказаться оказывать ему материальную поддержку.

Сегодня нередки случаи, когда ребенок убегает из дома. Когда это случается впервые, родители испытывают страшные мучения. Тем не менее, нужно признаться, что причина такого поступка чаще всего кроется в самих родителях. Родители убеждены в необходимости контролировать любое поведение, любые поступки ребенка, а его побег, который родители не смогли предвидеть и проконтролировать, подрывает данное убеждение и тем самым травмирует их. Необходимо серьезно задуматься о причинах побега вашего ребенка. Возможно, не только он виноват в этом...

И, наконец, еще один, довольно серьезный момент: ребенок пьет, курит, употребляет наркотики. Эти действия могут причинить вред здоровью, а некоторые могут иметь серьезные юридические последствия для жизни ребенка. Отдельные аспекты этих действий, влияющие на Вашу жизнь, могут состоять в том, что ребенок приходит домой пьяный или невменяемый; хранит дома наркотики, а это может навлечь на родителей ответственность за нарушение закона, оказаться вовлеченным в расследование, требующее явки родителей в суд.

Это один из наиболее сложных пунктов и, возможно, Вашего ребенка следует показать психотерапевту или наркологу. Необходимо выяснить, насколько он зависим от воздействия наркотических веществ. Будьте тверды в своих намерениях вытащить своего ребенка из этой ямы. Но спасти его Вы сможете, лишь решительно изменив жизнь всей вашей семьи, изменив себя, приняв и полюбив своего ребенка таким, каков он есть сегодня, сейчас, а не после того, как он станет таким, каким Вы хотели бы его видеть.

Наркомания и алкоголизм подростка чаще всего бывают вызваны нехваткой материнской любви или отцовского внимания. Посредством алкоголя или наркотиков подростки пытаются компенсировать этот недостаток новыми многообещающими ощущениями. Наркотическая зависимость, в которую попал ребенок — слишком дорогая плата за педагогические ошибки родителей.

После того, как вы составили список тех поступков вашего ребенка, которые не влияют на Вашу жизнь, т.е. за которые может отвечать он сам, предоставьте ему лично возможность решения его же проблем. Это хорошо получится лишь в случае, если Вы поверите в то, что Ваш ребенок может принимать правильные решения. Нужно дать почувствовать Вашему ребенку, что Вы ему доверяете. Многие родители находят этот шаг чрезвычайно трудным. Не торопитесь, начинайте передачу ответственности вашему ребенку постепенно. Сначала выберите из вашего перечня самый значительный пункт, ответственность за который вы можете без особого труда передать ребенку.

В договор необходимо внести ответственность ребенка за нарушение принятых пунктов. Вы сможете ему сказать, что в случае нарушения договора, Вы снимете с себя обязанность по заботе о нем. Далее, на протяжении следующих дней или недель вы можете передавать ему ответственность за остальные пункты из составленного перечня.

Реакция Вашего ребенка может оказаться совсем неожиданной. Одни дети радуются этому, иные раздражаются и обвиняют родителей, третьи просят избавить их от ответственности, иные впадают в состояние апатии и безразличия. Необходимо спокойно выслушать ребенка и мягко повторить, что это именно то, что Вы хотите сделать.

Изменение Вашего ребенка может произойти не сразу и, что самое интересное, не всегда к лучшему. Ребенок может начать себя вести еще хуже, тем самым пытаясь вынудить Вас вернуться к контролю над ним. Одной частью своего существа каждый ребенок действительно стремится к свободе, желает ее для того, чтобы иметь возможность принимать ответственные решения, быть самим собой. Другая же его часть боится этой свободы, хочет быть избавленной от нее, будет делать все возможное, чтобы получить от взрослого готовые решения.

Внутренняя потребность принимать собственные решения начинает развиваться между 11 и 16 годами. Это вполне нормальное и положительное явление, означающее, что ребенок взрослеет. Впоследствии, когда ребенок уже пройдет через все это и почувствует себя самостоятельным человеком, он может вернуться к вам и даже осуществить многие ваши начинания. Но все это станет возможным только потому, что он сам захочет этого, реализуя свое собственное намерение.

Если ребенку удастся вынудить Вас сказать, как ему следует себя вести, невольно заставить Вас присматривать за ним, одобрять или не одобрять его поведение, то он уже не должен будет все это делать самостоятельно. Он теперь свободен от необходимости принимать собственные решения. Он вновь может возмущаться родительским «диктатом», громко настаивать на своем стремлении получить свободу. При этом он будет делать все, что хочется, не обременяя себя чувством ответственности.

Итак, через некоторое время после того, как Вы передадите ребенку ответственность за его собственные решения, Вам следует ждать последствий. Их диапазон достаточно широк: от быстрого улучшения ситуации до разного рода вспышек и даже еще большего ухудшения поведения ребенка. Не бойтесь этого! Если Вы тверды и искренни в своих намерениях и действиях, то эти вспышки, скорее всего, будут слабыми и кратковременными.

Испытывая трудности в отношениях с ребенком, помните, что Ваша главная цель — быть счастливым и видеть, что Ваш ребенок — взрослый, ответственный и порядочный человек. Поверьте в то, что в глубине души каждый ребенок в силу заложенных в него Богом положительных качеств («Будьте как дети!») стремится быть добрым, чистым, ответственным человеком и что он, как и все взрослые люди, ищет в своей жизни справедливости, любви, взаимопомощи между людьми. Почаще, как бы невзначай, говорите ребенку, каким Вы хотите его видеть, чего Вы ожидаете от взаимоотношений с ним. Ваша вера в ребенка воздействует на него в гораздо большей степени, чем действующая в нем сила греховного противления родителям. Возьмите на себя ответственность за создание доминирующего настроения или атмосферы во взаимоотношениях с ребенком и не позволяйте втянуть себя в состязание, навязать Вам игру в победителя и побежденного. Лишь сохраняя положительный взгляд в отношении ребенка, Вы сможете оказать позитивное влияние на поддержание доверительных и теплых отношений с ним.

Наша жизнь разнообразна и многогранна, разнообразны и многогранны и методы воспитания детей, в частности воспитание у них чувства ответственности. Мне очень запомнился рассказ одного опытного педагога, который с теплотой и любовью вспоминал о воспитании своих сыновей. Приведем здесь его взгляд на рассматриваемую нами проблему воспитания ответственности.

«Не было большей радости в жизни чем эта радость — охранять жизнь двух маленьких человечков, которыми Бог наградил нас, нет, даже не наградил, а которых Он одолжил нам на очень короткое время, чтобы дать нам возможность воспитывать их, внести в их сознание нравственные ценности, рассказывать им о Боге, готовить их к служению людям и Богу. И действительно, нет более ответственной задачи перед родителями. Люди, которые думают, что ответственность за детей — это потеря времени, сами теряют очень многое.

Существует длинный список того, что можно назвать безответственными детскими поступками. Родители сказали сыну: "Накорми утром кошку". И он искренне хотел это сделать. Ведь это его кошка, он ее любит. Он чувствует свою ответственность. Но он встал очень поздно, не мог сразу найти свои ботинки, а когда нашел их, долго не мог развязать на них шнурки. А когда наконец он собрался ехать в школу, оказалось, что автобус ушел. Он расстроился и кошку не накормил. Он хотел это сделать, но не получилось.

Или еще пример: ваш сын оставил вашу лучшую пилу под дождем. И пила, конечно, поржавела. Или ваш сын потерял свой велосипед на чужом участке, оставил новую кожаную курточку после урока физкультуры на стадионе, забыл принести учебники из школы... Этот список можно продолжать до бесконечности.

Можно предположить, что детская безответственность есть необходимость детства каждого из нас. Я думаю, что Бог освободил детей от ответственности на уровне взрослого человека, т.к. их маленькие головки и тельца не способны выдерживать то давление, которое выдерживаем мы, в попытке справиться с нашими обязанностями. Они не могут справиться с нашими мигренями и язвами желудка, высоким кровяным давлением, со всем тем, что соответствует высокой степени ответственности за свои поступки. Они не могут чувствовать ответственность на таком высоком уровне. И не надо от них этого требовать. Когда все эти события происходят у вас в доме, в задачу родителя входит лишь направление ребенка в сторону развития чувства ответственности, соотнося его с возрастом, не ожидая от него слишком развитого чувства долга. Он просто не способен на это. Этот процесс требует терпения. И по моему мнению наказание и суровость в деле развития чувства ответственности у ребенка неуместна. Вы добьетесь гораздо большего игрой и лаской.

Позвольте привести один пример. В нашей семье мы хотели научить детей простой задаче — перед началом еды класть на колени салфетку. Со стороны это кажется очень простым делом. Вроде бы дети должны научиться этому без особых затруднений — возьми салфетку, разверни ее и положи ее на колени. Мы говорили об этом детям сорок три раза, и они этому не научились. Казалось, что они просто не слышат наших слов. Мы перестали говорить о салфетках в семье. Вместо этого мы всей семьей стали играть в игру. Она состояла в том, что когда кто-нибудь из нас сделает первый глоток, когда у него нет салфетки на коленях, то он должен идти в спальню и считать до 25. Мы с женой чувствовали себя довольно глупо: двое взрослых стояли в спальне и считали до 25.

Дети ничего не забывают. Сын будет сидеть за столом и смотреть вдаль, и будет казаться, что он находится за тысячу километров от стола. Но он лишь ждет, пока вы проштрафитесь...

Такими играми вы гораздо успешней сможете научить детей ответственности, чем суровостью и наказанием, которые, по моему мнению, не всегда уместны».

Итак, воспринимайте Вашего ребенка как компетентного и ответственного человека. Верьте в то, что он обладает необходимыми способностями, заслуживает доверия и отвечает за свои действия. Вовремя услышьте тот момент, когда необходимо растождествиться со своим ребенком, предоставить ему право на самостоятельные и ответственные поступки, осознать, что Вы несете ответственность за то, что делаете Вы, а Ваш ребенок несет ответственность за то, что делает он.

Жизнь человеческая представляет собой непрекращающийся экзамен. На жизненном пути каждого из нас встречают непрерывные испытания, поток проблем, вопросов и задач, которые нужно решать. Кроме нас их решать некому. В окружающей нас жизни нет никаких «не наших» трудностей и событий. Все, что случается с нами, происходит вокруг нас, является экзаменационной ситуацией, длящейся десятилетиями. Этот экзамен обыденный и одновременно торжественный, будничный и одновременно величественный, повседневный и царственный. Наградой для выдержавших испытание на ответственность явится душевный мир и радость сердца.

Ответственность
и современное церковное общество

Зарисовки с натуры...

— Батюшка, я потеряла кошелек. Это воля Божия или, может быть, я рассеянная такая...

— Скорее всего, это Вы рассеянная такая.

(из приходского разговора)

Даже поверхностное знание жизненных реалий современного церковного общества дает основание утверждать, что помимо прочих, столь привычных для слуха грехов, оно серьезно поражено болезнью безответственности.

Сегодняшний день характеризуется всеобщим параличом серьезности, несмотря на то, что можно встретить очень многих людей, которые бродят по жизни с серьезными до смешного лицами. Это касается не только мирской, но и церковной жизни. Сегодня среди церковных людей можно нередко встретить мертвящую безынициативность, паралич деятельного проявления человеческого ума, творчества, открытости на подлинное, живое, настоящее.

Современному священнику нередко приходится сталкиваться с вялыми, инфантильными, нецелеустремленными, крайне апатичными людьми. Многие прихожане храмов (или насельники возрождающихся обителей) частично или полностью лишены чувства ответственности за свою судьбу пред Богом, за отношения с духовником, за жизнь своего храма (или обители) за неизменность выбранного жизненного пути, за крепость супружеских отношений (или за избранный когда-то монашеский путь).

«Тот, кто ищет религиозного опыта, нуждается в изведанном и закаленном чувстве ответственности, потому что он вступает в ту сферу, где обитает и обретается само Совершенство. Воля к Совершенству есть основная сила духа и основное побуждение всякой истинной религиозности. Человек, принципиально отрицающий возможность отличать "добро" от "зла", объективно-лучшее от объективно-худшего, — загораживает себе всякий доступ к духу, к духовной культуре, к философии и к религиозному опыту. Если все "условно" и "относительно", если всякая истина зависит от "субъективного признания" и человек имеет дело только с произвольно-допущенными "содержаниями сознания"; если реальное не может приобщаться к Совершенству, а Совершенное не реально и не может реализоваться; если человеку Совершенство вообще недоступно,— тогда дух и духовная культура суть пустые представления, тогда Бога "нет" и религиозный опыт невозможен. Религиозный опыт есть опыт Совершенства, приобретаемый на путях сердечного созерцания. И обращение к нему есть уже начало молитвенного зова или молитвы»[11].

Безответственность очень ярко видна в тех словесных формулировках своих грехов, которые люди приносят на исповедь: «Я ничего не могу с собой поделать. Не могу не унывать (не могу оставить свой любимый грех, не могу не огрызаться, не могу смиряться, не могу реагировать спокойно, когда мне делают замечания)... Я не могу!».

«Не могу!» означает, что человек отказывается перед Богом осознавать себя причиной и виновником своих собственных грехопадений.

Некоторые люди буквально уходят от ответственности. Случается, на приходе или в монастыре человеку доверяют какое-то послушание, возлагают на него какие-то определенные надежды, но как только у него изменяется настроение, он просто оставляет все и уходит, даже не передав дела поручившему. Это происходит нередко.

В последнее время издается очень много литературы религиозно-философского направления, в которой можно встретить много рассуждений о свободе и «правах человека», о том, как лучше: «по благословению...» или «по совету...», о том, на что имеет право и на что не имеет права духовник, но очень мало говорится об ответственности верующего человека.

Безответственность может выражаться по-разному. Приведу свежий пример, наиболее яркий и характерный случай. Одна знакомая матушка утром, придя на послушание, обнаружила, что ее напарница по какой-то причине не вышла. Вечером, возвратившись в келлию, она поделилась «радостью» со своей сокелейницей:

— Слава Богу, ее сегодня не было на послушании, иначе я бы непременно сорвалась.

Каким языком объяснить ей, что каждый человек сам ответственен за собственные срывы?

Особенности осознания ответственности
в церковной жизни

В тоталитарные времена, когда в основании общественного строя лежало осознание его иерархичности, добросовестное исполнение послушания без рассуждения в жизни церковной воспринималось как норма. «Батюшка благословил» или «Батюшка сказал» — для верующего человека эти слова были законом.

На сегодняшний день складывается такая картина: современный человек вырастает в атмосфере демократического непослушания родителям, учителям, милиции... Естественно, придя в церковь, он ни за что не потерпит, чтобы его личную свободу кто-то контролировал, связывал. Если же он относит себя к элитному сословию думающих и читающих людей, то вполне естественно, что, еще не закончив чтение Нового Завета, он начинает искать оправдание своей свободолюбивой жизненной позиции в религиозно-философских источниках. Человек, на уровне сердца не знающий, что такое склониться под благое иго послушания, предать свое эго святому принципу ученичества, так и останется размытым, неконкретным, вялым, нецелеустремленным, расслабленным, неясным самому себе.

Когда такой человек первый раз обращается в монастырь или к приходскому священнику для решения конкретной проблемы или обращается с просьбой о духовном окормлении, чаще всего пастырь  не может понять, что же от него требуется, поскольку пришедший сам не имеет ясного и цельного представления о том, чего он ищет в новых отношениях, не может определить цель своего визита, не может сформулировать то, чего он ожидает от духовной жизни, от жизни в послушании. Иногда ответ на один-единственный вопрос: «Зачем тебе это нужно и нужно ли тебе это?» может заставить человека еще раз переосмыслить то, что еще вчера казалось важным и нужным.

Если такой человек приходит в сознательном возрасте к Таинству Крещения, священник должен объяснить ему, чем это может закончится. Благоразумный пастырь прежде всего расскажет о том, что Христос не обещал людям тех земных благ, которые являются ценностями для людей мира сего. Принятие Таинства Крещения означает отвержение себя, взятие креста и следование в жизни исключительно Евангельским принципам. Если же человек становится наиболее последовательным учеником Христа, его, в лучшем случае, преследуют клевета, всякого рода лишения, а в конечном итоге — насильственная смерть. Вот что означает крещение...

Немногие люди, взвесив все «за» и «против», осознав ответственность, возлагаемую Таинством Крещения, согласятся креститься. Думается, что такой подход честнее, продуктивнее, ответственнее, чем восприятие крещения как формального, ни к чему не обязывающего обряда.

Различение душевного и духовного

Поиск и обретение себя — это душевная цель, движение к Богу — цель духовная.

Нередко люди, живущие на поверхности осознания, оказываются изолированными от своих глубинных духовных чувств. Возможно, они ощущают пустоту собственной жизни, осознают, что просто плывут по течению жизни, и для того, чтобы хоть как-то разнообразить, заполнить эту пустоту, в надежде прибиваются к церковному кораблю. Священнику очень важно иметь в виду, что приход таких людей к церковному порогу может носить не духовный, а душевный характер.

Часто люди, не желающие разобраться со своими душевными проблемами, не нашедшие себя в этом мире, не ответившие на вопрос «Чего же я действительно хочу?», не ставшие в радость окружающим ближним и дальним, уютно упаковавшись в символы и атрибуты внешней религиозности, предполагают, что они уже живут духовной жизнью. Люди, не желающие выходить за рамки собственной самости, разрывать эти рамки, фантазируют, что они имеют какое-то представление о молитве, Богослужении, аскетике. Пастырю прежде, чем серьезно говорить о духовном, необходимо, как минимум, помочь избавиться человеку от его собственной размытости, неопределенности, безответственности.

Ответственность и свобода

У современных церковных людей, значительная часть которых не научена элементарной церковной дисциплине — дисциплине молитвенного правила и послушания, поста, разумных запретов на те или иные увеселения и развлечения, блокирующие духовный рост, людей, воцерковление которых совпало с «эпохой демократических свобод», обнаруживается удивительнейшая вещь: неумение ответственно пользоваться этой свободой.

С другой стороны, люди, не желающие брать на себя ответственность за свою жизнь и принимать трудные решения самостоятельно, пытаются убежать от свободы и ищут того, кто возьмет на себя труд по разрешению их проблем. Но именно эти люди могут, добровольно вручив свободу другому, громче других возмущаться и жаловаться на то, что ее потеряли.

Английский писатель Бернард Шоу справедливо заметил: «Свобода означает ответственность. Вот почему люди так боятся ее». Многим нравится ощущать себя свободными, потому что это дает ощущение собственной значимости, возможность распоряжаться людьми и предметами материального мира. Но вот связанная со свободой ответственность не принимается, потому что она накладывает ограничение на удовлетворение их желаний.

Душевно незрелый человек мучительно вырывается из рамок, ограничивающих его свободу, всех и вся обвиняя в собственных неудачах, в постоянном поражении в достижении поставленных целей. Зрелый же человек готов взять на себя ответственность даже за те ошибки и неудачи, которые произошли не по его виде, поскольку имеет душевные силы для их исправления и помощи другим.

Все люди ценят этот дар свободы и дорожат им. Разница только в том, что душевно незрелый человек ищет «свободы от...», а душевно зрелый — «свободы для...».

Само понятие свободы невозможно отделить от ответственности. Ребенок растет — растет и его ответственность. Душевно зрелый человек ищет и желает свободы быть ответственным, свободы совершать ошибки, делать самостоятельный жизненный выбор. Если кто-то вмешивается в сферу ответственности такого человека, он чувствует себя неуютно. Душевно незрелый человек, напротив, ищет того, кто бы понес этот неподъемный для него груз — груз ответа за последствия своих действий и поступков.

Однако мы не несем ответственность за поступки, которые не являются результатом нашего свободного выбора. Знаменитое слово архиепископа Иоанна Шаховского «О малом доброделании» дает нам замечательный ориентир на малое делание, на ответственность в мелочах. Желание взять на себя ответственность «за все сразу» на самом деле означает ни за что не отвечать.

Итак, каждый человек свободен. Каждый свободен делать то, что предпочитает. Но коль ты уже избрал своим жизненным ориентиром Христа, христианство, то твоя свобода должна быть направлена на ограничение того, что делает тебя несвободным по отношению к твоему движению к Богу.

Некоторые примеры
ухода от ответственности

В течение своей жизни, благодаря сотням и тысячам человеческих исповедей, современный пастырь встречается с огромным количеством людей, которые под видом тех или иных выражений очень грамотно (как им кажется, с богословской точки зрения) оправдывают свое избегание ответственности.

Я приведу несколько типичных примеров безответственности, иногда упакованной в правильные, красивые, вполне религиозные формулы и формулировки. «У меня это не получится» — нежелание брать ответственность за порученное дело, «Господь не допустил...» — иногда человек просто не пожелал взять ответственность и завалил дело, обвинив в этом Бога, «Если не получилось, значит нет на то воли Божией» — верно, как и предыдущее высказывание, если человек потрудился сделать все, от него зависящее. Слова эти сами по себе прекрасны, но будьте внимательны: посмотрите, откуда они исходят. Под ними нередко прячется безответственность.

Человек, не ощущающий себя ответственным за собственную жизнь, собственные мысли, слова, поступки, за свое место в этом мире, очень часто прячась за такими словами, в конечном итоге, обвиняет Бога в своей собственной безответственности, ведет довольно-таки неплохую жизнь, безбедную, как правило, возложив заботы о себе любимом на кого-то другого.

Одним из наиболее ярких примеров ухода от ответственности является греховное неконтролируемое поведение[12], ставшее для многих людей нормой, привычкой. Психологическая защита, с помощью которой человек оправдывает свой греховный поступок, звучит так:

— Я этого не хотел, это моя страсть, я ничего не могу поделать. Моя страсть сильнее меня.

Ложь такой ситуации состоит в том, что человек утверждает, что его страсть является чем-то независящим от него самого.

Другое характерное самооправдание: «бес попутал». Т.е. я давал обет не курить, не пить, не блудить, не раздражаться, не унывать. На исповеди каялся, и священнику обещал исправиться, но вдруг опять меня «бес попутал» и при этом «я ничего не могу с собой поделать». То, за что человек ответственен пред Богом сам, сваливается на бесов, которые с нами не могут делать ничего без нашего ведома и нашей воли. Задача пастыря показать человеку, что за все, им совершаемое, за все проявления своей страстности, ответственен исключительно он сам.

Еще одной формой ухода от ответственности является перенос ответственности на другого человека. Имея духовника, люди перелагают свою ответственность за свои грехопадения и за свои жизненные ошибки именно на него. Такой своеобразный маневр для ухода от ответственности можно наблюдать в жизни многих и многих людей. Человек, полагая, что он полностью предает себя в послушание духовному отцу[13], совершенно отказывается от своей воли, под которой им подразумевается личная ответственность за свое поведение и поступки. Пришедший на исповедь уверен в том, что батюшка, который, по его представлениям, теперь «отвечает за него», примет его, пожалеет, прочитает разрешительную молитву, допустит до причастия и этим как бы подтвердит нормальность, легитимность его греховного поведения.

На исповеди такие люди буквально сваливают на плечи священника все свои проблемы. Причем, о том, как они сами пытались разрешить, развязать свои жизненные узлы, они не говорят, поскольку чаще всего просто отучились (или вовсе никогда не умели) делать это самостоятельно. Глубинное осознание свой ответственности за себя и за собственные грехи у них отсутствует. Они ждут исповеди, ждут встречи со священником, иногда спрашивают, как бороться с грехами, а на самом деле противостать греху не хотят. Как только речь заходит о реальной работе по борьбе со страстями, оказывается, что проводить ее они совершенно не собираются. Священник дает им маленькую епитимью: прочитать небольшую книжку или положить несколько поклонов... На следующей исповеди оказывается, что они не могут найти для этого времени! Если какая-то внутренняя работа в них и происходит, то только в присутствии духовника.

Духовник, видя, что никакого духовного роста у окормляемого не происходит, может предположить, что причиной его частых приходов является личная человеческая привязанность к пастырю. В таком случае разумнее было бы ограничить свое общение для того, чтобы помочь человеку взглянуть в лицо своей личной ответственности за собственную жизнь и собственное движение к Богу.

Принятие ответственности —
необходимая предпосылка
начала духовной жизни

Пока человек верит, что его жизненная ситуация, его греховное поведение, его страстные проявления, его безденежье или несчастность порождается кем-то другим, какой-то внешней силой или, возможно, неблагоприятным стечением обстоятельств, у него нет оснований стремиться к личностному изменению.

Безответственность как отказ от жизни духовной, жизни в сердечном и искреннем единении с Богом, просматривается еще в жизни первого человека. Трудно предположить динамику развития человечества, если бы у нашего праотца Адама хватило мужества по грехопадении ответить на вопрошение Бога признанием и раскаянием, а не кивком в сторону жены, которую Господь сотворил ему в помощь.

Некоторые люди не хотят нести ответственности за то, что для них ценно, т.е. за свои ценности. Тем самым они оказываются в ловушке: одобрение людей ценят больше, чем одобрение Бога, когда между выбором — поступить по воле Божьей или по общепринятым нормам и стандартам, выбирают второе.

Ответственность и чувство вины

В детстве мы чаще всего сталкиваемся со словом «отвечать» в не очень приятных контекстах: кто-то набедокурил, кто-то разбил бабушкину вазу, а то и сотворил что-нибудь похуже. Естественно, провинившегося спрашивают: «Кто это сделал? Кто будет отвечать за это безобразие?». Понятно, что слово «отвечать» в данном случае звучит не очень благодушно, и на него сразу хочется ответить: «Это он сделал!.. Я не хотел, они меня заставили!», хочется невольно свалить свою вину на другого. Мы довольно рано осознаем, что отвечать за что-то довольно-таки неприятно и что ответственность — тяжелый груз, который не очень-то легко нести.

Многие люди на основании своих детских впечатлений принятие ответственности неразрывно связывают с необходимостью признать свою вину.

Поэтому наши первые переживания, связанные с ответственностью, именно негативны: мы доказываем, что у нас не было выбора. Чтобы избежать ответственности, мы стараемся переложить ее на других людей, ищем какие-либо внешние «причины», мы изо всех сил стараемся избавиться от «ненужной» ответственности. И вот здесь-то и кроется ошибка, которую многие с детства несут во взрослую жизнь. Мы стараемся избежать ответственности потому, что путаем ее с другим понятием — чувством вины. На самом же деле, ответственность и чувство вины — не одно и то же.

Чувство вины заставляет нас оправдывать свои прошлые действия, застревать на них, убеждаться в собственной несостоятельности, никчемности, невозможности что-либо сделать добросовестно и качественно. И чем больше мы чувствуем себя виновными, тем больше мы застреваем в наших прошлых неудачах и переживаниях, «осознавая» невозможность достигнуть чего-то позитивного в настоящем.

Таинство покаяния освобождает человека от чувства вины за содеянное пред Богом и дает радость прощения. Не механическое произнесение грехов на исповеди, а именно искреннее раскаяние и следующее за ним прощение и разрешение.

Чрезмерно мнительным относительно прошлых ошибок и грехов людям, опытные духовники советуют не акцентироваться на негативе прошлых поступков, но, по получении прощения на исповеди, с упованием на помощь Божию двигаться по жизни дальше.

Ответственность как возможность

Ответственность, в отличии от чувства вины, сосредоточена на действии и его результатах. Она пребывает в настоящем времени и простирается в будущее. Ответственность помогает идти дальше, добиваться поставленных целей. Ответственность означает возможность.

Ответственный человек осознает, что играет жизненно важную роль в ситуациях и обстоятельствах своего собственного существования. И если уж вовсе невозможно изменить что-либо в окружающем мире, то можно изменить свое отношение к этому миру и его реалиям.

Если в принятии решений люди полагаются на правила и инструкции, если они зависят от абстрактных принципов (например, субъективно понимаемых «справедливости», «чувства долга», представлений о том, что «лучшего я не достоин», убеждений о том, что «я не смогу, не сумею»), тогда ответственность за свою жизнь и все происходящее в ней перекладывается на других, подавляется осознание собственных чувств, необходимое человеку для глубинного переживания собственной жизни.

Личный выбор и решения человека должны находиться в гармонии с ценностными потребностями его души. Лишь в случае, когда он честно для себя ответил на вопросы: «Действительно ли я этого хочу?», «От чего я готов отказаться, чем пожертвовать, чтобы обрести это?», они будут иметь для него осмысленное и глубокое значение.

Но, к сожалению, многие современные православные люди обнаруживают неистощимую изобретательность в том, чтобы найти пути избежания ответственности за принятые решения и избранные жизненные ориентиры, оставаясь при этом несчастными, непонятыми, одинокими.

Ответственность в любви,
за любовь и пред любовью

Если бы только достойных любили —

Было бы мало любимых.

А если бы мало было любимых.

Не было бы вовсе достойных.

Фундаментальной потребностью душевно здоровой личности является потребность любить и быть любимым. Но немногие люди задумывались над тем, что ответственность, наряду с заботой и заинтересованностью, является одной из составляющих любви.

Ответственность в любви неверно было бы понимать, как нечто навязанное извне, как обязанность. Ответственность — это совершенно добровольный, если можно так выразиться, спонтанный акт.

Иногда осознание ответственности трансформируется в стремление превосходства и господства. Чаще всего это случается в отношениях между родителями и детьми. Но истинная ответственность за ближнего характеризуется тем, что человеку не безразлично, что происходит с любимым. Суть ответственности за ближнего можно выразить словами: «Можешь рассчитывать на меня, я готов прийти на помощь в тот момент, когда я буду нужен тебе, или в той ситуации, когда совершенно не будет никаких сил не вмешиваться». Но не раньше!

Люди, страдающие чрезмерной подозрительностью, мнительностью, придирчивым отношением к ближним, наиболее склонны свои жизненные неудачи объяснять какими-то внешними влияниями. Они совершенно убеждены, что другие относятся к ним жестоко, несправедливо, равнодушно, что им не уделяют времени и внимания, не любят их, со временем замечают, что у значимых и дорогих им людей есть «любимчики», а он в их число не входит, потому что «не хочет пресмыкаться и унижаться...» и т.д. и т.п. Но принять на себя ответственность за то, что они сами наделили окружающих людей определенными чувствами и отношениями, соответственно с которыми и выстраивают свое поведение, таким людям очень трудно. Ведь для них совершенно очевидно, что все действительно относятся к ним негативно, с презрением, без любви, делают из них «козлов отпущения»!

Именно поэтому человек, желающий любви, но имеющий такие формы психологической защиты, любви не получает. Не получает он и внимания, потому что сам провоцирует окружающих его людей относиться к нему без любви. В работе с такими людьми главная душепопечительная задача состоит в том, чтобы помочь им осознать факт авторства чувств, спроецированных на других людей, авторства той ситуации, которая закручивается вокруг них.

Что означает нести ответственность пред Богом за данную нам способность любить и быть любимыми? Если мы отказываем кому-то в любви или затаиваем ее в сердце, не желая попасть в зависимость от другого человека (ведь открыться, сказать, что ты любишь другого человека для многих означает попасть в зависимость), то эта неотданная любовь может стать причиной серьезного внутреннего конфликта.

Многие люди отказываются принять тот факт, что они противятся любви. Вокруг них — море любви, но они не осознают, что их одиночество является результатом собственной неспособности воспринимать любовь. Иногда они говорят: «Любовь других людей не может пробиться внутрь меня», подобными высказываниями отрицая собственную ответственность за отклик на любовь.

Они очень тонко маневрируют, чтобы избежать ответственности в любви. Чтобы исправить положение, обрести любовь, необходимо мужество. Необходимо провозгласить свое сердце личной территорией, нашей собственностью, а затем работать над этим. В результате этой работы двери благодатной жизни могут открыться для нас.

Закон ответственности:
«Каждый сам отвечает
за свою собственную жизнь»

Итак, ответственность является одной из составляющих любви. Любить означает относиться к ближнему ответственно. Заповедь о любви — главная для христиан. Христос называл ее заповедью новой: «Да любите друг друга как Я возлюбил вас». [14] Каждый из нас помнит, как Христос притчей о милосердном самарянине ответил на вопрос, кто есть наш ближний.

Всякий раз, когда человек избегает встречи с кем-либо, по причине того, что, «Увидев ее, я буду раздражаться», «Неприятно слышать его голос», «Я чувствую, что во мне что-то закипает, когда она начинает рассказывать мне о своих бесконечных проблемах», он отказывается принять ответственность за собственные действия, реакции, чувства, отказывается от данного ему Богом права обладания собственным сердцем.

Реакции обиды, разочарования, раздражения, унижения в себе, в ответ на приходящие извне импульсы человек запускает в себе сам. Один пастырь на приведенные выше реплики своих духовных чад задает им вопрос, на который нужно ответить, хорошенько подумав, не спеша:

— Каким образом ты запускаешь в себе механизм раздражения, увидев ее?

— Кто, кроме тебя, может включать в тебе неприятные чувства, когда ты слышишь ее?

— Кто отвечает за закипание в тебе чувств, когда ты слышишь рассказ о проблемах другого человека?

Барьеры ответственности

Еще одной проблемой, которую мы рассмотрим, будет вопрос о барьерах ответственности. Мы должны любить друг друга, а не быть друг другом. Я не могу переживать чувства другого человека, я не могу думать за него, я не могу вести себя за другого так, как полагается, я не могу пережить за другого его разочарование, чтобы ему стало легче жить. Я не могу расти за другого, это может делать только он, как и другой не может расти за меня.

И еще один очень важный момент — мы ответственны за то, что не устанавливаем барьеры безответственному и разрушительному поведению других людей. Мы поступаем безответственно, если проходим мимо, видя, как совершается хулиганство, насилие.

В то же время мы поступаем безответственно, если избавляем человека от справедливых последствий его греховных поступков. Например, любимый сыночек подрался — его забрали в милицию. Родительская ответственность проявится скорее в том, чтобы научить его тому, что он должен понести наказание за свои поступки, чем в вызволении любимого чада из рук правосудия любыми правдами и неправдами. Человек должен приобрести реальный жизненный опыт, и не нужно ему в этом мешать. На примере собственных ошибок ребенок учится. Его учителем является Промысл Божий. Родительское желание «оградить» будет серьезно препятствовать процессу этого обучения.

Дорогие родители! Если вы хотите воспитать людей, умеющих отвечать за свои поступки, не нужно мешать учительному действию Промысла Божия![15]

Человек ответственен за то, чтобы самому удовлетворять собственные потребности.[16]

Безответственно поступает человек, который сидит и ждет, чтобы другие о нем позаботились. В качестве одного из характерных примеров безответственного отношения к собственной жизни можно назвать такое наблюдение: немало православных христиан, особенно в городах, не утруждая себя физическим или умственным трудом, безответственно сложив руки, обижено ждут, пока им на дом принесут гуманитарку, или пока кто-то позвонит и их успокоит, или пока им предложат какую-либо (желательно высокооплачиваемую, но несложную) работу. Какое оправдание они находят такой пассивной жизненной позиции, ведь они как-то все это себе объясняют? — Правильно, дорогой читатель: «На все воля Божия»!

Зона ответственности

Зона ответственности включает в себя все то, с чем мы соприкасаемся и так или иначе входим в контакт. Человек не вправе относиться ответственно только к «своему», и безответственно к «чужому». Об этом нужно помнить на каждом шагу.

Самое безответственное проявление православного «дер­зания» — это «преждевременная канонизация» собственного мнения в тех или иных вопросах, касающихся духовности и веры.

Ответственность — постоянное возвращение к ответу на вопрос: «Кто ты такой и что ты здесь делаешь?». Это ответ на вопрос о качестве, об усердии, о сознательности, о серьезности, о подлинности и правильный ответ на него попросту невозможен. Ибо границы истинности определяет таинственный процесс согласования воли Божией, внутренних решений человека с обстоятельствами каждой уникальной ситуации.

Быть ответственным вовсе не означает, что нужно круглые сутки находится в каком-то напряжении, что нельзя радоваться жизни или отдыхать после работы.

Ответственность попросту призывает каждого остаться человеком, в любой ситуации вести себя по-человечески, всегда имея в виду тот высокий нравственный ориентир, который оставлен нам нашим Божественным Учителем и Господом.

Пастырь и безответственный
прихожанин

Примеры отрицания
ответственности

В какой мере безответственность прихожанина осложняет его взаимоотношения с пастырем?

Довольно распространенный вариант безответственного по отношению к пастырю, его времени и вниманию, поведения: под видом «духовной беседы», исповеди, разговора о молитве и старцах, к которым так хотелось бы поехать, человек хочет «урвать» хотя бы десять минут обычного человеческого участия со стороны батюшки. Он как бы просит: «Ну позанимайтесь мною хоть немножко! Ну хоть поругайте меня за что-то, в крайнем случае».

Духовник не может принадлежать одному-единственному нуждающемуся в нем человеку, у многих из священников часто даже на себя часто не хватает времени. Некоторые окормляемые духовником люди, поняв, что он уже не реагирует на их попытки манипулирования собою посредством навязывания тех или иных ролевых отношений, переходят с ласкового, заискивающего тона на крик, обвиняют батюшку в том, что у них плохие нервы, с ними так бессердечно обращаться нельзя, они и так в жизни довольно натерпелись...

Такие люди чаще всего в конечном итоге разбивают всякие отношения с духовником и со своим приходом или с монастырем (если речь идет о монашествующих). Эта ситуация очень сложная. Такой человек, возможно, осознав свои неправды, вернется к своему пастырю, но, после того, как разбиты самые первые, глубокие и доверительные отношения, гораздо труднее обрести хотя бы «дипломатические».

Еще несколько примеров отрицания ответственности. Человек объявляет себя невинной жертвой обстоятельств. Некоторые, особенно склонные к истерикам люди отрицают ответственность, считая себя невинной жертвой обстоятельств, иногда — жертвой неправильного воспитания («Виноваты родители, неправильно меня воспитавшие, а поэтому я не отвечаю за свои действия и поступки!»), хотя на самом деле они сами провоцируют возникновение вокруг них различных неблагоприятных обстоятельств. Припоминается один послушник, который все свои срывы, различные формы грехопадений, включая алкоголизм, объяснял тем, что у него было плохое детство, жестокий отец, не желая признать, что виной происходящего с ним был исключительно он сам.

Иногда случается, что такие «невинные жертвы обстоятельств» находят себе двух духовников (обычно разного внутреннего устроения) и консультируются у них по одним и тем же вопросам для того, чтобы исполнять наиболее подходящие им благословения. Нередко такое чадо каждого из духовников периодически обвиняет в некомпетентности духовного руководства. Если один из пастырей намекает такому чаду (прямо говорить иногда просто опасно!) о том, что окормляться можно только у одного духовника, то его слова интерпретируются как ревность, зависть, желание «безраздельно властвовать» и «полностью подавить мою свободную волю». Вследствие этого человек, разрывая отношения с одним из духовников, будет жаловаться другому на «жестокость, бесчеловечность» того, кто справедливо указывал ему на ошибки.

Человек, играющий роль невинной жертвы обстоятельств, как правило, не готов осознать и увидеть это, но именно в отрицании своей ответственности за складывающуюся ситуацию таится разгадка его жизненных трудностей. Подобные духовные чада склонны считать, что духовник «использует» их в каких-то личных целях. Как правило, они разыгрывают с духовником определенную драму, в которой есть завязка отношений, кульминация и финал-разрыв, являющийся для них поводом для того, чтобы еще раз доказать себе, что людям (в том числе и в духовникам) доверять нельзя.

До тех пор, пока человек будет осознавать себя «невинной жертвой обстоятельств», он не сможет полноценно строить свои отношения не только с духовником, не только с братьями и сестрами по приходу или монастырю, но и со всеми остальными.

Еще один способ сбросить с себя ответственность — это позволить себе увлечься чем-либо до такой степени, что выйти из-под сознательного контроля и оказаться немножко не в своем уме. Люди, имеющие обыкновение взрывным образом вести себя в тех или иных ситуациях, жаждут, чтобы духовник с ними нянчился, «кормил их с ложечки», выделял их из остальных чад, заботился о них особо, не так, как о других. Ради получения таких привилегий, люди теряют контроль над собой, вплоть до состояния глубокого уныния, депрессии, если не получают этой заботы.

Еще одной формой избегания ответственности можно назвать боязнь проявления собственных душевных потребностей. Иногда случалось сталкиваться с такой ситуацией: в монастырь приходит послушник и, видя в духовнике человека, способного подсказать ему, направить, позаботиться о нем, целыми днями ожидает, когда же духовник наконец-то обратит на него внимание, проявит к нему хоть какое-то отношение, но сам так и не решается подойти первым, чтобы начать разговор или сформулировать просьбу. Если духовник все же подойдет первым, человек искренне удивляется тому, что к нему проявили интерес. Здесь идет речь о людях с крайне скудным запасом душевных сил, людях, которые с детства живут с ощущением затравленности и ненужности.

Такое поведение лежит на поверхности, прячась под вполне благовидными покровами «скромности» и «смирения». В глубине здесь, как правило, другое: избегание ответственного проявления своих душевных потребностей и чувств. Такому человеку никто в жизни не сказал простых слов: «Если ты чего-то хочешь — попроси!». И тогда, осознавший потребность в душевной близости и понимании себя другими, человек, принимая решение сделать шаг навстречу другим из скорлупы своего эго, неизменно столкнется с ответственностью.

О советах

Духовнику желательно крайне осторожно преподавать различные советы и благословения. Лучше всего просто уходить от попытки прихожан навязать священнику роль советчика. Один уважаемый в Москве батюшка горько посетовал:

— Подходят, спрашивают, отвечаю, но, как правило, поступают наоборот.

Если человек читает книги о старцах и подвижниках неглубоко, то ему может показаться, что старцами советы раздаются направо и налево. При таком поверхностном чтении не учитывается одна важная деталь: прежде произнесения слов совета, благодатные старцы прозревали готовность человека принять его.

Преподанный совет имеет смысл и ценность в том случае, если человек, со всей искренностью попытавшись разобраться в собственной ситуации, не нашел разрешения и поэтому обратился к пастырю, который почувствовал, что сердце вопрошающего готово принять рождающееся в глубине пастырского сердечного участия слово.

Благодатными старцами сегодня можно назвать немногих. Гораздо больше добросовестных и неравнодушных священников, способных к сопереживательному деятельному участию в жизни своих прихожан. Только воистину благодатный и духоносный священник сможет, во-первых, правильно понять глубинный смысл вопрошения, во-вторых, предположить, какова воля Божия относительно конкретной ситуации.

Иногда человек провоцирует священника дать совет для того, чтобы втянуть его в полемику. Духовник советует обратившейся к нему прихожанке:

— В этой ситуации нужно бы смириться...

— Я уже пробовала, смирялась, никакого толку.

Тогда советует быть пожестче. После такого совета у человека и вовсе опускаются руки, он говорит, что более твердо в этой ситуации поступить невозможно, потому что не так поймут или кто-то обидится и т.д.

В современной церковной действительности советы нередко даются от человеческого рассуждения, от житейского опыта священника и поэтому нередко оказывают «медвежью услугу», освобождая человека, пришедшего за советом, от ответственности за решение собственных житейских проблем.

Каким бы богатым, разносторонним и уникальным ни был жизненный и духовный опыт священника, гарантировать «правильность» своего совета он не может. Ведь жизнь каждого человека уникальна и непредсказуема. Священник проживает свою жизнь, а окормляемый им человек — свою. К тому же, советуя, пастырь берет на себя ответственность за происходящее, что не способствует духовному росту пришедшего за советом верующего и его адекватного отношения к действительности.

Нередки случаи, когда священник ставит себя по отношению к прихожанам в позицию прозорливого старца. Святитель Игнатий Брянчанинов называл подобную игру «под древних отцов» бессовестным актерством. Подобный гуруизм не помогает, а только вредит личностному и духовному росту людей, приводит их к ощущению полной волевой зависимости, к тому, что у них, вместо активного стремления разобраться в своей жизни, изменить ее, формируется пассивное и детски-беспомощное отношение к происходящему. Все свое упование они возлагают на духовника: «Батюшка помолится, и все будет хорошо». При этом любые неудачи в практическом воплощении советов могут быть приписаны духовнику, как давшему совет.

Не может не вызывать беспокойства экзальтированная атмосфера вокруг некоторых современных священников, занимающихся массовым душепопечением. Если в душевно-нездоровый фон, состоящий из женских эмоций и восторгов по поводу прозорливости батюшки, «отчиток», загадочных слов по поводу грядущего конца света и печатей антихриста на продуктовых упаковках, нездорового чувства вины и долженствования по отношению к духовному руководителю, попадет человек, искренне ищущий благодатной жизни, то очень скоро окружающая обстановка исказит тот цельный, здоровый, светлый, Богом зажженный благодатный импульс, который привел его в Церковь. Жизнь, которую человек желал посвятить Единому Богу, без остатка посвящается старцу. В подобной экзальтированной обстановке уже почти не говорится о Христе и Евангелии. Все силы души отдаются процессу постоянного восхищения духовными добродетелями и прозорливостью старца, постоянным охам и вздохам по поводу того, что он «немощный», «слабенький», «поху­дел», постоянному подчеркиванию своей полнейшей зависимости от старца, со смертью которого человек связывает чуть ли не конец света. Подобная атмосфера не способствует формированию в духовных чадах ответственности за собственную духовную жизнь и собственные отношения с Богом.

На заре перестроечных лет было издано довольно много литературы, в которых предлагались те или иные духовные советы. Необходимо различать книги, раскрывающие реалии духовной жизни, ее глубину, от книг, в которых собраны личные письма, записки, может быть, телеграммы, подписи на фотографиях, адресованные конкретным людям. Существуют руководства в духовной жизни, адресованные всем христианам,  авторитет их признан Церковью. К таким относятся книги святителя Игнатия Брянчанинова, повествования и жизнеописания Оптинских старцев, творения Феофана Затворника, книги архимандрита Софрония Сахарова, митрополита Антония Сурожского.[17] Но иногда, даже в их писаниях, мы встречаем очень конкретные советы, сказанные конкретным людям, которые нельзя воспринимать как общепринятые, как данные всем без разбору, без исключения.

Вышеизложенное в наибольшей степени касается к изданным в последнее время большими тиражами книжкам «1184 ответа...», «258 советов...» и т.п. Ими сегодня руководствуются тысячи верующих. Вырванные из живого полотна взаимоотношений старца и ученика цитаты и слова, часто даже без указания автора или источника, больше напоминают конспект, чем практическое руководство к духовной жизни, которая есть высшая форма творчества, чуждая шаблонов и стереотипов.

Безусловно, перед опытными духовниками, старцами ставились различные вопросы. Они преподавали людям очень мудрые, очень глубокие и ответственные советы. Но ведь при этом очень важен и значим контекст преподанного совета. Старец говорил конкретно человеку, который стоял перед ним, учитывая уникальность его ситуации. Причем на одни и те же вопросы разным людям старцы отвечали по-разному. Например, одним благословляли жениться, другим — идти в монастырь, одним — устраиваться на работу, другим — добросовестно нести крест домашних послушаний и т.п. У одного современного философа встречается в связи с этим такая мысль: «Продуктивно ли в дождливый день советовать промокшему человеку просушиться на солнце, т.е. давать несдержанному установку стать сдержанным, обидчивому — простить, вспыльчивому — быть покладистым?..». И еще: «Легко быть сдержанным тому, кому сдерживать нечего».

Обстановка и контекст каждого преподанного старцем совета уникальны и неповторимы. Да и сам совет преподается не только словами, но и интонацией голоса, жестами, самим внешним видом преподающего, в ответ на живой вопрос живого человека, стоящего перед ним. На бумаге же остается лишь текст произнесенного вопрошающим и отвечающим.

Невозможно научиться иностранному языку по словарям и разговорникам. Приезжая в другую страну, человек обнаруживает, что знание значений иностранных слов не раскрывает пред ним возможностей спонтанного и свободного общения на языке. Ведь смысловое значение слов составляет только 7-10% от общего количества информации, преподаваемой в общении. Точно так же невозможно научиться духовной жизни по «советам» и «наставлениям», если рядом нет живого носителя духовной традиции, если нет живого опыта послушания.

Читая советы и наставления святых отцов, богоносных старцев, мы могли бы представить, в какой мере сказанное касается нас, наших проблем, и из этого творчески извлечь определенное назидание. Но всю уникальность ситуации встречи двух людей пред лицом Божиим мы учесть не можем, а значит не можем руководствоваться тем или иным прочитанным советом как непогрешимой установкой к действию.

Возможно, пастырь, суждения и взгляды которого созвучны с изложенным выше, прочитав эти строки, окажется перед некой дилеммой: благодатные старцы часто в жизненных ситуациях чутко прислушивались к человеку и старались услышать, увидеть и почувствовать, как Дух Божий ведет человека, по какому пути, в каком направлении. Они не разбрасывали советы направо и налево. Современный духовник желает быть наследником не только буквальных поступков, сколько носителем духовной традиции древних старцев, а это значит быть в такой же мере недирективным, уважающим свободу духовного чада. Но когда человек приходит по конкретному поводу: что делать, как поступить в той или иной ситуации, хочется успокоить человека, дать ему конкретный совет, снять тревогу, растерянность. Какую позицию занять в конкретном случае, пастырь каждый раз должен определять отдельно. При этом следует иметь в виду, что принятие человеком ответственности за предстоящий жизненный шаг более благотворно для духовного роста, чем взятие священником ответственности на себя и преподавание какого-то конкретного совета или благословения в разрешении той или иной жизненной ситуации.

Если пастырь хочет, чтобы прихожане думали о нем как о человеке знающем, духовно мудром, то пусть будет активным, энергичным, директивным, пусть направо и налево раздает наставления, отвечает на все вопросы, преподает советы на все случаи жизни. Кстати, это «сэкономит» его время. Однако подобное душепопечение стоит на пути личностного роста духовных чад, на пути принятия ими ответственности. Если же духовник озабочен духовным ростом своих пасомых — пусть ищет другие пути душепопечения.

Выбор духовника

Чего же на самом деле я ищу?

Ответственные люди чаще приходят к священнику недирективного склада, священнику, уважающему Богом дарованную свободу и не берущему на себя ответственность за жизнь пришедшего человека. Человек безответственный чаще всего ожидает жесткого руководства, жестких инструкций. От недирективного духовника он, как правило, уходит и, найдя директивного, хотя внутренне и возмущается его жесткостью, но чувствует себя менее тревожно и более определенно, при этом осознавая, что наконец нашел то, что искал. Директивность руководства снижает активность человека, снижает меру его ответственности за свою жизнь и за свое спасение.

Проблема людей, избегающих ответственности, состоит в том, что их выбор директивного духовника идет им во вред. Контроль, которого они так желают, для них вовсе не благоприятен. Чем активнее и жестче проявляет себя духовник, тем более слабым, безвольным, инфантильным становится человек.

О желании переложить ответственность
на плечи духовника

Для того, чтобы найти оправдание безответственности, собственное нежелание отвечать за свои мысли, действия, поступки, среди церковных людей существует очень интересное оправдание. Человек, не желающий ответственно принимать решение, ответственно жить, находит в замечательном и глубоко духовном принципе послушания оправдание собственной безответственности. В современной церковной среде это вылилось в классическую формулу: «Как благословите...». И здесь важно понять: когда речь идет действительно о послушании, а когда о нежелании принимать ответственность за то или иное решение.

Принятие ответственности за свою жизнь тождественно богатству проживания этой жизни. Духовник может помочь человеку в том, что он, осознав, приняв ответственность за каждую эмоцию, за каждое движение, за каждый свой поступок, и перестав возлагать ответственность за себя на других людей, обретает полноту проживания.

В предыдущей работе этой серии упоминалось, что благословение мы рассматриваем как благое слово духовника, полагаемое на ответственное решение человека. За словами «Как благословите» (сами-то слова прекрасны, постановка вопроса прекрасна!) очень часто прячется просто нежелание самому решать, самому думать. Поэтому, если посмотреть на судьбу современных пастырей, то чаще всего целыми днями они занимаются тем, что направо и налево решают вопросы своих пасомым, не имеющие никакого отношения к собственно духовной жизни. Нередко можно увидеть духовных чад, «повисших» на духовниках. Вопросы их личной жизни, по их убеждению, должны решать пастыри, постольку, поскольку под предлогом «жизни в полном послушании» те совершенно разучились брать на себя ответственность.

В современной церковной среде мы нередко видим людей, которые без устали повторяют «как благословите», пряча за этими словами свое нежелание брать ответственность за собственную жизнь, за собственные действия и поступки.

Подобные отношения они строят с духовниками, которым нравится подчинять человека собственной воле, сделать его полностью зависимым от собственной личности.

В формировании подобных подавляюще-зависимых отношений, которые устраивают и подавляющего, и зависимого, кроется серьезная опасность. Нередко приходилось сталкиваться с ситуациями, когда человек, проживший в монастыре или при приходе около трех лет, становился вялым, безжизненным, совершенно неспособным ни к какой самостоятельной деятельности. Хорошо, если в атмосфере, сформировавшей подобную инфантильность, он доживет до старости. Но если вдруг ему придется уйти из монастыря, перейти на другой приход, который не предоставит ему подобных тепличных условий, в его жизни обнаружится беспомощность и полный вакуум.

Распознавание и избежание
манипуляций

Мы должны быть ответственны перед другими в том, чтобы быть открытыми, искренними, готовыми прийти на помощь в ситуации, когда не помочь нельзя. Но мы не должны брать на себя контроль над жизнью наших близких, даже если они просят нас об этом.

Как в церковной, так и в житейской области нередко можно встретить людей, которые посредством обещания заботы, внимания, помощи и покровительства пытаются подчинить себе другого человека. Попадая в такую зависимость, человек обретает определенную толику спокойствия, но при этом чувствует себя еще более опустошенным, тревожным, уязвимым. «Покровитель» продолжает заботиться о человеке, повторять ему свои советы и подчеркивая свое покровительство, полагая, что теперь человек полностью находится в его власти... Ситуация, как правило, заканчивается скандалом, разрывом отношений, разочарованием.

Когда же человек просто ответственен за себя перед другими, он чувствует себя свободным, цельным, уважающим других людей. Он проявляет по отношению к ним любовь, искренность, открытость, чувствует боль и радость другого человека. Но при этом он не проявляет попыток взвалить на себя груз жизни других людей. Ответственный человек является как бы зеркалом для них. По необходимости предлагая тот или иной совет, он не манипулирует людьми. Советуя, он оставляет вопрошающему право не принять совет, доверяя им, как самостоятельным и ответственным людям. Он верит, что сам человек лучше, чем кто-либо другой знает, как правильно позаботиться о себе. Он помогает человеку актуализировать эту энергию заботы о себе. Вместо того, чтобы ожидать проявлений слабости и сложностей от других людей, он ожидает от них ответственности и доверяет им.

Люди, ищущие, на кого бы взвалить ответственность, провоцирующие священника на подавляюще-зависимые отношения, стараются как бы слиться с ним. Они говорят священнику различные комплименты и теплые слова, а взамен ожидают заботы и попечения о их страждущих душах. Если пастырь примет навязываемую модель отношений, то именно эти люди могут подвести его в самую неподходящую минуту, безосновательно обвинив в авторитарности, жесткости, бездуховности, или просто тихонько разочаруются в нем...[18]

Обычно именно те люди, которые привыкли манипулировать другими в обычных человеческих отношениях, начинают манипулировать духовником для того, чтобы он взял на себя заботу о них. Перед духовником стоят три важные задачи:

1. Распознать, как именно духовные чада пытаются получить поддержку от пастыря, вместо того, чтобы стоять на собственных ногах.

2. Избежать втягивания в неразумную заботу об окормляемом, отказаться от опекающей заботы, лишающей человека духовного роста.

3. Понять, как противостоять манипулирующему поведением духовного чада. (Варианты манипулирующего поведения: «Батюшка, ну побеседуйте со мной...», «Я только хотел спросить...», «Вы давно мне не уделяете времени», «Меня никто не любит...», «Вы мне давно уже обещали, что...», «У Вас на всех хватает времени, кроме меня», «После этого, как можно Вам доверять?...», «Я Вам поверила, а Вы...», «Я уезжаю в мир и там погибну во грехах!»).

Не быть втянутым в попечение и заботу о таком беспомощном, умоляющем довольно трудно. Духовник должен привыкнуть к тому, чтобы распознавать многочисленные и разнообразные приемы уговаривания, используемые духовным чадом, и не поддаваться им.

Молодому священнику, который взялся за дело духовного окормления людей, могут вполне польстить обращенные к нему слова или просьбы о том, чтобы он дал совет, как поступить в той или иной ситуации, о том, что его советы буквально спасают от смерти («И что бы я без Вас делала?»). Человек в полной беспомощности простирается пред батюшкой! И самая главная помощь ему состоит в том, чтобы не уступать этим просьбам, а предложить человеку в присутствии духовника самому найти ответственные решения, ответственный выход из той или иной ситуации. В какой-то момент подобных уговариваний духовник может сказать:

— Если ты не хочешь взять ответственность за свою жизнь, свои поступки и действия перед Богом, то нет смысла спрашивать меня. Спрашивая меня, ты только хочешь найти, на кого бы переложить ответственность, не желая работать самостоятельно. Я считаю, что такой образ жизни, такое поведение будет мешать твоему духовному росту. Но любой твой ответственный выбор я готов благословить и помолиться о том, чтобы все задуманное и ответственно решенное в твоей жизни совершилось с Божьей помощью. Давай подумаем вместе.

Подобным образом вопрос лучше ставить сразу, в начале формирующихся отношений.

Ответственность духовника

Существует мнение, что духовник несет безоговорочную ответственность перед Богом за свое духовное чадо. Внесем небольшое уточнение: духовный отец отвечает за духовное чадо в той мере, в которой духовное чадо послушно ему в вопросах, касающихся жизни духовной. До тех пор, пока духовное чадо послушно, пастырь несет ответственность. Когда духовное чадо отпало от послушания, духовник за человека уже никакой ответственности не несет.

И еще стоит добавить: пастырь несет ответственность за правильное, а значит православное окормление и направление жизни человека, но ни в коем случае не за его жизнь и повседневные поступки и действия.

Обретение золотой середины

Как же удерживать золотую середину, тот царский путь, о котором говорят святые отцы? Какую позицию по отношению к окормляемому должен занять духовник?

Прежде всего необходимо научить человека делать правильный выбор. Выбор этот происходит между самостью и совестью. Человек не знает, как поступить и приходит к пастырю за помощью. Готовый рецептэто слишком легкое решение, которое лишает человека ответственности.

Некоторые духовники действуют более активно, они конкретно указывают окормляемому на его ошибки, недостатки и на пути их искоренения. Здесь не имеется в виду случай, когда священник полностью авторитарно руководит человеком, во всем указывая, как ему жить. Мы говорим о другом. Духовник может предложить человеку свежий взгляд на проблему, возможно, посмотреть на проблему таким образом, каким он еще ни разу на нее не смотрел. Последует ли духовное чадо совету духовника, не столь важно. Самое главное — обратить его внимание на то, что он еще не взвесил все возможные варианты выхода из сложившейся ситуации.

Подобные случаи очень часто происходят в конфликтах взаимоотношений между повзрослевшими детьми и их престарелыми родителями. И родители, и дети действуют по отношению друг к другу в рамках определившихся и закрепившихся шаблонов поведения, и даже предположить, что можно попробовать действовать иначе, чаще всего они просто не способны. Они не могут представить себе, что из сложившейся ситуации можно выйти, просто-напросто поискав свежий взгляд, и действуют как бы детерминировано, нарываясь на конфликт.

Но поскольку в каждом из нас существуют залоги всех греховных состояний, каждый из нас подсознательно ищет возможность оправдать тот или иной греховный поступок, мы очень часто встречаемся с такой вещью, как оправдание собственной безответственности.

В чем должна состоять
пастырская помощь?

Помощь в поиске ответа

Нам известно, что многие священники, особенно старцы последнего времени, часто уклонялись от раздавания советов. Чаще всего старцы (по мудрости своей) в одних случаях спрашивали человека: «А как ты сам чувствуешь?», «А как ты думаешь, как лучше поступить по воле Божией?»,  «А как ты читал о подобных ситуациях?» (если идет беседа с книжным человеком), «Как бы в подобной ситуации благословил поступить преподобный Сергий?», и благословляют то, к чему склоняется сердце человека. Таким образом, человек получает шанс стать крепче и сделать правильный выбор между греховной вынужденностью и ответственной свободой. Если он научается выбирать ответственную свободу, первый, второй, третий раз, то тем самым он пробивает брешь в собственной греховной паутине. Иными словами, духовный отец должен не единожды приложить определенные усилия для того, чтобы помочь духовному чаду осознать тот факт, что он стоит перед выбором и совершенно невозможно избежать свободы выбора действий или по совести, или по зову своих страстных влечений. Здесь, безусловно, очень важно, чтобы человек сам сформулировал наиболее подходящий ему по внутреннему устроению ответ и, сформулировав, сам в себе обрел решимость его исполнить. Напрашивается мысль: в этом случае за советом и ездить вроде бы незачем, незачем отрывать старца от молитвы за мир...

В некоторых случаях старцы давали какие-то конкретные жесткие благословения, например, принять монашество, или не выходить второй раз замуж. Но, получив такой совет, человек нередко поступает диаметрально противоположно. Здесь — некоторый парадокс, некоторая загадка.

В мучительных поисках ответа на свои жизненные вопросы и различные жизненные ситуации происходят иногда совершенно удивительные прозрения: человек, поездивший по многим монастырям, искавший разных старцев, в какой-то момент может прийти к открытию, что ничье мнение, ничей совет ни на шаг не приближают его к решению, которое он должен принять сам. Можно долго обсуждать бесчисленные за и против, потенциально значимые для предполагаемого жизненного шага. Однако, всякий раз после того, как прослежены возможные последствия, оценены шансы, взвешены факторы, проанализирована информация, человек по-прежнему остается лицом к лицу со своей проблемой.

Чтобы избежать ситуации нарушения благословения, пастырю лучше все же оставаться человеком недирективным. Ведь вопрошающий полностью ответственен не только за содержание, но и за саму ситуацию постановки вопроса и принятия ответственности, за умение вслушаться, если будет преподан конкретный совет.

Оказать человеку реальную духовную помощь —непростая задача. Бывает так, что единственное, что за время общения успевает сделать священник (чаще всего это общение во время исповеди) — это показать человеку, что он сам, хотя бы отчасти, способствует тому, что его проблемы и отношения с людьми носят такой сложный и негативный характер. В этом случае священник может добиться самого главного. Ведь осознавая свою ответственность за ситуацию, человек оказывается способен сам решить, как поступить для того, чтобы в его жизни произошли положительные изменения. Хотя, конечно, помощь пастыря в определении что именно и как можно изменить в ситуации, является весьма полезной.

Задача пастыря — побыть рядом с человеком, который ищет правильное решение, помочь ему сформулировать ответ на свой вопрос. Ведь каждый верующий человек несомненно читал Евангелие, читал святоотеческие книги, в каждом есть голос совести. И только тот ответ, который человек произнесет как наиболее созвучный его внутреннему устроению, будет самым верным для него в его ситуации. Важно при этом удержаться от желания подсказать, намекнуть... Пусть человек потрудится сам.

В конце беседы пастырь может благословить человека исполнить принятое им решение, но непременно уточнить при этом, что решение принял он сам. Это будет мотивировать его к действию. В этом — очень и очень важный момент пастырского душепопечения.

Движение к осознанию

Итак, каждый человек сам творит себя. Человек по собственной воле приходит к существованию в том состоянии, пребывая в котором, он возмущается и ропщет на собственную долю. Если человек испытывает ужас перед осознанием необходимости что-то делать для своего личностного и духовного движения, то он перестает проявлять волевые усилия, например, убивает в себе глубинные устремления и чувства, отказывается от выбора или перекладывает вину за происходящее с ним на других людей: на духовника, на какое-то начальство, на внешние обстоятельства, на тяжелые времена, в конце концов.

Принятие ответственности состоит не в применении к чаду тех или иных мер пастырского воздействия, а в предложении сформулировать и определиться относительно собственных жизненных позиций. Пастырь прежде всего должен быть уверен в том, что пришедший к нему с различными жалобами на жизнь, на неспособность справиться с грехом, осознает, что сам сотворил собственное неблагополучие, осознает, что не по случайности, не по злому стечению обстоятельств, не по козням дьявола человек оказался одиноким, изолированным, страдающим от непонимания со стороны окружающих людей, безвольным в борьбе с той или иной страстью. Пока человек этого не осознает, он не может измениться. Он постоянно будет обвинять родителей, обстоятельства, начальство, но ни в коем случае не себя.

Пока человек продолжает верить, что причиной его неблагополучия, его апатии, безвольности, неспособности устроиться на работу или обрести собственный жизненный путь являются другие, «невезение», неудовлетворяющая работа, отсутствие денег, непонимающие родители, короче говоря, то, что вне его, ему не нужно вкладывать силы в личностные изменения, а значит в осмысление своей безответственности и покаяние в ней.

При такой убежденности все силы он, как правило, прилагает к изменению окружающих людей, членов собственной семьи, поиску нового духовника, который будет духовно окормлять его более благополучно, но не к работе над самим собой.

Готовность к принятию ответственности за себя у людей очень различная. Для некоторых это тяжелейшая задача. Но после принятия и осознания ответственности, изменения в жизни и поведении человека наступают почти автоматически. Иные признают свою ответственность быстрее, но застревают на следующих ступенях духовного роста.

Обычно осознание ответственности не наступает равномерно и единым фронтом. Человек может принимать ее в одних вопросах и отрицать в других.

Когда прихожанин приходит с жалобой на жизнь, на обстоятельства, на других людей, на плохого супруга или супругу, священник должен аккуратненько перевести стрелку обвинения с близких людей, с обстоятельств на самого собеседника. Без осознания человеком меры собственной ответственности за возникшую ситуацию, движение к разрешению проблемы просто невозможно. Только в том случае, если человек ощущает свою ответственность за происходящее, он будет стараться измениться, изменяя тем самым ситуацию. В противном случае будет лишь ожидать исправления со стороны окружающих.

Итак, пастырь, прежде всего, должен понять, в какой части ситуации человек поступает безответственно или по отношению к другим людям, или по отношению к себе самому, к своим греховным страстям. В зависимости от предпочитаемых методов духовного руководства, духовники используют для этого разные подходы и приемы. Например, человек в очередной раз срывается в ту или иную страсть и говорит:

— Я сделал это ненамеренно, я просто не мог справиться с собой.

Пастырь может предложить человеку переформулировать последнее утверждение в вопрос, используя варианты различных логических ударений:

— Я не мог справиться с собой... Я действительно не мог(?) справиться с собой?

— Я не мог справиться с собой?

Я(?) не мог справиться с собой?

Посредством подобных вопросов, взгляд на проблему может оказаться приоткрытым.

Иногда пастырь может предложить человеку переформулировать то, что с ним, по его мнению, случается или должно случиться. Например:

Дьявол меня искушает снова сорваться в такую-то страсть.

Можно предложить человеку переформулировать это утверждение:

Я позволяю дьяволу меня искушать и собираюсь (или не собираюсь?) позволить это сделать еще раз.

Человек иногда обращается к духовнику со словами: «Помогите мне исправиться в том-то» или «Помогите мне остановиться, чтобы больше этого не повторять». Священник может ответить ему:

Я должен остановить тебя? Если ты действительно хочешь это делать (хочешь грешить, хочешь покончить жизнь самоубийством, хочешь продолжать быть несчастным и беспомощным, хочешь употреблять наркотики) никто тебя остановить не сможет, кроме тебя самого.

Общий принцип пастырской помощи в подобной ситуации таков: в ответ на сетование человека по поводу его неблагополучной жизненной ситуации пастырь может поинтересоваться, каким образом сам человек создал эту ситуацию.

К одному священнику обратился человек в связи с переживанием одиночества, непонятости, ненужности, отсутствия близких людей, неспособности к глубоким отношениям с другими людьми, хотя потребность в этих отношениях была. В процессе беседы он говорил о своем чувстве превосходства, презрения и пренебрежения по отношению к другим, неприятия людей такими, какие они есть. Все эти аргументы были очень обильно приукрашены убедительнейшей фразеологией на тему «всяк человек — ложь». Православные люди, в том числе и священники, не устраивали этого человека по причине своей малодуховности или бездуховности. Предложение изменить свой взгляд на людей встретило сильнейшее сопротивление, основанием которого была мощнейшая духовная гордыня.

Пастырь помог человеку осознать свою ответственность за сложившуюся вокруг него обстановку отчужденности. И знаете как? Всякий раз, когда человек  произносил порцию своего очередного недовольства, священник размеренно и спокойно добавлял: «И поэтому Вы так одиноки...». На двенадцатый раз пробило...

Особенности
структурирования взаимоотношений

Некоторые люди могут возмущаться присутствием в их жизни различных ограничений. Им нужно помочь осознать, что те или иные ограничения, не устраивающие их, придуманы ими лично. Например, они загружены до такой степени, что невозможно помолиться; работа в воскресный день мешает посещать воскресные службы; характер супруга или супруги до вступления в брак был более-менее сносным, а сейчас жить невмоготу и т.д. Жизнь таких людей становится настолько жестко структурированной, что они начинают воспринимать «все эти мучения»  как данность, от которой никуда не деться.[19] Загроможденность жизни огромным количеством ненужного, конфликтного и бессмысленного воспринимается даже как жизненный крест, который человек должен нести, а не как сплетенная самим человеком паутина, которую можно разорвать для того, чтобы построить нечто более светлое.

Для подобных случаев у таких людей припасено готовое возражение: «Существует много такого, что изменить невозможно». Да, безусловно, человек должен зарабатывать на жизнь, должен быть отцом или матерью для своих детей, должен выполнять свои моральные и нравственные обязательства по отношению к другим людям, должен мириться со своими ограничениями: паралитик не может ходить, инвалид не может трудиться на работе, требующей больших физических нагрузок, у стареющей вдовы меньше шансов выйти замуж и т.д. Эти аргументы и фундаментальные возражения проявляются в любых, различных ситуациях, в отношениях пастыря и духовного чада.

Иногда словесных уговоров относительно необходимости взять на себя ответственность за жизнь, которая сложилась именно так, оказывается недостаточно, и пастырю приходится копать глубже. Попытки священника проанализировать рассказ пришедшего человека с точки зрения его ответственности за сложившуюся жизненную ситуацию, нередко оказываются безуспешными. Например, разбитая страданиями и катаклизмами женщина, пришедшая к священнику и рассказавшая ему свою жизненную историю, после попытки священника предложить ей взять ответственность за происшедшее на себя, может сказать:

— Все это замечательно! Хорошо ему, человеку, избавленному от житейских забот, оторванному от мира, наставлять нас... говорить, что это я сама себя загнала... Но ведь он по-настоящему не знает, какой бесчеловечный садист мой муж (или «...какой у меня ужасный начальник!», или «...насколько действительно непреодолима та страсть, с которой я так долго и безуспешно борюсь» и т.д.).

Все эти возражения — сопротивление протянутой руке помощи, распространенное среди людей, которые часто используют различные механизмы защиты. Для них сами факторы окружающей их жизни складываются так, что соответствуют негативным ожиданиям человека. Очень редко удается разобраться в подобной ситуации. Каждый раз человек может уйти от принятия ответственности в сторону сознательного или бессознательного подбивания фактов в пользу «Вы меня не так поняли».

Эффективность помощи таким людям может значительно возрасти, если пастырь проанализирует то, как строятся отношения между ним и пришедшим к нему за духовным окормлением человеком. Одной из аксиом Пастырской Психологии является тот факт, что переживания и процессы взаимодействия, которые проявляются в повседневном общении человека с другими людьми, он несет и в отношения со священником. Это может быть и неспособность доверять, неспособность ладить, неспособность быть открытым, разыгрывание эмоциональной потребности в «очарованиях-разочарованиях», подозрительность, недоверие...

Нередко новообращенный сначала бросается в объятия священника, клянясь в верности и радуясь тому, что он «наконец-то нашел того единственного человека, который его понимает», а затем, по истечении некоторого времени, по какой-то только ему известной, но очень весомой причине, он вдруг горько разочаровывается в своем духовнике и вообще во всех духовниках во всем мире... Именно так он не доверяет другим людям, именно так подозревает, именно так разочаровывается, именно так манипулирует другими людьми и обижается точно так же, в случае, если на свои манипуляции не получает соответствующей реакции.

Все это происходит на глазах священника довольно быстро, как правило, со второй или третьей встречи.

Каждый священник, который исповедует и окормляет, водительствует людей не менее пяти лет, может привести примеры случаев во взаимоотношениях с теми окормляемыми людьми, которые очень избирательно запоминают все резкости, все случайно забытые или не исполненные обещания, данные им. В то же время они могут совершенно не помнить того, сколько духовник потратил внимания, времени, сколько принял участия в жизни этого человека, сколько вложил сил, стараний, умения, сердечного тепла.[20]

Нередко именно у таких людей образ духовника дорисовывается и додумывается. Духовный отец подсознательно аналогизируется с образом родного отца, который запечатлелся в детстве. Если отношения с отцом были теплые, то отношения с батюшкой выстраиваются более конструктивные, понимающие, взрослые. Если отношения с отцом были подавляющими, духовник подсознательно воспринимается как подавляющий авторитет, которого под страхом порки (пусть даже словесной) надо слушаться, и который (как кажется) постоянно ищет повода для того, чтобы человека отругать, унизить, куда-то не пустить, что-то не благословить... Если у человека отец был алкоголиком, или, к примеру, запомнился как постоянно пишущий диссертацию или месяцами пропадающий в командировках, то в зависимости от поведения отца строятся отношения с пастырем: отец занят своими делами, ему до меня никакого дела нет.

В случае сильной эмоциональной привязанности к отцу при отсутствии ответной любви, духовник воспринимается как человек, не оправдывающий ожиданий духовного чада. Если же отца у человека с детства не было, с духовником, отношения сначала будут очень привлекательные, очень теплыми («отец нашелся!»), но поскольку полноценного опыта сыновнего (или дочернего) отношения не было, через некоторое время негативный шаблон структурирования отношений со значимым старшим может сыграть катастрофическую роль в жизни человека, и в если человек не найдет в себе мужества осознать свои негативные детские реакции и выйти из стереотипного круга конфликтности, ситуация разрыва, разочарования, иногда даже открытой вражды, произойдет в отношениях неминуемо.

Итак, люди, у которых были негативные отношения с собственным отцом, чаще всего запечатлевают именно такой шаблон взаимоотношений с авторитетным взрослым, постоянно подсознательно провоцируя духовника на разрыв, на конфликт, ищут этого каким угодно образом, сами до конца не понимая, зачем они это делают.

Неосознаваемые мотивы, провоцирующие разрыв, бывают совершенно разными. Человек неосознаваемо может вести себя некоторое время слишком зависимо для того, чтобы себе и всем остальным окружающим людям, другим духовным чадам этого же пастыря, доказать его авторитарность и на этом основании разорвать с ним отношения.

В другом случае человек совершенно неосознаваемо может проявлять себя отстраненным, безразличным к духовнику, в глубине души испытывая потребность в общении с ним, для того, чтобы и себе и всем остальным доказать его холодность, безразличность и избирательность в отношениях.

Критический случай, когда к реальным поступкам духовника додумываются существенные детали, которых в реальности не было и именно эти детали, как неопровержимые доказательства являются аргументом разрыва. Убеждения о реальности существования этих выдуманных деталей настольно очевидны, эмоциональная реакция на них настолько сильна, что до разрыва отношений об этом не говорится ни в частной беседе, ни на исповеди.

Подобное поведение в психологии принято называть жизненным сценарием. Человек сам в себе неосознаваемо вызывает такое поведение, которого страшится, и провоцирует окружающих людей поступать по своему сценарию.[21] Заканчивается это внутренним восклицанием: «Так я и знал!». Варианты этого восклицания разные: «Еще раз убедился: людям доверять нельзя», «Все священники за деньгами гоняются или только используют людей в своих интересах», или: «Все священники тщеславные, если им в рот не заглядываешь, они сразу меняют отношение» и прочее.

Если ниточка доверия до конца не оборвана, пастырю предлагается крепко ухватиться за подобный эпизод и предложить человеку посмотреть на ситуацию со стороны. Затем высказать предположение, что именно так он строит отношения с любым значимым старшим. Лучше делать это не сразу, а когда человек немножко поуспокоиться в своих эмоциях.

Осознание собственных чувств и душевных движений проявлений — важнейшее средство, которое пастырь может научить использовать и в работе над собственными грехами и страстями.

Еще одна иллюстрация к сказанному. К одному известному московскому пастырю пришла пятидесятилетняя женщина, которая горько жаловалась на то, как с ней обращаются ее собственные дети. Они отвергали ее мнение, вели себя с ней бесцеремонно и в серьезных ситуациях адресовали свои замечания отцу. Священник отметил ноющие интонации в ее голосе, побуждавшие и его обращаться с ней, как с маленьким беспомощным ребенком. Пастырь поделился этим своим ощущением с пришедшей. Это оказалось для нее весьма полезным, помогло ей осознать собственное беспомощное, инфантильное поведение и во многих других ситуациях. Анализ наблюдаемого нытья был крайне важным для разрешения загадки такого обращения с ней ее детей. В конце концов дети лишь следовали ее собственной инструкции, обращаясь с ней именно так, как она просила, конечно, не сознательно, а посредством нытья, ссылок на свою слабость, свою беспомощность, свою жертвенную самоотдачу.

Умение ставить вопросы

Если у духовника возникло ощущение, что окормляемый человек возложил на него тяжелое бремя своих жизненных проблем, значит он сам позволил ему сделать это.

Над этим можно работать различными способами. Духовник может предположить:

— Вы знаете, у меня возникает впечатление, что вы стремитесь все свои проблемы переложить на меня и не хотите работать над ними самостоятельно.

Или, например, сказать:

— Вы знаете, мне кажется, что вы хотите не моего руководства в деле духовного роста, а просто-напросто нашли удобный способ для того, чтобы на кого-то сгрузить свои жизненные проблемы.

У человека, пришедшего в очередной раз поплакаться к батюшке, ничего при этом не желающего делать с самим собой, можно, например, спросить просто и прямо:

— Какой результат Вы ожидаете в конце нашей беседы?

На подобные вопросы пришедшие нередко отвечают:

— Я не знаю, что мне делать...

Или, например:

— Если бы я знала, что делать в этой ситуации, я бы не пришла к вам спрашивать это или брать на это благословение.

Если ответ звучит таким образом, значит духовное чадо ставит себя по отношению к духовнику в позицию беспомощной личности. В процессе настаивания человека на том, что он не знает, что ему делать, человек уже получил много явных и скрытых направляющих подсказок от духовника. Но при этом он не хочет исполнить хотя бы маленькую епитимью, или выполнить небольшое задание, например по благословению прочитать какую-то книгу и поискать там ответ. Человек предпочитает обсуждать с духовником различные, не имеющие к душепопечению церковные, политические или какие-то житейские проблемы или вовлекать пастыря в бесконечные дискуссии о том, что сказал в подобном случае какому-то человеку какой-то старец...

Подлинное и мнимое сострадание

Любому опытному духовнику понятно, что проблема не в незнании человеком того, что ему нужно делать. Она состоит в отказе человека принимать ответственность за сложившуюся жизненную ситуацию, отказе меняться, точно так же, как вне душепопечения, в реальной жизни он отказывается  принимать ответственность за свои жизненные неприятности.

Вспоминается один случай, когда к известному пастырю стала обращаться за душепопечением воцерковляющаяся женщина с огромным количеством жизненных проблем. Как правило, женщины, которым за пятьдесят, нередко навязывают священнику роль заинтересованного слушателя собственных переживаний, ситуаций, воспоминаний, не имеющим к жизни духовной никакого отношения. Молодым неопытным батюшкам кажется, что в выслушивании этого и состоит сострадание. Они подолгу выслушивают, одобрительно кивают... Но священники более старшего поколения таких людей, как покажется на первый взгляд, бесцеремонно обрывают. Один священник еще в те годы, когда он только начинал свое душепопечение, принял заботу о такой женщине и рассказывал об ощущении свинцовой тяжести после общения с ней... Но вернемся к нашему случаю. Женщина приходила на беседу, на исповедь, каждый раз продолжая свой бесконечный рассказ о годах молодости, о том, как закрывали храмы, о том, как ее бабушка постилась... Но о себе эта женщина ничего глубокого и значительного не рассказывала. Она задавала вопросы общего плана («Можно ли в среду есть рыбу?», «Можно ли лампадку зажигать от спички, или нужно непременно от свечи?» и т.п.) и, немножко эмоционально подпитанная, радостная уходила домой. Пастырь, видя бесплодность таких отношений, порекомендовал ей пожить месяца три в небольшом сестричестве. Сначала это вызвало резкое возражение, но, поступив в сестричество, женщина точно таким же образом воспроизвела свою жизненную позицию. При совершенном нежелании внутренней работы, нежелании поиска каких-то более теплых человеческих отношений с другими людьми (предполагающих равность взаимоотдачи, а не односторонность душевной эксплуатации слушающего говорящим), женщина выделила двух сестер, готовых выслушивать ее воспоминания... Через две недели и эти сестры подустали от ее рассказов, начали вежливо отказываться выслушивать ее, на что она незамедлительно обиделась...

Жизнь этой женщины в общине не помогла ее личностному и духовному росту. На последней встрече, имевшей для нее решающее значение, она с раздражением принялась доказывать священнику, что в сестричестве все черствые, что никто ей не помогает, и заявила, что у нее есть очень серьезные сомнения, а «правильное» ли это сестричество и «правильное» ли душепопечение у этого духовника, и вообще нужно ли ей послушание и духовное руководство.

Если такой человек окажется в братстве или сестричестве, то энергией своей пассивности и сомнений в «правильности» устройства данного коллектива или же в «правильности» душепопечения он способен заразить многих неутвержденных людей.

На глубинном уровне затем выяснилось, что эта женщина, во-первых, не хотела брать на себя ответственность ни за серьезные отношения с духовником (поэтому все разговоры были очень поверхностными), ни с сестрами. Она никак не хотела работать над собой, а в общине, о которой мы говорим, самая главная задача состояла в том, чтобы, по слову преп. Амвросия Оптинского, «научиться жить на земле небесно», задача научения принятию и любви по отношению к тем людям, которые оказались здесь, под руководством одного и того же духовного руководителя.

Боязнь перспективы работать над собой, боязнь что-то менять в себе, отталкивала женщину от движения вперед и замыкала в рамках трагического одиночества. Собственная ответственность за образовавшееся вокруг нее поле непонимания была очень тщательно замаскирована и вытеснена  из поля осознания. [22]

Изменение устойчивых формулировок

Пока человек во всем обвиняет свою страстность, привычки, дьявола, он чаще всего так и не преодолевает в себе того, что вносит в его душу смятение и дисгармонию, того, что отлучает ее от жизни с Богом. Если же человек принимает ответственность за свои грехопадения, за несчастья своей жизни, принимает себя таким, каков он есть, — человеком грешным и осознает себя по отношению к своим греховным поступкам человеком безответственным, то в нем начинается процесс растождествления собственно личности человека и греховных проявлений его человеческой природы.

Изменения устойчивых формулировок, которыми человек привык обозначать то, что происходит с ним и вокруг него, в значительной мере могут повлиять на ситуацию осознания ответственности. Ведь именно слова и определения зачастую являются теми ловушками, которые расставляем мы на своих жизненных путях. Поясню на примерах.

В первой книге этой серии[23] уже упоминалось о «не-могущем колокольчике», который был у одного ведущего группы личностного роста. Когда один из участников группы произносил «Я не могу...», звонил колокольчик, и нужно было заменить эти слова на «Я не хочу...». Таким образом на каком-то внутреннем, неуловимом плане происходило пробуждение ответственности.

Пока человек верит в собственное «не могу», он действительно не может двигаться дальше. С этим необходимо поработать.

Сказав: «Это получилось как-то само собой...», человек может поправиться: «Я сделал это». Вместо: «У меня был очень занятый день»«Я был целый день занят». Вместо: «У меня получился очень долгий разговор» — «Я много говорил». Вместо «Меня (кто-то) искушает» «Я искушаюсь (кем-то или чем-то)».

В некоторых случаях при бесконечных жалобах на своих близких, на своего духовника, на обстоятельства, на невозможность справиться с грехом, к концу фразы о том или ином злоключении жизни человеку можно предложить добавлять такие слова: «И я перед Богом отвечу за это».

Например, человек говорит о том, что он поскандалил с матерью и тут же добавляет: «И я перед Богом отвечу за это». Послушник рассказывает о том, что он ушел из монастыря по какой-то несущественной причине и говорит: «И я перед Богом отвечу за это». Благодаря этому осознание поступка в мировосприятии человека может обрести качественно иной характер. Попробуйте!

Конфликт сначала происходит внутри

Прежде всего необходимо учитывать тот факт, что конфликт сначала происходит внутри человека, в нем самом. А затем уже этот конфликт проецируется на окружающих людей, в окружающий мир. Если сам человек конфликтен, то именно таковыми он видит людей, и таким же образом строит отношения вокруг себя. Люди не таковы, какими они нам чаще всего кажутся! Нередко мы видим на лицах людей отражение нашего внутреннего состояния.

Принятие ответственности означает, что человек должен взять ответственность за все свои чувства, включая неприятные, часто проецируемые на других. Например, чаще всего именно по причине того, что человек не готов принять ответственность за осуждение людей, он проецирует свое критическое отношение на других. Таковых обычно можно узнать по словам:

— Ты меня не осуждай, пожалуйста, если я что-то не так сделал (или сказал).

Возможно, человек, которому адресованы такие слова, вовсе и не собирался осуждать, у него даже и мыслей таких не было. Но из подобного предупреждения можно заключить, что его собеседник сам склонен к осуждению.

Большинство людей не хотят принять ответственность за свою пристрастность по отношению к другим людям. Поэтому они проецируют ее вовне и затем живут со страхом отвержения.

Одна из самых важных наших ответственностей состоит в том, чтобы принять ответственность за свое недоверие и недоброжелательность, осознав, что свой внутренний мир мы проецируем на других.

Один мудрый философ в таком случае говорил: «Может хватит бить зеркала?».

О самобичевании
и нечестности перед самим собой

Иногда случается так, что человек приходит к священнику и начинает сразу же заниматься самобичеванием: «Я во всем виновата». К сожалению, подобное заявление чаще всего не свидетельствует об истинном понимании своей ответственности за происшедшее, а является своеобразным кокетством. Обычно это желание просто понравиться батюшке: человек настолько «смирился», до такой степени бичует сам себя! Чаще всего то, как люди понимают свою ответственность за происходящее, мало связано с их реальной ролью в ситуации. Обычно это звучит так:

— Конечно, я понимаю, что я ответственна за то, что у меня такие плохие отношения с домашними. Мне давно пора понять, что нечего ждать от них, от таких черствых и бессердечных людей...

Такое заявление свидетельствует, что человек не отдает себе отчета в том, что он не только не принимает и не понимает свою ответственность за разрыв взаимоотношений, но оскорбляет и унижает других людей, считая их черствыми и бессердечными.

Священнику не следует бояться, что разговор о принятии ответственности за происходящее будет излишним. Наоборот, для тех, кто действительно близок к пониманию и принятию факта своего авторства разворачивающихся вокруг него событий, обсуждение ситуации со священником может быть весьма полезным.

Сверхответственность

Сверхответственность одного из членов семьи является мощнейшим фактором, формирующим частичную или полную безответственность в других. Сверхответственность характеризуется различными попытками контроля окружающих людей посредством принятия на себя полной ответственности за них и за ситуации, в которые они попадают, внедрение своего представления о том, "как все должно быть" и освобождение всех окружающих ближних от персональной ответственности.

Тенденция принимать на себя сверхответственность исходит из ряда факторов детского и отроческого возраста, из которых наиболее распространенными можно считать следующие:

1. Детство, протекавшее в конфликтной среде, где угнетающее чувство ответственности за этот хаос и за других людей родители перекладывают на ребенка. Хотя это требование ставится более или менее прямо, ребенок редко награждается за свои усилия, которые считаются очевидными, при этом нередко получая критику и насмешки. В результате ребенок всегда страдает от чувства низкой самооценки и воспринимает семейные проблемы как подтверждение своего поражения.

2. Трудная семейная обстановка в детстве, при которой ребенок сам берет на себя чрезмерную ответственность, пытаясь таким образом контролировать ситуацию и заботиться о других членах семьи. Также, как и в предыдущем случае, он редко получает благодарность взрослых. То, что он делает, считается естественным, несмотря на то, что часто травмирует его чувства. Ребенок страдает от низкой самооценки и постоянных обвинений.

3. Беспорядочная или излишне контролируемая, жесткая безрадостная среда, в которой проходит детство ребенка, где ему навязывается роль взрослого, где он на положении взрослого оказывается вплетаемым во взрослые отношения, за которые, в результате, становится не по годам рано ответственным. Один известный доктор говорил по этому поводу: «В любом возрасте ребенок может быть поставлен перед необходимостью взять на себя ответственность в случае смерти одного из родителей или распада семьи. Но такой ребенок раньше времени взрослеет и теряет спонтанность, беззаботность и творческий импульс».

4. Детство, при котором ребенок ощущает себя недостойным получения от других людей добра, любви, внимания, что во взрослой жизни становится поводом к постоянным актам самопожертвования.

5. Детство, в период которого ребенок ощущал себя нежеланным, отброшенным, "козлом отпущения", что приводит к позиции "я плохой (в противном случае этого бы со мной не случилось)", и впоследствии к постоянно возобновляемым попыткам найти у людей принятие (пытаясь быть «хорошим»), бросаясь в акты сверхответственности и сверхжертвенности.

Насколько разрушительно сверхответственность одного члена влияет на формирование наученной беспомощности и безответственности других, характеризует случай из клинической практики семейного терапевта доктора Б. Кейда:

«Однажды к нам обратилась супружеская пара на грани краха, с надеждой на "последнюю попытку объединения". Она была очень чувствительной, эмоционально открытой, полной экспрессии. Он был эмоционально холодным рационалистом. Она все время пыталась заставить его раскрыться. Он воспринимал ее как совершенно иррациональную личность, всегда им не довольную. Они решили разойтись, а я старался, чтобы это произошло без потери взаимного уважения. Через несколько месяцев пришла другая женщина. Она также считала себе открытой, чувствительной и полной экспрессии. Мужа охарактеризовала как холодного, бесчувственного, неэмоционального. Я спросил, с какой целью она пришла. Оказывается, она недавно встретила мужчину, который является противоположностью ее мужа: он теплый, понимающий, очень хорошо выражающий свои эмоции и чувствительный к окружающим. После нескольких вопросов оказалось, что это мужчина из предыдущей пары.

Так же происходит и с ответственностью. Если один человек становиться сверхответственным, он как бы забирает часть ответственности у другого, находящегося рядом (члена семьи, сотрудника по работе), которую они должны были разделять. В итоге другой человек отвечает противоположным — некомпетентностью, безответственностью, отстраненностью. Если кто-то покупает собаку, а потом лает сам, когда постучались в дверь, то с какой стати собаке просыпаться и вставать с дивана? Замечая отсутствие компетенции и ответственности у партнера, у нас появляется повод стать еще более ответственным». [24]

Поскольку сверхответственный супруг (родитель) берет на себя все большую и большую ответственность, существует опасность, что остальные члены семьи, испытывая чувство защищенности и безопасности, будут формироваться как все более и более безответственные.

Искаженное понимание ответственности

Существуют такие ситуации, в которых обсуждать проблемы вины и ответственности с человеком не стоит. Таковыми, в частности, бывают случаи, когда пришедший переживает большое горе или тяжелую личную утрату, например, связанную с кем-нибудь из близких. В моей пастырской практике был случай. Пришла женщина в слезах:

— Батюшка! Это я убила своего мужа.

— Каким образом?

Оказывается, она не смогла устроить его в более престижную клинику для того, чтобы ему сделали операцию. Операция в обычной больнице закончилась смертью.

В подобных ситуациях мудрый пастырь убедит человека в том, что времена и сроки жизни человека определены волей Божьей. Подобную ложную установку нужно просто снять. Работа священника должна быть направлена на то, чтобы скорректировать неправильные представления, снять груз неоправданного чувства вины и сверхответственности.

 Ответственность
в монастырском братстве[25]

Братство как наиболее благоприятное место
для внутренней работы

Ты говоришь:

Я ищу Истину, Я несу Свет, Я делаю Добро, —

Это хорошо, что Истина Свет и Добро

Твои постоянные спутники,

Но плохо, и очень плохо

Что впереди Истины Света и Добра

Шагает твое непременное «Я».

Особо эффективной средой для работы над своими душевными проблемами можно считать небольшое монастырское братство: от восьми до пятнадцати человек. Возможностей для обучения принятию ответственности и объединения, сплочения братского коллектива, прежде всего в отношениях друг со другом, в больших монастырях гораздо меньше.

Именно здесь, не в фрагментарных приходских отношениях с духовником, а в сопроживании с ним и с другими братьями, вскрывается большинство внутриличностных конфликтов человека. Если в личных отношениях с духовником, которые могут поддерживаться еженедельными встречами, человек вновь переживает свои конфликты, связанные с лицами авторитета, власти, с родительскими фигурами, то в условиях монастыря или братства, во взаимодействии человека со многими другими людьми, активизируется выход вовне стольких межличностных проблем, что есть все основания рассматривать монастырское братство как наиболее благоприятное место для работы над множеством греховных страстей и проявлений.

В этой связи всякий разговор о «пустынничестве» или «монашестве в миру» видится совершенно тривиальным отказом от подобной работы над своей душой. Такой преждевременный уход не благословляется святыми отцами, говорившими, что жизни отшельнической должен предшествовать многолетний монастырский искус.

В братстве чрезвычайно важна роль духовника, по отношению к которому у каждого брата существует определенная мера доверия и открытости.

Конфликты, вскрывающиеся в братстве

Какие же конфликты вскрываются здесь? Во-первых, здесь может возникнуть проблема соперничества за «близость к отцу», которая наблюдается в многодетных семьях, где у родителей есть «любимчики» (как правило, младшие), а есть «нелюбимчики».[26]

Может раскрыться проблема доверия другим людям. Чем больше человек способен всем доверять, тем в большей степени раскрывается щедрость его души. В психологической науке способность, умение доверять, открытость на ближнего является одним из важнейших критериев душевно здоровой личности.

Несомненно вскроется способность (или неспособность) к самораскрытию, жертвенность (или безответственность) в служении общему делу, например, делу материального или духовного воссоздания обители, выяснится способность к бескорыстной отдаче и стремление к получению («всем купили, а мне не купили»). Возможно, как глубинная проблема вскроется боязнь человека получать подарки и принимать заботу о себе («чтобы не быть кому-то обязанным»).

Довольно сложной ситуация такой личностной работы над своими страстями видится в том, что люди приходят в братство в разное время. «Текучка кадров» — одна из серьезнейших проблем современных, особенно новооткрытых, монастырей. Каждый пришедший человек постепенно углубляет свою нишу, формирует вокруг себя свое жизненное пространство. А поэтому каждый ответственен за собственную позицию в межличностных отношениях.

Особой трудностью жизни в братстве или сестричестве является то, что в течение максимум двух месяцев именно здесь слетают с людей обычные маски и социальные роли. В очень скором времени для всех братий или сестер становится очевидным, что за человек пред ними, в чем человек искренен, а в чем сохраняется недоговоренность, трудолюбивый он или лентяй, можно ли поручить ему ответственную работу. В любом пустяке на виду у всех вскрывается безответственность каждого и важно помочь раскрыться этому вовремя, до того, как братство будет вынуждено нести последствия безответственности, недоговоренности, нечестности.

Некоторые причины,
приводящие в монастырь

Некоторые люди приходят в монастырь по довольно безответственной причине: желанию, чтобы для их «духовных исканий» кем-то были обеспечены необходимые материальные условия. Конечно, на сознательном уровне в том, что это именно так, они даже сами себе не могут признаться. Ведь они сформулировали для себя высокие цели, поставили высокие задачи. И поскольку их цели духовны, они считают, что их обязаны обеспечить, но они никому ничем не обязаны. И они начинают свою монастырскую жизнь: молятся, посещают Богослужения, читают книжки, духовно растут в свое удовольствие. И когда такому безответственному человеку поручается маленькое, но ответственное дельце, он, как правило, с ним не справляется. Оправдания находятся разные, вплоть до огульного обвинения всех погрязших в суете «Марф», забывших о «едином на потребу».

Доверительная атмосфера братства

Атмосфера братств, в которых возможны доверительные обсуждения тех или иных конфликтных ситуаций, наиболее эффективна для внутренней работы над своей душой каждого брата. Каждый, не боясь конфликтов и недоумений, может услышать доброжелательно высказанную правду о себе со стороны другого, точнее, увидеть себя глазами другого. При этом, если внутренняя работа в братстве поставлена правильно, то на замечания брата о неправде своего поведения тот, кому сделано замечание, не может реагировать обидой, но непременно должен выслушать и, как минимум, формально поблагодарить.

Творческая активность в таком братстве проявляется не только в работе над собой, но и в осознании ответственности за других братьев, в деятельном участии в их жизни, в способности тактично и с сопереживанием указать на ошибку и сделать замечание, что активизирует прямоту, открытость и честность отношений. Духовник может предложить братиям собираться вместе, например, по окончании общей трапезы, в присутствии всех делиться своими впечатлениями и чувствами, связанными с другими членами братства. Это, во-первых, будет способствовать душевному сближению братства, во-вторых, предупредит возникновение сплетен и «группировок» внутри братства.

У человека, который привык в своей жизни добиваться чего-либо исключительно благодаря конфликтам и скандалам, вырабатывается последовательный стереотип действий. Если такой человек в доброжелательном тоне услышит, как его действия воспринимаются со стороны, это может заставить его задуматься. Со временем он научится смотреть на себя глазами других людей, которых ранит и обижает, даже не замечая того («А что я такого сказал ему?»), узнает, какие чувства вызывает то или иное его поведение, какое мнение о нем оно формирует у других людей, за что его уважают, избегают, сторонятся, боятся, почему «не ценят» его деловые качества. И самое главное: брат узнает, как его поведение влияет на его собственное мнение о себе.

Основываясь на узнанном о себе, каждый брат формирует отношение к себе самому, выносит суждение относительно того, что же в нем самом может быть привлекательным и положительным для других людей, что может способствовать тому, чтобы стать другим людям в радость и утешение.

Конечным результатом этой работы является понимание каждым из братий того, как его видят, почему другие с ним обращаются именно так.

Проживание в братстве фокусирует и выявляет весь психологический опыт жизни человека. Это факт очевидный и неопровержимый. Пастырская практика свидетельствует о том, что многие люди, окормляемые опытными духовниками, исправившись в братстве, исправлялись и в других человеческих взаимоотношениях. Человек, достигший изменения своих отношений с другими людьми с конфликтных на более мягкие, более приемлемые, научившийся слушать других людей, несомненно, совершает движение и на своем пути к Богу, воля Которого в конечном итоге сводится к заповеди о любви. Человек, научившийся послушанию[27] и смирению[28] по отношению к духовному отцу, настоятелю, старшему по послушанию, тем самым обретает послушание и смирение пред Богом.

«Знай себя и довольно с тебя»

К сожалению, сегодня нередко можно наблюдать, как пришедшего в обитель человека научают безучастному отношению к другим людям. «Главное — выполнять свое дело, свое послушание, а все остальное, что происходит в монастыре, не должно тебя волновать». Может быть, какой-то брат, соблазнившись чем-то, хочет оставить обитель, может быть, кто-то, не добившись желаемых результатов в движении по иерархической лестнице, хочет уйти из монастыря... «Все это не должно волновать тебя!» — говорят новопришедшему.

Сформировав такое отношение к ближним, послушник начинает жить во вроде бы правильном ритме: правило, послушание, келлия. Со временем он начнет осознавать, что при этом не происходит чего-то главного, какая-то важная заповедь Божия так и остается невыполненной.

...В чем-то верной, а в чем-то принципиально неверной кажется пословица, которую по несколько раз повторяют новопришедшим: «Знай себя и довольно с тебя». Многие понимают эти слова как оправдание собственной безучастности и даже благословение на безучастность. Кто-то болеет, кто-то в скорби, кто-то в унынии, у кого-то из братий возникает реальная опасность впасть в грех пьянства, и это можно предотвратить, просто побеседовав с человеком. Но послушник теперь считает:

— Меня это не касается, тем более, мне дали установку: «Знай себя и довольно с тебя». Я пошел в келлию, у меня свое правило, я Псалтирь читаю, а то, что у кого-то проблемы — меня не касается, я закрылся и молюсь за весь мир.

Подобное «духовное неделание» — еще один пример того, как люди уходят от ответственности за обитель, за ближних своих в спокойный, безмятежный и безответственный ритм внешне религиозной жизни.

Обретение подлинно братских отношений повышает осознание своей ответственности за каждого, кто находится здесь и сейчас в отношениях с другими людьми. Ведь братия в монастыре — люди, которые обречены жить вместе не только в этой жизни, но и в Царствии Небесном.

И лишь тогда, когда каждый член братства начинает осознавать свою ответственность за всех, возникают настоящие, глубокие, серьезные и продуктивные отношения с другими людьми, которые становятся не чужими, а ближними, и с которыми человек поступает как с братьями.

Ответственность каждого за всех

Если происходит осознание своей ответственности за окружающих тебя братий, то рождается осознание своей способности и обязанности принять ответственность за других и в других жизненных ситуациях. В братстве, основанием которого является осознание ответственности каждого за всех, духовную помощь брату может оказать не только духовник. Каждый брат должен сформироваться в братстве как человек, который способен оказывать эту помощь. В таком братстве люди нередко связывают улучшение своего душевного состояния не только с попечением духовника, но и с самой атмосферой братства.

В братстве формируются новый вид человеческих взаимоотношений: брат может ощутить поддержку со стороны остальных; принять другого таким, каков он есть, без попытки исправить его по собственному образу, при сострадательном желании его исправления в Боге; ощущение осознания опыта полезности другим, опыта душевного участия в жизни другого.

Роль духовного руководителя

Если духовник ощущает, что все зависит только от него, что жизнь в братстве движется только вокруг него, и перестань он все тянуть на себе — произойдет развал, все разрушится, все переругаются, то это означает, что духовные чада оказываются очень пассивными в решении своих жизненных задач, своей конфликтности и переложили тяжесть ответственности на плечи духовника.

Если духовник к братству относится без участия, живет своей жизнью, а не жизнью братства, или, может быть, это участие уменьшилось с течением времени, если он не имеет ежедневной молитвы за братство, в устроении братства происходит серьезный сбой.

Если братство ориентировано исключительно на духовника, но братских связей внутри себя не имеет, его структура крайне беспомощна и слаба. И, как правило, если с духовником что-то случается, такое братство (или монастырь) разваливается. Ответственность за центрированность исключительно на духовнике, не сумевшем организовать правильные отношения между братиями, несет, конечно же, сам духовник.

Но на помощь духовника можно и должно рассчитывать каждому брату в сложной и неразрешимой ситуации.

Как может духовник способствовать формированию такого братства, которое принимает ответственность на себя за собственную жизнь в земных отношениях и за осознание своего служения перед лицом Божиим? Во-первых, он должен отдавать себе отчет в том, что, как правило, в братстве он является единственным человеком, который на основе своего духовного и жизненного опыта четко представляет себе, как должно выглядеть возглавляемое им братство согласно учению святых отцов, учитывая всю сложность межличностного взаимодействия людей. Одним словом, он должен представлять себе как на духовном, душевном и материальном плане должно функционировать врученное ему братство. Духовник несет в себе самом идею братства, а поэтому он должен помочь братии сформулировать, выработать те цели и задачи (вечные и временные), к которым движется братство, подсказать направление этого движения.

Необходимо, чтобы существовало определенное время, когда братские проблемы могут открыто обсуждаться в присутствии всех. Как правило, это может быть время после трапезы или время, когда братия могут отдельно собраться для того, чтобы обсудить перемены и текущие проблемы обители. Духовник может время от времени вторгаться в ход обсуждений, особенно в критические моменты, предлагая оценить — насколько верно в духовном плане происходит обсуждение той или иной ситуации, не переходит ли обсуждение в осуждение. Здесь очень важно, чтобы в запале не произошел переход одного в другое. А поэтому уместно вовремя задать вопрос: «Что мы делаем в той или иной конкретной ситуации: обсуждаем возникшую проблему, осуждаем негативное поведение или же мы судим самого человека?».

Варианты проведения таких встреч могут быть различными. Это могут быть и специальные встречи, раз в неделю, общие братские встречи для того, чтобы обсудить, как прошла неделя в послушании, в Богослужении. Это могут быть также встречи по необходимости, т.е. когда назрел конфликт или ситуация, когда что-то нужно обсудить. Это могут быть также учебные, более или менее систематические встречи, на которых духовник мог бы преподавать основы тех или иных богословских дисциплин. Ведь не секрет, что современные насельники монастырей зачастую люди малограмотные не столько в смысле академического Богословия, сколько в знании Евангелия и основ православного вероучения.

Директивность и отстраненность

Содействуя в принятии ответственности, пастырь нередко оказывается перед дилеммой: если участвовать в этом слишком активно, авторитарно, то можно подавить личностное начало братий. Слишком мягкий, недирективный духовник на человека, который всю свою сознательную жизнь был зажат различными рамками, может произвести впечатление бессильного и бесхарактерного. Это обстоятельство может способствовать тому, что священник невольно, сам того не желая, дает возможность выйти на поверхность внутреннему «хаму» своего духовного чада, который частично или полностью разрушит уже созданную братскую атмосферу.

Священники слишком мягкого устроения, не желая работать и активно участвовать в жизни духовных чад и лишь наблюдая со стороны, как они самостоятельно развиваются в собственном духовном русле, предполагают, что тем самым они вручают человека под непосредственное водительство Божие. На это можно возразить: непосредственное водительство Божие происходит через духовника, поэтому чрезмерная отстраненность пастыря может совершенно дезориентировать человека, уповающего на то, что духовный отец в нужный момент остановит или направит.

Полярно противоположные им чрезмерно директивные духовники, постоянно руководствуя, постоянно устанавливая границы, жестко останавливая всякое проявление инициативы или личной заботы о братстве, со временем выбивают из человека творческое отношение к жизни и послушанию. Именно у таковых особой популярностью пользуется выражение: «Знай себя и довольно с тебя». Под предлогом подавления своеволия, они запрещают человеку те или иные даже благие невинные действия в очень категоричной форме. Как следствие такого окормления: человек разучивается отвечать за себя, ведь функцию совести и ответственности, функцию «сдерживающего фактора» взял на себя духовник. Если же в какой-то момент авторитет духовника в сознании человека рушится (а и такое случается нередко), человек бросается «во все тяжкие». Сдерживающего фактора теперь уже нет.

Свобода и послушание

Приход в монастырь многими людьми понимается как утрата автономии, лишение права распоряжаться собственным временем, принимать какие-то самостоятельные решения. Человек добровольно обрекает себя на определенную несвободность ради Христа. И очень обидно, если от этой несвободности, с которой человек поначалу добровольно соглашается, по истечении определенного времени он отказывается. Со временем такой брат будет выбивать себе «независимую территорию», поудобнее устраиваясь в монастырской жизни, а то и вовсе отказываясь что-либо делать «на общую потребу». Как правило, многие люди в таком случае начинают манипулировать духовником, выдвигать перед ним какие-то требования. Подобное инфантильное поведение является следствием не только душевной незрелости человека, но и все той же безответственности.

Ответственность и болезнь

Депрессия

Принятие ответственности ведет человека к душевной цельности, к внутреннему росту и к личностной глубине.

Медиками и психологами замечено, что избегание ответственности способствует душевному и психическому нездоровью человека. Формирование депрессии связано с развившейся в человеке в детском возрасте, уже упоминавшейся нами, наученной беспомощностью. Различные компоненты депрессии являются последствиями рано усвоенного представления о том, что результаты, т.е. награды и наказания, которые представляет жизнь или люди близкого окружения, находятся вне собственного контроля. Человек, пришедший к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между его поведением и результатами, не только перестает эффективно взаимодействовать с другими людьми, но начинает переживать состояние депрессии.

Душевными проявлениями, сопутствующими депрессии, как правило, бывают недовольство жизнью, отчуждение от реальности, замкнутость, уныние, нередко — мысли о самоубийстве.

Человек, пораженный депрессией, убивает в себе радость жизни. Теряется упование на Бога, любовь и открытость на ближних. Приходят мысли о собственной никчемности, возникает ступор доверия Богу, страх сделать следующий шаг из боязни промахнуться. Находящийся в депрессии человек склонен перекладывать ответственность за происходящее с ним на жизненные обстоятельства или на "объективные причины", что дает возможность ощущать себя жертвой, спрятаться от осознания причастности к случившемуся.

Люди, убежденные в отсутствии своей ответственности за происходящее с ними, несут по жизни тяжелый груз душевных страданий. Ввиду избегания переживаний, тревоги, сопутствующих осознанию ответственности, у них развивается фатализм, уныние, тревожность, отсутствие всякого интереса к Богом дарованной жизни. Расстройства пищеварения, нарушения сердечно-сосудистой деятельности, головные боли — самые распространенные органические проявления депрессии.

Принятие ответственности за свою жизнь, за действия, поступки и порождаемое внутреннее настроение, может избавить человека от депрессивного состояния. Особая значимость придается осознанию того, что я сам несу конечную ответственность за то, как проживаю свою жизнь, независимо от того, сколько поддержки и помощи получаю от других. Осознание того, что бы Вы хотели получить от жизни, в чем бы хотели реализовать себя, как все это соотносится с волей Божией, изложенной в Евангелии, вынесения полезного опыта из пережитой в депрессии душевной боли поможет преодолеть препятствия на пути к свободе и радости Богом дарованной жизни.

Алкоголизм

Тема христианского осмысления алкогольной зависимости настолько обширна и серьезна, что ей стоит посвятить отдельную книгу. Однако, в контексте осмысления ответственности, стоит упомянуть о следующем. Как и любая форма зависимости, алкоголизм — результат слишком легкого выхода из жизненных затруднений и поисков. То, что не удается обрести в быту, компенсируется потреблением алкоголя. Спасаясь от реальности, человек пытается найти средство переносить боль жизни. Это помогает на время забыться, но проблемы так и остаются нерешенными. Нежелание брать на себя ответственность за собственную жизнь и судьбу тех, кто рядом, подталкивает человека к уходу из мира реальности в мир иллюзий.

Первым шагом к выходу из подобной ситуации является осознание того, что неразрешимых проблем не существует. Божественный Промысл посылает нам ровно столько испытаний и трудностей, сколько мы способны вынести. Немаловажно также осознать, от чего убегает человек. Это позволит выделить подлинную проблему. После этого необходимо возложить упование на Бога и в Его руки вверить собственное бессилие. Довольно успешно с этой проблемой справляются христианские группы, работающие по Двенадцатишаговой Программе. К литературе 12 Шагов мне бы хотелось направить читателей, которые хотели бы более углубленно изучить формы и методы преодоления алкогольной зависимости с упованием на помощь Божию.[29]

Психосоматика[30]

Имеется значительное количество медицинских свидетельств о том, как психологическое состояние человека влияет не только на протекание, но даже на возникновение физических болезней. Речь идет о так называемых психосоматических заболеваниях. Сфера зависимости здоровья тела от душевного здоровья человека настолько велика, что, с позиции современных научных данных, можно смело утверждать: человек вполне ответственен за свои болезни, включая самые серьезные.

Психоаналитики первыми выдвинули гипотезу о том, что склонность некоторых людей к так называемым повторяющимся случайным травмам вызвана мощным внутриличностным конфликтом. Сегодня существует научно обоснованный причинно-следственный ряд зависимости соматических заболеваний от тех или иных душевных состояний человека.

В современной медицине все большую популярность приобретает тот холистический подход, целостное воззрение на человека, известное церковному сознанию давно.

Человек — существо целостное. Сознание и тело являются неделимыми частями единой системы. Нельзя лечить только симптомы болезни, нужно лечить всего человека. Необходимо посмотреть, какие нарушения на духовном, душевном и телесном уровне привели к возникновению заболевания.

Общеизвестно, что игнорирование глубинных стремлений человеческого духа порождают то самое искажение человеческой природы, которое традиционно называется грехом — источником болезней. Поэтому самым важным для больного человека является примирение с Богом, восстановление растоптанных или утраченных проявлений человеческого духа.

Вторым этапом выздоровления является обретение душевной цельности, душевного равновесия, мира с самим собой, осознания ответственности за свою болезнь. Современная психотерапия отследила и проанализировала связь между соматическими заболеваниями и определенными душевными состояниями человека. Работа над последними, как правило, приводит к частичному или полному выздоровлению.

И третий этап — чисто соматическая, материальная составляющая лечения.

Любая боль, душевная или телесная, сигнализирует о необходимости изменений. Боль — благой сигнал о том, что назрела необходимость каких-то перемен. Однако большинство людей предпочитают глушить или игнорировать боль. Возможно, под действием тех или иных обезболивающих препаратов боль утихнет, но ведь причина боли тем самым не устранится. Принятие боли означает принятие того, что человек отвергал, в чем не хотел признаться самому себе. В момент принятия и осознания боли, если сигнал понят и принят правильно на все трех уровнях: духовном, душевном и телесном, ее позитивная роль выполнена, теперь ее можно устранить.

Душевное устроение человека самым непосредственным образом влияет на состояние его физического здоровья. Итак, рассмотрим взаимосвязи между душевными состояниями человека и их соматическими проявлениями.[31]

Болезни сердца зачастую возникают как следствие недостатка любви и безопасности, а также от эмоциональной замкнутости. В традиционных культурах сердце рассматривалось как символ любви, центр жизненных сил человека. Сердце бьется от радости, сжимается от боли, люди принимают многое близко к сердцу... Принято говорить о сердечном холоде, бессердечии, добросердечии. На эмоциональные потрясения сердце реагирует изменением ритма. Сердечные расстройства происходят из-за невнимания к собственным чувствам. Человек, считающий себя недостойным любви, не верящий в возможность любви, или же запрещающий себе проявить свою любовь к другим людям, непременно столкнется с проявлениями сердечно-сосудистых заболеваний. Научение контакту со своими истинными чувствами, с голосом собственного сердца в значительной мере облегчает бремя сердечных болезней, со временем приводя к частичному или полному выздоровлению.

Гипертония нередко возникает по причине самоуверенного желания взять на себя непосильную нагрузку, трудиться без отдыха, потребностью оправдать ожидания окружающих людей, остаться значимым и уважаемым в их лице, и в связи с этим вытеснением своих глубинных чувств и потребностей. Все это создает соответствующее внутреннее напряжение. Гипертонику желательно оставить погоню за мнением окружающих людей и научиться жить и любить людей прежде всего в соответствии с глубинными потребностями собственного сердца.

Проблемы с почками бывают вызваны осуждением, разочарованием, неудачей в жизни.

Сбой иммунной системы и, как следствие — простуда, являются для человека сигналом со стороны организма: «Хозяин, остановись, не спеши, сделай небольшую передышку, слишком многое пытаешься успеть!».

Астма, проблемы с легкими бывают вызваны неумением (или нежеланием) жить самостоятельно, а также недостатком жизненного пространства. Астма, судорожно сдерживая входящие из внешнего мира воздушные потоки, свидетельствует о страхе перед откровенностью, искренностью, перед необходимостью принимать то новое, что несет каждый Божий день. Навык принятия Промысла Божия в скорбных и радостных обстоятельствах жизни, доверие Богу и, как следствие, обретение доверия людям, является важной психологической составляющей, способствующей выздоровлению.

Желудочные проблемы: язвенный колит, запоры, по мнению психотерапевтов, следствие застревания в прошлом, нежелания раскрепостить старые идеи и взять ответственность за настоящее. Желудок чутко реагирует на наши проблемы, страхи, ненависть, агрессивность и заботы. Подавление этих чувств, нежелание признаться себе в них, попытка проигнорировать и «забыть» их вместо осмысления, осознания и разрешения могут стать причиной различных желудочных расстройств. Длительное раздражение, имеющее место в состоянии стресса, ведет к гастриту. Запоры свидетельствуют об избытке накопленных чувств и переживаний, с которыми человек не может или не желает расстаться. Изжога, избыток желудочного сока свидетельствует о вытесненной агрессивности. Решением проблемы на психосоматическом уровне видится преображение сил подавляемой агрессии в действие активного отношения к жизни и обстоятельствам.

Проблемы с глазами (на психосоматической основе) — нежелание что-то видеть, неприятие окружающего мира таким, каков он есть.

Нервозность, состояние внутреннего беспокойства — позывы и порывы к деятельности при безадресности возникающих жизненных сил. Нервничающий человек постоянно ощущает внутреннее давление в связи с тем, что действительность не такова, как ему бы хотелось. Он постоянно мечется в поисках решения проблем или мучительно приспосабливает свои запросы к действительности.

Астения, ощущение бессилия сегодня свойственно многим людям, окружающим нас. Тот, кто не признает в себе достаточного количества сил для возможности действовать, на самом деле просто уходит от ответственности за свою жизнь. За всем этим скрывается недоверие Богу, страх ошибиться, недостаток дерзновения. Началом избавления от астенических проявлений является осознание того, что это состояние не является чем-то независящим от человеческой воли, а порождается в недрах безответственности самим человеком.

Инфекционные заболевания, — здесь пусковыми механизмами являются раздражение, злость, досада. Любая инфекция указывает на неизжитый душевный разлад. Слабая сопротивляемость организма, на которую накладывается инфицирование, связана с нарушением душевного равновесия.

Диабет бывает вызван потребностью контролировать, печалью, а также неспособностью принимать и усваивать любовь. Диабетик не выносит привязанности и любви, хотя жаждет их. Он бессознательно отвергает любовь, несмотря на то, что на глубинном уровне испытывает сильнейшую потребность в ней. Находясь в конфликте с самим собой, в неприятии себя, он не в состоянии принимать любовь от других. Обретение внутренней душевной умиротворенности, открытости на принятие любви и способности любить — начало выхода из болезни.

Ожирение — проявление тенденции защищаться от чего-то. Чувство внутренней пустоты часто пробуждает аппетит. Поедание обеспечивает многим людям ощущение «приобретения». Но душевный дефицит не заполнишь едой. Недостаток доверия Богу и страх перед жизненными обстоятельствами ввергают человека в попытку заполнить душевную пустоту внешними средствами.

Проблемы с зубами чаще всего бывают вызваны нерешительностью, неумением принимать самостоятельные решения. Кариес отнимает у зубов твердость. Именно таким образом иммунная система человека реагирует на внутреннюю нестойкость желаний, неуверенность в достижении избранной цели, осознание «непреодолимости» жизненных трудностей.

Проблемы со спиной могут быть следствием переживаемого недостатка поддержки, внутреннего перенапряжения, излишней требовательности к себе.

Бессонница, — человек ответственен и за нее. Снотворное не решит проблем, ведь бессонница — бегство от жизни, нежелание признавать ее теневые стороны. Найти истинную причину беспокойства, научиться подводить итоги дня, вернуть себе нормальный ритм, разрешить себе вечером уход в сон — все это поможет разрешению проблемы.

Осознание личной ответственности активно используется в практике современной психотерапии. Рассмотрим как это практически осуществляется на примере такого серьезного заболевания, как рак. Согласно психосоматической теории, рак порождается непрощенными обидами, чрезмерной фиксацией на какой-то утрате, ненавистью, потерей смысла жизни.

Рак долгое время считался находящимся за пределами индивидуального контроля. Это заболевание рассматривалось как прототип внешне необратимой болезни. Рак поражает без предупреждения и кажется, что больной мало что может сделать, чтобы повлиять на течение или исход болезни. Последнее время в научных кругах предпринято несколько широко освещавшихся попыток сменить эту позицию по отношению к раку на противоположную. Согласно современной теории этого заболевания, в каждом организме постоянно производятся раковые клетки. Иммунная система успешно сопротивляется, вымывая их из организма до тех пор, пока тот или иной фактор не снижает сопротивляемость организма, вызывая восприимчивость к раку. Значительная часть данных свидетельствует о том, что стресс снижает сопротивляемость болезни, влияя на иммунную систему и на гормональный баланс.

Сегодня с уверенностью можно говорить о том, что душевные силы человека, изменение его убеждений о собственной болезни, осознание собственной ответственности за возникновение болезни могут быть использованы в преодолении, активном противостоянии и полном выздоровлении не только от рака, но и от многих других заболеваний.

Рак, возможно в большей мере, чем всякая другая болезнь вызывает чувство беспомощности. Пациенты ощущают себя неспособными как-либо управлять своим состоянием. Любая другая болезнь, например, сердечное заболевание или диабет, позволяет человеку множеством способов участвовать в своем лечении. Он может соблюдать диету, следовать медицинским предписаниям, отдыхать по графику, выполнять физические упражнения. Но больной раком чувствует, что ему остается только ждать, пока очередная раковая клетка пустит где-то в теле корни. Это переживание беспомощности зачастую усугубляется позицией врачей, имеющих обыкновение не допускать пациентов к принятию решения относительно хода их терапии. Многие доктора не склонны делиться с пациентами информацией и нередко, когда нужно принять важное решение о будущей терапии, в обход больных консультируются с их родственниками.

Некоторые психотерапевты все более склонны считать, что концепция принятия ответственности терапевтически должна быть предписываема любому раковому больному даже при далеко продвинувшемся заболевании.

Следует заметить, что независимо от внешне неблагоприятных обстоятельств, мы всегда ответственны за нашу позицию по отношению к собственной жизненной ноше. Один врач рассказывал, что в его работе с метастатическим раком, распространявшимся на другие части тела, уже недоступным ни хирургическому, ни терапевтическому лечению, особое впечатление на него производят глобальные индивидуальные различия в позиции по отношению к болезни. Некоторые поддаются отчаянию и преждевременно умирают психологической, а также, судя по данным некоторых исследований, и преждевременной физической смертью. Другие используют надвигающуюся смерть в качестве стимула для примирения пред Богом, углубления переживания оставшихся дней жизни.

Помощь пастыря в преодолении чувства безнадежности и беспомощности может быть полезна раковому пациенту. Существует несколько подходов, направленных на укрепление ощущения контроля над болезнью. Например, больные раком в отношениях со своими врачами часто чувствуют себя бессильными и инфантильными. Доктор представляется им всемогущим и всесильным властелином их жизни и смерти. Пастырь может помочь своим духовным чадам, находящимся на излечении в больнице или дома, принять ответственность за их отношения с доктором. Доктор — это такой же человек, как и больной. Доктора сами лечатся у других врачей. Медицинские диагнозы нередко бывают ошибочными. Больной должен научиться требовать от доктора полноту информации о ходе протекания своей болезни. Он может показать себя как человек ответственный за ход болезни и, ввиду такого активного сотрудничества с доктором, а не пассивного переживания заболевания, может измениться как отношение к болезни, так и само ее течение.

Пастырь обязан помочь своим духовным чадам обрести ощущение силы и жизненности, побуждая принять ответственность за ход протекания болезни.

Возможно, с научения ответственности в одной конкретной области может начаться обучение ответственности в других сферах человеческой жизни.

Не случайно наиболее яркой иллюстрацией на эту тему, мы рассматриваем в качестве примера такое страшное и, казалось бы на первый взгляд, неизлечимое заболевание как рак. Случаи исцеления от рака посредством изменения взгляда на болезнь и взятие ответственности известны современной медицине. Чтобы не быть голословным, приведу обширную цитату, которая, надеюсь, станет мощным импульсом для осознания читателем необходимости взятия ответственности не только за свое здоровье, но и за многие иные области жизни. Этот же глубоко потрясающий, исполненный искренности, заботы и любви отрывок пусть послужит веским аргументом для пастырей, размышляющих над вопросом допустимости (или недопустимости) использования в душепопечении знаний психологии и психотерапии.

Роберт Дилтс, ведущий специалист одного из наиболее перспективных направлений современной психотерапии, повествует о случае исцеления своей матери от этого заболевания:

«Восемнадцать лет назад, в январе 1978 года, моей матери, Патриции Дилтс, впервые был поставлен диагноз рак груди. Ее оперировали, используя радикальную мастектомию, при которой ряд лимфоузлов и других тканей были удалены из тела. И, хотя операция сильно изменила ее, доктора сказали, что это — наилучший способ лечения, дающий им уверенность в ликвидации болезни. Спустя четыре года опухоль снова появилась в оставшейся груди и на яичниках. Костная пункция показала огромное количество метастаз практически в каждой кости. Доктора признали свою ошибку, когда говорили о ликвидации болезни, а также пришли к выводу, что на данной стадии они бессильны. Жить ей оставалось недолго.

Благодаря ее мужеству, готовности к самоисследованиям, любви к жизни и своей семье, моя мать сама взяла на себя ответственность за свое собственное здоровье [32] и произошло драматическое исцеление. Более двенадцати лет она продолжала поддерживать свое здоровье, не обращая внимания на симптомы и проявляя замечательные способности в борьбе с физическим недугом. Истории процесса этого выздоровления были посвящены мои семинары, лекции и книги... Ее пример вдохновлял многих больных людей во всем мире, помогая им найти свой путь к целостности.

Третьего декабря 1995 года моя мать умерла, прожив здоровую и хорошую жизнь. Из-за сложностей со здоровьем, на протяжении несколько месяцев она согласилась пройти рекомендованный доктором курс химической терапии и радиации. К сожалению, лечение мало помогло ей и к тому же было весьма болезненным. Это еще больше подорвало здоровье и практически привело к ее кончине. Уже приняв решение умереть, она перестала реагировать на внушения и вмешательства, бывшие ранее такими эффективными. Скорбя о смерти матери, я все-таки принял ее собственные пояснения, что она сделала все возможное в жизни, и готова к воссоединению с моим отцом (ушедшим от нас десять лет назад).

Несмотря на физические страдания, моя мать сохранила мужество и достоинство до самого конца и умерла, окруженная своей семьей и светом глубокой любви. И хотя последние дни были очень болезненными, было также много моментов необычайной красоты, счастья и вдохновения...

Люди говорят о физических симптомах, таких как рак или СПИД, будто они "обладают" ими, врачи же говорят о них так, будто они имеют разум и собственную волю. Говорят, что рак "вторгся" в тело и о том, как вирус СПИДа "дурачит" иммунную систему, используя тело человека. Я слышал, как онкологи говорили, что рак груди у разных людей имеет "свое лицо". У кого-то "более агрессивное", у кого-то "менее". Они говорят об этом так, будто это характерные признаки симптома. В рассматриваемом нами случае длительного истощения от метастаз рака груди, например, один из онкологов заметил моей матери: "Ваш рак вел себя в очень дружественной манере". Правильнее осознавать, что личность человека или способность исцеления воздействует на симптом, чем думать, что тело человека совершенно пассивно и "одержимо" симптомом. Как объяснил онколог, причина, по которой химиотерапия не помогла, была в том, что рак нашел способ "уклоняться" от лекарств. Моя мать пошутила по этому поводу: "Они говорят о клетке, как о чем-то особенном, что хитрее лабораторной крысы."

Эти типы убеждений определяют то, как мы достигаем исцеления. При ощущении умышленного вторжения внешнего и негативного намерения, например, мы чувствуем себя больными и разбитыми. Когда моя мать впервые обнаружила у себя метастазы рака груди и начала исследовать, что же она может сделать, чтобы реально помочь своему собственному исцелению, ее хирург сказал ей: "Все рассуждения о сознательно исцеляющей части - чепуха и от этого можно лишиться рассудка". Этот тип убеждений, может стать, как я называю это, "мыслительным вирусом". "Мыслительный вирус" - основа ограничивающего убеждения, которое мешает своим собственным или другим усилиям, направленным на исцеление или улучшение.

Такие "мыслительные вирусы" могут заразить мозг и нервную систему, так же как физический вирус заражает тело, или же компьютерный - компьютерную систему, приводя к беспорядку и хаосу. Для меня "мыслительные вирусы" отождествляются именно с такими вирусами. Это не законченная, связанная и органично поддерживающая огромные персональные системы и убеждения на пути к исцелению, идея. Это особая мысль или убеждение, которое может создать неразбериху или конфликт. Индивидуальные мысли и убеждения не имеют своей собственной "силы". Они оживают только в случае чьего-либо активного воздействия на них. Если человек пришёл к убеждению и направил свои действия в соответствии с особой мыслью - это означает, что он "оживил" убеждение; оно может теперь стать "самоосуществимо".

Чтобы было понятно, что я имею в виду, поясню. Моя мать прожила на двенадцать лет больше того срока, который отпустил ей доктор, потому что она не принимала некоторые его убеждения близко к сердцу. Доктор, у которого она работала, обещал при удачном положении дел примерно ещё два года жизни. Когда же он говорил со мной - речь шла о месяце или даже о неделе. Она перестала работать с доктором и прожила ещё много лет, совершенно свободной от каких-либо раковых симптомов. Через несколько лет, после того как моя мать бросила работать с доктором, он серьёзно заболел (хотя его болезнь нельзя сравнить с болезнью матери). Теперь он был ответственен за свою собственную жизнь. Позднее он убеждал жену покончить жизнь самоубийством вместе с ним или, возможно, хотел взять её с собой без согласия (ситуация трудноразрешимая). Почему? Потому что он верил, что его смерть реальна и неизбежна и не хотел "уходить неподготовленным".

Дело в том, что "мыслительный вирус" может привести к смерти так же легко, как и вирус СПИДа. Он может убить "хозяина" так же просто, как и причинить вред тем, кого этот "хозяин" заразил.

Хочу разъяснить, что говоря о докторе своей матери, я не имею в виду, что он какой-то плохой человек. Я думаю, он был хорошим врачом и честным человеком. Проблема не в нём. Проблема в "убеждении" и в "вирусе".

"Мыслительный вирус" невозможно убить, его можно только опознать и нейтрализовать от остальной системы. "Ограничивающие убеждения" и "вирусы мыслей" общаются между собой так же, как, например, тело — с физическим вирусом, компьютер - с компьютерным, т.е. путём распознавания вируса, не воспринимая его и не оставляя ему места в системе.

Я бы хотел закончить статью словами моей матери о её опыте исцеления. Далее я приведу несколько выдержек из монографий матери на пути к исцелению.

«Меня спрашивали, что я делаю, когда уже нет сил бороться. Это было в то время, когда я чувствовала себя хуже. В такие моменты я пыталась найти более лёгкий путь. Это что-то вроде старого "пучка моркови", заставляющего осла двигаться вперёд. Я думаю, это эпизоды физической слабости, но люди с серьёзными заболеваниями могут найти неисчерпаемые силы в себе, чтобы стать здоровыми. Если и есть какое-то совершенное средство - это поощрение.

Часто общество и даже наша физиология могут посеять негативные идеи в нашем мозгу. Роберт называет это "мыслительными вирусами". Эти мысли могут иметь хорошие намерения, но и могут оказать очень нежелательное влияние на уязвимые места больного. Однако я обнаружила, что "мыслительный вирус" может быть обращён и на моё выздоровление. Например, в начале моего процесса выздоровления один из врачей сказал, что мои усилия помогают моему исцелению как "мёртвому припарка", и что я просто могу сойти с ума. Вместо того, чтобы ответить доктору на его комментарий, который мог бы стать своего рода "вирусом", я искала "позитивные намерения" в его словах. Я верю, что его намерение было честным и открытым (в его понимании), и он не хотел, чтобы я обманулась. Я тоже этого не хотела и решила, что в самом деле будет глупо не утверждать жизнь и не использовать все доступные мне выборы. Я продолжала идти своим курсом, несмотря на его слова, веря в его глубокие и искренние намерения. Интересно, что после того, как он увидел улучшение, он изменил свои убеждения, стал для меня крепкой опорой и даже посоветовал "держаться подальше от врачей". В противовес "мыслительному вирусу" мы можем научиться ожидать определённые изменения позитивного поведения и запрограммировать себя на их достижение.

Попытка найти что-либо забавное в каждом случае - также эффективный путь в поддержке позитивного отношения и изменения "мыслительного вируса ". Моя семья и я обнаружили, что даже в наиболее неприятные моменты нашей жизни есть место для радости. Очень важно научиться смеяться над собой. Мне не помогало серьёзное восприятие. Если я смогу смеяться над страхом и над собой - жизнь обогащается новой и приятной перспективой. Моя выдержка и терпение укрепляются, если я могу найти что-нибудь забавное в неприятностях, с которыми все мы сталкиваемся ежедневно.

Я не боюсь мечтать о лучшем. Свежий воздух всегда оказывал на меня хорошее влияние, как и на других. От родителей я унаследовала связь с землёй и тем, что на ней растёт. Я всегда чувствую гармонию и удовольствие в родстве с природой моего сада. Столько можно познать, наблюдая за круговоротом жизни и природными соответствиями. Моя жизнь - мой сад, а цветы, которые я собираю для своего букета - мой опыт. С каждым днём я добавляю в него новые цветы.

Любознательность — другая важная часть моего желания жить. Я люблю учиться новому, и меня очаровывают как старые, так и новые открытия. Так много знаний, которые я должна исследовать и понять, что даже для поверхностного изучения надо много-много лет.

Один мой друг, доктор, сказал, что некоторые люди, только будучи серьёзно больными, научились заботиться о себе и, в конечном итоге, стали жить лучше. С моей точки зрения, он очень наблюдателен. Много больных неизлечимыми болезнями людей говорят о ценности каждого прожитого дня и даже о новой любви к ближним. Я думаю, что с каждым днём, который я выбрала для жизни, я становилась мудрее. Я использую слово "выбор", так как чувствую, что именно он имеет самое прямое отношение к продлению жизни. Мне нравится делать каждый следующий день лучше прежнего. Иногда просто достаточно посмотреть на небо и деревья, иногда помочь кому-то. Быть "нужным" — тоже повод. Даже обмен улыбками очень важен.

Не у каждого есть такая поддержка и удача, как у меня. Но мало-помалу, шаг за шагом... И однажды, оглянувшись, можно увидеть улучшение. Каждый шаг делает жизнь более ценной и каждое достижение делает её более привилегированной. Жизнь становится более осмысленной, когда мы принимаем в ней активное участие. Мы собираем наши сокровища на дороге под названием "опыт". А неприятности и проблемы могут стать полезными уроками, нашими собственными драгоценностями».[33]

Личные качества священника,
помогающие окормляемому
обрести ответственность

Выше уже было много сказано о том, что научить человека ответственности — одна из задач пастыря. Но как практически можно вылечить человека от безответственности или увеличить меру его ответственности? Как создать отношения, которые человек может использовать для обретения ответственного отношения к собственной жизни? Бесполезен любой подход, опирающийся исключительно на передачу теоретических знаний, того, что является предметом обучения. Обучить ответственности теоретически нельзя. Такие знания могут оказаться бесплодными и ничего не меняющими. Самое большое, что они могут дать — это какое-то временное понимание: «Вот, вроде бы я понял то, что батюшка мне рассказал», которое вскоре исчезнет и человек опять опустится на дно собственной безответственности.

Не менее непродуктивным видится жесткий подход: психологическое давление, запугивание, строгие рамки контроля, унижение под видом «смирения», подавление индивидуальности в подчиненном человеке, уничтожение личностного ядра и создание ощущения полной зависимости от руководителя или наставника, ведущего к полной неспособности принимать самостоятельные решения.[34]

На самом деле изменение происходит через опыт, во взаимоотношениях с пастырем, если, конечно, он сам живет ответственно. Если священник сможет создать определенный тип отношений с другим человеком, он обнаружит в себе способность использовать эти отношения для развития собственной ответственности и для личностного роста, и это вызовет определенные изменения. Суть такого подхода в том, что чем в большей мере пастырь искренен в отношениях с духовным чадом, тем более это помогает ему в личностном росте. Это значит, что священнику нужно научиться не только внешне, но и в глубине своего собственного сердца желать позитивных изменений в жизни и душевном устроении своего духовного чада.

Искренность в отношениях с духовным чадом включает в себя принятие человека таким, каков он есть, т.е. безоценочность. Отношения пастыря к духовному чаду могут быть только правдивые. Это очень важно. Только при создании реально значимых отношений другой человек может обрести полноту ответственности за себя и за свою жизнь в глубинах собственного «я».

И чем в большей мере пастырь принимает другого человека, чем больше пасомый ему по-человечески приятен и дорог, тем более он способен создать такие отношения, которые могут быть использованы чадом для принятия и осознания ответственности и для личностного роста.

Что имеется в виду под словом «принимает»? Принятие подразумевает под собой теплое расположение к человеку, как к имеющему безусловную личностную ценность. Ведь ценность человека не зависит ни от его нынешнего состояния, ни от проявлений его греховной природы, ни от его сегодняшнего поведения. Ценна личность сама по себе, поскольку несет в себе нетленную печать образа Божия.

Принятие означает, что конкретный обратившийся за помощью человек должен быть возлюблен пастырем, уважаем пастырем как личность, принят им как близкий, как родной. Только в случае, если духовник принимает и уважает весь спектр внутренних переживаний человека в данный момент, независимо от того, положительны эти переживания или отрицательны, противоречат личным представлениям и ценностям пастыря или нет, возможно совместное движение в сторону осознания и принятия ответственности, потому что есть фундамент: теплота и безопасность в отношениях и защищенность, проистекающая от любви и уважения.

Таким образом возникают так называемые помогающие отношения. Держатся, сохраняются они настолько, насколько у пастыря теплится внутреннее постоянное желание понимать человека. Только тогда, когда духовник понимает чувства и мысли, которые для «оценивающего» и «судящего» священника возможно покажутся такими «ужасными», такими «глупыми», сентиментальными или какими-то «истеричными», только тогда, когда он понимает их так, как понимает сам пасомый, и принимает их так же, пришедший человек чувствует в себе свободу исследовать все глубоко скрытые и укромные уголки своего внутреннего опыта.

Свобода  — необходимое условие любых взаимоотношений. В данном контексте под ней подразумевается свобода совместной духовной работы по исследованию себя на уровне сознательного и неосознаваемого, в определяемом самим человеком темпе. Имея поддержку в понимающем ближнем, которым становится пастырь, человек может ополчиться против своих негативных греховных страстей с твердой уверенностью, что в случае, когда произойдет встреча с чем-то тяжелым и непереносимым в себе, у него есть на кого опереться.

Помогающие отношения формируют как бы прозрачность со стороны пастыря, при которой видны реальные чувства священника. Ни в коем случае недопустимо прикрывать внешним фасадом симпатично улыбающегося батюшки нежелание или усталость от общения. Лучше сразу признаться в своей усталости. А еще лучше — попросить у Бога душевных сил, собраться, и искренне отдать всего себя без остатка пришедшему человеку. Ведь вполне возможно, что если он не получит сейчас того импульса понимания, за которым обратился сейчас, он больше никогда не придет с той же мерой решимости и надежды.

Когда такие отношения наступят, собеседник непременно их почувствует. Безусловно принимающие отношения значимы не только в рассматриваемом контексте, но и в любых иных человеческих отношениях. Имеются все основания предположить, что именно отношения безусловного принятия другого, являются эффективной и плодотворной средой для формирования ответственной личности.

Если родитель при общении с ребенком создаст подобный душевный климат, ребенок вырастет более самоуправляемой, ответственной, адаптированной к трудностям и зрелой личностью. В той степени, в которой учитель сумеет создать подобную атмосферу, ученик станет более самообучающимся, творческим, дисциплинированным, менее беспокойным, управляемым. Если управляющий или руководитель создаст такой климат в организации, его подчиненные станут более ответственными, творческими, более способными справляться с новыми проблемами, с ними будет легче сотрудничать.

Итак, обобщим сказанное выше. Если священник сможет создать отношения, характеризующиеся искренностью и прозрачностью его истинных чувств, теплым принятием и верой в пришедшего к нему человека, созданного по образу и подобию Божию, человека, который потенциально способен достичь духовных вершин, если пастырь при этом потрудится над своей душой, постаравшись понять, что же в ней мешает безусловному принятию другого, если сам духовник освободит свое сердце от самоуверенной гордыни для того, чтобы принять духовное чадо во всей его естественности, возлюбить его, то он со временем сформируется как более целостная личность, способная жить ответственно с пользой для других и в радость другим, более самоуправляемым и более твердым в достижении избранных жизненных целей, прежде всего в духовной жизни. Такой человек будет лучше понимать и принимать других людей, будет способен успешно и спокойно справляться со своими жизненными проблемами и в конце концов научится за все происходящее в жизни брать на себя ответственность.

Все вышесказанное справедливо и независимо от того, имеются в виду отношения пастыря и духовного чада, или отношения учителя и ученика, родителей и детей, оно распространяется на все человеческие отношения.

Бремена и бремя
ответственности

«Носите бремена друг друга и таким образом исполните закон Христов»,[35]призывает Апостол  Павел в Послании к Галатам. Этот стих иллюстрирует нашу ответственность за других. Часто бремена слишком тяжелы, чтобы их нести в одиночку. У некоторых людей нет достаточно сил, ресурсов или знаний, чтобы нести эту тяжесть. Если же мы делаем для других то, что они действительно не могут сделать для себя сами, то мы проявляем любовь Христову в этом мире. Ведь Он спас нас, сделал для нас то, что мы не в состоянии сделать сами для себя. В этом заключается ответственность перед кем-то.

С другой стороны, в этом же Послании говорится, что каждый понесет свое бремя, у каждого есть обязанности, которые должен и может выполнить только сам человек и никто другой. Это наше личное бремя, за них, кроме нас, некому отвечать. Есть вещи, которые за нас не сделает никто. Мы должны на себя принять ответственность за определенные аспекты своей жизни, которые составляют наше бремя.

В греческом первоисточнике слова «бремена» и «бремя» пишутся по-разному. Знание этого проливает свет на то значение, которое вкладывает Священное Писание в слова Апостола. Слово, переведенное как «бремена», в первоисточнике обозначает «излишнее бремя», или такое бремя, которое своей тяжестью подминает нас под себя. Такие бремена подобны камням, способным разрушить, раздавить нас. Нельзя требовать, чтобы мы несли такой камень в одиночку, он сломает нам спину. Нам нужна помощь.

В противоположность этому греческий вариант слова «бремя» означает ряд повседневных забот. Здесь подразумеваются вещи, которые мы должны делать для себя каждый день. Бремя повседневных забот подобно рюкзаку. Рюкзак нести можно. Предполагается, что каждый из нас будет нести собственный рюкзак, т.е. справляться с возложенными на нас Богом обязанностями,  разбираться в своих чувствах, налаживать отношения с людьми и корректировать свое поведение. Мы должны принять его, не взирая на то, что придется приложить определенные усилия, может быть, и немалые.

Вопросы самому себе

В конце мне хочется предложить уважаемым читателям подборку вопросов на ответственность. Это вопросы мог бы задать себе каждый, желающий узнать:

«Ответственный ли я человек?».

1.  Согласен ли я с тем, что сам отвечаю перед Богом и перед собственной совестью за все мои проблемы, за все, что бы ни случилось в моей жизни?

2. Принимая какое-то решение, думаю ли я прежде всего о том, согласно ли принятое с волей Божией?

3. Не пользуюсь ли я благословением, как средством, освобождающим меня от самостоятельного душевного труда?

4. По каким критериям окружающие могут догадаться, что я — христианин?

Проповедь христианства проявляется прежде всего во внешнем поведении, в словах, в устроении сердца. Я ответственен за то, чтобы имя Божие из-за меня не хулилось у язычников.

5. Не превращаю ли я причащение Святых Христовых Таин и другие Таинства в некий «магический» обряд (чтобы «успокоиться», чтобы «не болело», чтобы «все было хорошо»)?

Подобный магизм, укладывающийся во внешне вполне православные формы, является одним из проявлений построенной «под себя» духовности, о чем говорилось выше.

6. В чем я черпаю душевные силы, когда мне трудно?

7. Осознаю ли я реальность собственной смерти, вечности, готовлюсь ли к ним, или же гоню от себя «плохие» мысли?

8. Стремлюсь ли я к общению с Богом и людьми, или же всеми способами бегу от Него и от них?

9. Что останется после моей кончины? В день смерти смогу ли я ответить на вопрос: «Зачем я жил»?

10. Насколько легко соглашаюсь быть крестным отцом или крестной матерью другому человеку?

Иногда человек легко соглашается быть крестным и при этом не осознает совершенно никакой ответственности за своих крестников. Иногда человек чрезмерно избегает ответственности и говорит, что никому крестным отцом или крестной матерью не будет, потому что это слишком ответственно. Поэтому согласие быть крестным отцом или матерью может происходить как от ответственности, так и от безответственности.

11. Регулярно ли я посещаю храм, регулярно ли читаю молитвенное правило, опекаю своих крестников и тех людей, которые нуждаются в моей помощи, или только под настроение?

12. Если мне приходится что-то терпеть, всегда ли я делаю это с благодарением?

13. Способен ли я принять ответственность за все конфликты, нестроения и трагедии моей собственной личной жизни?

14. Трудно ли мне сосредоточиться на чем-либо, и с чем это связано?

15. Как часто я требую излишнего, повышенного внимания к собственной персоне и зачем я это делаю?

15. Что руководит мною чаще: здравый смысл или мои чувства и эмоции?

16. Как быстро я начинаю исправлять свое поведение, осознав собственную неправоту?

17. Продолжаю ли я стоять на своей точке зрения в конфликтной ситуации или способен пойти на компромисс, принятие которого было бы единственной возможностью для обретения мира в сложившейся ситуации?

18. Способны ли, и в какой мере, другие люди поверить мне и положиться на меня?

19. Стараюсь ли я понимать, что переживают и чувствуют другие люди относительно меня для того, чтобы не причинять боль, быть им в радость и утешение?

20. Влияет ли изменение обстоятельств или изменение отношений других людей ко мне на мои супружеские (или монашеские) обеты или родительские обязанности?

21. Ответственно ли я отношусь к своему здоровью, не разрушаю ли его вредными привычками?

22. Оказываю ли я помощь членам моей семьи (моего братства, моим сотрудникам по работе), когда они в этом нуждаются или предпочитаю оправдаться собственной занятостью и усталостью?

23. Справляюсь ли я со своей обязанностью хозяина (хозяйки) дома?

Об этом лучше спросить супруга (супругу).

24. Всегда ли в нашем доме есть завтрак, обед, ужин, чистая рубашка для мужа утром и т.д.?

25. В радость ли мне домашние заботы, или я все это «тяну» только для того, чтобы в доме не было скандалов?

26. Есть ли в нашем доме семейные традиции, совместные трапезы, семейные праздники, участвуют ли в этом дети, или же мы живем под общей крышей, словно чужие люди?

27. Как в нашей семье тратятся общие деньги? Не расходую ли я семейный бюджет по своему усмотрению и на свои надобности?

28. Беспорядок в нашем доме — следствие чего? Временное это явление или постоянное?

29. Помогаю ли я своим детям осознавать свою ответственность и развиваю ли в них это чувство, то есть даю ли им соответствующие задания, развивающие чувство ответственности и возможность выбора? Или же я научаю ребенка буквальному исполнению моих, родительских предписаний, лишая его возможности сформироваться зрелым и ответственным человеком?

30. Признаю ли я за своими детьми право  иметь свою личную жизнь?

31. Стараюсь ли я быть примером для подражания своим детям?

32. Будучи христианином, воспитываю ли детей своих христианами, или же считаю, что вырастут — выберут веру сами?

33. Учу ли своих детей любить Родину, воспитываю ли их заботниками, будущими родителями или же ориентирую их на ценности этого мира?

Глубинная ответственность не может вырасти в сердце, лишенном нравственного основания.

34. На что направлены мои приоритеты в заботе о детях — на их здоровье, умственное развитие, внешний вид или их душевное устроение? Будет ли для меня главной трагедией жизни, если мой ребенок не вырастет христианином?

35. Поддерживаю ли я регулярные сыновние (дочерние) отношения со своими родителями?

Если не поддерживаю, значит я грешу неблагодарностью, которая является плодом на дереве безответственности.

36. Где и как живут мои дедушки и бабушки, одинокие тети и дяди, просто наши знакомые старики? Сколько себя я отдаю им?

37. Не боюсь ли я открыть свою душу другому?

Другой для меня — это друг, или...

38. Насколько свойственны моему характеру капризы и амбициозность?

Об этом спроси у самых близких к тебе людей, тех, которые в настоящее время живут на одной с тобой жилплощади. Если же ты живешь один — у ближайшего круга знакомых людей. Только попроси их сказать об этом честно, пообещав, что не будешь закатывать истерики в ответ на их искренность. Ведь они знают, какой у тебя характер, и из опасения конфликтов могут не сказать тебе всю правду.

39. Насколько я осознаю то, что мое участие в жизни других людей, помощь другим людям способствует моему личностному духовному росту?

40. Болит ли моя душа о людях, почти потерявших образ Божий — пьяницах, бомжах, или я брезгливо отворачиваюсь от них? Как я помогаю им, когда они обращаются ко мне с просьбами?

41. Могу ли я говорить с людьми о моих чувствах, о своем отношении к ним, о своих желаниях, человеческих потребностях, интересах?

В большинстве случаев нежелание близких теплых отношений с другими людьми является следствием нежелания взять на себя ответственность за возникновение новых отношений. Безответственность — матерь душевного одиночества человека.

42. Способен ли я ответить любовью на любовь другого человека?

43. Могу ли я продолжать разговор в поисках взаимопонимания в решении порученного мне дела даже тогда, когда наталкиваюсь на глухое молчание и непонимание, неприятие?

44. Оправдываю ли я себя, когда явно понимаю, что не прав?

Самооправдание является качеством, порожденным безответственностью. Необходимо определенное мужество для того, чтобы принять на себя ответственность за случившееся и признать это открыто.

45. Уважаю ли я взгляды других людей на те или иные жизненные проблемы или я считаю, что самые правильные только мои?

Это вопрос на самом деле о том, умею ли я строить ответственные отношения с другими людьми, которые невозможны без уважения взглядов и ценностей человека.

46. Принимаю ли я во внимание благополучие других людей, когда принимаю или претворяю в жизнь какие-то свои решения?

47. Как конкретно я проявляю благодарность по отношению к тем людям, которые способствовали, способствуют моему духовному и личностному росту — учителям, родителям, духовным наставникам?

Неблагодарность — одно из проявлений безответственности.

48. Осознаю ли я ответственность за всех, кого приручил?

50. Почему я иногда (или нередко) опаздываю?

51. Часто ли я кого-то о чем-то прошу?

Прошу ли? Может быть, требую? Или ставлю человека в такое положение, что ему просто неудобно или невозможно отказать? Или не прошу вообще никогда, боясь зависимости от других?

52. Требую ли я от других людей исполнения данных мне обещаний?

Это черта характера по преимуществу свойственна людям, которые необязательны в отношении собственных обещаний.

53. Принимаю ли я подарки, и с каким расположением сердца? Считаю ли, что обязан отдариваться?

54. Чем я жертвую для ближнего? Или же я только желаю и жду жертвы от него?

55. Кто виноват в том, что я до сих пор не решил свои домашние проблемы (не починил кран на кухне, не начал регулярно посещать храм, исполнять свое молитвенное правило, не приступил к проверке домашнего задания у детей, нет времени в воскресный день с ними погулять, не могу отлипнуть от телевизора, начать читать святоотеческие книги)?

56. В какой мере я пытаюсь работать над своими греховными привычками, преодолевать их?

57. Как часто я поступаю по принципу: “Если нельзя, но очень хочется, то можно“?

58. Насколько ответственно я отношусь к своему рабочему времени или ко времени, отведенному на послушание (если живу в монастыре), которое отводится мне на конкретный день?

Ответственность и целеустремленность, как уже упоминалось — это ветви, находящиеся на древе человеческой  совести. Ответственный человек — это всегда человек совестливый. А человек совестливый относится по совести к тому, что окружает его и что происходит с ним и в нем.

59. Насколько часто я забываю то, что мне поручается?

Наша забывчивость обычно следствие того, что мы безответственно относимся к тем просьбам, пожеланиям, распоряжениям, которые нам даются, находя что-то свое (что мы, если и забываем, то гораздо реже) более важным.

60. Насколько я готов целеустремленно заниматься теми делами, которые предлагает мне жизнь?

Иногда — это дела по уборке дома, иногда производственные дела. Человек безответственный делами развлекается. Он пытается превратить жизнь в сплошной праздник. Это в значительной мере сказывается на результатах.

61. Насколько добросовестно я выполняю порученное мне дело и всегда ли отношусь к работе с должным старанием? Переделываю ли я свою работу, если вижу в ней брак, или считаю, что и так сойдет?

62. Как соотносятся друг с другом мои увлечения и мои обязанности?

Именно в силу вполне безответственной установки относительно того, что обязанности — это нудная тягомотина, от которой надо поскорее отделаться, чтобы взяться за «любимое дело», рождается любимая дочь безответственности — халтура.

63. Способен ли я, делать неприметное, тяжелое дело на благо других (в семье, монастыре), не ожидая за это похвалы и благодарности?

64. Как часто я откладываю на завтра то, что можно сделать сегодня?

65. Есть ли у каждой моей вещи свое постоянное место? Как часто я теряю вещи в своем доме и даже в своем кармане или сумке? Много ли у меня лишних вещей и как я избавляюсь от них?

Кто-то из старцев последнего времени сказал, что наш ближний — это зеркало, в котором — наше отражение. Именно поэтому добрый человек видит всех добрыми, гордому кажется, что все только и пытаются задеть его самолюбие, злой видит всех агрессивными, унылому кажется, что и сама природа унывает... безответственный в этом тексте узнал очень многих людей... почти всех, кроме себя.

66. Осознаю ли я, что полезное не всегда должно быть приятным?

67. Тружусь ли я, когда это необходимо, но кажется, что «нет больше сил», или тотчас, почувствовав легкое недомогание, отправляю себя, любимого, на больничный?

68. Не заводил ли я собак, кошек, других животных, но затем, когда они переставали быть живой игрушкой и требовали заботы, просто выбрасывал их на улицу?

69. Стремлюсь ли я сделать мир вокруг меня добрее и прекрасней или же я привык только пользоваться окружающими меня дарами Божиими и человеческим теплом?

70. Каялся ли я в своей безответственности на исповеди?

К сожалению, от православных людей очень редко приходится слышать покаяние в том, что «я безответственно отношусь к своему рабочему времени на работе, безответственно отношусь к своим обязанностям мужа, жены и родителя, безответственно транжирю время на пустое вместо того, чтобы заниматься своим духовным ростом и своими текущими жизненными обязанностями». А без этого осознания — как двигаться дальше?

Дорогой мой читатель!

Я благодарен тебе за то, что ты все-таки дочитал эту книгу до конца.

Если предложенные размышления заставили тебя задуматься о значении ответственности в человеческой жизни, я буду считать свою задачу исполненной.

Если ты, воодушевившись предложенными идеями, переосмыслишь свое отношение к Богу, к ближним, к самому себе и поручаемым тебе делам, не сомневаюсь, что окружающие вскоре заметят в тебе значительные перемены. Ты и сам заметишь перемены в отношениях других людей к тебе, если перед Богом глубинно осознаешь ответственность за свою жизнь, обретешь решимость не халтурить, будешь стараться контролировать свои эмоции, страсти, настроения, воспитывать свои желания.

Поскольку впечатления от прочитанного еще свежи, начни использовать полученные знания об ответственности прямо сегодня, используй их каждый день, при любой возможности. Сегодня, и завтра, и послезавтра, и в течение месяца, а затем и года к любому маленькому или большому поручаемому делу отнесись не так как вчера.

Попробуй творчески переосмыслить все «скучные и нудные» жизненные требования, те маленькие повседневные дела, серые и незаметные, которые так не хочется делать, от которых так хочется убежать. Если к таким «совершенно скучным вещам» как мытье посуды, уборка в доме, стирка белья сегодня ты отнесешься более ответственно, то уже завтра ощутишь в них большую глубину, большую радость жизни и что-то неизъяснимое и необычное, о чем не хочется говорить для того, чтобы не потерять...

Тебе откроется и радостное осознание того, куда и как двигаться дальше. Ты с большей легкостью устремишься к жизни благодатной, к жизни, исполненной смысла и духовной радости, произрастающей из ответственного отношения к тем бесконечным «надо», «могу» и «хочу», которые выдвигает сам факт нашего появление в этом прекрасном Богозданном мире.

В добрый путь!

Послесловие

Если, желая оправдать себя, я объясняю свои беды злым роком, то я подчиняю себя злому року. Если я приписываю их измене, то я подчиняю их измене. Но если я принимаю всю ответственность на себя, я тем самым отстаиваю свои человеческие возможности. Я могу повлиять на судьбу того, от чего я неотделим. Я — составная часть общности людей.

Антуан де Сент-Экзюпери

Литература:

Библия. Книги Священного Писания  Ветхого и Нового Завета. Изд. Московской Патриархии, 1988 г.

Требник, часть 1. Издание Московской Патриархии, 1988 г.

Сочинения епископа Игнатия Брянчанинова. Аскетические опыты, т. 1.

И.А. Ильин. Аксиомы религиозного опыта. М., «Рагогъ», 1993 г.

Ю. Алешина. Индивидуальное и семейное психологическое консультирование. НФ Класс, 1999 г.

В. Клайн. Воспитание с любовью и логикой. Издание ЦОЦ, 1995 г.

К. Роджерс. Становление человека. Изд. Группа Прогресс, 1998 г.

К. Сельченок. Словарь житейских проблем. Минск, 1999 г.

Г. Сартан. Тренинг самостоятельности у детей. "ТЦ Сфера", М., 1999 г.

И. Ялом. Экзистенциальная психотерапия. НФ Класс, 1998 г.

Вестник современной практической психологии, № 5, 1999 г.



[1] Иеромонах Илларион (Алфеев). Православное Богословие на рубеже столетий, стр. 374.

[2] Архимандрит Софроний (Сахаров). О молитве, стр. 101.

[3] 3 Царств, 19; 12.

[4] Протоиерей Владимир Воробьев. Покаяние, исповедь, духовное руководство, стр. 43.

[5] И.А. Ильин. Аксиомы религиозного опыта, «Рагогъ», 1993 г., стр. 55.

[6] Психология от греч. «психе» — душа, «логос» — слово; психотерапия от «психе» — душа, «терапос» — забота.

[7] И.А. Ильин. Аксиомы религиозного опыта. М., «Рагогъ», стр. 56.

[8] Фил. 4, 13.

[9] О научении ребенка умению делать правильный выбор подробно рассказано в книге священника Анатолия Гармаева «Психопатический круг в семье» в главе «Родительские Правила».

[10] «Но Страшный Суд не есть ли встреча с Богом?», — произнес один поэт.

[11] И.А. Ильин. Аксиомы религиозного опыта. М., «Рагогъ», стр. 56.

[12] Называемое на языке психологии «компульсивное».

[13] На самом деле ничего подобного здесь не происходит. Под послушанием многие подразумевают чувство защищенности, осознание того, что духовник о тебе заботится, предположение, что если ты не помолишься, то духовник это сделает за тебя и т.п. Но стоит духовнику начать указывать на подлинные грехи и недостатки человека, поднимется буря возмущения, обиды, негодования...

[14] Ин. 15, 12

[15] Предвижу ропот возмущенных мам и пап! Дорогие родители! Сказанное имеет смысл в определенных контекстах. Родительская мудрость, желающая блага ребенку, подскажет вам, как благоразумнее поступить в вашей ситуации. Но если все же вы решите, что лучше «спасать», бежать на помощь, посмотрите на ситуацию в контексте этого предостережения.

[16] Один из последних случаев из пастырской практики. Юноша двадцати лет, постоянно упрекаемый своими родителями тем, что он сидит у них на шее, да еще и постоянно приводит в дом свою подругу, с которой не спешит вступать в юридически оформленный брак, после очередного конфликта уходит из дому, оставляя записку. Родители-«спасатели» кидаются на поиски, чтобы немедленно вернуть сына под крышу отчего дома! Но у молодого человека хватило благоразумия не оставить координаты своего местопребывания. Через полтора месяца он нанес визит своим родителям, прежде всего попросив прощения за все нанесенные им огорчения, затем сообщив, что снимает квартиру, в которой живет со своей подругой, устроился на работу, чтобы самому зарабатывать себе на жизнь.

Представляете, чем бы все закончилось, если бы родителям удалось разыскать его и вернуть домой? Тем, что все вернулось бы на круги своя. В этом случае понятия об ответственности у родителей оказалось значительно меньшими, чем у сына, решившего самостоятельно удовлетворять свои жизненные потребности.

[17] Я специально обращаю внимания на авторов последнего времени, тех, которые ближе всех к нашим жизненным реалиям.

[18] Из недавней беседы с одним знакомым священником: «На днях ко мне за советом приехала женщина, регент одного из московских храмов. Смущенно улыбаясь, она рассказала мне свою историю. Несмотря на то, что разрешение ее вопроса казалось, на первый взгляд, довольно несложным, слово пастырского совета как-то не давалось мне, а говорить от ума не хотелось. Я честно признался ей в том, что не знаю, что ей и посоветовать... Когда мы уже закончили беседу, она, как бы между прочим, поведала, что за пять лет своей жизни в Церкви успела разочароваться в четырех духовниках. Согласись я на ее уговоры, мне была бы уготована участь пятого».

[19] Самый недавний случай. Безотказный парень, отличный семьянин, образцовый сын и внук, ответственный и ценимый начальством работник оказался на грани нервного срыва. Многочисленные родственники, дяди, тети, племянники, бабушки и дедушки, пользуясь его безотказностью, все больше и больше нагружали его просьбами о помощи в решении собственных бытовых проблем. Желая оставаться «хорошим родственником», он продолжал выполнять их просьбы и требования, полагая, что «если не он, то кто же?» В результате человек оказался на грани отчаяния, срыва и разочарования в жизни. Весь мир оказался окрашенным в мрачные тона. Причина такого состояния была осознана и принята как таковая не сразу: неумение сказать «нет», желание «быть хорошим», переоценка собственных сил. Но с каким трудом преодолевалось убеждение о том, что все дело не в его желании быть для всех хорошим, а в их постоянных требованиях помощи и заботы.

[20] Кстати, для безответственного человека характерно то, что он хорошо помнит все, сказанное по отношению к нему другими людьми, и обязывает их относиться к сказанным ими словам ответственно. Ему знакомо слово «ответственность». Но по отношению к другим, а не к себе.

[21] Знакомый психотерапевт рассказывал о своей работе с пациенткой, заболевшей раком. Одной из существенных составляющих, спровоцировавших ее заболевание был многолетний страх заболеть этой болезнью. Другими словами, она представляла себя заболевшей раком, накладывала на эту «картинку» свой страх и таким образом постепенно шла к тому результату, который получила до своего прихода к доктору. Наши убеждения чрезвычайно сильно влияют на наше душевное устроение и даже физическое состояние.

[22] Нередко приходилось слышать, как на предложение духовника стать более уступчивым, мягким, послушным некоторые не в меру ревностные люди отвечают отказом «участвовать этом в человекоугодии». Причина подобной псевдодуховной ревности одна: нежелание что-то менять в себе, ведь это означает признать неправоту своей жизненной позиции, а это для человека гордого непростая задача.

[23] «Пастырская помощь душевнобольным». Изд. «Свет Православия», 1999 г.

[24] Б. Кейд. В. Хэнлон. Краткосрочная психотерапия. Изд. НАПП, 1998 г.

[25] Для краткости я буду употреблять «братия», «братство», подразумевая также «сестер» и сестричество».

[26] В психологии эта проблема называется сиблинговым соперничеством.

[27] Послушание — от «вслушиваться», «слушать».

[28] Смирение — от «мир», «мирность».

[29] Работа по преодолению алкогольной зависимости — труд многолетний, требующий определенных усилий как со стороны врачей, так и со стороны выздоравливающих людей, желающих освободиться от зависимости. На труд по каждому из Шагов требуется по несколько месяцев, а то и лет... Отрадно наблюдать, что именно Двенадцатишаговая Программа, ориентированная на духовный рост и духовные ценности, приобретает сегодня все больший охват. Приведем здесь эти Шаги:

1. Мы признали свое бессилие перед алкоголем, признали, что наша жизнь стала неуправляемой.

 2. Пришли к убеждению, что лишь Сила, более могущественная, чем наша собственная, может вернуть нам здравомыслие.

 3. Приняли решение вверить нашу волю и нашу жизнь Богу.

 4. Произвели глубокое и бесстрашное исследование своего поведения.

 5. Признались перед Богом, перед собой и перед другим человеком в сущности своих ошибок.

 6. Полностью подготовились к тому, чтобы Бог избавил нас от всех наших отрицательных черт характера.

 7. Смиренно попросили Его устранить все наши изъяны.

 8. Составили список тех, кому мы причинили зло, и приготовились возместить им всем нанесенный нами ущерб.

 9. Лично возместили ущерб всем этим людям, где это было возможно, кроме тех случаев, когда такое возмещение принесло бы вред им или кому-либо другому.

 10. Продолжали критически наблюдать за своим поведением, и когда ошибались, то своевременно признавали это.

 11. Старались путем молитвы и размышления углубить наш сознательный контакт с Богом, как мы Его понимаем, молясь о знании Его воли для нас и о силе для исполнения этой воли.

 12. Достигнув духовного пробуждения в результате выполнения этих Шагов, мы старались делиться таким опытом с другими алкоголиками и применять эти принципы во всех наших делах.

[30] Сведения о взаимосвязи заболеваний и их психической составляющей, упомянутые в этой главе, взяты из книг известных специалистов в области психосоматики С. Ковалева, К. Тепепервайна, О'Коннера.

[31] Приведенные здесь взаимосвязи верны в случае, если болезнь носит психосоматический характер (а это 80% от общего числа заболеваний).

[32] Подчеркнуто мной — и.Е.

[33] Роберт Дилтс. Ментальные карты, мыслительные вирусы и здоровье.

[34] Не иначе как следствием извращенного нравственного чувства можно охарактеризовать восхищенный рассказ послушника одного из современных крупных монастырей: «У нас наместник всех держит в строгости. Идет по монастырю — все по углам. Если кого встретит — прицепится за ерунду, будешь виноватым во всем... Даже иеромонахов смиряет. Всегда найдет к чему придраться. Чуть что — сто поклонов, а то и двести. Зато порядок!». Можно только предположить, как будет вести себя этот юноша, если сам (не дай Бог!) достигнет настоятельской должности.

[35] Гал. 6, 2.

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова