Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь

НОВГОРОДСКИЙ АРХИЕПИСКОП ФЕОДОСИЙ

(1542–1551; †1563)

Кунцевич Г. Феодосий, архиепископ Новгородский (1491–1563) (Его “Житие”). СПб., 1900.  14 стр. Отд. отт. из "Jaresbericht der Reformierten Kirchenschule fur 1899-1900.

Архимандрит МАКАРИЙ (ВЕРЕТЕННИКОВ)

НОВГОРОДСКИЙ АРХИЕПИСКОП ФЕОДОСИЙ

(1542–1551; †1563)

 

"Альфа и омега", № 3(25) 2000

http://ao.clcp.ru/arch/025/025-mak.htm

В последовательном ряду святителей древнейшей Новгородской кафедры мы видим знаменитых иерархов, потрудившихся на поприще миссионерства, духовного просвещения, иконописания, борьбы с ересями и т. д. Наиболее известным иерархом XVI века в Великом Новгороде был архиепископ Макарий (1526–1542), ставший затем Всероссийским Митрополитом (1542–1563; пам. 30 дек.). В рукописном Житии святителя Макария сразу после сообщения о его интронизации говорится следующее: “И сам нача свое стадо пасти и озирати и поучение простирати, по всей Росийской земли и по градом архиепископов и епископов поставляти и им повеле блюсти свою паству, им же имена поставленным от него: тоя же весны месяца июня постави в Новград во архиепископы Феодосия игумена Хутынского, на Коломну — епископа Феодосия, в Суздаль — епископа Иону Собина, на Крутицы — епископа Саву, на Вологду — епископа Киприана, в лето ж 7057 году в Суздаль — епископа Трифона, в Ростов — епископа Никандра, в лето ж 7059 в Новград — архиепископа Серапиона Курцова, на Рязань епископа Михаила” [1]. Таким образом, мы видим, какое важное значение придает Житие Первосвятителя вопросу замещения им вдовствующих архиерейских кафедр.

Первым иерархом, посвященным Митрополитом Макарием, был архиепископ Феодосий [2], ставший преемником святителя Макария по Новгородской кафедре. Он был почти на десять лет моложе Первосвятителя, родившись около 1491 года. В одной летописи говорится, что архиепископ Феодосий был “Семеновский человек Воронцова” [3]. Семен Иванович Воронцов “был выдающимся человеком своего времени. С 1493 по 1516г. он принимал участие как воевода во всех походах этих лет, занимая места среди крупнейших представителей титулованных и нетитулованных фамилий. Боярство он получил в 1504 г. сразу, минуя окольничество, и умер в 1517 или 1518г.” [4]. А.Зимин уточняет дату его кончины — “около 1521/22 г. (до мая 1522)” [5].

Таким образом, после кончины С. И. Воронцова в 1522 году, будущий святитель в тридцатилетнем возрасте был принят в число братии Иосифо-Волоцкого монастыря, где он подвизался около восьми лет [6]. За эти годы он принял монашество с именем Феодосия [7]. Позднее князь Василий III посылает “из Осифовы пустыни инока Феодосия, клирика чином” в 1531 году в Великий Новгород к архиепископу Макарию, чтобы он поставил его настоятелем Спасо-Хутынского монастыря. Великий князь особо чтил преподобного Варлаама Хутынского (†1192; пам. 6 нояб.), и в этом назначении видится его забота о монастыре и личное расположение к “иноку Феодосию”, как его называет летописец. “…И боголюбивыи архиепископ Макарии <...> постави сего смиреннаго инока Феодосия по священному чину в черньцы и в подьяконы и в дьяконы и сверши в попы, таже и сановную молитву над ним глагола, еже достоит игуменом, в соборней церкви светеи Софеи в Великом Новегороде, на праздник Введения святии Богородици месяца ноября в 21 день; и поучив доволно о духовных, еже прибывати в посте и в молитвах и в бдениих и во всяких добродетелех, и попечение имети о свем спасеном стаде, елико Бог подаст и во обитель посла Боголепнаго Преображения” [8].

В следующий раз имя будущего Новгородского владыки появляется в летописи в связи с сообщением о возжегшейся свече у гробницы преподобного Варлаама. Часть свечи затем по благословению святителя Макария была послана в Москву Великому князю Василию III [9]. Спасо-Хутынский игумен особо чтил Московского князя, “твердаго и крепкаго столпа, пастыря и учителя, праведнаго царя, инока Варлаама, и наставляющаго и окормляющаго все свое стадо ко спасению духовному” [10]. Так писал игумен Феодосий в 1533 году в связи с кончиной Великого князя.

В Житии преподобного Варлаама говорится также и о других чудесах, совершавшихся в настоятельство игумена Феодосия у его святых мощей [11]. Возможно, при нем в Хутынском монастыре произошло также исцеление Пантелеимона, внука племянника святителя Геннадия Новгородского (1484–1504; †1505; пам. 4дек), когда архиепископ Макарий совершал традиционный крестный ход в Хутынский монастырь на праздник апостолов Петра и Павла [12].

Игумен Феодосий заботился о монастырском благолепии. Уже на следующий год его настоятельства на праздник Покрова был слит колокол для обители [13]. Далее из летописи мы узнаем, как 11 апреля 1535 года было начато строительство в Хутынском монастыре нового здания храма святого Григория, Просветителя Армении. Через год на праздник Преображения новый храм освятил “сам благолюбивый архиепископ со честным игуменом тоя обители Феодосием”. Ниже в летописи говорится: “А строитель церкви тое святаго Григория Великия Арменья тоя же обители игумен Феодосии” [14]. Не сохранившийся до наших дней храм — образец русской шатровой архитектуры XVI века [15].

О его хозяйственной деятельности свидетельствует запись в Писцовой книге Обонежской пятины Великого Новгорода, составленной уже после кончины архиепископа Феодосия. В Ивановском погосте на Волхове находились вотчинные деревни Спасо-Хутынского монастыря и среди них деревня Толстиково. “…И ту деревню бывшей игумен Феодосей розвозил [16], а в ней обжа. И на той обежной земли [17] бывшей игумен Феодосей поставил мелницу, а на той обежной земли учинил пашню монастырскую, сеют в поли ржи шесть коробей новую, а в дву по тому ж, сена косят в поле дватцеть копен, а мелница мелет четырмя колесы в вешнюю воду и в осеннюю. А земля на той пашне добра” [18].

О близости Хутынского игумена к владыке Макарию свидетельствует его грамота, написанная в 1535 году в Москву вслед отбывшему туда архиепископу. В нем он пишет: “Государю преосвященному отцу нашему архиепископу крайнему святителю Богоспасаемых градов Великаго Новагорода и Пскова владыце Макарию Всемилостиваго Спаса и Его угодника чюдотворца Варлаама Футыня монастыря твой нищей грешный чернец Феодосей священники з братиею челом бию” [19]. Он просил отбывшего владыку спешно возвратиться для умирения в Новгороде.

Последним известным событием настоятельского периода является известие о том, что игумен Феодосий в 1539 году был в числе кандидатов на Всероссийский престол, когда был поставлен Митрополит Иоасаф (1539–1542; †1555; пам. 27 июля). И “избраша во Святейшую Митрополию Киевскую и Владимерьскую и всея Росии: Чудовьскаго архимандрита Иону, Троецкого игумена Иоасафа, Хутыньского игумена Феодося из Великаго Новаграда; и запечаташа вдаша архиепископу (Макарию — а.М.), он же доволно помолився отверзает <...> и тако нарицает Митрополита единаго от триех тех имен…” [20].

После избрания архиепископа Макария в 1542 году на Первосвятительский престол Новгородская кафедра стала вдовствующей, и первый архиерей, рукоположенный Митрополитом Макарием, был поставлен в Великий Новгород. Преемником Святителя стал архиепископ Феодосий. В Житии архиепископа Феодосия говорится: “А на игуменстве в честнем монастыре Боголепнаго Преображениа Господа Бога и Спаса нашего Исуса Христа на Футине <...> бысть 16 лет” [21]. В новгородской летописи добавлено: “…и взяша с Хутыни честно” [22]. Обстоятельства его избрания на архиерейскую кафедру наиболее полно изложены в Постниковском летописце: “И в Новгород на владычество Митрополит жеребьевал о чюдовском архимандрите о Ионе да о хутынском игумене о Федосье. И остался жеребей на престоле хутынского игумена, того Митрополит и в архиепископы приговорил совръшити и совръшил его в том лете в мае” [23]. Никоновская летопись так говорит о его архиерейской хиротонии: “Тоя же весны, июня 18, в неделю 2 Петрова поста, поставлен Макарием Митрополитом архиепископ Феодосий Великому Новугороду и Пскову, игумен с Хутыни монастыря Великого же Новаграда” [24]. Интронизация Митрополита Макария была совершена в марте. Таким образом, можно думать, что Хутынский игумен сопровождал святителя Макария в Москву не только в 1539 году, но и в 1542, однако теперь один из них был поставлен главой Церкви, а другой — во главе древнейшей епархии на Руси.

Еще до отъезда новопоставленного архиепископа Феодосия в Великий Новгород состоялась хиротония Коломенского владыки Феодосия (1542–1555), так как эта кафедра в то время вдовствовала [25]. Очевидно, это единственная архиерейская хиротония, в которой участвовал Новгородский архиепископ Феодосий [26]. Летописец говорит о прибытии владыки Феодосия на свою кафедру: “И приеха в Великий Новгород и сяде на своем ему престоле в Софеи Премудрости Божии, и нача учити люди своя и беседовати к народу повестми многими” [27].

В своей архипастырской деятельности новый владыка продолжал труды своего предшественника. И Митрополит Макарий поддерживал с ним постоянные и тесные отношения, посылая различные грамоты. Их послания частично сохранились, некоторые не дошли, но их содержание восстанавливается из других документов. Архиепископ Феодосий обращался 24 февраля 1543 года к Псково-Печерскому игумену Корнилию (†1570; пам. 20февр.): “Писал к нам пресвятейший господин и государь отец наш Макарий, Митрополит всея Руси, о вашем вкладчике о старци о Саватеи, что деи он был у вас в монастырских службах с мирскими людьми да впал деи в великии грехи, да о том деи он в своем согрешении приходил к тебе игумену Корнилию бити челом и плакатись, и ты деи его на покояние не принял; и ныне того старца Саватея господин и государь отец наш Макарий, Митрополит всея Руси, прислал ко мне архиепископу, а велел мне его послати к вам в Печерский монастырь” [28].

В 1546 году архиепископ Феодосий торжественно, с крестным ходом встречал в Великом Новгороде Великого князя, приезжавшего на богомолье [29]. А в 1547 году в истории Руси произошло важнейшее событие — впервые был венчан царским венцом Русский Государь. Это деяние совершил Митрополит Макарий, который затем произнес торжественное поздравление Иоанну Грозному. В составе Хронографа 1599 года сохранилось митрополичье послание архиепископу Феодосию, в котором говорится, что “благоверныи и Христолюбивыи и Богом венчанныи царь и государь <...> учинися на своем государстве на великом княженстве совершенным великим царским поставлением <...> помазан святым Миром <...> Венчан же бысть святыми бармами и царским венцем” [30].

Середина XVI века — эпоха новых чудотворцев, прославления и почитания русских святых, вызванная прежде всего трудами святителя Макария, что нашло отражение и в деятельности Новгородского архиепископа Феодосия. В 1545 году при нем было составлено Житие преподобного Александра Свирского, причем еще до его канонизации [31]. А через два года святитель Макарий послал грамоту архиепископу Феодосию, сообщая ему о Соборе, на котором было совершено прославление русских святых [32]. Среди канонизованных святых был Новгородский чудотворец — святитель Иоанн (†1186; пам. 7 сент.). Он был погребен в Софийском соборе в приделе Пророка Иоанна Предтечи. В связи с его общерусской канонизацией архиепископ Феодосий предпринял ремонтные работы в приделе, были устроены контрфорсы с северной стороны Софийского собора [33]. При этом “ чудотворца Иоанна написал, да и гривны золотые и серебрены к образу чудотворцеву приложил <...> У гроба чудотворцова свещу негасимую поставил” [34]. Вместе с этим произошло открытие мощей святителя Иоанна (†1186; пам. 7 сент.), в связи с чем по благословению владыки Феодосия была изготовлена рака для его мощей [35]. При нем начинается почитание праведного Иакова Боровичского [36]. В 1549 году Новгородский архиепископ был в Москве на двух Соборах; на одном из них была продолжена канонизация русских святых [37].

В это время мощи преподобного Сергия Валаамского (†1353; пам. 28 июня) были перенесены из Великого Новгорода на Валаам. Валаамский игумен Пимен испросил на это благословение у Новгородского владыки. “Не дерзну же архиепископ сего особе сътворити, но паче Пресвященному и великому Митрополиту и всему святому събору въсписует, и прежереченнаго игумена Пимина тамо посылает”. В Москве он встречается со святителем Макарием, который благословил валаамскому настоятелю это благое начинание. “Писание съборное по совету светлейшего Христоименитого царя Иоана он преосвященный Митрополит архиепископ въсписует, да мощи преподобного великаго Сергиа с честию яко же достоить в създанную от него обитель отпустит” [38].

Архиепископ Феодосий продолжал труды своего предшественника. В 1548 году он написал послание духовенству «Водской пятины, в котором он предписывал искоренять все еще имевшиеся там языческие моления и обряды. Как и архиепископ Макарий, Владыка Феодосий послал туда софийского священника Никифора и “двух детей боярских” со строгим наказом упразднять язычество так же, как ранее это делал священник Илия» [39]. Год спустя в Новгороде разобрали деревянную “диачию избу” и в земле нашли при этом захоронение из двенадцати невредимо сохранившихся тел. Летопись сообщает нам, что владыка Феодосий обратился со своим недоумением к Первосвятителю: “Хоронити ли телеса их, или не хоронити? И царь и Митрополит повеле телеса их собором всем проводити: а архиепископ Ноугородский повеле всем гражданом собиратися, проводити телеса умерших <...> и стекошася все граждане на погребение, велицы и малии, и проводи их на новом месте, за олтарем Святыя Софиа месяца мая 24” [40].

А. Голубцовым издано описание Богослужений, совершавшихся при архиепископе Феодосии в Софийском соборе в Новгороде [41]. Сохранились материалы Софийских приходо-расходных книг, в которых отражена повседневная деятельность Новгородского владыки и его финансовые расходы [42]. Простирая свое архипастырское попечение о монастырях обширной епархии, владыка Феодосий посвятил в 1545 году в Спасо-Преображенский монастырь на Соловках игумена Филиппа, будущего Всероссийского Митрополита [43].

В декабре 1550 года Новгородский святитель выехал в Москву [44]. Затем в январе-феврале он участвует в заседаниях Стоглавого Собора [45]. Важнейший Собор Русской Церкви XVI века созван с целью исправления различных недостатков. Он внес вклад в развитие духовного просвещения на Руси. “…Участие выдающихся деятелей духовной культуры в Стоглавом Соборе 1551 г. и определило принятие им прогрессивных постановлений, закреплявших практику обучения грамоте и книгописания, уже существовавшую в И(осифо)-В(олоколамском) и отчасти в других монастырях” [46].

После Собора, как говорится в Псковской летописи, “царь и Великий князь Иван Васильевич свел с Новгорода архиепископа Феодосия”, и он ушел на покой в место своего пострижения — Иосифо-Волоколамский монастырь [47]. Новгородская летопись добавляет: “…и держал престол в Великом Новегороде у Софии Премудрости Божии полдевята года” [48].

Волоколамский монастырь — выдающийся центр русской культуры и книжности [49]. В нем получило воспитание множество иноков, ставших затем епископами Русской Церкви. Эта обитель известна богатейшим собранием рукописей, многие ее насельники были писцами и авторами. Среди них важное место занимает Новгородский архиепископ Феодосий. От него сохранилось более двадцати посланий, написанных к Митрополиту Макарию, царю, боярам, духовным лицам и др. [50]. Известна жалованная грамота Новгородского архиепископа Феодосия крестьянам Юсковской волости Обонежской пятины, построившим у себя храм и получившим освобождение от владычной подати [51]. Интересно его учительное послание духовенству Устюжны Железнопольской [52]. При его написании Владыка использовал “Поучение к попом” Митрополита Кирилла [53]. Во владычных посланиях использованы тексты современников и предшественников, причем “в заимствованиях и в оригинальных текстах Новгородского архиепископа обнаруживается его основательная начитанность” [54].

Архиепископ Феодосий известен не только как автор, но и как организатор книжного дела и писец. Приписка в одной Кормчей книге о дополнениях, сделанных при нем, сообщает: “От зде не бысть в новгородском правиле и сие недостатьство наполнил архиепископ Великого Новагорода и Пскова” [55]. В рукописи, сохранившей корпус грамот Новгородского архиепископа (РНБ. Q XVII. № 50), запись старца Евфимия (Туркова) поясняет: “Писмо самого архиепископа Феодосия бывшаго Великаго Новаграда и Пьскова, последнее руки его благословение, во мнозех болезнех и трудех изнеможе докончати, повеле мне, грешному рабу своему и ученику своему последнему чернецу Еуфимию, сие послание духовное дописати духовною любовью” [56]. До наших дней в Волоколамском собрании сохранились 22 рукописи архиепископа Феодосия, которые он вложил в монастырь [57].

Находясь в монастыре своего пострижения, владыка приложил много сил на благо своей обители, сведения об этом отражены в монастырском Обиходнике. “И многых его трудов, иже до конца живота своего подвизался, последнее трапезу большую пределал и паперти камены и службы под ними — все его труды не изписати: и молитвами и смыслом и указом делали. Все то видимо есть нами и до сего дни” [58].

Последние шесть лет владыка Феодосий лежал, не поднимался. Скончался он 26 февраля 1563 года в окружении своих учеников, ненамного предварив своим отшествием святителя Макария в иной мир [59]. Незадолго до его кончины русскими войсками был взят Полоцк, что он предсказал. Погребен был Новгородский святитель по смирению у порога соборного храма в обители. Над его гробницей были поставлены иконы почитаемых новгородских святых — святителя Иоанна и преподобного Варлаама [60]. В Кормовой монастырской книге, где отмечена память святителя, довольно подробно говорится о его вкладах: “Февраль в 26 по архиепископе Феодосии Новгородском еже Великаго Новограда <...> А дачи архиепископа Феодосия образы Божественные окладные златом и серебром” [61]. В одной рукописи Волоколамского монастыря читаем: “Киими похвалными венцы увязем Феодосия, отцем учителя, Богоспасаемых градов Великаго Новаграда и Пскова пастыря и заступника и всем бедным помощника? Буди ему, государю, вечная память! Преставися лета 7071-го” [62].

Последние дни жизни святителя были описаны его любимым учеником — иноком Евфимием (Турковым), впоследствии — настоятелем Волоколамской обители (1575–1587) [63]. Данные памятники духовной литературы были распространены в XV–XVI веках и были связаны с Иосифо-Волоколамским и Пафнутиево-Боровским монастырями [64]. Повесть о кончине святителя Феодосия интересна «своей сложной, повествовательной тканью. Обращаясь к самым важным событиям последних дней жизни архиепископа, Евфимий распространяет свое повествование рассказом о походе Ивана Грозного на Полоцк в 1563 г., здесь же находят себе место мотивы молитвенно-покаянного характера. Особенно интересен наблюдающийся в произведении Евфимия тонкий переход от “нейтрального” отражения событий с “общей” точки зрения к отражению автором своего индивидуального восприятия происходившего» [65].

Таким образом, духовный путь архиепископа, возведение его в духовные степени тесно связаны с именем Митрополита Макария, посвятившего его в игумены монастыря и возведшего его в святительское достоинство. Их близкие отношения продолжались и в последующее время. Его личность и деятельность нуждается в дальнейшем изучении.

Ниже прилагаются послание Новгородского архиепископа Феодосия святителю Макарию [66], Повесть о его кончине и запись из вкладной книги Иосифо-Волоколамского монастыря.

* * *

Божию великому архиерею и апостольскому сопрестольнику и вселенскому учителю, блаженному и преблаженному, пресвятейшему господину и государю, отцу моему, имярек, Митрополиту всея Русии, смиреннейший сын твой, имярек, архиепископ Богом спасаемых градов Новгорода и Пскова, челом бью.

Святое твое, государь, послание з богодухновенным поучением до нас дошло. Мы же смиреннии со всяцем благодарением приахом и со многим страхом и вниманием прочтохом и велию пользу прияхом и силе словес удивихомся по данному ти таланту от Святаго и Животворящаго Духа. И о том велие благодарение твоему святительству воздахом, что еси, государь, пожаловал — нашего моления не презрел, и о своем здравии и спасении писанием известил. И сладко нам явися изячное твое богодухновенное писание, в начале сота сладости умедвено Омировым именем, афинейским мудрованием украшено, в нем же изящества языка твоего ушасы своими дебелыми очутих, и со Псалмопевцем Пророком глаголю: “Коль сладка гортани моему словеса твоя, паче меда устом моим” (Пс 118:103), в нем же весть токмо о Божественных и духовных вещех украшати глаголы. Писание бо епистолии твоей за высоту существа и остроты соли премудростныя ученнейший четца, разсуднейши созидателя, разумнейши отвещателя, сию воистинну сердца твоего камору Божественныя любве теплотою полну быти показует, любы бо рожденныя и Духа Святаго сила невидимая сердца твоего честнейшаго изящная устне невидимаго подвижет.

О святителю Христов! Кая в тебе сокрывается священнотаинства, пишешь бо по любомудреца обычею, везде своя смиренная предлагаеши, поистинне и велика суть нашему смирению тако нарицатися, несть бо достоин брат, ни сын именоватися, но раб исповедаюся святительствовати. Ты бо еси, государь, свет учителем, и язык Божий, и глас небесный, и книжник живота, иже о мне смиреннем таковая помыслив, благовествуеши. Ей же чести несмь достоин, но и везде, государь, о мне благая проповедуеши и писанми твоими угоднейшими везде меня, чествуя, посещаеши. И о том тебе, пресвятейшему государю отцу своему имярек Митрополиту всея Русии много челом бью, что меня, сына своего, безмерно жалуеши не токмо духовне, но и телесне.

Но и о сем, государь, нашему смирению в своем послании возвестил еси, что тебе, государю, отцу нашему, ныне случися в великих попечениих пребывати о царском здравии, и о церковных вещех, и о всенародном благопребывании, и о избавлении языческого нашествия, к сим же отовсюду утесняем еси стерпемыми болезньми. Мы же, смиреннии, таковая слышав о твоих, государь, святительских великих скорбех и о нестерпимых твоих частых в телеси болезнех, не мало оскорбехомся, но и зело много [67] <...> не токмо о сем благодарим Всесильнаго Бога, избравшаго тя, Своего угодника в таковый сан святительства великаго архиерейства и вручившему ти Божия Церкви и паству Христовых словесных овец. Ты же, государь, по Евангельскому словеси, поистинне пастырь добрый, не токмо душу свою полагаешь (Ин 10:11) за святыя церкви и царя, но и за вся словесныя овца Христова стада православных хрестьян о избавлении языческаго нашествия. Не токмо слышим, государь, про тобя — безпрестанно Всесильнаго Бога молишь и Пресвятую Богородицу и великих чудотворцов, но и пост со слезами милостынею растворяешь (Пс 101:10), а о своих, государь, нестерпимых болезней, сказывают, ни мало попечение имеешь, но сия вся на Бога возлагаеши, и Пречистую Богородицу, и на молитву великих чудотворцов, и всех святых. И соединение во всяком деле и слове по Евангельскому реченному словеси ото всех требуеши и апостольское слово часто воспоминаеши, егда изнемогаешь, тогда сильнее пребываеши.

О премудрый в человецех и чудный во святителех и учениче Христов! Поистинне добре путь обрел еси — вся сия на Всесильнаго Бога возложил еси, от Него же сугубу и мзду прияти тшишися. Мы же твоя смиренная чада со всеми вашими богомольцы и со всеми соборы по твоему государеву писанью зде ныне безпрестанно Всесильнаго Бога молим и Пречистую Богородицу и великих чудотворцов о благостоянии святых Божиих Церквей, и о многолетнем здравии, и спасении твоего святительства и сына твоего святейшаго царя и государя нашего Великаго князя Ивана Васильевича, и о его брате благоверном князе Георгие, и о Христолюбивом воинстве, и о всем православном христьянстве, и о устроении земском, и о тишине, и чтобы Господь Бог избавил ото врагов, от бесерменства, и от латынства, и помощь бы и крепость Свою Господь Бог послал сыну твоему, государю нашему Великому князю Ивану Васильевичу всея Руссии самодержцу и всему его Христолюбивому воинству на наши враги на бесерменство.

И ты бы, государь, Бога ради и впредь меня сына своего жаловал, в святительских своих молитвах помянул и о своем здравии и спасении своими писанми посещал с своими Богодухновенными поучениями, ты бо еси, государь, Божественному Писанию и человеческому — толковник еси острейши, ты законы человеческия и Божественныя веси отровеннейши; ничто есть, ниже обрестися может в Писании, еже уму твоему ученому сокровенно, ничто на небеси, ниже на земли, еже премудраго твоего разума убежит по данному ти от Бога таланту, но точию, глаголю, магнита камени подражал еси неизреченною некоею нужею, железо привлек еси изваяти им благочестия образы, еже твоей святой души таковое лепо есть, понеже еси православныя Христовы Церкви учитель и свет солнца яснее, мой темный ум всегда мраком неведения омрачен ко осиянию Вечнаго света благодатию призываеши.

И по сих смиренным устом моим молчание налагаю и прощения прошу от твоего великаго святительства и много челом бию и велие благодарение воздаю ти за вся твоя благая. Здрав буди, государь, и спасен, архиерею святый чрез многие лета, моля Бога за святейшаго царя, сына своего государя нашего Великаго князя Ивана Васильиевича всея Русии самодержца и за всех нас детей своих православных хрестиян во веки, аминь.

***

О преставлении старца Феодосиа, бывшаго архиепископа Великаго Новаграда и Пскова и о житии его вкратце благослови отче. Стих: Преиде к вечным обителем Феодосий февраля 26.

Лета 1563 года месяца февраля 26 преставися архиепископ Феодосий в пяток 5 недели святаго великаго Поста на память святаго Порфириа епископа Газскаго, пас церковь Премудрости Божиа Софиа 15 лет, а на игуменстве в честнем монастыре Боголепнаго Преображениа Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа на Футине преже бысть 16 лет, в монастыри Пречистыя Богородици в Осифове в своем обещании преже священства и по оставлении престола 20 лет. А всех лет живота его от рожениа и до преставлениа 72 лета. Преставление же его бысть сице, не буди ми лгати на святаго, яко да тако похвалив, сам неключим буду, буди же ми Господи истинну глаголати и писати, понеже аз, непотребный и многогрешный Еуфимие, Божиими судбами сподобихся святым его сединам послужити 12 лет в келье у него и молитвами его сохраняем до преставлениа его к Богу и в гроб скутати честные мощи и положити, да не на осужение себе реку, да не зазрите ми, братия и отцы, по Лествичникову слову, “видех — рече — неразумна ученика о наставничих добродетелех хвалящася и безчестне и срам себе притворяюща, а не хвалу; всем к нему рекшим: и како древо добро ветве без плода испусти”. Аз же воистинну безплоден сый, яко же смоковница безплодная, покааниа плода никако же принесох, но да не продолжу слова, несть бо полезно сквозе ризу лечити и о добродетели старца своего не стяжах, тако же и мудростию покрывати полезное слово.

Преже бо преставлениа своего архиепископ Феодосий за много время, познав свое от мира отхожение, повеле сотворити собе гроб и вся надгробная уготовити и свеща, яже на одре вжигают, и повеле жив во гроб положити ся, бе бо зело немощен телом, паче ногами. И рече в себе, во гробе лежа: “Сей покой мой <...> зде вселюся” (Пс 131:14). И часто глаголаше от Божественнаго Писания умилениа глаголы: “Век мой — рече — скончевается и страшный престол готовится и житие мимо ходит, суд мене ждет”. Иногда же рече: “На путь бо иду долгий, по нему же николи же ходих, и в страну чюжю, идеже никто же знает мя”. Овогда же иныя умилениа словеса полезна: “Время ти есть омытися, о душе, и вся отрясти”. Правила же церковное сохраняя по уставу, никако же преступив, и до последняго своего издыханиа: и келейный свой устав и правило и молитвы совершаа на всяк день, аще и в велицей болезни и тяжести от великих трудов и подвиг, бяше же телом преже крепок и мужествен. От многаго труда, и подвиг, и стоаниа — нозе его опухли бяше, якоже древие; он же овогда седя, овогда же лежа, молитвы и правило неослабно совершаа, паче же о целомудрии печашеся, бяше бо девственник, от рожениа не позна плотскаго греха, яко же и сам поведа нам, понеже евнух бе естеством плотию и зело о чистоте прилежаше и от помысл плотских и злых удаляяся. И сего ради сподобися от Бога пророчества благодати, яко не токмо свое ко Господу отхожения познати, но и далняя, яко близ видети.

Того бо лета благоверный (и) Христолюбивый царь и Великий князь Иван Василевич самодръжец, по благочестии поборник и христианский заступник, по Бозе ревностию разпалаем, восхоте ити на поганскиа языки и христианохулники: мерскиа латины, и жидове, и немъцы — на Полтеск град великий. Преже бо в Православии бяше град той, яко же летописцы поведают, и святыя церкви мъногия во граде том созданы быша и монастыри, яко же и чюдотворцы явишася и преподобная княгини Феврониа (так! — а. М.) Полтская именовася и в святей велицей церкви Софии Премудрости Божии пребываше непрестанно, моляся Господеви, и место особно на полатех устроено бяше ей и до сего дни. Христианский же царь и Великий князь Иван самодержец Рускиа земля, не терпя многыя неправды поганых, и скверных онех озлоблениа, и церквы Божиа запустениа, и христианскиа крови без вины проливаемы, и святых икон Христовых и Богородичных и святых всех попираемы и поругаемы, и в местех тех болваны и бездушные истуканы, сиреч идолы почитаемы, пойде со многым и безчисленым Христолюбивым воиньством, с цари с подручными ему, и со князи, и воеводами, и храбрыми воины. Бяше бо тогда еще сияше благодать Божиа на Рускую Землю и изобильно на царство и гради христоименитых людей [у]множество много, яко же не мощи никому же противитися Богу помогающу нам. Царь же и государь, Великий князь помощию Божиею и Пречистые Богородицы и великих чюдотворцев, взем непобедимое оружие крестное, устремися на безбожных, вземлет же с собою и святителя, сиреч епископа, православных наставника, и честнейших архимандрит и преподобных игуменов великых и честных святых обителей, помощников духовныя молитвы и поборников, таже и нашего монастыря началника игумена Леонида в полк христоименитых приемлет. Игумен же прииде в келю ко архиепископу Феодосию благословитися по царьскому веленью ити со государем на безбожных. Он же, на одре лежа, мало восклонися и глаголя: «Бог да благословит тя, господине, на великое и царское дело, духовнаго воина, “несть бо наша бран(ь) к крови и плоти, по Апостолу, но ко владычеством и миродержителем тме века сего, к духовом злобе поднебесным”» (Еф 6:12). Таже и сам благословляетца от игумена и прощается по обычаю. И се прирече: “Мне уже — рече — с тобою последне (е)сть прощене и видение, на путь бо свой иду и долги, по нему же николи же ходих, и тебя уже мне не сождати во обитель”. И се рек, прослезися, отпусти игумена с миром.

Благоволением же Божиим и Промыслом Вышняго Царя, Им же царие царствуют (Притч 8:15) и миродержители дръжат землю, и молитвами Пречистые Богородицы и великих Чудотворцов руских и верою желанною и ревностию по благочестии и слезами государя нашего царя, Великаго князя Ивана Самодръжца и правдою, еще же и молением святейшаго преосвященнаго Митрополита Макариа чюднаго и всего освященнаго Собора Рускиа Митрополиа святые великиа Апостольскиа церкви царю и государю державному Господь Бог даровал победу на поганых безсермен и на латин — град Полтеск взял и (епископа та, рек)ше бискупа, святителя их, сведе и всех людей, иже во граде хотящих обратитися к вере православного христианства, повеле приимати на покаяние и милость показа — не предавати на смерть. Неповинующих же ся царьскому его велению и веровати не хотящих — жестосердых жидов и лютавар злых и не покоривых латын, повеле огню и мечю предати. И тако отчину свою град великий Полтеск благочестия ревнитель царь и государь Великий князь от диаволскаго пленениа злые ереси исхытил и благочестие утвръдил и многыя святыя церкви Христовы и Богородичны повеле воздвизати и святым всем в похвалу и славу Вседръжителю Богу и Пречистеи Его Матери и великим чюдотворцам. Се же бысть в лето 7 тысяч седмдесят первое, месяца февраля в 20 день.

В царствующем же граде Москве и по всем градом Рускеа земля еще не бе слышано бысть таковые великиа победы и всемирные радости благочестиваго царя и Христолюбиваго воиньства далечняго ради разстояниа, бяше бо от царьствующаго града връст седмь сот. В который же убо день царь и государь град Полътеск пособием Божиим взял, в той же день архиепископ Феодосий и в монастыри Пречистые в келе на одре лежаше в велицей своей болезни, не владый руками и ногами, но благодати пророческиа сподобися, глаголя сице: “Ныне убо великое дело сотворися благодатию и человеколюбием Божиим, царь и государь наш великий Иван Василевич всеа Руси самодержец Полтеск град взял и безбожных латин победил в сий день”. Бяше же день неделя сыропустная месяца февраля 20 день. Мы же слышаще, и дивитися начахом, глаголюще в себе, что убо глаголет старец, кто может ведати Божиа судбы, разве Святаго Духа благодать. Он же мало покоснев, рече к нам: “Что убо не веруете ли реченным о Полтеске, яко тако есть ложныя убо пророки камением побивати повелено есть и мене убо камением подобает побити, аще солжу, лжа убо от неприязни есть. И аще известно хощете уведати глаголемаа мною, послете во град на Волок Ламский и познаете истинну”. Мы же сказахом сиа старцом преимущим во обители, они же послаша в той час на Ламский Волок. Слуга же монастырский приехав во град и слышав, яко в той нощи прогнал от царя и государя благоверный князь Михайла Темърюкович новокрещенец. Слуга же посланный прииде во град Волок, слышав таковую радостную победу и одоление православнаго царя, възвротися в монастырь, поведая неложное пророчество и проповедание архиепископа Феодосиа о граде Полтеске. И прославихом Бога и Пречистую Богоматерь, молебнаа совръшающе, поюще благодарныя кананы.

Старец же начат конечно изнемогати болезнию. Тоя же седмицы в понедельник 1 недели Великаго поста в нощи начат молитву Исусову творити и возбуждати нас, служащих ему, от труда почивающих. Он же многажды молитву глаголя: “Господи Исусе Христе Боже наш помилуй нас. Встанете брате Бога ради”. Феодосий же ученик его, глаголемый Плещеев, вскочив скоро, прииде к нему, бяше бо любим ему многыя ради добродетели его, смирениа и неразсуднаго послушаниа, пришед и глагола ему: “Что господине хощеши?”. Он же рече: “Бога ради преврати мя”. Феодосий же возбуди нас. Таже рече Феодосию: “Вижу, брате, Феодосие, яко грех моих ради болезнь моя продолжися и вам трудно есть, аз же паче себе о вас скорблю, но потръпите Бога (ради) мало до пятницы и Господь сотворит с нами милость со всеми: вам от трудов, а мне от жития сего”.

Та же во вторник причастник бывает Пречистых и Животворящих Таин Христа Бога нашего и лежа радостен душею и сердцем образом весел, яко николи же болев. И чюдо бяше видети, яко в таковей суще велицей бо(ле)зни на одре лежа 6 лет, отнюд не владея руками и ногами, разве креста Животворящаго знамения и яко в чюжем страдаше телеси, отнюд ни постенав. И приходящим к нему, всем беседуя полезная — иноком и мирским, яко здрав являшеся и благодарениа слово всегда во устех бяше ему. И телом не изпадет и лице бяше ему всегда весело, показуя душевную его чистоту, и целомудрие, и совръшенное безстрастие.

В пяток же седмицы тоя же великиа недели мне, Еуфиму, в другой келе почивающу пред заутренею и от сна възбрянув, яко время утреняя благовестити, бяше бо тогда аз в службе той церковный еклисиарх. Аз же скоро востав, приидох в преднюю келю, иде же старец Феодосий слежит, и молитву сотворих, внидох в келю. Старец же лежа храпляше же по обычаю, а свечник против его светло горяше, аз же против его зашед к свещнику тихо ступаа, чтоб ко мне что проглаголал. Он же ничто же не рече, токмо храпляше, яко ж во сне. Аз же, отшед в сокровено место, нача(х) глаголати от Псалтыря. И яко час мину, начаша благовестити утренюю, старец же нача молитву Исусову творити во услышание всем нам. Аз же отвещав: “Аминь”. Он же рече: “Возбуди братию Феодосиа и Паисею и призови Иеремею”. Бяше бо Иеремея ученик его, живяше во особной келе и по вся дни хожаше к старцу пениа ради церковного и келейнаго. Аз же в той час возбудих Феодосия и Паисеа, он же, призвав нас к себе близ одра своего, начат глаголати со слезами многими умилениа повести от Божественаго Писаниа святаго Ивана Дамаскина: «Аще бы ведала душе моя суету мира сего, то взошла бы на гору высоку и узрела бы гроб свой и воздохнув рекла бы: “Приими мя гробе, аки мати сына своего; гроб ми есть дом превечный, а червие гости прелюбовнии, персть ми есть жизнь нетленная. Воздохни и прослезися душе моя и моли Бога Господа своего, яко да избавит мя оныа реки огненныя. И ты, Мати Господня, способствуй моему сиротству преити ону реку огненую без вреда. Ох, ох, о горе, о люте мне! Век мой скончевается и страшный престол Божий готовитца и душа моя нудитца изыти от тела и не вем, камо хощет изыти; боюся, егда возхитят ю мрачные ефиопы, о Пречисте! Клялся еси щедротами Своими, не хотяй смерти грешнику, ущедри мя, грешника, молю Тя, Владыко”». И сеа изглагола с рыданием сердца и со многими слезами. Нам же стоящим у него и плачющим и рыдающим, видящим конечное его полезное поучение и от тела изхожение, он же приим нас за руце, Феодосиа и мене, рече: “Напишите себе сие от мене вам последнее слово”. И сиа рек, возлеже на одре воздыхати от всего сердца и рече мне: “Бог благословит тя, поиди к церкви и призови ми скоро отца моего духовнаго священника Афанася стараго, чтоб покаание проговорил и молитвы причастныа и тайны б Пречистые с собою принес”. Аз же, шед в церковь, сказах Афанасю духовному его отцу, яко архиепископ при конечном издыхании и приидохом скоро в келю, а преже реченный ученик его Иеремея преже нас приде и нача глаголати полунощницу и утренюю. И начахом скоро совершати церковное правило и скончахом утреннюю и часы, таже канон Причастия и молитвы причастныя. Отец же его духовный покаание все изглагола, а он по нем слово (в) слово, чисто все. Потом же прииде к нему епископ бывший Суздальский Трифон, по реклу Ступишин, и мнози от старец и братиа, благословениа и прощениа от него просяще. Он же всех благослови и прости и сам тако же от всех прося благословениа и прощениа и во всем себе повинна сотвори. И тако начат конечно изнемогати, лице же его пременяшеся: овогда светло и красно и полно являшеся, яко же здравому; овогда же, яко же постнику и бледостию сиающе. Мы же стояхом плачюще и глаголюще: “Кому оставляеши нас, честный отче наш, и к кому прибегнем? Ты убо по Бозе заступник наш и помощник во всех скорбех и напастех душевных и телесных. О горе нашему сиротству кормъчиа отстахом, пастыря отщетихомся, добраго пристанища избыхом. Кто убо поставил бы мя на место не жительно, идеже несть отнюд глас человеческих, иде ж есть безмолвие и, возвысив глас, плакал бых к Богу горкими слезами и рех со стенанием: исцели мя Господи и исцелею, вижу бо Владыко, яко святыя Своя, яко злато избранно сице приемлеши от суетнаго мира сего в покой жизни, а мы унылии и слабии произволением остахом тако в жесточестве нашем. Увы мне, увы душе проглаголи и прослези”. И тако нам в себе глаголющим и горько плачущим, он же к нам возрев, конечное слово утешительно рече: “Имейте — рече — любовь межу собою и не разлучайтеся, живите въкупе и мир меж собою имейте и Бог мира да будет с вами аминь”. Таж(е) потом добраго спутника прием, Честнаго и Пречистаго Тела и Крови Господа нашего Исуса Христа причастися, мы же глаголохом последнюю молитву и отпуст “Ныне отпущаеши раба Своего Владыко по глаголу Твоему с миром”. Он же треми духновении предав святую свою душу в руце Божии.

Мы же целовахом мощи его, честне опрятавше, и положихом во гробе, иже сам себе уготова. И ископахом землю под прагом церковных дверей на полудень, близ гробницы преподобнаго чюдотворца Иосифа старца его, идеже сам заповеда нам преж 5 лет суще, испросив у настоятеля обители и у старцов. И последнее по смерти показав смирение, глаголя: “Бога ради сотворите милость со мною, погребите тело мое грешное под порогом первых церковных дверей от святых врат монастырских на полуденьной стране близ гробници. Достоин бо есмь всегда ногами попиратися”. И выше гроба своего повеле устроити (и) поставити образ Вседержителев и Пречистыя Его Матере и великих чюдотворцов Ноугородских Иоана архиепископа и Варълама чюдотворца Футынскаго и иных святых великих Чюдотворцов. И свещу повеле поставити и вжигати, доколе Бог благоволит и цку на гробе своем положити и подписати и надгробная сотворити. Мы же вся сиа сотворихом по заповеди отца нашего и молитвами его и до сего дни сохраняемы пребываем.

По седмом же лете преставлениа святаго отца нашего архиепископа Феодосиа и ученик его любимый Феодосий отиде к Господу, Его ж возлюби, и к своему учителю и нашему старцу архиепископу Феодосию, иже всегда желаше с ним быти и водворятися не токмо зде, но и в будущий век. Чюдно ж бысть и сего вкратце рещи житие и конечное к Господу отхождение, яко 10 лет поработа старцу своему без всякаго прекословя и преслушаниа, николи же убо преслушав старцева слова ни в малей, ни в велицей вещи. Аще же что и сопротивно видящеся, он же без рассужениа вся творяше в кротости и смирении сердца, яко Самому Христу служаше, а не человеку. И любовь нелицемерну стяжав (к) наставнику своему, еже о Христе братии и милостыню велию творяше, и ризы не щадя, и нагыя одевая, алчныя насыщая, жадныя напояя и нищим всем и сирым питатель и отец бяше, яко мертвых погребати своими руками скутовая, телеса их измывая и в дом Божии погребаше. И печашеся зело о нищих и в напастех всем помогаше и зело милостив и кроток и смирен, яко всем братиам чюдитися добродетельному его житию. И в таком подвизе и трудех поживе 17 лет в монастыри во всяком смиреномудрии и послушании и смерть свою за три дни проуведав и в покаании и исповедании чистым сердцем отиде ко Господу, Его же возлюби. И погребохом его со отцы за гробницею преподобнаго старца Иосифа со многыми слезами, толико же погребение его бысть жалостно и слезно, яко ни по коемждо от старец братиа плачющеся и рыдающе, яко ни единаго человека обрести не плачюща и надгробнаго пениа не можахом свръшити в слезах священници ж и диаконы и клирици глаголати не могуще от множества плача, поминающе добродетелное житие его и любовь нелицемерную.

Не зазрите же ми Бога ради отцы святии и братиа, писавшему повесть сию о архиепископе бывшем старце Феодосии отци своем и о ученице его Феодосии, мало от части сказах добродетельнаго житиа их и преставлениа, да не на мнозе забвено будет на осужение лености моей и нерадению, понеже аз грешный и непотребны ничто же благо сотворих от тех добродетели и боюся осужениа лениваго раба, его же повеле Господь воврещи во тму кромешнюю (Мф 22:13), от нея же да избавит нас Милосердый и Праведный Судия и части сподобит спасаемых, яко Тому подобает слава и честь и покланение в Тро[и]цы Единому Богу Отцу и Сыну и Святому Духу ныне и присно и во веки веком аминь (Кунцевич Г. Феодосий, архиепископ Новгородский (1491–1563) (Его “Житие”). СПб., 1898. С. 5–14).

* * *

Поминати архиепископа Феодосиа Великаго Новаграда и Пскова в повседневном списке и в Сенанице, доколе и монастырь Пречистыя стоит, ис повседневнаго списка не изгладити.

Да быти нем корму на его преставление на всяк год месяца февраля в 26.

А дал архиепископ Феодосий в дом Пречистыя Богородицы на вечной поминок и на корм Деисус с праздникы и с пророкы и с преподобными, а промена ему не ведома. И тот Деисус взял царь и Великий князь к себе на Москву, да понагею серебрену, а весу в ней три рубли, да образ Спасов обложен серебром, венец с сканью в киоте, да окладу полтретя рубли. Да на том же образе по странам писаны образы: Ивана, архиепископа Новгородского, да Варлама, Хутынского чюдотворца, да Ануфрриа Великаго, да Екатерины великиа мученици, да Леонтиа Ростовского, да Антипы святого, да преподобнаго Пафнотия, да Иосифа чюдотворца в молебном образе. Да в том же киоте образ Пречистыя, да Николин на гладком золоте, да два в блюде, дыскос, да ковшик серебрен два рубля, да гривну серебряну с сканью, да и з жемчюженки ко образу преподобнаго Иосифа чюдотворца, что архимандрит Никифор менял, да три колокола на Богородичной монастырь к Пречистой Введения, а промены полсемнатцата рубля з гривною, да паникадило в церковь в большую в новой предел, да четыре паникадила малых в трапезу, а промена паникадилам десять рублев. И всего серебра в сосудех, и на окладе, и промены на колоколы и паникадила, и денег, опроче Деисуса и книг, сто дватцать один рубль з гривною.

Да архиепископ же Феодосий дал книгу Евангелие тетр [68] в десть, золотом прописаны строкы и заставки и статьи. И то Евангелие по цареву великаго князя слову дано в Казань в соборную церковь к Благовещению Пресвятыя на престол. Да Апостол тетр в десть, золотом же прописан, и строки, и заставицы, и статьи, да книга Осифова списания на новгородскиа еретики архиеписковля писма, да соборник в десть от Ветхаго Закона и Новаго, да Потребник в полдесть, да Сборник в полдесть о чистоте и о целомудрии, да Триодь постная в десть, да Минеи месячные в десть, четыре месяци в дву книгах: Генварь, Февраль, Март, Апрель; да Охтаикы, да Богородичен с троичны, да Бытия в десть Досифеева перевода, заставицы золотом же писаны, да книга в десть, а в ней събрано от правил святых Отец и от седми Соборов, и поместных, и пророческих и отеческих списаний и та книга разнята на двое, величества ради, а главы списаны в обеих, да книга в полдесть о седми Соборех Фотея Патриарха и на звездочетци, да книга Новое уложение.

Да келейных книг: Евангелие тетр в полдесть под камочкою, да Апостол тетр же в полдесть. И то Евангелие и Апостол приказал архиепископ держати в келие за монастырское ученику своему Феодосию, да Ермолой в полдесть с стихарием, заставицы золотом прописаны; и всех книг дватцать одна книга (Ти­товА. А. Вкладные и записные книги Иосифова Волоколамского XVI века и упраздненые монастыри и пустыни в Ярославской епархии. М., 1906. С. 43–44. № 185).

Послание архиепископа Феодосия Митрополиту Макарию, где говорится, что послание Митрополита Макария украшено Омировым слогом, очень близко с другим посланием архиепископа Феодосия, адресованным некоему боярину (Новиков Н. Древняя российская вивлиофика. С. 241).

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

ААЭ

Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографическою экспедициею Императорской Академии наук. СПб., 1836.

АИ

Акты исторические, собранные и изданные Археографическою Комиссиею. СПб., 1841, 1842. 5Т.

ВНИИТАГ

Всесоюзный научно-исследовательский институт теории архитектуры и градостроительства.

ДАИ

Дополнения к актам историческим, собранные и изданные Археографическою комиссиею. СПб., 1846–1875. Т. 1–12.

ЖМП

Журнал Московской Патриархии.

ПК НО

Памятники культуры. Новые открытия.

ПСРЛ

Полное собрание русских летописей.

РНБ

Российская национальная библиотека.

ТОДРЛ

Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинский дом).

ЧОИДР

Чтения в Обществе истории и древностей Российских при Московском университете.


[1] Архимандрит Макарий. Сказание о Житии святителя Макария, Митрополита Московского // ЖМП. 1989. № 6. С. 63.

[2] См. о нем: Здравомыслов К. Я. Иерархи Новгородской епархии от древнейших времен до настоящего времени. Краткие биографические очерки. Новгород, 1897. С. 31–32; Протоиерей П. Тихомиров. Кафедра Новгородских святителей со времени покорения Новгорода Московской державе в 1478 г. до кончины последнего митрополита Новгородского Иова в 1716 году. Т. 2. Вып. 1. Новгород, 1895. С. 150–163.

[3] Шмидт С. О. Продолжение Хронографа редакции 1512 года // Исторический архив. М., 1951. Т. 7. С. 289.

[4] Веселовский С. Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. М., 1969. С. 223.

[5] Зимин А. А. Формирование боярской аристократии в России во второй половине XV – первой трети XVI в. М., 1988. С. 158.

[6] Архимандрит Макарий. Московский Митрополит Макарий и его время. М., 1996. С. 88; Зимин А. А. И. С. Пересветов и его современники. Очерки по истории общественно-политической мысли середины XVI века. М., 1958. С.80. Д.М.Буланин говорит о нем: “…около 1523 г. Ф. постригся в Иосифо-Волоколамском монастыре, где состоял клириком” (Буланин Д. М. Феодосий // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2. Ч. 2. Л., 1989. С. 457).

[7] Сведений о пребывании инока Феодосия в обители преподобного Иосифа нет. Можно привести лишь следующее: в 1526, 1527 годах непродолжительное время келарем в Иосифо-Волоколамском монастыре был “чернец Федосей” (Акты феодального землевладения и хозяйства. Ч. 2. М., 1956. С. 95. № 100). А в 1527–1528 годах келарем уже назван “Варсунофей Болтин” (Там же. С. 101. № 106). Учитывая, что в летописи инок Феодосий назван “клирик чином”, возможно, это и есть будущий Новгородский владыка.

[8] ПСРЛ (список сокращений см. в конце статьи). Т. 4. Ч. 1. Вып. 3. Л., 1929. С. 549. См также: Токмаков И. Историко-археологический очерк Хутынского Варламиева Спасо-Преображенского монастыря. Новгород, 1911. С. 38. Следует отметить, что сын С. И. Воронцова, Михаил Семенович (†1539), в 1534–1536 годах был великокняжеским наместником в Великом Новгороде (Зимин А. А. Формирование боярской аритократии… С. 159; Пашкова Т. И. Местное управление в Русском государстве первой половины XVI века. Наместники и волостели. М., 2000. С. 150).

[9] ПСРЛ. Т. 4. Ч. 1. Вып. 3. С. 551.

[10] АИ. Т. 1. С. 538. № 295.

[11] Приведем текст описания одного из исцелений, содержащихся в Житии: “Во время Феодосия игумена, иже и архиерей бысть Великому Новугороду, жена некая именем Иулитта приведена бысть в Хутынский монастырь, яже бе слепа. Егда же вниде в церковь Преображения Господня и падши пред гробом чудотворца Варлаама, моляше его со слезами, да подаст ей исцеление, в той час абие отверзостася ей очи и прозре, и тако отиде в дом свой с радостию, славя Бога и великого в чудотворцех Варлаама”. — Никольский А. Житие преподобного Варлаама Хутынского Лихудиевой редакции // Вестник археологии и истории. СПб., 1911. Вып. 21. С. 52.

[12] Отец Пантелеимона, Григорий, был софийским “полатником”, а сам Пантелеимон позднее стал псаломщиком в Софийском соборе, а затем — пресвитером (Никольский А. Житие преподобного Варлаама Хутынского… С. XXIV–XXV).

[13] Архимандрит Макарий. Опись новгородского Спасо-Хутынского монастыря 1642 года. СПб., 1856. С. 123 (Отд. отт. из “Записок Имп. Археол. Об-ва”).

[14] ПСРЛ. Т. 4. Ч. 1. Вып. 3. С. 570. См. также: Петров Д. А. К вопросу о механизме культурной интеграции в Московском государстве первой половины XVI в. (Строительство в новгородском Хутынском монастыре) // Архитектура и культура. Сб. материалов Всесоюзной научной конференции ВНИИТАГ. М., 1990. С. 93–101.

[15] Ильин М. А. Русское шатровое зодчество. Памятники середины XVI века. Проблемы и гипотезы, идеи и образы. М., 1980. С. 26–27; Воронин Н. Хутынский столп 1535 г. (К проблеме шатровой архитектуры) // Советская археология. М., 1946. Кн. 8. С. 300–305. Описание внутреннего убранства этого храма, составленное в XVII веке, см. Архимандрит Макарий. Опись Новгородского Спасо-Хутынского монастыря 1642 года. С. 57–61.

[16] В “Словаре русского языка XI–XVII веков” объяснения этому слову не обнаружено.

[17] Обежная (от слова обжа — мера пахотной земли, служившая единицей обложения в Новгородской земле) земля, с которой взимались подати.

[18] Писцовые книги Новгородской земли. Т. 2: Писцовые книги Обонежской пятины XVI в. / Сост. К. В. Баранов. СПб., 1999. С. 60–61.

[19] ДАИ. Т. 1. СПб., 1846. С. 30–31. № 30. О некоторых подробностях этой поездки см. Архимандрит Макарий. Московский Митрополит Макарий и его время. Сб. статей. М., 1996. С. 128–130.

[20] ААЭ. Т. 1. С. 161. См. также: Соловьев С. М. Сочинения: История России с древнейших времен. Т. 4. Кн. 7–8 . М., 1989. С. 71.

[21] Кунцевич Г. Феодосий, архиепископ Новгородский (1491–1563) // Jahresbericht der reformierten Kirchenschule fur 18991900. СПб., 1898. С. 5.

[22] ПСРЛ. Т. 3. СПб., 1841. С. 150.

[23] ПСРЛ. Т. 34. М., 1978. С. 26.

[24] ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. СПб., 1904. С. 142. См также: Шмидт С. О. Продолжение Хронографа редакции 1512 года // Исторический архив. Т. 7. М., 1951. С.289.

[25] П. Строев сообщает следующее о его предшественнике: “Вассиан Топорков хирот. 2 апр. 1525; 1 мая оставил епархию; в 1553 жил на Песноше” (Строев П. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. СПб., 1877. Стб. 1030).

[26] Известна повольная грамота архиепископа Феодосия от 22 февраля 1544 года на избрание Ростовского архиепископа Алексия, поставленного из Троицких настоятелей (ДАИ. Т. 1. С. 3536. 34).

[27] ПСРЛ. Т. 4. СПб., 1848. С. 305.

[28] ДАИ. Т. 1. С. 36. № 35; Новиков Н. Древняя российская вивлиофика. Ч. 14. Изд. 2. М., 1790. С. 161. Еще ранее владыка Феодосий, будучи Спасо-Хутынским игуменом (1531–1542), писал архиепископу Макарию об иноке Отенского монастыря Гурии, который в смущении покинул свою обитель (РНБ. Q XVI. № 50. Сборник XVI в. Л. 61 об.–63. См. также: Архимандрит Макарий (Веретенников). Инок Зиновий Отенский — новгородский богослов XVI века // Альфа и Омега. М., 1997. № 1(12). С. 136).

[29] ПСРЛ. Т. 3. С. 151.

[30] Священник П. Веретенников, Первосвятительская деятельность Макария, Митрополита Московского и всея Руси (†1563) // Вестник Русского Западно-европейского Патриаршего Экзархата. Париж, 1980–1981. № 105–108. С. 244. Прим. 104.

[31] Протасьева Т. Н. Описание рукописей Синодального собрания. Ч. 1. М., 1970. С. 187–188.

[32] Священник П. Веретенников. Первосвятительская деятельность… С. 244–245. Прим. 104.

[33] Петров Д. А. Контрфорсы Софийского собора в Новгороде (К строительной истории памятника) // Реставрация и архитектурная археология. М., 1991. С. 213.

[34] ПСРЛ. Т. 3. С. 149, 152.

[35] Плешанова И. И. Резные фигуры “старцев” в собрании Государственного Русского Музея // ПК НО. Ежегодник 1974. М., 1975. С. 275–277; ТихомировМ. Н. Малоизвестные летописные памятники // Исторический архив. Т. 7. М., 1951. С. 221.

[36] Рай мысленный / Автор-составитель В. С. Белоненко. СПб., 1999. С. 102–103.

[37] Архимандрит Макарий (Веретенников). Церковный Собор 1549 года // Альфа и Омега. М., 1998. № 2(16). С. 145; Он же. Макарьевские Соборы 1547 и 1549 годов и их значение // Русская художественная культура XV–XVI веков. М., 1998. С. 8.

[38] Охотникова-Линд Н. А. Сказание о Валаамском монастыре. СПб., 1996. С.180, 182.

[39] Архимандрит Августин. Православная миссия Великого Новгорода // ЖМП. 1993. № 3. С. 58. Текст грамоты архиепископа Феодосия в Водскую пятину см.: Материалы по истории Карелии XII–XVI вв. / Под ред. В. В. Геймана. Петрозаводск, 1941. С. 146–147. № 58.

[40] ПСРЛ. Т. 3. С. 153–154. Одна из жалованных грамот архиепископа Феодосия была дана “по прежней грамоте архиепископа Макарья” (АИ. Т. 1. С. 217. № 150).

[41] Голубцов А. Чиновник Новгородского Софийского собора // ЧОИДР. 1899. Кн. 2. Материалы исторические. С. IX–XX, 239–262.

[42] В связи с праздником Святой Пасхи Новгородский архиепископ послал дары в Москву и при этом — “отцу <...> Макарию Митрополиту всея Русии мех вина баструда да 10 золотых угорских” (Куприянов И. К. Отрывки из расходных книг Софийского дома за 1548-й год // Известия Имп. Археологического общества. Т. 3. Вып. 1. СПб., 1861. Стб. 48). Кроме того, “митрополичьим старцем: казначею Алексею, келейнику Селивану, архидиакону Прохору — тем по золотому угорскому” (Там же. С. 49). Возможно, в связи с подобными дарами связан следующий сохранившийся рукописный текст: “Господин пресвятейший Макарей Митрополит всея Русии! Сын твой и богомолец архиепископ Феодосей Великова Новаграда и Пскова велел тобе отцу своему и господину челом ударить. Сын твой и богомолец архиепископ Феодосей Великого Новаграда и Пскова велел тобе отцу своему говорити: Обрадовался есмя светлому и тридневному Христову Воскресению. И сыну твоему царю и государю и Великому князю Ивану Васильевичу всея Русии самодержцу, тако и тобе отцу своему Макарию Митрополиту всея Русии” (РНБ. Q XVII № 50. Сборник посланий XVIв. Л. 9).

[43] Федотов Г. П. Собр. сочинений в двенадцати томах. Т. 3: Святой Филипп, Митрополит Московский. Приложение: Житие и подвиги Филиппа, Митрополита Московского и всея России. М., 2000. С. 156–159; Архимандрит Макарий. Иконы святителя Филиппа // Искусство христианского мира. Сб. статей. М., 1998. С. 42. В 1543 году архиепископ Феодосий подтвердил Жалованную грамоту Соловецкому монастырю, данную еще ранее святителем Макарием (Акты Соловецкого монастыря: 1479–1571 гг. / Сост. И. З. Либерзон. Л., 1988. С. 40. №52).

[44] ПСРЛ. Т. 3. С. 154.

[45] Российское законодательство X–XX веков. Т. 2: Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. М., 1985. С. 258.

[46] Кукушкина М. В. К вопросу об организации книгописного дела на Руси в XVI в. // Книга в России XVI – середины XIX в. Материалы и исследования. Сб. научных трудов. Л., 1990. С. 36; Она же. Книга в России в XVI веке. СПб., 1999. С. 120.

[47] ПСРЛ. Т. 4. С. 308. В Житии архиепископа говорится об “оставлении престола” им (Кунцевич Г. З. Феодосий, архиепископ Новгородский (1491–1563). С. 5). А. Зимин описывает удаление с кафедры архиепископа Феодосия таким образом: “Будучи по своим воззрениям типичным осифлянином, он отстаивает на Стоглавом Соборе неприкосновенность монастырских земель. Раздосадованный провалом на Стоглавом Соборе программы ликвидации монастырского землевладения, Иван Грозный добился того, чтобы Феодосий в мае 1551 г. был сведен с престола” (Зимин А. А. И. С. Пересветов и его современники… С. 80).

[48] ПСРЛ. Т. 3. С. 154.

[49] Зимин А. А. Из истории собрания рукописных книг Иосифо-Волоколамского монастыря // Записки Отдела рукописей ГБЛ. Вып. 38. М., 1977. С.15–29; Дианова Т. В., Костюхина Л. М. Записи как одна из кодикологических особенностей Иосифо-Волоколамской библиотеки // Русская книжность XV–XIX вв. М., 1989. С. 25–47.

[50] Зимин А. А. И. С. Пересветов и его современники… С. 80–81. Прим. 72; Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2. Ч. 2. С. 458–459.

[51] АИ. Т. 1. СПб., 1841. С. 207–208. № 142. Известны и другие его аналогичные жалованные грамоты (Там же. С. 217. № 150).

[52] Там же. Т. 1. С. 541–544. № 298.

[53] Макарий митрополит Московский и Коломенский. История Русской Церкви. Кн. 4. Ч. 1. М., 1996. С. 454.

[54] Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2. Ч. 2. С. 459. Обзор его посланий см. Макарий митрополит Московский и Коломенский. История Русской Церкви. Кн. 4. Ч. 1. С. 453–456.

[55] Тихомиров М. Н. Исторические связи со славянскими странами и Византией. М., 1969. С. 211.

[56] Дмитриева Р. П. Волоколамские четьи сборники XVI в. // ТОДРЛ. Т. 28: Исследования по истории русской литературы XI–XVII вв. Л., 1974. С. 214. Книгописанием занимались и ученики архиепископа Феодосия (Иеромонах Иосиф. Опись рукописей, перенесенных из библиотеки Иосифова монастыря в библиотеку Московской Духовной Академии // ЧОИДР. М., 1882. Кн. 3. С.143–144. № 151).

[57] Рукописные собрания Государственной библиотеки СССР им. В. И. Ленина. Указатель. Вып. 2. М., 1986. С. 145; Книжные центры Древней Руси, Иосифо-Волоколамский монастырь как центр книжности. Л., 1991. С. 24, 27, 35, 36, 37, 46, 74, 81, 304. Кроме книг известна еще икона, присланная в Иосифов монастырь, когда владыка Феодосий был еще настоятелем Хутынской обители — «Икона новгородского письма Видение Евлогиево, пядница большая; прислал игумен Футыньской Феодосий, а словет та икона “Всенощное”» (Голубцов А. К. Материалы для истории древнерусской иконописи // Богословский вестник. 1910. Т. 2. Май. С. 191).

[58] (Протоиерей А. Горский, Невоструев К.) Описание славянских рукописей Московской Синодальной библиотеки. Отд. 3: Книги Богослужебные. Ч. 1. М., 1869. С.399.

[59] Архимандрит Макарий (Веретенников). Заметки о Митрополите Макарии // Альфа и Омега. 1999. № 1(19). С. 198.

[60] Кунцевич Г. З. Феодосий, архиепископ Новгородский (1491–1563). СПб., 1898. С. 12.

[61] Das Speisungsbuch von Volokolamsk. Кормовая книга Волоколамского монастыря. Eine Qwelle zur Sozialgeschichte russische Kloster im 16. Jahrhundert / Hrsg. und ubersetzt von Ludwig Steindorff. Koln, Weimar, Wien: Bohlau Verlag, 1998. S.124125; Леонид епископ Дмитровский. Выписка из “Обихода” Волоколамского монастыря конца XVI века о дачах в него для поминовения по умершим // ЧОИДР. 1863. Кн. 4. Смесь. С. 6.

[62] Голубцов А. Чиновник Новгородского Софийского собора. С. XII.

[63] Кунцевич Г. З. Феодосий, архиепископ Новгородский (1491–1563). С. 12.

[64] Игумен Макарий. Памятники древнерусской литературы, содержащие описание последних дней земной жизни подвижников XVXVI веков // ЖМП. 1986. № 11. С. 68–72.

[65] Крушельницкая Е. В. Автобиография и Житие в древнерусской литературе. Жития Филиппа Ирапского, Герасима Болдинского, Мартирия Зеленецкого, Сказание Елеазара об Анзерском ските. Исследование и тексты. СПб., 1996. С.63.

[66] В. Жмакин, опубликовавший это послание, предпослал ему следующий заголовок: “Послание Новгородского архиепископа Макария Митрополиту Даниилу” (Жмакин В. Митрополит Даниил и его творения. М., 1881. Приложения. С. 57–62). Поскольку имена в тексте послания не указаны, то в целях обоснования такой атрибуции он сопроводил текст грамоты большим примечанием. Но поскольку аргументация автора малоубедительна, то А. А. Зимин справедливо назвал автором данного послания Новгородского архиепископа Феодосия, а адресатом — Митрополита Макария, определив время его написания — “около 1550 г.” (Зимин А. А. И. С. Пересветов и его современники... С. 81. Прим.72. 16).

[67] В данном месте публикации, очевидно, лакуна, в связи с чем нами поставлено многоточие.

[68] Здесь и в последующих местах текста “тетрадь”, что, очевидно, неверно; Евангелие тетръ — Четвероевангелие, Апостолъ тетръ — Деяния и послания Апостолов.

© Архимандрит Макарий (Веретенников), 2000

Ко входу в Библиотеку Якова Кротова