Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
Помощь

Епископ Антоний (Флоренсов)

О нём Ельчанинов, 1926.

"Журнал Московской Патриархии", №9, 1981 г.

Епископ Антоний (Флоренсов) — духовник священника Павла  Флоренского

Благодатный опыт и жизнь Преосвященного Антония (Флоренсова) заслуживает особого внимания как потому, что он был незаурядной личностью, так и потому, что под его руководством с 1904 г. по 1918 г. духовно возрастал выдающийся православный богослов, ученый-энциклопедист священник Павел Флоренский, 100-летие со дня рождения которого (9 января 1882 года) исполняется в 1982 году.

"Епископу Антонию (Флоренсову) с сыновнею почтительностью" [1, с. 3] посвятил священник Павел Флоренский свое "Вступительное слово перед защитой..." на степень магистра богословия книги "О Духовной Истине", произнесенное 19 мая 1914 года. Этим он свидетельствовал о том огромном влиянии, которое Владыка Антоний оказал на его духовную жизнь и творчество. Однако исследователи богословского наследия священника Павла Флоренского до сих пор проходили мимо этого важного посвящения, и жизнь, и труды Преосвященного Антония (Флоренсова) оставались неизученными.

СИМБИРСК  И САМАРА

Преосвященный Антоний (в миру Михаил) родился 27 августа 1847 года в селе Труслейка Корсунского уезда Симбирской губернии в многодетной семье причетника пономаря Симеона Ивановича Флоренсова (t 10 февраля 1870) и его супруги Елизаветы Маркелловны, урожденной Драгомановой (+ 23 октября 1887), дочери священника села Троицкого-Куроедова того же уезда. Мальчик вырос и получил воспитание в соседнем селе Аргаша (1), куда был 9 июля 1848 года переведен его отец. У Михаила было три брата и четыре сестры (2).

В 11 лет Михаил поступил в Симбирское Духовное училище; по окончании его в 1864 году — в Симбирскую Духовную Семинарию, а в 1870 году — в Киевскую Духовную Академию на церковно-историческое отделение. Тема кандидатского сочинения — "Палинодия" Захарии Копыстенского" [6] была предложена ему проф. С. А. Терновским [7].

По окончании Киевской Духовной Академии со степенью кандидата богословия Михаил Флоренсов был назначен 27 июля 1874 года в Харьковскую Духовную Семинарию преподавателем латинского языка. В той же должности он был переведен в родную Симбирскую Духовную Семинарию 15 октября 1874 года.

7 января 1876 года Михаил Флоренсов венчался в кафедральном соборе с Екатериной Павловной Охотиной (+ 13 февраля 1882), дочерью протоиерея Павла Николаевича Охотина [9] (3), который служил в симбирском кафедральном соборе во имя Святителя Николая. 4 декабря 1878 года Михаил Флоренсов Преосвященным Феоктистом, епископом Симбирским и Сызранским, был рукоположен во диакона, а через два дня — во священника к  симбирскому  кафедральному  собору во имя Святителя Николая.

В июне 1887 года священник Михаил Флоренсов был назначен на должность ректора Самарской Духовной Семинарии [12, 1887, № 27].

2 августа 1887 года вдовый священник Михаил Флоренсов епископом Симбирским и Сызранским Варсонофием был пострижен в симбирском Покровском монастыре в монашество с наречением имени Антоний, в честь преподобного Антония Римлянина, Новгородского чудотворца (память 3 августа); 6 августа он был возведен в сан архимандрита тем же епископом в симбирском Троицком кафедральном соборе.

В должности ректора Самарской Духовной Семинарии архимандрит Антоний преподавал в 6-м классе Священное Писание. Его ученик Димитрий Боголюбов (впоследствии протоиерей, известный миссионер, профессор и духовник Московской Духовной Академии, + 22 июня 1953) (4), так вспоминал о нем: "Прямодушный в своих отзывах и заключениях, порою резкий, но неизменно доброжелательный, наш отец ректор пользовался расположением своих учеников за открытость своего характера, за простоту и душевность в обращении, за отеческое желание пособить каждому "встать на дорогу" и идти по ней бодро и с разумною расчетливостью во всем.

Особенно же тогдашний отец ректор Антоний (Флоренсов) служил между нами предметом разговоров за свое отношение к письменным работам. К этим работам он был внимателен чрезвычайно. И доброжелательно строг в отзывах о них...

Помню, кажется, уже я был на переходе в 5-й класс. Один раз такой же "разбор" задал мне отец ректор. Я расплакался, как ребенок, в его квартире от стыда и горя. А мой суровый критик тоже, словно застонал, и в тоске воскликнул: "Господи! плачет. Будто я ему обиды чиню. Да знаете ли, мой бедный юноша, что исключительно по любви к вам я это делаю. Если бы я не замечал в вас проблесков и способности писать лучше... даже совсем хорошо... стал ли бы я с вами возиться и по целым вечерам разговаривать?.. Ах, вы дети, дети! Плачут, когда их добру учат. Погодите - вырастете, и вы с благодарностью станете вспоминать мои уроки..."

С тех именно пор я затвердил, что истинная литературная красота - не в велеречивости, а в точности и сжатости стиля, не в вычурных словесных оборотах, а в их простоте, естественности и содержательности" [10, с. 8, 9].

За все время преподавательской работы архимандрит Антоний, несомненно имевший дар богослова, ничего не написал. Впоследствии он так объяснил это: "На учебной службе некогда было заниматься [литературными] трудами; нужно было самому учиться и учить других. Притом, во время учебной службы, кроме своих прямых обязанностей, много было других посторонних, лишних, ненужных (5), как, например, должность председателя Епархиального училищного совета; это было такое бремя для меня, как ректора Семинарии, что отнимало силы, время, здоровье и парализовало учебную работу. Чтобы ректор мог больше принести пользы для Семинарии, он должен быть свободен от всяких посторонних епархиальных занятий" [7]. По Указу Святейшего Синода от 22 мая 1890 года (№ 1778) архимандрит Антоний был вызван в Петербург для священнослужения и проповеди Слова Божия в течение летних месяцев 1890 года. Но Промысл Божий готовил ему иное служение.

ВОЛЫНЬ

12 июля 1890 года был утвержден доклад Святейшего Синода "О бытии архимандриту Антонию епископом Острожским, викарием Волынской епархии" [12, 1890, № 31]. 8 августа того же года состоялось его наречение во епископа. При наречении архимандрит Антоний произнес речь, в которой так раскрыл свое понимание архипастырского служения: "Что такое епископ? У святого Иоанна Богослова епископы называются Ангелами Церквей и сравниваются со звездами (Апок. 1, 20), очевидно потому, что в древности звезды служили путеводителями для странников и мореплавателей... Путешественнику нужно бывает идти не только днем, но и ночью, а за темнотою ночи трудно бывает рассмотреть дорогу, чтобы не сбиться с пути; притом, на море не только ночью, но и днем часто бывает неспокойно, поднимается буря и начинаются волны; трудно идти при этих условиях, и без путеводной звезды легко можно сбиться с прямого пути. Такой же путеводной звездой для своей паствы должен быть и епископ, а для сего он должен стоять на такой нравственной высоте, чтобы добрые дела его могли служить не только руководственным примером для других на пути ко спасению, но и побуждением для них к прославлению Отца нашего Небесного (Мф. 5, 16)" [13, с. 3, 4].

12 августа 1890 года в Свято-Троицком соборе Александро-Невской Лавры архимандрит Антоний был хиротонисан во епископа Острожского, викария Волынской епархии. Хиротонию совершили митрополит Новгородский, Санкт-Петербургский и Финляндский Преосвященный Исидор и члены Святейшего Синода Преосвященные: Экзарх Грузия, архиепископ Карталинский и Кахетинский Палладий; епископ Маркелл; епископ Пензенский и Саранский Митрофан; епископ Нарвский Владимир; епископ Выборгский Антоний; епископ Ладожский Николай.

Как викарный епископ Волынской епархии, Владыка Антоний наблюдал за состоянием Волынской Духовной Семинарии в г. Кременце [16, с. 10], управлял Дерманским монастырем, опекал Волынское епархиальное женское училище, Острожские Кирилло-Мефодиевское братство, женское училище и прогимназию [15—19].

30 апреля 1894 года Преосвященный Антоний получил назначение на Вологодскую и Тотемскую кафедру. Прощаясь с Волынской Духовной Семинарией, он обратился к учащимся: "Было ли когда лицо мое строго или ласково, все равно я одинаково любил вас в том и другом случае, и если я когда-либо казался для вас строгим, то для вашей же пользы и из любви к вам. И отец бывает строг к детям своим, но строг он по любви к ним, в которой никто не может усомниться... Я не имел родных детей и не испытывал в собственном смысле отеческой любви, но я сознаю ее силу, значение, и моя любовь к вам не менее любви отеческой" [16, с. 11, 12].

ВОЛОГДА

Можно было подумать, что жизненный путь Владыки Антония уже определился. К 47-ми годам он стал известен как ученый иерарх, опытный в административных делах, талантливый, взыскательный педагог, которого любили и паства, и учащиеся. Шли своей чередой награды (6). Перемещение его на Вологодскую кафедру, вместо скончавшегося Преосвященного Израиля, казалось, будет лишь одной из заслуженных ступеней вверх. Однако произошло иначе. В новой епархии Владыка Антоний обнаружил неудовлетворительную постановку духовного образования в Вологодской Духовной Семинарии и женском епархиальном училище: некоторые преподаватели не составили литографированных конспектов, что вынуждало учащихся вести излишние записи лекций и мешало усвоению материала; прием как в женское епархиальное училище, так и в женский монастырь, на территории которого оно располагалось, был затруднен из-за нехватки помещения; особенно Владыка Антоний возражал против того, чтобы девушки жили в городе на частных квартирах и ежедневно питались постной монашеской пищей.

Владыка Антоний начал осуществлять меры по улучшению положения [см. 20], но встретил неожиданное и упорное противодействие викария своей епархии Преосвященного Варсонофия, епископа Великоустюжского. В Святейший Синод посыпались обвинительные письма. Управляющий канцелярией Святейшего Синода В. К. Саблер поручил расследование дела специальной комиссии в составе Преосвященного Ионафана, архиепископа Ярославского и Ростовского, П. И. Нечаева и Н. И. Токмакова.

22 октября 1894 года комиссии были представлены две характеристики Владыки Антония. Вот первая из них, автор которой неизвестен: "Преосвященный Антоний, епископ Вологодский и Тотемский, отличается характером прямым, открытым, решительным. Он не любит длинных, извилистых путей, постепенно приводящих к цели, а избирает и употребляет средства, прямо и непосредственно ведущие к ней. Он терпеть не может притворства, лицемерия, хитрости, коварства. В действиях своих быстр и решителен, самостоятелен, но способен внимать добрым советам. Склонен действовать под первым впечатлением, но не отдается ему слепо и бесповоротно. По сим особенностям своего характера он поступает иногда не с достаточною осторожностию и выдержкою, решает дело, не подготовив всего, что необходимо для приведения в исполнение этого решения". Вторую характеристику написал кафедральный протоиерей Николай Якубов: "Преосвященный Антоний — человек души высокой, доброты величайшей, бескорыстия неподкупного, верности долгу беззаветной. Он готов отдать последнее нуждающемуся. О своих личных потребностях и нуждах не заботится, а печется о других, особенно об учащихся детях. По отношению к проступкам своих подчиненных он терпелив и мудро снисходителен, где то можно. В своих распоряжениях и действиях он никогда не имеет в виду своего личного блага, а преследует исключительно интересы и пользу вверенной ему епархии. В этом отношении он способен возвышаться до самопожертвования и самоотверженной готовности отдать всего себя исполнению обязанностей епископского служения. Для себя лично он ничего не желает, а всё — для других. Это — бессребреник и труженик, можно сказать — подвижник долга, не дающий себе покоя и отдыха в делах без всяких развлечений".

Рассмотрев факты, комиссия установила, что обвинения в адрес Владыки Антония неосновательны, однако ему пришлось составлять объяснительную записку. 14 декабря 1894 года Преосвященный Варсонофий был назначен на другое место служения — вторым викарием Алтайской епархии, с титулом епископа Глазовского. Но после всех событий Владыка Антоний уже недолго оставался правящим архиереем. Здоровье его заметно ухудшилось, и 12 июня 1895 года он был уволен по болезни (7) на покой с одновременным назначением управляющим ростовским Спасо-Яковлевским первоклассным монастырем Ярославской епархии [12, 1895, № 25; 21].

Еще через три года, 11 февраля 1898 года, Преосвященный Антоний, когда ему исполнился всего 51 год, был уволен от управления указанным монастырем, с назначением пенсии. 20 апреля 1898 года он поселился в московском Донском монастыре.

Для внешнего взгляда стремительно разворачивавшаяся биография Преосвященного Антония была прервана (8) сцеплением случайных причин. Однако сам он усматривал в этом проявление премудрого Промысла Божия.

МОСКВА. ДОНСКОЙ  МОНАСТЫРЬ

27 декабря 1898 года Владыка Антоний писал в Вологду одной из своих духовных дочерей: "... Часто вспоминаю и о всей Вологде. Один только год я там пробыл: 10 июля 1894 гида, в воскресенье,— я приехал и тоже 10 июля 1895 года, в понедельник, уехал. Жаль, что так скоро меня с ней разлучили. Но к утешению моему Евангельская притча о том, что и один час только работавший в винограднике Христовом получил такой же динарий, как и все прочие, работавшие с утра до вечера (Мф. 20, 1—16).

И в Ростове, в Яковлевской обители, где почивают мощи любвеобильнейшего, милостивейшего угодника Божия святителя Иакова и великого своим смирением "Православия ревнителя" святителя Димитрия, я тоже пробыл недолго. Я, как странник и пришелец, среди вас: верно, уж так мне суждено. Вы много не скорбите о мне. Мне легче будет, если меньше будете плакать, а только молиться. Судьбы Божий непостижимы: "Не суть бо совети Мои, яко же совети ваши, ниже, якоже путие ваши, путие Мои, глаголет Господь" (Ис. 55, 8). Еще и то к утешению, что и святые не все на вскрытии, а еще больше под спудом. Значит, не всем нужно светить явно, а больше — тайно. Одни, как отцы, должны быть на свободе, на воле, а другие, как матери, должны быть в тереме и в затворе. Каждому, значит, дана благодать от Бога смотря по тому, каких больше сил нужно, отцовских или материнских. Отцы всегда с большими имеют дело, а матери — с малыми, с детьми: а их больше. И слабых, больных, немощных — тоже больше, для коих, чтобы обмыть, одеть, напоить и накормить, уход требуется больше материнский, в затворе, без свидетелей, и не на виду, и не на глазах у всех людей, из коих многие могут быть невежды н порочны. Подвиг любви, как тайну благодати, нужно от них скрыть и от всех непосвященных. На пиру любви и на вечере брачной удостоены только нищие, и маломощные, и слепые, и хромые (Лк. 14, 14—21), и нет места тому, кто не в брачной одежде (Мф. 22, 11 — 14).

Теперь я прохожу подвиг материнской любви, но чей подвиг труднее — отца или матери — Вы знаете. На всё Его святая воля..."

В этом смиренном и нежном письме дано глубокое христианское понимание подвига не только самого Владыки Антония, но и всех святителей-старцев, ушедших в расцвете сил "на покой", "в затвор".

Владыка Антоний занимал в Донском монастыре то самое помещение, которое впоследствии было отведено Святейшему Патриарху Тихону (от ворот сейчас же направо, в монастырской стене на втором этаже).

Один из духовных сыновей Владыки Антония вспоминал о нем: "За мои многочисленные встречи с Владыкой [в Донском монастыре] я видел его в самых разнообразных состояниях: больным, гневным, огорченным, но никогда не помню его вялым, равнодушным, слабым. Всегдашняя бодрость, какая-то душевная выпрямленность, постоянная готовность к действию — были его главными чертами. Таков он был и по наружности: очень высокий, несгибаемый, в остроконечной скуфье, с темными суровыми глазами на темном худом лице. Таким именно я вспоминаю его чаще всего, хотя я часто видел его и в других аспектах: шутливым, ласковым; но и тут всегда чувствовалась его постоянная готовность к бою, к беспощадному действию. Говорил он в диалогах — отрывисто, повелительно, немного нетерпеливо, а в беседах-монологах — очень драматично, выразительно и живо, богатым образным языком, не гнушаясь простонародностью и грубоватостью. Способы его общения с посетителями и руководства были очень разнообразны: иногда это была обстоятельная, ученая беседа, большею частью монолог. Со мною часто бывало, что я шел к нему, приготовив и обдумав несколько определенных вопросов. Придешь, Владыка ни о чем не спросит, даже не даст рта открыть, усадит и начинает сам говорить; и очень редко бывало, чтобы в этом обширном монологе я не нашел прямых ответов на вопросы, с которыми я пришел. Иногда руководство Владыки выражалось в форме исповеди, тщательной, настойчивой, беспощадной; иногда это было гневное "отчитывание", если это нужно было по соображениям его педагогики. В гневе, в обличении Владыка был страшен, но, по его словам, при самом сильном шторме гнева в душе его всегда оставалась тишина, "кусочек ясного голубого неба". Иногда это была молитва; многократно и на себе, и на близких, и на незнакомых мне посетителях я наблюдал силу и действенность молитвы Преосвященного. Бывало, что он прерывал неожиданно беседу и уходил в свой кабинет, явно для молитвы, на несколько минут.

Беседы Владыки касались самых разнообразных вопросов: житейских, научных, философских, но было у него несколько излюбленных тем: греческий язык, брак и семья, некоторые психологические вопросы, главным образом из той несуществующей еще науки, которую проф. о. Павел Флоренский называл биографикой...

Вопросы индивидуальной характериологии и биографии занимали Владыку прежде всего как духовного руководителя множества разнообразных душ: от торговца квасом до профессора московских клиник. У него был особый вкус и чутье к вопросам человеческой психофизиологии, к той области, где душевные проявления стоят в связи с физическим складом человека, его расы, породы, крови, темперамента. Справками из этих областей он часто мудро объяснял и разрешал запутанные положения и сложные вопросы, с которыми к нему обращались его духовные дети. Часто, говоря об определенных людях и их пороках, он говорил: "Это у него в крови, в самой его физиологии; от этого он избавится, только освободившись от тела", — и из житий святых приводил примеры прочности и неискоренимости черт темперамента, как, например, гневливости (9).

Не только как духовник, но и как ученый, психолог, он всматривался в человеческие характеры, из года в год следил и делал записи за отдельными лицами, давал мастерские психофизиологические портреты, и, я думаю, не без влияния его о. Павел Флоренский пришел к задаче найти законы, по которым строится индивидуальная биография, характеристика возрастов, кризисы, характеристика имени и его влияние (10), планетные типы и так далее.

Обширные наблюдения и выводы в этой области Владыка особенно применял к двум сферам практической жизни: браку и выбору жизненного пути.

Семью, семейную жизнь Владыка ставил очень высоко; у него было очень яркое представление дома, очага, семьи в их первичности, праведности, благословенности. Особое значение он придавал совместной трапезе, видя в ней не только процесс насыщения, но и некоторое тайнодействие. Пища, приготовленная женой, и пища ресторанная, приготовленная для всех вообще неизвестными людьми, — совершенно разные вещи. "Муж должен есть только из рук своей жены", — говорил Владыка...

К Владыке часто обращались со всякого рода семейными затруднениями, касающимися семейных ссор, развода, воспитания детей, выбора невесты. Владыка входил во все подробности обстоятельств и неоднократно мудро разрешал, казалось, неразрешимые вопросы.

Во Владыке Антонии было необычайно сильное сознание в себе силы и власти епископа Вселенской Церкви. Он широко смотрел на условные формы современной ему церковной обстановки и, хотя часто принужден был подчиняться этой обстановке, внутренне всегда был от нее свободен.

Трудная жизнь отшлифовала и выявила природные черты Владыки Антония: характер его, оставаясь настойчивым, к концу жизни стал очень уравновешенным и мягким. Он никогда не скучал, везде находил себе дело, а особенно любил заниматься чтением Евангелия по-гречески. Славянское Евангелие Владыка Антоний всегда носил с собой и не расставался с ним никогда, даже на прогулке и в поезде. Из привычек Владыки Антония следует отметить, что он не любил темных одежд, в особенности черных, очень любил ходить в ветхих, привычных ему подрясниках.

Глубоко церковный, он был чужд фанатизма. В нем было чрезвычайно развито чувство долга. Он обладал глубоким и проницательным умом, живым чувством. Во Владыке Антонии соединялись способности философа, математика, художника, поэта; он был широк и свободен в суждениях о науке, литературе, искусстве, природе. Владыка Антоний был убежденным поклонником и знатоком греческой античной культуры, оказавшейся способной к восприятию и выражению Богооткровенных христианских истин. Чрезвычайно одаренный, Владыка Антоний был так же и скромен (11). У него была очень чистая, как у ребенка, душа. Страдания не очерствили его, а научили сочувствовать людям. В каждом человеке он видел человека и говорил с ним как с самым близким, считался с его мнением, прислушивался к нему, и у каждого находил, чему поучиться. Владыка Антоний мог всем поступиться ради других, совсем забыть себя, лишь бы другим было хорошо; за момент радости для другого он готов был испытать годы страданий, которые со смирением принимал как святую Божию волю. Эти черты были в нем исключительны. Для того, кто поступал к Владыке под руководство,  он делался необходимым как духовная пища. Даже не обязательно было говорить с ним и видеться — достаточно было знать, что он помнит о тебе.

ПРИМЕЧАНИЯ

(1) Деревянная церковь с колокольней пригорода Аргаша Корсунского уезда, в честь Благовещения Пресвятой Богородицы, была построена в 1780  году  на  средства  прихожан. В церкви было два придела: теплый, правый — в честь трех святителей Московских; Петра, Алексия и Ионы; левый — во имя святой мученицы Параскевы. В 1882 году  трапезная часть  церкви и колокольня  были перестроены [3].

(2) Братья: 1) Иоанн, диакон Самарской епархии, скончался до 1918 года  (у него — сын Петр и дочь, имя которой не выяснено); 2) Александр, священник (у него — дети: Иоанн, священник, Сергий, священник, оба скончались до 1918 г.; Вера, в замужестве Тихова, и дочь, имя которой не выяснено); 3) Николай,  был урядником,  скончался в  молодости (у него — дети: Александр, скончался 37-ми лет,  по-видимому,  вступил  в  брак с двоюродной сестрой, дочерью диакона Иоанна Семеновича; и дочь, имя которой не выяснено, скончалась до 1918 г.). Сестры: 1) Капитолина, родилась в 1837 году, была крестной матерью Владыки Антония, который ее особенно любил; она была замужем за Александром Михайловичем Керенским  + ок. 1912), который был а родстве с проф. В. О. Ключевским; Керенский — из села Керенки Пензенской губернии (у них — дети: Михаил, профессор Казанской Духовной Академии; Владимир, жил в Ростове-на-Дону; Сергей, директор Алатырского реального училища, + 27 августа 1911; Елена, в замужестве Раева, + 1911); 2) Анна, ее любил особо Владыка Антоний, была замужем за Стефаном Моревым, статским советником, + задолго до 1918 года (у них — дочери: Варвара, вышла замуж за диакона Добросмыслова; Надежда, развелась с Раждаевым, от которого был сын Николай; Анастасия, учительница, + 1911, от тифа; Екатерина); 3) Мария, девица; 4) Елизавета, была замужем за аркатовским псаломщиком (у них — дети: Алексей, Петр и дочь, имя которой не выяснено). Все братья были старше Михаила, из сестер младше его была только Елизавета, то есть он был 7-м ребенком в семье.

Любимым дядей (по матери) Владыки Антония был Сергей Иванович Богородицкий, мирянин, очень даровитый, который скончался 6 ноября 1917 года 91-летним старцем. По словам келейника Александра Владимировича Желтовского, Преосвященный Антоний был очень на него похож и перед смертью вспоминал: "Чудный человек был Сергей Иванович".

По линии отца известны: дед Михаила — Иван Иванович Полянин, диакон, уроженец Нижегородской губернии,  прадед — Иван Полянин. 25 апреля 1918 года священник Павел Флоренский писал: "Флоренсовы были ранее Полуниными и получили свою новую фамилию "в честь дядей своих, профессоров Казанского Университета". Полагаю, что речь идет о проф. В. М. Флоринском, так что Флоренсов — сродни Флоринским, а стало быть.— и нам, Флоренским. Какое-то родство с нами в Преосвященном Антонии мне всегда, с первого знакомства, чуялось в нем, но я не стал его расспрашивать о его родословии". Родословие Владыки Антония священник Павел Флоренский выяснил в 1918 — 1921 годах, им же была составлена генеалогическая таблица рода Флоренсовых, на основании которой составлено настоящее примечание.
В Казанской Духовной Семинарии известны: Яков Воронов-Флоренсов (т. е. бывший прежде Флоренсовым) — учился после 1847 года, когда воспитанникам начали давать двойные фамилии; преподаватель риторики и немецкого языка Алексей Флоренсов (1822 — 1824), воспитанник старой Казанской Духовной Академии (1810-—1817), магистр богословия Московской Духовной Академии (1817—1822). В 1824—1826 годах был ректором чебоксарских училищ. Скончался священником Казанского монастыря [2, с. 323, 324]. Священник Павел Флоренский предполагал, что в возможном родстве с Поляниными были Паленины. Из рода Палениных известны; священник Петр Петрович в селе Оточеве Ядринского уезда Казанской епархии, куда он был переведен из села Кондратьево Симбирской епархии после восстания Пугачева; его супруга Мария Степановна; сын Афанасий, священник, благочинный в селе Оточеве; сын Иоанн, родился в 1804 году, фамилию Паленин получил в Казанском Духовном училище (при Академии) в 1811 году, куда перешел 7-ми лет. Служил диаконом с 1829 года, а с 27 января 1835 года — священником в Преображенской церкви села Юматово Свияжского уезда Казанской епархии. Отец Иоанн был необыкновенным подвижником, бессребреником, прозорливцем и заступником (+ 29 октября 1891) [4, с. 805—819; 5].

(3) Архиепископ Новгородский и Старорусский Гурий (в миру — Николай Васильевич Охотин; + 1 марта 1912), начальник и сослуживец епископа Антония, был близким родственником Екатерины Павловны. Он сам окончил Симбирскую Духовную Семинарию, с 11 октября 1855  года начал в ней преподавать. С 10 октября 1856 года — инспектор Симбирской Духовной Семинарии, а в год перевода туда Михаила Флоренсова стал (с 26 марта 1874 г.) ее  ректором. Его ректорство явилось периодом расцвета Симбирской Духовной Семинарии и в дисциплинарном, и в научном отношении. В 1884 —1890 годы протоиерей Николай Охотин занимал должность председателя Епархиального училищного совета в Симбирске [8]. Преосвященный Гурий, который в  течение  36  лет  был педагогом и отличался всегдашней доступностью, ласковостью со всеми и отеческим участием к бедным и сиротам, был по духу, вероятно, весьма близок к Преосвященному Антонию (Флоренсову).

(4) См. о протоиерее Димитрии Ивановиче Боголюбове: Н. Муравьев, доцент, Н. Лебедев, доцент. Профессор протоиерей Д. И. Боголюбов (Некролог). — "ЖМП", 1953, № 7, с. 6 — 9. Родился 17 февраля 1869 года. Окончил Самарскую Духовную Семинарию в 1890 году. В 1903 году назначен петербургским епархиальным миссионером. В 1913 году перешел на духовно-учебную службу. В 1917  году  участвовал во  Всероссийском Поместном Соборе. В 1922 году принял сан священника. В 20-х годах был непреклонным противником обновленческого раскола. С 1945 по 1951 год преподавал в Московской Духовной Академии в качестве профессора по Истории Русского раскола и сектантства. С 1951 года — духовник Академии. Опубликовал свыше 170 работ, многие из которых были помещены в "Журнале Московской Патриархии".

(5) Вот  только перечень этих обязанностей. С 31 января 1875 г. по 1 декабря 1878 г. преподавал русскую словесность в Симбирской Мариинской гимназии. В 1877 году состоял членом ревизионного комитета Симбирской Духовной Семинарии. С 23 июля по 25 августа  1881 года,  с  29  июля  по 25 августа 1882 года и с 1 ноября по  7 декабря 1884 года священник Михаил Флоренсов исполнял должность инспектора Симбирской Духовной  Семинарии.  С 1 сентября  1882 г. по 22 июня 1884 г. состоял членом Совета епархиального женского училища, 27 августа 1884 года определен членом педагогического  собрания Правления Семинарии.  2 февраля 1886 г. избран делопроизводителем Совета Симбирского духовно-просветительного братства в честь Трех святителей и членом  Епархиального училищного совета. С 12 декабря 1887 года архимандрит Антоний был цензором "Самарских епархиальных ведомостей". Это назначение состоялось по представлению редактора "Самарских епархиальных ведомостей" кафедрального протоиерея Валериана Лаврского. О протоиерее Валериане Лаврском см. [11,  с. 42—45]. С 1 января 1888 года состоял председателем Самарского Епархиального  училищного совета; 3  апреля 1888 года избран членом комитета Православного миссионерского общества.

(6) 17 января 1879 года произведен в чин коллежского асессора; 9 мая 1879 года награжден набедренником, 18 апреля 1881 года — бархатной  фиолетовой скуфьей,  24  марта 1885 года — бархатной фиолетовой камилавкой. 24 апреля 1888 года сопричислен к ордену святой Анны II степени [12, 7 мая 1888, № 19]; 15  мая 1892  года — к  ордену святого равноапостольного князя Владимира III степени [12, 1882, № 20].

(7) "Болезнь моя — плеврит — от простуды в холодной Вологде потребовала от меня многих лет лечения, да и теперь еще дает себя знать", — писал Владыка Антоний 12 июня 1913 года [7].

(8) После ухода на покой Владыка Антоний оказался настолько забытым, что в 1911 году в "Колоколе" был помещен о нем некролог [22].

(9) Иногда Владыка Антоний говорил: "Горбатого могила  исправит".

(10) Например, 17 сентября 1911 года Владыка Антоний писал в гимназию С. Н. Фишер: "Имя — это предзнаменование нравственного воспитания человека, христианина, характеристика его личности и побуждение к той или иной деятельности".

(11) О необычайной скромности Владыки Антония свидетельствует следующий  факт. 1 сентября 1912 года ректор Московской Духовной Академии Преосвященный Феодор, епископ Волоколамский, предложил священнику Павлу Флоренскому возглавить редакцию "Богословского вестника". В связи с этим священник Павел Флоренский в письме  к  В.  Ф.  Эрну  в ночь с  24  на  25  сентября 1912 года (память Преподобного Сергия) составил приблизительный список лиц, которых  он  "имел  в  виду  или  желал  бы  иметь  в журнале".  В этот список он  внес и имя своего духовного  руководителя с  интересной припиской: "Еп. Антоний (1) (совершенно не знаю, как он отнесется к сему)". Вероятно, Владыка Антоний не только отказался печататься, но запретил даже имя свое упоминать в "Богословском вестнике". В ряде материалов о гимназии С. Н. Фишер, которые помогал готовить священник Павел Флоренский, о роли Владыки Антония говорится лишь анонимно [25, 26, ср. также 14]

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

[1] Священник Павел Флоренский. Вступительное слово перед защитой на степень магистра книги "О Духовной Истине", сказанное  19 мая 1914 г. Сергиев  Посад, 1914.

[2] Благовещенский  А. История  Казанской  Духовной Семинарии с восемью низшими  училищами за XVIII и XIX столетия. Казань,  1881.

[3]  Ведомости о церкви Пресвятой Богородицы пригорода Аргаша  Корсунского уезда  и священноцерковнослужителях за 1896 год.

[4] Жизнеописания отечественных подвижников.  Октябрь. М., 1909 (день 29-й,  с.  805— 819).

[5] Священник Г. Львов. Священник Иоанн Петрович Паленин (Некролог). — "Известия  по  Казанской епархии", 1892,  N°№ 12, 13.

[6] Флоренсов М. С. "Палинодия" За-харии Копыстенского. — "Киевские епархиальные ведомости",  1873.

[7] Вопросный листок епископа Антония Флоренсова, посланный 12 июня 1913  года в Совет Киевской Духовной Академии для предполагавшегося полного  "Биографического словаря" бывших воспитанников Академии (с 1819 года) в  связи с  ее 300-летием. — Отдел рукописей Центральной научной библиотеки Академии наук УССР, ф.  175, д. 2233.

[8] Митрополит М а и у и л (Лемешевский). Русские православные иерархи периода с 1893 по 1965 годы. Куйбышев, 1966 (машинопись).

[9] "Слово" протоиерея Павла Охотина было опубликовано  в "Симбирских губернских ведомостях", 1872, № 87.

[10] Боголюбов Д. Методический совет миссионерам-полемистам (на основании письма  епископа Антония Фдоренсова). — "Приходский священник",  1911, № 9, 5 марта.

[11] Письма архимандрита Феодора (Александра Матвеевича Бухарева) к казанским друзьям: В. В. Любимовой, А. И. Дубровиной и протоиерею В. В. Лаврскому. Издал и пояснил примечаниями священник Павел Флоренский. Сергиев Посад, 1917.

[12] "Церковные ведомости" (за разные годы).

[13] Речь Святейшему  Синоду ректора Самарской Духовной Семинарии архимандрита Антония при наречении его во епископа Острожского,  викария Волынской епархии. — Отдельный оттиск из журнала "Церковные ведомости", издаваемого при Святейшем Синоде, 1890, № 34. СПб., 15 августа 1890.

[14] (Епископ Антоний.) Поучение на Богородичный праздник. — Отдельный оттиск. Перепечатано из "Орловских епархиальных ведомостей" за  1906 год. ("Поучение" было издано анонимно со следующим примечанием: "Замечательное по силе назидательности, выразительности и краткости, поучение это принадлежит одному высокопочитаемому духовному старцу-иерарху Русской Церкви".)

[15] Теодорович Н. И. Город Владимир Волынской губернии в  связи с историей Волынской иерархии. Почаев,  1893.

[16] Преосвященный Антоний, бывший епископ Острожский, а  ныне  Вологодский и Тотемский. Его прощание и отъезд из Волынской епархии в Вологодскую (1890—1894). Вологда, 1894 (см. также: "Волынские епархиальные ведомости", 1894, № 20; "Вологодские епархиальные ведомости",  1894, № 16).

[17] Храмовый праздник в Волынской Духовной Семинарии. — "Волынские епархиальные ведомости", 1891, № 5.

[18] Иеромонах Владимир, преподаватель Волынской Духовной Семинарии. Принятие Православия женою генерал-адъютанта княгинею Анною Юлиевною Шаховскою. — "Волынские епархиальные ведомости", 1891, № 18, часть неофициальная.

[19] Речь (Антония, епископа Острожского,  17 января  1893 года) при погребении в Бозе почившего Высокопреосвященнейшего Палладия, архиепископа Волынского  и  Житомирского,  бывшего  на  покое в  Свято-Почаевской Успенской Лавре. — Отдельный  оттиск из "Волынских епархиальных ведомостей", 1893, № 4, часть неофициальная.

[20] Вологжанин.  Из  Вологды (от  нашего корреспондента). (Письмо в редакцию.) — "Русское слово". Газета политическая, общественная, экономическая и  литературная, 1897, № 121, 7 мая.

[21] "Московский листок", 1895, №  192, 12 июля.

[22] Скворцов В. М. Некролог епископа Антония Флоренсова. — "Колокол",  1911, № 1458, 4 февраля.

[23] Соль земли, то есть Сказание о жизни Старца Гефсиманского  скита Иеромонаха Аввы Исидора, собранное и по порядку изложенное недостойным сыном его духовным Павлом Флоренским. Сергиев Посад,  1909.

[24] Епископ  Антоний. Речь духовного сына  при  погребении архимандрита Алексия (Кудрявцева) 20  марта 1908 г. — Отдельный оттиск из "Московских церковных ведомостей", 1908,  № 14. (Слово  посвящено  незлобию,  той добродетели отца Алексия, за которую его особенно любил Владыка Антоний.)

[25] Историческая записка  о 40-летии женской классической гимназии С. Н. Фишер. С 1 сентября 1872 г. по 1 сентября 1912 г. по материалам, собранным Г. Б. Фишером, составил И. Владимирский. Издание бывших  воспитанниц гимназии С.  Н.  Фишер. М., 1912.

[26] Светлой памяти Софии Николаевны Фишер. Сергиев Посад, 1913. — Отдельный оттиск из "Богословского вестника", 1913, № 12.

[27] Священник П. А. Флоренский. Столп и утверждение Истины. М., 1914.

Иеродиакон АНДРОНИК
Троице-Сергиева Лавра
(Окончание следует)

 

Ко входу в Библиотеку Якова Кротова