Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Аркадий Ершов

См. егодокументы. О нём Каплин, 2005.

Из справочника Лемешевского:

Аркадий (Ершов), епископ Мелекесский, управляющий Ульяновской епархией.

Родился 15 августа 1878 г.

Окончил Пермскую духовную семинарию, по окончании которой возведен в сан иерея.

Священствовал в Пермской епархии на разных приходах.

Потеряв жену, около 1923 года постригся в монашество.

17 марта 1924 г. хиротонисан во епископа Кунгурского, вик. Пермской епархии. Пребывая на Кунгурской кафедре, он одновременно управлял Пермской и Свердловской епархиями.

(В 1925 году Кунгурская кафедра из бывшей викариальной Пермской епархии Святейшим Патриархом Тихоном была преобразована в самостоятельную).

С 23 января 1929 г. - епископ Омский (по другим источникам Омской кафедрой управлял уже с 1927 года).

С 23 октября 1930 г. - епископ Чебоксарский.

В январе 1930 г. упомянут в печати как Омский епископ.

27 мая 1931 г. уволен на покой.

С ноября 1931 г. епископ Свердловский и Ирбитский. Через две недели арестован и этапирован в Омск, где приговорен к трем годам ссылки в Казахстан. В апреле 1935 г. освобожден.

С 30 сентября 1935 г. - епископ Мелекесский, управл. Ульяновской епархией.

Возведен в сан архиепископа, не служил, проживал в п. Балмошная г. Перми. 29 сентября 1935 г. арестован. 22 октября 1935 г. уволен на покой.

21 января 1937 г. постановлением Особого совещания НКВД приговорен к пяти годам лишения свободы. 28 октября 1937 г. постановлением Тройки УНКВД по Новосибирской области приговорен к высшей мере. Расстрелян 3 ноября 1937 г. в г. Новосибирске.

Подвизался неустанно в проповедничестве.

Реабилитирован в 1989 г.

Прославлен Архиерейским Собором РПЦ 2000 г.

Память 21 октября и в Соборе новомучеников и исповедников Российских.

 

Литература:

ФПС I, № 196, с. 8, II, с. 4, 4, с. 2, 5, № 27.

ФАМ I, № 27, с. 3.

"Урал. Церк. Вед." 1927, № 2, с. 10-12.

"Пермские епарх. ведомости", 1926 - письмо его.

"Известия", 1930, 21 января.

 

 

П.В.Каплин

Деятельность епископа Аркадия (Ершова) на Среднем Урале

Оп. в сб.: История православия на Урале (К 120-летию Екатеринбургской епархии). Екатеринбург, 2005. С. 137-140.

Современные исследования, посвященные истории Русской Церкви в ХХ столетии имеют одну общую черту – описывая историю церковных событий, авторы исследований редко обращаются к региональной церковной истории. В подобных работах изучаются преимущественно вопросы «теоретические»: принципы отношений с государственной властью, определявшиеся высшей церковной властью, важнейшие экллезиологические вопросы и т.д. Однако полная картина церковной жизни может быть восстановлена лишь при одновременном изучении другой стороны этих вопросов, а именно – изучении региональной церковной истории, где все принятые высшей церковной властью решения и воплощались в жизнь. Такой подход в равной степени применим и для политической истории Советского Союза, без изучения которой церковную историю понять невозможно. Например, для понимания особенностей положения Церкви в СССР важен факт того, что ни сам Иосиф Сталин, ни члены Политбюро или правительства не встречались с представителями Русской Православной Церкви, а функции координирующего, а фактически руководящего, органа были возложены на органы госбезопасности.

Однако принципиальная трудность положения Русской Православной Церкви в СССР, которую с декабря 1925 г. (после ареста Местоблюстителя Патриаршего престола Крутицкого митрополита Петра) возглавил митрополит Сергий (Страгородский) заключалась в том, что руководство страны уже в первые годы гражданской войны поставило своей целью уничтожение церкви. В связи с существованием в условиях выживания, от действий митрополита Сергия во многом зависело положение всей церкви, широкомасштабные гонения на которую могли начаться в любое время, что являлось неизменным условием давления на митрополита Сергия и, вероятно, и на его предшественников. Однако лишь ему удалось после десяти лет безуспешных попыток Патриарха Тихона, а затем Местоблюстителя Патриаршего престола митрополита Петра (Полянского) легализовать положение Русской Православной Церкви в Советском Союзе. Эта легализация остается до сих пор предметом многочисленных споров, не умолкающих из-за не однозначного отношения тех последствий, которые она принесла Церкви.

Митрополита Сергия (Страгородского) не редко укоряли и, вероятно, и сегодня продолжают укорять за то, что он, якобы, допустил вмешательство органов ОГПУ-НКВД в свою кадровую политику. Если исходить в оценке деятельности митрополита Сергия из обстоятельств существования Церкви в первое десятилетие после большевистского переворота, то речь должна идти не о «допущении» вмешательства, а о примирении с уже сложившейся ситуацией, которую изменить не могли никакие заявления, заверения и т.п. Отнятую возможность ведения независимой кадровой политики осознавал и Св. Патриарх Тихон, говоря: «Мы назначаем архиереев на юг, а их отправляют на север». Именно из-за такой позиции у руководства страны стала невозможной какая-либо стабильность в служении как рядового духовенства, так и епископата.

На Среднем Урале нестабильность в замещении архиерейских кафедр проявлялась в том, что один архиерей, занимая назначенную ему кафедру, назначался параллельно одновременно управляющим одной или несколькими соседними епархиями. Такую трудную ношу пришлось нести и Кунгурскому епископу Аркадию (Ершову). Однако деятельность этого епископа и его личность имела значение не только для его «родной» Кунгурской епархии, но и для соседних среднеуральских епархий. Связано это было с тем, что сразу же после своей епископской хиротонии он возглавил борьбу против обновленческого раскола на Среднем Урале, масштаб распространения которого выразился в создании целой обновленческой митрополии.

Начал епископ Аркадий борьбу с обновленчеством с самого начала появления этого раскола в Кунгуре, где местные власти обновленцам передали лучшие городские соборы и храмы, расположенные в центре города, в том числе Благовещенский и Богоявленский соборы, Тихвинский, Иоанно-Предтеченский, Скорбященский и Вознесенский храмы. 15 марта 1923 года в Кунгуре было зарегистрировано обновленческое викарное управление при Благовещенском соборе с целью «усиления влияния на общий ход церковной жизни обновленческих объединений духовенства и мирян». Общины некоторых храмов Кунгура оказали сопротивление обновленчеству и остались верны Патриаршей церкви. В одном из таких храмов - Всехсвятском кладбищенском - 13 июля 1923 состоялось собрание духовенства и мирян, которое избрало епархиальный совет «не приемлющих обновления». Председателем этого совета был избран настоятель Всехсвятской церкви протоиерей Александр Павлович Ершов, который был самым известным противником обновленческого раскола в городе.

По решению епархиального совета на второй неделе Великого поста в 1924 году протоиерей Александр Ершов с Павлом Ивановичем Уткиным выехали в Москву к патриарху Тихону с просьбой о направлении в Кунгур православного епископа. Патриарх после беседы с протоиереем Александром Ершовым понял, что лучшего кандидата для епископской кафедры искать не надо. Тогда же протоиерей Александр был пострижен в монашество с именем Аркадия и возведен в сан архимандрита. 17 марта 1924 года святейший патриарх Тихон в сослужении нескольких архиереев совершил хиротонию архимандрита Аркадия и назначил его епископом Кунгурским. Приехав в Кунгур, епископ Аркадий возглавил борьбу с обновленческим расколом, причем не только в своей епархии, но и в соседних – Пермской, Свердловской, Челябинской. [1]

Одним из самых трудных испытаний для православных верующих и духовенства после борьбы с появившимися обновленческим и григорианским расколами стал курс управления Русской Церковью митрополитом Сергием (Страгородским). Суть этого курса была в заверении правительства СССР в аполитичности Церкви и ее непричастности к каким бы то ни было политическим выступлениям. Такая позиция – аполитичность - для Православной Церкви была естественной и проявлялась в церковной истории России и во время правления династии Романовых, представители которой нарушили ее каноническое устройство и регулярно вмешивались во внутрицерковные дела. При новой государственной власти ни Патриарх Тихон, ни его преемники никому не давали своего благословения на политическую борьбу. Кроме того, позиция митрополита Сергия (Страгородского) вызывала недовольство и в связи с вопросом о независимости проводимой им кадровой политики.

Это было связано с тем, что в обмен на регистрацию центральных органов церковного управления митрополитом Сергием было дано согласие на некоторое вмешательство гражданской власти в кадровую политику: проведение епископских хиротоний с согласия ОГПУ, перемещение архиереев по политическим мотивам и т.д.[2] Исходя из реалий жизни Русской Церкви при большевиках, такое «согласие» можно оценить скорее как примирение с уже сложившейся обстановкой. Реальностью тех лет было запрещение архиереям со стороны ОГПУ проживания в каких-либо населенных пунктах, либо выезда из них, а также произвольные аресты и высылки. То есть, используя присущую государству власть, органы государственной власти на «законных» основаниях препятствовали (либо не препятствовали) назначениям архиереев на кафедры в те годы. Такая позиция митрополита Сергия (Страгородского), вероятно, рассматривалась в значительной степени оправданной, так как не желание последнего к такому соглашению могло привести к исполнению выдвинутых угроз – расстрелу многих архиереев, а затем и к физической расправе с Православной Церковью.

Епископ Кунгурский Аркадий (Ершов) курс церковно-государственных отношений посчитал правильным. Показателем такого отношения стало принятие им в конце 1920-х гг. от митрополита Сергия (Страгородского) назначения на Свердловскую епископскую кафедру в должности временно управляющего, а также исполнение исходящих от митрополита Сергия и Священного Патриаршего Синода указам. Например, в соответствии с указом о регистрации от 25 мая 1927 г., вышедшего после первого заседания Временного Патриаршего Священного Синода, епископ Аркадий направил в административный отдел Уральского облисполкома 2 августа заявление с просьбой зарегистрировать его «временно управляющим Свердловской епархией», а также зарегистрировать «временный Епархиальный епископский совет Свердловской епархии» в составе протоиереев: Сергия Конева, Александра Здравомыслова, Феликса Козельского, Анатолия Меледина, а также граждан Г.Н. Зонова, М.И. Васильева.[3] Однако никаких сведений о деятельности такого Совета не сохранилось, вероятно, он вообще не был создан, т.к. на этом заявлении стояла резолюция «временно оставить без ответа». Сама же Свердловская епархия не имела своего полноправного архиерея, так как последний возглавлявший ее архиепископ – Григорий Яцковский – был в августе 1922 г. арестован и приговорен за «контрреволюционную деятельность и сопротивление изъятию церковных ценностей»[4] к пяти годам строгой изоляции. По существовавшей в те годы практике, на кафедру сосланного епископа новый не назначался. Именно поэтому назначенный в качестве временно управляющего епископ Аркадий был столь важен для православного духовенства и мирян Свердловской епархии.

Еще одним свидетельством исполнения епископом Аркадием указов митрополита Сергия (Страгородского) является его циркуляр благочинному 4-го Нижнетагильского округа протоиерею Сергию Увицкому. Этот циркуляр был написан для исполнения указа №124 от 13(26)..01.1928 г. Заместителя Местоблюстителя и Временного Патриаршего Синода «по вопросу о созыве в недалеком будущем Второго Поместного Собора».[5] В этом документе отмечалось: «Настоящий указ Заместителя Патриаршего Местоблюстителя, при сем прилагаемый, препровождается о. о. благочинным Свердловской епархии, последние передадут его на обсуждение духовенства – клира и приходских советов благочиннического округа. Клир и приход. советы составят свои соображения и постановления по содержанию Указа без всякого промедления о. о. Свердловской епархии, а о. о. благочинные не позднее шестой недели Великого Поста с.г., учинив общую … (нрзб – П.К.) представят весь материал в канцелярию епископа Свердловского, а канцелярия мне или же тому епископу, который будет управлять Свердловской епархией. Призываю духовенство и приход. советы сознательно и с должным пониманием отнестись к обсуждению вопросов, связанных со Вторым Поместным Собором Русской Православной Церкви, не забывая при этом своей верности Слову Божьему и правилам Св. Апостол Св. отец и постановлениям св. Вселенских и Поместных Соборов и принимая во внимание декрет правительства СССР об отделении церкви т государства. В жизни прихода, как малой единице или живой части организма, зарождается, оживотворяется и созидается жизнь Церкви Христовой. Из массы и единения этих малых …вых (живых? – П.К.) элементов организма, в союзе веры и любви между пастырями и пасомыми, созидается, оживотворяется вся церковь Бога живаго, как живое и единое Тело Христово, имеющее главу Господа нашего Иисуса Христа Спасителя тела (Ефес. 1-22,23; 5, 2).

Главный вопрос, который по моему мнению должен быть разрешен на втором поместном Соборе Российской Православной Церкви, это вопрос о сохранении патриаршества, т.е. всего вопрос, того строя высшего церковного управления, который был установлен на соборе 1917-18 гг., т.е. управление церковными делами принадлежит Всероссийскому Патриарху со Священным Синодом и Высшим Церковным Советом, которые ответстве6нны перед Всероссийским Поместным Собором (Определение 1-го Собора 1917 г. – 18 г. г.).

Патриаршество не враждебно канонам и самый ход церковной жизни дает твердую опору для сохранения патриаршества, ибо патриаршество есть та скала среди бушующего океана, который представляет из себя церковная жизнь нашего времени с ея раздорами и нестроениями. Второй вопрос, который в первую очередь должен подлежать обсуждению 2-го Собора, это вопрос об обновленчестве и других раскольнических толках, как-то: григорианство или скорее григорьевщина, андреевщина. Над обновленчеством должен быть изнесен строгий суд и без всякого снисхождения, т.к. обновленчество принесло страшный вред Российской Православной Церкви, причинив ей такие глубокие раны, залечивать которые понадобится много времени.

Вопросы, которые будут подлежать обсуждению 2-го Поместного Собора, весьма разнообразны и многочисленны и я их не указываю, надеясь, что истинно искренно верующее сердце (внесет – П.К.)в сумму вопросов все то, что действительно оздоровит всех нас, по…жит (поддержит? – П.К.) и сохранит в лоне Св. православной Вселенской Христовой Церкви. Помоги Господи».[6] Примечательно, что в обоих процитированных документах епископ Аркадий подписывался как епископ Кунгурский, которым он и являлся, вероятно, на протяжении большей части своего епископского служения, хотя некоторые авторы и именуют его епископом Свердловским.[7]

Осуществляя таким образом управление Свердловской епархией, епископ Аркадий поддерживал и малочисленное монашество, совершая лично постриги бывших насельниц Верхотурских монастырей. В случае невозможности совершить постриг самому, он благословлял обратиться к одному из архиереев в близлежащих епархиях.[8]

В 1929 году епископ Аркадий был переведен на Омскую епископскую кафедру, а в следующем году - на Чебоксарскую. В начале 1930-х гг. епископ Аркадий был арестован и приговорен к трем годам ссылки в Казахстан. Отбыв срок ссылки в 1935 г. он приехал в Пермь, но в том же году был вновь арестован и приговорен к новому сроку ссылки, однако вследствие пересмотра его дела епископ Аркадий был приговорен Тройкой УНКВД по Новосибирской области в 1937 г. к расстрелу.[9] В 2000 г. на основе материалов, поданных Новоспасским монастырем, Архиерейский Собор Русской Православной Церкви причислил епископа Аркадия (Ершова) к лику священномучеников.

[1] Лепихина З.Я. Православный Кунгур. Пермь: ИГ Энтер-профи, 1999. С.53 – 56, 128 – 129.

[2] Шкаровский М.В. Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве. М.: Крутицкое Патриаршее подворье, Общество любителей церковной истории, 1999. С. 87.

[3] ГАСО Ф. р-102. Оп. 1. Д. 384. Л. 1 – 1об.

[4] ГААОСО Ф.1.Оп.2. Д.46693. Т.1. Л..370, 405.

[5] См.: Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти. 1917 – 1943 гг. / Сост. М.Е Губонин. – М.: Православный Свято–Тихоновский Богословский институт, Братство во имя Всемилостивого Спаса, 1994. С.567.

[6] ОДААНТ Ф.р-211. Оп.1. Д.155. Л. 41-42об.

[7] Дамаскин (Орловский), игумен. Аркадий (Ершов) епископ. // Православная энциклопедия. / Под общ. ред. Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. Т. 3. М.: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия»., 2002. С. 262 – 263.

[8] ГААОСО Ф.1.Оп.2. Д.41750. Л.57.

[9] Лавринов В., протоиерей. Екатеринбургская епархия: События. Люди. Храмы. Екатеринбург: УрГУ, 2000. С. 129.

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова