Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
Помощь

  ФРИДРИХ ХАЙЕК

Судьбы либерализма. Гл. 9. О лорде Эктоне.

Пагубная самонадеянность: ошибки социализма. 1988.

Почему я не консерватор.

 

Андрей ЗАОСТРОВЦЕВ

О "пагубной самонадеянности" // Уроки Хайека

Оп.: Дело (СПб.), 25 сентября 2006 г. - http://www.idelo.ru/434/20.html

Фридрих фон Хайек, как и его учитель Людвиг фон Мизес, прожил долго. И даже на год дольше. Умер он в уже объединенной Германии 23 марта 1992 г. на 93-м году жизни.

Триумфатор Хайек стал свидетелем сбывшихся пророчеств. Своих и Мизеса. Он увидел и крах Берлинской стены, и бегство Восточной Европы от социализма, и распад СССР. С 1992 г. Россия — первенец тоталитаризма XX века и один из главных объектов критического анализа неоавстрийской школы — стремительно катилась к рынку.

Российский экономист Роман Капелюшников назвал свою статью о творчестве Хайека "Свободный ум в несвободную эпоху". "Возможно, это самый последовательный "иконоборец" нашего времени. Ведь Фридриху Хайеку довелось противостоять практически всем главнейшим поветриям XX века: социализму, национализму, кейнсианству, идеологии "государства благосостояния". Расплачивался он за это годами забвения и почти полного одиночества".

Современники главных идеологических сражений Хайека всегда признавали его побежденным. "Ретроград" Хайек, пропагандист свободной конкуренции, чья эпоха давно закончилась, — примерно так говорили о нем коллеги, веря в государство как "живительную силу" дряхлого рынка.

В 1989 г. британский премьер Маргарет Тэтчер, столкнувшая страну с "британского пути к социализму", поздравила Хайека с 90-летием. "Вдохновение и лидерство Ваших работ абсолютно очевидны, — говорилось в поздравлении, — и мы в большом долгу перед Вами". В 1991 г. он был награжден президентской медалью Свободы — самой высокой гражданской наградой в США.

Правда, надо заметить, что коллеги-экономисты несколько раньше заметили заслуги Хайека. В 1974 г. он (вместе со своим антагонистом — шведским экономистом Гуннаром Мюрдалем) был удостоен Нобелевской премии по экономике. Со свойственным ему юмором Хайек заявил: "Я не одобрял Нобелевские премии для экономистов, пока ее не присудили мне!"

Злейший враг социализма В прошлом номере "Дела" в очерке о Мизесе упоминался организованный им семинар и его посетитель — молодой доктор юридических наук Фридрих Хайек. Семинар проходил раз в две недели вечерами в торговой палате (где работали Мизес и Хайек) с 1924 по 1931 гг. Попутно заметим, что его участниками были и такие известные впоследствии экономисты, как Готфрид Хаберлер, Фриц Махлуп, Оскар Моргенштерн.

Под влиянием книги Мизеса "Социализм" Хайек, по его собственному признанию, понял, что "социалистическое решение невозможно в техническом смысле". И превратился из "умеренного социалиста" в того, кого советские экономисты-пропагандисты называли "злейшим врагом социализма и прогресса". Хайек не последовал в 1934 г. за своим учителем в Швейцарию, поскольку еще в 1931 г. получил должность профессора экономики и статистики в университете Лондона (знаменитой Лондонской школе экономики). Именно там он вступил в полемику со звездой номер один на небосклоне экономической мысли XX века — Джоном Мейнардом Кейнсом. Уже после смерти Хайек был назван "единственным серьезным конкурентом Кейнса".

Приятели по жизни — Хайек и Кейнс — не могли стать единомышленниками. "Мы редко могли договориться в вопросах экономики", — замечал впоследствии Хайек. Кейнс верил в то, что "больше государства" спасет капитализм; Хайек в то, что "больше государства" его погубит. В 1944 г. увидела свет самая знаменитая его книга — "Дорога к рабству" стала одним из бестселлеров в США. Интеллектуалы того времени были глубоко оскорблены доказательствами социалистических корней фашизма. Германия, Италия и Россия того времени рассматривались им как "ветви общего дерева".

В противовес левым интеллектуалам, Хайек в 1947 г. основывает общество Монт Пелерин (по имени города в Швейцарии, где состоялось его учреждение), объединившее первоначально 39 ученых из 10 стран (среди них был и Мизес), которые своей задачей видели "возрождение либерального движения в Европе". Мимоходом укажем, что с тех пор она сохранила свою актуальность. С 1950 г. Хайек — профессор социальной и моральной философии в Чикагском университете. Предметом его исследований становится методология общественных наук. Затем он обращается к политике и праву. В 1960 г. опубликована его работа "Конституция свободы".

В 1962 г. пенсионер Хайек возвращается в родную немецкоязычную среду. Он выбирает Фрайбургский университет (символично, что Freiburg в переводе с немецкого — свободный город), где экономист Вальтер Ойкен — активный член общества Монт Пелерин — возрождает немецкий либерализм (то, что стало известно под названием "ордолиберализм"). Некоторое время наш герой жил на родине — в австрийском городе Зальцбурге. Потом снова возвращается во Фрайбург, где и пробыл до конца жизни. В 1970-е гг. выходит созданный им фундаментальный трехтомный труд "Право, законодательство и свобода". И наконец, накануне 90-летия появляется его последняя работа (как в таких случаях говорят любители штампов — "духовное завещание") "Пагубная самонадеянность" (1988).

Чему учит Хайек? Тому, чему он учит, на самом деле научить нельзя. Мир все равно будет жить так, как ему заблагорассудится. Однако "уроки свободы" Хайека помогают, как минимум, глубже осмыслить происходящее.

Итак, урок первый — спонтанный порядок. "…Порядок, возникающий независимо от чьего бы то ни было замысла, может намного превосходить сознательно вырабатываемые людьми планы". Таковым, в первую очередь, является то, что Хайек называет "расширенным порядком человеческого сотрудничества", а проще говоря — капитализм. Конкурентный рыночный порядок производит больше знаний и богатства, чем возможно добыть и использовать в централизованно управляемой экономике. Знания, по Хайеку, "рассеяны" среди всех людей, и никакой "центромозг" не в состоянии собрать их.

В то же время стихийное взаимодействие в процессе конкуренции через механизм свободных цен создает уникальную информационную систему и обеспечивает координацию действий миллионов, не имеющих ни малейшего представления друг о друге. Более того, конкуренция — это "процедура открытия", которая дает сведения о новых потребностях и новых путях их удовлетворения. Иначе говоря, рождает новые знания. Социализм же, ограничивая или вовсе отвергая конкуренцию, перерезает каналы обмена информацией и сокращает объем доступных обществу знаний. Поэтому социализм — это не только "дорога к рабству". "Спор о рыночном порядке и социализме есть спор о выживании — ни больше, ни меньше. Следование социалистической морали привело бы к уничтожению большей части современного человечества и обнищанию основной массы оставшегося".

Урок второй. Он является прямым продолжением первого. Институты, возникшие как результат стихийных человеческих действий, как правило, превосходят те, что создаются в результате человеческого замысла. "…Спонтанное сотрудничество свободных людей часто создает вещи более великие, чем их индивидуальные умы смогут когда-либо постичь в полной мере". К спонтанно созданным институтам относятся, например, язык, деньги, торговля. В этой связи Хайек абсолютно не принимал того, что он называл "конструктивистским рационализмом" — "проектной" теорией общественных институтов, идущей от Декарта и французских энциклопедистов. Их "рационалистический индивидуализм" (в отличие от "подлинного индивидуализма" Дж. Локка, Д. Юма, А. Смита, Э. Берка) "всегда имел тенденцию перерождаться в противоположность индивидуализма — в социализм или коллективизм". В этом и заключалась "пагубность самонадеянности".

Урок третий. Не устраивало Хайека и употребление слова "социальный" ("социальное государство", "социальная демократия", "социальное страхование" и т.д.), особенно в сочетании со словом "справедливость". Согласно ему, это "отравленный язык". "Определение "социальный" представляется приложимым ко всему, что связано с уменьшением или устранением различий в доходах". Этот призыв к "распределительной справедливости" несовместим с конкурентным рыночным порядком. "…Люди стали называть "социальным" то, что является главной помехой для самого поддержания жизни "общества". В сущности, "социальное" следовало бы именовать "антисоциальным"".

Урок четвертый. "Неограниченная демократия ничем не лучше любой тирании". Кризис демократии Хайек видел в том, что "суверенные" парламенты могут делать всё, что представители большинства находят полезным для сохранения поддержки избирателя. Включая, естественно, разного рода популистские шаги, удовлетворение групп интересов и т.п. В качестве выхода Хайек предлагал разделить народное представительство на тех, кто принимает законы, и тех, кто осуществляет правление в виде распоряжения общественными ресурсами (бюджет и пр.). Первые должны быть вне партий и избираться единожды на 15 лет.

Настал XXI век. В России идеалы Хайека не прижились. Все меньше свободы, все больше государства. Прижилась "пагубная самонадеянность".

Ко входу в Библиотеку Якова Кротова