В этом выпуске: Полёт на Голгофу. - Новояз как содержание деспотизма

О ХРИСТЕ

Мф. 5, 41 "и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два".

Слова, которые звучат довольно мрачно, когда уже знаешь о крестном пути. Вот уж воистину - "пути господни неисповедимы". Интересно, а если тебя заставляют сесть в машину, а не идти? Садиться? Пустой вопрос, потому что автомобиль - это настолько более дорогой способ передвижения, что вопроса особенно и нет. "Если император предложит тебе подсесть к нему в колесницу..." Ну, это уже как если бы в самолёт бесплатно приглашают... Один автоинструктор написал, что автомобилист - это вообще особое состояние человека, что переходу стать автомобилистом это как обезьяне стать человеком. Само это утверждение доказывает, что автомобилисты такие же люди, как и пешеходы - заносчивые... только заносит их сильнее и результат печальнее...

Пешее хождение и автомобильное соотносятся, скорее, как дыхание и еда. Гордого автомобилиста смело уподобим задыхающемуся обжоре. К тому же, автомобилисту полезно помнить, что есть ещё лётчики. Что они думают об автомобилистах? Чем мощнее орудие, чем больше скорость, чем выше к небу, тем неуместнее и опаснее гордыня, тем жёстче контроль, тем тяжелее наказание за ошибку.

Жизнь со Христом начинается с согласия: "сочетаюсь со Христом", пусть Он сопровождает меня по жизни... как автоинструктор... Впрочем, разве это начало жизни со Христом? Это начало эксплуатации Христа. Но всё-таки Христос живой, не надо его эксплуатировать. "С нами Бог" - это всё-таки не Бог, оставляющий Свой путь и плетущийся рядом со мной, это не бравурная езда в автомобиле под Божьим руководством, это полёт... и летим прямо в гору... В Голгофе врезаться предстоит... И не надо сильно пугаться - Пилот жертвует собой за всех и лишь Он один погибает. А воскресают - все!

РАЗНОЕ

Новояз кажется средством, однако в определённом смысле новояз - цель. Новояз не упрочивает деспотизм, новояз и есть цель деспотизма. Ведь "в начале было Слово". Не слова для человека, а человек для Слова. Соответственно, расчеловечивание ставит своей целью лишить человека слова и тем самым превратить его в вещь. Новояз потрошит слова и превращает их в звукосочетания, чучела слов.

Вот почему бессмысленно просить деспота: "Я согласен жить плохо, только не говорите, что это плохо - хорошо". Лучше, мол, горькая правда, чем сладкий обман! "Скажите мне, что у нас медицина платная, не надо врать, что она бесплатная, и тогда я успокоюсь!" Деспотизм, скорее, вполне искренен в своих речах о том, что "всё для блага человека". Деспот хочет, чтобы подданные жили лучше. Только в "лучше" входит искоренение слов. Ложь - не временная мера, а цель. Деспотизм любит не молчание, а именно новояз, как некоторые сознательно предпочитают механического соловья - живому.

Деспот скорее согласится на материальное равенство, чем на правду. Лукавство, двойной стандарт - это кровоток насилия. Он этим дышет и от этого получает удовольствие. Кстати, этим грешат и подданные - не случайно, потому что деспотизм не случаен никогда. И просить "Не лукавьте!" слишком часто лукавство, бегство от правда. Так был и остаётся неправдой жанр "писем в Кремль". О чём бы ни писать в Кремль, всё будет ложью по определению, всё будет подпитывать деспотизм - ведь пишут именно ему, его просят не лгать и не убивать. Если тирана просят "не лги", то признают, что можно быть тираном - и не лгать. А это ложь.

СВЯТЫЕ

Иоанн (Жан Габриэль) Пербойр (1802 - 11.9.1840). В пятнадцать лет Жан Пербойр почувствовал призвание к миссионерству, причем к миссии в какой-нибудь далекой языческой стране. Возможно, была в его стремлении и жажда мученичества, потому что во Франции за проповедь христианства могли побить, но не казнить. Пербойр поступил в Конгрегацию Миссии и в 1826 г. был рукоположен. Однако, руководство конгрегации предпочло использовать его интеллектуальные способности и послали его преподавать в семинарию, где он вскоре стал и ректором. В 1832 г. его послали в Париж руководить новыми членами конгрегации, и только в 1835 он получил разрешение самому отправиться к Китай. Язык он выучил за четыре месяца, и вскоре включился в традиционную работы своей конгрегации, которая подбирала сирот и воспитывала их в христианской вере. В сентября 1839 года, однако, неожиданно вспыхнули гонения на миссионеров. Отец Пербойр, в отличие от других, не успел спрятаться – его выдал властям неофит, причем в награду за тридцать мелких монет. Его доставили к властям в Вуханфу, двадцать раз допрашивали, пытая. На его лице выжгли четыре иероглифа: “Проповедник ложной религии”. Пятеро уголовников привели в исполнение смертный приговор, задушив отца Жана шнурком. Гибель Пербойра была использована европейцами как предлог для объявления Китаю войны, которая получила справедливое название “опиумной”: требовали права продавать китайцам индийские наркотики. Через три года после начала войны, закончившейся позорной победой европейцев, был заключен Нанкинский мирный договор, по которому китайцы не только уплатили колоссальную контрибую и дали свободу наркодельцам, но и обязались не судить иностранных миссионеров. Butler, 11.9; A.Chateket. J.-G.Perboyre, martyr. 1943. Память 11 сентября (в Китае 7 ноября, дата, ближайшая ко дню беатификации в 1889 г.).

ДРУГИЕ АВТОРЫ

С 29 июня 2009 г.: Чекистская сводка доносов на недовольных Сталиным в начале войны; Ястребов о книге Эванса о Христе, 2009; Козлов о массовых антиправительственных выступлениях 1953-1985 гг., в т.ч. о протестах против гонений на Церковь, 2006; Белякова и Дюкова о новейших православных суевериях Нижегородского края, 2003; Меерсона воспоминания об оо. Илье Шмаине, А.Мене, Вл.Рошко и др., 2009.

Всего на 1 января 2009 г.: 1,8 гб., файлов 84 тысячи.

Недавние поступления.

Я буду очень благодарен и за материальную поддержку: можно перевести деньги на счёт в Paypal, сбербанк, яндекс.