Книга Якова Кротова. В моей книге несколько тысяч глав (эссе, исторические очерки, публицистика), более 4 миллионов слов. Это своего рода «якопедия», из которой можно извлечь несколько десятков «обычных» книг. Их темы: история, человек, свобода, вера.

Искусственное прерывание беременности: реальность и истерики

Считаю ли я грехом искусственное прерывание беременности? Не по медицинским показаниям — это случаи довольно редкие, и надо быть совсем уж озверевшим фанатиком, чтобы и тут идти на принцип. Просто: вот здоровая женщина забеременела, плод нормальный.

Главное, я считаю грехом истерику вокруг женщины, для которой иная беременность — словно тебя машина сбила.

Таковы далеко не все беременности, не у всех женщин и у любой женщины не в любое время.

На протяжении большей части истории человечества женщины, если и прерывали беременность искусственно, то не ради карьеры, творчества, самореализации. Просто ради выживания. Чтобы родители и соседи не убили за внебрачного ребёнка. Чтобы отдохнуть, вздохнуть хотя бы немного. Не «пожить в своё удовольствие», не «расслабиться», а просто дать отдых организму. Чтобы не помереть, не совершить самоубийство — а ведь для миллиардов женщин беременность и непрерывные роды превращались в растянутое самоубийство, оно же и убийство.

Никакой «ратный труд на благо мира», с окопами, переходами через Альпы и аустерлицами, не изматывает мужчину так, как изматывают женщину постоянные роды. Даже не очень важно, умирает ли большинство детей в младенчестве, как это было тысячелетиями, до недавнего времени, или нет. Об этом гениально, с немыслимым, казалось бы, проникновением в другого человека написал Лев Толстой в «Анне Карениной», но мало кто из мужчин улавливает там эту тему.

С огромным трудом и далеко не окончательно женщина отвоевала себе право быть не только инкубатором. Быть Марией Кюри, быть Голдой Меир, быть Ангелой Меркель, Зинаидой Ермольевой, Линой Штерн. Что, не обо всех слышали? А плодами-то пользуются все.

Внутри каждого человека — огромный будущий человек. Всегда. Это естественно. Это можно искусственно прервать. Так поступает патриархальное общество. Женщина превращается в автомат рожающий, мужчина в автомат убивающий, правящий, насилующий. Нравится? Многим нравится. Именно  это называют «фундаментализмом», «реакционностью». Вернуть простой и понятный мир, где запрещено женщине искусственно прерывать беременность.  Лишить женщину будущего, чтобы она порождала новые жертвы доминирования, и в этих новых жертвах, если выживут, тоже уничтожат будущее, превратив в червяков на своей удочке.

Следующий шаг — вернуть мир, где запрещено женщине голосовать, получать высшее образование.

Следующий — нужно напоминать? Это ведь и сейчас реальность: запрещено видеть мужчин, любых, до брака. Запрещено всё. Многим женщинам очень нравится, по разным причинам. Они «за то, чтоб все». Много их, шагов, ведущих в ответственную, заботливую, стабильную бесчеловечность.

Конечно, из десяти женщин, мечтающих стать кем-то, десять никем не станут, будет офисный планктон. И из тысячи хорошо если одна. Так и с мужчинами то же самое. А что, «офисный планктон» — тьфу? Да без офисного планктона по-прежнему сидели бы в пещерах и рожали, рожали, рожали, а через пару месяцев хоронили, хоронили, хоронили, и к 25 годам превращались бы в развалину и помирали. Слава офисному планктону, кормовой базе человечества.

В конце концов, «искусственное»  это не только скальпель с отсосом. Отказаться от секса — добровольно, как монах или монахиня, или так уж случилось — тоже не «натурально». Если цель размножение, то уж давайте всерьёз, с запретом безбрачия, с обязательством всем и каждому не меньше десятка произвести. А то как себе — так у меня «призвание от Бога», а как другим — так «только о себе думает».

Особый грех на тех, кто знает о Боге, знает Бога, молится Ему, но лезет в жизнь неверующих, не знающих Бога, лезет с поучениями и законодательными запретами. Мол, убийство! Караул! Сперва вон — атомную бомбу запрети. Ах, от искусственного прерывания беременности больше гибнет, чем от атомных бомб? Так от атомных бомб просто все погибнут, а морально — уже все погибли, припогибли малость. Классическое извращение иерархии ценностей.

Что до своих, до верующих. Да, Господь Иисус Христос запрещал разводы. Он и глядеть на женщину с вожделением запрещал. Почему запрещал? Чтобы человек — точнее, мужчина — которому перекрыли путь к насилию и власти, волей-неволей, благодатью и отчаянием полез, наконец, в сторону свободы и Бога. А женщине? «Иди и больше не греши». Не греши властолюбием, не будь агрессивной ханжой, не отыгрывай свои проблемы на посторонних. Не будь слепой к чужому горю и к чужому счастью. Не живи по заповедям, живи с Богом, в Боге, проси Его Духа в каждой конкретной ситуации.

Это благословение на распутство? Мол, в принципе нельзя грешить, но в зависимости от ситуации можно?

Это благословение на богообщение. На смирение. На признание себя слабым — а если уж я слаб, то другие-то и подавно. Благословение на незнание, на понимание своей ограниченности, своего неведения будущего — и своего будущего, и чужого. Вечность знаем, а будущего не знаем. И чем лучше видим вечность, тем с меньшей уверенностью видим будущее. Такая вот дальнозоркость веры.

Господь Иисус близко, а осудить ли сестру по христианской общине, которая пошла на искусственное прерывание беременности, потому что пилюли вовремя не приняла, заработалась над диссертацией и в школе дел невпроворот, и единственный ребёнок всего внимания требует, и муж об стенку от безденежья бьётся...

Ну, осуди, осуди... Ей неловко и стыдно, она кается, хотя как «кается» — всё равно деться некуда, повторится, она опять на это пойдёт... Иди и больше не греши — ты это не ей скажи, ты это себе скажи. Ты ж не Господь, что простительно, но ты и не Дух Святой, а вот это уже неправильно — должен быть им для других.

Всё сложно обычно не там, где пишут «всё сложно». Там обычно всё просто: людям страшно жить в полную силу. Нет веры — нет и спросу. Всё сложно именно там, где вера, надежда, любовь есть, а сил рожать нет, ну что делать, и сил отказываться от настоящей жизни нет, и тут поддержать и ободрить — святое дело, дело мужа, конечно, прежде всего, но и единоверца. Мол, «ну давай попробуем». Это подействует — если ты сам в это веруешь и надеешься на Бога. А если надеешься на закон и принуждение, тогда и вера твоя не подействует, и закон твой обойдут, и Бог тебя обойдёт, а к несчастной придёт.

См.: История человечества - Человек - Вера - Христос - Свобода - На первую страницу (указатели).

Внимание: если кликнуть на картинку в самом верху страницы со словами «Книга Якова Кротова», то вы окажетесь в основном оглавлении, которое служит одновременно именным и хронологическим указателем

Фотография: 9 ноября 2020 года в Новом Иерусалиме. Я был в соборе, страшно сказать, зимой 1972 года. На лыжах шли с другом. Поразил проваленный купол — словно внутри яйца, которых великан разбил ложечкой. Всюду внутри были сугробы. Даже странно, ведь вроде там был музей? А в этот раз — конечно, гламурно отреставрировали, но внутри поразительное впечатление. Как в Шамборе. Словно тебя затянуло в какой-то космический круговорот.