Ко входуЯков Кротов. Богочеловвеческая история
 

Яков Кротов

Cм. справочные материалы; см. общую библиографию. Персоналии. См. о его политической программе.

ТЕНЬ КУКЛОВОДА

Архимандрит Тихон Шевкунов приковал к себе внимание российской политической прессы. Архимандрит не так интересен, как это внимание. В его основе лежит убежденность, что «духовник царя нередко определял судьбы российской империи» (Алексей Челноков, в очерке о Шевкунове[1]). Источник этой странной идеи – Лев Гумилев.

Гумилев и в данном случае исказил факты. Только дважды в российской истории священнослужители определяли судьбы страны, но оба раза делали это абсолютно открыто, не будучи царскими духовниками. В малолетство Дмитрия Донского это был митрополит св. Алексий, при Михаиле Романове это был его отец, насильно постриженный в монахи и ставший патриархом Филарет Никитич.

Ни один царский духовник никогда не имел решающего слова в государственных делах. Другой вопрос, что цари несколько раз пытались переваливать ответственность с себя на подчиненных, но это всегда – как в случае претензий Петра Алексеевича к патриарху Никону – была ложь, пусть и царственная. Попытка представить «социальными реформаторами» таких священников как Иван Неронов, Стефан Вонифатьев, Аввакум Петров, – перенесение Гумилевым на cемнадцатый век приблизительности, характерной для бульварной прессы нашего времени. Погромы, которые устраивал тот же Аввакум, имели к реформам не больше отношения, чем погромы, устраиваемые скинхедами.

Лев Гумилев, однако, никогда не пытался обелить одного начальника за счет другого, поменьше. Иначе обстоит дело в охоте на Шевкунова. Это типичный отвлекающий маневр, психопатический (и это в лучшем - бессознательном – случае) перенос внимания. Например, политическое кредо о. Тихона выражено во фразе:

«Сегодня Россия вынуждена проходить между Сциллой и Харибдой: между ужасом исламского терроризма и не менее страшной силой тех, кто пытается воплотить в жизнь тотальную американскую гегемонию»[2].

Митрополит Кирилл Гундяев на трагедию 11 сентября отреагировал аналогично:

«Те, кто взорвал американские небоскребы … борются … не с православными … а с теми, кто со своей стороны тоже пытается предложить всему миру свою цивилизационную модель как единственную и универсальную; это борьба с западными цивилизационными ценностями, которые через систему международных организаций предлагаются сегодня человечеству в качестве универсальных»[3].

Патриарх Алексий Ридигер, наконец, в заявлении по поводу 11 сентября уравнял террористов и США, изобразив трагедию столкновением двух тоталитаризмов:

«Мы … столкнулись с еще одной, особенно дерзкой попыткой насильственно навязать другим свое видение мирового порядка, опираясь на собственные мировоззренческие или религиозные убеждения, абсолютизируя свою культуру и свой образ жизни»[4].

Почему никто не заметил (не отметил) этого кощунственного «еще»? Почему забывают, что и во время бойни в Вильнюсе Патриарх, осудив действия русской армии, одновременно осудил и литовцев?

Можно понять, почему заведующий религиозным отделом «НГ» Максим Шевченко критикует Шевкунова и отрицает его влияние на президента в таких изысканных словах:

«Владимир Путин, постоянно общающийся с таким по-настоящему мудрым и взвешенно мыслящим православным человеком, как Патриарх, не нуждается в давлении на него в вопросах, касающихся веры»[5].

Шевченко с Шевкуновым в одной «маркетинговой нише» православной реакции, более того, в одном «умеренном» секторе этой реакции. Им есть что делить – Патриарха, подписчиков (Шевкунов руководит крупным издательством и интернетным агентством), а главное, конечно, славу и честь.

Есть свои причины и у совершенно светских интеллектуалов замечать подлость и злость у «попов», но игнорировать, и активно игнорировать холуйские и антизападнические тирады «своим» или просто «сильным мира сего».

Между тем, высказывание Шевкунова: «Я проголосовал за Владимира Путина … Мне в нем очень нравится одно качество – он совершенно не стремится к власти»[6] - вполне стоит слов Екатерины Гениевой, сказанной о Путине через неделю после передачи ему трона Ельциным, на Рождество 2000 года: «Мне симпатично в нем то, что я понимаю то, что он говорит»[7] или слов Патриарха, сказанных в конце января того же года: Церковь-де взяла и «с удовлетворением восприняла согласие Владимира Путина участвовать в выборах президента России»[8].

Какое высказывание Шевкунова ни возьми, ему обязательно найдется аналог в речах высших церковных иерархов, да и светских политиков. Но тех трогать боятся. Критика, как в первый застой, вновь подымается не выше уровня райкома (каковому уровню и соответствует занимаемый Шевкуновым пост наместника Сретенского монастыря в Москве). Юрий Васильев критиковал Шевкунова за то, что в 1994-м году он выгнал из Сретенского монастыря о. Георгия Кочеткова с его общиной[9], но как-то стыдливо умолчал, что послал-то его с таким заданием Патриарх Алексий. И отнюдь не Шевкунову принадлежит «своеобразный «патент» на насильственное решение внутрицерковных проблем в демократической России»[10], все было в начале 1990-х многократно опробовано на всевозможных «сектантах». А уж милитаризм Шевкунова из того же теста, что милитаризм как православных, так и антиправославных героев нашего времени. Его брань в адрес свободы слова («больше всего об угрозе «ограничений» кричат как раз те, кто монополизировал информацию и превратил СМИ в настоящее оружие»[11]) дословно повторяет штампы проправительственного, однако, агитпропа.

Свято место пусто не бывает, но пустое место освятить можно запросто. Можно сделать это пустое место архимандритом, можно изобразить его «серым кардиналом». Шевкунов лишь получает возмездие за свою веру в масонов как скрытый двигатель истории[12]. Правда, однако, заключается в том, что Шевкунов потому сблизился с Путиным (а сближение это совершенно реально и физически зафиксировано теле- и фотокамерами), что способен вкладывать в себя противоположные убеждения.

Какие-то взгляды он, видимо, лишь припрятывает (например, в 1991-м году он утверждал, что демократия — враг Московской Патриархии[13]; сейчас он таких высказываний себе не позволяет, хотя не утверждает и ничего противоположного). Но вот два года о. Тихон вел кампанию против штрих-кодов и ИНН как орудий американского тоталитаризма, после чего в начале 2000 года развернулся и вдарил из всех орудий по тем, кто пытается расколоть православие надуманными претензиями к налоговикам. И хотя все обещания министра налогов Шевкунову оказались обманом, никто православных, боящихся ИНН, не освобождает от этой буки, игумен уже неколебим в поддержке курса партии и правительства.

В 1991-м году, еще в бытность простым монашком, Шевкунов обвинил «карловчан» (американских православных) в поджоге по заданию ЦРУ Донского монастыря, где он тогда проживал[14]. В 2001-м году он радостно приветствует возможное объединение Московской Патриархии с теми же карловчанами.[15]

У этого человека всегда есть запасной выход. Он выступает не против абортов, а «за ограничение абортов». Позиция для православного человека нетривиальная, зато идеально соответствующая правительственному курсу, который допускает аборты и на поздней стадии беременности «по социальным причинам»[16]. Он против «либерального угара» и «либеральной агрессии»[17], но ведь это означает, что в любой момент о. Тихон может провозгласить себя сторонником «истинного либерализма».

Шевкунов способен легко объяснить, почему Московская Патриархия нарушает собственный устав, не созывая поместных соборов: мол, зачем нужная такая «крайность» как «введение строгой и обязательной периодичности в живую жизнь Церкви»[18]. Разумеется, с такой же легкостью он объясняет прихожанам, зачем в живой жизни Церкви нужна строгая и обязательная периодичность исповеди, причастия, молитвы.

По крайней мере в случае со штрих-кодами переворот во взглядах о. Тихона последовал за его знакомством с Путиным. Во всяком случае, Шевкунов заявил, что познакомился с будущим президентом, когда тот стал работать «по соседству», то есть, в здании ВЧК на Лубянке[19]. А должность Дзержинского Путин получил 25 июля 1998 года.

Интерес к Шевкунову был подогрет бурным обсуждением личности банкира Сергея Пугачева. Что с Пугачевым Шевкунов познакомился намного раньше, чем с Путиным, несомненно (Пугачев финансировал деятельность православной телепередачи «Русский дом» и соответствующего журнала).

Оживленно обсуждается, Пугачев познакомил Путина с Шевкуновым или Шевкунов — Пугачева. Но драма в том, что это не имеет ни малейшего значения. От перестановки пустот сумма не меняется. Пугачев, Путин, Шевкунов, - лишь дыры, на которые молятся те, кому обязательно нужно молиться на кого-нибудь, кроме того Единственного, Кому молиться не нужно, зато можно.

Идет процесс воспроизводства и раздувания ничтожеств. Эти ничтожества любят святость. Шевкунов заявил: «Тот, кто по-настоящему любит Россию … может только молиться за Владимира Владимировича, промыслом Божиим поставленного во главе России»[20].

Шевкунов, видимо, прав в том, что воля избирателей к выдуванию Путина отношения не имеет. Но и воля Божия ни при чем. Если бы Бог ставил Путина во главе страны, Он бы сфальсифицировал результаты выборов элегантнее, а не по-чекистки топорно: до Урала народ один, после Урала другой.

Если что из Божественного Откровения и имеет отношение к этой истории, так знаменитый стих псалма сорок первого: «Бездна бездну призывает». Пустота притягивает пустоту. Сходят со сцены истории пустоты 1920-х годов рождения, старятся пустоты 1940-х годов, но уже призваны им на смену пустоты 1952 года, 1958 года (Шевкунов как раз с этого), и тянутся вереницы совсем молодых, радужных пузырей. Ну, не беда: тот псалом заканчивается призывом: «Что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься? Уповай на Бога, ибо я буду еще славить Его, Спасителя моего и Бога моего». Главное – не поддувать в пузырь, а лопнет он и сам.

*

Шевкунов организовал в своем монастыре училище, которому синод недавно дал статус "закрытой семинарии", курс соответствует курсу МДС. Среди преподавателй: ген-майор Леонов, Шафаревич, Вигилянский, Максим Козлов, Кураев, зав. кафедры философии МГУ Майоров. "Радонеж", №123, Дм. Беленький

[1] Алексей Челноков. Исповедник Путина любит иномарки. // http://www.ipc.od.ua/st04.

[2] Архимандрит Тихон: Путин и его семья – христиане… // Известия. 8 дек. 2001 г.

[3] Кирилл Гундяев. Мир не построить по одной модели. // Труд. 22 сент. 2001 г.

[4] Труд, 20 сент. 2001 г.

[5] Шевченко М.Кто дерзает рассуждать о душе президента? // Независимая газета. 11 дек. 2001 г.

[6] Алексей Челноков. Исповедник Путина любит иномарки. // http://www.ipc.od.ua/st04.

[7] Московские новости, 5 янв. 2000 г.

[8] НГ-религии, 26 янв. 2000 г.

[9] Юрий Васильев. Пастырь с Лубянки. // Московские новости. 5 сент. 2000 г. №35.

[10] Юрий Васильев. Пастырь с Лубянки. // Московские новости. 5 сент. 2000 г. №35.

[11] Профиль, №207, 2000 г. http://www.profil.orc.ru/archive/n207/text2.html.

[12] Тихон Шевкунов. О штрикоде и др. На вопрос о «конкретных людях», стоящих за штрих-кодами: «Я не могу назвать сейчас. Можно сейчас сказать, что это масоны, можно еще там кого-то». Стенограмма радиовыступления: www.kormchy.ru/Rossia/barcode.htm.

[13] Литературная Россия. №45, 12 нояб. 1990.

[14] Юрий Васильев. Пастырь с Лубянки. // Московские новости. 5 сент. 2000 г. №35.

[15] О 1991-м годе в статье Челнокова, о 2001-м: Архимандрит Тихон: Путин и его семья – христиане… // Известия. 8 дек. 2001 г.

[16] «Я за ограничение злоупотребления свободой слова, так же как за ограничение оборота наркотиков и алкоголя, за ограничение абортов». - Профиль, №207, 2000 г. http://www.profil.orc.ru/archive/n207/text2.html.

[17] Интервью на сайте www.pravoslavie.ru в августе 2000 г. и тема 8101 на форуме www.kuraev.ru.

[18] Интервью на сайте www.pravoslavie.ru в августе 2000 г. и тема 8101 на форуме www.kuraev.ru.

[19] «Он пришел к нам в храм, поскольку наш монастырь расположен недалеко от прежнего места его работы». Архимандрит Тихон: Путин и его семья – христиане… // Известия. 8 дек. 2001 г.

[20] Архимандрит Тихон: Путин и его семья – христиане… // Известия. 8 дек. 2001 г.

 

2001 год.

 

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова