Яков Кротов. Путешественник по времени. Вспомогательные материалы

Василий Ключевский

НЕОПУБЛИКОВАННЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ. 1983.

 

Приложение.

I. К курсу«Западное влияние в России после Петра»

Среди рукописей Ключевского сохранились черновые карандашные записи историка, датированные им 1891 г. (ОРФ ИИ, ф. 4, он. 1, д. 90, л. 1-33). На конверте, служившем обложкой, рукой Ключевского синим карандашом сделана надпись: «По западному влиянию в XVIII в. Курс и материалы», и далее простым карандашом: «Вопрос о древней и новой России -историография». Первый двойной лист архивного дела напечатан на машинке, вероятно, Я. Л. Барсковым, которым была снята после смерти Ключевского копия с его рукописного архива. На этом листе, кроме повторения приведенного текста обложки, есть пометы: «XVIII век. 60 страниц черновика и копии...» В архивном деле, судя по старой нумерации, сохранились листы с 10 по 40, т. е. почти 30 листов отсутствуют. Возможно среди них были три наброска «Древняя и новая Россия», которые хранятся в ГБЛ (ф. 131, п. 12, д. 3, л. 1-13). Эти наброски публикуются ниже после черновых материалов к лекциям.

Текст черновой рукописи представляет собой небольшие отдельные части публикуемых выше лекций. В этой рукописи отсутствует редакционная правка Ключевского, сделанная им позже в предлагаемом курсе. Части рукописи, которые отсутствуют в публикуемом тексте, даются нами ниже: Из черновых материалов к курсу «Западное влияние в России после Петра»

К 1-й лекции:

XVIII век. Интеллигенция вообще. Лишние люди Тургенева: их горе - горе от ума, несчастие - в их неприспособленности к действительности, а в этой неприспособленности способнейших людей наших - осуждение не им, а жизни и ее условиям.

Протоколы -«Русская мысль», сентябрь, с. 38 и другие места отчеркнутые.

«Гамлет Щигровского уезда» заставляет горько задуматься над странной судьбой нашей образованности, которая отрывала людей от действительности и делала их какими-то мучениками образования. В основу образования должны быть положены свои культурные начала, и тогда только эта образованность не будет экзотическою и тепличною, каким стало европейское образование, перенесенное на чуждую ему нашу почву. - Ю. Николаев, «Московские ведомости», № 269 («Литературные заметки»).

Отношение Запада к России. - Соч. Соловъева, т. 47.

Впечатление каприза, непоследовательности, производимое жизнью русского общества в XVIII в. Невероятность такого впечатления при обширности, этнографическом составе и политическом строе России того времени. Источник впечатления - осложнение жизни общества. Телега и локомотив.

Причины осложнения жизни общества:

1) Господство туземных влияний до XVII в. и прилив иноземных с половины этого века; перевес последних над первыми в руководящих классах общества.

2) Разрушение цельности нравственного состава русского общества вследствие раскола; равнодушие к старине в православном обществе и ненависть к новшествам в старообрядческом - новые пружины общественного движения.

3) Усложнение международных отношений России вследствие деятельности Петра, превратившей Россию из равнодушной наблюдательницы западноевропейской жизни в деятельную ее участницу; новые задачи, впечатления и манеры.

4) Новый образ действий, вызванный указанными переменами. Как в личной жизни инстинкт последовательнее рассудка, так в жизни народной действие по преданию, политика памяти кажется последовательнее действия по расчету, политики соображений, выбора.

Жизнь русского общества в XVIII в. представляется нам капризнее прежней, потому что стали неуловимее для нашего наблюдения ее мотивы и разнообразные ее интересы.

Во всех этих условиях осложнения действует то скрыто, то выступая наружу, одна пружина - влияние 3ападной Европы. (Как это в § 2 и 4?) Со времени Петра оно и сильнее и шире. Как спорили об отношении к ней до Петра и какое отношение само собою установилось при Петре. Прежде 3ападная Европа действовала на нас, насколько мы ее призывали к себе на помощь. Теперь мы сами вошли в нее как прямые участники ее движений и отдались ее влиянию, насколько могли воспринять его. (Прежде мы наблюдали ее издали, робко заглядывая на нее через стену предубеждения и неприязни, нас отделявшую. Теперь она стала важной частью нашей собственной обстановки, сценой действия, а не предметом только наблюдения). Потому прежнее раздумье, что можно у нее заимствовать, и чего не нужно, сменилось решимостью заимствовать всё, что можно, потому что всё стало нужно. Потому 3ападная Европа стала действовать на нас не одними только техническими знаниями и житейскими удобствами, но и своими понятиями, страстями, международными отношениями. Значит, западно-европейское влияние после Петра было сильнее и шире, чем не только до него, но и при нем самом: уже не думали повертываться к ней спиной. Это влияние - капитальный вопрос нашей жизни с конца XVII в. Ко 2-й лекции:

Мы видели, что подготовка реформы Петра состояла в разрешении двух вопросов, последовательно один за другим возникших в умах людей XVII в., как только они почувствовали опасности своего положения и стали задумываться над недостатками своего быта. Это были вопросы о том, как воспользоваться плодами чужой мысли, не трогая своей, и как защитить свою мысль от влияния чужой, постоянно нуждаясь в помощи последней. Я наперед обозначу вам моменты, пройденные русской мыслью при решении этих вопросов. Эта решение началось при глубоком переломе...

Кому же прежде всего пришлось решать трудные и непривычные вопросы, представившиеся русскому уму в XVII в.? Они поставлены были политическими несчастиями, возникли из опасностей положения государства, следовательно, и решение их должно было стать делом тех, кто стоял на страже государственной безопасности, оберегал интересы народа, т. е. делом правительства. Но вот что достойно внимания: никогда прежде вопросы такой государственной важности так не волновали всего нашего общества, никогда самые простые люди не считали себя столь обязанными и способными решать их, как в XVII в. Политическая мысль, суждение о самых важных предметах государственного порядка не только стало общей привычкой, но и признавалось общим правом. «Весь мир качается».

Никогда прежде московское правительство не имело дела с таким возбужденным обществом, как при царях Михаиле и Алексее. Но к этому следует прибавить, что никогда прежде и московское правительство не имело такого сложного состава и так не вовлекало общества в свою деятельность, как в первое время после Смуты.

До конца XVI в. государством правил государь с Думой своих бояр. Земский мир не принимал прямого и деятельного участия в этом управлении: он только исполнял распоряжения высшего правительства и по временам обращался к нему с робкими челобитьями о своих нуждах. Государь указал и бояре приговорили: такой формулой обозначался источник закона в Московском государстве, и никакой третьей власти не требовалось для того, чтобы придать силу закона государеву указу и боярскому приговору. Государь и бояре не всегда действовали дружно, порой ссорились и бранились; царь Иван даже совсем поссорился со своими боярами, уехал от них из Московского Кремля, окружил себя особым двором, опричниной, предоставив боярам управлять землей. Земский мир оставался страдательным и молчаливым зрителем этих политических ссор и только скорбел о разладе своих богопоставленных властей. В XVI в. раза три или четыре созывался и Земский собор; но это были собрания тех же бояр, высшего духовенства, военных командиров, уездных предводителей дворянства с представителями высшего купечества столицы и старшинами столичного торгового-промышленного населения; все это были властные, должностные лица, правившие землей под руководством государя и бояр, а не представители земли пред государем и боярами.

Смутное время коренным образом изменило отношение правительства к земскому миру. Старая привычная династия, построившая Московское государство, пресеклась; наследственных государей не стало; земские уполномоченные не раз призывались выбирать новых государей; по низвержении царя Василия Шуйского в 1610 г. земля не один год оставалась совсем без государя. Силой обстоятельств, под гнетом политических несчастий и против воли самой земли воля земства стала решительницей судьбы государства. Эта воля земли возвела на престол и первого царя новой династии. На избирательном Соборе 1613 г. присутствовали едва ли не впервые выборные всей земли, всех классов общества, даже сельского населения, чтобы выбрать царя, который был бы всем люб, т. е. был бы царем всей земли, а не той или другой политической партии. Сохранились известия, что когда избрали царя Михаила, бояре заставили его поступиться полнотой самодержавия, под присягой обязали его делить свою власть с Боярской думой, ничего не делать без ее согласия. Участие боярства в управлении государством, хотя и без формального обязательства со стороны государя, не было новостью для русского общества; земля давно привыкла к такому разделу власти между двумя политическими силами, которые руководили ею с тех пор, как стало Московское государство. Новостью было то, что рядом с этими старыми политическими силами теперь стала третья - воля земли: при царе, земском избраннике, боярство принуждено было поделиться властью с землей, и Земский собор в царствование Михаила является деятельным рычагом законодательства и управления. В первые четыре года царствования Михаила земские выборные ежегодно присутствуют в Москве для обсуждения важнейших государственных дел, много раз призываются и после того. При всяком затруднении правительство обращается со своими нуждами и запросами к «совету всей земли», испрашивает у Собора согласия на объявление войны, на новые налоги. Царь Алексей следует примеру отца, созывает Земский собор для составления Уложения, для обсуждения вопроса о Малороссии, внимательно выслушивает земские ходатайства, спрашивает мнения того или другого класса общества по финансовым вопросам. Земское представительство приобретает определенное устройство, устойчивый склад, входит в нормальный состав управления, становится привычным сотрудником правительства и выразителем общественного мнения; у соборных гласных вырабатывается голос твердый, но не крикливый; при обсуждении самых щекотливых вопросов они не теряют политического такта, почтительного тона, не обнаруживают заносчивых притязаний, оппозиционных замашек; во весь XVII в. правительству не пришлось ни разу раскаяться в созыве Земского собора. И общество начинало понимать значение и компетенцию Земского собора...

Вы оцените значение такого состава управления в деле подготовки реформы Петра. Когда перед русским обществом стали тяжелые вопросы об его положении и отношении к Западной Европе, решать их пришлось не какой-либо политической партии или замкнутому кругу правительственных лиц. Над решением их призывалась поработать коллективная мысль всей земли; до чего додумывались отдельные умы, боярские и простые, уединенным, разрозненным размышлением, - всё это собиралось в одну Земскую думу в соборном приговоре или земском челобитье. Понятно, почему все общество было так возбуждено и самые простые люди считали себя призванными и обязанными судить о самых важных государственных делах. Поэтому кто бы ни был призван для их решения, больше некому было решать их, и как бы они ни были решены, лучше никто не мог их решить. Следовательно, решение, произнесенное в XVII в., мы не можем считать случайной прихотью или недомыслием отдельных лиц: это решение - мерка роста тогдашнего общества, верный показатель его разумения. К 7-й лекции:

Положение дворянства в местном управлении и сельском хозяйстве.

Действие Наказа и Комиссии 1767 г. на направление западного влияния в России.

Положение дворянства в местном управлении. - Губернские учреждения 1775 г. - Следы западного и туземного влияния в них. - Жалованная грамота 1785 г. и корпоративное устройство дворянства. - Характер участия дворянства в местном управлении.

Положение дворянства в сельском хозяйстве. - Вопрос о крепостном праве..-Причины его возбуждения при Екатерине II.- Постановка его в Наказе и Комиссии. - Законодательство Екатерины: расширение области крепостного владения и границ и усиление крепостного права. - Крепостное хозяйство. - Успехи оброчного хозяйства и их причины. - Управление крепостными, - Влияние крепостного права на характер дворянского землевладения. - Недостаток дела у дворянства в местном управлении и сельском хозяйстве.

К 9-й лекции:

Крепостные прежде стоили 40-50 рублей, теперь дороже, потому что стали богаче с увеличением торговли.

Иностранных колонистов теперь до 35 тыс. Лифляндия и Эстляндия не ставят ни одного рекрута.

«Из всех наций, находящихся под русским владычеством, сама Россия наименее счастливая и независимая.

О бескровности последних переворотов; причина - отсутствие жестокости в солдатах. Разврат высших классов. Пассивная храбрость народа». Их душевные проявления слабее, нежели у какой-либо другой нации, так что они как будто созданы, чтобы ими повелевали другие. Пьянство в праздники - одна из религиозных обязанностей народа.

Один из тысячи русских купцов изучил простую арифметику. Ни в одной чужой стране нет русской купеческой конторы; сбывают товары через факторов; весьма немногие решаются нагрузить корабль на собственный счет. Главные выгоды торговли достаются иностранцам.

Дворянство. Пренебрежение к иностранцам. 1) Французские авантюристы нашли доступ в русские семейства в качестве секретарей, чтецов, учителей и паразитов. Русские дворяне самые необразованные по сравнению с дворянством других европейских стран. На первом плане знание новейших языков, особенно французского и немецкого; говорят на них свободно, но правильно писать не умеют ни на каком. Дополняют образование путешествием во Францию, но при невежестве бросаются на все, что действует на воображение и воспламеняет страсти. Нелепое подражание чужой жизни; обычай модниц наряжаться в весенние костюмы на пасху; стройка домов по образцу воздушных дворцов Флоренции и Сиены. Правительству будет труднее цивилизовать дворян, чем крестьян: упрямство и скрытность. Народ противоречий и несообразностей; пышность и неопрятность, атеизм и суеверие, ненависть к иностранцам и копирование их. 3) Воспитание француженками - причина распущенности дворянок. Женщины высшего круга превосходят соседних в умении одеться, элегантности и внешних преимуществах. Лучше бы не имели дворяне никакого образования, чем какое дается им, потому что не могут сделать их полезными для общества и счастливыми. Отношение власти к успехам цивилизации: весы (?) ее держать в своих руках, останавливать ее успехи, когда они приходят в столкновение с ее авторитетом, и поощрять только, когда способствуют ее величию и славе. Большая часть проектов немецкой императрицы не осуществимы на практике. Никто из государей не относился так ревниво к власти, как Екатерина II. 512. Древняя и новая Россия.

Первый набросок [около 1866 г.]

Вопрос о древней и новой России

1. Постановка. 2. Происхождение и значение. 3. Способы решения.

1'. Постановку и способ решения этого вопроса в исторической русской литературе XVIII в. всего удобнее изучить по двум запискам: О повреждении нравов кн. Щербатова и Мысли о России неизвестного автора.

Основная мысль сочинения кн. Щербатова (1786-1789 г.) высказана в краткой и яркой картине порчи русских нравов, чем начинается записка: «Мы подлинно в людкости и в некоторых других вещах, можно сказать, удивительные имели успехи и исполинскими шагами шествовали к поправлению наших внешностей, но тогда же с гораздо вящей скоростью бежали к повреждению наших нравов». Автор хочет открыть причины порчи, а потом показать самую ее историю (с. 3). Главным источником этой порчи он признает жажду удовольствий, что он называет «сластолюбием». Показать, как эта жажда постепенно портила русские сердца - такова главная цель автора (с.5).

Для контраста повествованию о порче нравов предпослано идиллическое изображение простоты допетровского быта при московском царском дворе и в частных домах: это - светлый фон, на который автор кладет затем свои мрачные краски. Особенно резко проведены некоторые черты древнерусского быта, как то тесная связь между родственниками, почтительность младших родичей к старшим, «почтение к родам», к породе даже со стороны самовластных государей, вообще «твердость в сердцах», домашняя и общественная дисциплинированность понятий и отношений (с. 13).

Началом порчи была «нужная, но, может быть, излишняя перемена Петром Великим», как выражается автор, т. е. необходимая, но слишком радикально и широко введенная реформа Петра. От такой перемены «пороки зачали вкрадываться в души наши» в каждое царствование с часу на час все более, так что история правлений стала историей пороков (с. 16).

Петр Великий вводил не только науки, искусства, ремесла, технику военную, правительственную и торгово-промышленную, заимствуя все это у иноземцев, но и старался водворить в России людскость, общительность и великолепие, какие видел на Западе, чтобы смягчить древние русские нравы, казавшиеся ему грубыми, ввел новое платье, завел собрания, свободное обращение полов и т. п. Возникли новые интересы, чувства, начали ценить красоту и знать ее силу, любить украшения, роскошь; понимать удовольствие нравится и т. д. (с. 17). Все это стоило денег, усиливало мотовство, разоряло, заставляло искать милостей у властных и сильных. «Так грубость нравов уменьшалась, - говорит Щербатов, - но оставленное ею место наполнилосьлестью и самством (эгоизм, себялюбие), а отсюда произошли раболепство, презрение истины, обольщение государя и прочие зла» (с. 23). С другой стороны, отмена местничества, хотя вредного для государства, но не замененного никаким правом для родовитой знати разрушила фамильную солидарность родичей, истребила мысли благородной гордости в дворянах, «ибо стали не роды почтенны, а чины, заслуги и выслуги»; к тому же новый порядок службы, заведенный Петром, ставил в рядах армии дворянина простым солдатом наряду с его холопом, который, дослужившись до офицерства, даже бивал его палкой. Все это делало человека робким, одиноким, без опоры и защиты, беспомощным перед сильным. Наконец, похвально старание Петра истребить суеверие в народе, бритье бород, преследование ложных чудес и ханжества. Но худо, что всему этому не предшествовало просвещение народа, а потому, отнимая суеверие у непросвещенного народа, Петр отнимал и самую веру. «Уменьшились суеверия, но уменьшилась и вера; исчезла рабская боязнь ада, но исчезла и любовь к богу и святому его закону, и нравы за недостатком другого просвещения, кроме веры, потеряв сию опору, стали приходить в разврат» (с. 27-29).

Я нарочно подробнее изложил суждения кн. Щербатова о реформе Петра: в них особенно ясно выражается историческое мышление автора. Дальнейшее изложение в этом отношении не так важно для нас: это печальная повесть о пороках, накоплявшихся в высшем русском обществе с каждым царствованием и к концу века составивших сложный покаянный требник, которым мог бы пользоваться русский священник при исповеди русского человека из высшего общества. В этой повести обильно рассеяны любопытные бытовые подробности, воспоминания, характерные анекдоты о людях и отношениях, что придает записке значение ценного исторического источника. Автор помнил время с царствования Петра II и сам называет себя «очевидным свидетелем» того, что совершалось, и как жили при дворе и в высшем обществе с царствования Елизаветы до 1777 г. (с. 59 и 86). Можно отметить наблюдение Щербатова, что рассадником пороков после Петра Великого был двор, от которого «они разлились и на другие состояния людей», именно с царствования Елизаветы (с. 78-79). Укажу еще мимоходом на суждение Щербатова о Екатерине II. Страницы о ней в записке Щербатова - самое мрачное и жестокое, что можно прочитать о Екатерине. Во всей ее деятельности он видит одно руководившее ей побуждение - «славолюбие», тщеславие. Политику ее и.внешнюю и внутреннюю, при всем ее внешнем блеске, он осуждает как бесплодную или вредную для России. Ее торжество над Польшей только усилило русских врагов; ее губернские учреждения и сословные жалованные грамоты только умножили ябеду и усилили общее отягощение народа; ее воспитательные и учебные заведения оказались бесплодными (с.1 90-92). Своим характером, обращением с людьми, своим образом мыслей и действий она довершила общую порчу нравов в России, своим вольнодумством разрушив последнюю опору совести и добродетели - религию (с. 94).

Все это любопытно, как суждение современника. Но для нас всего важнее то, как объясняет Щербатов начало порчи, т. е. его взгляд на реформу Петра. Мы видим, что он наблюдал и размышлял, вдумывался во внутреннюю связь явлений, понимал психологию нравов, строение общежития. Он заметил в реформе Петра черты, которые дали нравам неправильное направление. Назвав реформу «нужной, но излишней», он один из первых, если не первый, попытался отделить в ней необходимое от излишнего, т. е. ненужного или преждевременного. Из его рассуждения выходит, что вводя науки, ремесла, военную и промышленную технику Западной Европы, можно было повременить борьбой со старыми русскими грубыми нравами, чтобы не заменить их цивилизованными пороками, что, исправляя религиозную жизнь народа, надобно было сперва просветить народ, а потом уже искоренять суеверия крутыми указами о бритье бород и ложных чудесах, чтобы заменить суеверие верой, а не безверием.

Итак, по мнению кн. Щербатова, ошибкой реформы было слишком широкое ее действие, простиравшееся на такие стороны жизни, которые в изменении не нуждались или даже не могут быть изменяемы по чужим образцам. Надобно заметить такую постановку вопроса людьми, доживавшими XVIII век: речь шла уже не о том, нужно ли было вообще заимствовать чужое, а о том, правильно ли и обдуманно ли оно было заимствуемо, в меру ли действительной потребности и полезности. Такая постановка вопроса была важным успехом русской исторической мысли.

Так же ставил вопрос и противник Щербатова Болтин. Он не против самой реформы, а только против ее излишней широты и радикализма: «неумеренное исправление причиною было разрушения многих царств; исправляя обычаи и нравы, надобно иметь великое познание человеческого сердца, чтоб не сделать при сем случае лишнего». Человек состоит из пороков и добродетелей. Надобно тщательно взвешивать вред обычая и пользу, ожидаемую от его уничтожения, и если вес окажется равным, лучше оставить вещи так, как они были (Леклерк т. 2, с. 355). Болтин понимает физиологию общежития и с этой точки зрения судит о мерах Петра. Обычаи безвредные и безразличные в нравственном отношении не стоит уничтожать или запрещать; и вообще насильственное изменение понятий и обычаев не безопасно: «Не должно вводить насилием перемен в народных началах и образе умствования их, а оставлять времени их произвести» (Леклерк, т. 2, с. 350) замечает он, говоря о бритье бород. «Какой вред приносили государству бороды? Никакой. Какую пользу принесло обритие их? Никакой же; но принуждение к тому великий вред причинило. Когда характер мой хорош, что кому нужды до того, что лицо у меня мохнато, что платье на мне длинно, что, знаменуя себя крестом, не так персты складываю, как другие?» (Леклерк, т. 2, с. 363). Так с помощью общих соображений о свойствах человеческой природы и о законах людского общежития старались выработать прочные основания для оценки реформы Петра (Ср.: Леклерк, т. 2,с. 251 и211.

2. Вопрос о древней и новой России, как его ставили люди второй половины прошлого века, был только новой фазой в развитии старого и более общего вопроса об отношении России к Западной Европе. Этот общий вопрос, как известно, был возбужден людьми XVII в., как только началось у нас западное влияние. По характеру господствовавшего у нас тогда миросозерцания этот вопрос перенесли на религиозную почву и превратили его в шумный спор о религиозной опасности или безвредности общения с католическим и лютеранским, вообще еретическим Западом. То была неправильная постановка дела: западное влияние тогда не касалось религиозной жизни, а должно было удовлетворять нуждам государства, несло к нам не всю культуру Западной Европы, а только плоды ее технического знания, нужные для внешней обороны государства и для обогащения народа. Следствием неправильной постановки вопроса было неправильное его решение, сказавшееся в разделении русского церковного общества. Реформа Петра изменила дело; вопрос о западном влиянии преобразился в оценку преобразовательной деятельности Петра, в суждение о том, что он сделал с Россией и как относится преобразованная им Россия к прежней дореформенной. Староверы XVII в. говорили: западное влияние вредно, потому что есть дело папы римского, «дяди антихристова», уготовляющего путь в православную Россию своему племяннику. Стародумы XVIII в. говорили: западное влияние полезно в пределах русских потребностей; но Петр, расширяя его, переступил эти пределы и вместе с полезным и необходимым заимствовал много лишнего и вредного, привил интересы, вкусы и привычки, которые испортили наши нравы, извратили понятия, сделали нас непохожими на себя. Этим подсказывалось сопоставление испорченной по западно-европейски новой России с древней, чуждавшейся Западной Европы. Значит, вопрос был перенесен с религиозной почвы на нравственную. Для уяснения дела скажу наперед, что наш век дал вопросу еще новую, третью постановку. Дело не в реформе Петра и даже не в антихристе, а в общих законах исторического развития. Нам пришлось жить общей жизнью с Западной Европой; общение с ней - факт исторической необходимости; ее культура есть высшая форма человеческого развития; быть культурным человеком или народом значит усвоить культуру Западной Европы. Положим, все это так. Но нужно ли при этом культивируемому не западноевропейскому народу усвоять самые формы западноевропейского культурного общежития и для этого повторять все процессы и переломы политические, социальные, умственные и нравственные, какие пережила и переживает Западная Европа, вырабатывая свою культуру? Жить общей жизнью, значит ли жить одной жизнью? Вот в чем вопрос, на который одни отвечают да, другие нет. Как видите, дело пересаживается на новую почву. Как назвать ее? Очевидно, речь идет об историческом процессе, об общих условиях исторического развития, о законах исторического движения, а изучение этих законов, науку о свойствах и условиях действия исторических сил, строящих и движущих людское общежитие, мы уговорились называть социологией. Итак, вопрос о нашем отношении к Западной Европе в наш век перенесен с почвы нравственной на социологическую или, если угодно, философско-историческую.

Сам по себе вопрос о нашем отношении к Западной Европе и в этой, третьей, постановке не имеет ни научного, ни практического интереса, как не имел его и в прежней. Решение его ничего не уяснило и не уяснит нам в историческом процессе, не внесет в историческую науку нового тезиса. С другой стороны, наше отношение к Западной Европе установится, независимо от нашего решения вопроса о нем, силой условий, действующих помимо наших соображений и даже без нашего ведома. Однако этот вопрос, праздный сам по себе, по своему содержанию и цели, не был бесплодным по своим следствиям или действию: он не направлял нашего отношения к Западной Европе, но будил нашу мысль, поддерживал охоту к историческому размышлению, оттачивал наше сознание, и, таким образом, имел воспитательное или образовательное значение. Он был своего рода гимнастикой для наших умов: в жизни не придется лазить и кувыркаться по гимнастическим веревкам, но мускульная выправка, здесь получаемая, очень понадобится в тысяче житейских случаев. Наше отношение к Западной Европе определится не качеством соображений, какие мы внесем в вопрос об этом отношении, а количеством культурных средств, какие мы внесем в самое отношение, степенью нашего самосознания и самообладания, и не нашего только, но и западноевропейского, что уже нисколько от нас не зависит, но чем мы можем воспользоваться или не воспользоваться, а это, как и самая степень нашего самосознания и самообладания, будет зависеть, от нашей привычки обдумывать какие-либо вопросы, задаваемые жизнью, от общего запаса пережитого и передуманного нами. Следовательно, в вопросе об отношении к Западной Европе важно не то, как мы решим его, а то, что мы его решали. Отношение установится, как мы сумеем, а не как решим или пожелаем это сделать, и - кто знает? - может быть, мы сумеем это сделать даже лучше, чем желали. Положим, мы решим подражать Западной Европе. А что если дела пойдут так, что там решат подражать нам? Что тогда станем мы делать с нашим решением? Ведь бывали же случаи, что у поселявшихся среди нас иностранцев мы перенимали то, что они сами бросали, меняя на наше: француженка зимой надевала основательную русскую шаль в то время, когда русские дамы начинали щеголять в легкомысленных французских шляпках, вызывая заслуженный смех в своих догадливых подражательницах.

3. Сущность вопроса в тогдашней постановке: реформа принесла что-то лишнее, не дав нужного. Это нравы, обычаи, понятия, вместо материальных средств и научных знаний.

Как решали вопрос тогда:

1. Княгиня Дашкова я 1780 г. (Записки,с. 172-174). Богдановичи Закон (Соловьев, т. 26 с. 331).

2. Кн. Щербатов - (см. с. 95-96) с идеальной картиной древней Руси (с. 5-16); справедливая и добродетельная верховная власть, основанная на точном законе управления, строго сословный склад общества, умеренный образ жизни и общее благоденствие (тетрадь3, с. 97).

3. Болтин Леклерк, т. II, с. 252 ел. закономерность жизни исторической, логика развития. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 3, л. 5-11 об. Автограф. Чернила. Л. 13 -Карандаш. Второй набросок [Первая половина 1890-х годов] Древняя и новая Россия.

Условия влияния высших культур на низшие (размеры влияния и способы усвоения).

Состав цивилизации: 1) элементы общечеловеческие и 2) местные, национальные.

Элементы 1-го рода в их причинной связи и исторической последовательности: 1) знания (наука), 2) мастерства (искусство, техника, прикладные знания), 3) житейские удобства, результаты тех и других.

Элементы 2-го рода, вырабатывающиеся на основе первых, но специально приуроченные к местным и временным условиям, нуждам и потребностям: 1) склад общежития политического и частного (законы, учреждения, экономические и юридические отношения, нравы, обычаи); 2) национальные привычки (домашняя обстановка, пища, одежда , ежедневный обиход), 3) народный темперамент или характер (способ мышления и чувствования и манера выражать то и другое), как результат склада общежития и национальных привычек.

Первого рода элементы - общее достояние человечества, потому что создаются общими свойствами и потребностями человеческой природы, хотя и облекаются в местные национальные формы; вторые - исключительная принадлежность создавшего их народа, недоступная и ненужная для других.

Схема в простейшем виде: что один человек может заимствовать у другого (знания, уменья, удобства и правила жизни, внешние манеры) и что заимствовать невозможно или ненужно (походка, покрой платья, вкусы, привычки, чувства, способности, жесты, гримасы - физиономия).

Но и общечеловеческие, т. е. общеполезные и общедоступные элементы заимствуются неодинаково. Обыкновенно низшие культуры заимствуют эти общечеловеческие элементы высших в порядке обратном их причинной связи и исторической последовательности, начиная с наиболее доступных и непосредственно нужных, т. е. идя от следствий к причинам, от плодов к корням, от житейских удобств к мастерствам, от них к знаниям. Самый способ заимствования становится труднее на каждой стадии: удобства можно просто взять или купить (зеркало, шведских спичек коробку), мастерства надобно перенять механическим навыком (выучиться делать зеркала и спички), знания необходимо усвоить самостоятельным мышлением и изучением. В первом случае человека может заменить автомат, обезьяна, во втором - машина, в третьем он сам должен заменить своего учителя.

Три неправильности в способе усвоения западной цивилизации русским обществом:

1.Общечеловеческие элементы этой цивилизации усвоялись не только в порядке обратном их причинной связи и исторической последовательности, но и с напряжением и успехом, обратно пропорциональным трудности и важности этих элементов: сперва (и успешнее всего) удобства, потом (и с меньшим успехом) - мастерства, после всего (и с наименьшей охотой и удачей) - знания;

2.Вместе с общечеловеческими элементами усвоялись и местные национальные, и притом в разное время усиленнее заимствовались различные элементы: в XVII в. и при Петре преимущественно технические средства и удобства, после Петра и до конца XVIII в. преимущественно увеселения, украшения, обычаи светского общежития, нравы, вкусы, чувства, в XIX в. - понятия, знания, законы, учреждения, убеждения;

3.Пытались распределить труд усвоения различных элементов цивилизации между разными слоями русского общества. Именно высшие слои, наиболее зажиточные и досужие, брали на свою долю преимущественно плоды просвещения; последние, наиболее подготовленные для потребления результаты цивилизации, предоставляя корни и основы ее другим менее состоятельным и более занятым классам. Ученые разночинцы и дворяне-вольтерьянцы второй половины XVIII в. Заботы Екатерины о создании 3-го чина, как проводника науки, и склонность высшего дворянства к философии и искусству. Цвет общества хотел стать только потребителем плодов цивилизации, с тем, чтобы другие были только ее производителями. Неохота вольтерьянцев со многими тысячами крепостных душ заниматься психологией и аллеи вздохов в их парках. Вершина общества хотела сделать своей специальной образовательной задачей потребление, эстетику образования, предоставив средним классам труд, технику просвещения. «Нам - гостинная цивилизации, вам - кухня», - говорил просвещенный дворянин XVIII в. ученому разночинцу, даже дворовому (Записки Дашковой, с. 174).

Из этих неправильностей родились два неудобства, ощутительно сказывавшиеся в ходе нашей духовной жизни в прошлом и истекающем столетии.

1. Заимствуемая цивилизация оставалась у нас без домашних источников питания, не получала самостоятельной обработки, не выходила из тесного общественного круга, имевшего средства выписывать или вывозить ее из-за границы, и с одной стороны поддерживала нашу зависимость от Западной Европы, заставляя нас обновлять заимствуемый культурный запас все новыми и новыми привозами, не делая в него своих вкладов, а с другой питая духовное бездействие, приучая искать готового, без собственного труда, т. е. жить чужим умом. Это все - следствия первой и третьей неправильности и этим надолго установилось наше неправильное отношение к западноевропейской цивилизации.

2. Вторая из указанных неправильностей произвела перерыв в ходе духовной жизни русского общества или разрыв между древней и новой Россией, как у нас было принято выражаться. Усвояя механически и безрасчетливо чужой быт и чужой духовный обиход, одни просто бросали свой быт и обиход, как тяжелый завет темной родной старины, не развивая и не улучшая его в меру новых потребностей и новых образовательных средств, а другие, не решившись на такой перелом, с такой же враждой отнеслись ко всему заимствуемому, и еще крепче уцепились за отживавшую старину, тоже не обновляя и не улучшая ее, со староверческой косностью поддерживая ее ветшавшие обычаи и предания. Так два соседние века поссорились и из древней и новой России вышли не два смежные периода нашей истории, а два враждебные склада и направления нашей жизни, разделившие силы русского общества и обратившие их на борьбу друг с другом вместо того, чтобы заставить их дружно бороться с трудностями своего положения. Старое получило значение не устарелого, а национального, самобытного, русского, а новое - значение иноземного, чужого, немецкого, но не лучшего, усовершенствованного.

ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 3, л. 1-3 об. Автограф. Карандаш.

Третий набросок Болтин и Щербатов. Древняя и Новая Россия.

Любовь исторических писателей того времени к аналогиям. От особенностей их положения и свойства их специальных задач: стали перед трудными явлениями и часто сокрытыми пружинами общежития и не только себе уяснить, но и от других защитить их. Учреждения, обычаи, нравы, понятия, чувства и т. п. Отсюда необходимость разносторонних сопоставлений, исторических аналогий, которые дают тенденциозный вид, субъективную окраску их суждениям и взглядам (современные идеи и старина).

При сопоставлении соврем енных идей и явлений с древними постепенно сложился взгляд на ход нашей истории. Последний плод русской историографии Екатерининского времени и вместе с тем всего XVIII нашего века. На нем двойственная задача: изучение прошедшего в связи с явлениями настоящего - вопрос об отношении древней России к новой; искание апологетического материала в идеализации отечественной старины. Сходство взгляда у оппонентов и влияние поставленного вопроса на общественное сознание и дальнейшую русскую историографию.

Как этот взгляд у Болтина на (Леклерк: т. 2, с. 252, 369) значение старых обычаев.

Цельное и резкое изложение того же взгляда у кн. Щербатова (О повреждении] нравов. Лондон, 1858). Начало. План. Летопись пороков. Взгляд на Петра I: нравственные жертвы военнополитических и культурных успехов (с. 29-30). Взгляд на царствование Екатерины II (с. 79 i); решительное осуждение (с. 92 и ел.). Политическая тенденция в идеале будущего государя (с. 95). Навык к размышлению историческому; моральная и политическая тенденция.

Сравнение Щербатова и Болтина. Один живет в древне-русской старине, ее идеалами и порядками; другой ищет и находит в ней осуществление вечных общечеловеческих идеалов. Один обличает современность во имя старины, другой защищает «старину» от современников во имя разума и правды. Один, изучая современность, осуждает ее во имя старины; другой, защищая старину от своих современников, изучает ее. Один светом старины освещает современные пороки, другой светом современных идей стремится осветить старину.

Внимание одного на новом, его качестве; другой - на старом, покинутом. ... Без нужды бросать свое и заимствовать ненужное («Мысли о России», 23 и 26, 6 п., 7 п., 11, 19 п., 112 щ и 114 и ел. Общие идеи).

ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 3, л. 12-12 об. Автограф. Карандаш.

II. К разделу «Историографические этюды»

В архиве Ключевского сохранился еще один вариант к лекции по русской историографии 2-й половины XIX в., который публикуется ниже: Введение в курс лекций по русской историографии 2-й половины XIX в.

Около 1902 г.

Русская история не занимает особенно видного места в ряду умственных интересов русского образованного общества. Интерес к ней посредственный, живой, но сдержанный, ближе к недоумению, чем к равнодушию: источник его в естественном любопытстве ко всему родному, отечественному, между прочим и к отечественной истории, но без отчетливой мысли, на что бы еще она могла понадобиться. Такое отношение объясняется различными причинами, заключающимися частью в характере русской истории, частию в состоянии русского общества, а также в некоторых общих условиях, независимых ни от русской истории, ни от русского общества.

Здесь прежде всего имеет значение интеллектуальное расстояние, какое лежит между научно-историческим знанием и общественным сознанием. Чтобы проникнуть в общественное сознание и в нем укрепиться, научно-историческая идея должна встретиться с умственными или практическими потребностями общества, найти себе место в ряду средств, к которым оно обращается для разрешения занимающих умы вопросов или ставших на очередь житейских задач. Такая встреча возможна при двух условиях: если идея получила разработку, приспособленную к обычным способам усвоения идей общественным сознанием, и если само общество подготовлено к историческому размышлению, как практически полезному средству общежития. Но оба эти условия не всегда бывают налицо и второе нередко отсутствует даже при наличности первого. Мысль об истории, как руководительнице жизни, высказана очень давно и довольно распространена; но она чаще появляется в обороте мнений, как хорошая сентенция, чем применяется в житейском обиходе, как испытанное правило. Наиболее привычные способы обращения к истории за практическими указаниями скорее укрепляют сомнение в ее пользе, чем научают правильно ею пользоваться: так, в спорах оба противника нередко с успехом подбирают примеры из истории для оправдания тенденций, непримиримых не только друг с другом, но и с здравым рассудком. Благодаря тому эта отрасль знания больше служит средством для пополнения или исправления общего миросозерцания отдельных мыслящих умов, чем руководством для практического устроения общественной жизни.

Но бывают моменты, когда в обществе обнаруживается усиленная наклонность к историческим справкам, пробуждается интерес к прошедшему более серьезный, чем обычное любопытство к делам минувших дней. Тогда люди, силясь уяснить себе связь и характер текущих явлений своей жизни, начинают спрашивать, откуда эти явления пошли и к чему могут привести. Когда, например, в обществе почувствуется, что привычный ход дел, составляющих ежедневное содержание жизни, начинает колебаться и расстраиваться, обнаруживать в себе противоречия и создавать затруднения, каких прежде не ощущали, - это значит, что условия жизни начали приходить в новые сцепления, наступил перелом, стало складываться новое положение. Тогда рождается потребность овладеть ходом дел, получивших неудобное направление как-то нечаянно и самопроизвольно, «в силу вещей», как принято выражаться о явлениях, возникающих без участия чьей-либо сознательной воли. Чтобы освободить свою жизнь от такого стихийного характера и дать разумное направление складывающейся новой комбинации отношений, люди стараются выяснить цель, к которой эту комбинацию желательно было бы направить, а эта цель обыкновенно составляется из совокупности интересов, господствующих в данную минуту. Логическая потребность в целесообразности и обращает умы к прошедшему, где ищут и исторического оправдания всплывшим наверх интересам, и практических указаний на средства к достижению намеченной цели. Люди нередко и нечувствительно сбиваются с прямого пути, недостаточно часто оглядываясь назад; но они начинают усиленно оглядываться назад, чтобы вернуться к потерянному направлению, когда другие признаки, обыкновенно неудобства кривого пути, не дадут им почувствовать, что они сбились с прямого. В усилении исторической любознательности всегда можно видеть симптом пробудившейся потребности общественного сознания ориентироваться в новом положении, создавшемся помимо его или при слабом его участии, а это пробуждение в свою очередь свидетельствует, что новое положение уже достаточно упрочилось и раскрылось, чтобы дать почувствовать свой характер и свои последствия. Общественное сознание тем и отличается от личного, что последнее обыкновенно идет от установленных причин к возможным последствиям, а первое, наоборот, расположено от данных последствий восходить к искомым причинам.

ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 40-41 об. Автограф. Чернила.

III. К Курсу "Новейшя история Западной Европы в связи с историей России."

В ГБЛ (ф. 131, п. 2, д. 2) хранятся два варианта плана этого курса 1893-1894 гг. - черновой, написанный карандашом на двойном листе (18X22,2 см), и чистовой, написанный чернилами на двойном листе (21,8X28 см), правка и приписки карандашом. За основу публикации взят чистовой экземпляр. Разночтения учтены в подстрочных примечаниях.

В архиве Ключевского имеются, кроме того, конспекты и черновые записи к абастуманскому курсу «Новейшая история Западной Европы в связи с историей России»: конспект «О Екатерине II - Александре II», наброски по отдельным странам и темам (например, «Наполеон», «Борьба народностей в Австрии. Надежды на единство на неопределейный срок» и др.), планы, выписки из источников и другие черновые материалы (ГБЛ, ф. 131, п. 2, д. 3, 5; ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 92). Существует и архивная копия Барскова: «Павел I, Александр I. Записки по всеобщей и русской истории» (ГБЛ, ф. 131, п. 2, д. 1). План курса 1

[1893-1894 гг.] 1. Европа перед революцией

Предстоит обозреть исторический период от начала Французской революции прошлого века до 1881 г. Примыкая к нашему времени, как непосредственному своему продолжению, этот период условливает особое к нему отношение изучающего.

В пределах этого периода предметом изучения послужат внутренние устроение и внешние отношения государств, преимущественно европейских (политическая история).

В кругу политических явлений этого периода усиленное внимание будет обращено на внутреннее устроение русского государства и на его отношения к государствам западноевропейским. Уяснение этих отношений, активных и пассивных, а также и условий, их устанавливавших или колебавших, составит особую задачу обзора при общих целях исторического изучения.

Французская революция произвела крутой перелом в этих отношениях: благодаря ей усилилось участие России в делах Западной Европы и в то же время стало изменяться направление западноевропейского влияния на Россию, становилось даже заметно его ослабление.

Политическое положение Европы перед революцией создавалось преимущественно взаимными отношениями четырех великих континентальных держав, которые оказали и наибольшее влияние на ход событий революционной эпохи, именно Австрии, Пруссии, России и Франции. Три черты особенно заметно выдавались в этом положении: 1) значение, какое давали Австрии династические связи Габсбургов, 2) преобладание России и Пруссии в международной политике и 3) влияние Франции на нравы и образ мыслей европейских обществ при упадке ее значения в международной политике.

Влияние Франции на Европу перед революцией выражалось преимущественно в действии, какое производила на умы так называемая французская литература Просвещения; она широко распространяла мысли о неудовлетворительности существующего порядка и планы всестороннего его преобразования (краткий очерк направления, распространения и влияния этой литературы вне Франции).

С стремлениями этой просветительной литературы тесно связаны были преобразования, предпринятые во второй половине XVIII в. многими европейскими правительствами, в том числе и русским; в некоторых странах эти реформы не удались, в других существенно улучшили государственное устройство и положение народа, нигде не сопровождаясь разрушением существующего порядка (краткий обзор эпохи и системы «просвещенного абсолютизма»). 2. Франция перед революцией

В духе просветительной литературы предприняты были преобразовательные попытки и в самой Франции; но здесь мирная и законная реформа, начатая, как и в других странах, сверху, по почину правительства, не только не удалась, но и вызвала насильственное движение снизу и привело к революции, к разрушению существующего государственного порядка.

Эта разница в ходе преобразовательного движения на родине просветительной литературы сравнительно с другими странами Европы, происходила от того, что во Франции мирная правительственная реформа встретила особые препятствия: 1). в государственном порядке, 2) в настроении общества.

Ближайшие причины революции

Людовик XVI (1774-1793 г.) наследовал от деда государственный порядок, исполненный противоречий и анахронизмов: Франция представляла собой монархию с верховной властью, неограниченной на деле, но стесненной по закону, некогда популярной, но потом утратившей авторитет и доверие, с сильно централизованным управлением, но с тяжелыми и устарелыми остатками феодализма, с крайне расстроенными финансами и дурно настроенным общественным мнением.

Безделье дворянства, высшего общества. Салонная жизнь большого света. Causerie. Философия - поставщица материала, провианта для causerie. Потому философы - светские люди; книги - для светского общества, - особый стиль, галантный, увлекательный, текучий, остроумный. Потому философия водворяется в салонах: легкий стиль, простой способ решения мудреных вопросов; приправы - шутка и нескромность. Философия здесь - гимнастика ума и лакомство беседы. Чем прянее новость, пикантнее, тем охотнее за нее. Успех самых крайних теорий: праздные обыкновенно любят пересуживать деловых; хула правительства и церкви - любимая тема салонов. Безверие салонов, материализм, либерализм - оппозиция противоправительственная. В этом свете успех крайних идей Руссо. «О происхождении неравенства людей» (1753). «Contrat» (1762). Идеи перешли из гостиной в переднюю, оттуда на улицу.

Среднее сословие: сначала устранялось от государственных дел - то дело короля. Но потом оно с Кольбера богатеет; одолжает государство при Людовике XIV. Риск этих ссуд; потому начинает интересоваться государственными делами. Богатея, сближается с знатью. Беднея, знать сближается с ним. Цивилизуется, образуясь. Становится светским; чувствует себя ровней знати. Тогда начинает тяготиться привилегиями знати. Тут в его умы проникают учения, отвергающие привилегии, теории равенства и народовластия - Руссо в моде. Ему хочется вмешаться в управление из-за государственных облигаций. Руссо о полновластии народа, и сословие решает, что оно - народ и революционер готов: революцию и начал tiers. Страх за свои деньги родил страсть к власти. Оппозиция в салоне и в магазине. Народ. (Гейссер, .с. 9).

Общество во Франции, частью под влиянием этих противоречий государственного порядка, усвояло наиболее отвлеченные и крайние учения просветительной литературы, которые с особенным успехом проводил Ж.-Ж. Руссо (Краткий разбор политических трактатов Руссо.)

Среднее сословие (tiers-etat) во Франции, богатея и становясь образованнее, все живее чувствовало неудобства действовавшего государственного порядка и впечатлительно воспринимало новые учения о равенстве, свободе и народовластии, привыкая к мысли, что оно - народ, а не сословие только.

Из политических затруднений и литературных увлечений сложилось во Франции общественное мнение, подозрительное и притязательное, ничем недовольное в государстве и всего требовавшее от правительства, способное скорее затруднить, чем облегчить мирную правительственную реформу. 3. Преобразовательные попытки во Франции (при Людовике XVI) и созвание государственных чинов

Нерешительные преобразовательные попытки Людовика XVI усилили недовольство и брожение умов.

Министры Тюрго и Мальверб (1774-1776) составили широкий план реформ с целью устранить противоречия и анахронизмы в государственном порядке, устройством земских собраний привлечь общество к участию в управлении, уравнять сословия отменой привилегий, облегчить народный труд и привести в порядок финансы; привилегированные сословия и парламент восстали против этого, и король уступил им.

Такая же участь постигла и более осторожный план Неккера (1776-1781), который пытался бережливостью восстановить равновесие в бюджете и гласной финансовой отчетностью поддержать государственный кредит. Калонн (1783-1787) оставил экойомию, обратилсй к новым займам, расточительностью уронил кредит и, истощив наличные средства, призвал на помощь нотаблей, которые во всем отказали.

Ломени де Бриенн (1787-1788) пытался провести новые налоги и займы с помощью парижского парламента, сделав либеральные уступки, но парламент отказал в своем согласии; правительство попыталось преобразовать парламенты, но за них стали дворянство, духовенство, провинциальные собрания, даже низшие классы; правительство уступило.

Эти колебания вовлекли народ в борьбу властей, не поправив положения дел, и привели к последнему средству - созыву государственных чинов (Etats generaux - 5 мая 1789 г.).

Такие же колебания помогли государственным чинам вступить на революционный путь. По числу и господствующему настроению депутатов в собрании преобладало третье сословие. Правительство не приняло мер, чтобы руководить собранием. В вопросе о совместных заседаниях и поголовном голосовании третье сословие взяло на себя инициативу решения, объявило себя Национальным собранием, представительством всего народа, и присвоило себе верховную власть в вопросах о налогах и государственном долге (17 июня). Этим решением оно и начало революцию.

На заседании 23 июня король отменил постановления собрания 17 июня, указал депутатам программу реформ и приказал собранию разойтись, чтобы впредь совещаться раздельно по сословиям; третье сословие не послушалось, и король уступил. ГБЛ, ф. 131, п. 2, д. 2, л. 1-2 об. Автограф. Чернила. Л. 3-4 - Автограф. Карандаш

 

Археографическое послесловие.

В. О. Ключевский - буржуазный русский историк второй половины XIX-начала XX в. - вошел в науку как автор всемирно известного курса русской истории, выдержавшего много изданий не только в нашей стране, но и за ее пределами. Капитальные труды В. О. Ключевского о Боярской думе, происхождении крепостного права, Земских соборах и т. д. входят в сокровищницу русской дореволюционной историографии, содержат целый ряд тонких наблюдений, которыми историки пользуются до настоящего времени. Только в последнее время, после издания отдельных специальных курсов и исследований их, выяснилось, что об этом историке можно говорить как о крупном историографе и источниковеде. Однако до сих пор не все специальные курсы, статьи, очерки и наброски историка опубликованы. Настоящее издание, которое является продолжением публикации рукописного наследия В. О. Ключевского, в значительной степени восполняет этот пробел.

Первым публикуется курс «Западное влияние в России после Петра», который был прочитан В. О. Ключевским в 1890/91 уч. году. Тема о культурных и политических взаимоотношениях России и Запада привлекала внимание Ключевского особенно в 1890-е годы. Им были написаны статьи «„Недоросль" Фонвизина», «Воспоминание о Новикове и его времени», «Два воспитания», «Евгений Онегин и его предки». Публикуемый курс является как бы продолжением его исследования о западном влиянии в XVII веке 4. В нем основное внимание уделено новым явлениям в истории России, происходившим в результате реформ Петра I. Эти изменения Ключевский связывал прежде всего с влиянием Западной Европы на политическую структуру общества, на образование, быт и культуру. Под термином «западное влияние» Ключевский часто понимает не механическое перенесение идей и политических учреждений западноевропейских стран (в первую очередь Франции) в Россию, а изменения русской действительности, главным образом относящиеся к господствующему классу - дворянству, под влиянием новых условий жизни страны. Поэтому курс представляет значительный интерес (несмотря на его незаконченность) для изучения общей системы исторических взглядов Ключевского. Готовя к изданию V часть курса русской истории, Ключевский наряду с другими материалами привлекал частично и текст этого специального курса.

Раздел «Историографические этюды» открывают четыре наброска первостепенной важности по «варяжскому вопросу», где Ключевским высказано весьма ироническое отношение к названной проблеме, считавшейся в дворянско-буржуазной исторической науке одной из главнейших в истории Древней Руси.

Большой историографический интерес представляют никогда не публиковавшиеся очерки и наброски Ключевского о своих коллегах - историках прошлого и настоящего для Ключевского времени. Глубокие, меткие, образные, порой едкие характеристики не утратили значения и для современной исторической науки. Эти материалы существенно добавляют и обогащают широко известные статьи ученого о С. М. Соловьеве, И. Н. Болтине, Ф. И. Буслаеве, Т. Н. Грановском и других историках, изданные ранее «Лекции по русской историографии» и фрагменты историографического курса.

До недавнего времени работы Ключевского в области всеобщей истории не были известны даже специалистам. Однако Ключевский уже на студенческой скамье проявил большой интерес к этой проблематике. Так, он тщательно конспектировал курс С. В. Ешевского, который был литографирован по его записи. Он написал работу «Сочинение епископа Дюрана», перевел и дополнил русским материалом книгу П. Кирхмана «История общественного и частного быта». По окончании Московского университета молодой Ключевский читал в Александровском военном училище (где он преподавал 17 лет, начиная с 1867 г.) лекции по всеобщей истории. Фрагмент этого курса, относящийся к истории Великой Французской революции, был опубликован. Позднее сам Ключевский отмечал влияние Гизо на формирование его исторических взглядов.

В 1893/94 и 1894/95 уч. г. Ключевский читал в Абастумапе курс «Новейшей истории Западной Европы в связи с историей России» . Он писал развернутые конспекты, которыми, очевидно, пользовался при чтении лекций. Именно этот расширенный конспект, состоящий из трех тетрадей, публикуется нами в основном корпусе издания. Он обнимает время от Французской революции 1789 г. до отмены крепостного права и реформ Александра II. Согласно записи Ключевского, курс был им рассчитан на 134 уч. часа и включал в себя 39 тем. Этот сложный по составу курс насыщен большим фактическим материалом, за которым видна напряженная работа. О том свидетельствует и большое количество сносок и помет Ключевского, которые дают возможность представить круг использованных автором источников: иностранных и русских.

Помимо конспектов, составленных для своего личного пользования, Ключевский писал и развернутые планы курса, одип из которых публикуется в Приложении. В результате в архиве Ключевского отложился довольно богатый комплекс материалов абастуманского курса, среди которых конспект «о Екатерине II - Александре II», наброски о Франции, Австрии и Венгрии и другие. Ряд помет в абастуманских тетрадях, а также в литографиях «Курса русской истории» (в частности, литографии Барскова и Юшкова) свидетельствуют о том, что Ключевский предполагал использовать отдельные тексты при подготовке к печати пятой части «Курса». Абастуманский курс бесспорно является важным источником для изучения эволюции исторических взглядов Ключевского и для исследования проблемы изучения в России всеобщей истории вообще и истории Французской революции в частности.

Литературоведческие взгляды Ключевского находят отражение в разделе «Мысли о русских писателях», где содержатся характеристики от М. Ю. Лермонтова до А. П. Чехова. Собственное научно-литературное (и часто литературное) творчество историка представлено в разделах «Литературно-исторические наброски» и «Стихотворения и проза», которые раскрывают Ключевского с новой, не только с чисто учено-академической стороны. Здесь помещены его стихотворения, художественная проза.

В приложении печатаются: к курсу «Западное влияние в России после Петра» черновые материалы к отдельным лекциям и три наброска «Древняя и новая Россия»; к рукописи «Русская историография 1861-93 гг. Введение в курс лекций по русской историографии П-ой половины XIX в.»; к курсу «Новейшая история Западной Европы в связи с историей России» - план этого курса 1893-1894 уч. г.

Публикуемые в настоящем издании рукописи В. О. Ключевского хранятся в Отделе рукописей Государственной библиотеки СССР им. В. И. Ленина (далее - ГБЛ), в Отделе рукописных фондов Института истории СССР АН СССР (далее - ОРФ ИИ), в Архиве Академии наук СССР (далее - Архив АН СССР) и в отделе письменных источников Государственной публичной Исторической библиотеки (далее - ГПИБ).

Обычно в печатных работах Ключевский опускал свой справочно -научный аппарат, но в его черновых рукописях часто можно встретить указания на источники. Особенно богат сносками, пометами и отсылками конспект абастуманского курса, где полностью «открыт» научный аппарат, что позволяет судить о круге его источников и увеличивает тем самым ценность публикуемого текста. Воспроизведение помет Ключевского, дополнительных текстов на полях и вставок дает представление о процессе работы ученого над текстами.

Рукописи Ключевского имеют сложную систему отсылок, помет и указаний на источники, литературу, собственные труды - опубликованные, литографированные, рукописные. Места вставок и переносов текста отмечались им условными значками, подчеркиваниями и отчеркиваниями на полях чернилами или различными карандашами - простым, красным, синим. Так как цвет карандаша несет определенную смысловую нагрузку, то в подстрочных примечаниях во всех подобных случаях указывается цвет и способы написания пометы. Если подчеркивания и значки не оговариваются в подстрочных примечаниях, то это означает, что они написаны тем же карандашом или чернилами, что и основной текст. Начало и конец вставок автора отмечены в тексте одинаковыми цифрами, а в примечаниях - через тире (например,). В ряде случаев Ключевский пользовался условными обозначениями и сокращениями, которые не удалось расшифровать. В подобных случаях они даются в двойных круглых скобках (( )).

Нередко при воспроизведении выдержек из источников Ключевский сокращал текст приводимых цитат, но смысл их передавал верно. Фактические ошибки встречаются крайне редко. Часто в рукописях Ключевского встречаются первые буквы латинских слов, означающих: p. (pagina) - страница, i (ini-tium) - начало, m. (medium) - середина, f. (finis) - конец, n. (nota) - примечание, t. (totum) - всё, ib. (ibidem) - там же, id. (idem) - он же.

В публикации воспроизводятся без оговорок: подчеркивания и отточия Ключевского; исправления, сделанные им над строкой в случае их полного согласования с основным текстом и авторские изменения порядка слов в предложении, которые даются в последнем варианте. Описки исправляются без оговорок. Отсутствующие в рукописях даты восстанавливаются составителями в квадратных скобках, в примечаниях даются обоснования. Пояснения составителей даются в квадратных скобках. Звездочкой отмечен комментируемый в примечаниях текст.

Переводы с иностранных языков даются под строкой.

Комментарии.

«Западное влияние в России после Петра»

Публикуется впервые. Текст девяти лекций написан А. Г. Карповой (?) в одной тетради в черном переплете (ГБЛ, ф. 131, п. 13, д. 1). В рукописи имеются карандашные пометы и вставки В. О. Ключевского. Характер правки свидетельствует, что Ключевский работал над этим текстом не менее двух раз: первоначально - с целью усовершенствования данного цикла лекций, затем - в связи с подготовкой своего «Курса русской истории», в который впоследствии вошли некоторые места из публикуемого текста. На основании позднейшей отсылки к своей статье «Императрица Екатерина II», опубликованной в 1896 г. в журнале «Русская мысль» (кн. XI), можно заключить, что одна из этих правок проводилась Ключевским после ноября 1896 г. Пометы Ключевского часто носят отрывочный характер и требуют дополнительных разъяснений. В ряде случаев некоторые фразы слегка перечеркнуты Ключевским. Так как эти места составляют органическую часть текста и, вероятно, были отмечены им для других работ, то они воспроизводятся в основном тексте в ломанных скобках: < > "".

10-я лекция целиком не сохранилась. Бе фрагменты печатаются впервые по черновым карандашным записям Ключевского (ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 90). Их последовательность Ключевским не указана. Отрывки расположены в соответствии с отдельными авторскими пометами и по содержанию. Текст первого фрагмента написан чернилами рукой неустановленного лица на л. 28-29. Остальные написаны Ключевским карандашом: л. 23, 24-26, 21 об., 30-31 и 27.

Основания для датировки курса следующие: 1890 г. указан на первом листе тетради; 1891 г. поставлен Ключевским на фрагментах 10-й лекции.

Пометы В. О. Ключевского на титульном листе тетради в черном переплете:

II Исправить с.] 47

Однородность состава общества [с.] 8.

Духовенство и дворянство, как проводники просвещения [с.] 32 и другие.

Общее образование при Петре [с.] 46-50.

с. 128 - Дворянство после 18 февр[аля] 1762 г. Программа Екатерины [с.] 134, 190. Юности честн[ое] зерцало [с„] 241 Указанные страницы почти полностью совпадают со страницами рукописи 1-я Лекция.

Барскoe]. - Речь идет о литографии «Курса новой русской истории (от Смутного времени до смерти Николая I)» В. О. Ключевского 1883/84 уч. г. в записи Я. Л. Барскова. (Далее: Барское). Литография, имеющая карандашную правку Ключевского, хранится в Ленинградском отделении Института истории СССР АН СССР (ф. Ключевский, д. 3) и в ГБЛ (ф. 131, п. 4, Д. 2). Рукописный текст, служивший основой для литографии Барскова и V тома «Курса русской истории» (Пг., 1918), с карандашной правкой Ключевского хранится в ГБЛ (ф. 131, п. 9, д. 1). 2-я Лекция.

Забелин в «Вестнике Европы». - Вероятно имеется в виду работа И. Е. Забелина «Большой боярин в своем вотчинном хозяйстве (XVII век)» (Вестник Европы, 1871, янв.-февр.). Разрядный архив. - Речь идет о книге «Описание Государственного разрядного архива, с присовокупле нием списков со многих хранящихся в оном любопытных документов» (М., 1842). Проверить по Куракину. - Речь идет об издании «Архив кн. Ф. А. Куракина» (СПб., 1890-1902, т. 1-10).

Устрялов - Имеется в виду книга: Устрялов И. История царствования Петра Великого. СПб., 1858, т. II, с. 565.

.. .открыта была в 1705 г. в Москве школа пастора Глюка. - У С. М. Соловьева в «Истории России с древнейших времен» (М., 1865, т. 15, с. 101. Далее: Соловьев), на книгу которого ссылается Ключевский, указана дата основания школы -1703 г. В своем «Курсе русской истории» Ключевский датирует ее основание опять 1705 г. С. А. Белокуров, специально исследовавший историю немецких школ в Москве, писал, что «в феврале месяце 1703 г. началась педагогическая деятельность Глюка», а «в 1705 г. школа Глюка приняла более обширные размеры, превращена была в гимназию». См.: Белокуров С. А. О немецких школах в Москве в первой четверти XVIII в. (1701-1715 гг.).- В кн.: Чтения в Обществе истории и древностей российских, 1907, кн. 1, с. IV, VIII (Далее: Чтения ОИДР).

Документы. - В «Курсе русской истории» Ключевский писал: «По сохранившимся и недавно изданным документам, идущим с начала 1705 г., когда школа была утверждена указом. ..» (Ключевский В. О. Соч. М., 1958, т. 4, с. 245). Вероятно, речь идет о документах о гимназии Глюка за 1705-1711 гг., которые открыл среди материалов Московского архива Министерства юстиции А. Н. Зерцалов и передал их для издания в ОИДР в марте 1894 г. Текст документа был тогда же набран, но опубликован значительно позднее - в 1907 г. См.: Чтения ОИДР, 1907, кн. 1, отд. 1 (подробнее об этом см. с. XL).

... Синод перевел... трактат... Пуфендорфа «О должности человека и гражданина» и его же «Введение в европейскую историю». - Работы Пуфендорфа в России были переведены и изданы: «Введение в историю европейскую» (СПб., 1718) и «О должности человека и гражданина» (СПб., 1724). 3-я Лекция.

Сысоев. - Речь идет о литографии «Новая русская история 1613- 1855: Лекции ординарного профессора В. О. Ключевского» (М., 1888) в издании В. Сысоева (Далее: Сысоев). Неполный экземпляр с авторской правкой см.: ГБЛ, ф. 131, п. 5, д. 3; Там же, п. 7, д. 1, хранятся л. 48-50, написанные рукой студента В. Сысоева с правкой Ключевского.

... Кампредон писал. - Речь идет о донесении французского полномочного министра при русском дворе де-Кампредона к де-Морвилю от 15 января 1726 г. См.: Сб. имп. Русского исторического общества. СПб., 1888, т. 64, с. 199-200. (Далее: Сб. РИО).

Феофан Прокопови- живо рисует...- Описание Феофана Прокоповича опубликовано в виде приложения к книге «Записки дюка Лирийского и Бервикского во время пребывания его при имп. российском дворе в звании посла короля испанского. 1727-1730 годов» (СПб., 1845) (Далее: Прокопович).

... Маньяк писал... - Выдержки из донесений французского резидента Маньяна опубликованы в 3 томе изд. Н. Тургенева «La Russie et les Busses» (Brussel, 1847). Затем в Сб. РИО, т. LXXV.

.. .двенадцать мнений и проектов. - Современный исследователь Г. А. Протасов установил, что было подано не 12 проектов, а только 7, собравших 416 подписей. См.: Протасов Г. А. Кондиции и проекты 1730 г.: Автореферат кандидатской диссертации. М., 1955, с. 9-10. 5-я Лекция.

Статья. - Здесь и далее Ключевский имеет в виду свою статью «Императрица Екатерина II (1796-1896)» (Русская мысль, 1896, кн. XI, с. 130-177. См. также: Ключевский В. О. Соч. М., 1958, т. 5, с. 309-371). Наборный экземпляр статьи с заметками Ключевского, сделанными, видимо, в связи с подготовкой «Курса русской истории» к печати, хранится в ГБЛ (ф. 131, п. 13, д. 20). Среди его отметок и ссылок на свои ранние рукописи, литографии, «Пособие», на источники и т. п. есть указания и на публикуемый курс, который им обозначен как «Публичные лекции».

В беглых заметках, написанных в первые годы ее царствования... Речь идет о наставлении Екатерины II сыну и потомкам ее по поводу дела А. П. Волынского (Сб. РИО. СПб., 1872, т. X). 6-я Лекция.

Сцена. - Имеется в виду ответ М. М. Щербатова, который начал говорить «с крайним движением духа», дрожащим голосом.

17 млн. - У Соловьева на указанных страницах: 7 млн. 500 тыс.

...Немец и русский купец; шпага. - Имеются в виду следующие слова депутата Глинкова: «Немцы же, видя русского купца без шпаги, оказывают ему пренебрежение, а особливо на бирже. Когда иностранный купец стоит с русским, то кажется как будто он стоит с своим слугою и обращается с ним свысока». 7-я Лекция.

За один стол. - См. следующее место из письма Екатерины II к Вольтеру: «Мне думается, что вам понравилось бы быть за столом, за которым православный, сидя с еретиком и мусульманином, мирно слушают мнение идолопоклонника и уговариваются часто все четверо для того, чтобы сделать свой приговор сносным для всех» (Сб. РИО. СПб., 1872, т. X, с. 35).

Нардов. - Имеется в виду литография курса Ключевского «Новая русская история. Часть II. От Екатерины I до Александра II (1725-1855); (Вторая половина IV периода - новейшая русская история)», изданная Нардовым (1880- 1887). В ГБЛ хранится экземпляр с карандашной правкой Ключевского (ф. 131, п. 5, д. 1). На титульном листе рукой Ключевского написано: «Издание Нардова с поправками (с царствования Алек-сандра I». В тексте литографии встречаются пометки типа: «Тетрадь, с. 193», «Тетрадь, с. 201», что соответствует страницам публикуемой рукописи.

Уездные дворяне. - Ключевский указывает на место в своей статье «Имп. Екатерина II», где речь идет о том, что уездные дворяне иногда совсем не являлись на съезды для выборов, а оставшийся один предводитель должен был прибегать к заочным назначениям.

Статья,а - На стр. статьи «Имп. Екатерина П» Ключевский поставил цифру 3. Ей соответствует следующий текст: «Оно увидело в нем не новый вид государственного служения всего дворянства взамен прежней обязательной службы, а недостававшее ему хозяйственное удобство каждого отдельного дворянина».

Ст атья, р. - Таким значком отмечено Ключевским следующее место из статьи «Имп. Екатерина II»: «По распущении комиссии среди гвардейских офицеров шли недовольные толки об унижении дворянства, о вольности крестьян и холопей, об их непослушании господам: „Как дадут крестьянам вольность, кто станет жить в деревнях? Мужики всех перебьют: и так ныне бьют до смерти и режут"». 9-я Лекция.

Мессельер - имеются в виду Записки члена французского посольства в России 1757-1759 гг. графа Мессельера, выдержки из которых на русском языке публиковались в «Русском архиве» за 1874 г.

Порицания «Хорева» за добродетель. - Речь идет о В. К. Тредьяковском, который осудил трагедию А. П. Сумарокова «Хорев» за то. что она оканчивалась гибелью добродетельных людей, так как это было, по его суждению, «противно нравственности».

Юшков,. - Речь идет о литографии курса Ключевского «Новая русская история. Ч. II. от Екатерины I до Александра II (1725- 1855): (Вторая половина IV периода - новейшая русская история)», изданная Юшковым. Экземпляр с карандашной правкой Ключевского хранится в ГБЛ (ф. 131, п. 4, д. 4).

Массон - Речь идет о книге: Masson К. Memoires secrets sur la Russie pendant les regnes de Catherine et de Paul I. Paris, 1803.

По Сегюру. - Речь идет о книге «Записки графа Сегюра о пребывании его в России в царствование Екатерины II (1785-1789)». (СПб., 1865). Историографические этюды. Наброски по варяжскому вопросу.

I. - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 1, д. 9, л. 18-21 об. Автограф. Чернила. Датируется по упоминанию 1-го тома «Истории России» (М., 1876) и «Разыскания о начале Руси» (М., 1876) Д. И. Иловайского. Разискания. - Имеется в виду книга: Иловайский Д. И. Разыскания о начале Руси. М., 1876.

II. - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 1, д. 9, л. 22-23 об. Автограф. Чернила.

После диссертации Погодина. - Имеется в виду магистерская диссертация М. П. Погодина «О происхождении Руси» (М., 1825).

Известный турнир Костомарова и Погодина. - Имеется в виду публичный диспут 19 марта I860 г. между Н. И. Костомаровым и М. П. Погодиным в связи с подготовкой к юбилею 1000-летия образования Русского государства.

Отрывки исследования о варягах, изданные г. Гедеоновым. - Имеется в виду работа С. Гедеонова «Отрывки из исследований о варяжском вопросе» (Зап. Академии наук, 1862-1863, т. I-III).

Появились сочинения Щеглова, Иловайского, Ламбина, Васильевского, Куника, новые статьи Погодина и, наконец, книга Забелина. - Имеются в виду следующие работы: Щеглов Д. Ф. Кто были варяги-русь, то есть, что мы такое? Разбор мнения г. Костомарова о жмудском происхождении первых князей. - Отечественные записки, 1860, № 7/8; Он же, Несколько дополнительных данных, касающихся жмудской теории. - Северная пчела, 1860, № 288; Он же. Заключение к жмудской теории.-Там же, 1861, № 128; Он же. Когда и как началось русское государство? (Отрывки из исследований о варяжском вопросе С. Гедеонова) . - Библиотека для чтения, 1862, № 7; Он же. Первые страницы русской истории: (Опыт проверки важнейших исследований касательно начала Русского государства). - Журнал Министерства народного просвещения (Далее: ЖМНП), 1876, № 4-6; о работах Д. И. Иловайского см. выше; Ламбин Н. П. О слепоте Якуна и его златотканной луде.- ЖМНП, 1858, ч, XCVIII; Он же. Источник летописного сказания о происхождении Руси. - ЖМНП, 1874, июнь-август; Васильевский В. Г. Варяго-русская и варяго-английская дружина в Константинополе XI и XII вв. - ЖМНП, 1874, ч. 176; 1875, ч. 177, 178; Он же. О варяго-руссах. (Ответ Д. И. Иловайскому) . - Древняя и новая Россия, 1875. т. 3; Kunlk E. Die Веrufung der schwedischen Rodsen durch die Finnen und Slawen. Eine Vorarbeit zur Entstehungsgeschichte des Russischen Staates. St.-Pb., 1844-1845, v. 1-2. Погодин М. П. Историко-критические отрывки. М., 1846-1867, кн. 1-2; Забелин И. Е. История русской жизни с древнейших времен. М., 1876, т. 1.

III. Значение варяжского вопроса. - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 1, д. 11, л. 50-53 об. Автограф. Карандаш. Датируется условно - видимо, набросок писался в связи с подготовкой к лекциям по русской историографии. См.: Ключевский В. О. Сочинения. М., 1959, т. 8.

начало статьи Байера. - Вероятно имеется в виду работа Г.-З. Байера «О варягах» («De varagis»), начало которой Ключевский цитировал в «Лекциях по русской историографии»: «Исстари русами владели варяги; потом их прогнали, Гостомысл начал править государством. Но вследствие неурядиц он дал совет призвать тех же варягов, и был призван Рюрик с братьями». См.: Ключевский В. О. Сочинения, т. 8. с. 397.

IV. Варяги-Русъ. - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 1, д. 11, л. 54. Автограф. Карандаш. Датируется условно на том же основании, что и набросок III.

Фотия в Беседах. - Возможно имеется в виду книга: Успенский П. Четыре беседы Фотия. СПб., 1854 Общерусский свод, возникший в Москве при дворе митрополита Фотия в 1418-23 гг., до нашего времени не дошел.

в житиях Георгия Амастридского и Стефана Сурожского. - Возможно речь идет о работах В. Г. Васильевского «Житие Георгия Амастридского» (ЖМНП, 1878, ч. 195-196) и «Житие св. Стефана Сурожского» (ЖМНП, 1889, ч. 263), которые высоко оценил Ключевский в «Курсе русской истории». См.: Ключевский В. О. Сочинения. М., 1956, т. 1, с. 132, 146-147.

Гаркави. - Возможно имеется в виду книга: Гаркави А. Я. Сказания мусульманских писателей о славянах и русских. СПб., 1870; Он же. Дополнения к сочинению «Сказания мусульманских писателей о славянах и русских». СПб., 1871. В. Н. Татищев.

Возможно, что публикуемые наброски о В. Н. Татищеве представляют собой черновики к речи Ключевского о Татищеве, произнесенной им 19 апреля 1886 г. на заседании Общества истории и древностей российских (Чтения ОИДР, 1886, кн. IV, с. 4-5 протоколов) и материалы к историографической лекции, прочитанной им 16 декабря 1891 г. (подробнее см.: Киреева Р. А. В. О. Ключевский как историк русской исторической науки. М., 1966, с. 35-38).I.Татищев, - Публикуется внер-вые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 62- 62 об. Автограф. Чернила (кроме названия, написанного карандашом).

II.Татищев. - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 64- 65. Автограф. Чернила (кроме названия, написанного карандашом).

III.Татищев. - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 68 об.-69 об. Автограф. Карандаш. «Разговор» - Имеется в виду работа: Татищев В. Н. Разговор двух приятелей о пользе наук и училищ.-Чтения ОИДР, 1887, кн. I. IV.В. Н. Татищев (1686-1750). - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 70-71 об. Автограф. Карандаш. А. Н. Оленин.

Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 13, д. 14, л. 1-2. Автограф. Карандаш.

М. Дмитриев. - Имеется в виду книга: Дмитриев М. А. Мелочи из запаса моей памяти. М., 1869.

Сверчком Пушкиным - прозвище А. С. Пушкина по обществу «Арзамас».

шишковско-державинской «Беседы». - Имеется в виду литературное общество «Беседа любителей русского слова» (1811-1816), возникшее по инициативе Г. Р. Державина и А. С. Шишкова.

((Погодин», Барсу ко во. - Имеется в виду труд: Барсуков Н. П. Жизнь и труды М. П. Погодина. СПб., 1888-1910. Кн. 1-22. «Строев» Барсукова. - Имеется в виду книга: Барсуков Н. П. Жизнь и труды П. М. Строева. СПб., 1878. Н. М. Карамзин.

Отрывки датируются условно по почтовому штемпелю конверта, на обороте которого написан один из них.

I.Карамзин. - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 79- 80 об. Автограф. Карандаш.

II.Н. М. Карамзин. - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 77-77 об. Автограф. Карандаш. слова Пушкина. - Возможно Ключевский имеет в виду эпиграмму А. С. Пушкина на «Историю государства Российского» Н. М. Карамзина:

«В его "Истории" изящность, простота

Доказывают нам, без всякого пристрастья,

Необходимость самовластья

И прелести кнута».

Пушкин А. С. Поли. собр. соч. М., 1962, т. 1, с. 341).

III. Карамзин. - Публикуется впервые. ГВЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 75 об.-76. Автограф. Карандаш.

Бестужев-Рюмин.- Имеется в виду книга: Бестужев-Рюмин К. N. Русская история. СПб., 1872. Т. 1, 2.

Коялович. - Имеется в виду книга: Коялови- М. О. История русского самосознания по историческим памятникам и научным сочинениям. СПб., 1884.

«Наталья». - Речь идет о повести Н. М. Карамзина «Наталья, боярская дочь». Речь, произнесённая после похорон А. Н. Зерцалова

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 158, л. 1-1 об. Автограф. Карандаш. М. П. Погодин

I. Рецензия на книгу М. П. Погодина «Древняя русская история до монгольского ига». - Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 182, л. 1-2 об. Автограф. Чернила. Датируется по письму В. О. Ключевского к В. И. Герье от 15 июля 1872 г., в котором излагается история написания этой рецензии. См.: Ключевский В. О. Письма. Дневники. Афоризмы и мысли об истории. М., 1968, с. 147. Книга, о которой мы намерены высказать несколько замечаний. - Имеется в виду книга: Погодин М. П. Древняя русская история до монгольского ига. М., 1871, т. I-III.

II. М. П. Погодин. - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 5-6. Автограф. Карандаш. Датируется условно.

III. Наброски о Погодине. -Публикуются впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 3-4 Автограф. Карандаш. Датируется условно. Название подчеркнуто синим карандашом. К. Н. Бестужев-Рюмин

I.«Русская история» К. Бестужева-Рюмина. СПб., 1872, [т.] 1.

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 181, л. 1-4. Автограф. Чернила. На л. 1, служащем обложкой, написано карандашом: «Бестужев-Рюмин».

II.«Русская история» К. Бестужева-Рюмина, СПб., 1872, [т.] 1.

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 181, л. 5-9. Автограф. Чернила. На л. 5 - синим карандашом типографские пометы: «18 Инв. Корпусом библиогр. 1-я Кл.»

III.К. Н. Бестужев-Рюмин. Некролог . - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 14, д. 6, л. 2-6. Автограф. Карандаш. Датируется по году смерти Бестужева-Рюмина. Текст предназначался Ключевским для выступления в Обществе истории и древностей российских. Существует копия, снятая Я. Л. Барско-вым (ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 6). Русский историк-юрист недавнего прошлого.

Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 14, д. 16, л. 1-2. Автограф. Чернила. И. Е. Забелин.

I.Рецензия на книгу И. Е. Забелина «История русской жизни с древнейших времен» (М., 1876, ч. I). - Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 50 об. Автограф. Карандаш. Датируется условно по выходу 1-ой части книги. Далее в деле на л. 51 и ел. отдельные отрывочные фразы.

II.Рецензия на книгу И. Е. Забелина «История русской жизни с древнейших времен» (М., 1879, ч. II). -Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 47-49. Датируется условно по выходу 2-й части книги. Автограф. Чернила, карандашная правка.

г. Павинский... в своем исследовании. - Возможно, речь идет о работе: Павинский А. И. О «Немецком праве в Польше и Литве», г. Владимирского-Буданова. Разбор... (СПб., 1871). Д. И. Иловайский и И. Е. Забелин

Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 7. Автограф. Карандаш. Н. И. Костомаров.

Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 61. Автограф. Карандаш.

Речь при закрытии высших женских курсов.

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 145, л. 1-1 об. Автограф. Карандаш; название написано синим карандашом. Датируется по году закрытия Высших женских курсов в Москве.

ВЖК, которые Вы устроили - речь идет о В. И. Герье. Леля - речь идет о дальней родственнице В. О. Ключевского - Елене Алексеевне Бородиной, слушательнице BJKK. Ключевский часто диктовал ей свои лекции. Часть таких лекций в ее записи хранится в ГПИБ (ф. В. О. Ключевского). Русская историография 1861-1893 гг.

Публикуется впервые. До слов «Делам и дали идти своим естественным ходом, а сами стали нетерпеливо». - ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, Д. 91, л. 1 об.-2, а со слов «нетерпеливо ждать предположенных плодов» -ГБЛ, ф. 131, п. 12, д. 2, л. 42-45 об. Автограф. Карандаш. Основанием датировки служит текст бланка, на обороте которого написан первый лист рукописи: «Leipzig, Konigsstr. 3. Der. 1902», а также упоминание Ключевского о том, что три года назад вышел IV том «История России» Д. И. Иловайского, где изложение доведено до царствования, Михаила (1-й выпуск названного труда Иловайского вышел в 1894 г., 2-й выпуск - в 1899 г.).

Впоследствии рукопись была частично использована Ключевским в его статье «Памяти С. М. Соловьева» (1904 г.). См.: Ключевский В. О. Сочинения, т. 8.

На обложке рукописи зачеркнуто: «Самоквасов высказывает ли свои собственные мнения, на основании собственных исследований, или только чужие? Общую оценку можно ли основать на спорных подробностях? Разве на решении вопроса о происхождении служилой кабалы можно основать суждение о достоинстве профессора истории русского права? Оценка профессора из следующих вопросов: 1) эрудиция, 2) цельный взгляд на предмет, 3) испытанные, надежные приемы изучения, 4) дидактическое уменье. Отдайте должное обоим, но Покажите, что это величины несо-измерные (гражданское право дает верх Дьяконову). Рудокоп и палеонтолог.. Есть ли у Самоквасова такой же подбор отзывов о Филиппове! 24 дек[абря] Самоквасов оценивает Дьяконова меркой своих недоразумений».

Среди рукописей Ключевского есть еще один вариант введения к курсу лекций по русской историографии 2-й половины XIX в., который публикуется в приложении.

ћбилей общества истории и древностей Российских.

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 169, л. 1-12 об. Автограф. Карандаш. Датируется по году юбилея.

На л. 1, служащим обложкой, карандашом: «Юбилей Чтений ОИДР». На л. 14 на отдельном маленьком листике следующий текст:

«Корабли не строятся 2-3 ударами топора: про то знает всем известная пословица. Хотели сразу писать историю.

Как народная жизнь созидается народным [союзом - ?], так и история этой жизни разрабатывается учеными союзами, и как народная жизнь в сознании народа отливается в народную песнь, так и работы ученых исторических,союзов отпечатываются в единоличном произведении Карамзина и Соловьева».

у Неустроева справитъся- Речь идет о книге: Неустроев А. Н. Историческое разыскание о русских современных изданиях и сборниках за -1703-1802 гг., библиографически и в хронологическом порядке описанных. СПб., 1874.

Набросок речи, посвящённой 150-ти летию Московского Университета Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 170, л. 1-3. Автограф. Карандаш. Написан на трех узких полосках бумаги с одной стороны. Датируется по году юбилея. На л. 2 об. наверху чернилами:«Все эти случай [ности]», внизу карандашом пять столбиков цифр. 12 января 1905 г. под влиянием событий 9 января и последующих дней Ключевский вместо публикуемого варианта речи произнес нашумевшую в свое время речь с предсказанием гибели династии Романовых («Это - последний царь, Алексей царствовать не будет»). Подробнее см.: Нечкина М. В. В. О. Ключевский: История жизни и творчества. М., 1974, с. 456; Ки-реева Р. А. В. О. Ключевский как историк русской исторической науки. М., 1966, с. 220-221 «Новейшая история Западной Европы в связи с истроией России» (конспект)

Публикуется впервые. ГБЛ, ф. 131, п. 2, д. 4. Автограф.

Рукописи конспекта абастуманского курса отличаются сложностью авторских помет и отсылок на литературу, источники и на собственные тетради, конспекты, черновики и другие рукописи. Для облегчения чтения текстов Ключевского мы раскрываем наиболее часто встречающиеся сокращения, которые даются в основном тексте без дополнительных разъяснений:

Аре. - Арсенъев

Варек. - Барское

Барс. - Барсуков

Бек. - Беккер

Богд., Богдан. - Богданович

Бол., Болот. - Болотов

Вв., Вбр., - Всбер

Гейс. - Гейссер

Гере. - Гервинус

Гетн. - Геттнер

Дит. - Дитятин

Дм. - Дмитриев

Зм., Знам. - Знаменский

Кепп. - Кеппен

Кис. - Киселев

Коб. - Кобеко

К. - Корф

Лонг. - Лонгинов

Л., Лор. - Лоренц

Масс. - Массон

Мил., Мл., Млт. - Милютин

Мин., Мн. - Минье

Поп. - Попов

Порош. - Порошин

Пут. - Путята

Пып. - Пыпин Р. Ст. - «Русская старина»

Сабл. - Саблуков

С. - Сегюр

Сем. - Семевский

Слават., Слав. - Славатинский

Сол. - Соловьев

Ф. Виз. - Фонвизин

Фрим. - Фриман

Чич. - Чичерин

Шилъд. - Шилъдер

Шумиг. - Шумигорский

Cher., Шер. - Cherest, Шерэ

В тех случаях, когда не удалось расшифровать сокращения Ключевского, его отсылки даются в двойных скобках:

1-я Тетрадь

Автограф написан карандашом, за исключением первого неполного листа, написанного чернилами. Обложкой служит вдвое сложенный лист с типографским текстом: «Наставление о мерах личного предохранения от заболевания холерой». На первой странице обложки в верхнем углу запись карандашом, не имеющая отношения к курсу, и план распределения часов занятий по темам: Революция-11 часов Россия до Сперанского - 5 » Евро [па], 1800-1814 гг.- 4 » С Реставрации] до Швейцарии включительно - 7 [часов] С Людовика-Филиппа до 2 декабря - 4 » Россия, 1807-1881 гг.-17» Европа, 1851-1881 гг. - 6 »

На второй странице тетради в верхнем левом углу запись карандашом:

Революция - 14 [часов]

Россия до 1801 г. - 4 »

Европа до 1815 г. - 10 »

Россия, 1801-1815 гг. - 5 » Европа и Россия до 1855 г. - 26 »

Европа до 1871 г. - 7 »

Россия, 1855-1881 гг. - 10 »

Обзор » - » - 2 » 80 часов

На этой же странице ниже другая запись:

«Лицо Б[?]на из тех, на которые достаточно раз взглянуть, чтобы их не забыть и никогда не пожелать взглянуть на них вторично». На последней странице обложки зачеркнута карандашная запись.

Соловьев - имеется в виду книга: Соловьев С. М. Император Александр Первый. Политика. Дипломатия. СПб., 1877.

Кобеко - имеется в виду книга: Кобеко Д. Цесареви- Павел Петрови- (1754-1796). СПб., 1881. (Далее: Кобеко).

Беккер - имеется в виду «Всемирная история» К. Ф. Беккера, которая неоднократно издавалась на русском языке. (Далее: Беккер).

Геттнер - имеется в виду книга: Геттнер Г. Т. История всеобщей литературы XVIII в. Т. П. Французская литература в XVIII веке. СПб., 1866. (Далее: Геттнер).

четвереньки - возможно имеется в виду острота Вольтера, сказавшего, что описание дикарей, сочиненное Руссо, вызывает желание ходить на четвереньках. (Речь идет о трактате Ж.-Ж. Руссо «Рассуждение о происхождении неравенства между людьми»).

Гейссер - имеется в виду книга: Гейссер Л. История французской революции 1789-1799. М., 1870. (Далее: Гейссер).

Вебер - имеется в виду «Всеобщая история Георга Вебера» (т. 14- 15), которая многократно издавалась на русском языке. (Далее: Вебер).

Чичерин - имеется в виду книга: Чичерин Б. Н. История политических учений. М., 1869.

Тэн - имеется в виду книга: ТэнИ. Происхождение общественного строя современной Франции. СПб., 1880. (Далее: Тэн или Taine).

Cherest - имеется в виду книга: Cherest A. La chute de 1'ancien regime, v. 1, 1884.

Минье-имеется в виду книга: Минье Ф. История французской революции. СПб., 1866-1867. Т. I, II. (Далее: Минье).

Милютин - имеется в виду книга: Милютин Д. А. История войны 1799 года между Россией и Францией в царствование императора Павла I. СПб., 1857. Т. I-III. (Далее: Милютин).

С борник Михайлова - имеется в виду «Сборник исторических материалов и документов, относящихся к новой русской истории XVIII и XIX века» Изд. М. Михайловым. СПб., 1873. (Далее: Сборник Михайлова).

Взгляд на права нейтрального флага Англии («Le pavfillon] ne couvre pas la merchandise» и «droit de visile»). - Так Ключевский кратко записал рассуждения Милютина об Англии, которая утверждала, что «крейсеры ее могут конфисковать все товары, принадлежащие враждебной нации, хотя бы они были на корабле нейтральном (1е pavilion ne couvre pas la merchandise) [...] что каждый крейсер может обыскивать все купеческие корабли (droit de visite), хотя бы они шли под конвоем нейтрального военного флага». (Милютин, Т. 2, с. 519).

Картина Европы в 1800 г. Ростопчина - имеется в виду записка Ф. В. Ростопчина «Картина Европы в начале XIX столетия и отношение к ней России», опубликованная в Сборнике Михайлова см. выше. 2-я Тетрадь.

Автограф написан чернилами, за исключением двух листов, написанных карандашом.

Рассказ Державина - имеются в виду «Записки из известных всем происшествиев и подлинных дел, заключающие в себе жизнь Гаврилы Романовича Державина», первоначально опубликованные в «Русской беседе» (1859, кн. I-V), затем отдельным изданием в 1860 г., позднее «Записки» вошли в т. 6 сочинений Г. Р. Державина (СПб., 1871).

Болотов-имеется в виду книга: Болотов А. Т. Памятник протекших времен или краткие исторические записки о бывших происшествиях и носившихся в народе слухах. М., 1875, ч. 1, 1796 г.; ч. 2. Любопытные и достопамятные деяния и анекдоты государя императора Павла Первого. (Далее: Болотов). Ростопчин и его коллекция - имеется в виду рассказ Ростопчина о том, как он выиграл в карты у прусского офицера коллекцию оружия, воинских костюмов всех веков и народов (в миниатюре) и заводное войско. Эту коллекцию Ростопчин подарил Павлу I, за что попал в фавор к императору.

Семевский - имеется в виду книга: Семевский В. И. Крестьяне в царствование императрицы Екатерины II. СПб., 1881. т. 1. (Далее: Семевский).

Богданови- - имеется в виду книга: Богданови- М. И. Исторический очерк деятельности военного управления в России в первое двадцатипятилетие благополучного царствования государя императора Александра Николаевича (1855-1880). СПб., 1879-1880. Т. 1-5. (Далее: Богданович). Дмитриев - имеется в виду книга: Дмитриев М. А. Мелочи из запаса моей памяти. М., 1854. (Далее: Дмитриев).

Русская старина, 1871, 637 - имеется в виду публикация: «Указы и распоряжения, состоявшиеся в царствование Павла I». (1871, т. 3).

Славатинский - имеется в виду книга: Романавич-Славатинский А. В. Дворянство в России от начала XVIII века до отмены крепостного права. СПб., 1870.

Русская старина, 1871, т. 3, 531 и ел. - речь идет о публикации: «Распоряжение ими. Павла об улучшении русского языка».

Пыпин - имеется в виду книга: Пыпин А. И. Общественное движение в России при Александре I. СПб., 1871. (Далее: Пыпин).

Шумигорского ел [ава] XI - имеется в виду глава из книги: Ш умигор спий Е. С. Императрица Мария Федоровна: Ее биография. СПб., 1892. /Далее: Шумигорский).

Саблуков - имеется в виду «Записки» Н. А. Саблукова, опубликованные в «Русском архиве» за 1869 и 1878 гг.

Массой - см. примечание к 9-й лекции «Западного влияния в России после Петра».

«•Бабушкина Азбука»-имеется в виду сочинение Екатерины II «Бабушкина Азбука великому князю Александру Павловичу».

Богданови- - здесь имеется в виду книга: Богданови- М. И. История царствования императора Александра I и России в его время. СПб., 1869-1871. Т. 1-6.

Лонгинов - имеются в виду статьи М. Лонгинова «Граф Сперанский (1772-1839)», опубликованные в «Русском вестнике» за 1859 г. (т. 19, 23). (Далее: Лонгинов).

Русская старина, т. 8, 1871, с. 326 - речь идет о предисловии «Василий Назарови- Каразин» к нескольким его статьям, публиковавшимся посмертно.

Корф- имеется в виду книга: Корф М. А. Жизнь графа Сперанского. СПб., 1861. Т. 1, 2. (Далее: Корф).

Путята- имеется в виду работа: Путята Н. В. Обозрение жизни и царствования императора Александра I. - В кн.: Девятнадцатый век. М., 1872, кн. 1. (Далее: Путята).

Фонвизин - возможно имеется в виду дневник М. А. Фонвизина, который частично печатался в «Русской старине» в 1885 г. (№ 11).

Арсеньев - имеется- в виду книга: Арсенъев К. И. Статистические очерки России. СПб., 1848. (Далее: Арсеньев).

Знаменский - имеется в виду книга: Знаменский П. В. Чтения из истории русской церкви за время царствования Александра I. Казань, 1885. (Далее: Знаменский).

Киселев - имеется в виду книга: Заблоикий-Десятовский А. П. Граф П. Д. Киселев и его время. СПб., 1882. Т. 1-4.

слова Делъмаса - имеется в виду эпизод, когда Наполеон I на торжестве по поводу введения конкордата с римским папой обратился к генералу Дельмасу с вопросом: «Что Вы скажете о церемонии?» - «Церемония отличная, - ответил Дельмас, - недоставало только миллиона человек, убитых за уничтожение того, что Вы теперь восстанавливаете». 3-я Тетрадь.

Автограф написан чернилами, имеется большая карандашная правка.

Фриман - имеется в виду книга: Фриман Э. Общий очерк истории Европы. СПб., 1880.

Гервинус - имеется в виду книга: Гервинус Г. Введение в историю девчтнадцатого века. СПб., 1864.

Лоренц - имеется в впду книга: Лоренц Ф. История новейшего времени (1815-1856). СПб., 1871. (Далее: Лоренц).

Попов - имеется в виду книга: Попов Я. А. Россия и Сербия: Исторический очерк русского покровительства Сербии с 1806 по 1856 г. М., 1869.

Барское - см. примечание к 1-й лекции курса «Западное влияние в России после Петра». Якушкин - речъ идет о 1-й части Записок И. Д. Якушкина, которые впервые были опубликованы (в отрывках) А. И. Герценом дважды (Полярная звезда на 1862 г. Лондон, 1861, кн. 7 и в серии «Записки декабристов». Лондон, 1862, вып. 1). Целиком Записки Якушкина били опубликованы в 1905 г., т. е. после того, как В. О. Ключевским создавался публикуемый текст.

Берг - имеется в виду книга: Берг Н. В. Записки о польских заговорах и восстаниях 1831-1862. М., 1873.

Соловьев: А\лександр-имеется в виду книга: Соловьев С. М. Император Александр Первый: Политика. Дипломатия. СПб., 1877.

Зап[иски] Смирнова - речь идет о дневниках сенатора Н. М. Смирнова, купленных в рукописи Ключевским, которые и сейчас хранятся в его архиве.

Кеппен - имеется в виду книга: Кеппен П. И. Девятая ревизия:. Исследование о числе жителей в России в 1851 г. СПб., 1857.

Шильдер - возможно имеется в виду работа Н. К. Шильдера Россия и ее отношение к Европе в царствование Александра I в 1806- 1815 гг. СПб., 1888-1890.

Дитятин - имеется в виду книга: Дитятин И. И. Устройство и управление городов России. СПб., 1875. Т. I. Города России в XVIII столетии.

Литературно-исторические наброски.Характермстики исторических типов.

«Весь этот человек...» Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 146, л. 1. Автограф. Чернила.

«Я хочу описать жизнь человека. ..»

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 147, л. 4. Автограф. Карандаш.

«В последнее время чаще и чаще. ..»

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 135, л. 2. Автограф. Чернила. Датируется по содержанию.

«У пас всегда были...» Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 222, л. 1. Автограф. Карандаш. Датируется по последующему тексту в рукописи от 7 мая 1892 г., который впервые был опубликован Р. А. Киреевой (Ключевский В. О. Исторические миниатюры. - Неделя, 1963, 9-15 июня, № 24, с. 11) и в книге: Ключевский В. О. Письма. Дневники: Афо­ризмы и мысли об истории. М., 1968, с. 259-260, 465.

«Полное взаимное равнодушие...» Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 135, л. 1-1 об. Автограф. Чернила. Вечерние чтения в Абастумане

Публикуется впервые, кроме фрагмента от слов: «Она не давала сржений [...]» до слов «[...] лучам заката», что было опубликовано Р. А. Киреевой (Ключевский В. О. Исторические миниатюры. - Неделя, 1963, 9-15 июня, № 24, с. 11). ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 178, л. 18, 16-16 об. Автограф. Карандаш. Датируется по времени пребывания В. О. Ключевского в Абастумане.

Иван Тургенев - о И. С. Тургеневе см. приложение к 1-й лекции курса «Западное влияние в России после Петра».

Робок, а порой ц самого далай-ламы табачку попросит понюхать. - Имеется в виду следующее место из «Гамлета Щигровского уезда» И. С. Тургенева: «Я, видите ли, робок, и робок не в ту силу, что я провинциал, нечиновный, бедняк, а в ту силу, что я страшно самолюбивый человек. Но иногда, под влиянием благодательных обстоятельств, случайностей, которых, впрочем, ни определить, ни предвидеть не в состоянии, робость моя исчезает совершенно, как вот теперь, например, теперь поставьте меня лицом к лицу хоть с самим далай-ламой, - я и у него табачку попрошу понюхать». Об интеллигенции.

«Назначение интеллигенции...» Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, on. d, д. 56, л. 4-4 об. Автограф. Карандаш.

Мысли об интеллигенции Публикуется впервые. ОРФ ИИ,.ф. 4, оп. 1, д. 172, л. 1-9 об. Автограф. Карандаш.

...торопливому Писателю - имеется в виду П. Д. Боборыкин, которым термин «интеллигенция» впервые был введен в обиход в 1870-х годах.

экзегетика - в богословии термин, обозначающий совокупность правил толкования текстов. Верование и мышление.

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 56, л. 9 об.- 10. Автограф. Карандаш. Название отрывка взято с обложки тетради, на которой Ключевский так назвал этот набросок. Искусство и мораль.

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 56, л. 10 об. -12. Автограф. Карандаш. Датируется условно по предыдущему тексту. Росси - Эрнесто Росси гастролировал в России в 1877, 1878, 1890, 1895 и 1896 гг. Мысли о русских писателях.

О рукописях В. О. Ключевского по русской литературе см.: Чцмаченко 9. Г. Обзор неопубликованных рукописей В. О. Ключевского о русской литературе XIX-начале XX в. -Тр. МГИАИ, 1961, т. 16; Она же. Неопубликованные статьи В. О. Ключевского о Гоголе. - Зап. Отдела рукописей ГВЛ, 1961, вып. 24; Она же. В. О. Ключевский о русских писателях. - Вопросы архивоведения, 1963, № 3. М. Ю. Лермонтов.

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 178, л. 15, 17. Автограф. Карандаш. Текст написан на оборотной стороне письма неустановленного лица к В. О. Ключевскому, в котором содержится просьба прислать отзыв Матвею Михайловичу на сочинение на медаль. Эта дата, а также время пребывания Ключевского в Абастумане, служат обоснованием датировки. Статейку, которую прошу позволить прочесть, анонимная, без подписи. - Ключевский имеет в виду свою статью «Грусть (Памяти М. Ю. Лермонтова, умер 15 шолг1841 г.)», которая впервые была опубликована без подписи (под буквой К.) в журнале «Русская мысль», (1891, № 7). Затем статья была перепечатана во втором сборнике статей Ключевского «Очерки и речи» (М., 1913) и в его Сочинениях (М., 1959, т. 8). Н. В. Гоголь

Печатается по автографу. ГБЛ, ф. 131, п. 15, д. 28, л. 155-155 об., 158. Текст написан карандашом.

I. - Впервые опубликовано: Чу-мачепко Э. Г. Неоконченная статья В. О. Ключевского о Н. В. Гоголе: Из неопубликованных материалов. - Зап. Отдела рукописей ГБЛ, 1961, вып. 24.

II. Смех и слезы

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 178, л. 11 об. Автограф. Карандаш. Текст написан на оберточной бумаге с типографской наклейкой: «„Богословский вестник" (ежемесячно), 34. Москва. Житная ул. собственный дом проф. В. О. Ключевскому». На обложке рукой В. О. Ключевского:

Мертвые Души, ч. 1.

Тарас Булъба.

Утопленница.

Вий.

Невский проспект.

Портрет.

Коляска.

Ревизор.

Женитьба.

Гл. I - Чичиков.

II-15 - Манилов.

III-36 - Коробочка.

IV-57 - Ноздрев.

V-85 - Собакевич.

VI-107 - Плюшкин. И. С. Аксаков

I. Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 139, л. 5. Автограф. Карандаш. Датируется по дню похорон И. С. Аксакова.

П. Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д, 139, л. 1-2. Автограф. Чернила. Датируется по дню похорон И. С. Аксакова. И. А. Гончаров

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, Д. 178, л. 1-2 об. Автограф. Карандаш. Писан на сшитых от руки листах. Ф. М. Достоевский

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 178, л. 6-7 об. Автограф. Чернила (частично карандашом).

... у Гоголя в Пирогове - имеется в виду персонаж арабески Н. В. Гоголя «Невский проспект». А. П. Чехов

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, л, 178, л. 8, 10 (л. 9 в рукописи остался чистым). Автограф. Карандаш. Датируется условно по времени первой постановки Московским Художественным театром пьесы А. П. Чехова «Дядя Ваня». Стихотворения и проза Вы, философ, дайте руки...

Выдержка из стихотворения Ап. Майкова «Тарантелла», хранящаяся среди записей Ключевского (ГБЛ, ф. 131, п. 15, д. 38, л. 1), которую он, видимо, использовал.

Его мы знаем все... Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 133, л. 1-1 об. Автограф. Карандаш и чернила. Датируется по стиху 14, где имеется в виду русско-турецкая война 1877- 1878 гг.

В публикуемой стихотворении прообразом «героя» для В. О. Ключевского, отрицательно относившегося к дворянству и славянофилам, послужил, вероятно, И. С. Аксаков. Намек на это можно видеть в строфе 2-й: «Он по фамилии татарин, по родословной немец он» (Аксаковы вели свой род от Аксака Вельяминова, названного так в честь Темир Аксака, но в XVIII и XIX вв. большинство русских дворянских родов выводило свои родословные «из немец»); и из строфы 6-й: «Смекнул он, и сперва журнал недельный, а потом газету вседневную он издавал» (в 1858 г.И. С. Аксаков неофициально редактировал журнал «Русская беседа», а затем издавал газеты «Парус» (1859 г.), «День» (1861-1865), «Москва» (1867-1868), «Москвич» (1867-1868), «Русь» (1880-1885); и из строфы 8-й: «...в правленье банка уж сидит» (с 1874 г. И. С. Аксаков был председателем правления Московского купеческого общества взаимного кредита); и из строфы 15-й «...и в Комитет Благотворении вошел» (в 1875-1878гг. Аксаков принимал деятельное участие в создании и руководстве Московского Славянского благотворительного комитета). Письмо француженки.

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 142, л. 1-6. Автограф. Карандаш. Датируется по помете В. О. Ключевского на листе 2 об. рукописи.

На листе 4 об. рукописи помещен небольшой список работ, использованных автором для написания «Письма француженки» - среди них историческая справка Н. А. Ратынского «Двор и правительство в России сто лет назад»; «Лорд Мальмсбюри о России в царствование Екатерины II. Депеши и письма»; Кобеко Д. Ученик Вольтера: Граф Андрей Петрови- Шувалов (1744-1789).

Однако, поскольку публикуемое произведение не является историческим исследованием, приемы использования источников здесь очень своеобразны, автор берет лишь сущность события, оставляя за собой право свободной художественной трактовки деталей (например, возможно именно гр. А. П. Шувалова подразумевает В. О. Ключевский под неким светским остроумцем, «учеником Дюкло»). К Кисловодску

Публикуется впервые. Архив АН СССР, ф. 640, оп. 1, д. 4, л. 2 об.-3. Рукопись написана неустановленным лицом. Татьянин день.

Публикуется впервые. Архив АН СССР, ф. 640, оп. 1, д. 4, л. 2 об. Рукопись написана неустановленным лицом. Татьяне Михайловне Чериновой.

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 147, л. 1 об. Автограф. Карандаш. В архиве АН СССР, ф. 640, оп. 1, д. 4, л. 2 есть копия (с вариантами), написанная неустановленным лицом. Мои досужие творенья...

Публикуется впервые. - Архив АН СССР, ф. 640, оп. 1, д. 4, л. 2. Рукопись написана неустановленным лицом. Я вспомнил молодость...

Публикуется впервые. ГВЛ, ф. 131, п. 13, д. 16, л. 17-17 об. Автограф. [?] Карандаш. Неоконченная сказочка про Ваничку Дохлого и Петьку Голована.

Публикуется впервые (ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 162, л. 1-1 об. Автограф. Чернила. Датируется условно. Приключение с авантюристкой

Публикуется впервые. ОРФ ИИ, ф. 4, оп. 1, д. 177, л. 1-2. Автограф. Карандаш. По близости отношений родства и кумовства. - Возможно, что речь идет о Елене Алексеевне Бородиной, писавшей под диктовку Ключевского его лекции (см. примечание к речи при закрытии Высших женских курсов в разделе «Историографические этюды»). Ее муж - С. М. Бородин - был родным братом жены Ключевского - Анисьи Михайловны. Ключевский крестил дочь Бородиных - Надежду Сергеевну, в замужестве Воскресенскую, которая впоследствии передала в Государственную историческую библиотеку ряд материалов Ключевского. (См.: Ключевский В. О. Письма. Дневники: Афоризмы и мысли об истории. М., 1968, с. 413). Милые девицы... (Экспромт)

Публикуется впервые. Экспромт Ключевского записан Р. А. Киреевой со слов О. Я. Кудрявцевой Сочинен экспромт был Ключевским (очевидно, в связи с наступлением университетских каникул и окончанием лекций) для семьи Бородиных, где он бывал постоянным гостем. Девицы Бородины много занимались рукодельем, в том числе вязанием. На одной из сестер Бородиных - Анисье Михайловне - Ключевский женился в 1869 г. «Ералаш» - карточная игра. Захолустные мелодии

Публикуется впервые. ГПИБ, ф. В. О. Ключевского. Автограф. Чернила. Повествование начинается описанием улицы Поповки в Пензе, на которой жил Ключевский в детские и отроческие годы. Дом сохранился до сих пор. В настоящее время эта улица носит имя Ключевского. Автобиография П. И. Соведралова

Публикуется впервые. ГПИБ, ф. В. О. Ключевского. Автограф. Чернила.

 

 

 

См.: История человечества - Человек - Вера - Христос - Свобода - На первую страницу (указатели). Внимание: если кликнуть на картинку в самом верху страницы со словами "Книга Якова Кротова", то вы окажетесь в основном оглавлении, которое служит одновременно именным и хронологическим указателем