Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Андрей Берман

СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ ПРАВОСЛАВИЯ В ЧУВАШИИ В ХХ ВЕКЕ

К оглавлению

ВВЕДЕНИЕ

Данная работа посвящена двум моментам в новейшей истории православной Церкви в Чувашии – движению за национальную чувашскую церковь и деятельности церковной оппозиции, противостоявшей линии патриаршего местоблюстителя, митрополита Сергия (Страгородского). Два этих момента драматической церковной борьбы, освещенные в предлагаемой работе, при том, что ее фигуранты были непримиримыми оппонентами, представляют собой развитие возникшего еще до революции движения национального духовенства за создание чувашской епархии с епископом-чувашом во главе.

Актуальность данной работы определяется, прежде всего, той ролью, какую играет религия в современном российском обществе и ростом национального самосознания малых народностей России после падения коммунистической идеологии.

В общих чертах история православной церкви на территории Чувашии в XX столетии описана в монографии известного чувашского этнографа П.В. Денисова «Религия и атеизм чувашского народа» [1]. Автор монографии, изданной в 1972 г., в тот период строго придерживался идеологических позиций воинствующего атеизма, книга изобилует разного рода инвективами, что ставит монографию в разряд не столько научной, сколько идеологической литературы. Тем не менее, в рамках поставленной задачи, описать более-менее значительные вехи истории религии в Чувашии в XX в., автор достаточно квалифицированно осветил основные этапы возникновения чувашского обновленчества, автокефалии и церковной оппозиции, выявил связь чувашского автокефализма и истинно-православного движения. Однако для П.В. Денисова такая связь оказывается не более чем курьезом, подтверждающим общий тезис советских атеистов о реакционной сущности религии, задача детально разобраться в сложных перипетиях идейной борьбы в тогдашнем чувашском православии автором не ставилась. Несомненной заслугой П.В. Денисова является введение в научный оборот ряда документов из Центрального государственного архива ЧАССР (ныне Государственный исторический архив ЧР), Партийного архива Чувашского обкома КПСС (ныне Государственный архив современной истории ЧР), однако ряд документов, прежде всего советских репрессивных органов в то время для исследователей был недоступен. Это особенно важно, т.к. во многих случаях документы НКВД являются первичными источниками, на основе которых составлялись информационные сводки для партийных органов, материалы которых отложились в фондах партийного архива. Исследование П.В. Денисова легло в основу для последующих публикаций на церковно-исторические темы, из которых особо отметим справочник известного чувашского исследователя религии Л.Ю. Браславского [2]. Отдельные моменты становления истинно-православного движения с позиций воинствующего атеизма рассматривались так же в работе Г.Е. Кудряшова «Динамика полисинкретической религиозности» [3]. В целом попытка осветить историю истинно-православного движения в Чувашии была предпринята Л.Ю. Браславским [4].

В последнее время было опубликовано несколько работ посвященных истории православия в Чувашии в XX в., из которых особо следует отметить статью Ф.Н. Козлова посвященную чувашской автокефалии [5], а так же работы И.Н. Ильина [6] и П.П. Таллерова [7].

Целью настоящей работы является изучение истории православия в Чувашии в контексте чувашского национального движения, а так же изучение становления церковной оппозиции как следствия крушения надежд на создание национальной чувашской церкви.

Источниковой базой для данной работы послужили фонды Государственного исторического архива Чувашской Республики, прежде всего документы органов ОГПУ – НКВД – МГБ, на основании которых в дальнейшем составлялись справки и экстракты для партийных и советских органов, осуществлявших религиозную политику на территории ЧАССР.

Примечания

 

 

1. Денисов П.В. Религия и атеизм чувашского народа. – Чебоксары: Чувашское кн. изд-во, 1972. 2. 3. Браславский Л.Ю. Православные храмы Чувашии. – Чебоксары: Чувашское кн. изд-во, 1995. 4. 5. Кудряшов Г.Е. Динамика полисинкретической религиозности – Чебоксары: Чувашкнигоиздат, 1974. 6. 7. Браславский Л.Ю. Старообрядчество и христианское сектантство в Чувашии – Чебоксары: Чувашское кн. изд-во, 1983. – С. 82 – 94. 8. 9. Козлов Ф.Н. «Прошу принять на регистрацию…» Из истории церковного раскола в Чувашии // Исторический архив. – 2008. – №6. – С. 50 – 59. 10. 11. Ильин И.Н. К истории церквей и приходов V-го благочинного округа Чебоксарско-Чувашской Епархии (к 10-летию округа). – Чебоксары, 2004. 12. 13. Таллеров П.П. Православные храмы Комсомольского района. – Чебоксары, 2004. 14. ДВИЖЕНИЕ ЗА НАЦИОНАЛЬНУЮ ЦЕРКОВЬ В ЧУВАШИИ

 

ЧУВАШСКОЕ ОБНОВЛЕНЧЕСТВО

Важное место в истории движения за чувашскую национальную церковь занимает чувашское обновленчество.

Чувашский край оказался в составе России в ходе казанских походов Ивана Грозного в XVI в. Христианизация чувашского народа протекала достаточно сложно, с одной стороны, чуваши были сильно привержены языческим верованиям, а с другой – испытывали мусульманское влияние со стороны казанских татар. Задачи христианизации требовали от руководства Русской Церкви особых подходов в деле просвещения чувашей, для чего в разное время создавались особые учреждения: новокрещенская контора, миссионерские общества и т.д. Более успешным процесс христианизации стал во II пол. XX в., после введения т.н. «системы Ильминского» основанной на подготовке образованных кадров священнослужителей из коренных народов Поволжья и переводе богослужения на родные языки. К началу XX в. в Чувашском крае уже имелась довольно значительная прослойка чувашского духовенства и национальной интеллигенции. Духовное сословие в России в XVIII – XIX вв. представляло собой замкнутую касту, доступ в которую выходцев из других сословий был сопряжен с определенными трудностями, в т.ч. и экономического характера, т.к. материальное обеспечение духовенства строилось на средневековом принципе «кормлений» и церковный приход нередко переходил по наследству в многочисленных священнических семействах. Поэтому, не смотря на успех миссионерского дела, чувашское духовенство, в определенной мере, чувствовало неприязнь со стороны некоторых представителей русского духовенства, которое рассматривало чувашских священников как нежелательных конкурентов в борьбе за доходные приходы. Как вспоминал деятель чувашского просвещения и будущий обновленческий епископ Даниил (Филимонов): «Когда я поступал в священники, в Казанской духовной консистории, один священник сказал мне: «куда вы, чуваши, лезете? Вы отнимаете хлеб у наших детей». По словам епископа Даниила: «Господствующее положение русского духовенства в чувашских уездах устанавливалось историческим путем и поддерживалось следующими условиями: 1) это духовенство пользовалось полным покровительством и содействием государственной власти. 2) Оно представляло из себя очень крепко сплоченную, обособленную от окружающей среды группу, которая прочно спаяна единомыслием профессиональным положением, сословными предрассудками, родственными и школьными связями. Начиная с сельской просфорни и кончая епархиальными архиереями, – все они проникнуты были одним духом гордости и господства над крещенным чувашами, как побежденными инородцами, коих они в душе презирали, хотя при глазах и называли их «Василий Иванович», «Петр Петрович», но за глазами «Васька и Петька» или просто «чувашишки» 3) Живя с малых лет среди чуваш, это духовенство великолепно знало психологию чувашского народа, мастерски умело обходиться с ним и устраивало свое материальное благополучие как ему угодно и 4) Оно вцепилось в православную чувашскую массу, так глубоко прочно, как клещ впивается в человеческое тело. Оторвать его от насиженного места было также трудно, как оторвать например, немецких баронов от Прибалтийского края. Были, конечно, здесь и весьма хорошие, светлые личности, настоящие пастыри христовы, которые относились к чувашам по братски, но, составляли исключение и встречались так же редко, как оазисы в пустыне Сахара» [1].

Такое положение не устраивало представителей чувашского духовенства и в начале XX в. начинают раздаваться голоса за создание особой чувашской церковной структуры. По словам епископа Даниила: «Мысль иметь особую чувашскую епископию с национальным епископом в Приволжском крае первый раз выражена была среди инородческих священников и учителей Самарской епархии еще на инородческом миссионерском съезде, происходящем в селе Шонталы Бугульминского уезда 28 и 29 июля 1909 года. Так как тогдашнее правительство очень боялось развития среди инородцев сепаратизма, шовинизма и всяких других измов, то вопрос это не был допущен к обсуждению на съезде, тем более, что в то время епископы и духовенство русское действовали за одно с мирским правительством. Не только инородца поставить во епископы, но весьма трудно было провести его и в сельские священники» [2]. После Февральской революции создались объективные условия для осуществления этих замыслов. В мае 1917 г., на I-м общем собрании представителей мелких народов Поволжья было предложено учредить особый Казанский митрополичий округ, а митрополитом избрать известного миссионера, епископа Андрея (Ухтомского). Всеобщий Чувашский съезд представителей от духовенства, мирян, военных, учителей, происходивший в Казани в августе 1917 г. утвердил 2-х кандидатов во епископа чувашского: протоиереев К.П. Прокопьева и Д.Ф. Филимонова. Предполагалось, что Прокопьев будет епископом Цивильским, а Филимонов – Ядринским [3]. Вопрос о чувашском епископе широко обсуждался и в национальной прессе. Так в январе 1918 г. диакон Т. Коновалов, в статье «Неотложные дела чувашского народа» писал: «если у нас будет свой архиерей, то он будет более заботиться о чувашах и прикажет проводить церковные богослужения на чувашском языке» [4]. На Всероссийском поместном церковном соборе 1917-18 гг., епископ уфимский Андрей (Ухтомский) и кандидат богословия – чуваш Г.И. Комиссаров хлопотали об учреждении чувашской епархии, но встретили отрицательную реакцию со стороны Патриарха Тихона. Принимал активное участие в учреждении национального епископа и чувашский просветитель И.Я. Яковлев. По словам епископа Даниила: «В марте м-це 1919 года известный деятель по просвещению чуваш И.Я. Яковлев представил патриарху Тихону подробный доклад и необходимости назначить для чуваш особого епископа с целью поддержания и укрепления веры и благочестия в народе, при чем он имел ввиду чуваш 5 уездов Казанской губернии и 3-х уездов Симбирской губ., где чуваши живут сплошною однородною массою в 59 волостях в количестве 1725 семей, всего около миллиона душ» [5]. 1(14) ноября 1919 г. Священный Синод и Высший Церковный Совет заслушали доклад проф. П.Д. Лапина, подготовленный по записке И.Я. Яковлева. В своем докладе Лапин сообщал: «по мысли И.Я. Яковлева, духовному водительству чувашского самостоятельного епископа должны быть подчинены все чуваши, живущие в разных губерниях Казанской, Симбирской, Самарской, Уфимской, Саратовской и других. Но для принятия и осуществления этого пожелания встречаются большие теоретические и практические затруднения. Главное затруднение заключается в том, что чувашское население на той территории, которую имеет ввиду И.Я. Яковлев, не живут какою-либо сплошною массою; между чувашскими селениями нередко встречаются селения русские, татарские, черемисские и проч. Затем сплошь и рядом встречаются смешанные селения, в которых чуваши составляют далеко не всегда преобладающий элемент. Все это можно находить даже в Казанской губернии, где чуваш более чем в других губерниях. Если дело с распределением чуваш на территории обстоит так, то представляется неясным, каким образом чувашскому самостоятельному архиерею может быть предоставлена власть над всеми чувашами. Ведь если принять и осуществить пожелание И.Я. Яковлева, то придется на территории одного и того же уезда, города или даже более мелкого района допустить существование власти двух самостоятельных епископов: одного, который ведал бы духовное попечение о чувашах, а другого – под духовною юрисдикциею которого находились бы города и приходы нечувашской национальности. Но это допущение явилось бы совершенно противоречащим канонам. По основному каноническому принципу (…) двух самостоятельных епископов на одной и той же территории быть не должно. (…) Кроме недопустимости пожелания И.Я. Яковлева с канонической точки зрения, этому пожеланию нужно всемерно противиться и в силу соображений практического характера. Ведь осуществление этого пожелания на практике привело бы к нежелательному в истории христианской церкви разъединению не только в пределах уездов, городов, селений со смешанным населением, но даже в пределах семей, часть членов которых чуваши, часть – русские или других национальностей. Одни тяготели и и признавали бы епископа чувашского, а другие считали бы себя находящимися под юрисдикцией не чувашского епископа [6]. Ходатайство И.Я. Яковлева было оставлено без удовлетворения.

Получив отказ, И.Я. Яковлев в марте м-це 1920 г. написал патриарху Тихону другой доклад, в котором, указывая патриарху Тихону толкования 8 прав. 1 Вселенского собора, писал, между прочим, следующее: «Беру на себя смелость и дерзновение утверждать, что осуществление проэкта об образовании чувашской епархии на сколько не заключало бы в себе опасности в смысле нанесения ущерба вековечным принципам церкви, выраженным канонически-юридически, постановлениях и определениях, но напротив оно находилось бы в полном и глубоком согласии с духом божественной правды и любви, с заветом и методом Господа нашего Иисуса Христа. Спаситель наш в деле устроения царства Божия на земле никогда не шел вопреки естественному течению вещей, уничтожая и предавая полному забвению все частное, местное и исключительное, как-то многоразличные особенности и разности страны, рас, наречий и наименований, воспитаний форм и обстоятельств, но всегда опираясь на них, как на богом данные посредства и приготовления и, в них и чрез них пробуждая и развивая присущия людям духовные силы, поднимал и возвышал их до братского единения их в духе веры и любви» [7].

Не встретив понимания у Патриарха Тихона и Поместного собора, сторонники образования чувашской епархии примкнули к обновленческому движению, тем более что появились условия для создания отдельной чувашской епархии – 24 июня 1920 г. был принят декрет об образовании Чувашской автономной области в составе РСФСР. 29 мая 1922 г. организационно оформился обновленческий раскол Российской Церкви, и уже летом 1922 г. в Чувашии появляются сторонники обновленчества. Газета «Чувашский край» в тот период отмечала что «под флагом борьбы с Тихоном чувашское духовенство думает организоваться по национальному признаку. Идут разговоры о чувашской «епархии» и даже о «чувашской автокефальной церкви» [8]. На первых порах чувашские обновленцы, пытавшиеся проводить в жизнь программу реформирования Церкви (переход на новый стиль) столкнулись с непониманием, особенно среди пожилых прихожан. На собраниях духовенства и мирян, состоявшихся в Батыревском уезде в марте 1923 г. подавляющее большинство духовенства отказалось примкнуть к обновленчеству и осталось на староцерковных позициях. В г. Ядрине духовенство стало пользоваться и старым и новым стилем: для того, чтобы отличить даты церковных праздников по старому и по новому стилю для каждого календаря установили особый колокольный звон [9].

Не смотря на противодействие «тихоновцев» и благодаря поддержке властей в 1923 г. обновленцы уже контролировали больше половины приходов в Чувашской автономной области. В 1923 г. чувашские священники-обновленцы добились в обновленческом Высшем Церковном Управлении (ВЦУ) создания Чувашского областного епархиального управления. 5 мая 1923 г. по решению ВЦУ был рукоположен в епископа Цивильского и Чувашского вдовый священник с. Большие Кошелеи, Батыревского уезда, Виктор Сергеевич Зайков, принявший в монашестве имя Тимофей. В 1924 г. епископ Тимофей был возведен в сан архиепископа.

Архиепископ Тимофей родился в 9 января 1859 г. в с. Тюрлеме уезда [10]. После окончания Симбирской чувашской учительской семинарии служил учителем. В августе 1885 г. рукоположен в сан священника, с 1914 г. был окружным миссионером. В 1920 г. священник Зайков овдовел. Отношения с советской властью у Зайкова, на первых порах, были достаточно сложными. В 1919 г., когда Кошелеевский волостной исполком попытался реквизировать у него дрова, для отопления школы, он организовал в селе акции протеста, причем, поддержавшие Зайкова бойцы продотряда арестовали председателя волисполкома и военного комиссара. В результате Зайков попал под трибунал и полгода провел в заключении, в Казани. В марте 1921 г., во время Кронштадского восстания принимал активное участие в вооруженном восстании крестьян с. Б. Кошелей против политики военного коммунизма, председатель местного сельсовета находился под полным влиянием Зайкова. Во время восстания доме Зайкова были расстреляны семеро комсомольцев [11].

С началом НЭПа отношение Зайкова к новой власти начинает меняться. Будучи правящим епископом Чувашской епархии Зайков старается установить самые тесные отношения с государственными органами, пытается вовлечь власть к участию во внутрицерковных конфликтах. В своих циркулярах архиепископ Тимофей всячески демонстрирует свою лояльность советской власти, старается подчеркнуть, национальный характер созданной Чувашской автономии, которая, по мнению Зайкова, должна поддерживать национальную чувашскую церковь: «Чувашская епархия, как самостоятельная с национальным епископатом открыта не без содействия местной гражданской власти (…) потому Чувашское Епархиальное Управление смело надеется на свою национальную гражданскую власть», писал архиепископ Тимофей в 1927 г. [12]. Вообще, в документах обновленческого Чувашского областного епархиального управления прослеживается тенденция отождествлять Чувашскую автономную область и церковное управление: постоянным словосочетанием становится название «Чувашская область-епархия» [13].

К началу 1924 г. руководству Чувашской епархии удается, в основном, преодолеть трудности начального периода. В январе месяце 1924 года духовенство г. Чебоксар, полностью русское, письменно заявило о признании обновленческого Священного Синода Православной Российской Церкви, как высшего церковного органа, и архиепископа Тимофея, как своего правящего архиерея, «поскольку они не затрагивают канонических православных устоев и национальных прав Чувашского Народа в интересах церковного единства». Это заявление от имени городского духовенства было подписано протоиереем Введенского собора А. Ардатским, игуменом мужского монастыря Вассианом с иеромонахами и игуменьей женского Владимирского монастыря Варварой с монахинями в числе 15 человек [14]. Скорее всего, аргументом для признания обновленческой церковной власти послужило признание Синода восточными патриархами.

19 января 1924 г., по указу обновленческого Синода, был рукоположен во епископа Чебоксарского, викария Чувашской епархии, вдовый протоиерей Даниил Филимонович Филимонов, известный деятель чувашского просвещения [15]. Видимо, чебоксарское духовенство встретило викария не слишком тепло, подчинение епархиальной власти городского духовенства было достаточно формальным и, похоже, что ограничивалось лишь поминовением церковных властей за службой, не более. 28 октября 1924 г. епископ Даниил обратился в облисполком Чувашской автономной области с просьбой: «Долгом считаю настоящим заявить Облисполкому, что в г. Чебоксарах и ближайших к нему селениях проживает несколько сот верующих чуваш-христиан, которые совершенно лишены возможности удовлетворять свои религиозные потребности на родном языке, потому, что в чебоксарских церквах богослужения и требоисправления совершаются только на славянском языке – церковные причты здесь все русские, не обладающие знанием чувашского языка. Настоит неотложная нужда организовать здесь чувашское христианское религиозное общество и передать сему обществу в бесплатное пользование одну из многих церквей г. Чебоксар с необходимыми богослужебными предметами, с тем, чтобы это общество находилось под непосредственным руководством епископа Чебоксарского, богослужения отправлялись и поучения произносились на чувашском языке, епископ, пресвитер и диакон определялись сюда обязательно из лиц чувашского происхождения.

Заявляя о вышеозначенном прошу облисполком: 1) разрешить мне организовать в г. Чебоксарах Чувашское христианское религиозное общество и 2) передать этому обществу в пользование одну из церквей Чебоксар с культовым имуществом. Я с своей стороны, усердно просил бы облисполком передать проектируемому Чувашскому религиозному обществу теплый храм Чебоксарского мужского монастыря, построенный в честь Толгской иконы Божией Матери, со всеми богослужебными предметами и колокольней» [16]. Городская советская власть, политической задачей которой являлась отнюдь не забота о христианском просвещении народа, а борьба с религией, отнеслась к письму епископа Даниила прохладно. Резолюция, наложенная на заявлении, гласила: «За неимением свободных помещений отклонить» [17].

4—5 марта 1924 г. с. Шихазанах, Цивильского уезда, состоялся съезд духовенства и мирян Чувашской автономной области. Первым пунктом повестки дня съезда значилось «изыскание мер по борьбе с тихоновцами». На съезде наметился раскол, по поводу образования самостоятельной «чувашской национальной церкви». Против нее выступил даже идеолог обновленчества в Поволжье, член Казанского епархиального управления священник Е. Сосунцов, делегат Всероссийского поместного собора 1923 г. он категорически возражал против изменения дореволюционной системы управления православной церковью в Поволжье, заявив на съезде, что чувашские приходы по-прежнему должны находиться в составе Казанской епархии. Однако, несмотря на противодействие консерваторов, съезд в основном поддержал деятелей обновленческого движения и признал образование епископата в Чувашской автономной области. Так, профессор Н. В. Никольский, приглашенный на съезд в качестве специалиста по чувашской религии, в своей лекции «Исторические предпосылки возможности самостоятельного епископата в Чувашской области», заявил, что сам Бог дал чувашам возможность заиметь свою епархию с кафедрой епископа. Съезд так же обсудил вопрос содержания епископата, выделив на его нужды 2280 пудов хлеба, которые предполагалось собрать с верующих [18].

Большой проблемой для чувашской епархии стала деятельность епископов-староцерковников, особенно викария Казанской епархии епископа Афанасия и рукоположенного в 1924 г. во епископа Ибресинского Германа (Кокеля). Тема противодействия староцерковникам красной нитью проходит практически во всех документах обновленческого епархиального управления.

Обновленческий архиепископ Тимофей старался всячески осложнять жизнь епископу Герману, пользуясь своим влиянием в советских органах. 20 апреля 1925 г. епископ Герман обратился в административный отдел Чувашского облисполкома: «24 января с/г в адмотд. Облисполкома я зарегистрирован как «управляющий всеми православными церквами А.Ч.О. <Автономной чувашской области – А. Б.>, каковым я назначен святейшим патриархом Тихоном временно. Кроме того, я состою викарным епископом Симбирской (Ульяновской) епархии для всех православных церквей с чувашским населением Ульяновской губернии. На все это у меня документы от патриарха Тихона есть. Между тем, обновленческий епископ Тимофей получил в адмотд. Облисполкома неточную справку, где сказано, что я «причислен к Ибресинской церкви, а о том, что я состою управляющим всеми православными церквами А.Ч.О. – ни слова. На основании этой справки О.Г.П.У. 4 марта с/г потребовало от меня подписку о невыезде их с. Ибреси. Многие приходы просят меня посетить церкви для совершения церковной службы, но местный уполномоченный О.Г.П.У. не разрешает.

Почему прошу выслать О.Г.П.У. такую справку с регистрационной карточкой о том, что я состою «управляющим приходами А.Ч.О. для аннулирования данной мною подписки о невыезде из гор. Ибреси, так как и юридически, на основании документов патриарха Тихона, я управляю всеми церквами А.Ч.О., а фактически – 200 церквей подчиняются мне как православному епископу. А раскольнический Синод, для нас, православных, только пустой звук» [19]. Епископ Герман, как и чувашские обновленцы, старался всячески подчеркнуть чувашский характер своей епархии, пытался апеллировать к обязанности чувашских советских властей помогать чувашской церкви, причем именно свою группу он считал достойной такой помощи. Столкнувшись с отказом чувашских властей регистрировать созданный им «Союз приходов православной церкви» епископ Герман писал: «чувашская власть, ко мне, к чувашину, относится не совсем справедливо; чуваш. недруг – Бенедиктов – русский, беспрепятственно получил регистрацию; а мне – чувашину, признанному почти 200 приходов – нет выхода. Все инсинуации обновленцев – бессильны идти против правоты православия: правда всем видна, чуваши – культурно <хоть – А.Б.> и отсталый народ, но в духовном отношении наравне с русскими – если не превосходят их.

Удивительно – нам православным чувашам не везет: при царе – обрусительной системой угнетали, а ныне (…) о своей вере и не думай и при чувашской власти» [20]. «Думаю, что чувашская власть не будет смотреть на меня, чувашина, глазами русских и видеть во мне контр-революционера, что, конечно, полный абсурд, ибо не имеющий ни кола ни двора, не имевший ничего и раньше, до революции – не может быть заинтересован в сохранении б. <буржуазного – А.Б.> строя, тем более, что мы, чуваши, были ранее отделяемы от культурных народов» [21].

Не смотря на противодействие властей, староцерковники пользовались в Чувашской Республике гораздо большей поддержкой верующих, чем обновленцы. Согласно статистическим сведениям НКВД на январь-март 1925 г. староцерковники имели 159 приходов и располагали 161 зданием, в то время как за обновленцами пошло только 63 прихода. Причем в руках староцерковников в г. Чебоксарах оказались Вознесенская, Крестовоздвиженская, Спасо-кладбищенская церкви, Никольский собор и Троицкий монастырь. У обновленцев – Воскресенская, Покровская, Успенская, Благовещенская, Христорождественская, Михаило-Архангельская церкви, Введенский собор, и Владимирская женская община [22].

Между тем и деятельность епископа Германа отнюдь не всегда находила понимание среди верующих. Так, в мае 1925 г. епископ Герман попытался сместить священника с. Больших Арабузей, Батыревского уезда Павла Егорова как обновленца. Приходское собрание постановило: «Сообщить епископу Герману, что приход села Б. Арабузей вместе со своим священником, который служит здесь с 1899 года, был и остается православным, а потому в выборе другого священника никакой нужды нет» [23].

В феврале 1926 г. епископ Герман был в административном порядке выслан из Чувашской Республики в Бугульминский кантон [24].

Столкнувшись с потерей влияния и приходов, наиболее дальновидные из чувашских священнослужителей решили разработать программу мероприятий, которые могли бы способствовать консолидации чувашского духовенства. По мнению П.В. Денисова, толчком для подобной деятельности могла стать позиция обновленческого Синода, который в середине июня 1925 г. предложил своим епархиям вступить в переговоры со староцерковниками [25]. Однако, судя по всему, неприязнь между тихоновскими и обновленческими епископами в Чувашии была настолько велика, что ведущую роль в деле преодоления кризиса взяли на себя приходские священники. Инициативная группа, в состав которой входили священники – бывшие выпускники Казанских миссионерских курсов – Григорий Степанов и Симеон Васильев из с. Ишак, Михаил Спиридонов из с. Вомбукас, Григорий Арсеньев из с. Ахманей, Гурий Яковлев из с. Бичурина, Илларион Моисеев из Моргауш и Н. Лаврентьев из Визикасов, решила созвать пастырское совещание, которое должно было наметить путь выхода из кризиса. Свою программу совещание было представить на утверждение областного съезда духовенства и мирян, поэтому совещание было названо предсъездным. Предполагаемым участникам совещания инициативная группа разослала послание, в котором говорилось: «Теперь для всех стало очевидным, что наша самостоятельная Чувашская область-Епархия быстро летит по наклонной плоскости вниз и, если мы сейчас же не примем надлежащих мер по спасению ея, она неминуемо должна провалиться в пропасть и разбиться вдребезги.

Каждый верующий сознательный православный гражданин нашей страны, если он дорожит интересами правильного религиозного развития чувашского народа в духе православной веры и церковности по заветам Н.И. Ильминского, должен встрепенуться от того ужаса, какой ныне при наших глазах происходит в чувашском церковном мире. (…)

Тому назад 2 года, когда впервые возникла мысль об учреждении особой самостоятельной чувашской епархии, мы искренне радовались и питали надежду, что эта национальная Епархия, с родным епископатом и клиром во главе, будет наилучшим средством к прочному утверждению православной веры в чувашском народе. Но, к сожалению, этой надежде не суждено, по видимому, осуществиться: она удаляется от нас все дальше и дальше.

Причин, приведших нашу молодую епархию к такому печальному состоянию, в каком она очутилась на втором году своего существования, много. Кроме причин общих, действующих по территории Советской России, имеются причины еще частные или местные, возникшие и действующие только в пределах Чувашской епархии. Устранение причин последней категории вполне возможно и всецело зависит от самих местных церковных деятелей. (…)

Осознав, что для блага церковного нам необходимо спасти свою епархию мы пришли к заключению, что для этого нам немедленно нужно созвать общий беспартийный церковный Областной Съезд духовенства и мирян, где должны принять участие представители всех церковных течений и группировок и где будет поднят вопрос о переизбрании наличного состава епископов» [26].

Совещание состоялось 30 июня 1925 г в с. Чурачиках, Цивильского уезда. Не смотря на то, что приглашения были разосланы 36 священнослужителям, на совещание прибыло всего 9 участников. Председателем совещания был избран священник Григорий Степанов. С докладом о положении епархии выступил протоиерей Иоанн Афанасьев. О. Иоанн указал, что «существующий в Чувашской Епархии церковный раскол с каждым днем все более и более углубляется и кроме Тихоновского раскола на территории Чувашской Республики за последнее время появились новые церковные группировки (коколевщина, автокефалисты, Бенедиктов [27] и др.)». Обозначив состояние Чувашской епархии как кризисное протоиерей предложил: «1). Для блага Чуваш. Область-Епархии немедленно созвать общий беспартийный Областной Церковный Съезд духовенства и мирян, где должны принять участие представители всех церковных течений и группировок. 2). Добытые неустанными трудами деятелей чувашского просвещения Чувашский Епископат и самостоятельность Чувашской Епархии необходимо хранить в целости и неприкосновенности. 3). Тяготение некоторой части духовенства в г. Казань является нарушением предоставленного чувашскому народу права на самоопределение и таковые лица являются ни чем иным как врагами чуваш и их просвещения». Совещание постановило:

1. «Составить и разослать через благочиннические советы приходским советам Область-Епархии воззвание о необходимости созыва беспартийного Областного Съезда духовенства и мирян с детальным освещением положения Епархии.

На предполагаемом Съезде должны быть два члена от клира и четыре представителя от мирян (всех церковных группировок) от всех благочиннических округов.

Все члены настоящего предсъездного пастырского совещания должны участвовать с правом решающего голоса.

На областной Съезд пригласить весь наличный состав Епископов (Архиепископ Тимофей, Епископы: Даниил и Герман)».

Съезд было намечено провести 23 июня 1925 г. [28]. Однако этим планам не было суждено осуществиться, съезд был запрещен властями [29]. Советская власть была вовсе не заинтересована в усилении Церкви, будь то обновленческая или тихоновская.

Положение в епархии стало основной темой и Епархиального съезда духовенства и мирян, который проходил в с. Тюрлеме, Чебоксарского уезда, с 30 сентября по 2 октября 1926 г., под председательством архиепископа Тимофея. В работе съезда приняло участие 47 делегатов [30]. Первоначально предполагалось, что председательствовать на съезде будет член священного Синода митрополит Серафим, однако, судя по документам, митрополит на съезд не приехал. Не удалось провести съезд и в столице Чувашской Республики г. Чебоксарах: «При обсуждении вопроса о месте съезда намечался г. Чебоксары, как центр гражданской и культурной жизни республики. Насколько известно Чувашскому Епархиальному Управлению в г. Чебоксарах нет ни одного храма синодальной ориентации, где бы можно было проводить работу съезда, Чебоксары расположены на окраине республики, а потому весьма затруднительно будет делегатам съезжаться туда; кроме того содержание в Чебоксарах, при городской дороговизне, будет непосильно. Ввиду сказанного созыв Епархиального съезда в г. Чебоксарах представляется невозможным». Поэтому и было решено провести съезд в с. Тюрлеме, «как пункте, расположенном при станции железной дороги и недалеко от волжской пристани «Козловка» .

В состав повестки дня входили следующие вопросы:

1. Состояние Чувашской епархии в данное время и причины её разложения (доклад архиепископа Тимофея);

2. Современные церковные течения – синодальное и староцерковническое и которое из них стоит на платформе истинного православия (докладчик, член Управления, прот. П. Егоров);

3. Меры и средства к умиротворению церковной распри в Чувашской епархии (докладчик, член Управления, свящ. И. Васильев);

4. Изыскание средств на содержание Епархиального Управления и Священного Синода и утверждение сметы (докладчик, прот. П. Васильев);

5. Местонахождение Епархиального Управления и перевыборы членов его (докладчик, свящ. И. Васильев) [31].

30 сентября 1926 г. работу съезда открыл архиепископ Тимофей. В своем докладе о состоянии епархии и о причинах ее разложения он изложил историю возникновения Чувашской епархии, выделенной из Казанской и Ульяновской (Симбирской). Причины разложения Чувашской епархии архиепископ видел в «неблаговидных агитационных действиях чуждых нашей епархии епископов Иоасафа и Афанасия и ложно именующего себя православным епископом Чувашской епархии Германа Кокель и раздорника протоиерея Германа Бенедиктова. Цель, преследуемая означенными лицами была аннулировать самостоятельность Чувашской епархии и приписать её к Казани, как викариатство. Агитация означенных лиц имела своим последствием то, что многие приходы в Чувашской епархии откололись от её единства и присоединились официально и тайно к Афанасию, или к Герману Кокель и другим» . Незаконные, по мнению архиепископа Тимофея, действия упомянутых епископов как с гражданской, так и с церковной точек зрения были проиллюстрированы архиепископом отсылкой к церковным правилам.

Очевидно, что архиепископ Тимофей никак не мог привыкнуть к тому, что его епархия живет в условиях отделения церкви от государства, и что для этого государства как обновленцы, так и староцерковники являются одинаково нежелательными элементами. Архиепископ продолжал считать, что его епархия и староцерковники находятся в одной церкви и все его проблемы происходят из-за незаконного вторжения чужих епископов на его каноническую территорию. Для защиты своей территории чувашский архиепископ и пытался апеллировать коммунистическим чувашским властям. Архиепископ также отметил, что «соработниками епископов Афанасия и прочих по разложению Чувашской епархии были священники Василий Краснов, Яков Турхан и др., в большинстве запрещенные и отрешенные от мест за свои церковные вины».

Далее докладчик ознакомил съезд с «современным состоянием Российской Православной Церкви по отношению к Восточным Патриархам», для чего была зачитана грамота патриарха Иерусалимского Дамиана. В дополнение архиепископ Тимофей указал на то, что «духовенство не так сознательно относится к переживаемому моменту церковно-релириозной жизни страны и вместо того, чтобы руководить церковно-религиозной жизнью и вести её по указанному священным Синодом пути, духовенство часто само подпадает под влияние прихожан и, вопреки правил церковных и гражданских законов, под влияние чуждых им епископов, отколовшихся от единой Вселенской церкви». Непризнание священного Синода главой Российской Православной Церкви докладчик объяснял «контрреволюционной задачей староцерковной верхушки».

В заключение глава чувашской епархии разъяснил «значение Востока для верующих. Там был рай, там родился Спаситель наш и основана Христианская Церковь и утверждена истинная вера, почему мы, веруя в Святую Соборную и Апостольскую церковь должны признать главою Российской Православной Церкви священный Синод, признанный православным Востоком».

По мнению мирянина Скворцова, выступившего в прениях, «было бы лучше, если бы на настоящем съезде присутствовали староцерковные епископы, вторгшиеся в нашу епархию, и, главным образом, епископ Герман, называющий себя управляющим Чувашской епархией». На это священник Спиридонов заметил, что Герман, как административно высланный влястями на 3,5 года, не может присутствовать на съезде. Спиридонов добавил, что «тихоновские священники Чувашской епархии были приглашены на этот съезд … но не явились, чем доказывают неправоту своих действий по обвинению синодального духовенства».

Епархиальный съезд постановил:

1. «Просить всех староцерковных епископов соседних епархий и градов, чтобы они, ради мира церковного, к чему должны стремиться все члены церкви, а тем паче епископы, не нарушали прав Чувашского епископата вмешательством своим в церковные дела чуждой им Чувашской страны.

2. Просить так же и начальство староцерковных епископов, чтобы оно приняло с своей стороны меры и сделала соответствующее распоряжение староцерковным епископам о невмешательстве их в церковно-религиозные дела Чувашской епархии и не назначало бы в Чувашскую епархию без ведома и согласия епархиального съезда особого староцерковного епископа, тем более при наличии епископата в оной».

Епархиальное управление Чувашской епархии было решено оставить в с. Кошелеях, Батыревского уезда, где проживал архиепископ Тимофей [32].

Проведение епархиального съезда не присело к улучшению положения Чувашской епархии и архиепископа Тимофея – приходы продолжали переходить на староцерковные позиции и признавать соседних тихоновских архиереев. Священники просто игнорируют распоряжения епархиального управления. Выправить ситуацию архиепископ Тимофей пытается при помощи советской власти. В апреле 1927 он пишет ряд жалоб в НКВД, в которых обвиняет отделившиеся приходы в контрреволюции. К политическим доносам архиепископ прибегает и в отношении староцерковных епископов: «Чувашским епархиальным управлением от 22 февраля за № 112, проведение благочинического съезда 1 марта по 8 округу Ядринского уезда было поручено протоиерею села Ходар Петру Скворцову в селе Раскильдине но…. организаторы съезда вопреки разрешенной повестки дня воспользовались данным разрешением, постановили признать своим епископом викария Ульяновской епархии Иоакима Алатырского.

Такое нарушение гражданских законов Чувашское епархиальное управление находит недопустимым и потому сообщает о вышеизложенном на благоусмотрение присовокупляя, что организаторы незаконного съезда принадлежат к числу одних из ярых приверженцев контрреволюционной тихоновщины. Одинаково и викарий Ульяновской епархии Иоаким Алатырский тихоновской ориентации, вторгаясь в церковные дела Чувашской епархии, не ему вверенной является не малым способником нарушения спокойствия среди мирного чувашского населения с целью аннулирования самостоятельности Чувашской епархии» [33]. Не справляясь с ситуацией, будучи в не в состоянии повлиять на священников и приходы, архиепископ пытается переложить свои архиерейские обязанности на советскую власть: «некоторые из организаторы съездов … постановили признать чуждых епископов Иоакима Алатырского и Афанасия Спасского. (…) Выявляя себя последователями патриаршей ориентации, они ясно указывают свое контрреволюционное направление, а потому Чувашское епархиальное управление снимает с себя всякую ответственность за их действия. (…) Чувашское епархиальное управление усердно просит Отдел Управления <НКВД – А.Б.> сделать распоряжение о невмешательстве их в дела благочиннические со строгим запрещением собирать с церквей деньги, как на себя, так и для чуждых епархии епископов, отобрав в том подписки. Вызов … в г. Чебоксары благотворно должен подействовать на раздорников» [34]. Не брезговал Тимофей обвинять своих оппонентов и в уклонении от налогов и финансовых махинациях. Архиепископ, сообщая органам НКВД, что его бывшие священники собирают средства для староцерковных епископов Афанасия Спасского, Иоакима Алатырского, Авраамия Сызранского и Виссариона Ульяновского, Тимофей отмечал, что они «в своих декларациях, конечно, не указывают доходность, получаемую из чужой епархии, при обложении подоходным налогом, являются лицами, способствующими нарушению законов» [35].

Еще большие проблемы возникли у чувашских обновленцев после того, как бывший обновленец, покаявшийся перед патриархом Тихоном, митрополит Нижегородский Сергий (Страгородский) опубликовал свою печально знаменитую Декларацию и с разрешения властей создал временный священный Синод. В отличие от староцерковников, Сергий пользовался безусловной поддержкой советской власти, поэтому был более серьезным конкурентом для обновленцев, само существование которых в глазах государства лишалось какого-либо смысла.

Некоторые староцерковные епископы, увидели в создании сергианского Синода восстановление законной церковной власти и перешли под его подчинение. Так епископ Алатырский Иоаким, получив предписание митрополита Сергия обратился к властям с просьбой о регистрации епископского совета в Ибресинском и селах Курмышского уезда [36].

Не сразу сориентировавшись в изменившейся политической обстановке архиепископ Тимофей попытался повлиять на решение властей: «Староцерковный вождь Митрополит Сергий Нижегородский посланием своим от 29 июля сего 1927 года, к архипастырям, пастырям и верующим, призывая быть верными гражданами Советского союза лояльными к советской власти, организовал временный Священный Синод, чем окрылил духовных лиц тихоновской контрреволюционной ориентации и верующую массу фанатиков. Теперь они с большею силою поведут туже темную агитацию против существующего строя и, в особенности, в пределах Чувашской Республики, где быстро развивается сектантство, так не без вредное в политическом отношении.

Чебоксарское духовенство, как контрреволюционно настроенное, с нетерпением ждет же съезда представителей тихоновской ориентации имеющегося быть в Казани осенью. Тогда они намерены открыть в Чебоксарах Викарное управление к Казанской епархии с своим русским епископом во главе.

Чувашская епархия, как самостоятельная с национальным епископатом открыта не без содействия местной гражданской власти, на основании Церковных канонов (17-4 и 38-6) Вселенских Соборов по которым границы епархии должны совпадать с гражданским делением таковых.

А потому Чувашское Епархиальное Управление смело надеется на свою национальную гражданскую власть, что замыслы Чебоксарского русского духовенства и сельских приходов Тихоновской ориентации не будут проведены в исполнение.

И чтобы сохранить самостоятельность Чувашской епархии и Национальный епископат, Чувашское Епархиальное Управление усердно просит Народный Комиссариат Внутренних Дел Чувашской С.С. Республики, сделать распоряжение по уездам, чтобы не давалось разрешения на созыв благочиннических съездов без согласия Чувашского Епархиального Управления и если возможно, наложено было запрещение функционировать, лжеблагочинным Тихоновской ориентации, подведомственным узурпаторам церковной власти в Чувашской епархии Афанасию Спасскому и Иоакиму Алытырскому принимают ими все меры к аннулированию самостоятельности Чувашской епархии» [37].

Кроме того, архиепископ Тимофей обратился с посланием к верующим Чувашской епархии, экземпляр послания был отправлен и в НКВД: «Пастыри и верующие миряне Чувашской епархии!

Происходящая в Русской церкви смута не ересь, а раскол, который может глубоко потрясти церковь и привести ее к тяжелым и нежелательным для нее последствиям.

Лучшим доказательством раскольнического разрыва Тихоновцев со Вселенской Церковью является чисто местный характер староцерковничества, осуждаемый голосом Вселенской церкви. Ни один Вселенский Православный Патриарх не признает староцерковничества и с их вождями Вселенские Восточные Православные Патриархи канонических братских взаимных отношений не имеют. Какой ужасный грех взяли на свою душу эти виновники церковного раскола! Св. Священномученик Киприан, епископ Карфагенский говорит: «вина Церковного раскола не омоется и мученическою Кровию». Единение со Вселенскою Православною Церковью есть основная истина Св. Православной веры.

А потому староцерковники, порвавшие связь с Вселенской церковью, чтобы не в положении раскола, должны поспешить к соборному разуму, через признание Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви.

Заместитель патриаршего местоблюстителя Митрополит Сергий Нижегородский, как началась подготовка войны со стороны Английского правительства, поспешил отмежеваться от заграничных эмигрантов и в своем послании от 29 июля сего 1927 года, призвал архипастырей с пастырями и их пасомыми быть лояльными к Советской власти.

В том же послании оповестил, что с мая месяца текущего года им организован с разрешения власти временный при заместителе Патриарший Священный Синод и предполагает созвать второй поместный собор (время не указано).

Так в Москве образовался новый временный Священный Синод Тихоновской ориентации, помимо Временного ВЦУ, председателем коего состоит Архиепископ Григорий Свердловский, который, оторвавшись от политиканства Сергиевщины, признал принцип Соборности, чем, несомненно, помогает широкой массе Тихоновщины постепенно выяснить правоту Священного Синода, строящего на соборных началах церковную жизнь.

Лояльность Тихоновщины к Соввласти, если она не будет лицемерной, не только из страха, но и по совести, как говорит Митрополит Сергий в послании, будет крупным шагом к объединению верующих во имя Христово, чтобы проводить в жизнь слова Христа: «да вси едино будут».

Староцерковники не будут теперь клеймить синодальную церковь разного рода кличками: красные, советские, изменники и даже чекисты или агенты ГПУ». Ведь это было недомыслие невежество и темнота в особенности в применении к широким народным массам, вовлеченным смутою в раскол.

Митрополит Сергий после того, как все Восточные Православные Патриархи признали Священный Синод Главою Российской Православной Церкви, в своем первом послании с негодованием высказал: «Пусть признают, от этого обновленцы не станут православными, а только патриархи обновленцами». Столпы православия всего мира – Святейшие Вселенские Патриархи Константинопольский, Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский – Блаженнейший Патриарх святого града Иерусалима Дамиан более 30 лет восседающий на кафедре брата Господня апостола Иакова – Матери всех Церквей, за признание синодальной церкви православной и законной правопреемницей церковной власти, по мнению Митрополита Сергия, стали не православными. Вот это абсурд!

В какую же Церковь Митрополит Сергий и все его последователи теперь веруют?

Остается сказать, что современная Тихоновщина имеет сходство с древле историческим расколом донатизма, бывшего более шестнадцати веков тому назад. Донат, епископ Кизический правил раскольниками целых сорок лет (315 – 345).

Первый и самый общий прием полемики и борьбы Тихоновского раскола с Синодальной Церковью – это усиленное подчеркивание своей особой Святости и Чистоты, соединенное с похулением и забрасыванием грязью православных обновленцев. Только мы одни святы и чисты, а все остальные – падшие грешники и изменники – вот общий мотив и донатистов и Тихоновцев. Тихоновцы особенно часто и охотно избирают оружие борьбы с обновленцами – это обвинение их в «безблагодатности», почему и вошло у них в практику переосвящение престолов, перекрещивание, перерукоположение, узурпаторство Церковной власти и др., что ничем церковно не может быть оправдано и представляет сплошную демагогию рассчитанную на запугивание темной, наивно-религиозной, но совершенно не просвещенной массы.

Раскольники-донатисты были враждебно настроены к гражданской власти.

Тихоновщина, ни для кого не секрет, как всероссийская так в особенности эмигрантская сплошь контрреволюционна и оппозиционна Соввласти. Заграничная Тихоновщина постоянно трубит об этом и на своих Карловацких соборах и в общей белогвардейской прессе. Наша же внутренняя Тихоновщина лицемерит и хитрит. Но она проникнута теми же самыми настроениями и мечтами – ожиданиями политической реставрации – как будто бы доказывать никому не приходится.

Итак, все уклонившиеся вопреки церковных правил в староцерковнический раскол через признание своим архипастырем чуждого епископа Афанасия Спасского или Иоакима Алатырского, прочитайте настоящее обращение со вниманием и вы почувствуете сразу ту правоту церковную, какую скрывают раскольнические епископы Афанасий и Иоаким, как узурпаторы, насильственно, с нарушением канонов вторгающиеся в чуждую им Чувашскую епархию.

Потребуйте от них, чтобы они предъявили общительные грамоты от Вселенских Патриархов, после чего будет видно, где истина, где правда, и узнаете, что они ведут вас в раскол сходственный с донатизмом из корыстолюбия, честолюбия и фарисейской гордости. Да поможет же вам Господь войти в общение с православным Священным Синодом и со мною, вашим Архипастырем» [38].

Однако органы НКВД отнеслись к призывам чувашского архиепископа без какого-либо энтузиазма, советский карательный аппарат вдруг вспомнил о принципах социалистической законности, Тимофей, на свои пламенные послания 5 октября 1927 г. получил сухую и неутешительную резолюцию: «Согласно разъяснения 5 Отд. НКЮ от 10 июня 1920 г. № 712 Советская власть не вмешивается во внутренние отношения групп верующих.

Конституцией РСФСР ст. 4-й установлено: Свобода религиозной и антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.

Декрет ВЦИК от 23/I – 1918 г. ст. 3: Каждый гражданин может исповедовать любую религию или не исповедовать никакой.

В силу сказанного разрешение на созыв религиозных съездов или совещаний не может быть поставлено в зависимость от другой группы верующих, т.е. другого направления, или в зависимость от их ходатайства или нежелания.

В данном случае Адм. Инспекция руководствуется только существующими на сей предмет узаконениями или распоряжениями» [39].

Более того, сам архиепископ Тимофей начал сталкиваться с проблемами, со стороны НКВД в период коллективизации. В марте 1931 г. архиепископ Тимофей был привлечен к ответственности за организацию беспорядков во время конфискации у него пчелиных ульев. Зайкова приговорили к 1 году лишения свободы, однако по постановлению ОГПУ архиепископ был освобожден от ответственности, дело было прекращено [40].

Судя по всему, после ареста и заключения архиепископ Тимофей был уволен за штат обновленческим Синодом. С 1932 г. управляющим Чувашской епархией числился епископ Серафим (Андреевский). Возможно, что после 1933 г. Тимофей (Зайков) был восстановлен на кафедре. К тому времени на территории Чувашии оставалось только 7 обновленческих приходов [41]. С 1933 по 1934 г. викарием Чувашской епархии числился епископ Петр (Горбатов) [42]. Позиции обновленцев в этот период были окончательно подорваны, каких-либо сведений об активной деятельности Чувашской епархии после 1934 г. обнаружить не удалось.

Судьба архиепископа Тимофея оказалась трагичной. В 1937 г. он был арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности. Основанием для обвинения стало участие Зайкова в крестьянских выступлениях 1919 – 1921 гг. 8 сентября 1937 г. 78-летний архиепископ Тимофей (Зайков) был приговорен к высшей мере наказания, а 17 сентября – расстрелян в алатырской тюрьме [43].

Другой чувашский обновленческий епископ Даниил (Филимонов) 15 января 1929 г. был возведен Синодом в сан архиепископа, однако 16 октября того же года подал в отставку по состоянию здоровья. После этого выехал на родину в деревню Первое Степаново Цивильского района, где состоял настоятелем местной церкви. 12 июля 1932 г. по инициативе местной религиозной общины и с разрешения епархиальной власти в церкви деревни Первое Степаново было проведено празднование 50-летия служения Д.Ф.Филимонова в священническом сане. Церковный староста Т.Кузьмин преподнес ему икону, а член церковного совета Н.Гаврилов зачитал приветственный адрес на чувашском языке. Филимонов обратился к прихожанам с речью, в которой выразил им свою сердечную радость и благодарность за чествование его по случаю 50-летнего юбилея. Около 25 поздравительных телеграмм и писем получил он в тот день.

По словам биографа Даниила (Филимонова) Г.А. Александрова: «Во время наибольшего гонения на церковнослужителей Д.Ф.Филимонов отправил на автомашине кое-какое имущество (швейную машину, сундук с книгами, сундук с вещами и др.) в село Мусирмы. Все это хранилось там у старосты церкви на чердаке его дома. В течение двух месяцев Д.Ф.Филимонов скрывался днем в банях своих племянников. Ночью он заходил в избу и ужинал со всеми вместе. Рассказывал о многом. Говорил, что придет время и их вспомнят. Призывал непременно учиться, говоря, что в будущем только образованные люди хорошо будут жить. Умер Д.Ф.Филимонов 11 мая 1938 г.» [44].

В царской России для постановки вопроса об инородческой епархии отсутствовали какие-либо объективные условия, однако после революции, на подъеме национально-освободительного движения, и в связи с кризисом церковного управления Русской церкви такие условия возникли. С потребностью чувашских верующих иметь национальную церковь не могли не считаться обе стороны тогдашнего церковного противостояния: тихоновцы (староцерковники) и обновленцы. Однако, если консервативные тихоновцы пошли по пути учреждения викариатства, с епископом-чувашом во главе (таким викарием был священномученик Герман (Кокель)), то обновленческое Высшее церковное управление (ВЦУ) решило учредить на территории недавно образованной (в 1920 г.) Чувашской Автономной Области самостоятельную епархию. Таким образом, особенностью чувашского обновленчества стало желание иметь самостоятельную чувашскую епархию и богослужение на чувашском языке. Если на первых порах чувашское обновленчество пользовалось покровительством советской власти, то с появлением сергианства существование обновленцев потеряло для властей всякий смысл, что и предопределило судьбу движения. В заключение нельзя не сказать, что направление, выбранное обновленческим духовенством для Чувашии оказалось исторически оправданным: в 1946 г. была учреждена Чувашская епархия РПЦ МП.

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 131. 2. 3. Там же, Л. 130. 4. 5. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 133. 6. 7. Там же. – С. 241. 8. 9. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 133. 10. 11. Научный архив Чувашского государственного института гуманитарных наук (НА ЧГИГН), Отд. II, Ед. хр., 486, Инв. № 1311, Л.63 – 64. 12. 13. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 134. 14. 15. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 295. 16. 17. Там же. – С. 296. 18. 19. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 2, Д. 3137. Л. 51. 20. 21. Там же, Л. 109 – 110. 22. 23. Там же, Ф. 784, Оп. 3, Д. 48, Л. 145 – 145 об. 24. 25. Например, см. послание группы чувашских священников ГИА ЧР, Ф, 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 29. 26. 27. Там же, Оп. 3, Д. 48, Л. 154. 28. 29. Александров Г.А. Православный просветитель // Чувашские интеллигенты. Биографии и судьбы. – Чебоксары, 2006. – С. 102 – 103. 30. 31. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 8 – 8 об. 32. 33. Там же, Л. 7. 34. 35. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 298 – 299. 36. 37. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 119, Л. 23 – 23 об. 38. 39. Там же, Л. 33 - 33 об. 40. 41. Там же, Л. 49 – 49 об. 42. 43. Там же, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 51 – 52 об, 65. 44. 45. Там же, Оп. 1, Д. 119, Л. 27. 46. 47. Там же, Л. 48. 48. 49. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 311. 50. 51. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 29 – 29 об. 52. 53. «Венедиктов и его сторонники выступили с требованием радикального обновления церковной жизни, предоставления максимальных прав и верующим в вопросах церковного управления и выборности всех священнослужителей, отвергали власть высшей церковной иерархии. Венедиктовцы, считавшие себя революционерами в своей проповеднической деятельности на первый план выдвигали пропаганду тождества идеалов христианства и коммунизма. … Они … поддерживали новый общественный строй, публично осуждали реакционную деятельность православной церкви в годы царизма, антисоветские позиции тихоновцев. Так, например, 7 ноября 1927 г. Венедиктов организовал торжественное богослужение, посвященное 10-летию Октябрьской революции и существования социалистического государства». – Денисов П.В. Указ. соч. – С. 307. 54. 55. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 35 – 36. 56. 57. Там же, Л. 39. 58. 59. Там же, Оп. 2, Д. 33, Л. 30. 60. 61. Там же, Л. 12 – 14. 62. 63. Там же, Л. 18 – 25. 64. 65. Там же, Д. 141, Л. 120 об. 66. 67. Там же, Л. 122 – 122 об. 68. 69. Там же, Л. 126 об. – 127. 70. 71. Там же, Оп. 3, Д. 48, Л. 272 – 273. 72. 73. Там же, Л. 145 – 145 об. 74. 75. Там же, Л. 146 – 147 об. 76. 77. Там же, Л. 144 – 144 об. 78. 79. Там же, Ф. 2669, Оп. 2, Д. 1632. 80. 81. Ильин И.Н. К истории церквей и приходов V-го благочинного округа Чебоксарско-Чувашской Епархии (к 10-летию округа). – Чебоксары, 2004. – С. 53. 82. 83. Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти. 1917 – 1943 гг./ Сост. М.Е. Губонин. – М.: Из-во Православного Свято-Тихоновского Богословского Института. – С. 954. 84. 85. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 2, Д. 3137. 86. 87. Александров Г.А. Указ. соч. – С. 102 – 103. 88.

 

ЧУВАШСКАЯ АВТОКЕФАЛИЯ

5 августа 1924 г. в административный отдел облисполкома Чувашской автономной области обратился обновленческий протоиерей с. Хормалы, Батыревского уезда Василий Тимофеевич Краснов с просьбой зарегистрировать правление созданной Автокефальной Чувашской национальной церкви. В состав правления, кроме Краснова, вошли священники Василий Никифорович Никифоров(с. Тойси, Батыревского уезда), Яков Васильевич Турхан (с. Ново-Чурашево, Батыревского уезда), Евграф Павлович Павлов (с. Норусово, Ядринского уезда), псаломщик, Андрей Хрисанфович Хрисанфов (д. Апанасово-Темяши, Батыревского уезда). Кандидатами в члены правления числились священники Роман Иванович Иванов (с. Оринино, Чебоксарского уезда), Иван Афанасьевич Афанасьев, (с. Хаймалы-Касы, Чебоксарского уезда), Емельян Федорович Федоров, (с. Кошки, Чебоксарского уезда), Алексей Иванович Глинский (с. Атиково, Чебоксарского уезда), крестьянин с. Хормалы Батыревского уезда Александр Александрович Доброхотов. В отдел были так же представлены «Основные принципы строительства Чувашской Областной Автокефальной национальной Православной церкви». В документе, в частности, говорилось: «Признавая в свете веры в промысел Божий за национальностями особые условия восприятия человечеством Евангельской истины и осуществления Царства Божия Чувашская Автокефальная национальная Православная церковь ставит своей задачей осуществление внутри церковной жизни начал соборности, свободы, равенства и братства – начал, забытых большинством руководителей и иерархиею российской православной церкви.

Ближайшими средствами для осуществления этой задачи Чув. Авток. нац. прав. Церк. считает: 1) Такую постановку богослужебного культа, при котором всякий верующий являлся бы сознательным и активным участником богослужения, как главного источника христианского просвещения и воспитания и средства общения с отцом небесным. Родной язык в богослужении и вообще приближение богослужения к национальным особенностям чувашской психики. 2) Выборные начала для всех священно и церковно-служительских должностей. Указанные служители должны быть избраны из своей национальной среды, ибо для верующих может быть более близок и понятен тот пастырь, который родной ему (верующему) по духу, вере и по естеству. 3) Очищение церкви от чуждых ей элементов, номинально являющихся ее руководителями, а фактически эксплоататорами верующего человека. 4) Укрепление начал христианской общности (братства) через развитие благотворительности и способствование в области хозяйственной жизни всякого рода начинаниям, ведущим к уничтожению эксплоатации одним человеком другого. … 6) Чтобы поставить ближе к пастве пастыря, а так же чтобы рассеять ходячие взгляды на церковь как на особого рода орудие эксплоатации верующих людей Чув. авток нац. прав. церковь будет способствовать развитию и укреплению трудовых начал в жизни духовенства и постепенному освобождению его (духовенства) от материальной зависимости от верующих. 7) В политическом отношении Чув. Авт. нац. Церковь не может быть использована кем бы то не было в качестве орудия политиканства. Вовлечение церкви в политическую борьбу есть плод неверия и незнания духа Христова. Существующая рабочее-крестьянская власть с точки зрения христианской есть не только господство класса раньше экономически и духовно забитого (не без вины и руководителей христианской церкви, часто забывавших заповеди Евангелия), но и выражение воли Божией, существующей власти необходимо подчиняться не только за страх, но и за совесть, а церковь должна за нее возносить молитвы. … 8) Не отделяясь от единой православной Вселенской церкви, Чув. Авток. нац. церк. В целях достижения своих национальных задач, предоставленных октябрьской революцией, стремится к сознательному укреплению самостоятельной экстерриториальной национальной церковной единицы. Всякие попытки к созданию препятствий на этом пути со стороны некоторых представителей Российской иерархии могут считаться только старыми приемами использования церкви не по прямому ее назначению – спасению души человека, а в качестве орудия русификации и эксплоатации чуваш ….» [1]. При анализе этого документа, обращает на себя внимание сходство некоторых положений с мыслями, которые высказывал архиепископ Андрей (Ухтомский), который пользовался большим уважением среди чувашских священников. Так в 1924 г. архиепископ Андрей писал Патриарху Тихону: «Создание Церковного Собора в России, обязательное введение выборного начала и уничтожение в церковной жизни «назначенства», в параллель с гражданской Федерацией деление России на автономные епархии и епископаты, введение в жизнь декрета Наркомюста о нормальном уставе религиозных общин, радикальное уничтожение всяких намеков на глупый русский клерикализм - вот что необходимо для русского народа и лучших представителей Соввласти. Открытая твердая работа в этом направлении очень скоро даст благие последствия. Она - первое - успокоит народную совесть. Второе - организует русский народ в здоровые трудовые кооперативные общины. Третье - заслужит доверие гражданской власти» [2]. Позднее святитель Андрей писал: «Первым делом для восстановления церковной жизни мы считаем необходимость переизбрания приходами своих пастырей там, где эти пастыри ведут себя недостойно, позоря Церковь своими грехами или разрушают дело церковное, будучи по своим взглядам людьми совершенно нецерковными. … Мы считаем, что всякая община есть «малая церковь», часть единой Святой Соборной Апостольской Церкви и имеет обязанность устраивать свою церковную жизнь. Это устройство мы видим в организации самих верующих мирян, в устроении приходских советов с подотделами: хозяйственным, просветительским, дисциплинарным, финансовым, благотворительным, во всемерном появлении жизни самого верующего народа. Мы считаем, что весь церковный клир, не исключая и епископов, должен быть избираем, как это было в лучшие периоды церковной истории (Дн. 1, 26; 5, 2—3). Тем боле должны избираться, а не назначаться, члены приходских советов, председателями которых должны быть миряне. … В виду того, что мы должны стремиться обезопасить себя — жизнь своих общин — от всякого беззаконного вмешательства, откуда бы оно не исходило, мы приветствуем закон об отделении Церкви от государства, как гарантию от всякого вида распутинщины. Мы считаем, так называемый «капитализм» явлением глубоко антикультурным в истории христианских народов и считаем церковно-общинный уклад народной жизни единственно соответствующим духу св. Евангелия (Лк. 18, 25). Желая освободиться от всяких антицерковных и антикультурных влияний, мы считаем, что церковная община — это религиозно-культурно-экономическая единица, обеспечивающая своим членам полное духовное развитие. … Наконец, мы приглашаем всех православных христиан к церковной народной самодеятельности, к изгнанию из жизни всякой духовной лени и к построению жизни по заповеди ал. Павла: все исследуйте, хорошего держитесь (I Сол. 5, 21) [3]. Сравнив тексты можно предположить, что учредители чувашской автокефалии находились под влиянием идей архиепископа Андрея, что в последствии выразилось в участии некоторых автокефалистов в оппозиционных группах, созданных при участии архиепископа Андрея.

Сложно сказать, что побудило автокефалистов выйти из состава обновленческой епархии архиепископа Тимофея (Зайкова). Возможно, имели место личные амбиции участников событий, не исключены и идейные разногласия. Так глава автокефалии протоиерей Василий Краснов до революции состоял главой хочашевской ячейки Союза Русского Народа [4], и, быть может, имел более консервативные взгляды на церковную жизнь, чем обновленческое руководство Чувашской епархии. Открывшийся в январе 1924 г. Съезд духовенства и мирян Чувашской епархии называет В. Краснова «тихоновцем» [5].

7 августа 1924 г. Автокефальная Чувашская национальная церковь была зарегистрирована в государственных органах [6]. Незамедлительно последовала реакция архиепископа Тимофея. Указом архиепископа «Чувашобласти и Епархии» от 16 августа 1924 священник Краснов был уволен с должности настоятеля церкви с. Хормалы «за агитацию среди населения с церковного амвона против Священного Синода и правящего Архиепископа, находящегося в каноническом общении с Священным Синодом». Краснов указ архиерея не признал и заявил на собравшемся по этому поводу приходском собрании: «я принадлежу не к Тимофеевской, а совершенно к особой группе православных автокефалистов, поэтому Тимофей, согласно разъяснения центра, не имеет никакого права вмешиваться в отделившуюся от него приходскую общину и прочее. Поэтому Тимофею и не подчиняемся». Церковные распри вызвали разногласия среди населения Хормалинского и соседних приходов. Иногда стали раздаваться угрозы. Этому способствовала и деятельность самого Краснова, который стал агитировать за автокефалию в селах уезда. Так в с. Климове крестьяне прямо заявили: «Если увидим Краснова в Климове, то берегись, если ему надоела жизнь, то пусть идет к нам». В ответ Краснов обозвал климовского священника обновленцем, и заявил, что после архиепископа Тимофея надо освящать церковь, как осквернившуюся.

25 августа 1924 г. в с. Хормалах состоялось приходское собрание, которое так и не смогло решить за кем идти: за архиепископом Тимофеем или за протоиереем Василием Красновым. Собрание постановило: «Вопрос об увольнении священника Краснова из села Хормалов оставить открытым до выяснения разногласия между Архиепископом Автономной области Тимофеем и местным священником села Хормалов от. Красновым, который называет себя председателем автокефального собрания из Области и не желая подчиняться предписанию Архиепископа Тимофея. Ввиду таких обстоятельств убедительно просить священный Синод дать точное указание нам, как группе верующих кого признавать: Архиепископа Тимофея или Краснова, как председателя автокефального собрания в областном масштабе т.к. мы, группа верующих остались в сомнении и не знаем, кому подчиняться и поэтому ожидать скорейшего Вашего разрешения. 31 августа 1924 г. о. Василий Краснов собрал приходское собрание из своих сторонников, которое приняло нужное решение: «Постановление собрания 25 августа 1924 г. действительным не считать; Тимофей беззаконник и самозванец и не иметь с ним никакого общения; Признать Чувашскую Автокефальную православную церковь и ее уставом руководствоваться» [7].

Однако часть верующих Хормалинского прихода составила оппозицию о. Василию Краснову. К 1925 г. большая часть прихода перешла на консервативные позиции, поддержав т.н. «староцерковников», т.е. последователей линии Патриарха Тихона. На тот момент в составе хормалинской православной общины числилось 4613 человек, из которых 3164 человека, принадлежали к «староцерковникам». Краснов, при поддержке церковного старосты, организовал альтернативный приходской совет из своих сторонников [8]. Какое-то время хормалинский двухпрестольный храм использовался совместно обеими общинами, однако Краснову удалось захватить церковные ключи и отстранить «староцерковных» священников Петрова и Измайлова от службы. «Староцерковники» были вынуждены обратиться в Чувашский ЦИК с просьбой восстановить справедливость: «Вторжением бывшего свящ. Краснова в церковь и по отобрании необходимых церк. Вещей от служителей культа нашей группы, группа наша осталась без внимания и нуждается в религиозных требах. Краснов и его группа церковные ключи, церковь и все церковное имущество получила от уездной власти, в виду чего мы обиженная сторона осмеливаемся обратиться за помощью Высшей Центральной власти; церковь наша двухпрестольная во имя Казанской иконы Б. Матери и Свят. Чуд. Николая, т.к. большинство верующих на нашей стороне вследствие чего церковный совет и обиженная группа верующих покорнейше просит Высшей Центральной Власти не найдет ли она возможным разрешить нашей группе из двух престолов один, для совершения треб и для служения понедельной службы служителей культа нашей группы» [9]. 16 октября 1925 г. приходское собрание выразило недоверие Краснову и обратилось в волостной совет и в уездный исполком с просьбой разрешить «священникам Петрову и Измайлову в одном из Алтарей церкви приступить к совершению религиозных обрядов» [10]. Батыревская усовмилиция предписала волостному исполкому исполнить просьбу «староцерковников», однако провести в жизнь это решение не удалось. Наконец, на шестой неделе Великого поста 1926 г. общее собрание прихожан с. Хормалы постановило изгнать священников Краснова, Петрова и Измайлова из прихода [11]. Таким образом, основатель автокефалии остался без места служения.

Важнейшим для основателей чувашской автокефалии, после регистрации в государственных органах, стал вопрос о епископате. По православным канонам церковь, состоящая из одних священников, является не полноценной. Для нормального существования церковной организации необходима трехчинная иерархия во главе с епископом. Без епископов становится затруднительным воспроизводство клириков. По всей вероятности ни один из действовавших на территории Чувашии в то время епископов не согласился возглавить автокефалию. Для обновленцев Краснов был раздорником и «тихоновцем», для «тихоновцев» сама идея Чувашской автокефалии была неприемлема, «тихоновцы» не желали даже рассматривать вопрос о Чувашской епархии. В декабре 1925 г. в Москве, с одобрения органов ОГПУ, образовался Временный Высший Церковный Совет (ВВЦС) под управлением архиепископа Григория (Яцковского), который стал претендовать на управление всей Русской Церковью. К «григорианам» присоединился епископ Кировский Симеон (Михайлов), чуваш по национальности, который еще в 1923 г. Патриархом Тихоном назначался викарным епископом Чебоксарским. 18 марта 1926 г. правление Православной Автокефальной Чувашской Церкви обратилось к архиепископу Григорию с просьбой назначить епископа Симеона управляющим Чувашской церковью. В апреле 1926 автокефалисты получили положительный ответ из канцелярии председателя ВВЦС: «Временный Высший Церк. Совет, согласно резолюции от 14 апр. с/г за № 39 на заявление Правления православной Автокефальной Чувашской Церкви от 18 марта с/г за № 39, сообщает: «Преосвященный Симеон (Михайлов) согласен вернуться в Чебоксары и управлять православной паствой Чувашской Республики и, как признавший В.В.Ц. Совет будет принят местной властью, предлагается просителям войти с ним в сношение по месту его пребывания в Вятке» [12]. Правление автокефалии немедленно обратилось к епископу Симеону с письмом: «Прилагая при сем копию с отношения ВВЦ Совета от 19 апр. сего 1926 г. за № 131, радостно, с сыновней преданностью припадаем к Вашей деснице и искренно просим Вашего высокоблагословения и, вместе с тем, от имени вверивших нам свои полномочия духовенства и мирян Чувашской АСС Республики, с трепетной надеждой приглашаем Вас на святой, вверенный Вам самим Святейшим Патриархом, престол – будьте архипастырем Промыслителем созданного целого Чувашского народа, воздвигните знамя православия над своим народом, умирите церковные раздоры в Чувашской Республике и примите всех нас в Святое объятие.

Будем ожидать Вас в Чебоксары на первом пароходе, с властями мы суждение имели, квартира Вам будет, только заранее (за неделю) известите нас о дне Вашего прибытия в Чебоксары, чтобы нам быть готовым к великой встрече.

Вашего Преосвященства смиренные дети и послушники.

Председатель правления Чув. Авт. Пр. Ц. протоиерей Василий Краснов»[13]. Однако уже в мае 1926 г. епископ Симеон (Михайлов) отошел от ВВЦС и присоединился к заместителю патриаршего местоблюстителя митрополиту Сергию (Страгородскому) и продолжил управлять Кировской епархией [14]. Таким образом, чувашская автокефалия осталась без епископского возглавления.

Судя по всему чувашская автокефалия была довольно локальным явлением, ее распространение зависело исключительно от позиции конкретных приходских священников. Автокефальные приходы получили распространение в центральных и южных районах Чувашии. В конце 1920-х гг. наиболее активными автокефальными приходами были Шоркистринский (Урмарский район), Староянтиковский (Батыревский район), Шимкусский (Малояльчикский район) [15]. В конце 1920-х гг. позиции автокефалистов становятся все более консервативными, они начинают сближаться с представителями оппозиции линии митрополита Сергия (Страгородского). Так в 1926 г. член правления Чувашской Автокефальной церкви, церковный староста Апанасово-Темящевской церкви Андрей Хрисанфович Хрисанфов присоединился к организованному последователями архиепископа Андрея (Ухтомского) движению «Союз православной церкви», стоявшему на строго консервативных позициях [16]. В том же году Хрисанфов был рукоположен в сан священника сызранским епископом Авраамием и стал благочинным движения [17]. Судя по всему остальные автокефальные священники так же присоединились к «Союзу православной церкви». Так секретарь Чувашского обкома КПСС Токсин писал в 1931 г.: «Нелегально существует <в Чувашии – А.Б.> организация чувашской национальной церкви. Во главе борьбы за эту церковь в 1924 – 27 гг. стояла группа быв. членов «Союза Русского Народа». Местным идеологом этой группы является поп Краснов. В настоящее время эта церковь существует под маской некоторых приходов (с. Буртасы Урмарского р-на, с. Шимкусы Мало-Яльчикского р-на) формально выдающих себя за последователей Тихона, но на деле проводящих политику Чувашской национальной церкви. (…) В течение 1930 г. подготовлено 6 попов из крестьян и бывших советских работников» [18]. В начале 1930-х гг. деятельность «Союза православной церкви» была прекращена советскими репрессивными органами. Священник Андрей Хрисанфов получил 3 года лагерей [19]. После выхода из заключения Хрисанфов продолжил свою деятельность, поддерживал отношения с епископом Уфимским, активным «андреевцем» Руфином (Бреховым) и был повторно арестован в 1937 г. за агитацию против выборов. По словам свидетелей Хрисанфов говорил, что тот, кто подписывает обращение чувашского народа к Сталину «предает себя антихристу». О. Андрей Хрисанфов был осужден на 10 лет. В 1956 г. он вышел на свободу, в 1957 г. – реабилитирован. После выхода из заключения проживал в д. Апанасово-Темяши [20].

Другой член правления Автокефальной церкви священник Яков Турхан в середине 1920-х гг. сложил с себя сан и занялся литературной деятельностью. В 1926 г. Яков Турхан решил перейти в католичество восточного обряда и поступил в католическую Духовную Семинарию, действовавшую нелегально. В 1927 г. он был арестован органами ОГПУ [21]. Документы, проливающие свет на судьбу основателя чувашской автокефалии о. Василия Краснова, к сожалению, пока еще обнаружить не удалось.

Чувашская интеллигенция, во многом сформировавшаяся благодаря миссионерским и просветительским усилиям православной церкви в первые послереволюционные годы пыталась продолжать начатое еще до революции движение за создание национальной церкви. Плодом таких попыток и стала Чувашская автокефальная церковь. По мере усиления позиций советской власти национальное духовенство, немало потрудившееся в свое время на ниве христианского просвещения, стало ощущать свою невостребованность в изменившихся социальных условиях, чем и объясняется постепенный переход автокефалистов на все более консервативные позиции. В 1930-х гг. автокефальные приходы вливаются в истинно-православное движение, связанное с оппозицией курсу митрополита Сергия. К концу 1930-х гг. Чувашская автокефальная церковь прекратила свое существование.

Примечания

 

 

1. ГИА ЧР, Ф. 22, Оп.1, Д. 365. 2. 3. Нежный А.И. Допрос патриарха. – М., 1997. Цитата по Интернет-версии -http://www.krotov.info/spravki/persons/20person/1872uhto.html 4. 5. Зеленогорский М. Жизнь и деятельность архиепископа Андрея (князя Ухтомского). — М.: Терра, 1991. – С. 208 – 209. 6. 7. Красная Чувашия - № 15. – 18 января 1930 г. – С. 3. 8. 9. Там же. 10. 11. ГИА ЧР, Ф. 22, Оп.1, Д. 365, Л. 1. 12. 13. Там же, Д. 153, Л. 154 – 156. 14. 15. Там же, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92, Л. 64. 16. 17. Там же, Л. 50. 18. 19. Там же, Л. 61 20. 21. Там же, Л. 64 – 64об. 22. 23. Красная Чувашия - № 15. – 18 января 1930 г. – С. 3. 24. 25. Там же. 26. 27. Иоанн (Снычев), митрополит. Церковные расколы в Русской церкви. – Самара: Из-во «Самарский дом печати», 1997. – С. 74; Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России. – С. 993 28. 29. Денисов П.В. Указ. соч. – С.312 30. 31. Подробнее о Союзе православной церкви см. ниже. 32. 33. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3098, Л. 171 об. 34. 35. Состояние антирелигиозной работы в Чувашии. – Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 1931. – С. 15 – 16. 36. 37. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3098, Л. 302. 38. 39. Там же, Д. 331. 40. 41. Шкаровский М. Русские католики в Санкт-Петербурге (Ленинграде) // Символ. - №38. – 1997. – декабрь. – С. 104 – 104. 42.

 

ДВИЖЕНИЕ ЗА ЧУВАШСКУЮ НАЦИОНАЛЬНУЮ ЦЕРКОВЬ ВО II-Й ПОЛОВИНЕ XX ВЕКА

Изучение чувашского национального движения в послевоенный период представляет определенную трудность для исследователя. Если в предшествующее время национальное движение было институциализированным, имело свои церковные организации, то во второй половине XX в. условия для создания таких организаций отсутствовали, и национальное движение существовало в виде факта общественного сознания некоторой части чувашского духовенства. Источниковая база по этому периоду крайне ограничена из-за отсутствия у национальных церковных деятелей своих церковных институтов. О состоянии национального вопроса в чувашской епархии до начала перестройки вообще можно судить только на основании косвенных данных и устных рассказов. Основным источником о национальном церковном движении в конце 1980-х – начале 1990-х гг. являются газетные публикации.

В 1940-х гг. православная церковь в Чувашии оказалась на грани выживания. Обновленческая епархия перестала существовать, последние обновленческие епископы Чебоксарские Серафим Андреевский и Петр Горбатов никак не были связаны с национальным движением [1]. Однако и официальные «сергианские» приходы, принадлежащие к Московской патриархии тоже находились в состоянии упадка. В 1943 г., после известной встречи И.В. Сталина с патриархом Сергием и руководством Московской патриархии, был взят курс на нормализацию отношений советского государства и Церкви. Для руководства этим процессом был создан специальный орган – Совет по делам Русской Православной Церкви. В 1944 г. первым уполномоченным Совета по делам РПЦ при СНК ЧАССР стал С. Шумилов. В своем информационном отчете за 1944 г. Шумилов отмечал, что на территории республики из 309 церквей, имевшихся до революции, действуют только 10, причем в русских районах Чувашии – Алатырском и Порецком действовало 5 приходов, а в районах с преобладающим чувашским населением – Канашском и Урмарском – 4 прихода. Приход в Чебоксарах, скорее всего, был преимущественно русским. Судя по всему, духовенство так же, в основном, было русским. Однако потребность в чувашском богослужении имелась достаточно большая. Так в 1944 г. в Совнарком ЧАССР обратился житель Чебоксарского района Герман Николаев, с просьбой разрешить ему совершать богослужения среди чувашского населения в отдаленных от действующих церквей деревнях. Республиканские власти посоветовали обратиться ему к епархиальному начальству. В организационном отношении приходы Чувашской республики в тот период подчинялись Казанскому архиерею Андрею [2].

В 1946 г. была создана Чебоксарско-Чувашская епархия в составе Московского патриархата, управляющим епархией был назначен епископ Иларий, имевший весьма преклонный возраст. Руководство епархии испытывало трудности с подбором кадров на приходы, т.к. в предшествующий период значительная часть чувашского духовенства оказалась или в обновленчестве или среди церковной оппозиции. Кроме того в 1930-е гг. чувашские национальные деятели были обвинены в национализме и подверглись репрессиям. Так что поднимать национальную тему, в том числе и в церковном строительстве было небезопасно.

В 1946 – 47 гг. из-за преклонного возраста епископа Илария фактическое руководство епархией осуществлял настоятель чебоксарского Введенского кафедрального собора и секретарь епархии, протоиерей Георгий Логинов, родившийся в 1889 и рукоположенный в священный сан еще до революции, в 1911 г. Логинов крайне отрицательно относился к самой идее богослужения на чувашском языке, не позволял в соборе петь на чувашском языке молитвы. Вообще, к верующим чувашам проявлял пренебрежение [3].

Начиная с 1946 г. происходит значительный рост числа приходов Чувашской епархии и соответственно увеличение численности духовенства, в том числе и чувашского. Резкое повышение числа священнослужителей происходит в 1956 – 60 гг., когда Чебоксарско-Чувашской епархией управлял архиепископ, (впоследствии митрополит) Мануил (Лемешевский). К началу 1970 г. в епархии числилось 48 священнослужителей, причем из них 23 человека были рукоположены в священный сан при архиепископе Мануиле. Именно в этот период стали священниками авторитетные чувашские священнослужители Илия Карлинов, Геннадий Антонов, Григорий Медведев, Георгий Иванчин [4]. Вместе с появлением в епархии священников-чувашей происходит и возрождение церковной службы на чувашском языке, хотя, скорее всего и руководство епархии так же было заинтересовано в этом процессе. Интересно отметить, что в чебоксарском Введенском соборе службу на чувашском языке ввел протоиерей Борис Зороастров, русский по национальности [5]. В 1970 – 1990 гг. большинство духовенства епархии составляли чуваши. Уровень образования священнослужителей был невысоким. В 1970 г. только 15 человек имели специальное духовное образование, 8 – полное среднее образование, 19 – 7 – 8 летнее и 14 священнослужителей имели образование не выше 4 классов школы.

До конца 1970-х гг. никаких сведений о национальном движении среди чувашского духовенства не имеется. В 1976 г. управлять Чубоксарско-Чувашской епархией был назначен епископ Варнава (Кедров). Не имея специального богословского образования, епископ Варнава чувствовал себя не совсем уютно в окружении образованных священнослужителей. Исходя из этого строилась и кадровая политика: немногочисленных священников, закончивших духовную академию епископ старался направлять на службу в глубинку. Священники-чуваши, закончившие академию, естественно рассчитывали служить в городских приходах, такая политика выглядела в их глазах как притеснение русским епископом чувашских священников.

По рассказам очевидцев, впервые вопрос о чувашской церкви с епископом-чувашом во главе стал поднимать в приватных разговорах протоиерей Михаил Никифорович Иванов, уроженец г. Канаша. В 1977 г., после окончания Московской Духовной Академии, Михаил Иванов был рукоположен в священный сан и направлен служить в с. Семеновское, Порецкого р-на ЧАССР [6]. Судя по всему, имея высшее духовное образование и степень кандидата богословия о. Михаил рассчитывал на более престижный приход, (с. Семеновское – это глубокая периферия республики и, кроме того, совершенно русское село), что стало причиной определенной неприязни о. Михаила к епископу Варнаве (Кедрову). В близких кругах о. Михаил стал высказывать мысли о том, что было бы желательно в Чувашии иметь епископа-чуваша. В 1981 г. священником стал родственник Иванова Петр Тепловодский [7], у которого не сложилась семейная жизнь. По мнению о. Михаила Тепловодский вполне мог бы претендовать на пост чувашского епископа. Однако в условиях советского времени, ни о каких реальных шагах в этом направлении речь, конечно, идти не могла.

Если побудительным мотивом для разговоров о. Михаила Иванова о национальной чувашской церкви все же была личная обида и меркантильные интересы, то правозащитник из Татарстана Валиахмед Хайдарович Тимохин исходил из идейных соображений. Тимохин родился в 1947 г., работал художником-реставратором, по свидетельству близких отличался живым умом, смелостью, честностью и неподкупностью. Тимохин выдвинул идею создания двух тюркских православных церквей: Татарской канонической православной церкви и Суварской (Чувашской) канонической православной церкви под руководством Вселенского патриарха. Должно быть исходным пунктом рассуждений Тимохина были свидетельства византийских историков о крещении предков чуваш и татар – болгар при хане Кубрате в VII в. Этим и можно объяснить идею обратиться в Константинополь (Стамбул) за канонической автокефалией для чувашской церкви. Другим источником для Тимохина могли стать идеи пантюркизма – создания великой тюркской империи под руководством Турции. Валиахмед Тимохин был арестован КГБ и в 1976 заключен в специализированную психбольницу [8].

С началом перестройки и гласности в СССР появляются объективные условия для оживления национальных движений. В 1988 г., во время празднования 1000-тия Крещения Руси возрождается и национальное движение среди чувашского духовенства. Лидером движения стал настоятель церкви с. Янгильдино, выпускник Ленинградской Духовной Академии, протоиерей Иоанн Иванчин († 2007), который во время торжеств, посвященных 1000-тию Крещения Руси, попытался организовать распространение Завещания Ивана Яковлева среди верующих. Епархиальное управление выступило против этой инициативы. Вызвала неприятие архиерея и желание публично отслужить панихиду по чувашскому просветителю [9]. Архиепископ Варнава, похоже, исходил из того, что в 1988 г. такие инициативы могли привести епархию к конфликту с партийно-государственными органами.

В 1989 был создан Чувашский общественно-культурный центр (ЧОКЦ), который возглавил известный чувашский писатель и общественный деятель Михаил Юхма. С ЧОКЦ начинают сотрудничать и некоторые чувашские священнослужители, обеспокоенные религиозной темнотой своего народа и наличием пережитков язычества. В качестве одного из условия национального возрождения чувашские священники говорят о более широком использовании чувашского языка в богослужении и переводе Библии на родной язык. ЧОКЦ решает начать работу над переводом Библии. В 1990 г. по инициативе ЧОКЦ была создана Чувашская Библейская комиссия. Председателем стал М. Юхма, в состав комиссии вошли кандидат исторических наук И.Я. Тенюшев, кандидат филологических наук В.П. Станьял, чувашский народный писатель А. Артемьев, протоиерей И. Иванчин, настоятель церкви г. Новочебоксарска, протоиерей И. Карлинов, священник П. Филиппов, В. Енеш, Р. Сарби и другие представители чувашской интеллигенции. Помощь в работе комиссии оказало Всемирное Библейское общество, которое передало комиссии переводы первых четырех книг Библии, выполненные И.Я. Яковлевым и другие материалы. ЧОКЦ обратился за содействием и к патриарху всея Руси Алексию II. Из патриархии, для координации работы был командирован в Чебоксары ответственный секретарь К.И. Логачев [10].

Если на уровне Патриархии работа Чувашской Библейской комиссии под эгидой ЧОКЦ нашла понимание, то руководство Чувашской епархии встретила эту инициативу без энтузиазма. Скорее всего, причиной такого, мягко говоря, прохладного отношения чувашского архиерея к своим прямым обязанностям был денежный вопрос: на перевод и издание чувашской Библии требовалось 50 тысяч рублей [11], но архиепископ Варнава, никогда не отличавшийся щедростью, полагал, что вопросы образования и просвещения не являются первоочередными. Чувашская епархия берет курс на отстранение ЧОКЦ от работы над переводом Библии. В 1991 г. Чувашская епархия, в противовес ЧОКЦ, создала свою комиссию, обратившись за помощью к специалистам из Транссбурга [12]. Организационную, научную и финансовую помощь оказали Российское Библейское общество и Объединенные Библейские общества. Возглавил комиссию лично архиепископ Варнава [13]. При поддержке правительства Чувашской Республики работа этой комиссии оказалась достаточно успешной [14].

В 1989 – 90 гг. в Чебоксарах открываются закрытые при советской власти церкви, и возникает идея превратить одну из них – Воскресенскую в чувашский православный приход. Инициатором выступает о. Иоанн Иванчин. В 1990 г. о. Иоанн публикует в главной республиканской газете «Советская Чувашия» большую статью «Слышать и понимать», где подвергает резкой критике национальную политику главы епархии, архиепископа Чебоксарского и Чувашского Варнавы. По сути дела, с этой статьи началось вхождение Чувашской епархии в публичное медиа-пространство. Апеллируя к Священному Писанию о. Иоанн утверждал, что «проповедь Евангелия должна проводиться на родном языке. … За весь период распространения христианства на земле чувашской не было на епископской кафедре ее столицы епископа национальности коренного населения. Но беда, как было сказано, не в национальности, главное, если не ошибаюсь никто из них не владел языком, своих, как мы говорим, пасомых. На моей памяти архиепископ Николай имел обыкновение расспрашивать о названиях предметов, понятий на чувашском, архиепископ Вениамин просил переводить свои проповеди на чувашский, если видел, что в храме большинство чуваши – они проявляли какой-то интерес к языковому вопросу. Социологи утверждают, что в республике около 67 процентов чувашскоязычного населения, а в границах республики, можно думать, чувашскоязычных верующих около 80 процентов. Не странно ли, если пастырь не знает языка своих пасомых» [15]?

Нелицеприятно описывает о. Иоанн и ситуацию с чувашским приходом Воскресенской церкви: «Община Воскресенского храма в Чебоксарах принимает решение ранние литургии проводить на русском языке, а поздние – на чувашском, что удобно и русскоязычному и чувашскому верующему населению, потому что в других храмах города ранние литургии совершаются на чувашском, поздние – на русском. Чуваши не всегда успевают к 6-ти часам, да и пение хора на ранних уступает пению на поздних.

Видели бы вы реакцию Управляющего Чебоксарско-Чувашской Епархией Архиепископа Варнавы, когда ему был предъявлен протокол собрания. Бумага полетела на пол, священнику, проводившему собрание, было заявлено, что на него будет подана жалоба патриарху, собрание объявлено (в пункте о языке богослужения) недействительным. А послали туда священника, хоть и чуваша, но который, как слышно, отказывается исполнять желание общины о языке богослужения. Так что же здесь имеем: вопрос языка или административный пыл» [16]?

Однако руководство епархии задела не столько критика национальной политики архиепископа, сколько то, что о. Иоанн выставил на обозрение общественности отсутствие у архиерея элементарной культуры, эгоизм и мещанскую привязанность к роскоши: «А вот «я не чуваш», – как говорит … Владыка, – это оправдание перед кем? Есть благоприятная возможность завершить перевод и издать Библию на чувашском языке: ЧОКЦ стремится исполнить Духовное Завещание просветителя чувашей Ивана Яковлевича Яковлева: завершить им начатое дело – перевод и издание Библии. Дело великое, потребуются затраты на 50 тысяч рублей – посильная сумма для всей Епархии, тем более сумма эта возвратная. Как же понимать Архиерея чувашей, отказывающегося участвовать в этом святом деле? Неужели приобрести и содержать пять легковых автомашин для своих собственных нужд, строить за сотни и сотни тысяч, извините, дворцы – средства находятся, а на Библию на нашем языке – нет? Можно не распродавать коллекцию машин и дворцы его же привечают – деньги найдутся без жертв со стороны Архиерея, необходимо лишь его заинтересованное организационное участие. Познавший язык и душу своих пасомых не сторонился бы столь насущной проблемы» [17].

В защиту епархии было поручено выступить протоиерею Аполлинарию Павлову, бывшему в тот период народным депутатом ЧАССР. В содержательной части критику о. Аполлинария все же следует считать верной: «Поймите, пожалуйста, Библия – это не художественное произведение, тем более для верующих, а книга, на которой утверждается христианское учение. И перевод ее вряд ли по силам каждому переводчику. Чтобы ее перевести, нужно жить ее духом, проникнутся ее содержанием, испытать на себе ее духовно-нравственную силу. Разве это по силам нашим литераторам-переводчикам, для коих как христианское учение, так и языческие обычаи стоят на одном уровне. Библию могут перевести ученые-верующие. Раньше этим делом занимались в монастырях и духовные учебные заведения» [18].

Счел несправедливой критику Варнавы о. Иванчиным и уполномоченный Совета по делам религий по Чувашской АССР Б.А. Краснов. В своем последнем, в истории этого учреждения, информационном отчете, он отметил, что «до настоящего времени негативных явлений на межнациональной почве в религиозной среде в республике не фиксировалось, не возникало отношений национального неравенства или смыкания националистических элементов с религиозными фанатиками. … Соотношения служителей православного культа, например, по национальному признаку выглядит следующим образом: представители коренной национальности составляют 75,4 % от общего числа служителей культа, русские – 19 %, других национальностей – 5,6 %, что соответствует демографическому составу населения республики. Богослужение в большинстве церквей ведется на чувашском языке, а там, где преобладает русское население – на русском (Алатырский, Порецкий районы).

Вместе с тем верующих интересует вопрос о соотношении служителей культа по национальному признаку в плане того, нет ли здесь нарушений национального равенства. Об этом говорят письма верующих и недавняя публикация в газете «Советская Чувашия» протоиерея Иоанна о том, что правящий архиерей Варнава, русский, якобы препятствует совершению богослужений на чувашском языке. Такое обвинение не соответствует действительности и является результатом неприязненных отношений между ними» [19].

4 апреля 1991 г. в адрес Президента СССР М.С. Горбачева житель г. Чебоксар Захаров, от имени «верующих людей русского города Алатыря» направил телеграмму с совершенно противоположными обвинениями по отношению к архиерею: «Просим Вас помочь нам слушать службу русских священников. Варнава Чебоксарский назначает нам священников только чувашей. Требуем отставки Варнавы». Однако у меня есть подозрение, что телеграмма была направлена кем-то из сотрудников Чебоксарской епархии, т.к. в телеграмме указан адрес соседнего с епархией дома [20].

Статья о. Иоанна обсуждалась на епархиальном собрании, которое призвало автора напечатать опровержение. О. Иоанн подготовил опровержение, под названием «Вы требуете опровержения», которая была предъявлена архиепископу для ознакомления. Судя по всему, текст опровержения был еще острее, чем сама спорная статья. По словам о. Иоанна Иванчина: «Вы и Ваши любимчики добились от меня на собраниях печатного … опровержения. Но на этот раз, прочитав первым предъявленное мною «опровержение», стали говорить о своей готовности решать вопросы, поднятые в моей статье, и без публикации в печати, и даже несколько раз употребили выражение: «Будем мириться». … Призывали на взаимной основе «не развозить ссору». Видит Бог, я тогда согласился «проглотить» два пасквиля небескорыстных Ваших защитников» [21]. Однако 15 февраля 1991 г. в газете «Советская Чувашия» была напечатана статья алатырского священника Валерия Кольцова «Блажен, кто не соблазнится…», направленная против о. Иоанна и полемика разгорелась с новой силой. По словам о. Иванчина, Валерий Кольцов, выступивший в защиту Варнавы, действовал исходя из меркантильных интересов: он привозил из Москвы духовную литературу на чувашском языке, изданную Русской Зарубежной Церковью, и продавал в ее в Чувашии по завышенной цене. Перевод и издание чувашских духовных книг в республике, по мнению о. Иванчина, могло повредить бизнесу Кольцова [22].

В марте 1991 г. протоиерей Иоанн Иванчин обратился с письмом к патриарху Алексию II и членам Священного синода РПЦ, в котором впервые было артикулировано желание иметь автокефальную церковь. В письме о. Иоанн опять резко критиковал национальную политику епархии, и, уже РПЦ в целом: «Ваше святейшество! С полной ответственностью можно заявить: национальная политика РПЦ не безупречна. … За все время христианства среди чувашей не было ни одного епископа чувашской национальности на чувашской кафедре, но беда не в том, что епископ не чуваш, а в том, что никто из них не знал языка своих пасомых. Сказалось это на чувашах? Про период до революции можно сказать, что сказалось в худшую сторону. В советский период этот феномен имеет, мягко говоря, объяснимые причины, но отнюдь не оправдательные.

Но то, что продолжается такая несправедливость в настоящее время не имеет не то что оправдания, но никакого объяснения.

Национальная политика в Чебоксарско-Чувашской Епархии была предметом многократных моих бесед с Архиепископом Варнавой, который управляет епархией с 1976 г.

Но объясните, пожалуйста, действие чувашского архиерея, запретившего отслужить панихиду Просветителям (Н.И. Ильминскому, И.Я. Яковлеву) на юбилее 1000-летия Крещения Руси. Ведь мы, чуваши, православные именно через них. Кстати, с 1978 г., когда исполнилось 130-летие со дня рождения И.Я. Яковлева, я пытаюсь ввести в чувашских приходах какой-нибудь знак памяти о нем (панихиды, проповеди), но видел только явное сопротивление и нарекания.

С 1989 г. чувашская интеллигенция ставит вопрос поддержки Епархией перевода для них Библии».

О. Иванчин дает меткую характеристику личности архиерея: «Я могу привести множество примеров из действий Архиепископа Варнавы неблагоприятных для христианства среди чувашей именно в свете национальности, в свете родного языка, но думаю, это у него не столько от чувашефобизма, сколько от общеобразовательного уровня. Он будет таким же и среди верующих марийцев, и удмуртов и других «незубастых» народов». «Я не нахожу оправданий его епископства» - добавляет о. Иоанн.

Заканчивая письмо, Иванчин ставит вопросы, которые выглядели как ультиматум: «как поступить, благословите:

1. Просить, объявлять, добиваться Чувашской Православной Церкви, по примеру УПЦ, БПЦ (чувашей 2 миллиона с лишним)?

2. Ждать епископа-чуваша, или хотя бы стремящегося знать язык чувашей (например, архимандрита Гурия (Кузьмина) с. Ополье Ленинградской епархии. Он жил среди чувашей, рос у священника-чуваша)?

3. Или просить официально, без обид, уволить меня за штат, поскольку служить под управлением Архиепископа Варнавы не считаю для себя возможным?

Думаю, третий вариант более подходящий, но вопрос этим не решиться, и если мы не даем людям духовного хлеба, по причине от нас зависящей, то как мы оправдимся» [23]?

В апреле 1991 г. с письмом к патриарху обратился и Михаил Юхма: «Ведущая чувашская интеллигенция сейчас как бы на распутье. за годы советской власти, особенно за последнее время наша национальная культура, наше чувашское бытие, наш родной, горячо любимый чувашский язык оказались под угрозой полного исчезновения. Сделав обзор и анализ общественного положения, жизни родного народа, мы убедились, что хранителями национальной культуры, родного языка, чувашского лица народа в эти труднейшие и трагические годы были чувашские общины, живущие под влиянием древнечувашской религии, гонимые общины чуваш-протестантов (баптистов) и чувашские общины чуваш-мусульман. А православная религия, особенно за годы управления Чувашско-Чебоксарской епархией архиепископом Варнавой (с 1976) стала гонителем чувашской национальной культуры, чувашского языка и чувашского лица. … Задумавшись о судьбе родного народа, желая помочь ему, понимая значение Библии, ЧОКЦ решил продолжить дело И.Я. Яковлева и его Переводческой Комиссии. И первым, к кому мы пошли с этими мыслями и думами, были Варнава и наши православные священники. Мы пришли к ним на собрание. И первую неприязнь, какую-то непонятную нам дикую нелюбовь к чувашскому народу, к чувашской интеллигенции со стороны Варнавы увидели тогда. Правда, слово он нам дал, но, предоставляя слово, махнул рукой и ушел, мол, говорите что хотите, мне это не интересно. Все священники, хоть и удивились тогда поступку Варнавы, нас поддержали. И мы создали вместе с ними Чувашскую Библейскую Комиссию, как правопреемницу Яковлевской Переводческой Комиссии. Но сразу же после этого Варнава в буквальном смысле стал бороться против нашей работы над переводом Библии на чувашский язык, объявляя нас то язычниками, то националистами. ….

Я уже писал, что чуваш два миллиона. Почти такие же по численности народы, такие как грузины, армяне, и другие имеют свою хритианскую церковь, и верующие в любое время могут обратиться к своим первосвященникам на своем языке. И священники помогают людям, а не отталкивают, помогают сохранять народ, возрождать культуру, помогают национальным движениям. А наш епископ Варнава, глава Чебоксарско-Чувашской епархии, не только не помог в работе над переводом Библии, наоборот, стал бороться против нас, распуская клеветнические измышления. Я несколько раз пытался с ним встретиться или поговорить по телефону, придти к согласию, сесть за круглый стол, но все это было напрасно, со стороны Варнавы и его приближенных понимания нашей боли, нашего страдания, нашего желания найти общий язык мы не могли». Юхма прямо ставит перед патриархом вопрос создания чувашской национальной церкви: «Учитывая создавшееся положение, мы хотим добиваться создания Чувашской Православной Христианской церкви, во главе которой должен стоять честный, умный, любящий своих прихожан священнослужитель, знающий в обязательном порядке два языка: чувашский и русский. Чуваши двухмиллионный народ, и мы думаем, заслуживают и этого» [24]. Таким образом, в составе ЧОКЦ появляется Общество организации Чувашской Православной церкви. В печатном органе ЧОКЦ в 1991 г. печатается подборка материалов и статей посвященная этому вопросу. Некто М. Семенов в статье «Чувашской православной церкви быть» пишет: «Чувашия суверенное государство. Но у верующих чувашей ничего чувашского нет. «Вы принадлежите Русской Православной Церкви, молитесь по-русски, и Библию читайте по-русски». Это говорит нам откуда-то присланный, и ничего не понимающий по-чувашски архиепископ Варнава». Семенов апеллирует к опыту других народов: «Армяне верой Христа живут, только у них своя вера, первосвященник свой – католикос. У грузин тоже свое христианство, и у них первосвященник – патриарх…. И мы, чуваши, должны создать свое христианство. Пусть и у нас будет свой первосвященник. Чтобы весь народ его любил, надеялся, чтобы, когда тяжело он мог помочь народу, чтобы люди могли, преклонив перед ним колени, спасти душу чувашскую. А как мы его будем звать, патриарх или великий отец, или совсем другими словами, Бог Сам скажет нужное слово». Семенов рисует блестящую перспективу Чувашской церкви: «Пусть будет свой чувашский монастырь. … В чувашских монастырях печатались бы Библии и молитвы. Чувашские монастыри спасали бы нас перед Богом. … И появились бы у нас свои святые. Среди них достойное место заняли бы И.Я. Яковлев и К.В. Иванов и другие достойные чувашские люди. Когда будет создана Чувашская православная церковь, мы могли бы открыть духовную семинарию. …. Нам надо бороться за Чувашскую православную церковь» [25].

Обеспокоенное таким поворотом событий руководство Чувашской епархии, постаралось дискредитировать движение, связав его в массовом сознании с попытками возрождения чувашского язычества, тем более что национальные деятели сами давали для этого повод. Собственно, для многих представителей чувашского национального движения, воспитанных на причудливой советской смеси интернациональной партийности и национализма было все равно, что станет стержнем национальной идентичности – христианство или язычество. В республиканской прессе появляется значительное количество публикаций, призывающих к возрождению старой чувашской веры, возникает идея создания этнопарка в Чебоксарах, в котором совершались бы языческие моления. Все это способствовало падению популярности среди духовенства идеи независимой Чувашской церкви.

В 1992 г. на заседании Чувашского национального конгресса, настоятель Свято-Владимирской церкви, протоиерей Илия Карлинов, уважаемый чувашский священник, резко высказался против создания Чувашской церкви. По его мнению «Чувашская церковь никак не может быть самостоятельной без благословения вышестоящей, в данном случае русской православной. Надо иметь не менее трех архиереев, а у нас только один» [26]. Понимающие такие вопросы писатели Станъял и Юхма – по его словам – сторонники возрождения чувашской языческой религии. Выступление о. Ильи участники Конгресса захлопали, не дав ему договорить. Следует отметить, что о. Илья рассматривает вопрос создания Чувашской церкви не эмоционально, а в чисто практической плоскости, замечает техническую трудность такого проекта, но не говорит о принципиальной невозможности чувашской автокефалии. О. Илья участвовал и в теледебатах по религиозному вопросу в Чувашии.

Возражая о. Илье врач П. Львов писал «Почему в Чувашии, где большинство из прихожан чуваши, нельзя иметь церкви, где бы молились за наши грешные души на нашем, понятном нам и нашему Богу языку? Почему для этого мы должны брать благословение у Москвы и опять у нашего старшего русского брата? Сами Вы бессильны или просто не хотите? Бог один, но пока о нем не заговорят на моем языке, проповеди будут непонятны. Так думаю не один я. Вот почему наши чувашские писатели Станъял и Юхма выступают за возрождение чувашской религии, хоть бы и языческой» [27].

В 1992 г. Чувашская епархия выступает против проведения выборов первого президента Чувашской Республики, инициированных Чувашским национальным конгрессом: «В то время, когда многие граждане республики нищенствуют, когда правительство не может изыскать средств на строительство домов для престарелых и инвалидов, социальной защиты неимущих и нуждающихся граждан, преступно тратить десятки и даже сотни миллионов рублей на проведение выборов и содержание аппарата Президента.

Пример других регионов убеждает нас в том, что после избрания Президента «изобилия» не наступает, а наоборот, с особой силой возрастают политическая напряженность и межнациональные конфликты. Мы считаем, что в настоящее трудное время проведение выборов нецелесообразно.

В переживаемый нами период особенно явственно грозят чувашскому народу стремления определенной группы возродить существовавшее до начала XVIII века язычество. Пагубно для души человеческой возрождение поклонения идолам и другим тварям. Это самое главное. Возрождение язычества приведет к нагнетанию напряженности и увеличению физического противостояния. Опыт и пример других регионов наглядно убеждают, а пионеры язычества уже открыто заявляют, что могут возникнуть кровавые бойни на религиозной почве» [28].

На это обращение откликнулся профессор М. Федотов, который прекрасно понял его подоплеку: «Полемизировать с церквократами – дело не из приятных. Однако перед Богом скажу: вы совсем не знаете или плохо знаете чувашский народ в исторических перипетиях, следовательно, его историю, его язык, его чаяния. Вот недавно на Чувашском национальном конгрессе в президиум с честью был приглашен один священнослужитель, он с первых же слов вступил в конфликт с аудиторией. Почему так произошло? Да потому, что в зале сидели не мужики XVII – XVIII или даже XIX века, а современные чуваши, подавляющее большинство которых имеет высшее светское образование. Это значит, что для них нужен лектор высшего уровня и говорить надо с ними не на языке «сам не знаю каком». К слову сказать, Чувашская Церковь должна вести службу на чувашском языке, если она призывает «храните себя от требъ идол». Ругать язычников проще простого, а вот распространять Слово Божие в гуще чувашского народа – всем недосуг или просто в церковном Управлении нет желания издавать популярную религиозную газету на чувашском языке» [29].

В республиканской прессе появляется ряд публикаций, направленных против язычества. В этих публикациях в числе инициаторов возрождения старой чувашской религии называется и М. Юхма. Так, в открытом письме 362-х прихожан Свято-Троицкого мужского монастыря г. Чебоксар, нет ни слова о Чувашской церкви, зато говорится, что «наиболее усердно зовут к язычеству ученые и писатели А.П. Хузангай, В.П. Станъял, М.Н. Юхма….. Они неоднократно выступали и продолжают выступать по республиканскому радио и телевидению с призывами бросить «ненавистное истинному чувашскому народу» христианство, перейти обратно в язычество» [30].

В целом, следует сказать, что выбранная руководством епархии тактика привела к успеху. К середине 1990-х гг. полемика по поводу национальной церкви постепенно сходит на нет и совершенно прекращается к началу визита в Чувашию патриарха всея Руси Алексия II в 1996 г. В немалой степени этому способствовала и поддержка президента Чувашской Республики Н.В. Федорова, важной задачей для которого в начале его президентской карьеры было взять под контроль национальное движение. Пользуясь поддержкой власти архиепископ (ныне митрополит) Варнава получил возможность просто игнорировать сторонников автокефалии.

С другой стороны, полемика по поводу чувашской автокефалии заставила епархиальное управление скорректировать национальную политику, прежде всего в области просвещения. Епархиальное руководство стало активнее включаться в работу по переводу Библии на чувашский язык и изданию чувашской церковной литературы. В новопостроенной церкви Новомученников и Исповедников Российских в Чебоксарах даже была написана икона всех чувашских святых, во главе с мучеником Авраамием Болгарским. Вдохновителем написания такой иконы выступил настоятель церкви, протоиерей Григорий Медведев. В Чебоксарском духовном училище чувашский язык – в числе обязательных предметов. Инициатор создания Чувашской православной церкви о. Иоанн Иванчин к концу 1990-х гг. отошел от активной общественной деятельности.

 

Если говорить о возможных перспективах Чувашской национальной церкви в начале 1990-х гг. то в условиях слабости светской власти и при грамотном подходе к делу это начинание могло бы иметь определенный успех, по крайней мере, в качестве декларации о будущих намерениях. На мой взгляд, достаточно перспективным был подход не чувашских национальных деятелей, которые проявили слишком большую эмоциональность, при отсутствии знания церковной истории и технологии получения канонической самостоятельности, а направление, намеченное татарским правозащитником Валиахмедом Тимохиным, который сразу обозначил преемственность своей церковной идеи с принятием христианства ханом Кубратом. В этом случае, вопрос о чувашской церковной самостоятельности мог быть поставлен не перед Москвой, а перед Константинополем. Но главным препятствием на пути чувашской автокефалии стало, прежде всего, отсутствие массовой базы в среде верующих. Национальное церковное движение не сумело выйти за узкие рамки национальной интеллигенции, тогда как основная масса православных верующих, как русских, так и чувашей, в начале 1990-х гг. была представлена социальными маргиналами, далекими от подобных запросов.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

 

1. Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России … – С. 954. 2. 3. ГИА ЧР, Ф. 1857, Оп. 1, Д. 1, Л. 2 – 3. 4. 5. Там же, Л. 105. 6. 7. Там же, Оп. 4, Д. 33, Л. 1 – 1 об. 8. 9. Карлинов И. Н. Введенский кафедральный собор в Чебоксарах // Журнал Московской Патриархии. – 1971. - № 1. Интернет-версия - http://www.sobor-vvedenie.ru/sobor/istoriya_hrama/ 10. 11. ГИА ЧР, Ф. 1857, Оп. 4, Д.193, Л. 6. 12. 13. Там же, Л. 8. 14. 15. Валиахмед Хайдарович Тимохин – Татарский (Христианский) Ортодокс – http://www.mtss.ru/forum/viewtopic.php?t=1572&view=previous 16. 17. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Открытое письмо Архиепископу Чебоксарскому и Чувашскому Варнаве. // Вучах. – 1991. – 2 декабря. 18. 19. Абайдаров А. Библи к?ларас йытупа. // Вучах. – 1991. – 18 марта. 20. 21. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Слышать и понимать. // Советская Чувашия. – 1990. – 23 октября; Смагина Л. Сотвори человека в себе <интервью с протоиереем И. Карлиновым>.// Советская Чувашия. – 1993. – 20 февраля. 22. 23. Смагина Л. Сотвори человека в себе <интервью с протоиереем И. Карлиновым>. // Советская Чувашия. – 1993. – 20 февраля. 24. 25. Акт учредительного собрания Чувашской Библейской комиссии.// Журнал Московской Патриархии. – 1991. - № 6. – С. 77. 26. 27. Продолжая дело И.Я. Яковлева. К выходу в свет Библии на чувашском языке. - http://www.eparh-chb.ru/documentation/developments/?id=3 28. 29. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Слышать и понимать. // Советская Чувашия. – 1990. – 23 октября. 30. 31. Там же. 32. 33. Там же. 34. 35. Аполлинарий Павлов, протоиерей. Библия – не художественное произведение. // Советская Чувашия. – 1990. – 27 октября. 36. 37. ГИА ЧР, Ф. 1857, Оп. 4, Д. 153, Л. 43 – 44. 38. 39. Там же, Д. 195, Л. 70. 40. 41. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Открытое письмо Архиепископу Чебоксарскому и Чувашскому Варнаве. // Вучах. – 1991. – 2 декабря. 42. 43. Там же. 44. 45. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Святейшему Патриарху всея Руси Алексию II и членам Священного Синода РПЦ.// Вучах. – 1991. – 2 декабря. 46. 47. Юхма М.Н. Святейшему Патриарху всея Руси Алексию II.// Вучах. – 1991. – 2 декабря. 48. 49. Семенов М. Ч?ваш православи чирк?в? пулатех!... // Вучах. – 1991. – 2 декабря. 50. 51. Смагина Л. Сотвори человека в себе <интервью с протоиереем И. Карлиновым>. // Советская Чувашия. – 1993. – 20 февраля. 52. 53. Львов П. Почему верующие не слышат священника.// Советская Чувашия. – 1993. – 11 марта. 54. 55. К чадам православной церкви и жителям Республики. Обращение управляющего Чебоксарско-Чувашской епархией архиепископа Варнавы и представителей духовенства Республики.// Советская Чувашия. – 1992. – 9 декабря. 56. 57. Федотов М. Зачем пастырям политика. // Советская Чувашия. – 1992. – 16 декабря. 58. 59. Нет ни «Еллина ни Иудея» - перед богом все равны.// Советская Чувашия. – 1995. – 22 августа. 60.

 

 

 

ИЗ ИСТОРИИ ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНОГО ДВИЖЕНИЯ В ЧУВАШИИ

 

ЦЕРКОВНАЯ ОППОЗИЦИЯ В ЧУВАШИИ В КОНЦЕ 1920-Х ГГ.: «СОЮЗ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ»

Борьба с религией и церковью, объявленная официальной идеологией Советского государства, в конце 1920-х гг. вступила в новую фазу. Убедившись в неспособности обновлецев повести за собой основную массу верующих, большевики изменили тактику. В 1927 г., поддавшись давлению властей, заместитель патриаршего местоблюстителя митрополит Нижегородский и Арзамасский Сергий, выпустил знаменитую «Декларацию», в которой отказывался от противостояния с советской властью. Как справедливо отметил М.В. Шкаровский: «Декларация 1927 г.», означавшая уход с позиций аполитичности, перемещения епископов по политическим мотивам и ряд подобных актов создавали новую форму взаимоотношения Патриаршей Церкви с государством. Именно с этого времени начал утверждаться почти тотальный контроль последнего над внутрицерковной жизнью» [1]. Такое положение не могло не вызвать сопротивления со стороны клира и наиболее активных верующих. Ситуация осложнялась начавшейся в конце 1920-х гг. коллективизацией. При этом церковь справедливо рассматривалась властями как важный фактор традиционного крестьянского уклада, который надо было переломить. С другой стороны, противодействие коллективизации, подчас, принимало форму борьбы против курса митрополита Сергия.

Церковное сопротивление в деревне принимало как индивидуальные, так и организованные формы. В Чувашии одним из эпизодов такого противостояния была организация активными священнослужителями-чувашами Мало-Яльчикского района ЧАССР оппозиционного митрополиту Сергию «Союза православной церкви». Идейным вдохновителем «Союза…» стал чрезвычайно популярный среди чувашского населения, долгое время прослуживший в Казанской епархии, находящийся в среднеазиатской ссылке, бывший Уфимский архиепископ Андрей (Ухтомский), который с самого начала отрицательно относился к самой идее передачи церковного управления по завещанию как к неканоничной, и вставший на путь децентрализации церковной власти и организации, неподчиненных временному Синоду митрополита Сергия, общин.

«Союз православной церкви» стал организовываться на рубеже 1926 и 1927 гг. Инициаторами «Союза…» были благочинный Мало-Яльчикского округа, настоятель церкви с. Байгильдино, Сергий Орлов, псаломщик (а затем и священник) церкви с. Новые Шимкусы Александр Григорьев и помощник благочинного, бывший член правления Чувашской автокефальной церкви о. Андрей Хрисанфов [2]. По словам Александра Григорьева: «Причиной организации «Союза…» послужило то, что в то время прокатилась волна обновленчества, среди старого духовенства ориентации староцерковников появилось недоверие друг другу, признание друг друга обновленцем. Я желал сохранить веру среди населения» [3]. Особую роль в организации «Союза…» сыграло письмо архиепископа Андрея к одному из организаторов: «Возлюбленный о Христе брат, <имя адресата закрашено – А.Б. > Вчера я получил твое письмо, а сегодня отвечаю. Приветствую тебя и брата <имя закрашено – А.Б. > и брата <имя закрашено – А.Б. > , благодарю Вас всех за любовь вашу и доверие ко мне грешному.

Возлюбленные мои братья! Правду вы пишете, что тяжелое время мы все переживаем. И поэтому нам очень тяжело, что пастыри и епископы оставили свою паству и живут не по Христову Закону, а по чужим беззаконным приказаниям.

Вы пишете, что собираетесь для святой молитвы в одно место, так и молитесь. Это очень хорошо. Но вы все-таки должны избрать себе священника – пастыря, который хоть раз в месяц или раз в два месяца приезжал бы к вам и служил бы у вас Божию службу.

Главное: изберите человека хорошей жизни и с чистою совестию. Его и слушайтесь, с ним и молитесь. А назначенных священников не принимайте; все они назначены антихристом и служат антихристу. А вы каждого священника испытывайте; и если он благочестивой жизни, то принимайте, а если пьяница и блудник, – гоните его от себя!

Вы спрашиваете, могут или иеромонахи в приходских храмах крестить и венчать. Отвечаю – могут; и в миссионерских приходах всегда иеромонахи даже венчали браки.

Дорогие мои братья! Боюсь ошибиться и сказать вам что-нибудь не на пользу, потому что за тысячи верст трудно рассмотреть что нужно. А вот советую вам съездить в Казань, - хоть одному человеку. Там живет один ссыльный священник и епископ Стефан. Вот посоветуйтесь с ним, что вам делать. Я не знаю их адреса; но вы найдите Марью Васильевну Борисову, - она вам все расскажет. Живет она в Суконной Слободе, Спартанская ул., Малое Поле, дом 87. Она вам укажет, где живут честные священники.

А епископа Стефана упросите, чтобы он был вашим епископом и чтобы он не слушал митрополита Сергия, явного изменника святой Церкви и обновленца. Митрополит Сергий очень обижает епископа Стефана за то, что Стефан хороший человек. В Казани еще найдите отца Ксенофонта и отца Аркадия; у них можно и исповедоваться. Господь да благословит и укрепит вас на путях Божиих; помните, что сказал Господь: «блаженны изгнанные правды ради» и еще: «блаженны алчущие и жаждущие правды». Уговорите хоть одного или двух священников не подчиняться беззаконным епископам» [4].

В марте 1929 г. в с. Байгильдино состоялось благочинническое собрание, на котором присутствовали делегаты 13 приходов. На собрании по предложению благочинного о. Орлова и его помощника его о. Хрисанфова, в президиум был введен псаломщик Шимкусской церкви Александр Григорьев. Григорьев зачитал на собрании Декларацию митрополита Сергия, которая была расценена как обновленческая. Собрание постановило отложиться от епископа Алатырского Митрофана (Гринева) как от «обновленческого» и признать церковное управление активного «андреевца», епископа Старо-Уфимского Аввакума (Боровкова) [5], который еще в октябре 1928 г. обратился к участникам «Союза…» с посланием:

«Господи благослови.

Братиям – Чувашам.

Дорогие братия чуваши. Вы сами знаете, как сейчас раздирают Церковь Божию, исполнилось пророчество, и теперь восстали лжепророки и лжепастыри, которые раздирают и предают достояние Божие. Вы же помните и знайте, что теперь нужно с особенной твердостью беречь святую веру и святыя предания, переданные нам от апостолов и святых отцов, а потому и вы устраивайтесь сами и избирайте себе сами достойного епископа, а не ждите пока к вам пришлют какого-нибудь обновленца, который придет и разрушит у вас всякое церковное дело.

Теперь много стало архипастырей и пастырей ложных, христопродавцев и предателей святой истины, остерегайтесь таковых. Не сообщайтесь с таковыми, твердо стойте за Святое Православие.

Помолитесь и обо мне. Аввакум, епископ Старо-Уфимский.

21 октября с\с 28 г.

г. Симбирск» [6].

Влияние «Союза…» или, как стали называть его участников, «аввакумовцев», стало возрастать, почти во всех селах района имелись их приверженцы. Особенно сильными позиции «аввакумовцев» были в с. Большие Яльчики. 21 мая 1929 г. на заседании «Союза православной церкви» под председательством Александра Григорьева было принято постановление, подписанное и епископом Аввакумом, в котором провозглашалась жесткая позиция относительно обновленчества и вообще церковной дисциплины:

<перевод с чувашского> «Блюстителям храма Божьего, священникам Церкви вменить в обязанность следить и проводить в жизнь нижеследующие правила:

1. Священники должны разъяснять всем прихожанам своей церкви и образумить их, чтобы они каждый год говели, регулярно посещали храм Божий, принимали в себя Тело и Кровь Христову, соединялись с Христом – Богом, жили бы угодной Богу жизнью. Кто этим правилам не подчиняется, их следует отделить от Церкви.

2. Безбожников, живущих безбожной жизнью взять на заметку, немедленно отстранить их от Святых Таинств Церкви.

3. Строго соблюдать 5 – 9 правила Василия Великого. Не давать живущим без венца причащаться и принимать Тело и Кровь Христовы. Точно так же приведения родственниками, живущими без венца (советским браком), детей на причастие. Дети этих родителей могут быть допущены к причастию только их крестным отцом или крестной матерью.

4. Если верующий в течение года не принимает Тело и Кровь Господни, отделяется от Церкви и, если умрет, не допускать похороны его по религиозному обряду – хоронить без причастия, панихиды и отпевания.

5. Вменить в обязанность священникам ежегодно представлять в правление союза, в срок, списки верующих, как посещали церковь и принимали в себя Тело и Кровь Христовы.

6. Если священникам приходится по требам обращаться к обновленцам, то прежде чем обращаться, нужно тщательно обдумать этот шаг.

7. Не допускать выход верующими своих дочерей в обновленческие приходы.

8. Детей, крещенных обновленческими попами не допускать к причастию без благословения епископами и нового миропомазания им. Кроме того, не допускать к причащению детей, до тех пор, пока родители не дадут божественную присягу, что в дальнейшем не будут общаться с обновленческими священниками. Только тогда допускать к причастию, принятию Тела и Крови Христовых. Не допускать венчания неверующих супругов. Не допускать живущим без венца и не посещающим церковь держать ребенка при крещении, быть кумом или кумой.

9. Не допускать исполнение службы и треб священниками в хмельном или выпившем виде, священники должны быть опрятны при исполнении своих обязанностей.

10. Как священники, так и помощники их не должны курить табак.

11. Не допускать венчания разведенных, хотя бы и судом, мужа с другой женщиной, а жену с другим супругом, пока не разрешит союз это дело и не благословит епископ» [7].

Последовательное проведение в жизнь принципов, провозглашенных в послании, не могло не вызвать религиозного противостояния в селах, в которых активно действовали члены «Союза…», тем более, что в деревне церковь еще оставалась важным социальным институтом, в церковных обрядах участвовало большинство населения. Усиление церковно-канонической дисциплины вносило разлад и в жизнь семей, в которых не все могли разделять идеалы «Союза…». «Аввакумовцы» старались всячески поддерживать религиозный энтузиазм. Александр Григорьев, выбранный священником с. Новые Шимкусы, стал вести службу по монастырскому уставу, на литургию, которую он служил ежедневно, собиралось 1500 – 1700 человек. В своих проповедях, как следует из показаний председателя Новошимкусской сельхозартели «Автогигант» С.И. Скворцова, о. Григорьев призывал: «не бойтесь коммунистов, делайте все, что говорит религия, тогда вам будет рай, а, войдя в колхоз, вы согрешили, предали душу дьяволу» [8].

В конце 1931 г. власти решили положить конец деятельности «Союза православной церкви». Наиболее активные деятели: Александр Григорьев, Андрей Хрисанфов, Николай Краснов, иеромонах Гурий (Семен Павлов) были арестованы и осуждены к заключению на 3 года в концентрационный лагерь [9].

В исторической литературе и общественном сознании сложилось устойчивое мнение о том, что противостояние обновленцам и митрополиту Сергию было связано, главным образом с неприятием советской власти, с приверженностью духовенства и верующих монархическим ценностям. Однако архивные источники рисуют несколько иную картину. Так священник Александр Григорьев в своих показаниях на следствии говорил: «Признаю народную власть без безбожников. Под народной властью я понимаю власть, не делящую на классовые различия, т.к. в религии мы все, кулаки и бедняки, равны» [10]. В другом месте Григорьев отмечает: «Советскую власть считаю наказанием Божиим, раз это Божье наказанье, я против власти, поэтому, не возражаю» [11]. «Всякая власть есть от Бога, а поэтому для меня совершенно безразлично, какая бы у нас в России власть не была, советская или монархическая. На раскулачивание я сморю так по христиански: эти люди наказываются за грехи. Коллективизация для крестьян полезна и я считаю это дело положительным явлением» [12]. Сам Григорьев во время Гражданской войны служил в Красной армии, в 252 пехотном Перекопском полку. Священник Андрей Хрисанфов придерживался аналогичных взглядов: «Советскую власть признаю, и считаю что религия советской власти не мешает, против коллективизации не возражаю, это хорошо, когда люди работают вместе, но считаю неправильным, что колхозники работают по праздникам. Раскулачивание, считаю, что к плохим и скупым людям надо применять, а который был хорош и добр, то не надо было раскулачивать» [13].

Что касается отношения членов «Союза…» к церковному руководству митрополита Сергия, то оно так же определялось не столько его лояльностью к советской власти, сколько, как считали «аввакумовцы», узурпацией Сергием церковной власти. Эту позицию четко обозначил о. Григорьев: «В 1928 или 1929 гг. в православной церкви продолжал углубляться, на разные течения, раскол. Появление т.н. декларации митрополита Сергия, в которой он объявлял себя местоблюстителем патриаршего престола и от его имени действовал, а на самом деле он являлся и является незаконным захватчиком церковной власти. На собрании <я> говорил, что митрополит Сергий сделался обновленцем, захватил самовольно церковную власть и выдает себя за местоблюстителя патриаршего престола, поэтому нам необходимо от него отделиться» [14].

Таким образом, конфликт активного чувашского духовенства с советской властью был вызван не столько желанием вернуть старый режим, сколько репрессивной, по отношению к религии, политикой коммунистов и насильственной коллективизацией. Представление о безусловно монархической политической ориентации церковной оппозиции должно быть подвергнуто некоторой корректировке.

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. Шкаровский М. В. Церковное сопротивление в СССР. // «Православие при социализме. Государственно-церковные отношения в СССР в 1939—1964 гг». Цитата по Интернет-версии: http://hristov.narod.ru/shkar.htm 2. 3. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3098, Л. 152. 4. 5. Там же. 6. 7. Там же, Л. 142 – 145 об. 8. 9. Там же. 10. 11. Там же, Л. 147 – 147 об. 12. 13. Там же, Л. 117 – 119. 14. 15. Там же, Л. 14 – 14об. 16. 17. Там же, Л. 302. 18. 19. Там же, Л. 151 об. 20. 21. Там же, Л.153 об. 22. 23. Там же, Л. 160. 24. 25. Там же, Л. 171 об. 26. 27. Там же, Л. 157. 28.

 

 

ЕПИСКОП ГУРИЙ (ПАВЛОВ): ШТРИХИ К БИОГРАФИИ КАТАКОМБНОГО СВЯТИТЕЛЯ

Личность епископа Гурия (Павлова) несомненно, является одной из ключевых в истории российского альтернативного Православия. Его деятельность началась в конце 1920-х гг. и завершилась на исходе XX столетия, поэтому фигура епископа Гурия для многих была живым воплощением преемственности катакомбного движения, символизировала связь церковной оппозиции 1920-х гг. и истинно-православного движения конца XX – нач. XXI вв.

Библиография работ о катакомбном подвижнике представлена краткой биографией в известных очерках «Кто есть кто в российских катакомбах» [1], восходящей к сведениям А. Смирнова, именующего себя архиепископом Амвросием Сиверсом, и подробным очерком «Последний благодатный российский епископ», опубликованном на сайте О. Моленко [2]. Оба очерка, судя по всему, были написаны на основании личных бесед со святителем. Источником настоящей работы послужили архивные документы.

Будущий епископ Гурий (в миру Семен Павлович Павлов) родился в 1906 г. в д. Средние Кибечи Цивильского уезда Казанской губернии. До 1921 г. Семен Павлов жил с родителями, в деревне, занимаясь пастушеством. В 1921 г. Семен ушел из дома и отправился в Александро-Невский монастырь, в с. Малый Сундырь, в 40 км. от г. Чебоксар. Через год, после того как монастырь был закрыт властями, он перешел в Макарьевский монастырь, под Свияжском. После того как и этот монастырь был закрыт Семен Павлов начинает странствовать по монастырям переходя из одного в другой, по мере того, как монастыри закрывались. Так он побывал в Раифском монастыре и Седмиезерной пустыни, под Казанью, в Одигитрицком монастыре в Бакалинском районе Башкирии, в Алатырском Троицком монастыре [3].

В 1927 г. вышла знаменитая «Декларация» заместителя местоблюстителя российского патриаршего престола, митрополита Нижегородского Сергия. «Декларация» провозглашала курс на лояльность советской власти. Многим епископам масштаб этой лояльности, совершенно справедливо, казался чрезмерным. Кроме того, будучи всего лишь заместителем местоблюстителя митрополит Сергий явно превысил свои полномочия, выпуская этот документ от имени всей Русской Церкви, вызывала законное возмущение так же практика перемещения и отстранения епископов по принципу поддержки или не поддержки «Декларации». Особенно последовательным критиком курса митрополита Сергия был архиепископ Уфимский Андрей (князь Ухтомский), который вообще отказался признать законной практику назначения по завещанию патриарших местоблюстителей. Архиепископ Андрей пользовался большой популярностью в Поволжье, где долгое время был викарием Казанской епархии и много сделал для христианского просвещения нерусских народностей. Архиепископу Андрею удалось воспитать плеяду учеников, которые заняли епископские кафедры в епархиях Поволжья и Приуралья, после того как архиепископ Андрей был отправлен в ссылку за противодействие курсу митрополита Сергия.

В 1928 г. чувашские противники «Декларации», для организованного сопротивления курсу митрополита Сергия, объединились в «Союз православной церкви». Духовным лидером «Союза» стал архиепископ Андрей, который направил в Чувашию письмо, с призывом стойко противодействовать «Декларации» и не принимать сергианских епископов. Непосредственным руководителем «Союза» стал епископ Старо-Уфимский Аввакум (Боровков).

В 1930 г. в Уфе Семен Павлов, выбранный кандидатом в клир от «Союза Православной Церкви», сдал экзамен на священническую должность. Уфимский епископ Вениамин (Троицкий) совершил над ним постриг в монашество с именем Гурий и рукоположил его в сан иеродиакона. Через несколько месяцев иеродиакон Гурий был рукоположен в сан иеромонаха.

В тогдашних условиях очень важным для церковной оппозиции было расставить на приходы стойких противников «Декларации». Поэтому епископ Вениамин, по просьбе самого иеромонаха Гурия, направил его в Алатырь, в распоряжение епископа Алатырского, викария Симбирской (Ульяновской) епархии Митрофана (Гринева), временно управляющего Чувашской епархией. Отправляя Гурия в Чувашию, епископ Вениамин снабдил его письмом к православным в Чувашии: «Милость и благословение Спасителя нашего да будет со всеми вами.

Господу угодно стало, чтобы избранный Вами брат Симеон Павлов, а ныне честный отец иеромонах Гурий, сделался пастырем вашим и помогал Вам во всех духовный нуждах ваших.

Берегите его и сами помогайте ему, ибо он еще молод, хотя и наградил его Господь чистою душою и добрым сердцем.

Благодарим вас за любовь и доверие к нашему Архипастырю Владыке Андрею и ко всем нам – его ученикам. Владыка Андрей любил всегда чувашский народ и старался послужить ему, и мы так же любим вас и готовы помогать вам во всех нуждах ваших. Поэтому обращайтесь к нам со всем тем, что будет вам необходимо и нужно и мы готовы с радостию послужить вам. Да сохранит всех вас Господь молитвами Пр. Богородицы и святителя Гурия и Германа Казанских чуд. Просим вас помолиться о нас.

Смиренный Епископ Вениамин со всею Уфимскою Церковью» [4].

Алатырский епископ Митрофан назначил иеромонаха Гурия настоятелем церкви с. Шутнерово. По дороге в Чувашию, о. Гурия обокрали, и, главное, похитили священническое удостоверение. Т.к. у Гурия не было средств вернуться в Уфу, он решил заехать в Ульяновск, где находился в ссылке епископ Аввакум. «Выслушав меня, Аввакум благословил и напутствовал, чтобы я крепко стоял в православии, защищал православную веру и с обновленцами никаких дел не имел», – вспоминал о. Гурий [5].

В 1931 г. власти решили положить конец деятельности «Союза Православной Церкви», несколько активных священников, и о. Гурий в том числе, были арестованы и заключены в концентрационный лагерь на 3 года.

6 мая 1933 г. иеромонах Гурий (Павлов) совершил побег из Свирлага. Впечатляет география странствий о. Гурия в условиях нелегального положения: «Около года, т.е. по 1934 год я бродил по Ленинградской области. Надо сказать, что в 1932 г., когда я сидел в Чебоксарах, в городской тюрьме, кто-то из родственников, кто именно я не видал, принес мне передачу. Передача была с двойным дном. Под вторым дном оказался крест, маленькая иконка, свидетельство о рождении и справка с места рождения. В чемодане, но открыто, были кроме того, епитрахиль и молитвослов. В Ленинградской области я назывался священником. Переходя из одной деревни в другую, я устанавливал верующих и шел к ним за подаянием или на ночлег. Таким же образом, около полутора лет я ходил по Московской области. В 1935 или в 1936 году я приезжал в Чувашскую АССР. Был дома, в Средних Кибечах. … Узнав, что меня разыскивают я уехал в Башкирию. До этого, т.е. до посещения Средних Кибеч, я был еще в Горьковской области, где так же ходил по верующим. В Уфе я узнал, что епископ Вениамин находится в заключении. Из Башкирии я перебрался в Татарскую АССР. … Из Казани я направился в Марийскую АССР. Был еще раз и в Ленинградской области, и в Московской и в Горьковской областях. Заезжал в Чувашскую АССР в 1938, 1945, 1949, и в 1951 годах. В 1949 г. был в Киеве. … Во время войны я так же скрывался, как скрывался до и после войны. Известие о войне, насколько я помню застало меня в Горьковской области. В январе месяце 1942 года из Горьковской области я перебрался в Башкирскую АССР. Весной или летом 1943 года я перебрался в Татарию, летом 1944 года – в Марийскую АССР, а вскоре после войны вернулся домой в деревню Средние Кибечи, но вынужден был снова скрываться, т.к. меня разыскивали как беглеца» [6]. «В 1935 г., находясь в д. Средние Кибечи у монашки Максимовой Анисьи я сшил себе вместо изношенной новую епитрахиль, поручи, несколько церковных платков. У ней же взял несколько церковных книг: требник, сборник песнопений и канонник. Книгу об исповеди, чашу в виде рюмочки, ложку для причастия я купил в Казани, крест для богослужения сделал сам» [7]. «В последний раз в Башкирии я был в 1943 или 1944 годах. Находясь еще в заключении, через осужденного иеромонаха Агафобуса … я узнал, что во главе Уфимской епархии стоял епископ Руфим, которого я немного знал. Знал я еще монаха Симеона, который участвовал при моем рукоположении в качестве крестного отца. Приехав в Уфу в 1934 или 1935 году, я действительно искал и Руфима и Симеона. Руфим был к тому времени арестован, а Симеон умер. Таким образом в Уфе, в Бирске и вообще на территории Башкирии никого из своих знакомых я не нашел» [8]. «В Киево-Печерской лавре <в 1949 г. – А.Б.> я встретился с казначеем лавры, одним иеромонахом, у которого спросил о возможности поступить в лавру. Он мне ответил, что для этого нужно иметь паспорт. С таким же вопросом я обратился к одному схимнику лавры. Он сказал то же самое. С этим схимником я говорил так же относительно легально действующей церкви, высказал свои сомнения и сомнения некоторых верующих, не признающих легально действующей церкви. Он, схимник, на это ответил, что легально действующую церковь надо признавать. Ввиду того, что на территории лавры следят за подозрительными лицами, следят за иностранцами, которых там очень много, я на четвертый день выехал оттуда.

В Сергиевско-Троицкой лавре я был двое суток, никаких встреч там не было. Я помолился и выехал, т.к. там проверяют документы, документов у меня нет, кроме фальшивой справки» [9].

В 1946 г. о. Гурий был арестован, но благодаря поддельной справке об освобождении он был освобожден по амнистии. Безуспешно попытавшись получить настоящее удостоверение личности, он вновь перешел на нелегальное положение, т.к. опасался, что власти дознаются о том, что он беглый лагерник. В 1949 г. Гурий был вновь арестован в с. Шихазанах и предан суду за побег из лагеря. Суд приговорил его к 3 годам заключения, но тут же освободил по амнистии. Узнав, что прокуратура решила опротестовать приговор суда о. Гурий посчитал за лучшее скрыться [10].

23 декабря 1951 года последовал новый арест о. Гурия в доме истинно-православной христианки Татьяны Игнатьевой, в г. Цивильске: во время обыска он был обнаружен под кроватью [11]. О. Гурию инкриминировалась связь с «церковно-монархическим подпольем «ИПЦ» – «истинно-православных христиан единой святой апостольской церкви», «насаждение» на территории ЧАССР групп ИПЦ и руководство их антисоветской деятельностью [12].

Во время следствия, на допросах о. Гурий держался стойко, даже дерзко. В следственном деле имеется несколько отметок о том, что «обвиняемый Павлов от подписи демонстративно отказался» [13], «арестованный Павлов перестал отвечать не объясняя причин» [14].

Не боялся о. Гурий и резких выпадов в сторону советской власти: «Я не признаю советской власти, и всех ее безбожных организаций, в том числе и колхозов, где заставляют людей работать в религиозные праздники и тем самым заставляют отказываться от Бога. Я не признаю легально действующей церкви, где славят безбожную власть» [15]. «По нашему учению, по убеждению истинно-православных христиан законной властью на земле являлась власть царя – помазанника Божьего, защитника истинного православия. Советская власть же, по нашему убеждению, есть наказание Божье, ниспосланное на людей. Всякие организации, созданные советской властью, есть безбожные организации. Меня спрашивали об отношении к профсоюзам. Я говорил, что на первой странице профбилета есть надпись: «Профсоюзы – школа коммунизма». Коммунизм – это безбожие, поэтому истинно-православный христианин должен избегать вступления в безбожные профсоюзы. Меня спрашивали относительно участия в выборах в Советы. Я наставлял, что лучше не участвовать в выборах, но если истинно-православному христианину приходится поневоле участвовать в выборах, то он должен зачеркнуть бюллетень» [16].

В статье «Последний благодатный российский епископ» говорится о встречах о. Гурия с епископом Нектарием (Трезвинским), одним из лидеров катакомбного движения в Волго-Вятском крае: «В 1929-1930 гг. о. Гурий часто бывал в Казани у … епископа Нектария (Трезвинского), которые не имели общения с м. Сергием и не приняли его предательскую Декларацию. (…) Отец Гурий несколько раз служил с Епископом Нектарием и исповедывался у него. Однажды после исповеди Епископ Нектарий вдруг положил земной поклон о. Гурию, на что тот возразил, что это ему надлежит сделать поклон Епископу. Но Владыка Нектарий ответил: «Так должно быть». В эту ночь Епископ Нектарий отправил о. Гурия ночевать к о. Аркадию. Вот, что рассказывал о. Гурий: «Была полночь. В спальной комнате, где я спал, я услышал стук. Говорю: «Отец Аркадий, вставай-ка, там стучат». Он отвечает: «Отец Гурий, будь недвижим и не тревожься». Он встал, спрятал письма, потом открыл дверь чекистам. Зашли 5-6 человек и начали обыскивать, обыскивать… Я лежу на лежанке за печкой и постоянно читаю «Живый в помощи вышнего…» От страха, испуга забываю, начинаю опять. Они все обыскивают. Я лежал на кровати и так оставался лежать, а они входили… Я читал перед этим вечернее правило и у меня остался на столике каноник, а в канонике были архиерейские документы (о рукоположении). И они не увидели каноника. Если бы увидели… Но ни каноника не видели, ни меня. Я остался невидимкой. Вот это чудо. Отец Аркадий писал Владыке Андрею об этом…» Возможно, это был последний обыск в доме у о. Аркадий 30 августа 1930 г. На следующий день он был арестован, как и Епископ Нектарий и многие из их катакомбной паствы. Все они получили по три года концлагерей, Епископ Нектарий – 10 лет» [17]. Однако на следствии о. Гурий знакомство с Нектарием всячески отрицал: «о Нектарии Трезвинском, …, я ничего не знаю, с ним никогда не встречался. Я из разговоров со священниками знаю, что Нектарий в Казани отбывал ссылку [18]. Однако, возможно это отрицание было связано с тактикой защиты о. Гурия, т.к. связь с еп. Нектарием рассматривалась как доказательство принадлежности к контрреволюционной организации.

На следствии о. Гурий старался не раскрывать сведения об известных ему истинно-православных христианах (насколько это было возможным в его положении), особенно тех, кто проживал нелегально. Только после серии очных ставок, когда стало ясно насколько обширна информированность органов МГБ, о. Гурий позволил себе быть откровеннее. Тем не менее, в своих показаниях он, в основном называет тех людей, которые или уже находились в заключении, или место пребывания которых наизвестно, или о которых было уже и без того известно органам [19].

11 апреля 1952 г. судебная коллегия по уголовным делам Чувашской АССР приговорила Павлова Семена Павловича «на основании ст.ст. 58.10, ч. 2 и 58.11 УК РСФСР с применением Указа Верховного Совета СССР от 26 мая 1947 г. «Об отмене смертной казни» подвергнуть заключению в исправительно-трудовом лагере сроком на 25 лет с поражением в избирательных правах после отбытия наказания на пять лет с конфискацией изъятых вещей при аресте Павлова в доход государства». Вместе с о. Гурием были осуждены на 10 лет его сподвижницы Татьяна и Мария Игнатьевы [20] и Матрена Рыбкина [21]. В 1955 г. приговор был изменен: о. Гурию снизили срок заключения до 10 лет, а его сподвижницы были освобождены из лагерей [22]. 18 июня 1956 г. освободился и о. Гурий [23].

После освобождения о. Гурий вернулся в родные края и продолжил служение катакомбного пастыря. Странствуя по Чувашии, он под видом плотника или печника (он в совершенстве знал эти ремесла) он окормлял своих духовных чад. В 1962 г. о. Гурию удалось, наконец, приобрести собственный домик на станции Тюрлема. Этот дом о. Гурий полностью отремонтировал и в нем устроил церковь. Там был и алтарь, и настоящая алтарная преграда, и все необходимое для службы [24].

Сведения о последних годах жизни о. Гурия подробно и красочно изложены в очерке «Последний благодатный российский епископ», которым я и воспользуюсь:

«Как и прежде о. Гурий продолжал и для себя, и для своей паствы неустанно искать истинно-православного епископа. Он начал искать сразу после своего выхода из концлагеря. Он знал, хотя и не имел точных сведений, что Епископы Андрей, Вениамин, Аввакум, Кирилл, которых он прежде поминал на службах, были замучены безбожной властью. Поэтому на Литургии, как это и позволяется Церковью во время гонений, о. Гурий поминал «православные патриархи, митрополиты, архиепископы и епископы». При этом он не терял надежды найти истинных епископов. (…) Те, так называемые катакомбные епископы, с которыми о. Гурию довелось встречаться в 1970-х гг. – Антоний Галынский и Геннадий Секач – были весьма сомнительны, и о. Гурий, все внимательно исследовав, не присоединился к ним. (…)

С какого-то времени отец Гурий стал поминать на богослужениях первоиерарха Русской Зарубежной Церкви митрополита Анастасия. Только в 1981 г., будучи в Киеве, о. Гурий узнал, что с 1964 г. Русскую. Зарубежную Церковь возглавляет митрополит Филарет, (Анастасий почил в 1965 г.) и стал поминать его как первоиерарха. Как и многие катакомбники, о. Гурий надеялся, что Русская Зарубежная Церковь, сохранившая в изгнании неповрежденное Православное учение и традиции Церкви, со временем поможет возродить Истинное Православие на родине.

В 1988 г. о. Гурий узнал о кончине М. Филарета и стал поминать митрополита Виталия. Как раз в это время началась так называемая «перестройка». Открылись связи с внешним миром, и некоторые из прихожан о. Гурия в Казани установили связи с Русской Зарубежной Церковью и в частности с о. Виктором Потаповым. В 1988 г. тот познакомился с о. Гурием и сообщил о нем митрополиту Виталию и Синоду. В 1989 г. митрополит Виталий прислал о. Гурию приглашение.

Началась процедура получения заграничного паспорта. (…) До этого он никогда не имел никакого паспорта и никаких советских документов. Единственной бумагой у него была справка, выданная в лагере по окончании срока заключения в 1956 г. Не получая советских паспортов, о. Гурий, как и многие из его паствы (которых так и называли «беспаспортники»), подчеркивали свое принципиальное неприятие безбожного советского государства. (…) Однако сам о. Гурий отличался большой рассудительностью в этом вопросе, не осуждая христиан имевших паспорт, и не принуждая от паспорта отказываться. Не всем был под силу такой исповеднический подвиг…

Когда встала необходимость взять паспорт для поездки в Синод Зарубежной Церкви, о. Гурий его взял. Он понимал, что это необходимо для блага Церкви и для его паствы, в первую очередь. При этом он отказался поставить подпись где бы то ни было при получении. Из-за этого ему не хотели давать паспорт, но он оставался непреклонен. Подпись ставить категорически отказывался. Наконец, сопровождавшая о. Гурия прихожанка упросила местные власти выдать «дедушке» паспорт без его подписи. (…)

И вот он полетел в США. Один! 84-х летний старец, изнуренный своими болезнями… Его встретили в Синоде РПЦЗ. На праздник Вознесения он был возведен в сан архимандрита. Митрополит Виталий был очень к нему внимателен, собирался рукополагать его в епископский сан. Потом о. Гурий поехал на неделю-другую в Джорданвилль, и когда вернулся, то Виталий сказал ему поскорее возвращаться домой. … Во всем этом была очевидна интрига епископа Лазаря (Журбенко).

Еще ранее на соборе в Канаде о. Гурия просили признать епископа Лазаря в качестве его священноначалия. На это о. Гурий сказал, что он не может ручаться, что его паства примет Лазаря. Сам о. Гурий был весьма смущен тем, что Синод Русской Зарубежной Церкви принял Лазаря и поставил его фактически во главе Катакомбной Церкви в России. Отец Гурий, как и многие катакомбные христиане знали, что Лазарь был в катакомбной Церкви, потом ушел в Московскую патриархию [25], был там рукоположен в священнический сан и после этого вновь вернулся в катакомбы. Очевидно, что после этого ему мало кто доверял. Тем более, после того, как Лазарь объявил себя епископом, несмотря на то, что он ссылался на признание Синода Зарубежной Церкви.

В августе 1990 г. Синод РПЦЗ опубликовал официальное подтверждение епископской хиротонии Лазаря, которая была совершена тайно в 1982 г., когда принятый в Русскую Зарубежную Церковь Лазарь был тайно рукоположен в архиерейский сан Епископом Варнавой Каннским. 1(14) августа 1990 г. Архиерейский Синод официально признал это рукоположение и объявил об этом в «Заявлении Архиерейского Синода РПЦЗ». Во время пребывания о. Гурия в Америке, Лазарь написал М. Виталию, чтобы тот не рукополагал о. Гурия. Он опасался, что авторитет Владыки Гурия, которого рукоположит М. Виталий с архиереями в Синоде будет выше, чем у него (Лазаря), и все катакомбники признают своим главой не его, а Владыку Гурия. Лазарь хотел сам непосредственно участвовать в хиротонии о. Гурия.

Вот поэтому митрополит Виталий столь спешно и отправил о. Гурия в Россию… . (…)

При изучении разных материалов Зарубежной Церкви последнего времени, ставших в то время доступными, о. Гурий и его паства еще более убеждались к великому своему огорчению, что митрополит Виталий и его Синод изменили прежний церковный курс и всеми силами стремятся к сближению с Московской патриархией, которую даже называют «Матерью-церковью».

Ни о каком соборе Катакомбной Церкви, который могли бы возглавить архиереи Зарубежной и на котором можно было обсудить многие проблемы соборно, в том числе решить вопрос с сомнительными катакомбными «ветвями» и восстановить правильную иерархию, не могло быть уже и речи. Было очевидно, что Синод глух ко всем призывам и просьбам Истинно-православной катакомбной Церкви и упорствует на своем отступническом пути».

Тогда вновь о. Гурий был вынужден искать истинных епископов.

Как раз в это время, он узнает о существовании Истинно-Православной Церкви Греции. В сентябре 1990 г. представитель одного из Синодов ИПЦ (так. наз. Хризостомовского) узнал об о. Гурии и встретился с ним в Москве. (…)

Оказывается в Греции, как и в России в 1920-х гг. произошло разделение: от Церкви отделились отступники, перешедшие на новый стиль и те самым начавшие разрушение церковных традиций. Исповедники, сохранившие традиционный церковный календарь (их стали называть старостильниками), подверглись гонениям со стороны властей и отступников-новостильников. В 1960-х гг. старостильники, оставшиеся без иерархии, обратились в Русскую Зарубежную Церковь с просьбой рукоположить им епископов из числа их архимандритов. Это и было сделано архиереями Зарубежной Церкви. В 1969 г. Синод РПЦЗ, возглавляемый митрополитом Филаретом, официально признал эти рукоположения и назвал иерархию старостильной Истинно-Православной Церкви Греции братской во Христе иерархией.

И вот теперь истинно-православные христиане из Катакомбной Церкви в России должны были просить иерархов ИПЦ Греции восстановить иерархию в России. Отец Гурий благословил отправить прошение в Синод ИПЦ Греции, возглавляемый владыкой Хризостомом (Киусисом) через представителя этого Синода, англичанина В. Мосса, с которым он тогда познакомился. В тот момент все присутствовавшие были взволнованы и воодушевлены. Казалось, что мы свидетели исторического события – вновь как 1000 лет назад, русский народ в поисках Истины обращается к своим старшим братьям, дабы приобрести полноту Истинного Православия.

Однако все не так легко и просто далось. Вскоре открылось, что ситуация в старостильной Церкви Греции не так ясна и понятна, как это было представлено нам на первой встрече. Оказалось, что помимо Синода Хризостома существуют еще три старостильных Синода, которые не состоят в общении друг с другом. Трудная проблема встала пред о. Гурием. И вновь он должен был принимать решение.

По поводу одного Синода (так наз. «Киприановского») у о. Гурия не было никаких вопросов, когда стало известно, что этот Синод в общении с новостильниками. Но вот три других?!.. Хризостомовский, Матфеевский и Авксентьевский. Казалось, они все тверды в исповедании веры и защите традиций Церкви. Не имеют общения с новостильниками, осуждают экуменизм… Но почему они не в общении друг с другом и не признают друг друга?

По Божьему Промыслу о. Гурий и его паства узнали о том, что <в Бостонский – А.Б.> Синод перешли несколько лет назад из Русской Зарубежной Церкви Бостонские монастыри и около 30 клириков с приходами. (…) Бостонские священнослужители подробно рассказали свою историю, как им приходилось в 1986-1987 гг. уходить из Русской Зарубежной Церкви после того, как они убедились в бесплодности своих попыток образумить архиереев Синода.

28 июля 1991 г. в русском Свято-Воскресенском храме г. Вустера о. Гурий был рукоположен в архиерейский сан. Хиротонию совершили по благословению Архиепископа Авксентия, три архиерея его Синода: Максим Кефалонийский, Ефрем Бостонский и Макарий Торонтский) [26].

Епископ Казанский Гурий вернулся в Россию к своей пастве 14 сентября 1991 года. 7 января 1996 г., в праздник Рождества Христова владыка Гурий скончался.

ПРИМЕЧАНИЯ

 

 

Я не являюсь сколько-нибудь духовным человеком, тем более склонным к мистическим озарениям, чудесам и т.п. вещам. Более того, я сугубый рационалист и страстный поклонник диалектики. И все же об одном случае имеет смысл рассказать.

Этот случай связан с именем катакомбного епископа Гурия (Павлова). В 2006 г. меня уговорили подать заявку на участие в научной конференции «Русская Православная Церковь в мировой и отечественной истории». Я в то время был занят диссертацией о хлыстах и особого желание поучаствовать в этом мероприятии не испытывал. Однако у меня имелся неопубликованный архивный материал о церковной оппозиции в Чувашии в конце 1920-х гг., из которого я и решил слепить статью. В этих материалах фигурировал и иеромонах Гурий (Павлов). Статья эта как-то сразу не пошла, не было вдохновения. И по мере того, как приближался день конференции я склонялся к тому, чтобы вообще не писать эту статью. На том и решил. Примерно недели за две до конференции, когда о статье я уже и думать забыл (я считал что и организаторы конференции обо мне тоже забыли), и занимался совсем другими вещами, мне, под утро, приснился сон. Вообще сны я вижу редко, т.к. ложусь спать очень поздно, а с утра надо на работу. И вот снится мне сон и вижу я во сне епископа Гурия, в простом подряснике поверх которого одет был серый пиджак. Самого епископа я никогда в жизни (к сожалению) не видел, видел только его фотокарточки. Я не помню всего содержания сна, только помню, что владыка Гурий попросил все же написать статью о его жизни. Не успел я досмотреть сон, как раздался телефонный звонок, звонили из Нижнего и просили поторопиться со статьей. Оказывается, организаторы конференции помнили обо мне и ждали мою работу. Пришлось срочно садиться за клавиатуру, и в тот же день мой опус был закончен. После этого я еще раз видел епископа Гурия во сне, только не помню, о чем говорили.

Так что прошу рассматривать вышележащий текст как выполнение просьбы этого несомненно святого человека.

1. Кто есть кто в Российских катакомбах – http://www.katakomb.ru/2/canon.html 2. 3. Последний благодатный епископ – http://www.omolenko.com/zhitiya/guriy.htm#Nav. Когда данная работа была уже написана, отдельной книгой вышло подробное жизнеописание епископа Гурия: «Тайной Церкви ревнитель». Епископ Гурий Казанский и его сомолитвенники. Документы и материалы./ сост. Л.Е. Сикорская. – М.: Братонеж, 2008. – 336 с. 4. 5. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3116, Л. 28. 6. 7. Там же, Д. 3098, Л. 148 – 148 об. 8. 9. Там же, Д. 3116, Л. 32 – 32 об. 10. 11. Там же, Л. 28 об. – 30. 12. 13. Там же Л. 30. 14. 15. Там же, Л. 55 – 55 об. 16. 17. Там же, Л. 56 об. – 57. 18. 19. Там же, Л. 25 – 26. 20. 21. Там же, Л. 18. 22. 23. Там же, Л. 34. 24. 25. Там же, Л. 89. 26. 27. Там же, Л. 33. 28. 29. Там же, Л. 62. 30. 31. Там же, Л. 66 – 66 об. 32. 33. Последний благодатный епископ 34. 35. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3116, Л. 42. 36. 37. Там же, Л. 104 – 108. 38. 39. В доме Татьяны Игнатьевой о. Гурий укрывался от властей, Мария Игнатьева – ее сестра, Матрена Рыбкина – истинно-православная христианка из Чебоксар. 40. 41. Там же, Д. 3117, Л. 267. 42. 43. Там же, Л. 299. 44. 45. Там же, Л. 305. 46. 47. Последний благодатный епископ 48. 49. Лазарь (Журбенко) был рукоположен архиепископом Иркутским Вениамином (Новицким), будущим архиепископом Чебоксарским и Чувашским. 50. 51. Последний благодатный епископ 52.

ПРИЛОЖЕНИЯ

 

ДОКЛАД ОБНОВЛЕНЧЕСКОГО ЕПИСКОПА ДАНИИЛА (ФИЛИМОНОВА) «ПАТРИАРХ ИЛИ СИНОД»

 

Публикуемый доклад епископа Даниила был прочитан при следующих обстоятельствах. В конце июня 1929 г. епископ обратился в отдел НКВД с просьбой разрешить ему чтение доклада:

 

‡ В народный комиссариат

Епископ Чебоксарский Внутренних дел

Викарий Чувашобласти. А.Ч.С.С.Р.

29 июня 1926 г.

№ 55

г. Чебоксары

 

Представляя при сем доклад мой в рукописи под названием «Патриарх или Синод», прошу Наркомвнутдел 11 числа июля сего 1926 года, воскресение в 2 часа по полудни, в здании Успенской церкви разрешить мне прочитать сей доклад для верующих, и накануне 11 июля на папертях вывесить извещение о чтении доклада, при сем прилагается гербовых марок на два руб.

 

Епископ Чебоксарский

Даниил [1].

 

На прошение последовал ответ:

 

8 июля 1926 г. НКВД ЧАССР Секретно

№ 2196 с.

 

Возвращая при сем доклад епископа Даниила – сообщается, что к прочтению им означенного доклада 11 июля с/г в Успенской церкви г. Чебоксар – Отдел ОГПУ препятствий не встречает при условии если будут выкинуты из тезисов некоторые фразы, подчеркнутые красными чернилами /согласно прилагаемой при сем выписки/.

Нач. чувашотдела (подпись)

Уполномоченный по I отделению (подпись) [2].

 

Епископ был вынужден дать подписку о выполнении условий, изложенных в разрешении ОГПУ:

 

Подписка.

1926 года Июля 10 дня. Я нижеподписавшийся епископ Даниил даю настоящую подписку Наркомвнутделу ЧАССР в том, что при чтении доклада «Патриарх или Синод» зачеркнутое в докладе и подчеркнутое красными чернилами не оглашать.

Епископ Даниил [3].

 

Ввиду неразработанности архивных, особенно региональных, документов по истории таких церковных движений как обновленчество, григориане, различные группы ИПЦ, т.е. тех церковных направлений, которые, из-за причудливой конфессиональной политики советской и нынешней российской власти оказались не включенными в магистральный исторический дискурс, публикация доклада епископа Даниила представляется актуальной. Доклад отражает видение внутрицерковных проблем с обновленческой позиции. На мой взгляд, представляется интересной апелляция Даниила к нормам канонического права, которые многими вождями обновленчества отвергались. Характерно, что Д. Филимонов отвергает введение в Чувашской епархии женатого духовенства, что является для обновленческой среды консерватизмом. Филимонов упоминает опыт только что получивших независимость прибалтийских стран, демонстрируя знакомство с технологией получения церковной самостоятельности, отсутствие представления о которой стало непреодолимым препятствием для некоторых представителей чувашского клира и интеллигенции, которые в начале 1990-х гг. стали поднимать вопрос об автокефалии чувашской епархии. Наконец, в докладе епископа приводятся личностные характеристики некоторых деятелей (епп. Герман Кокель, Мануил Лемешевский, свящ. Б. Зороастров), сыгравших определенную роль в истории Чувашской епархии. В заключение нельзя не сказать, что направление, выбранное обновленческим духовенством для Чувашии оказалось исторически оправданным: в 1946 г. была учреждена Чувашская епархия РПЦ МП.

Доклад написан на пишущей машинке. При публикации доклада я нашел необходимым сохранить все особенности орфографии и пунктуации оригинала, т.к. они отражают своеобразие письменной речи человека, привыкшего к старому, дореволюционному, правописанию, и, иногда сбивается с современных окончаний –ого на старые –аго, с современного местоимения ее, на старое -ея. Такое смешение стилей, на мой взгляд, позволяет почувствовать, в определенной мере, колорит эпохи. Явные ошибки и опечатки были мной исправлены.

 

 

ПАТРИАРХ ИЛИ СИНОД

 

Помянух дни древния, поучихся

во всех делех твоих. /Псал.142,

стих 5/.

С тех пор, как в России высшая церковная власть раскололась на два течения: патриаршее и синодальное, мы не имеем возможности спокойно работать на ниве Христовой в родной нам чувашской стране.

Мы видим, что между двумя церковными течениями существует глубокая вражда. Все попытки помирить их и объединить в одно русло кончаются неудачею. Удивительнее всего то, что враждуют и клевещут друг на друга не только простые миряне, но и образованные, даже высшие представители церковной иерархии. От этого церковь наша сильно страдает и делается посмешищем врагов церкви.

Оставаться далее в таком положении нам невозможно. На утверждение православия среди родного нам чувашского народа за последнее 50 лет положено было не мало трудов, но теперь благодаря раздорам и разногласиям в русской церкви, это дело совсем приостановилось. Чтобы спасти православие среди чуваш, мы должны найти какой-нибудь положительный исход. Чем скорее, тем лучше.

Архипастыри, пастыри и истинныя чады юной чувашской церкви болеют сердцем, изнывают духом, молятся и ждут помощи залечить раны раздора, разделения, братской ненависти и клеветы, - каковыя раны вот уже 3-й год причиняют нам жестокия сердечныя боли и страдания.

В русской церкви перед нами стоят две враждующия между собой церковные власти: патриаршая и синодальная. Каждая из них считает себя правильною и каноничною, а противоположную сторону неправильною и не каноничною. Нам необходимо самим вникнуть в это дело и ясно понять, которая из их, в самом деле идет правильным /л. 116/ путем. А для того, чтобы хорошенько понять это, мы должны внимательно всмотреться в прошлую жизнь христианской церкви и извлечь из нея те сведения, которыя помогут нам понять теперешнее состояние церковной жизни в России и пророк Давид говорит: «Помянух дни древния, поучихся во всех делех твоих /Псал.142, стих 5/.

Когда мы, на основании исторических данных, ясно поймем причины церковных раздоров и недоразумений, тогда нам легче будет решение вопроса: кому подчиняться должна чувашская епархия – патриарху или Синоду?

Историческая справка подскажет нам, которая из этих двух форм церковного управления более соответствует религиозным запросам верующего православного чувашского народа в данное время. Не зная прошлой /исторической/ жизни христианской церкви, невозможно правильно осмыслить и понять те уродливыя и бессмысленныя явления /раздоры, споры, смуты/ из ея жизни, какие происходят в настоящее время в русской церкви.

 

I.

Сошествие

св. духа на

апостолов

 

Церковь христову основал на земле сам Господь наш Иисус Христос для достижения нравственного совершенствования и спасения души. Первоначально церковь состояла из немногих избранных лиц. Впоследствии она постепенно распространилась по всему миру. Распространение и устройство церкви основатель ея возложил на своих ближайших учеников, апостолов и обещал им для продолжения этого дела на земле облечь их силою свыше. И вот, по прошествии десяти дней от вознесения Господа на небо, в еврейский праздник пятидесятницы действительно совершилось сошествие св. духа на апостолов. Благодатная сила св. духа, излившаяся на апостолов во всей полноте, прежде всего обнаружилась тем, что они получили способность говорить на разных языках.

Христианская проповедь

производится на родном языке

 

Со дня сошествия св. духа началась открытая проповедь апостолов об Иисусе Христе. Апостолы сначала проповедывали в Иерусалиме, а потом разошлись по другим разным местам и странам, к разным народам и племенам. Куда бы они ни являлись,/л. 116 об./ везде учили народ на понятном языке и имели необыкновенный успех. Уходя от одних народов к другим, они для дальнейшего продолжения и укрепления начатого дела, ставили епископов из местных же жителей, - епископы в свою очередь избирали и рукополагали из той же среды священников и диаконов.

Распространение христианства между иудеями и язычниками продолжалось очень успешно. В деле проповеди у язычников особенно много трудились апостол Павел и сотрудник его Варнава. При этом возник вопрос о том, должно ли обращающимся язычникам принять обрезание по обряду Моисееву. Некоторые из иерусалимских христиан говорили уверовавшим язычникам: «если не обрежетесь, по обряду Моисееву, не можетесь спастись».

 

Апостольский собор

 

Чтобы окончательно разрешить сей вопрос, апостол Павел и Варнава отправились в Иерусалим к апостолам и пресвитерам советоваться. Последние для рассмотрения и решения этого дела составили собор. Это было в 51-м году после рождества Христова. На соборе было составлено определение о необязательности для обращающихся из язычников исполнения закона Моисеева. Собор св. апостолов был первым церковным собором для решения спорных вопросов, возникших в области церковной жизни и послужил основанием к устройству вселенских и поместных соборов.

 

Распространение христианства

при апостольских преемниках

 

После того, как были основаны во многих местностях Римской империи христианския общины, дальнейшее распространение христианства было делом ближайших их преемников и самих общин. Из преемников апостольских более известны: Климент, 3-й епископ римский, Игнатий Богоносец, епископ Антиохийский, Поликарп, епископ Смирнский, Дионисий Ареопагит, Кодрат, епископ Афинский и другие. Несмотря на жестокие и продолжительныя гонения, какия воздвигались до начала IV века на церковь Христову со стороны иудеев и язычников, в Римской империи христианство распространялось безостановочно по самым отдаленным ея уголкам: проникало оно и в другие страны./л. 117/

 

Происхождение церковной

иерархии

 

Внутреннее устройство и управление христовой церкви на земле первое время было в таком виде: члены церкви разграничивались на два разряда: духовных и мирян или клир и народ. Начало такому разграничению положено было самим основателем церкви. Господь Иисус Христос совершил дело спасения людей, и для того, чтобы они могли во все времена участвовать в сем спасении, учредил в своей церкви иерархию и священноначалие. Спаситель преподал им такое наставление: «Примите Духа свята. Кому простите грехи, тому простятся, на ком оставите, на том останутся» (Иоан 20, 22 – 23). Только им одним Спаситель дал право учить верующих, священнодействовать и управлять церковью. Он заповедал им: Идите и научите все народы, крестя их во имя отца и сына и святого духа» (Матв. 28, 19); «Что вы свяжете на земле, то будет связано на небе, и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Матв. 18, 18); «слушающий вас меня слушает, отвергающийся, вас меня отвергает» (Лук. 10, 16). – По вознесении Господа на небо, его церковь устроилась так, как он предначертал. Лица, составляющия клир, были руководителями и пастырями, а миряне – руководимыми и пасомыми. Но как клир, так и миряне составляли одну Христову церковь, имели одну главу – Иисуса Христа.

 

Три степени

церковной иерархии

 

В первое время существования церкви христовой иерархическое служение апостолов было особенное, чрезвычайное. Для такого служения, кроме полной иерархической власти, апостолы получили чрезвычайныя благодатныя дарования – дар непогрешимаго разумения учения христова, дар языков, пророчества, чудес и проч. Учение, проповеданное апостолами, и порядки церковной жизни, установленные ими, должны были оставаться неприкосновенными так, как они учили и действовали при непосредственном руководстве св. духа. Заключая в себе всю полноту иерархической власти , апостолы в известной степени сообщили эту власть чрез рукоположение избранным из среды верующих лицам, которые, входя в состав церковной иерархии /л. 117 об./ по различению данной им от апостолов власти, образовали три степени иерархии, а именно: диаконскую, пресвитерскую и епископскую.

 

Апостолы передали

свою власть епископам

 

Самая высшая иерархическая власть – епископская – явилась в церкви после диаконской и пресвитерской. Сначала, когда церковь была еще малая, верховный надзор за нею, рукоположение пресвитеров и диаконов, разрешение всех недоумений и споров между верующими и тому подобное принадлежали самим апостолам. Но с течением времени, когда христианских общин стало много и в разных местах, апостолы естественно не могли везде сами поспевать, кроме того, должно было наступать время, когда самих апостолов не станет. Поэтому, для верховного Управления церковью в сое отсутствие и после своей смерти, они передали, чрез рукоположение, свои верховные права епископам. После смерти апостолов в конце I-го и в начале II-го веков, значение епископов, как преемников апостольской власти, установилось определенно: высшие права учительства в церкви, священнодействия и управления принадлежали исключительно им одним. Если пресвитеры и диаконы учили, священнодействовали и принимали участие в управлении, то не иначе, как по праву власти, данному им от епископов чрез рукоположение.

 

Возникновение поместных

самостоятельных церквей

 

Многочисленные христианские общины, организовавшиеся при апостолах и при их преемниках, постепенно начали группироваться в особые церковно-правительственные округа, центром которых были общины городские. Во главе образовавшихся таким образом церковных округов, обнимавших городские и сельские общины, стояли епископы, имевшие свое местопребывание и свои кафедры. Церковные округа в последствии назывались парикиями или епархиями. Сельские христианские общины образовали сельские приходы, а городские общины – городские приходы. И городские, и сельские приходы, входившие в известный округ, с епископской кафедрой в городе, составляли одну местную церковь. Так образовались еще при апостолах церковь Иерусалимская, церковь Антиохийская, церковь Александрийская и т.д. /л. 118/

 

Устройство церковного управления

в первые 3 века

 

Во главе каждой церкви стоял епископ, который управлял церковью, так сказать по семейному, и самому епископу, поэтому часто усваивали название отца (или папы). Под главным надзором епископа принимали деятельное участие в управлении клир и миряне. Проводниками епископской власти в сельских и деревенских приходах были, так называемые хорепископы в роде наших викарных или окружных благочинных, которые находились в подчинении городскому епископу.

 

Взаимные отношения частных

или поместных церквей

 

Все апостолы получили от Христа Спасителя разные права – управлять, учить и священнодействовать в его церкви. Между ними не было ни одного начальствующего над другими. Поставляя епископов разных церквей, апостолы сообщили им всем также одинаковые иерархические права. Все поместные церкви и их епископы были равны между собой, и каждый епископ в управлении внутренними делами своей церкви были независим от другого. По делам же, касающиеся всех или нескольких церквей, епископы собирались на соборы, где и решали их общим голосом. Постоянное общение между церквами и их епископами производило то, что все поместныя церкви составляли в своей совокупности одну Христову церковь.

 

Возвышение некоторых епископов

 

Но во времена после апостольских епископы главных провинциальных областных городов мало по малу стали приобретать первенствующее значение в среде других епископов провинции или области, особенно те из них, кафедры которых были основаны апостолами. Таким значением пользовались например епископы церквей Иерусалимской, Антиохийской, Александрийской, Ефесской, Римской и др. Но им оказывалось, впрочем, только первенство чести, а не господства, они только были первыми между равными.

 

Церковные законы или правила

 

Относительно правил, которыми в первое время руководствовалась церковь в своем управлении, нужно заметить следующее: первыми законодателями были – основатель ея Иисус Христос и апостолы. В евангелии и писаниях апостольских изложены все основные законы, данные ими церкви. Затем большая часть правил церковного /л. 18 об./ устройства и управления передана была устно самими апостолами разным церквам. Этими-то правилами и руководствовалась церковь в своем управлении в первое время. В конце II-го века явились в церкви 85 правил «апостольских», которые послужили основанием для канона сельских церковных законов. Кроме того, отцы церкви сами составляли правила церковного благочиния и христианской жизни, которые были подробным раскрытием того, что преподано церкви Иисусом Христом и апостолами.

 

Отношение язычников к христианству

 

В первое время язычники страшно ненавидели христиан, воздвигались на них жестокие гонения. Но в начале IV-го века они начали уже понимать, что в стремлениях христианства нет ничего преступного, нет того, что достойно порицания. Видя, что христианская церковь после трехвековой кровавой борьбы за свое существование, не уничтожилась, не поколебалась даже в последнее жесточайшее из всех гонение. Они начали сознавать, что в ней присутствует истинная божественная сила, чудесно защищая ее. Император Константин великий первый открыто высказал это убеждение в истинности христианства и ложности язычества. В противоположность своим предшественникам императорам, он видел в принятии христианства не падение империи, а обновление ея жизни новыми началами. Чудесное видение креста, в 312 году, пред битвою с Максентием, еще более утвердило его в намерении принять христианство и заявить об этом открыто. В начале 313 года в Медиолане появился манифест с подписью его и Ликиния, дозволявший каждому свободное исповедывание веры и в частности разрешавший свободный переход в христианство всякому желающему.

 

Взаимные отношения

церкви и государства с IV века

 

В первые три века христианская церковь, в пределах Греко-Римской империи, жила отдельною от государства жизнею; отношения их ограничивались только тем, что церковь была преследуемою стороною, а государство преследующею. Но потом, когда христианство сделалось религией господствующей в империи, церковь вступила в тесный союз с государством. Вследствие этого союза между церковью и государством установились тесныя отношения: с одной стороны /л. 119/ государство стало влиять на жизнь церкви, с другой – церковь влияла на жизнь государства. Участие императора в церковных делах начинается с перваго христианского государя Константина великого, который назвал себя епископом внешних дел церкви. Он хотел быть блюстителем только внешних интересов церкви. Но государи, следовавшие за ним, мало по малу приобрели влияние и на внутренний строй церкви.

 

Брачное и безбрачное духовенство

 

Три степени священной иерархии оставались неизменными и в IV веке; перемены произошли только во внешнем положении иерархических лиц. Ограничилось участие народа в избрании иерархических лиц. В первые три века на все священнослужительские должности безразлично избирались лица, состоящие в брачной жизни и не состоящие. Были даже случаи, когда вступали в клир и второбрачные. Теперь т.е. с IV века, явилась мысль установить безбрачие для всех членов клира. На первом вселенском соборе некоторые склонялись узаконить безбрачие духовенства во всей церкви. Но против этого восстал епископ Пафнутий, исповедник и строгий девственник. Он защищал святость брака и <неразб.> на тяжесть безбрачия для многих из духовных. Между тем в западной церкви мало по малу стало упрочиваться безбрачие духовенства: там этого требовали римские епископы, напр. Сириций, Николай I. Но принудительныя меры их к введению безбрачия духовенства породили большое зло в западной церкви, – нравственная испорченность клира была прямым последствием таких мер. Законныя брачныя связи клирики стали заменять незаконными связями.

 

Возникновение архиепископов, экзархов,

митрополитов и патриархов

 

В IV веке, когда христианство было признано государственной религией, порядок церковного управления оставался тот-что и в первые века: управление каждой отдельной церкви со сосредотачивалась во епископе города. Только участие мирян в церковном управлении прекратилось, так как права их перешли к государственной власти. Епископы некоторых церквей, особенно в больших городах, получили теперь не только преимущество чести, но и преимущество власти над епископами меньших городов. Таковые епископы стали называться /119 об./ в Греции митрополитами, экзархами, архиепископами и, наконец, патриархами. Над властью митрополитов возвышалась власть патриархов. Уже на первом Вселенском Соборе было предоставлено епископам Александрийскому, Римскому и Антиохийскому преимущество власти над митрополитами. Впоследствии такую же власть получили епископы Константинопольский и Иерусалимский. Таким образом, ко временам IV Вселенского Собора, пять епископов знаменитейших кафедр заняли первенствующее начальственное Положение в церкви и получили почетный титул патриархов.

 

Отношения патриархов, митрополитов,

архиепископов, епископов друг ко другу

 

Все митрополиты, состоявшие в округах патриарших, были подчинены каждый своему патриарху. Некоторые из митрополитов же подчинялись своему патриарху, а управляли своими церквами самостоятельно. В таком случае церкви их назывались автокефальными церквами. Таковые церкви возникли на востоке: Кипрская, на западе: Медиоланская, Карфагенская и друг. Что же касается прав и власти патриархов, то они стали в такое же начальственное отношение к митрополитам, в каком те стояли к обыкновенным епископам.

 

Возвышение константинополь. патриарха

и организация управления при нем

 

С течением времени, в ряду других восточных патриархов, особенно возвысился патриарх Константинопольский. Его возвышению способствовало то, что он занимал кафедру в столице империи, или, по выражению II Вселенского собора, в новом Риме, и находился всегда в близких сношениях с императорскою властью. С возвышением Константинопольского патриарха его управление получило полную организацию. При нем образовался целый двор на подобие двора императорского, состоявший из значительного числа важных должностных лиц, например: великий эконом, великий Сакелларий и проч. Высшим правительственным и судебным местом при патриархе, которое под его главным начальством, управляло патриархатом по делам важнейшим, был патриарший синод, в состав которого входили митрополиты и архиепископы патриархата, а также высшия должностныя лица, всего 5 человек: великий эконом, великий Сакелларий и проч. /л. 120/

 

Вселенские и поместные соборы

 

Как не велико было значение патриархов в церковном управлении, выше их стояли Вселенские соборы. Власть патриархов простиралась на церкви известного округа, власть же вселенских соборов простиралась всю вселенскую церковь, на всю иерархию, но исключая и самих патриархов. Соборное Управление появилось еще в первые века, из своего полного развития оно достигло только в IV веке. Всех вселенских соборов было 7. Были еще поместные церковные соборы, из коих православная церковь признает 10. Кроме вероопределений против ересей, на вселенских соборах составлено много правил относительно церковного управления, богослужения, христианской жизни и т.п. Решительный голос при постановке соборных определений имели только епископы, но к совещаниям допускались пресвитеры, диаконы и даже монахи-ученые. Все соборные постановления, утвержденныя государственною властью получали силу общеобязательных не только церковных но и государственных законов, и нередко приводились в исполнение гражданскою властью. Постановления поместных соборов только тогда получали силу обязательных законов для всех церквей, когда они были одобряемы и утверждаемы вселенскими соборами. Таким образом, вселенские соборы были высшею инстанциею церковного управления и ими обусловливалось как единство веры и богослужения, так и единство порядка в церковном управлении.

 

Возвышение Римского

патриарха (папы)

 

Сначала все 5 патриархов объемом власти были равны между собою и в управлении церковными своих округов независимы один от другого. Вселенские соборы по одном у из низ не предоставляли исключительной власти над всею вселенскою церковью, хотя и признавали за Римским патриархом первенство чести. Но на практике вышло иначе. Римский патриарх или по другому /л. 120 об./ папа, подчинивши своей власти все церкви запада и требуя такового же подчинения от церквей восточных, стал считать себя главою и правителем всей вселенской церкви. Притязаниям их на главенстве церкви содействовали многоразличные причины. Например: религиозное волнение в восточной церкви по поводу ереси Ария, когда многие из православных епископов искали убежище на западе, где они приняты были папою Юлием, на которого после этого стали смотреть как на защитника веры и церкви; а также и то, что к началу IX века на западе появился новый канонический сборник, известный в истории под именем «Лжесидоровских декреталий», на которых папы стали основывать свое мнимое право на главенство.

 

Причины разделения церкви

на западную (католическую)

и восточную (православную)

 

В первое время единство веры, таинств и всего церковного устройства связывали западную и восточную церковь в одно целое. Но, к несчастью всего крестьянского мира, западная церковь постепенно стала нарушать это единство, - и в конце концов отпала от союза с церковью восточною. Она в течении нескольких веков произвольно допускала у себя нововведения в области дипломатической, обрядовой и канонической. В продолжение VI – XI веков в западных церквах утвердилось учение об исхождении святого духа и от сына. Затем были допущены совершение Евхаристии на опресноках, миропомазание одними епископами, безбрачие духовенства, признание папы главою и верховным судьею всей вселенской церкви и непогрешимым в решении вопросов церковных. Папа был поставлен выше вселенских соборов. Все это на практике повело к искажению всего вероучения, всего христианства, так как одно лицо, всегда могущее заблуждаться по своему произволу, могло вводить новое учение, новые обряды, новое церковное устройство. Своими заблуждениями и уклонениями от общественных порядков церковь западная подготовила свое отпадение от восточной церкви. /л. 121/

 

Окончательное разделение церквей

 

Разделение церквей началось в половине IX века, когда в Константинопольском патриархате началось ожесточенная продолжительная борьба между патриархами Игнатием и Фотием из-за патриаршего престола. Фотий был два раза низложен и два раза возведен на патриарший престол. После Фотия, второй раз низверженного престола, императором Львом мудрым и до половины IX века сношения между церквами восточною и западною были довольно неопределенны и редки. В половине XI века начались деятельные сношения, окончившиеся полным разделением церквей. Римским папою в это время был Лев, а Константинопольским патриархом – Михаил Керулларий. Последний в 1954 году в Константинополе составил собор, на котором передал проклятию папских делегатов за их властолюбивые и дерзкие проступки. С этого времени во всех восточных церквах перестали поминать папу на богослужении, и с этого времени западная церковь упорно оставшаяся при своих догматических, обрядовых и канонических заблуждениях окончательно отошла от Союза с восточною церковью – Западная церковь с тех пор называется католическою, а восточная православною, так как она содержит и хранит Христову веру в том же чистом православном виде, в каком преподана она самим Господом Иисусом Христом и святыми апостолами.

 

Протестанты и реформаторы

 

По отпадении западной церкви от православного востока власть папы усилилась постепенно, достигла наибольшей высоты в начале XIII века, но с этого и времени она постепенно стала склоняться к своему упадку с развитием просвещения на западе яснее становилась незаконность папских приказаний. Папы для усмирения своих противников прибегали к жестоким мерам (инквизиции), но они еще более раздражили недовольных. Наконец в XVI веке почти одновременно выступали против папства ученые проповедники в Германии Лютер и Меланхтон /л. 121 об./ в Швейцарии Цвинглий и Кальвин. После многих усилий им удалось отторгнуть от Римской церкви значительную часть ея членов, но они не только не возвратили ее к православию, напротив еще более от него отдалили. Последователи Лютера и Меланхтона называются протестантами, а последователи Цвинглия и Кальвина – реформаторами.

 

Христианство среди юго-западных славян.

 

В то время, как совершилось отделение западной церкви от союза с восточною, господь Бог, в восполнение своей церкви, призвал народы славянские. К этому времени явились и великие проповедники веры в лице равноапостольных братий Кирилла и Мефодия. Сознавая, что недостаточно проповедывать веру устно, они составили славянскую азбуку и перевели на славянский язык избранные места из Священного писания и богослужебных книг. В то же время в IX-ом веке были обращены в христианство славянские племена: Сербы, Чехи, Моравы и друг., а так же и молдаване.

 

Принятие христианства русскими славянами

 

Христианская вера, в форме чистого и неповрежденного Православия, перешла и утвердилась и в Русской Земле. В конце X века Киевский Князь Владимир, будучи язычником, решился со своим народом переменить веру и принять Православное Христианство из Греции. В 988 году в г. Корсуне он, вместе с рукою Греческой Царевны Анны, получил крещение от греческого епископа. По возвращении в Киев, он ревностно взялся за устроение православной церкви по всей русской земле; отправил с проповедью Евангелия епископов и священников в дальние и ближние от Киева места, основал в некоторых городах епископами. – При сыне его Ярославле Мудром русская церковь уже вполне устроилась. Ярослав обратил преимущественное внимание на распространение духовного просвещения в русском народе, заводил в больших городах школы, а в Киеве устроил библиотеку, которую могли пользоваться все желающие. Книги Ярослав получал из Греции и Болгарии, приказывал переписывать их или переводить с греческого языка на славянский. При нем же стали появляться и монастыри. /л. 122/

 

Первый природный русский Епископ Илларион

 

В первое время в России епископы и клирики были из греков. Киевский епископ в сане митрополита и управлял русскою церковью. Он назначался от Константинопольского патриарха и состоял в подчинении последнему. Первый митрополит в русской церкви был из греков Михаил. Но в 1957 году, когда русская церковь была уже вполне организована, поставлен был Киевским митрополитом природный русский – Илларион, а не грек, как это было доселе. Устроившись в союзе с Восточною Греческою Церковью, русская церковь с течением времени заняла почетное место в ряду православных церквей востока и сделалась навсегда хранительницею православного христианства.

 

Распространители христианской веры

в русской земле

 

Из распространителей св. веры в последующее время особенно замечательны были: инок преподобный Кукша, который проповедывал св. веру в стране вятичей и принял от язычников мученическую кончину; Св. Гурий, Варсонофий и Герман Казанские, просветители инородцев Казанского Края; Св. Стефан Пермский просветитель зырян и многие другие. Из них более замечателен последний: он составил зырянскую азбуку, перевел на зырянский язык священные и богослужебные книги, обучал зырянских детей грамоте и готовил из них священнослужителей для зырянской церкви. Сначала он трудился в сане пресвитера, а потом в сане епископа.

 

Распространение христианства

в Волжско-Камском крае

 

Во второй половине XVI века, после покорения Казанского Царства Московским царем Иоанном Грозным, св. православная вера стала проникать к разным мелким народностям Волжско-Камского Края; Черемисам, татарам, мордве, чувашам, пребывшим тогда в язычестве. Простиралась ли на чуваш просветительная деятельность первых христианских учителей Казанского Края Гурия и Варсонофия и сколько ими было обращено в Христианство, о том сведений у нас не имеется. Но достоверно известно, что массовое обращение чуваш совершилось с 1745 – 48 г.г. особой ново-крещенской комиссией.

 

Формы церковного

управления в России

 

Форма церковного управления в России не всегда была одинакова: сначала, с 988 г. по 1589 г. было управление /л. 122 об./ митрополичье, с 1589 года по 1721 год патриаршее, с 1721 г. по 1917 год синодальное, с 1917 г. опять было восстановлено патриаршее Управление. Первые митрополиты жили в Киеве, потом в г. Владимире на Клязьме, а затем – в Москве. В конце XVI столетия, по желанию благочестивого царя Федора Ивановича, учреждено в России патриаршество. Из всех 10 патриархов русской церкви более выдающимися был Никон. Главную заслугу его составляет исправление церковно-богослужебных книг.

 

Патриарх Никон и исправление богослужебных книг

 

Прежде не было книгопечатания. Все книги были рукописные. По невежеству и небрежности переписчиков, с давняго времени вкралось в них много ошибок, а при введении в России книгопечатания эти ошибки попали и в печатные книги. При патриархе Иосифе хотя и были сделаны исправления, но ошибок все-таки осталось много. Сделавшись патриархом, Никон со всею ревностью отдался этому делу. При помощи ученых монахов он производил тщательные исправления, печатал их, старые книги отбирал и сжигал, и вводил во всех церквах новые – исправленные. Но эти меры патриарха Никона возбудили против него Иосифовских справщиков и других ревнителей мнимой старины. Они хулили, как они выражались, новшества, заводимые патриархом и распространяли в народе молву, что будто бы Никон не правит, а портит веру. Он принимал против мятежников строгие меры, многих ссылал в Сибирь. Но в это время произошла перемена в его судьбе.

Суд над патриархом Никоном

 

Патриарх Никон в первое время находился в дружбе с Московским царем. Это возбудило к Никону зависть со стороны бояр, которые сумели вооружить против Никона доверчивого царя и расстроили их дружеские отношения. Никон уехал из Москвы и устроенную им Воскресенскую обитель и пробыл там около 8 лет. Примирение между ними не состоялось. Над Никоном был назначен соборный суд, на который были вызваны восточные патриархи: Александрийский Паисий и Антиохийский Макарий, русские архиереи и много черного и белого духовенства. Никон явился на собор и все время (8 часов) стоял на ногах. Обвинение его выходили крайне /л. 123/ слабые. Тогда Никон сказал: «камнями могут побить Никона, но не словами, хотя бы и еще 10 лет собирали их». Присудили его к лишению патриаршего сана и к заточению в звании простого монаха в отдаленную область. Проживши в ссылке 10 лет, он скончался уже в преклонных лотах.

 

Протопоп Аввакум и происхождение раскола

 

Когда патриарх Никон жил в Воскресенском монастыре враги его – приверженцы мнимой старины – не дремали: им удалось возвратить из Сибири самого злого из противников Никона – протопопа Аввакума. Это был человек очень начитанный, весьма гордый и с непреклонным характером. За дерзкие речи два раза высылали его из Москвы, сажали в заключение, дремали в узах; но никакие меры не могли смирить. Таковы же были и сообщники Аввакума – попы Никита и Лазарь, дьякон Федор и другие. Наружное благочестие, смелость и даже дерзость в отношении к властям, как духовным так и светским, готовность идти за так называемую старую веру на все муки и страдания – привлекли на их сторону иного слабых крестьян и окружили их толпою горячих поклонников и поклонниц из бояр, белого и черного духовенства и, в особенности, из простого народа. Восстание против церкви явно принимало вид возмущения: лжеучители поносили не только патриарха и др. архиереев, но и светское правительство и самого царя. Для обуздания мятежников царь созвал архипастырей Российской церкви на собор.

 

Церковный собор 1667 г. и клятва на раскол

 

Собор открылся в Москве в 1666 г. который тщательно рассмотрел исправления, произведенные патриархом Никоном, в богослужебных книгах и обрядах и единогласно одарил их. В мае м-це 1667 года открылся великий собор греческих и русских архипастырей, который снова рассмотрел сделанные при Никоне исправления и нашел их правильными. На собор были вызваны главные защитники старых мнений и обычаев. Некоторые из них раскаились и были прощены, а другие (протопоп Аввакум с сообщниками своими) не подчинились соборному определению. Тогда собор /л. 123 об./ положил клятву на тех, кто из-за приверженности к неисправленным старым книгам и обычаям является противником церкви. После этого приверженцы старых книг и обрядов сделались уже раскольниками, и произошло решительное отпадение их от православной христовой церкви. По невежеству и гордости своих лжеучителей впоследствии раскол распался на несколько разных толков. У них появились поповцы и безпоповцы. Последние учили, что православное священство погибло на земле и потому предоставили совершать церковные требы мирянам, даже женщинам.

 

Учреждение святейшего синода в русской церкви

 

Последний патриарх русской церкви Адриан умер в 1700 г. Император Петр I поручил исправление должности патриарх митрополиту Стефану Яворскому, который в качестве местоблюстителя патриаршего престола и управлял русскою церковью до 1721 года. В этом году русские епископы признали полезным, согласно желания императора, вместо единоличной патриаршей власти, учредить постоянный собор из русских архипастырей. Этот вновь учрежденный духовный собор назван был «святейшим синодом».

 

Причины замены патриаршества святейшим синодом

 

Причины замены Патриаршего Управления постоянным соборным управлением, т.е. Св. Синодом, указаны в Духовном регламенте, составленном по поручению Петра I , архиепископом Феофаном Прокоповичем и редактированном рукою самого императора. И состоят они в следующем: 1) Истина гораздо лучше может быть разузнана несколькими лицами, нежели одним; 2) Определение и решение власти Соборной авторитетнее, чем решение власти единоличной; 3) в случае каких либо неотложных нужд или болезни и смерти единоличного Правителя, дела могут остановиться, собор сможет вести дела безостановочно; 4) решения нескольких лиц гораздо беспристрастнее, чем одного лица; 5) сильным мира труднее влиять на нескольких лиц, чем на одно лица; 6) простой народ по невежеству может смешивать единоличную церковную власть с монаршею и, в случае пререканий между этими властями, может стать на сторону патриарха, к тому же сосредоточение церковной власти /л. 124/ в лице одного иерарха может возбудить в сем последнем надмение; 7) синод может судить своих собственных членов для суда же над единоличным правителем необходимо было призвать восточных патриархов, что сопряжено с большими затруднениями и издержками; наконец 8) Синодальное Управление составляет как бы некоторую школу духовную: лица заседающие в Синоде, могут постепенно научиться духовной политике и приобретать повседневную опытность к лучшему управлению Домами Божьими.

 

Личный состав свят. синода

 

Святейший синод по своей власти и значению равнялся каждому из восточных патриархов, которые признали его высшим органом Управления русскою церковью и называли его своим возлюбленным о Господе братом. Он состоял из постоянных членов и временно присутствующих в нем архипастырей. В синоде положено быть Обер-Прокурору, как посреднику между государем и синодом. Его обязанность состояла входить в сношения с гражданским начальством по делам церкви и наблюдать, чтобы синодские решения были в согласии с общим порядком государственного управления.

 

Замена Св. синода Патриаршим управлением

 

Святейший синод просуществовал всего около 200 лет. Определением Поместного собора Российской православной церкви в 1917 году св. синод был замещен опять Патриаршим Управлением, с избранием на патриарший престол епископа Тихона.

 

Выводы

 

Вышеизложенные исторические данные из прошлой жизни церкви христовой показывают нам следующее:

I. В первые три века христианская вера распространялась и утверждалась между племенами и народами исключительно трудами св. апостолов и приемников, независимо от государственной власти и без всякой внешней поддержки. Отношение между церковью и государством ограничивались только тем, что церковь была преследуемою стороною, а государство – преследующею. Но когда христианство получило свободу и сделалось господствующей религией и Империи, оно теряло свою самостоятельность, сделалось учреждением, вошедшим в круг государственной жизни, стало пользоваться покровительством и услугами государственной власти.

II. Св. апостолы и их приемники проповедывали веру христову /л. 124 об./ каждому народу на его родном понятном языке. Уходя от одних народов в другие, они, для продолжения и укрепления своего дела, ставили епископов из местных жителей, епископы же в свою очередь избирали и рукополагали из той же среды священников и диаконов. Таким образом в первые века епископы и клирики у всех народов были свои из единоплеменные и потому, как люди близкие и понятные они пользовались доверием и любовью своих пасомых. Но в последствии когда христианство в Греко-Римской империи стало государственной религией, оно обратилось в орудие правительства для достижения политических целей. Посылая христианских веропроповедников язычникам, греки и римляне имели в виду не интересы религиозного просвещения а прежде всего эллинизацию и латинизацию их. Они не давали новопросвещенным племенам родного епископата и духовного а посылали к ним своих епископов и клириков, богослужение и чтение слова божия производились для них не на родом языке, а языке греческом или латинском. – Всматриваясь в русскую церковную историю, мы видим, что распространяя христианство среди мелких народностей Поволжья, русское правительство руководствовалось тоже более политическими соображениями, нежели религиозно-нравственными, оно смотрело на русское православие, как на одно из верных средство для обрусения инородцев. Деятельность св. Стефана Пермского, просветителя зырянского края, представляет в этом отношении исключительное явление в русской церковной истории.

III. Апостолы получили власть от самого Господа Спасителя учить народ, священнодействовать и управлять церковью христовой. Они передали эту власть своим приемникам-епископам чрез рукоположение. Значит только им одним Спаситель дал право учить верующих, священнодействовать и управлять церковью, вообще быть руководителями верующих христиан в духовно-нравственной жизни. Там, где нет епископа, нет и церкви, а где нет церкви, там нет и спасения. До IV-го века каждый епископ своей епархии имел полноту власти и заведывал всеми церковными делами: без его воли пресвитеры и диаконы не могли ничего совершать. Но в IV и V веках явилось /л. 125/ уже стремление сообразовать внешнее церковное управление с гражданским. Константин великий разделил Империю на 4 префектуры, при чем последние разделились еще на диоцезы, которые в свою очередь разделились на провинции или епархии. Начальники меньших округов были подчинены Начальникам больших Округов. Применительно к такому гражданскому управлению было устроено и внешнее церковное управление: епископы малых округов были подчинены епископам больших округов, при чем епископы больших округов стали называться архиепископами, экзархами, митрополитами, и, наконец, патриархами. При апостолах и их приемниках этих церковных титулов совсем не было, - все назывались одним именем «епископ». Митрополитам подчинялись епископы, а патриарху подчинялись митрополиты, экзархи, архиепископы и епископы.

IV. В первые века на все иерархические должности безразлично избирались лица, состоящие в брачной жизни и не состоящие. Иногда допускались даже лица второбрачные. В последствии произошли некоторые изменения относительно браков духовных лиц. Император Юстиниан I, законом от 528 года, запретил избирать на епископские кафедры состоящих в браке. Собор Трульский (6-й Вселен. Собор) в 692 году, окончательно решил, чтобы епископы вели жизнь безбрачную, священники и диаконы вступали в брак до рукоположения.

V. Как не велико было значение патриарха в церковной жизни, выше их стояли вселенские и поместные соборы иерархов. Но как апостолы и ближайшие их приемники на соборах действовали не прямо от своего лица, а во имя Св. Духа и авторитета Св. Вселенской Соборной церкви. При чем в православной церкви только те церковные правила имеют общеобязательную силу, которые определены вселенскими соборами. Постановления же поместных и частных церквей и отдельных иерархических лиц имеют лишь местное значение, общеобязательную силу они получают только тогда, когда бывают, пересмотрены на вселенском соборе и освящены его авторитетом. Все правила ясно выраженные в священном /л. 125 об./ писании и заключающие в себе существенные истины веры, благочестия и церковного благоустройства, имеют для церкви значение неизменного божественного права и составляют безусловно обязательные для нея законы. Все же такие правила, которые, касаясь разных сторон внешнего устройства церковной жизни, вызваны были историческими обстоятельствами и потому имеют только временное значение, но обязательны для церкви и на вечные времена; церковь может или совсем оставить их, или заменять новыми, сообразно с нуждами жизни церковной.

VI. Во главе управления поместных или частных церквей находится единоличная или коллегиальная церковная власть. Представителями первой власти служат патриархи и самостоятельные митрополиты, а представителем второй – св. синод. Каждая самостоятельная (поместная) церковь по отношению ко вселенской называется автокефальной. Право на церковную автокефальность признавалось вселенскою церковью за каждым православным народом, который по своему национальному развитию, а равно по условиям своей политической жизни, оказывался способным к самостоятельному церковному управлению. В настоящее время свою самостоятельность, или автокефальность имеют церкви: Константинопольская, Антиохийская, Иераусалимская, Александрийская, русская, Элладская, Сербская, Болгарская, Черногорская, Кипрская, Молдаво-Валахская, Букованская, Украинская, Грузинская, - Патриаршее управление существует в следующих православных поместных церквах: Константинопольской, Александрийской, Антиохийской, Иерусалимской. Митрополичие управление существует в следующих поместных церквах: Кипрскокй, Сербской, Черногорской, Болгарской, Молдаво-Валахской, Буковинской. Синодальное правление существует в поместных церквах: Элладской, русской, украинской и грузинской.

VII. Церковь христова на протяжении около 2000 лет своего существования испытывала в своей жизни много тяжелых бедствий: не мало на нее было гонений со стороны иудеев, язычников и могометан, не мало было среди верующих возмущений /л. 126/ и волнений от разных лжеучителей и неверующих, нападали на христианство философы, безбожники и проч. Но не смотря на это, христианство не уничтожилось, а напротив распространялось и утверждалось на земле быстро. Такие раздоры и споры, какие ныне происходят в русской церкви, происходили и прежде, но церковь оставалась всегда непобедимою, ибо Христос сказал: «созижду церковь мою, и врата адова не одолеют ей». (Мат. XVI – 18).

 

II.

 

Теперь перейдем к рассмотрению современных событий жизни русской церкви.

 

Русская церковь под давлением Советской власти

 

В царское время наша православная христианская вера считалась в России господствующей и государственной религией, как таковая пользовалась покровительством и услугами государственной власти. Православное духовенство оставляло второе привеллегированное сословие в русском государстве. Но, не смотря на свое господствующее положение, русская церковь заключила в себе много ненормальностей. Прежде всего, на церковь производилось сильное давление со стороны государственной власти. Находясь под опекою самодержавного царя, церковь фактически управлялась не епископами, а чиновниками светской власти. Судьба епархиальных викариальных епископов зависела от усмотрения Обер-Прокурора с. синода. Во дни Григория Распутина, имевшего при царском дворе большое влияние, епископы назначались, перемещались или увольнялись по его, Распутина, желанию. Теперь стал не секрет, что в 1896 г. в Московском Успенском Соборе по случаю Коронации, были устроены уборные для придворных дам, приглашенных в Собор присутствовать на Коронации и в 1906 и 1907 г.г. на предсоборном совещании, происходили при св. синоде, было обнаружено не мало недостатков в церковной жизни. Прогрессивная часть духовенства и церковного общества тогда же указывала на необходимость улучшения обновления в церковном строе. Но тогдашнее высшее церковное управление почему-то все откладывало это дело.

 

Действие Октябрьской революции на <неразб.>

 

В 1918 году грянул гром. Разразилась буря. Совершилось то, о чем люди умные и наблюдательные давно <неразб.>. /л. 126 об./ Когда рассеялся после катастрофы мрак, мы увидели: иррелигиозное правительство, полное отделение церкви от государства, уничтожение всяких привилегий духовенства, запрещение преподавания закона Божия до 18 летнего возраста, лишения духовенства прав даже гражданства, приходов – прав юридического лица. В отношении к разным народностям России мы видели: дарование им права на самоопределение, на автономное управление и на самобытное культурное развитие на основе национально-этнических начал и т.д.

Под беспощадными ударами антирелигиозной жестокой критики христианства многие стали отходить от церкви не только простые рядовые миряне, но и священники и даже некоторые из епископов. Среди оставшихся воцарилась полная растерянность, тяготения ко всякого рода церковным группировкам: Живая церковь, Возрождение, Древле-апостольская церковь и т.п. Семена социальной революции, брошенные в церковную среду, превратили духовенство и мирян в два лагеря. Миряне стремятся стать полными хозяевами положения, захватить всю церковную власть в свои руки, а духовенство старается отстоять свое прежнее церковно-каноническое положение.

Привыкшая пользоваться покровительством царского правительства, русская церковь оказалась атрофированною, утратила способность к самодеятельности и самоуправлению. С падением своего сильного покровителя церковь потеряла ту опору, на которой она прежде держалась так крепко и величественно. Многие из церковных деятелей, стоя на краю бездны, не понимали новых создавшихся условий жизни и фанатично повторяли прежние ошибки. Это протопопы Аввакумы 20 века.

Мы уже не говорим о том, что епископы унижены, подавлены и почти аннулированы, между тем как в епископате и заключается главная сила церкви.

 

Поместный собор 17 – 18 г. учрежден. патриаршества и избрание епископа Тихона на патриарший престол

 

В первый же год (1917) революции верующие русские люди нашли нужным поставить во главе единоличного церковного правителя – патриарха, надеясь, что он будет твердой, ни от кого независимой опорой для церкви и неизменно сохранит прежний старый уклад русской жизни. Поместный собор 1917 года в Москве определил: вместо святейшего синода учредить патриаршее \л. 127\ церковное управление и избрал на патриаршество кандидата. Это был обыкновенный рядовой русский епископ Тихон. 21 ноября 1917 года в Москве в Успенском соборе состоялся торжественный обряд возведения на патриарший престол епископа Тихона. Тогда мы – верующие люди – радовались этому событию и надеялись, что церковная жизнь под главенством патриарха Тихона пойдет лучше, чем при царском режиме: и церковь не будет испытывать на себе тех угнетений, как она переживала в царское время. Но скоро увидели, что положение русской церкви при патриархе не улучшилось, а наоборот ухудшилось. Начались в церкви споры, раздоры, разделение. В делах церковных теперь происходит у нас полнейший хаос.

 

Причины церковного разделения

 

Но в чем же заключаются причины этого печального явления?

Причины эти состоят в том же, в чем они состояли и в прежние времена церковной жизни: в страстях человеческих, в самолюбии, гордости, честолюбии, властолюбии и т.п. религиозное чувство особенно сильно возбуждается в человеке и доводит его до того, что человек теряет здравый ум и лишается способности правильно разбираться в данных обстоятельствах.

 

Отношение Тихона к Советской власти

 

После октябрьской революции, когда верующие христиане увидели пред собою громадную антирелигиозную силу и почувствовали ея натиск, патриарх Тихон резко выступил против большевиков и предал их проклятию. Он не дал благословения Советской власти и на изъятие церковных ценностей в пользу голодающих. При этом он несомненно руководствовался наставлением Спасителя: «пастырь добрый душу свою полагает за овцы своя», и надеялся на помощь и поддержку со стороны буржуазии и верующего народа, но в последние не оказали ему ожидаемой помощи. Патриарх Тихон был арестован. По мнению некоторых беспристрастных людей, патриарх Тихон не хотел приноровиться к новой власти. Ошибка его состоит в том, что он не отказался в своих действиях от политических вожделений, выступил против Советской власти не в духе христианской любви /л. 127 об./ и кротости, а весьма резко, даже грубо – чем возбудил ее против церкви. Многие религиозно-настроенные образованные лица утверждают, что бывш. Патриарх Тихон своими поместными анти-христианскими мерами в борьбе против советской власти принес русской церкви громадное нравственное зло, которое впоследствии раскроется во всей полноте, в свое время история окажет о нем свое беспристрастное слов.

По заключении патриарха Тихона в тюрьму, русская церковь осталась без главы. Есть достоверные данные, что после своего ареста патриарх Тихон отказался управлять русскою церковью и назначил заместителем своим митрополита Агафангела. Член священного синода протопресвитер от. Красотин передает, как он сам в качестве делегата гор. Ростова Ярославской епархии, был у указанного Тихоном его заместителя преосв. Агафангела спустя м-ц после отречения патриарха. Агафангел проявил чисто бюрократическое отношение к делу. В такую критическую минуту церковной жизни, он думает о каких-то своих делах, и из-за них не ехал в Москву. Когда же делегат Красотин удивился, что Агафангел так спокойно относится к событиям, Акафангел сделал ему начальственный выговор, что он – священник – суется не в свое дело. Отказался Агафангел и называть себе заместителя на всякий случай. Между тем «случай» именно случился: Агафангелу пришлось ехать, но не в Москву. В это время церковная группа «живая церковь» соорганизовала в Москве высшее церковное управление во главе с епископом Антонином. Живая церковь своими необдуманными действиями оттолкнула от себя верующий народ, и тем еще более возбудила в верующих симпатию к патриарху Тихону. Чем больше народ отворачивался от живой церкви, тем больше он привязывался к патриарху Тихону.

 

Чем объяснить симпатию верующего народа к патриарху Тихону

 

На направление умов верующих людей на сторону патриарха Тихона повлияли также и следующие обстоятельства: 1)Когда патриарха Тихона лишили свободы, с того времени верующие стали смотреть на него, как на мученика за веру Христову, /л. 128/ 2)После революционной бури верующие христиане растерялись и стали искать нравственную опору в патр. Тихоне, который, по понятиям народа, страдал в заключении не за свою вину, а исключительно за свою стойкость в православии, и 3)всякое нововведение в области религиозной жизни, иногда самое незначительное, всегда вызывает в народе антагонизм даже ненависть и озлобление. Тоже случилось и теперь.

 

Неправильные действия и поступки патриарх. Тихона.

 

Патриарх Тихон выбран на соборе 1917 – 1918 годов, чтобы управлять русскою церковью вместе с священным Синодом и Высшим церковным советом из 25 лиц, а он с 1922 года стал управлять церковью один, на что не имел церковного права. Он проклял советскую власть, - и из-за этого много архиереев, священников и мирян поплатились свободой, здоровьем и жизнью. Он поддался окружавшим его монархистам и постарался сделать Тае, чтобы священники в церквах проповедывали восстание против власти, - многие люди, многие храмы Божии из-за этого пострадали и последние оказались даже закрытыми.

Церковный собор 1923 г. и суд над п. Тихоном

 

В 1923 году со всех концов России съехались в Москву на собор более 400 человек, в том числе около 70 иерархов, которые руководствуясь п. 10 определения церковного собора 1917 г. от 8 декабря 1917г., постановили: На основании 3 прав. Кирилла Александрийского, 10 прав. Петра Александрийского и 3 прав. Третьего вселенского собора подвергнуть патриарха Тихона лишению сана за то, что, благодаря его единоличному управлению, пролилось много крови человеческой. Но советская власть простила патриарха и выпустила его на свободу, а он самовольно снова взял себе церковную власть, хотя знал, что многие епископы, священники и миряне не одобряли его. Но он под влиянием монархистов не хотел ни с кем считаться действовал один, как Римский папа, оттого-то и пошло в русской церкви раздвоение, и получился раскол.

 

Патриарх Тихон нарушал 14 и 25 правила св. апостолов

 

Патриарх Тихон ставил епископов, не спрашивая, хочет ли их народ. Например, он прислал в г. Ленинград епископа Мануила, который оказался политическим дельцом; в декабре 1924 года он прислал в чувашскую область епископа Германа Кокель, Викария Симбирской епархии, который будучи еще священником, /л. 128 об./ был приговорен к тюремному заключению за тяжкое уголовное преступление. Этот Герман самочинно разъезжал по селам чувашской епархии и делал распоряжения церковным: перерукополагал священников, диаконов, переосвящал престолы в храмах Божиих, выливал св. под престол и т.д. Другой тихоновский епископ Спасский Афанасий, Викарий Казанскоай епархии, именуя себя епископом Чебоксарским, еще ранее Германа Кокель, стал вмешиваться в дела чувашской епархии и исподтишка восстанавливал духовенство и верующих против синодальных епископов священников. Еп. Герман выбрасывает священников с семьями на улицу (свящ. о. Петра Сапожникова, прот.о. Якова Петрова и др.) иных заставляет насильно идти к нему на поклон настраивает прихожан против священников, пугает народ тем, что у синодальных епископов и священников, как еретиков, надо гнать с приходов, а сами они, хотя и монахи – живут сладко, едят в волю, цветами украшаются и добровольные сборы с верующих собирают. Они боятся кабы не потерять им власти над доверчивыми душами верующих христиан.

 

Несправедливое отношение п. Тихона

к собору 1923 г. и свящ. синоду

 

Патриарх Тихон и его сторонники не признали и не признают собора 1923 года каноничным, считают его «однобоким», «сборищем разбойников» зато, что на этом соборе лишили патр. Тахона патриаршего сана. Этот собор был составлен вполне законно, потому, что в нем участвовало более 70 епископов и законно избранные делегаты от каждой епархии. Если определения собора 23 года были действительно неправильные, то патриарх Тихон все равно должен был подчиниться решению собора до вторичного рассмотрения его дела на следующем соборе, как поступали Иоанн Златоуст (в 403 г.) патриарх Константинопольский Фотий (869 г.) и друг. Летом 1923 года, когда группа живой церкви высшее церковное управление распались на разные группы и сорганизовался «священ. Синод русской православной церкви» из старейших и ученейших /л. 129/ иерархов, тихоновцы стали говорить, что свящ. синод возник самочинно без преемственности и что поэтому не следует подчиняться. Если мы обратимся к истории русской церкви, то увидим следующее: 1) русские епископы избрали митрополитом русской церкви природного русского епископа Илариона, без благословения восточных патриархов; 2) Митрополит св. Иона, живший в период подчинения русских митрополитов Константинопольскому патриарху, вступил на митрополичий престол по избранию собора русских епископов греческого патриарха. 3) в 1721 г. по желанию императора Петра I, русские епископы учредили святейший синод, который в начале то не был санкционирован от восточных патриархов. По понятиям тихоновцев вышеуказанныя перемены в церковном управлении тоже не имели преемственности. Нынешний священный синод Русской прав. Церкви признан восточными патриархами. Патриарху Тихону было от них предложено удалиться на покой. Но Тихон не послушал их.

Кто такие обновленцы?

 

Последователи патр. Тихона называют себя «староцерковниками», «православными», а сторонников свящ. синода называют обновленцами. Слово «обновленцы» или «обновление» употребляется во многих местах свящ. писания и церковных молитвах только в хорошем смысле, т.е., в смысле улучшения, исправления и восстановления чего-либо испорченного, искаженного или забытого. В указе свящ. синода а созыве собора 1917 г. сказано, что собор созывается для обновления русской церкви. Но тихоновцы извратили смысл этого слова и сделали его ругательным словом. По ихнему «обновленец» значит изменник, обманщик, нарушающий веру Христову.

 

Чем отличаются синодальцы (обновленцы) от тихоновцев

 

Чем отличаются синодальцы, названные обновленцами от староцерковников? Синодальцы говорят: в церкви распоряжаться должны делами …не одни епископы, а и выбранные священники с мирянами. Пусть (как в св. церкви раньше было) собираются раз в год соборы и выбирают они руководителей церкви. Такие руководители и составят свящ. синод, которому и подчиняются православные епископы, священники и миряне. У нас есть свой синод в Москве состоящий из выборных /л. 129 об./ митрополитов, епископов и мирян. Он имеет в каждом городе свое Епархиальное Управление, состоящее из епископов и выбранных священников и мирян. У нас в Чувашской епархии во главе Управления сейчас состоит архиепископ Тимофей и заместитель его викарий епископ Чебоксарский Даниил.

 

<неразб.>ги синодальцев

 

Монахи очень не любят синодальцев и бояться их потому, что синодальцы хотят, чтобы монахи и монахини не пьянствовали бы, но жили бы в миру, прикрываясь личиной монашеской, а были бы в св. обителях, утешая народ молитвою, трудолюбием и исполнением обетов монашеских. Не любят последователей свящ. синода многие священники и богатые люди. Много у них и других врагов, поэтому всякую неправду и говорят про них: и веру то они нарушают, и богослужение изменяют и в бога не веруют, и иконы выносят и св. мощей не почитают. Все это ложь, обман и клевета. Пойдите в синодальные церкви, найдите ли вы там какие-либо изменения в богослужении или в вероучении? Везде служба хорошая, проповедь народу нравится, учится народ жить по церковному, по христианскому. Обновляться нам, православным христианам и обновить жизнь церковную весьма нужно. Последователи св. синода не хотят не изменения веры, а чтобы жизнь стала новою, согласною с православною верою. Они ни от кого не отделяются, со всеми молятся, никого не называют «еретиками», «раскольниками», «вероотступниками», «красными», или «черными»: это все неприлично пастырям церкви и христианам. Синодальцы всех зовут так: Братья и сестры, не верьте чужим словам, узнавайте сам, кто такие обновленцы и кто такие тихоновцы. Между ними нет никакой разницы: ни в догматах, ни в богослужении, ни в церковных обрядах. Сторонники п. Тихона отделяются от синодальцев только по своей гордости и самолюбию: разумных оснований у них для этого нет.

III.

 

Далее будем говорить о церковных делах в Чувашской епархии. /л. 130/

 

Открытие самостоятельной Чувашской епархии

и ея территория

 

Чувашская епархия открыта в марте 1924 года, по желанию чувашского верующего народа и духовенства, с целью наилучшего укрепления православия среди чуваш. Она занимает территорию Автономной Чувашской Республики. В состав ея вошли православные приходы Чебоксарского, Цивильского, Ядринского, части Козмодемьянского и Тетюшского уездов Казанской епархии и части Буинского, Курмышского и Алатырского уездов Симбирской епархии.

 

Первая мысль об учреждении чувашской епархии

 

Мысль имеет особую чувашскую епископию с национальным епископом в Приволжском крае первый раз выражена была среди инородческих священников и учителей Самарской епархии еще на инородческом миссионерском съезде, происходящем в селе Шонтало, Бугульминского уезда 28 и 29 июля 1909 года. Так как тогдашнее правительство очень боялось развития среди инородцев сепаратизма, шовинизма и всяких других измов, то вопрос это не был допущен к обсуждению на съезде, тем более, что в то время епископы и духовенство русское действовали за одно с мирским правительством. Не только инородца поставить во епископы, но весьма трудно было провести его и в сельские священники. Всеобщий Чувашский съезд представителей от духовенства, мирян, военных, учителей, происходивший в Казани в августе 1917 г. указал на 2-х кандидатов во епископа чувашского: прот. К.П. Прокопьева и прот. Д.Ф. Филимонова.

 

Какие были у правительства побуждения

к обращению чуваш в христианство

 

Вышеприведенные справки из церковной истории показывают вам, что в первые века христианства епископы и клирики у всех народов были свои, им единоплеменные, близкие по крови и потому понятные, и пользовались они доверием и любовью своих. Из истории же русской церкви мы видим не то: - мы видим здесь, что распространяя христианскую веру среди мелких народностей, русское правительство руководствовалось более политическими соображениями, /л. 130 об./ чем чисто религиозно-просветительными. Оно смотрело на православие, как на одно из верных средств для обрусения инородцев. Обращая последних в христианство, церковная власть не давала им не только родных епископов, но и священноцерковнослужителей. Чуваши и теперь после крещения своих детей говорят: «халь вить епир атана вырас турамар».

 

Массовое крещение чуваш при помощи военной силы

 

Архивные документы святейшего синода, Нижегородской духовн. Консистории и других учреждений свидетельствуют, что массовое крещение чуваш совершено в 1745-1748 г.г. особой ново-крещенской комиссией, во главе которой стоял архимандрит Дмитрий Сеченов, впоследствие митрополит Новгородский [4]. Он имел в своем распоряжении роту солдат, с которыми ходил по чувашским селениям, выгонял народ на воду и совершал над ними таинство крещения. Новопросвещенное чувашское население тотчас же было распределено по приходам, к ним поставили священноцерковнослужителей. Но, как крещеные чуваши, так и духовные пастыри их очутились в очень затруднительном положении, потому, что говорили на разных языках и не понимали друг друга. Само собой разумеется, что при таком положении между ними не могло быть ни какой религиозно-нравственной связи. Таким образом, находясь более 200 лет под религиозным руководством русского царского духовенства, наши предки чуваши, обращенные в христианство при помощи военной силы, вплоть до конца 19 столетия оставались теми же язычниками, какими они были до крещения. Для них прибавилась только лишняя повинность – содержать на свои средства приходские церкви и духовенство.

 

Засилье русского народа в чувашской стране.

 

Между тем, как только обратили чуваш в христианскую или, как говорят чуваши в русскую веру, в стране их началось полное засилье русского духовенства (или государственного духовенства) захватившего в свои руки церковь целиком, делавшего ее орудием царской политики и русификации чуваш. Это явление особенно рельефно выражалось в Ядринском, Козмодемьянском и Чебоксарском уездах /л. 131/ в 80-х годах прошлого столетия появление здесь священников из чуваш вызывало целую бурю негодования между некоторыми русскими священниками – чуваше<пропуск>, не желавшими допустить в свою среду никого кроме своих присланных. Когда я поступал в священники, в Казанской духовной консистории, один священник сказал мне: «куда вы чуваше лезете? Вы отнимаете хлеб у наших детей».

 

Сплоченность русского духовенства в чувашских приходах

 

Господствующее положение русского духовенства в чувашских уездах устанавливалось историческим путем и поддерживалось следующими условиями: 1) это духовенство среди <неразб.> пользовалось полным покровительством и содействием государственной власти. 2) Оно представляло из себя очень крепко сплоченную, обособленную от окружающей среды группу, которая прочно спаяна единомыслием профессиональным положением, сословными предрассудками, родственными и школьными связями. Начиная с сельской просфорни и кончая епархиальными архиереями, - все они проникнуты были одним духом гордости и господства над крещенным чувашами, как побежденными инородцами, коих они в душе презирали, хотя при глазах и называли их «Василий Иванович», «Петр Петрович», но за глазами «Васька и Петька» или просто «чувашишки» 3) Живя с малых лет среди чуваш, это духовенство великолепно знало психологию чувашского народа, мастерски умело обходиться с ним и устраивало свое материальное благополучие как ему угодно и 4) Оно вцепилось в православную чувашскую массу, так глубоко прочно, как клещ впивается в человеческое тело. Оторвать его от насиженного места было также трудно, как оторвать например, немецких баронов от Прибалтийского края. Были, конечно, здесь и весьма хорошие, светлые личности, настоящие пастыри христовы, которые относились к чувашам по братски, но, составляли исключение и встречались так же редко, как оазисы в пустыне Сахара.

 

Численное отношение священников из чуваш и из русских

 

В последние 50-т лет благотворной просветительной деятельности Н.И. Ильминского, И.Я. Яковлева и мн. др. сотрудников их, начали появляться у чуваш свои единоплеменные священники и учителя с книжками на родном языке, с церковным /л. 131 об./ богослужением и школьным преподаванием на том же языке. Трудно и тяжело было этим пионерам работать: многие смотрели на них как на выскочек. Прошло 50 лет, но число чувашских священников чувашской епархии оказалось не больше 35%, т.е. около 1/3 общего числа священников епархии. Громовые удары революции пронзили и расшевелили жизнь духовенства в чувашских приходах до основания. Заколыхнулась стоячая прозеленевшия воды в этом спокойном озере….. Когда чувашам дали автономное политическое устройство – республику, более сознательные русские священники поняли свое положение среди чуваш, стали открыто проявлять свое расположение к чувашскому народу: они принимают деятельное участие в работах об открытии в Чувашской области самостоятельной чувашской епархии с национальным епископатом во главе.

 

Группа противников в чувашской епархии

 

Но, в тоже время видно было, что значительная группа русского духовенства, как в чувашской епархии, так и в городе Казани ни как не желает примириться с новым положением вещей, т.е. иметь отдельную от Казани самостоятельную чувашскую епархию с чувашским епископатом. Она употребляет всевозможные ухищрения, чтобы покончить это дело и не подчиняться чувашской епархиальной власти. Она хочет жить и служить по прежнему: питаться чувашским хлебом, а подчиняться русскому епархиальному начальству. Мы ведь хорошо помним чувашский областной учредительный Съезд духовенства и мирян, происходивший в марте м-це 1924 года в селе Шихазанах, где эта группа русских священников всеми мерами старалась не дать чувашам самостоятельной епархии. Тогда из Казани нарочно приезжал один священник с намерением провалить на съезде решение вопроса об открытии чувашской епархии. Хотя намерение группы противников на съезде и не осуществилось, но оно все-таки не погасло, а напротив, в последствии еще более усилилось. Укажу на некоторые факты.

Бывший протоиерей с. Юськасов, Ядринского уезда, о. Бенидиктов /л. 132/ сорганизовал союз религиозных общин с целью расстроить новооткрытую чувашскую епархию с ея национальным епископом, чтобы опять возвратиться к Казани. Он же о. Бенидиктов, будучи уполномоченным по чувашской епархии, в ноябре 1924 года и в январе 1925 года доносил священному синоду, что епископ Чебоксарский Даниил (из коренных чуваш) «Шовинист», и заражен от протоиерея о. И. Афанасьева тенденциями «автокефализма - Тихоновщины». Священники Чебоксарского уезда: села Хыркасов о. Мочалов, с. Ильинской пустыни о. Далматов, с. Тимичи – Покровского, о. Аристовский и о. Зороастров в 1924 отошли к Тихоновскому епископу Афанасию, Викарию Казанской епархии и увели за собой своих бессознательных пасомых – чуваш в количество несколько тысяч человек, для которых совершенно безразлично кому подчиняться: патриаршему или синодально-церковному управлению.

Со дня открытия чувашской епархии среди чувашского населения вдвойне усилилась агитация против чувашской самостоятельной епархии, как со стороны Казани, так и со стороны части местного русского духовенства. По чувашским приходам ходили сотни агитаторов в лице монахов и монахинь. Многих мирян, которые восхваляли патриаршую тихоновскую церковь, а синодальную или обновленческую церковь всячески поносили и унижали, епископов Тимофея и Даниила, подчиняющихся свящ. синоду, называли (и теперь называют) «еритиками», «лжеепископами», «безблагодатными», «самозванцами», «изменниками» и проч. эпитетами. Простой темный народ верил агитаторам, и все более склонялся на сторону тихоновщины. Сторонники патриарха Тихона как священники, так и миряне ждали себе особого тихоновского епископа.

И действительно, в начале 1925 года появился в чувашской епархии новый тихоновский епископ Герман Кокель, Викарий Симбирской епархии. Он своими энергичными /л. 132 об./ агитационными действиями обратил на сторону патриарха Тихона многих священников с их пасомыми. С этого то времени и началось распадение чувашской епархии. Таково было разрушительное действие группы священников, враждебно настроенных к самостоятельной чувашской епархии.

Но самым сильным и могущественным противником открытия особой чувашской епархии был сам патриарх Тихон: многократныя ходатайства об учреждении чувашской епархии она оставлял всегда без удовлетворения.

1) На Всероссийском поместном церковном соборе 1917-18 г.г., происходившем под главным руководством патриарха Тихона, члена собора: епископ Уфимский Андрей (Ухтомский) и кандидат богословия – чувашин Г.И. Комиссаров хлопотали об учреждении чувашской епархии, но хлопоты их не увенчались желательным успехом по несочувствию соборных деятелей во главе с патриархом Тихоном.

2) В 1918 году член переводческой комиссии при совете братства св. Гурия Н.А. Бобровников представил его святейшеству докладную записку о необходимости иметь для чуваш особого епископа. Патриарх возвратил эту записку обратно Бобровникову с своей ничего невыражающей дипломатической резолюцией.

3) В марте м-це 1919 года известный деятель по просвещению чуваш И.Я. Яковлев представил патриарху Тихону подробный доклад и необходимости назначить для чуваш особого епископа с целью поддержания и укрепления веры и благочестия в народе, при чем он имел ввиду чуваш 5 уездов Казанской губернии и 3-х уездов Симбирской губ., где чуваши живут сплошною однородною массою в 59 волостях в количестве 1725 семей, всего около миллиона душ.

Эта докладная записка была передана на отзыв члена высшего церковного совета и члена миссионерского совета при священном синоде, профессора П.Д. Лапина. В 1919 году ноября 14 дня священный синод и высший церковный /л. 133/ совет в соединенном присутствии, заслушав отзыв проф. Лапина по докладной записке И.Я. Яковлева, путем неправильного токования канонических правил (8 прав. 1.Всел. Собора) оставили ходатайство и И.Я. Яковлева без удовлетворения.

4) Получив отказ, И.Я. Яковлев в марте м-це 1920 г. написал патриарху Тихону другой доклад, в котором, указывая патриарху Тихону толкования 8 прав. 1 Вселенского собора, писал, между прочим, следующее:

«Беру на себя смелость и дерзновение утверждать, что осуществление проэкта об образовании чувашской епархии на сколько не заключало бы в себе опасности в смысле нанесения ущерба вековечным принципам церкви, выраженным канонически-юридически, постановлениях и определениях, но напротив оно находилось бы в полном и глубоком согласии с духом божественной правды и любви, с заветом и методом Господа нашего Иисуса Христа. Спаситель наш в деле устроения царства Божия на земле никогда не шел вопреки естественному течению вещей, уничтожая и предавая полному забвению все частное, местное и исключительное, как-то многоразличные особенности и разности страны, рас, наречий и наименований, воспитаний форм и обстоятельств, но всегда опираясь на них, как на богом данные посредства и приготовления и, в них и чрез них пробуждая и развивая присущия людям духовные силы, поднимал и возвышал их до братского единения их в духе веры и любви. Таков великий и всегда жизненный метод его земной деятельности. Этим же спасительным методом руководствуются и святые ученики Его и апостолы, когда естественное племенное различие людей они переносят в царство Божие и пределами национальной жизни ограничивают и обуславливают церковно-административное соединение и разделение, как это показывает 34-е апостольское правило. Тоже самое мы видим и в послеапостольское время. Древняя церковь своими постановлениями и определениями дарует самоопределение не только народам, но и отдельным областям (19 управ. Антион. Соб.) Она руководившаяся /л. 133 об./ духом высшей справедливости к любви, отлично понимала ту истину, что то, что относится к существенному благу одной части, с течением времени становится относящимся к благополучию всех. Здесь корень ея уважительного и попечительного отношения к местным национальным особенностям, многочисленные примеры которого мы находим на всем протяжении ея славной истории. Так в диоцезах Фракийском и Азийском жили народы варварские и были инородческие селения, области которых составляли особыя епископии во главе с епископами в г.г. Томи и Исаврополе, при чем епископы эти, в изъятие из общаго правила, поставлялись не местными митрополитами, а самими вселенскими патриархами» (IV Всел. Соб. 20 прав. Номок. Фотия 1, 20).

Какой ответ последовал на это доклад И.Я. Яковлева нам неизвестно. Но мы удостоверно знаем, что патриарх Тихон не дал согласия на открытие самостоятельной чувашской епархии с чувашским епископом.

Таково было отношение патр. Тихона к религиозным интересам и нуждам чувашского народа. Последователи патриарха Тихона, также не расположены дать чувашской особой епархии, они смотрят на чувашскую епархию только как на викариатства двух епархий: Казанской и Симбирской.

 

Перебесчики

 

Чувашскую епархию создали духовенство и верующий чувашский народ. Они должны бы теперь поддерживать и укреплять ее своими силами и средствами. Но, к сожалению, мы видим совсем не то: мы видим, что на Тихоновскую сторону переметнулись и пошли за епископами Афанасием и Германом даже те священники (русские и чуваши), которые сами старались об учреждении чувашской епархии с национальным епископатом. Мы не будем здесь разбирать поступки и действия их: об них правдивое слово скажет будущий историк христианской церкви. Если они и в дальнейшем будут также не устойчивы в своих стремлениях и ради своих личных выгод забросят все на произвол судьбы, что чувашская национальная /л. 134/ епархия в скором времени разлетится в дребезги, - от нея останутся только «рожки да ножки».

 

Какова должна быть чувашская епархия по своему направлению?

 

По нашему глубокому убеждению, основанному на исторических данных и на собственных наблюдениях над современной жизнью, Чувашская национальная епархия должна представлять из себя чисто чувашскую группировку, или церковь, которая, не увлекаясь никакими церковными течениями, никакими раздорами и спорами, должна строго держаться на почве православия. В таком виде только и может в современных условиях быть жизненною. Чувашские священники и миряне должны особенно учесть это обстоятельство, ибо сейчас много стремления для чувашина в пределах республики, где большого практического значения не имеет примыканию к той или другой группе. Сейчас не только у нас но и в Эстонии, Латвии, Финляндии, и других автономных странах открыто говорят: «Эстония только для эстонцев», наши чувашские священники еще раздумывают за кем идти: за национальным епископом или за русскими священниками чувашефобами, которые всегда измывались над нами и старательно гасили все национальныя стремления их. Очень трудно вдолбить некоторым священниками и мирянам, что наступило время воедино собрать чувашские интересы, чтобы выявить свое лицо среди других национальностей, чтобы чувствовать себя равным <не – А.Б.> только черемисину, мордвину но и равным англичанину, французу и другим образованным христианским нациям мира.

Но, что же мы должны теперь делать, чтобы удержать самостоятельную чувашскую епархию от распадения?

 

Как спасти чувашскую епархию от погибели

 

На основании вышеприведенных исторических справок и соображений я прихожу к необходимости следующих мероприятий:

1. Из двух форм церковного управления: патриаршей (единоличной) и синодальной (соборной) следует признать подходящей и целесообразной священный синод /л. 134 об./ не патриарха, потому, что истина гораздо лучше чем может быть разузнана несколькими лицами, нежели одним. Да и сам Спаситель сказал: «где двое или трое собраны во имя мое, там я последи их». (Матв. XVIII - 20)

II. Верующие чуваши должны раз навсегда запомнить, что бывший патриарх Тихон и его сторонники всегда шли против образования особой чувашской епископии, старательно гасили все национальные стремления чуваш.

III. Чувашская епархия должна подчиняться священному синоду Российской Православной церкви также и потому, что 14 марта 1924 года синод преподал чувашскому народу свое благословление на открытие самостоятельной национальной епархии.

IV. Между последователями бывшего патриарха Тихона и сторонниками священного синода, в отношении вероучения, нравоучения, а равно богослужения, церковных обрядов и обычаев нет никакой разницы; слова: «патриарх», «священный синод» означают только название форм церковного управления, а не различия догматов веры; формы же церковного управления всегда менялись и меняются, но вера от этого нисколько не меняется.

V. Если представителя высшей церковной власти Тихоновского и Синодального течений не примирятся между собою и не объединятся, то русская церковь не минуемо должна раздробиться на множество религиозных толков, враждебно относящихся друг к другу, что в результате даст полное разрушение церковной организации.

VI. Отрицать священный синод Российской православной церкви и называть его самочинным и безблагодатным за то, что он организовался помимо воли патриарха Тихона – есть полнейший абсурд и безумие: из церковной истории мы знаем много таких случаев, когда высшие органы церковного управления возникали и организовались без предварительного на то согласия патриархов, - Российский же священный синод призван восточными патриархами и получили от них санкцию на свое существование. /л. 135/

VII. Патриарх Тихон беспрекословно должен был подчиняться решению собору 1923 года о лишении его патриаршего сана впредь до пересмотра этого дела на следующем соборе, но он, получив свободу отказался подчиняться постановлению собора, самочинно стал называться патриархом и управлять церковью, хотя при аресте он отрекся от управления Российской церковью.

VIII. Патриарх Тихон и его сторонники говорят, что собор 23 года не каноничен, между тем отрицать законность этого собора не в коем случае не приходится, потому что, он собрал не самовольно, а из делегатов, правильно избранными епархиальными съездами духовенства и мирян.

IX. Хотя в древней христианской церкви до конца 7 века и допускались женатые епископы и второбрачные священнослужители, тем не менее, восстановление российского поместного собора 1923 года о женатом епископате и о второбрачных клириков в данный момент для чувашской епархии, по которым соображениям, следует считать не приемлемым.

X. Священно-церковно служители церквей чувашской епархии – русские ли они или чуваши – безразлично, должны твердо держаться православия и руководствоваться в своей деятельности лозунгом: «чувашская епархия прежде всего для чуваш».

XI. Упорное нежелание группы русских священников-чувашефобов подчиниться чувашскому епископу и патриархальному управлению признать явлением зловредным для сохранения и укрепления православия на территории чувашской республики.

XII. Со стороны духовных пастырей, кто бы они не были в своей национальности, не должно быть того высокомерного презрительного отношения к своим пасомым чувашам, какое замечалось в духовенстве прежнего царского времени; взаимные отношения пастырей с пасомыми всегда должно быть близкие родственные и искренне-сердечные.

XIII. Тем священноцерковнослужителям, которые имеют поползновение /л. 135 об./ к разрушению чувашской епархии, объявить, что они за это лишаются права оставаться на службе в пределах этой епархии.

XIV. В Чувашской Республике не должны приниматься на регистрацию те христианские религиозные общины, в числе членов или служителей культа которых значится епископ чужой епархии.

XV. Необходимо ходатайствовать от имени чувашского епархиального съезда пред Наркомвнутдел ЧАССР о разрешении сделать к уставу религиозных обществ следующие дополнения: а) к пун.5-му «но не иначе, как с согласия Епархиального или Викариального Управления, при чем служители культа подчиняются, в порядке церковной дисциплины, Епархиальному или Викариальному Управлению»; б) к пун. 9-му «служители культа за свои проступки и опущения по службе подвергаются взысканиям по распоряжению Епархиального или Викариального управления, по принадлежности».

XI. Для всестороннего тщательного обсуждения и решения вышеозначенных тезисов необходимо как можно скорее созвать епархиальный съезд духовенства и мирян.

 

П.п. Епископ Даниил /л. 136/ [5].

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 113. 2. 3. Там же. Л. 112. 4. 5. Там же. Л. 115. 6. 7. Димитрий Сеченов – митрополит Нижегородский 8. 9. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 118 – 136. 10.

 

ДОКУМЕНТЫ ОБНОВЛЕНЧЕСКОЙ ЧУВАШСКОЙ ЕПАРХИИ 1927 Г.

 

ЦИРКУЛЯРЫ АРХИЕПИСКОПА ТИМОФЕЯ (ЗАЙКОВА)

 

В Народный Комиссариат

Внутренних Дел

Чувашской С.С. Республики

 

Староцерковный вождь Митрополит Сергий Нижегородский посланием своим от 29 июля сего 1927 года, к архипастырям, пастырям и верующим, призывая быть верными гражданами Советского союза лойальными (sic) к советской власти, организовал временный Священный Синод, чем окрылил духовных лиц Тихоновской Контр-революционной ориентации и верующую массу фанатиков. Теперь они с большею силою поведут туже темную агитацию против существующего строя и, в особенности, в пределах Чувашской Республики, где быстро развивается сектантство, так не без вредное в политическом отношении.

Чебоксарское духовенство, как контр-революционно-настроенное, с нетерпением ждет же съезда представителей Тихоновской ориентации имеющегося быть в Казани осенью. Тогда они намерены открыть в Чебоксарах Викарное управление к Казанской епархии с своим русским епископом во главе.

Чувашская епархия, как самостоятельная с национальным епископатом открыта не без содействия местной гражданской власти, на основании Церковных канонов (17-4 и 38-6) Вселенских Соборов по которым границы епархии /л.145/ должны совпадать с гражданским делением таковых.

А потому Чувашское Епархиальное Управление смело надеется на свою национальную гражданскую власть, что замыслы Чебоксарского русского духовенства и сельских приходов Тихоновской ориентации не будут проведены в исполнение.

И чтобы сохранить самостоятельность Чувашской епархии и Национальный епископат, Чувашское Епархиальное Управление усердно просит Народный Комиссариат Внутренних Дел Чувашской С.С. Республики, сделать распоряжение по уездам, чтобы не давалось разрешения на созыв благочиннических съездов без согласия Чувашского Епархиального Управления и если возможно, наложено было запрещение функционировать, лжеблагочинным Тихоновской ориентации, подведомственным узурпаторам церковной власти в Чувашской епархии Афанасию Спасскому и Иоакиму Алытырскому принимают ими все меры к аннулированию самостоятельности Чувашской епархии.

Председатель Чувашского Епархиального Управления Архиепископ Тимофей /л. 145 об./

 

 

В Народный Комиссариат Внутренних Дел Чувашской С.С. Республики к сведению.

 

Пастыри и верующие миряне Чувашской епархии!

 

 

Происходящая в Русской церкви смута не ересь, а раскол, который может глубоко потрясти церковь и привести ее к тяжелым и нежелательным для нее последствиям.

Лучшим доказательством раскольнического разрыва Тихоновцев со Вселенской Церковью является чисто местный характер староцерковничества, осуждаемый голосом Вселенской церкви. Ни один Вселенский Православный Патриарх не признает староцерковничества и с их вождями Вселенские Восточные Православные Патриархи канонических братских взаимных отношений не имеют. Какой ужасный грех взяли на свою душу эти виновники церковного раскола! Св. Священномученик Киприан, епископ Карфагенский говорит: «вина Церковного раскола не омоется и мученическою Кровию». Единение со Вселенскою Православною Церковью есть основная истина Св. Православной веры.

А потому староцерковники, порвавшие связь с Вселенской церковью, чтобы не в положении раскола, должны поспешить к соборному разуму, через признание Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви.

Заместитель патриаршего местоблюстителя Митрополит Сергий Нижегородский, как началась подготовка войны со стороны Английского правительства, поспешил отмежоваться от заграничных эмигрантов и в своем послании от 29 июля сего 1927 года, призвал архипастырей с пастырями и их пасомыми быть лойальными к Советской власти.

В том же послании оповестил, что с мая месяца текущего года им организован с разрешения власти временный при заместителе Патриарший Священный Синод и предполагает созвать второй поместный собор (время не указано). /л. 146/

Так в Москве образовался новый временный Священный Синод Тихоновской ориентации по мимо Временного ВЦУ председателем коего состоит Архиепископ Григорий Свердловский, который, оторвавшись от политиканства Сергиевщины, признал принцип Соборности, чем несомненно помогает широкой массе Тихоновщины постепенно выяснить правоту Священного Синода, строющего на соборных началах церковную жизнь.

Лойальность Тихоновщины к Соввласти, если она не будет лицемерной, не только из страха, но и по совести (Радости? <неразб.>) как говорит Митрополит Сергий в послании, будет крупным шагом к объединению верующих во имя Христово, чтобы проводить в жизнь слова Христа: «да вси едино будут».

Староцерковники не будут теперь клеймить синодальную церковь разного рода кличками: красные, советские, изменники и даже чекисты или агенты ГПУ». Ведь это было недомыслие невежество и темнота в особенности в применении к широким народным массам вовлеченным смутою в раскол.

Митрополит Сергий после того, как все Восточные Православные Патриархи признали Священный Синод Главою Российской Православной Церкви в своем первом послании с негодованием высказал: «Пусть признают, от этого обновленцы не станут православными, а только патриархи обновленцами». Столпы православия всего мира – Святейшие Вселенские Патриархи Константинопольский, Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский – Блаженнейший Патриарх святого града Иерусалима Дамиан более 30 лет восседающий на кафедре брата Господня апостола Иакова – Матери всех Церквей, за признание синодальной церкви православной и законной правопреемницей церковной власти, по мнению Митрополита Сергия, стали не православными. Вот это абсурд! /л. 146 об./

В какую же Церковь Митрополит Сергий и все его последователи теперь веруют?

Остается сказать, что современная Тихоновщина имеет сходство с древле историческим расколом донатизма, бывшего более шестнадцати веков тому назад. Донат, епископ Кизический правил раскольниками целых сорок лет (315 – 345).

Первый и самый общий прием полемики и борьбы Тихоновского раскола с Синодальной Церковью – это усиленное подчеркивание своей особой Святости и Чистоты, соединенное с похулением и забрасыванием грязью православных обновленцев. Только мы одни святы и чисты, а все остальные – падшие грешники и изменники – вот общий мотив и донатистов и Тихоновцев. Тихоновцы особенно часто и охотно избирают оружие борьбы с обновленцами – это обвинение их в «безблагодатности», почему и вошло у них в практику переосвящение престолов, перекрещивание, перерукоположение, узурпаторство Церковной власти и др., что ничем церковно не может быть оправдано и представляет сплошную демагогию рассчитанную на запугивание темной, наивно-религиозной, но совершенно не просвещенной массы.

Раскольники-донатисты были враждебно настроены к гражданской власти.

Тихоновщина, ни для кого не секрет, как Всероссийская так в особенности эмигрантская сплошь контр-революционна и оппозиционна Соввласти. Заграничная Тихоновщина постоянно трубит об этом и на своих Карловацких соборах и в общей белогвардейской прессе. Наша же внутренняя Тихоновщина лицемерит и хитрит. Но она проникнута теми же самыми настроениями и мечтами – ожиданиями политической реставрации – как будто бы доказывать никому не приходится.

Итак, все уклонившиеся вопреки церковных правил в староцерковнический раскол через признание своим /л. 147/ архипастырем чуждого епископа Афанасия Спасского или Иоакима Алатырского, прочитайте настоящее обращение со вниманием и вы почувствуете сразу ту правоту церковную, какую скрывают раскольнические епископы Афанасий и Иоаким, как узурпаторы насильственно с нарушением канонов вторгающиеся в чуждую им Чувашскую епархию.

Потребуйте от них, чтобы они предъявили общительные грамоты от Вселенских Патриархов, после чего будет видно где истина, где правда, и узнаете, что они ведут вас в раскол сходственный с донатизмом из корыстолюбия, честолюбия и фарисейской гордости. Да поможет же вам Господь войти в общение с православным Священным Синодом и со мною, вашим Архипастырем.

Правящий Архиепископ Чувашской епархии Тимофей /л. 147 об/

 

РЕЗОЛЮЦИЯ НКВД

 

Порядок разрешения религиозных о-в установлен декретом ВЦИК РСФСР от 12 июня 1922 г. (С.У. 22 г. № 10, ст. 477) и инструкцией по его применению от 10 августа 1922 г. (С.У. 1922 г. № 49, ст. 62).

Согласно разъяснения 5 Отд. НКЮ от 10 июня 1920 г. № 712 Советская власть не вмешивается во внутренние отношения групп верующих.

Конституцией РСФСР ст. 4-й установлено: Свобода религиозной и антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.

Декрет ВЦИК от 23/I – 1918 г. ст. 3: Каждый гражданин может исповедовать любую религию или неисповедовать никакой.

В силу сказанного разрешение на созыв религиозных съездов или совещаний не может быть поставлено в зависимость от другой группы верующих, т.е. другого направления, или в зависимость от /л. 144/ их ходатайства или нежелания.

В данном случае Адм. Инспекция руководствуется только существующими на сей предмет узаконениями или распоряжениями.

5/X – 27 г.

 

Врио. Юрисконсульта Флоренсов. /л. 144 об./ [1].

 

ПОСЛАНИЯ АРХИЕПИСКОПА ТИМОФЕЯ (ЗАЙКОВА)

 

 

В Нар. Ком. Внут. Дел Ч.С.С.Р.

к сведению.

О.о. Протоиереям, иереям и церковно-приходским советам церквей

г. Чебоксар.

 

В январе месяце 1924 года духовенство г. Чебоксар письменно заявило о признании Священного Синода Православной Российской Церкви, как высшего органа оной, имея с ним общение через своего национального для Чуваш епископа Тимофея, подчиненного всецело его распоряжениям, по скольку они не затрагивают канонических православных устоев и национальных прав Чувашского Народа в интересах церковного единства.

Это письменное заявление городского духовенства засвидетельствовано своеручными подписями во главе протоиерея Введенского Собора А. Ардатского, игумена мужского монастыря Вассиана с иеромонахами и женского Владимирского монастыря игумении Варвары с монахинями в числе 15 человек.

Церковная разруха, которую произвел в Чувашской епархии ересиарх Герман Кокель с своими единомышленниками-авантюристами, служила поводом для городского духовенства с верующими отмежеваться от своих каноничных епархиальных и властию признанных законных архипастырей Тимофея и Даниила, вопреки 13 прав. Константинопольского двукратного Собора признав своим архипастырем чуждого Чувашской епархии епископа Афанасия Спасского.

Епископ Афанасий, бывший Чебоксарский, журнальным постановлением № 21, от 3 сентября 1923 г. за подписанным Патриархом Тихоном и Архиепископами Серафимом, Тихоном и Илларионом, перемещен на кафедру епископа Спасского, викария Казанской епархии, что видно из имеющейся в делах Чувашского Епархиального Управления копии, за подписанной /л. 154/ епископами Иоасафом и Афанасием от 3/16 октября 1923 года.

Епископ Афанасий, считавшийся православным, не подчинился воле своего Патриарха Тихона с его Синодом, и, с исчезновением Германа Кокель из пределов Чувашской епархии, вопреки 13 прав. Константинопольского двукратного собора, чем усилил смуту церковную с развитием сектантства так вредно отражающегося на мирную общественную жизнь Чувашского Народа в республике.

Епископ Афанасий для Чувашской епархии является самозванцем, тем более после заявления Сергия Митрополита Нижегородского Заместителя Патриаршего Местоблюстителя, в своем послании, которым он выразил полную лойяльность его в его церковно-общественной деятельности по отношению к советской власти (16/23 июня с/г), так как границы епархии должны совпадать с гражданским делением таковых (17-4 и 38-6 прав Вселен собор.).

Епископ Афанасий, своим вмешательством в дела чуждой ему Чувашской епархии, переходя границы своей епархии Казанской с целью эксплоатации скрывая о том, ясно обнаруживает свою нелойяльность к советской власти.

Кроме того епископ Афанасий своим сплошным нарушением церковных канонов и как отколовшийся от Вселенской Церкви – Восточных Патриархов, является для Чувашской епархии не православным, а раскольником, одинаково и все те, которые пошли за ним вопреки13 прав. Константинопольского двукратного Собора клирики и миряне Чувашской епархии.

Епископ Афанасий вопреки 65 прав. Карфагенского собора, принимая в свое общение чуждых клириков, вопреки 32 пр. св. Апостол запрещенных и отлученных /л. 154 об./ вопреки 68 прав. св. Апостол перерукоположенных, а с целью спекуляции В Чувашской Епархии награждая достойных и недостойных духовными наградами, посрамляет достоинство архипастыря на посмеяние церкви Христовой.

Православным клирикам и всем верующим Чувашской епархии необходимо знать, что все распоряжения раскольнического епископа Афанасия в чуждой ему Чувашской епархии на основании 13 пр. Антиохийского собора, не действительны и он за безчние свое и за безрассудное начинание понесет приличное наказание через немедленное извержение из своего чина Священным Собором.

И так, ревнуя о спасении пастырей с пасомыми г. Чебоксар, Чувашское Епархиальное Управление именем Господа Иисуса Христа умоляет всех вернуться в спасительное лоно единой Вселенской Православной Церкви, оставив гордыню, злословие, клевету, душегубныя сплетни и поспешить войти вновь в общение с Православным Священным Синодом и с своими Каноническими и законными Православными Архипастырями Тимофеем и Даниилом.

 

Председатель Чувашского Епархиального Управления Архиепископ Тимофей /л. 155/

 

 

Циркулярно

Оо. Благочинным, Пастырям,

и Церковно-приходским советам

Чувашское церквей Чувашской епархии

Областное Церковное

Управление

 

22 окт. 1927

№ 604

 

Во исполнение циркулярного распоряжения Священного синода Прав. Рос. Церкви от 30 сентября сего, 1927 года, за № 4527, Чувашское Епархиальное Управление сим сообщает для объявления по округу, что согласно постановлению Св. Синода от 23 сентября; по вопросу о восстановлении в священном сане священнослужителей, отрекшихся от Бога и снявших священный сан, таковые священнослужители навсегда лишаются права быть восстановленными в правах священному сану присвоенных и что ходатайства их и Епархиального Управления о восстановлении их в священном сане будут оставаться без удовлетворения.

 

Председатель Чув. Е. У. Архиепископ Тимофей.

За секретаря диакон А…..

 

 

Оо. Благочинным, Пастырям,

и Церковно-приходским советам

Чувашское церквей Чувашской епархии

Областное Церковное

Управление

 

22 окт. 1927

№ 605

 

Во исполнение циркулярного распоряжения Священного синода Рос. Прав. Церкви 27 сентября сего, 1927 года за № 4455 Чувашское Епархиальное Управление сим сообщает для объявления духовенству и приходским советам по округу, что II поместный собор будет созван осенью 1928 года с участием Восточных Патриархов.

 

Председатель Чув. Е. У. Архиепископ Тимофей.

За секретаря диакон А….. /л. 155 об./

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 3, Д. 48, Л. 144 – 147 об. 2. 3. Там же, Л. 154 – 155 об. 4.

ИЗ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЛ АРХИЕПИСКОПА ТИМОФЕЯ (ЗАЙКОВА)

 

Обвинительное заключение

о предании суду гр-на с. Большие Кошелеи Батыревского района Зайкова Тимофея по ст.ст. 17 и 59-2 ч. II УК <подстрекательство к массовым беспорядкам>

 

В феврале м-це 1930 года при раскулачивании кулацких хозяйств было раскулачено и хозяйство служителя культа Б. Кошелеевской церкви архиерея Зайкова Тимофея, в том, числе были конфискованы и 25 ульев, находящихся в подвале во дворе Зайкова. В тот же период была закрыта и Б. Кошелеевская церковь. В начале апреля месяца во время исправления перегибов при коллективизации и раскулачивании Б. Кошелеевская церковь была открыта. Пользуясь этим архиерей Зайков стал организовывать вокруг себя темную массу верующих, главным образом женщин, возбуждая среди них недовольство действиями местных органов власти и связывая эту работу со сбором средств на ремонт внутренности церкви.

В середине апреля м-ца после открытия Б. Кошелеевской церкви и когда в последней шел обряд говения, которое проводил Зайков, часов около 7 – 8 утра приехали во двор архиерея Зайкова колхозники из д. Дубовки на 8 – 9 подводах, чтобы увезти конфискованные пчелы его, согласно распоряжения РИКа. Находящиеся в церкви верующие, среди которых было большинство женщин, заметив подъехавших колхозников, … стали выбегать из церкви группами и толпа женщин, с шумом и криками, окружила колхозников, которые подкладывали на воз ульи Зайкова. … Колхозники вынуждены были уехать без ульев.

Когда 3 мая 1930 года во двор Зайкова прибыли представители колхоза и стали оформлять передачу имущества колхозу, собралась толпа женщин 60 человек, которые кричали, что имущество архиерея не отдадут. …

Зайков 45 лет состоит служителем культа, имел большой земельный участок, 400 ульев, держал 2-х батраков [1].

 

Из протокола допроса архиепископа Тимофея (Зайкова)

 

20 августа 1937 г.

 

ВОПРОС: В 1919 году организовывали ли Вы население против соввласти?

ОТВЕТ: Такого факта с моей стороны не было и виновным не признаю.

ВОПРОС: За что Вас арестовали и Вы сидели в тюрьме в Казани?

ОТВЕТ: Я тогда действительно сидел в тюрьме 4 месяца, но за что меня арестовали я не знаю.

ВОПРОС: Организовывали ли Вы в 1921 г., в с. Б. Кошелеях кулацкое восстание, где были убиты 7 чел. комсомольцев и коммунистов. Признаете Вы себя виновным?

ОТВЕТ: Виновным не признаю, восстания я не организовывал.

ВОПРОС: Если Вы восстание не организовывали почему допустили убийство у себя в дому 2-х комсомольцев?

ОТВЕТ: В моем дому действительно убили 2-х комсомольцев, расстреляли их, мне помнится Уханов и Знаменский, один из них был гр-н из д. Вутабоси, а Знаменский из Подлесных Чурачик, оказывать сопротивление означенным гражданам я не мог, они были вооружены.

ВОПРОС: Кто сообщил, что у Вас на квартире остановились комсомольцы?

ОТВЕТ: Не знаю кто о них сообщил восставшим [2].

 

Характеристика

на архиепископа Зайкова Тимофея Сергеевича

 

В 1919 году, когда Кошелеевский волисполком затребовал от него для отопления школ дрова, на почве непримиримости он местных кулаков и своих сторонников направил против местной власти (волисполкома и волвоенкомата). Собрал церковно-приходское собрание, взял под свое влияние бывших в то время в деревнях прод. отрядников, арестовали председателя волисполкома и волостного военного комиссара и отправили в город Цивильск. После этого дело было исправлено, а сам архиепископ, бывший в то время священник, Зайков Тимофей был со своими сторонниками Черновым Филиппом, Ермулкиным Николаем и др. направлен в Казанский губтрибунал. Через полгода он был освобожден, а потом начал борьбу за возвращение конфискованного имущества.

В 1921 году во время Кронштадского мятежа в начале марта, через своего верного послушника, бывшего в то время председателем Б. Кошелеевского сельсовета Хараськина Ивана Сергеевича и секретаря того же сельсовета Лукина Максима поднял всех кулаков и подкулачников на восстание против коммунистов и комсомольцев. Выбрали волостного старшину, писаря. Вынесли ряд постановлений об открытии базаров, о продолжении восстания и т.д. …

После этого архиепископ Зайков собирал несколько раз тайные подписки и этим он подтверждал, что в его приходе верующих находится большинство, что народ советской властью недоволен, но он, якобы, настраивает всех обновленцев поддержать советскую власть. «Это – говорит он – только тихоновцы идут против советской власти» [3].

 

Примечания

 

1. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп.2, Д. 1632, Л. 106 – 109. 2. 3. Там же, Оп. 3, Д. 3137, Л. 4. 4. 5. Там же, Оп. 3, Д. 3137, Л. 109 – 109 об. 6.

 

СЛЫШАТЬ И ПОНИМАТЬ

 

Советская Чувашия. – 1990. – 23 октября.

 

В последнее время повсеместно идут разговоры о родных языках. Вот и о чувашском языке заговорили.

Приходилось разное слышать. Как видно, в разговор вступают и люди науки, и люди без претензий на анализ: и чуваши, и заинтересованные представители других национальностей. Идет, чувствуется, заинтересованный разговор, который, подчас, переходит в в спор и, к сожалению, весьма пристрастный. Думается, не лишним был бы в этом хоре голосов и голос Церкви. Вопрос языка в проповеди Евангелия, что, собственно, и составляет сущность бытия Церкви – главный.

Да, проблема есть, но взаимными упреками, обвинениями в шовинизме да национализме ее не решить.

 

Как смотрит Церковь на проблему родного языка? Евангелие повествует об истории начала проповеди спасительных истин Христовых, когда в Святую Пятидесятницу, которую мы по обыкновению называем Троицей, святые апостолы получили первый дар Святого Духа – дар знания, умения говорить на языках народов, к которым они должны были идти проповедовать Евангелие. Так угодно было Господу: не народы наделить знанием еврейского языка, на котором Сам проповедовал, а учеников осенить благодатью нести Свои спасительные истины народам на их родных языках.

Таков завет Господа Церкви – проповедь Евангелия должна проводиться на родном языке. Но, как в наше время говорят, человеческий фактор, или просто греховность человеческая, мешает в полной мере исполнять этот завет. Если архиепископ Константинопольский Святый Иоанн Златоустый обращать в святую православную веру народ ставил их соплеменника, епископа из коренного населения Византийской империи для управления Церковью вновь крещенной России ставили исключительно греков. Не безболезненно прошло это стремление не уступать «варварам», то есть россам, не раз возникали трения между недопонявшими учения Христа россами и византийскими проповедниками.

Чуваши должны быть благодарны русскому народу. Говорю с позиции верующего, с позиции Церкви. Через русский народ к нам пришло Евангелие – благая весть о спасении всего человечества. Но не все гладко было и в просвещении чувашей, да и другие малочисленные народы, старший брат называл «инородцами», когда все мы от Адама и Евы, должны быть одного человеческого рода. Негры и папуасы для колонизаторов были «людьми земли» – туземцами. Пожалуй, само название «инородцы» провоцировало некоторых представителей русского народа свысока относиться к чувашам, что, к сожалению, просматривается в деятельности русскоязычного духовенства среди вновь просвещенного населения тех времен. Лишь в 1883 году Священный Синод Русской Православной Церкви разрешил совершать богослужения на родных языках «инородцев». Это более чем через 300 лет после взятия Казани, что считается началом распространения Евангелия в Казанском крае, в котором проживали чуваши. До этого произошли разные события, и радостные, и не столь, но факт остается фактом: сотни тысяч чувашей «ушли» в татары, то есть приняли ислам и татарский язык. Исследователи напрямую связывают этот факт с насильственной христианизацией чувашей, когда русские проповедники на русском языке возвещали Евангелие, а чуваши не могли, по слову апостола, произнести «аминь».

Мир не без добрых людей, были помнящие и исполняющие заповедь Святой Пятидесятницы русские – Господь не не хочет погибели Своего народа. Был русский из русских – Николай Иванович Ильминский, который «нашел» чуваша из чувашей Ивана Яковлевича Яковлева, вокруг которых собрались заинтересованные вопросом подвижники, и прекратился отток чувашей в татары. Засветился огонек Христовой лампады в душах язычествующего, а не то клонящегося в мусульманство народа, питающим маслом для этой лампады был родной чувашский язык. Об этом свидетельствуют исторические документы, да и опыт приходской жизни подтверждает.

Но не все Ильминские. За весь период распространения христианства на земле чувашской не было на епископской кафедре ее столицы епископа национальности коренного населения. Но беда, как было сказано, не в национальности, главное, если не ошибаюсь никто из них не владел языком, своих, как мы говорим, пасомых. На моей памяти архиепископ Николай имел обыкновение расспрашивать о названиях предметов, понятий на чувашском, архиепископ Вениамин просил переводить свои проповеди на чувашский, если видел, что в храме большинство чуваши – они проявляли какой-то интерес к языковому вопросу. Социологи утверждают, что в республике около 67 процентов чувашскоязычного населения, а в границах республики, можно думать, чувашскоязычных верующих около 80 процентов. Не странно ли, если пастырь не знает языка своих пасомых?

Вопрос родного языка, проект Закона о языках не могут не интересовать Церковь. Игнорирование данного вопроса, как можно было видеть, к добру не приведет. Народ жив в своем языке, нет языка – нет народа, чтобы не погиб народ, необходимо дать родному языку, как говорят, режим наибольшего благоприятствования. Видимо, в Законе это должно отразиться, но необходимо так же не давать возможности кому бы то ни было, прикрываясь Законом оскорблять другие национальности, то есть повторять ошибки тех, кто нас оскорблял. Слава Богу, чуваши волей или неволей уважительны к другим нациям и, как выразился один из поддержавших разговор на страницах газеты, «Карабаха не будет», но двусмыслицы в Законе, конечно же, не должно быть.

Закон о языках, насколько я понимаю, принимается не для пополнения Уголовного кодекса. «Уважать себя заставить» с помощью милиции невозможно. Любовь к ближнему, уважение к языку другого прививаются «от сосца матери», с раннего возраста – хорошо бы полнее выразить это в Законе. Конечно, нам приятно, когда наши дети что-нибудь завернут по-заморски (немецки-английски-французски), хотя многим это не пригодится никогда, а то, что язык соседа по парте, по дому, по улице становится объектом для насмешек, нас порой не затрагивает – разве это норма?

Порча невнимания, скажу больше, неуважения к языку того или иного народа проявляется и в Церкви. Государственный Закон о языках не может предписывать язык взаимоотношений в Церкви, да и какой еще больший закон нужен Церкви, когда само Евангелие узаконивает в Ней родной язык, но Церковь земная – земной организм, и потому ошибки Церкви земной могут учитываться Законом.

Община Воскресенского храма в Чебоксарах принимает решение ранние литургии проводить на русском языке, а поздние – на чувашском, что удобно и русскоязычному и чувашскому верующему населению, потому что в других храмах города ранние литургии совершаются на чувашском, поздние – на русском. Чуваши не всегда успевают к 6-ти часам, да и пение хора на ранних уступает пению на поздних.

Видели бы вы реакцию Управляющего Чубоксарско-Чувашской Епархией Архиепископа Варнавы, когда ему был предъявлен протокол собрания. Бумага полетела на пол, священнику проводившему собрание было заявлено, что на него будет подана жалоба патриарху, собрание объявлено (в пункте о языке богослужения) недействительным. А послали туда священника, хоть и чуваша, но который, как слышно, отказывается исполнять желание общины о языке богослужения. Так что же здесь имеем: вопрос языка или административный пыл?

На епархиальном Собрании я предлагал при архиерейском богослужении исполнять некоторые торжественные песнопения на чувашском языке, и мне было заявлено, что «пока я здесь, этого не будет». После того изменился или нет Его Высокопреосвященство? Сентябрьская реакция на протокол собрания не дает повода к оптимизму. Разве не первоочередная забота Архиерея чувашей перевод и издание Священного Писания и книг церковно-богослужебного и духовно-нравственного содержания на родном языке своих чад?

А вот «я не чуваш», – как говорит на подобные запросы Владыка, – это оправдание перед кем? Есть благоприятная возможность завершить перевод и издать Библию на чувашском языке: ЧОКЦ стремится исполнить Духовное Завещание просветителя чувашей Ивана Яковлевича Яковлева: завершить им начатое дело – перевод и издание Библии. Дело великое, потребуются затраты на 50 тысяч рублей – посильная сумма для всей Епархии, тем более сумма эта возвратная. Как же понимать Архиерея чувашей, отказывающегося участвовать в этом святом деле? Неужели приобрести и содержать пять легковых автомашин для своих собственных нужд, строить за сотни и сотни тысяч, извините, дворцы – средства находятся, а на Библию на нашем языке – нет? Можно не распродавать коллекцию машин и дворцы его же привечают – деньги найдутся без жертв со стороны Архиерея, необходимо лишь его заинтересованное организационное участие. Познавший язык и душу своих пасомых не сторонился бы столь насущной проблемы.

Вот какие вопросы существуют в Церкви по родному языку. Они в Ней совершенно надуманны, привносимые и потому незаконные, но тем не менее время от времени возникающие. Решаются они быстро и безболезненно, необходимо лишь обратиться к заповедям Господним. А заповедь любви к ближнему не противоречит благоразумию и верующих, и неверующих, и Закон о родном языке, содержащий такой принцип, был бы приемлем для всех народов нашей республики.

«Врачу, исцелися сам», – есть такое предостережение в Евангелии. Может, кто и подумает так в отношении данной статьи. Нельзя забывать, что члены Церкви суть члены общества: государства которое их окружает. Воспитание, полученное в детстве, дает о себе знать долго, а то и всю жизнь, занимай человек хоть министерское кресло, хоть епископскую кафедру.

Русификаторская же политика самодержавия поддерживалась официальной Церковью. Не была она в Церкви изжита полностью и после Октября 1917 года, а в действиях Архиепископа Варнавы просматривается явный, осознанный или нет, рецидив прошлого. Хочется надеяться, что Закон о языке не стал еще руководящим в повседневной деятельности.

Протоиерей Иоанн <Иванчин>.

P.S. Гонорар за статью прошу перечислить на счет Чувашского общественно-культурного центра для издания Библии на чувашском языке.

 

 

БИБЛИЯ НЕ ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ

Советская Чувашия. – 1990. – 27 октября.

 

 

Прочитал я статью протоиерея Иоанна «Слышать и понимать». Неприятный остаток остался на душе. Кажется, добрые мысли руководили автором статьи вначале, а закончил статью обвинениями в адрес архиепископа Варнавы. Из статьи ясно, что отец Иоанн, говоря о любви к ближнему, показал, что он сам этой заповедью не руководствуется в отношении к своему архипастырю.

В статье сказано, что община Воскресенского храма принимает решение… Нет, это не так было. Это решение личное отца Иоанна, высказанное им на собрании. И попробуйте ему возразить! Метод отца Иоанна прост: сказал и никаких возражений.

О Владыке Варнаве, так обычно называет его народ и интеллигенция Чебоксар, должен сказать, что его уважает все духовенство и верующие, как чуваши так и русские. Интересно, что отец Иоанн, автор статьи, ни разу не назвал этим словом нашего архиерея. Владыка Варнава любит народ, принимает всех без исключения, со всеми внимателен, отзывчив, терпелив. Со всем этим, особенно с последним, отец Иоанн, я думаю, согласен. Сколько хлопот он доставил Владыке.

Отец Иоанн, говоря о переводе Библии на чувашский язык, упрекает архиепископа Варнаву в том, что он препятствует переводу. Поймите, пожалуйста, Библия – это не художественное произведение, тем более для верующих, а книга, на которой утверждается христианское учение. И перевод ее вряд ли по силам каждому переводчику. Чтобы ее перевести, нужно жить ее духом, проникнутся ее содержанием, испытать на себе ее духовно-нравственную силу. Разве это по силам нашим литераторам-переводчикам, для коих как христианское учение, так и языческие обычаи стоят на одном уровне. Библию могут перевести ученые-верующие. Раньше этим делом занимались в монастырях и духовные учебные заведения.

Статья носит тенденциозный характер, и много в ней неточностей. У Владыки нет пяти машин. Всего три, и то с оговоркой. Из двух машин марки «Волга» одна непригодна к эксплуатации, а «Жигули» используются постоянно по бытовым нуждам епархии. Здание, построенное для проживания архиепископа, не его личное, а собственность епархии, и нисколько не производит впечатление дворца. Другое здание, что напротив собора, построено в том стиле, чтобы не нарушать гармонию с собором, и предназначено для нужд всех церквей Чувашии, число которых за последнее время увеличилось в два раза. И здесь нечему завидовать.

Должен еще добавить, что есть у нас и лица, которые утверждают, что архиепископ Варнава ущемляет священнослужителей из русских. И оба этих взгляда не соответствуют действительности.

Уважаемая редакция, если за чувашскую культуру будут ратовать такие, как упомянутый автор статьи, то вряд ли мы избежим Карабаха. Говорю вам с полной ответственностью за свои слова.

Аполлинарий Павлов,

протоиерей, народный депутат Чувашской АССР.

 

 

ИЗ СЛЕДСТВЕННОГО ДЕЛА ПО ОБВИНЕНИЮ ПАВЛОВА СЕМЕНА ПАВЛОВИЧА И ДР.

 

 

 

По следственному делу № 2519 [1].

 

«УТВЕРЖДАЮ»

МИНИСТР ГОСБЕЗОПАСНОСТИ ЧАССР

«27» марта 1952 г.

ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

по обвинению:

 

1/ ПАВЛОВА Семена Павловича,

2/ ИГНАТЬЕВОЙ Татьяны Игнатьевны,

3/ ИГНАТЬЕВОЙ Марии Игнатьевны,

4/ РЫБКИНОЙ Матрены Федотовны,

 

в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

Министерством Государственной Безопасности Чувашской АССР в декабре 1951 года и в январе 1952 года в городе Цивильске ЧАСОВ арестованы и привлечены к уголов¬ной ответственности участники антисоветской нелегальной церковно-монархической организации так называемой «истинно православные христиане единой святой апостольской церкви /ИПХАЦ/».

Следствием установлено

Арестованные по настоящему делу представляли руководящую и наиболее активную часть цивильской группы нелегальной церковно-монархической организации «ИПХАЦ».

Участники группы, руководствуясь контрреволюционными воззваниями и призывами бывшего патриарха ТИХОНА, под прикрытием непризнания легально действующей церкви, проводили активную антисоветскую деятельность:

вели широкую агитацию за непризнание Советской власти, агитацию против колхозов, против участия в общественно-политической жизни, против участия в проводимых мероприятиях ВКП/б/ и Советским правительством; распространяли среди единомышленников и населения рукописи, содержащие злобную антисоветскую клевету на Советский строй и руководителей ВКП/б/ и Советского государства; вели обработку в антисоветском направлении окружающих лиц и вербовали их в состав группы «ИПХАЦ».

Практическая антисоветская деятельность обвиняемых, привлеченных по настоящему делу, выражается в следующем:

ПАВЛОВ Семен Павлович, в прошлом иеромонах и настоятель церкви в селе Шутнерево, Октябрьского района Чувашской АССР, в 1930-1932 гг. являлся одним из руководителей контрреволюционной церковно-монархической организации под названием «союз православной церкви», действовавшей на территории Урмарского и соседних с ним районов Чувашской АССР. В марте месяце 1932 года в числе других участников организации он был арестован за антисоветскую деятельность и осужден к 3 годам ИТЛ. В мае месяце 1933 года бежал из места заключения и до 23 декабря 1951 года, т.е. до ареста, под именем странствующего иеромонаха – «отца ГУРИЯ» скрывался на территории Ленинградской, Московской, Горьковской областей, Башкирской, Татарской, Марийской и Чувашской АССР.

Перейдя на нелегальное положение, ПАВЛОВ возобновил антисоветскую деятельность, восстановил преступные связи с антисоветским церковно-монархическим подпольем так называемых «истинно православных христиан единой святой апостольской церкви» «ИПХАЦ», действующим на территории Чувашской АССР. Так, начиная с 1935 года, им была восстановлена связь с нелегалом ВАСИЛЬЕВЫМ М.В. – бывшим иеромонахом МИТРОФАНОМ, в 1951 году осужденным за открытое антисоветское выступление; монашкой БАТЕЕВой Е.А., осужденной в 1947 году за антисоветскую деятельность; монашками МАКСИМОВОй А. и ФЕДОТОВОЙ А., ранее репрессировавшимися за антисоветскую деятельность и другими. …

Впоследствии ПАВЛОВ, расширяя свои связи, насаждал на территории Чувашской АССР группы «ИПХАЦ», вовлекая в них своих бывших прихожан и руководил антисоветской деятельностью созданных им групп. В 1946 году в деревне Средние Кибечи, Шихазанского района, ЧАССР,ПАВЛОВ создал группу «ИПХАЦ» в составе бывших монашек МАКСИИОВОй А./умер-шей в 1947 г./, БАТЕЕВОй Е./осужденной в 1947 г.за антисоветскую деятельность/, КУЗНЕЦОВА Я./,выбывшего из деревни Ср. Кибечи /, МОЛЧАНОВОЙ А., ФЕДОРОВОЙ Ф. и других. ….

В 1949-1950 годах создал группу «ИПХАЦ» в г.Цивильске, в которую вошли ИГНАТЬЕВЫ Татьяна и Мария, РЫБКИНА М. /арестованные по настоящему делу /, МИХАЙЛОВА А., МАЙОРОВА А. ,ЕЛЕНА,АНАСТАСИЯ и другие. …

В 1951 году установил связь с участниками организации «ИПХАЦ», существовавшей в г. Чебоксарах, из числа которых ГУРЬЕВ В., ГУРЬЕВА М и другие в декабре месяце 1951 года арестованы за активную антисоветскую деятельность. …

В созданных и руководимых группах «ИПХАЦ» ПАВЛОВ под видом религиозной пропаганды призывал своих последователей:

 

к непризнанию Советской власти и саботажу проводимых ею мероприятий;

 

к отказу от вступления в колхозы, в профсоюзы и другие общественные организации;

 

не участвовать в общественно-политической жизни, не участвовать в выборах в Верховные и местные Советы депутатов трудящихся, к отказу от подписи под Воззваниями Всемирного Совета Мира;

 

к отречению от «мирской» жизни, к отказу от посещения кино, театров и других культурно-просветительных учреждений.

 

В этих же целях ПАВЛОВ среди своих единомышленников распространял антисоветские рукописи под названиями «Дивное видение протоиерея Иоанна Кронштадтского», «Святое письмо», содержащие злобную антисоветскую клевету на Советский строй и руководителей ВКП/б/ и Советского государства. …

Антисоветскую агитацию ПАВЛОВ проводил и среди населения. В 1946-1947 годах в дер. Средние Кибечи Шихазанского района, Чувашской АССР ПАВЛОВ в присутствии ПАВЛОВА А.П. и ПРОКОПЬЕВА Я.П. высказывал своё враждебное отношение к существующему строю, распространял клеветнические измышления о колхозах и возводил клевету на советскую действительность. …

В 1947 году в с. Бичурино, Октябрьского района ЧАССР при встрече с бывшим своим последователем ФЕДОРОВЫМ И.Ф., ныне колхозником, пытался вновь обрабатывать его в антисоветском направлении. …

Допрошенный на следствии в качестве обвиняемого ПАВЛОВ С.П. в предъявленном ему обвинении виновным себя признал, а также изобличается показаниями свидетелей ФЕДОРОВА И.Ф., ПАВЛОВА А.Л., ПРОКОПЬЕВА Я.П., ВАСИЛЬЕВА М.В., ФЕДОРОВА И.Ф., показаниями обвиняемых ИГНАТЬЕВОЙ Т.И., ИГНАТЬЕВОЙ М.И., РЫБКИНОЙ М.Ф. и очными ставками со свидетелями ФЕДОРОВЫМ И.Ф., ПРОКОПЬЕВЫМ Я.П.. И обвиняемыми РЫБКИНОЙ М.Ф., ИГНАТЬЕВОЙ М.И. и ИГНАТЬЕВОЙ Т.И.

ИГНАТЬЕВА Татьяна Игнатьевна, будучи связана с иеромонахом ПАВЛОВЫМ с 1930 года, как со стойким сторонником бывшего патриарха ТИХОНА, а впоследствии, как с одним из руководителей церковно-монархического подполья «ИПХАЦ», в 1950 году вступила в цивильскую группу «ИПХАЦ» и под руководством ПАВЛОВА проводила активную антисоветскую деятельность. …

В своей квартире организовывала нелегальные сборища участников группы, на которых наряду с выполнением религиозных обрядов велась антисоветская агитация, направленная, на почве враждебного отношения к Советской власти, к отказу от участия в проводимых мероприятиях партией и Советским правительством, а также читались и обсуждались антисоветские рукописи «Дивное видение» и «Святое письмо».

Являясь участницей группы «ИПХАЦ» ,ИГНАТЬЕВА Т.И. вербовала в состав названной группы окружающих её лиц. Так, в 1950 году в нелегальную группу «ИПХАЦ» вовлекла сестру – ИГНАТЬЕВУ М.И. С целью вербовки в эту группу в 1950-1951 годах обрабатывала в антисоветском направлении СЕРГЕЕВУ А.С. …

Следуя антисоветским установкам ПАВЛОВА, враждебно относилась к существующему строю, отказалась от всякого участия в проводимых ВКП/б/ и Советским правительством мероприятиях. …

Допрошенная на следствии в качестве обвиняемой ИГНАТЬЕВА Т.Н. виновной себя не признала, но в то же время показала, что она, как участница нелегальной, группы «ИПХАЦ» враждебно относится к Советской власти, к Советскому правительству и его руководителям, отказывалась от участия в проводимых партией и правительством мероприятиях; участвовала на сборищах группы «ИПХАЦ», на которых велась антисоветская агитация и читались антисоветские рукописи, вовлекла в группу «ИПХАЦ» свою сестру ИГНАТЬЕВУ М.И., также достаточно изобличается показаниями обвиняемых ИГНАТЬЕВОЙ М.И., РЫБКИНОЙ М.Ф., ПАВЛОВА С.П., показаниями свидетелей СЕРГЕЕВОЙ А.С., АЛЕКСАНДРОВОЙ У.А., МАЙОРОВОЙ А.А., БАГЛОВОЙ С.С., очными ставками с обвиняемыми ИГНАТЬЕВОЙ М.И., .ПАВЛОВЫМ С.П. и со свидетелями СЕРГЕЕВОЙ А.С. и АЛЕКСАНДРОВОЙ У.А.

ИГНАТЬЕВА Мария Игнатьевна, являясь с 1950 года участницей антисоветской подпольной церковно-монархической группы «ИПХАЦ», разделяя антисоветские установки руководителя группы нелегала ПАВЛОВА и участницы группы – своей сестры ИГНАТЬЕВОЙ Татьяны, враждебно относилась к Советской власти и уклонялась от участия в общественно-политической жизни. В знак полного подчинения наставлениям руководителя группы ПАВЛОВА демонстративно сожгла свой профсоюзный билет.

Предоставила под сборища участников группы свой дом, в котором также скрывала и руководителя этой группы нелегала ПАВЛОВА С.П.

Участвовала в нелегальных сборищах группы и читала среди участников антисоветские рукописи: «Дивное видение протоиерея Иоанна Кронштадтского» и «Святое письмо». …

ИГНАТЬЕВА виновной себя признала, также изобличается показаниями обвиняемых по настоящему делу ПАВЛОВА С.П., ИГНАТЬЕВОИ Т.И., РЫБКИНОЙ М.Ф. и очными ставками с ними.

РЫБКИНА Матрена Федотовна, установив в 1949 году через бывшую монашку ФЕДОТОВУ Анастасию связь с нелегалом ПАВЛОВЫМ, в 1950 году, вместе с ИГНАТЬЕВОЙ Т. и ИГНАТЬЕВОЙ М., вступила в созданную им антисоветскую подпольную церковно-монархическую группу «ИПХАЦ» как участница названной группы «ИПХАЦ» до дня ареста проводила активную антисоветскую деятельность. Вместе с другими участниками группы принимала участие в проводимых нелегальных сборищах, где наряду с отправлением религиозных обрядов велась агитация за непризнание Советской власти и за отказ от участия в проводимых ею мероприятиях. Среди своего окружения распространяла антисоветское «святое письмо» и читала антисоветскую рукопись «Дивное видение...». …

Проводила вербовку окружающих её лиц в состав антисоветской нелегальной группы «ИПХАЦ». Так была завербована ею воспитанница Цивильского Детдома несовершеннолетняя МАЙОРОВА А., которая под влиянием РЫБКИНОЙ бросила учёбу в Библиотечном техникуме и ушла из Детдома. …

Допрошенная на следствии в качестве обвиняемой РЫБКИНА виновной себя признала, а также изобличается показаниями обвиняемых ПАВЛОВА С.П., ИГНАТЬЕВОЙ Т.И., ИГНАТЬЕВОЙ М.И., свидетелей МАЙОРОВОЙ А.А., ЕВДОКИМОВОЙ Т.И. и очными ставками с обвиняемыми ИГНАТЬЕВОЙ М.И. и ПАВЛОВЫМ С.П.

 

МАТЕРИАЛАМ ДЕЛА ОБВИНЯЮТСЯ:

 

1. ПАВЛОВ Семён Павлович 1906 года рождения, уроженец дер. Средние Кибечи, Шихазанского района, ЧАССР, до ареста находился на нелегальном положении, беспартийный, чуваш, гр-н СССР, с низшим образованием, одинокий, из крестьян, судим в 1932 году по ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР к 3 годам лишения свободы и в 1946 году по ст.82 ч.1 к 3 годам лишения свободы, в том, что он. бежав в 1933 году из ИТЛ, перешел на нелегальное положение, восстановил прежние связи с церковно-монархическим подпольем «ИПХАЦ» и возобновил антисоветскую деятельность: насаждал на территории Чувашской АССР антисоветские нелегальные группы «ИПХАЦ» и руководил их антисоветской деятельностью; призывал своих последователей не признавать Советскую власть, отказываться от вступления в колхозы, от участия в общественно-политической жизни, в этих же целях распространял антисоветские рукописи «Дивное видение...» и «святое письмо», т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

2. ИГНАТЬЕВА Татьяна Игнатьевна 1911 г.р., уроженка дер. Ойкасы, Чурачикского района ЧАССР, до ареста проживала в г. Цивильске, беспартийная, чувашка, гр-ка СССР, с низшим образованием, одинокая, из крестьян, ранее не судилась, в том, что она, зная ПАВЛОВА, как одного из активных участников церковно-монархического подполья «ИПХАЦ», в 1950 году вступила в созданную им группу «ИПХАЦ» и в составе группы проводила активную антисоветскую деятельность: организовывала нелегальные сборища участников группы, на которых велась широкая агитация за непризнание Советской власти и за отказ от всякого участия в проводимых ВКП/б/ и Советским правительством мероприятиях, а также обсуждались антисоветские рукописи; вовлекла в группу ИГНАТЬЕВУ М. и, с целью вербовки, обрабатывала в антисоветском направлении СЕРГЕЕВУ А., т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

3. ИГНАТЬЕВА Мария Игнатьевна.1924 г.р. уроженка дер. Ойкасы, Чурачикского района ЧАССР, до ареста проживала в гор. Цивильске, беспартийная, чувашка, гр-ка СССР, со средним медицинским образованием, медицинская сестра, одинокая, из крестьян, ранее не судилась, в том, что она, вступив в 1950 году в группу «ИПХАЦ» враждебно относилась к Советской власти, уклонялась от участия в общественно-политической жизни; участвуя в проводимых нелегальных сборищах группы, читала участникам антисоветские рукописи; предоставила свой дом под сборища группы, в котором также скрывала я руководителя группы нелегала ПАВЛОВА, т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

4. РЫБКИНА Матрена Федотовна,1922 года рождения, урож. дер. Вурманкасы, Октябрьского района ЧАССР, до ареста без определенных занятий и местожительства, беспартийная, чувашка, гр-ка СССР, со средим медицинским образованием, из крестьян, не судилась, в том, что она, вступив в 1950 году, вместе с ИГНАТЬЕВЫМИ Татьяной и Марией, в созданную и руководимую нелегалом ПАВЛОВЫМ антисоветскую группу «ИПХАЦ», вместе с ними участвовала в нелегальных сборищах группы; распространяла среди своих единомышленников антисоветские рукописи и вербовала в состав группы «ИПХАЦ» новых участников, т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

Руководствуясь ст. 208 УПК РСФСР, следственное дело № 2519 по обвинению ПАВЛОВА Семена Павловича, ИГНАТЬЕВОЙ Татьяны Игнатьевны, ИГНАТЬЕВОЙ Марии Игнатьевны и РЫБКИНОЙ Матрены Федотовны по ст.ст. 58-10 ч,2 к 58-И УК РСФСР направить Прокурору Чувашской АССР для передачи по подсудности.

 

Начальник отделения Следотдела МГБ ЧАССР.

 

«СОГЛАСЕН»

Зам. Начальника Следотдела МГБ ЧАССР.

 

 

 

Примечания

 

1. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3117, Л. 211 – 220.

 

 

 

 

 

 

 

 

ИЛЛЮСТРАЦИИ

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 
 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова



Пружины из нержавеющей стали

Ассортимент продукции из нержавеющей и быстрорежущей стали

ekb-spring.ru

Берман А. Страницы истории православия в Чувашии в ХХ веке. Чебоксары, 2009. 132 с. 134 с.
Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Андрей Берман

СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ ПРАВОСЛАВИЯ В ЧУВАШИИ В ХХ ВЕКЕ

К оглавлению

ВВЕДЕНИЕ

Данная работа посвящена двум моментам в новейшей истории православной Церкви в Чувашии – движению за национальную чувашскую церковь и деятельности церковной оппозиции, противостоявшей линии патриаршего местоблюстителя, митрополита Сергия (Страгородского). Два этих момента драматической церковной борьбы, освещенные в предлагаемой работе, при том, что ее фигуранты были непримиримыми оппонентами, представляют собой развитие возникшего еще до революции движения национального духовенства за создание чувашской епархии с епископом-чувашом во главе.

Актуальность данной работы определяется, прежде всего, той ролью, какую играет религия в современном российском обществе и ростом национального самосознания малых народностей России после падения коммунистической идеологии.

В общих чертах история православной церкви на территории Чувашии в XX столетии описана в монографии известного чувашского этнографа П.В. Денисова «Религия и атеизм чувашского народа» [1]. Автор монографии, изданной в 1972 г., в тот период строго придерживался идеологических позиций воинствующего атеизма, книга изобилует разного рода инвективами, что ставит монографию в разряд не столько научной, сколько идеологической литературы. Тем не менее, в рамках поставленной задачи, описать более-менее значительные вехи истории религии в Чувашии в XX в., автор достаточно квалифицированно осветил основные этапы возникновения чувашского обновленчества, автокефалии и церковной оппозиции, выявил связь чувашского автокефализма и истинно-православного движения. Однако для П.В. Денисова такая связь оказывается не более чем курьезом, подтверждающим общий тезис советских атеистов о реакционной сущности религии, задача детально разобраться в сложных перипетиях идейной борьбы в тогдашнем чувашском православии автором не ставилась. Несомненной заслугой П.В. Денисова является введение в научный оборот ряда документов из Центрального государственного архива ЧАССР (ныне Государственный исторический архив ЧР), Партийного архива Чувашского обкома КПСС (ныне Государственный архив современной истории ЧР), однако ряд документов, прежде всего советских репрессивных органов в то время для исследователей был недоступен. Это особенно важно, т.к. во многих случаях документы НКВД являются первичными источниками, на основе которых составлялись информационные сводки для партийных органов, материалы которых отложились в фондах партийного архива. Исследование П.В. Денисова легло в основу для последующих публикаций на церковно-исторические темы, из которых особо отметим справочник известного чувашского исследователя религии Л.Ю. Браславского [2]. Отдельные моменты становления истинно-православного движения с позиций воинствующего атеизма рассматривались так же в работе Г.Е. Кудряшова «Динамика полисинкретической религиозности» [3]. В целом попытка осветить историю истинно-православного движения в Чувашии была предпринята Л.Ю. Браславским [4].

В последнее время было опубликовано несколько работ посвященных истории православия в Чувашии в XX в., из которых особо следует отметить статью Ф.Н. Козлова посвященную чувашской автокефалии [5], а так же работы И.Н. Ильина [6] и П.П. Таллерова [7].

Целью настоящей работы является изучение истории православия в Чувашии в контексте чувашского национального движения, а так же изучение становления церковной оппозиции как следствия крушения надежд на создание национальной чувашской церкви.

Источниковой базой для данной работы послужили фонды Государственного исторического архива Чувашской Республики, прежде всего документы органов ОГПУ – НКВД – МГБ, на основании которых в дальнейшем составлялись справки и экстракты для партийных и советских органов, осуществлявших религиозную политику на территории ЧАССР.

Примечания

 

 

1. Денисов П.В. Религия и атеизм чувашского народа. – Чебоксары: Чувашское кн. изд-во, 1972. 2. 3. Браславский Л.Ю. Православные храмы Чувашии. – Чебоксары: Чувашское кн. изд-во, 1995. 4. 5. Кудряшов Г.Е. Динамика полисинкретической религиозности – Чебоксары: Чувашкнигоиздат, 1974. 6. 7. Браславский Л.Ю. Старообрядчество и христианское сектантство в Чувашии – Чебоксары: Чувашское кн. изд-во, 1983. – С. 82 – 94. 8. 9. Козлов Ф.Н. «Прошу принять на регистрацию…» Из истории церковного раскола в Чувашии // Исторический архив. – 2008. – №6. – С. 50 – 59. 10. 11. Ильин И.Н. К истории церквей и приходов V-го благочинного округа Чебоксарско-Чувашской Епархии (к 10-летию округа). – Чебоксары, 2004. 12. 13. Таллеров П.П. Православные храмы Комсомольского района. – Чебоксары, 2004. 14. ДВИЖЕНИЕ ЗА НАЦИОНАЛЬНУЮ ЦЕРКОВЬ В ЧУВАШИИ

 

ЧУВАШСКОЕ ОБНОВЛЕНЧЕСТВО

Важное место в истории движения за чувашскую национальную церковь занимает чувашское обновленчество.

Чувашский край оказался в составе России в ходе казанских походов Ивана Грозного в XVI в. Христианизация чувашского народа протекала достаточно сложно, с одной стороны, чуваши были сильно привержены языческим верованиям, а с другой – испытывали мусульманское влияние со стороны казанских татар. Задачи христианизации требовали от руководства Русской Церкви особых подходов в деле просвещения чувашей, для чего в разное время создавались особые учреждения: новокрещенская контора, миссионерские общества и т.д. Более успешным процесс христианизации стал во II пол. XX в., после введения т.н. «системы Ильминского» основанной на подготовке образованных кадров священнослужителей из коренных народов Поволжья и переводе богослужения на родные языки. К началу XX в. в Чувашском крае уже имелась довольно значительная прослойка чувашского духовенства и национальной интеллигенции. Духовное сословие в России в XVIII – XIX вв. представляло собой замкнутую касту, доступ в которую выходцев из других сословий был сопряжен с определенными трудностями, в т.ч. и экономического характера, т.к. материальное обеспечение духовенства строилось на средневековом принципе «кормлений» и церковный приход нередко переходил по наследству в многочисленных священнических семействах. Поэтому, не смотря на успех миссионерского дела, чувашское духовенство, в определенной мере, чувствовало неприязнь со стороны некоторых представителей русского духовенства, которое рассматривало чувашских священников как нежелательных конкурентов в борьбе за доходные приходы. Как вспоминал деятель чувашского просвещения и будущий обновленческий епископ Даниил (Филимонов): «Когда я поступал в священники, в Казанской духовной консистории, один священник сказал мне: «куда вы, чуваши, лезете? Вы отнимаете хлеб у наших детей». По словам епископа Даниила: «Господствующее положение русского духовенства в чувашских уездах устанавливалось историческим путем и поддерживалось следующими условиями: 1) это духовенство пользовалось полным покровительством и содействием государственной власти. 2) Оно представляло из себя очень крепко сплоченную, обособленную от окружающей среды группу, которая прочно спаяна единомыслием профессиональным положением, сословными предрассудками, родственными и школьными связями. Начиная с сельской просфорни и кончая епархиальными архиереями, – все они проникнуты были одним духом гордости и господства над крещенным чувашами, как побежденными инородцами, коих они в душе презирали, хотя при глазах и называли их «Василий Иванович», «Петр Петрович», но за глазами «Васька и Петька» или просто «чувашишки» 3) Живя с малых лет среди чуваш, это духовенство великолепно знало психологию чувашского народа, мастерски умело обходиться с ним и устраивало свое материальное благополучие как ему угодно и 4) Оно вцепилось в православную чувашскую массу, так глубоко прочно, как клещ впивается в человеческое тело. Оторвать его от насиженного места было также трудно, как оторвать например, немецких баронов от Прибалтийского края. Были, конечно, здесь и весьма хорошие, светлые личности, настоящие пастыри христовы, которые относились к чувашам по братски, но, составляли исключение и встречались так же редко, как оазисы в пустыне Сахара» [1].

Такое положение не устраивало представителей чувашского духовенства и в начале XX в. начинают раздаваться голоса за создание особой чувашской церковной структуры. По словам епископа Даниила: «Мысль иметь особую чувашскую епископию с национальным епископом в Приволжском крае первый раз выражена была среди инородческих священников и учителей Самарской епархии еще на инородческом миссионерском съезде, происходящем в селе Шонталы Бугульминского уезда 28 и 29 июля 1909 года. Так как тогдашнее правительство очень боялось развития среди инородцев сепаратизма, шовинизма и всяких других измов, то вопрос это не был допущен к обсуждению на съезде, тем более, что в то время епископы и духовенство русское действовали за одно с мирским правительством. Не только инородца поставить во епископы, но весьма трудно было провести его и в сельские священники» [2]. После Февральской революции создались объективные условия для осуществления этих замыслов. В мае 1917 г., на I-м общем собрании представителей мелких народов Поволжья было предложено учредить особый Казанский митрополичий округ, а митрополитом избрать известного миссионера, епископа Андрея (Ухтомского). Всеобщий Чувашский съезд представителей от духовенства, мирян, военных, учителей, происходивший в Казани в августе 1917 г. утвердил 2-х кандидатов во епископа чувашского: протоиереев К.П. Прокопьева и Д.Ф. Филимонова. Предполагалось, что Прокопьев будет епископом Цивильским, а Филимонов – Ядринским [3]. Вопрос о чувашском епископе широко обсуждался и в национальной прессе. Так в январе 1918 г. диакон Т. Коновалов, в статье «Неотложные дела чувашского народа» писал: «если у нас будет свой архиерей, то он будет более заботиться о чувашах и прикажет проводить церковные богослужения на чувашском языке» [4]. На Всероссийском поместном церковном соборе 1917-18 гг., епископ уфимский Андрей (Ухтомский) и кандидат богословия – чуваш Г.И. Комиссаров хлопотали об учреждении чувашской епархии, но встретили отрицательную реакцию со стороны Патриарха Тихона. Принимал активное участие в учреждении национального епископа и чувашский просветитель И.Я. Яковлев. По словам епископа Даниила: «В марте м-це 1919 года известный деятель по просвещению чуваш И.Я. Яковлев представил патриарху Тихону подробный доклад и необходимости назначить для чуваш особого епископа с целью поддержания и укрепления веры и благочестия в народе, при чем он имел ввиду чуваш 5 уездов Казанской губернии и 3-х уездов Симбирской губ., где чуваши живут сплошною однородною массою в 59 волостях в количестве 1725 семей, всего около миллиона душ» [5]. 1(14) ноября 1919 г. Священный Синод и Высший Церковный Совет заслушали доклад проф. П.Д. Лапина, подготовленный по записке И.Я. Яковлева. В своем докладе Лапин сообщал: «по мысли И.Я. Яковлева, духовному водительству чувашского самостоятельного епископа должны быть подчинены все чуваши, живущие в разных губерниях Казанской, Симбирской, Самарской, Уфимской, Саратовской и других. Но для принятия и осуществления этого пожелания встречаются большие теоретические и практические затруднения. Главное затруднение заключается в том, что чувашское население на той территории, которую имеет ввиду И.Я. Яковлев, не живут какою-либо сплошною массою; между чувашскими селениями нередко встречаются селения русские, татарские, черемисские и проч. Затем сплошь и рядом встречаются смешанные селения, в которых чуваши составляют далеко не всегда преобладающий элемент. Все это можно находить даже в Казанской губернии, где чуваш более чем в других губерниях. Если дело с распределением чуваш на территории обстоит так, то представляется неясным, каким образом чувашскому самостоятельному архиерею может быть предоставлена власть над всеми чувашами. Ведь если принять и осуществить пожелание И.Я. Яковлева, то придется на территории одного и того же уезда, города или даже более мелкого района допустить существование власти двух самостоятельных епископов: одного, который ведал бы духовное попечение о чувашах, а другого – под духовною юрисдикциею которого находились бы города и приходы нечувашской национальности. Но это допущение явилось бы совершенно противоречащим канонам. По основному каноническому принципу (…) двух самостоятельных епископов на одной и той же территории быть не должно. (…) Кроме недопустимости пожелания И.Я. Яковлева с канонической точки зрения, этому пожеланию нужно всемерно противиться и в силу соображений практического характера. Ведь осуществление этого пожелания на практике привело бы к нежелательному в истории христианской церкви разъединению не только в пределах уездов, городов, селений со смешанным населением, но даже в пределах семей, часть членов которых чуваши, часть – русские или других национальностей. Одни тяготели и и признавали бы епископа чувашского, а другие считали бы себя находящимися под юрисдикцией не чувашского епископа [6]. Ходатайство И.Я. Яковлева было оставлено без удовлетворения.

Получив отказ, И.Я. Яковлев в марте м-це 1920 г. написал патриарху Тихону другой доклад, в котором, указывая патриарху Тихону толкования 8 прав. 1 Вселенского собора, писал, между прочим, следующее: «Беру на себя смелость и дерзновение утверждать, что осуществление проэкта об образовании чувашской епархии на сколько не заключало бы в себе опасности в смысле нанесения ущерба вековечным принципам церкви, выраженным канонически-юридически, постановлениях и определениях, но напротив оно находилось бы в полном и глубоком согласии с духом божественной правды и любви, с заветом и методом Господа нашего Иисуса Христа. Спаситель наш в деле устроения царства Божия на земле никогда не шел вопреки естественному течению вещей, уничтожая и предавая полному забвению все частное, местное и исключительное, как-то многоразличные особенности и разности страны, рас, наречий и наименований, воспитаний форм и обстоятельств, но всегда опираясь на них, как на богом данные посредства и приготовления и, в них и чрез них пробуждая и развивая присущия людям духовные силы, поднимал и возвышал их до братского единения их в духе веры и любви» [7].

Не встретив понимания у Патриарха Тихона и Поместного собора, сторонники образования чувашской епархии примкнули к обновленческому движению, тем более что появились условия для создания отдельной чувашской епархии – 24 июня 1920 г. был принят декрет об образовании Чувашской автономной области в составе РСФСР. 29 мая 1922 г. организационно оформился обновленческий раскол Российской Церкви, и уже летом 1922 г. в Чувашии появляются сторонники обновленчества. Газета «Чувашский край» в тот период отмечала что «под флагом борьбы с Тихоном чувашское духовенство думает организоваться по национальному признаку. Идут разговоры о чувашской «епархии» и даже о «чувашской автокефальной церкви» [8]. На первых порах чувашские обновленцы, пытавшиеся проводить в жизнь программу реформирования Церкви (переход на новый стиль) столкнулись с непониманием, особенно среди пожилых прихожан. На собраниях духовенства и мирян, состоявшихся в Батыревском уезде в марте 1923 г. подавляющее большинство духовенства отказалось примкнуть к обновленчеству и осталось на староцерковных позициях. В г. Ядрине духовенство стало пользоваться и старым и новым стилем: для того, чтобы отличить даты церковных праздников по старому и по новому стилю для каждого календаря установили особый колокольный звон [9].

Не смотря на противодействие «тихоновцев» и благодаря поддержке властей в 1923 г. обновленцы уже контролировали больше половины приходов в Чувашской автономной области. В 1923 г. чувашские священники-обновленцы добились в обновленческом Высшем Церковном Управлении (ВЦУ) создания Чувашского областного епархиального управления. 5 мая 1923 г. по решению ВЦУ был рукоположен в епископа Цивильского и Чувашского вдовый священник с. Большие Кошелеи, Батыревского уезда, Виктор Сергеевич Зайков, принявший в монашестве имя Тимофей. В 1924 г. епископ Тимофей был возведен в сан архиепископа.

Архиепископ Тимофей родился в 9 января 1859 г. в с. Тюрлеме уезда [10]. После окончания Симбирской чувашской учительской семинарии служил учителем. В августе 1885 г. рукоположен в сан священника, с 1914 г. был окружным миссионером. В 1920 г. священник Зайков овдовел. Отношения с советской властью у Зайкова, на первых порах, были достаточно сложными. В 1919 г., когда Кошелеевский волостной исполком попытался реквизировать у него дрова, для отопления школы, он организовал в селе акции протеста, причем, поддержавшие Зайкова бойцы продотряда арестовали председателя волисполкома и военного комиссара. В результате Зайков попал под трибунал и полгода провел в заключении, в Казани. В марте 1921 г., во время Кронштадского восстания принимал активное участие в вооруженном восстании крестьян с. Б. Кошелей против политики военного коммунизма, председатель местного сельсовета находился под полным влиянием Зайкова. Во время восстания доме Зайкова были расстреляны семеро комсомольцев [11].

С началом НЭПа отношение Зайкова к новой власти начинает меняться. Будучи правящим епископом Чувашской епархии Зайков старается установить самые тесные отношения с государственными органами, пытается вовлечь власть к участию во внутрицерковных конфликтах. В своих циркулярах архиепископ Тимофей всячески демонстрирует свою лояльность советской власти, старается подчеркнуть, национальный характер созданной Чувашской автономии, которая, по мнению Зайкова, должна поддерживать национальную чувашскую церковь: «Чувашская епархия, как самостоятельная с национальным епископатом открыта не без содействия местной гражданской власти (…) потому Чувашское Епархиальное Управление смело надеется на свою национальную гражданскую власть», писал архиепископ Тимофей в 1927 г. [12]. Вообще, в документах обновленческого Чувашского областного епархиального управления прослеживается тенденция отождествлять Чувашскую автономную область и церковное управление: постоянным словосочетанием становится название «Чувашская область-епархия» [13].

К началу 1924 г. руководству Чувашской епархии удается, в основном, преодолеть трудности начального периода. В январе месяце 1924 года духовенство г. Чебоксар, полностью русское, письменно заявило о признании обновленческого Священного Синода Православной Российской Церкви, как высшего церковного органа, и архиепископа Тимофея, как своего правящего архиерея, «поскольку они не затрагивают канонических православных устоев и национальных прав Чувашского Народа в интересах церковного единства». Это заявление от имени городского духовенства было подписано протоиереем Введенского собора А. Ардатским, игуменом мужского монастыря Вассианом с иеромонахами и игуменьей женского Владимирского монастыря Варварой с монахинями в числе 15 человек [14]. Скорее всего, аргументом для признания обновленческой церковной власти послужило признание Синода восточными патриархами.

19 января 1924 г., по указу обновленческого Синода, был рукоположен во епископа Чебоксарского, викария Чувашской епархии, вдовый протоиерей Даниил Филимонович Филимонов, известный деятель чувашского просвещения [15]. Видимо, чебоксарское духовенство встретило викария не слишком тепло, подчинение епархиальной власти городского духовенства было достаточно формальным и, похоже, что ограничивалось лишь поминовением церковных властей за службой, не более. 28 октября 1924 г. епископ Даниил обратился в облисполком Чувашской автономной области с просьбой: «Долгом считаю настоящим заявить Облисполкому, что в г. Чебоксарах и ближайших к нему селениях проживает несколько сот верующих чуваш-христиан, которые совершенно лишены возможности удовлетворять свои религиозные потребности на родном языке, потому, что в чебоксарских церквах богослужения и требоисправления совершаются только на славянском языке – церковные причты здесь все русские, не обладающие знанием чувашского языка. Настоит неотложная нужда организовать здесь чувашское христианское религиозное общество и передать сему обществу в бесплатное пользование одну из многих церквей г. Чебоксар с необходимыми богослужебными предметами, с тем, чтобы это общество находилось под непосредственным руководством епископа Чебоксарского, богослужения отправлялись и поучения произносились на чувашском языке, епископ, пресвитер и диакон определялись сюда обязательно из лиц чувашского происхождения.

Заявляя о вышеозначенном прошу облисполком: 1) разрешить мне организовать в г. Чебоксарах Чувашское христианское религиозное общество и 2) передать этому обществу в пользование одну из церквей Чебоксар с культовым имуществом. Я с своей стороны, усердно просил бы облисполком передать проектируемому Чувашскому религиозному обществу теплый храм Чебоксарского мужского монастыря, построенный в честь Толгской иконы Божией Матери, со всеми богослужебными предметами и колокольней» [16]. Городская советская власть, политической задачей которой являлась отнюдь не забота о христианском просвещении народа, а борьба с религией, отнеслась к письму епископа Даниила прохладно. Резолюция, наложенная на заявлении, гласила: «За неимением свободных помещений отклонить» [17].

4—5 марта 1924 г. с. Шихазанах, Цивильского уезда, состоялся съезд духовенства и мирян Чувашской автономной области. Первым пунктом повестки дня съезда значилось «изыскание мер по борьбе с тихоновцами». На съезде наметился раскол, по поводу образования самостоятельной «чувашской национальной церкви». Против нее выступил даже идеолог обновленчества в Поволжье, член Казанского епархиального управления священник Е. Сосунцов, делегат Всероссийского поместного собора 1923 г. он категорически возражал против изменения дореволюционной системы управления православной церковью в Поволжье, заявив на съезде, что чувашские приходы по-прежнему должны находиться в составе Казанской епархии. Однако, несмотря на противодействие консерваторов, съезд в основном поддержал деятелей обновленческого движения и признал образование епископата в Чувашской автономной области. Так, профессор Н. В. Никольский, приглашенный на съезд в качестве специалиста по чувашской религии, в своей лекции «Исторические предпосылки возможности самостоятельного епископата в Чувашской области», заявил, что сам Бог дал чувашам возможность заиметь свою епархию с кафедрой епископа. Съезд так же обсудил вопрос содержания епископата, выделив на его нужды 2280 пудов хлеба, которые предполагалось собрать с верующих [18].

Большой проблемой для чувашской епархии стала деятельность епископов-староцерковников, особенно викария Казанской епархии епископа Афанасия и рукоположенного в 1924 г. во епископа Ибресинского Германа (Кокеля). Тема противодействия староцерковникам красной нитью проходит практически во всех документах обновленческого епархиального управления.

Обновленческий архиепископ Тимофей старался всячески осложнять жизнь епископу Герману, пользуясь своим влиянием в советских органах. 20 апреля 1925 г. епископ Герман обратился в административный отдел Чувашского облисполкома: «24 января с/г в адмотд. Облисполкома я зарегистрирован как «управляющий всеми православными церквами А.Ч.О. <Автономной чувашской области – А. Б.>, каковым я назначен святейшим патриархом Тихоном временно. Кроме того, я состою викарным епископом Симбирской (Ульяновской) епархии для всех православных церквей с чувашским населением Ульяновской губернии. На все это у меня документы от патриарха Тихона есть. Между тем, обновленческий епископ Тимофей получил в адмотд. Облисполкома неточную справку, где сказано, что я «причислен к Ибресинской церкви, а о том, что я состою управляющим всеми православными церквами А.Ч.О. – ни слова. На основании этой справки О.Г.П.У. 4 марта с/г потребовало от меня подписку о невыезде их с. Ибреси. Многие приходы просят меня посетить церкви для совершения церковной службы, но местный уполномоченный О.Г.П.У. не разрешает.

Почему прошу выслать О.Г.П.У. такую справку с регистрационной карточкой о том, что я состою «управляющим приходами А.Ч.О. для аннулирования данной мною подписки о невыезде из гор. Ибреси, так как и юридически, на основании документов патриарха Тихона, я управляю всеми церквами А.Ч.О., а фактически – 200 церквей подчиняются мне как православному епископу. А раскольнический Синод, для нас, православных, только пустой звук» [19]. Епископ Герман, как и чувашские обновленцы, старался всячески подчеркнуть чувашский характер своей епархии, пытался апеллировать к обязанности чувашских советских властей помогать чувашской церкви, причем именно свою группу он считал достойной такой помощи. Столкнувшись с отказом чувашских властей регистрировать созданный им «Союз приходов православной церкви» епископ Герман писал: «чувашская власть, ко мне, к чувашину, относится не совсем справедливо; чуваш. недруг – Бенедиктов – русский, беспрепятственно получил регистрацию; а мне – чувашину, признанному почти 200 приходов – нет выхода. Все инсинуации обновленцев – бессильны идти против правоты православия: правда всем видна, чуваши – культурно <хоть – А.Б.> и отсталый народ, но в духовном отношении наравне с русскими – если не превосходят их.

Удивительно – нам православным чувашам не везет: при царе – обрусительной системой угнетали, а ныне (…) о своей вере и не думай и при чувашской власти» [20]. «Думаю, что чувашская власть не будет смотреть на меня, чувашина, глазами русских и видеть во мне контр-революционера, что, конечно, полный абсурд, ибо не имеющий ни кола ни двора, не имевший ничего и раньше, до революции – не может быть заинтересован в сохранении б. <буржуазного – А.Б.> строя, тем более, что мы, чуваши, были ранее отделяемы от культурных народов» [21].

Не смотря на противодействие властей, староцерковники пользовались в Чувашской Республике гораздо большей поддержкой верующих, чем обновленцы. Согласно статистическим сведениям НКВД на январь-март 1925 г. староцерковники имели 159 приходов и располагали 161 зданием, в то время как за обновленцами пошло только 63 прихода. Причем в руках староцерковников в г. Чебоксарах оказались Вознесенская, Крестовоздвиженская, Спасо-кладбищенская церкви, Никольский собор и Троицкий монастырь. У обновленцев – Воскресенская, Покровская, Успенская, Благовещенская, Христорождественская, Михаило-Архангельская церкви, Введенский собор, и Владимирская женская община [22].

Между тем и деятельность епископа Германа отнюдь не всегда находила понимание среди верующих. Так, в мае 1925 г. епископ Герман попытался сместить священника с. Больших Арабузей, Батыревского уезда Павла Егорова как обновленца. Приходское собрание постановило: «Сообщить епископу Герману, что приход села Б. Арабузей вместе со своим священником, который служит здесь с 1899 года, был и остается православным, а потому в выборе другого священника никакой нужды нет» [23].

В феврале 1926 г. епископ Герман был в административном порядке выслан из Чувашской Республики в Бугульминский кантон [24].

Столкнувшись с потерей влияния и приходов, наиболее дальновидные из чувашских священнослужителей решили разработать программу мероприятий, которые могли бы способствовать консолидации чувашского духовенства. По мнению П.В. Денисова, толчком для подобной деятельности могла стать позиция обновленческого Синода, который в середине июня 1925 г. предложил своим епархиям вступить в переговоры со староцерковниками [25]. Однако, судя по всему, неприязнь между тихоновскими и обновленческими епископами в Чувашии была настолько велика, что ведущую роль в деле преодоления кризиса взяли на себя приходские священники. Инициативная группа, в состав которой входили священники – бывшие выпускники Казанских миссионерских курсов – Григорий Степанов и Симеон Васильев из с. Ишак, Михаил Спиридонов из с. Вомбукас, Григорий Арсеньев из с. Ахманей, Гурий Яковлев из с. Бичурина, Илларион Моисеев из Моргауш и Н. Лаврентьев из Визикасов, решила созвать пастырское совещание, которое должно было наметить путь выхода из кризиса. Свою программу совещание было представить на утверждение областного съезда духовенства и мирян, поэтому совещание было названо предсъездным. Предполагаемым участникам совещания инициативная группа разослала послание, в котором говорилось: «Теперь для всех стало очевидным, что наша самостоятельная Чувашская область-Епархия быстро летит по наклонной плоскости вниз и, если мы сейчас же не примем надлежащих мер по спасению ея, она неминуемо должна провалиться в пропасть и разбиться вдребезги.

Каждый верующий сознательный православный гражданин нашей страны, если он дорожит интересами правильного религиозного развития чувашского народа в духе православной веры и церковности по заветам Н.И. Ильминского, должен встрепенуться от того ужаса, какой ныне при наших глазах происходит в чувашском церковном мире. (…)

Тому назад 2 года, когда впервые возникла мысль об учреждении особой самостоятельной чувашской епархии, мы искренне радовались и питали надежду, что эта национальная Епархия, с родным епископатом и клиром во главе, будет наилучшим средством к прочному утверждению православной веры в чувашском народе. Но, к сожалению, этой надежде не суждено, по видимому, осуществиться: она удаляется от нас все дальше и дальше.

Причин, приведших нашу молодую епархию к такому печальному состоянию, в каком она очутилась на втором году своего существования, много. Кроме причин общих, действующих по территории Советской России, имеются причины еще частные или местные, возникшие и действующие только в пределах Чувашской епархии. Устранение причин последней категории вполне возможно и всецело зависит от самих местных церковных деятелей. (…)

Осознав, что для блага церковного нам необходимо спасти свою епархию мы пришли к заключению, что для этого нам немедленно нужно созвать общий беспартийный церковный Областной Съезд духовенства и мирян, где должны принять участие представители всех церковных течений и группировок и где будет поднят вопрос о переизбрании наличного состава епископов» [26].

Совещание состоялось 30 июня 1925 г в с. Чурачиках, Цивильского уезда. Не смотря на то, что приглашения были разосланы 36 священнослужителям, на совещание прибыло всего 9 участников. Председателем совещания был избран священник Григорий Степанов. С докладом о положении епархии выступил протоиерей Иоанн Афанасьев. О. Иоанн указал, что «существующий в Чувашской Епархии церковный раскол с каждым днем все более и более углубляется и кроме Тихоновского раскола на территории Чувашской Республики за последнее время появились новые церковные группировки (коколевщина, автокефалисты, Бенедиктов [27] и др.)». Обозначив состояние Чувашской епархии как кризисное протоиерей предложил: «1). Для блага Чуваш. Область-Епархии немедленно созвать общий беспартийный Областной Церковный Съезд духовенства и мирян, где должны принять участие представители всех церковных течений и группировок. 2). Добытые неустанными трудами деятелей чувашского просвещения Чувашский Епископат и самостоятельность Чувашской Епархии необходимо хранить в целости и неприкосновенности. 3). Тяготение некоторой части духовенства в г. Казань является нарушением предоставленного чувашскому народу права на самоопределение и таковые лица являются ни чем иным как врагами чуваш и их просвещения». Совещание постановило:

1. «Составить и разослать через благочиннические советы приходским советам Область-Епархии воззвание о необходимости созыва беспартийного Областного Съезда духовенства и мирян с детальным освещением положения Епархии.

На предполагаемом Съезде должны быть два члена от клира и четыре представителя от мирян (всех церковных группировок) от всех благочиннических округов.

Все члены настоящего предсъездного пастырского совещания должны участвовать с правом решающего голоса.

На областной Съезд пригласить весь наличный состав Епископов (Архиепископ Тимофей, Епископы: Даниил и Герман)».

Съезд было намечено провести 23 июня 1925 г. [28]. Однако этим планам не было суждено осуществиться, съезд был запрещен властями [29]. Советская власть была вовсе не заинтересована в усилении Церкви, будь то обновленческая или тихоновская.

Положение в епархии стало основной темой и Епархиального съезда духовенства и мирян, который проходил в с. Тюрлеме, Чебоксарского уезда, с 30 сентября по 2 октября 1926 г., под председательством архиепископа Тимофея. В работе съезда приняло участие 47 делегатов [30]. Первоначально предполагалось, что председательствовать на съезде будет член священного Синода митрополит Серафим, однако, судя по документам, митрополит на съезд не приехал. Не удалось провести съезд и в столице Чувашской Республики г. Чебоксарах: «При обсуждении вопроса о месте съезда намечался г. Чебоксары, как центр гражданской и культурной жизни республики. Насколько известно Чувашскому Епархиальному Управлению в г. Чебоксарах нет ни одного храма синодальной ориентации, где бы можно было проводить работу съезда, Чебоксары расположены на окраине республики, а потому весьма затруднительно будет делегатам съезжаться туда; кроме того содержание в Чебоксарах, при городской дороговизне, будет непосильно. Ввиду сказанного созыв Епархиального съезда в г. Чебоксарах представляется невозможным». Поэтому и было решено провести съезд в с. Тюрлеме, «как пункте, расположенном при станции железной дороги и недалеко от волжской пристани «Козловка» .

В состав повестки дня входили следующие вопросы:

1. Состояние Чувашской епархии в данное время и причины её разложения (доклад архиепископа Тимофея);

2. Современные церковные течения – синодальное и староцерковническое и которое из них стоит на платформе истинного православия (докладчик, член Управления, прот. П. Егоров);

3. Меры и средства к умиротворению церковной распри в Чувашской епархии (докладчик, член Управления, свящ. И. Васильев);

4. Изыскание средств на содержание Епархиального Управления и Священного Синода и утверждение сметы (докладчик, прот. П. Васильев);

5. Местонахождение Епархиального Управления и перевыборы членов его (докладчик, свящ. И. Васильев) [31].

30 сентября 1926 г. работу съезда открыл архиепископ Тимофей. В своем докладе о состоянии епархии и о причинах ее разложения он изложил историю возникновения Чувашской епархии, выделенной из Казанской и Ульяновской (Симбирской). Причины разложения Чувашской епархии архиепископ видел в «неблаговидных агитационных действиях чуждых нашей епархии епископов Иоасафа и Афанасия и ложно именующего себя православным епископом Чувашской епархии Германа Кокель и раздорника протоиерея Германа Бенедиктова. Цель, преследуемая означенными лицами была аннулировать самостоятельность Чувашской епархии и приписать её к Казани, как викариатство. Агитация означенных лиц имела своим последствием то, что многие приходы в Чувашской епархии откололись от её единства и присоединились официально и тайно к Афанасию, или к Герману Кокель и другим» . Незаконные, по мнению архиепископа Тимофея, действия упомянутых епископов как с гражданской, так и с церковной точек зрения были проиллюстрированы архиепископом отсылкой к церковным правилам.

Очевидно, что архиепископ Тимофей никак не мог привыкнуть к тому, что его епархия живет в условиях отделения церкви от государства, и что для этого государства как обновленцы, так и староцерковники являются одинаково нежелательными элементами. Архиепископ продолжал считать, что его епархия и староцерковники находятся в одной церкви и все его проблемы происходят из-за незаконного вторжения чужих епископов на его каноническую территорию. Для защиты своей территории чувашский архиепископ и пытался апеллировать коммунистическим чувашским властям. Архиепископ также отметил, что «соработниками епископов Афанасия и прочих по разложению Чувашской епархии были священники Василий Краснов, Яков Турхан и др., в большинстве запрещенные и отрешенные от мест за свои церковные вины».

Далее докладчик ознакомил съезд с «современным состоянием Российской Православной Церкви по отношению к Восточным Патриархам», для чего была зачитана грамота патриарха Иерусалимского Дамиана. В дополнение архиепископ Тимофей указал на то, что «духовенство не так сознательно относится к переживаемому моменту церковно-релириозной жизни страны и вместо того, чтобы руководить церковно-религиозной жизнью и вести её по указанному священным Синодом пути, духовенство часто само подпадает под влияние прихожан и, вопреки правил церковных и гражданских законов, под влияние чуждых им епископов, отколовшихся от единой Вселенской церкви». Непризнание священного Синода главой Российской Православной Церкви докладчик объяснял «контрреволюционной задачей староцерковной верхушки».

В заключение глава чувашской епархии разъяснил «значение Востока для верующих. Там был рай, там родился Спаситель наш и основана Христианская Церковь и утверждена истинная вера, почему мы, веруя в Святую Соборную и Апостольскую церковь должны признать главою Российской Православной Церкви священный Синод, признанный православным Востоком».

По мнению мирянина Скворцова, выступившего в прениях, «было бы лучше, если бы на настоящем съезде присутствовали староцерковные епископы, вторгшиеся в нашу епархию, и, главным образом, епископ Герман, называющий себя управляющим Чувашской епархией». На это священник Спиридонов заметил, что Герман, как административно высланный влястями на 3,5 года, не может присутствовать на съезде. Спиридонов добавил, что «тихоновские священники Чувашской епархии были приглашены на этот съезд … но не явились, чем доказывают неправоту своих действий по обвинению синодального духовенства».

Епархиальный съезд постановил:

1. «Просить всех староцерковных епископов соседних епархий и градов, чтобы они, ради мира церковного, к чему должны стремиться все члены церкви, а тем паче епископы, не нарушали прав Чувашского епископата вмешательством своим в церковные дела чуждой им Чувашской страны.

2. Просить так же и начальство староцерковных епископов, чтобы оно приняло с своей стороны меры и сделала соответствующее распоряжение староцерковным епископам о невмешательстве их в церковно-религиозные дела Чувашской епархии и не назначало бы в Чувашскую епархию без ведома и согласия епархиального съезда особого староцерковного епископа, тем более при наличии епископата в оной».

Епархиальное управление Чувашской епархии было решено оставить в с. Кошелеях, Батыревского уезда, где проживал архиепископ Тимофей [32].

Проведение епархиального съезда не присело к улучшению положения Чувашской епархии и архиепископа Тимофея – приходы продолжали переходить на староцерковные позиции и признавать соседних тихоновских архиереев. Священники просто игнорируют распоряжения епархиального управления. Выправить ситуацию архиепископ Тимофей пытается при помощи советской власти. В апреле 1927 он пишет ряд жалоб в НКВД, в которых обвиняет отделившиеся приходы в контрреволюции. К политическим доносам архиепископ прибегает и в отношении староцерковных епископов: «Чувашским епархиальным управлением от 22 февраля за № 112, проведение благочинического съезда 1 марта по 8 округу Ядринского уезда было поручено протоиерею села Ходар Петру Скворцову в селе Раскильдине но…. организаторы съезда вопреки разрешенной повестки дня воспользовались данным разрешением, постановили признать своим епископом викария Ульяновской епархии Иоакима Алатырского.

Такое нарушение гражданских законов Чувашское епархиальное управление находит недопустимым и потому сообщает о вышеизложенном на благоусмотрение присовокупляя, что организаторы незаконного съезда принадлежат к числу одних из ярых приверженцев контрреволюционной тихоновщины. Одинаково и викарий Ульяновской епархии Иоаким Алатырский тихоновской ориентации, вторгаясь в церковные дела Чувашской епархии, не ему вверенной является не малым способником нарушения спокойствия среди мирного чувашского населения с целью аннулирования самостоятельности Чувашской епархии» [33]. Не справляясь с ситуацией, будучи в не в состоянии повлиять на священников и приходы, архиепископ пытается переложить свои архиерейские обязанности на советскую власть: «некоторые из организаторы съездов … постановили признать чуждых епископов Иоакима Алатырского и Афанасия Спасского. (…) Выявляя себя последователями патриаршей ориентации, они ясно указывают свое контрреволюционное направление, а потому Чувашское епархиальное управление снимает с себя всякую ответственность за их действия. (…) Чувашское епархиальное управление усердно просит Отдел Управления <НКВД – А.Б.> сделать распоряжение о невмешательстве их в дела благочиннические со строгим запрещением собирать с церквей деньги, как на себя, так и для чуждых епархии епископов, отобрав в том подписки. Вызов … в г. Чебоксары благотворно должен подействовать на раздорников» [34]. Не брезговал Тимофей обвинять своих оппонентов и в уклонении от налогов и финансовых махинациях. Архиепископ, сообщая органам НКВД, что его бывшие священники собирают средства для староцерковных епископов Афанасия Спасского, Иоакима Алатырского, Авраамия Сызранского и Виссариона Ульяновского, Тимофей отмечал, что они «в своих декларациях, конечно, не указывают доходность, получаемую из чужой епархии, при обложении подоходным налогом, являются лицами, способствующими нарушению законов» [35].

Еще большие проблемы возникли у чувашских обновленцев после того, как бывший обновленец, покаявшийся перед патриархом Тихоном, митрополит Нижегородский Сергий (Страгородский) опубликовал свою печально знаменитую Декларацию и с разрешения властей создал временный священный Синод. В отличие от староцерковников, Сергий пользовался безусловной поддержкой советской власти, поэтому был более серьезным конкурентом для обновленцев, само существование которых в глазах государства лишалось какого-либо смысла.

Некоторые староцерковные епископы, увидели в создании сергианского Синода восстановление законной церковной власти и перешли под его подчинение. Так епископ Алатырский Иоаким, получив предписание митрополита Сергия обратился к властям с просьбой о регистрации епископского совета в Ибресинском и селах Курмышского уезда [36].

Не сразу сориентировавшись в изменившейся политической обстановке архиепископ Тимофей попытался повлиять на решение властей: «Староцерковный вождь Митрополит Сергий Нижегородский посланием своим от 29 июля сего 1927 года, к архипастырям, пастырям и верующим, призывая быть верными гражданами Советского союза лояльными к советской власти, организовал временный Священный Синод, чем окрылил духовных лиц тихоновской контрреволюционной ориентации и верующую массу фанатиков. Теперь они с большею силою поведут туже темную агитацию против существующего строя и, в особенности, в пределах Чувашской Республики, где быстро развивается сектантство, так не без вредное в политическом отношении.

Чебоксарское духовенство, как контрреволюционно настроенное, с нетерпением ждет же съезда представителей тихоновской ориентации имеющегося быть в Казани осенью. Тогда они намерены открыть в Чебоксарах Викарное управление к Казанской епархии с своим русским епископом во главе.

Чувашская епархия, как самостоятельная с национальным епископатом открыта не без содействия местной гражданской власти, на основании Церковных канонов (17-4 и 38-6) Вселенских Соборов по которым границы епархии должны совпадать с гражданским делением таковых.

А потому Чувашское Епархиальное Управление смело надеется на свою национальную гражданскую власть, что замыслы Чебоксарского русского духовенства и сельских приходов Тихоновской ориентации не будут проведены в исполнение.

И чтобы сохранить самостоятельность Чувашской епархии и Национальный епископат, Чувашское Епархиальное Управление усердно просит Народный Комиссариат Внутренних Дел Чувашской С.С. Республики, сделать распоряжение по уездам, чтобы не давалось разрешения на созыв благочиннических съездов без согласия Чувашского Епархиального Управления и если возможно, наложено было запрещение функционировать, лжеблагочинным Тихоновской ориентации, подведомственным узурпаторам церковной власти в Чувашской епархии Афанасию Спасскому и Иоакиму Алытырскому принимают ими все меры к аннулированию самостоятельности Чувашской епархии» [37].

Кроме того, архиепископ Тимофей обратился с посланием к верующим Чувашской епархии, экземпляр послания был отправлен и в НКВД: «Пастыри и верующие миряне Чувашской епархии!

Происходящая в Русской церкви смута не ересь, а раскол, который может глубоко потрясти церковь и привести ее к тяжелым и нежелательным для нее последствиям.

Лучшим доказательством раскольнического разрыва Тихоновцев со Вселенской Церковью является чисто местный характер староцерковничества, осуждаемый голосом Вселенской церкви. Ни один Вселенский Православный Патриарх не признает староцерковничества и с их вождями Вселенские Восточные Православные Патриархи канонических братских взаимных отношений не имеют. Какой ужасный грех взяли на свою душу эти виновники церковного раскола! Св. Священномученик Киприан, епископ Карфагенский говорит: «вина Церковного раскола не омоется и мученическою Кровию». Единение со Вселенскою Православною Церковью есть основная истина Св. Православной веры.

А потому староцерковники, порвавшие связь с Вселенской церковью, чтобы не в положении раскола, должны поспешить к соборному разуму, через признание Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви.

Заместитель патриаршего местоблюстителя Митрополит Сергий Нижегородский, как началась подготовка войны со стороны Английского правительства, поспешил отмежеваться от заграничных эмигрантов и в своем послании от 29 июля сего 1927 года, призвал архипастырей с пастырями и их пасомыми быть лояльными к Советской власти.

В том же послании оповестил, что с мая месяца текущего года им организован с разрешения власти временный при заместителе Патриарший Священный Синод и предполагает созвать второй поместный собор (время не указано).

Так в Москве образовался новый временный Священный Синод Тихоновской ориентации, помимо Временного ВЦУ, председателем коего состоит Архиепископ Григорий Свердловский, который, оторвавшись от политиканства Сергиевщины, признал принцип Соборности, чем, несомненно, помогает широкой массе Тихоновщины постепенно выяснить правоту Священного Синода, строящего на соборных началах церковную жизнь.

Лояльность Тихоновщины к Соввласти, если она не будет лицемерной, не только из страха, но и по совести, как говорит Митрополит Сергий в послании, будет крупным шагом к объединению верующих во имя Христово, чтобы проводить в жизнь слова Христа: «да вси едино будут».

Староцерковники не будут теперь клеймить синодальную церковь разного рода кличками: красные, советские, изменники и даже чекисты или агенты ГПУ». Ведь это было недомыслие невежество и темнота в особенности в применении к широким народным массам, вовлеченным смутою в раскол.

Митрополит Сергий после того, как все Восточные Православные Патриархи признали Священный Синод Главою Российской Православной Церкви, в своем первом послании с негодованием высказал: «Пусть признают, от этого обновленцы не станут православными, а только патриархи обновленцами». Столпы православия всего мира – Святейшие Вселенские Патриархи Константинопольский, Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский – Блаженнейший Патриарх святого града Иерусалима Дамиан более 30 лет восседающий на кафедре брата Господня апостола Иакова – Матери всех Церквей, за признание синодальной церкви православной и законной правопреемницей церковной власти, по мнению Митрополита Сергия, стали не православными. Вот это абсурд!

В какую же Церковь Митрополит Сергий и все его последователи теперь веруют?

Остается сказать, что современная Тихоновщина имеет сходство с древле историческим расколом донатизма, бывшего более шестнадцати веков тому назад. Донат, епископ Кизический правил раскольниками целых сорок лет (315 – 345).

Первый и самый общий прием полемики и борьбы Тихоновского раскола с Синодальной Церковью – это усиленное подчеркивание своей особой Святости и Чистоты, соединенное с похулением и забрасыванием грязью православных обновленцев. Только мы одни святы и чисты, а все остальные – падшие грешники и изменники – вот общий мотив и донатистов и Тихоновцев. Тихоновцы особенно часто и охотно избирают оружие борьбы с обновленцами – это обвинение их в «безблагодатности», почему и вошло у них в практику переосвящение престолов, перекрещивание, перерукоположение, узурпаторство Церковной власти и др., что ничем церковно не может быть оправдано и представляет сплошную демагогию рассчитанную на запугивание темной, наивно-религиозной, но совершенно не просвещенной массы.

Раскольники-донатисты были враждебно настроены к гражданской власти.

Тихоновщина, ни для кого не секрет, как всероссийская так в особенности эмигрантская сплошь контрреволюционна и оппозиционна Соввласти. Заграничная Тихоновщина постоянно трубит об этом и на своих Карловацких соборах и в общей белогвардейской прессе. Наша же внутренняя Тихоновщина лицемерит и хитрит. Но она проникнута теми же самыми настроениями и мечтами – ожиданиями политической реставрации – как будто бы доказывать никому не приходится.

Итак, все уклонившиеся вопреки церковных правил в староцерковнический раскол через признание своим архипастырем чуждого епископа Афанасия Спасского или Иоакима Алатырского, прочитайте настоящее обращение со вниманием и вы почувствуете сразу ту правоту церковную, какую скрывают раскольнические епископы Афанасий и Иоаким, как узурпаторы, насильственно, с нарушением канонов вторгающиеся в чуждую им Чувашскую епархию.

Потребуйте от них, чтобы они предъявили общительные грамоты от Вселенских Патриархов, после чего будет видно, где истина, где правда, и узнаете, что они ведут вас в раскол сходственный с донатизмом из корыстолюбия, честолюбия и фарисейской гордости. Да поможет же вам Господь войти в общение с православным Священным Синодом и со мною, вашим Архипастырем» [38].

Однако органы НКВД отнеслись к призывам чувашского архиепископа без какого-либо энтузиазма, советский карательный аппарат вдруг вспомнил о принципах социалистической законности, Тимофей, на свои пламенные послания 5 октября 1927 г. получил сухую и неутешительную резолюцию: «Согласно разъяснения 5 Отд. НКЮ от 10 июня 1920 г. № 712 Советская власть не вмешивается во внутренние отношения групп верующих.

Конституцией РСФСР ст. 4-й установлено: Свобода религиозной и антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.

Декрет ВЦИК от 23/I – 1918 г. ст. 3: Каждый гражданин может исповедовать любую религию или не исповедовать никакой.

В силу сказанного разрешение на созыв религиозных съездов или совещаний не может быть поставлено в зависимость от другой группы верующих, т.е. другого направления, или в зависимость от их ходатайства или нежелания.

В данном случае Адм. Инспекция руководствуется только существующими на сей предмет узаконениями или распоряжениями» [39].

Более того, сам архиепископ Тимофей начал сталкиваться с проблемами, со стороны НКВД в период коллективизации. В марте 1931 г. архиепископ Тимофей был привлечен к ответственности за организацию беспорядков во время конфискации у него пчелиных ульев. Зайкова приговорили к 1 году лишения свободы, однако по постановлению ОГПУ архиепископ был освобожден от ответственности, дело было прекращено [40].

Судя по всему, после ареста и заключения архиепископ Тимофей был уволен за штат обновленческим Синодом. С 1932 г. управляющим Чувашской епархией числился епископ Серафим (Андреевский). Возможно, что после 1933 г. Тимофей (Зайков) был восстановлен на кафедре. К тому времени на территории Чувашии оставалось только 7 обновленческих приходов [41]. С 1933 по 1934 г. викарием Чувашской епархии числился епископ Петр (Горбатов) [42]. Позиции обновленцев в этот период были окончательно подорваны, каких-либо сведений об активной деятельности Чувашской епархии после 1934 г. обнаружить не удалось.

Судьба архиепископа Тимофея оказалась трагичной. В 1937 г. он был арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности. Основанием для обвинения стало участие Зайкова в крестьянских выступлениях 1919 – 1921 гг. 8 сентября 1937 г. 78-летний архиепископ Тимофей (Зайков) был приговорен к высшей мере наказания, а 17 сентября – расстрелян в алатырской тюрьме [43].

Другой чувашский обновленческий епископ Даниил (Филимонов) 15 января 1929 г. был возведен Синодом в сан архиепископа, однако 16 октября того же года подал в отставку по состоянию здоровья. После этого выехал на родину в деревню Первое Степаново Цивильского района, где состоял настоятелем местной церкви. 12 июля 1932 г. по инициативе местной религиозной общины и с разрешения епархиальной власти в церкви деревни Первое Степаново было проведено празднование 50-летия служения Д.Ф.Филимонова в священническом сане. Церковный староста Т.Кузьмин преподнес ему икону, а член церковного совета Н.Гаврилов зачитал приветственный адрес на чувашском языке. Филимонов обратился к прихожанам с речью, в которой выразил им свою сердечную радость и благодарность за чествование его по случаю 50-летнего юбилея. Около 25 поздравительных телеграмм и писем получил он в тот день.

По словам биографа Даниила (Филимонова) Г.А. Александрова: «Во время наибольшего гонения на церковнослужителей Д.Ф.Филимонов отправил на автомашине кое-какое имущество (швейную машину, сундук с книгами, сундук с вещами и др.) в село Мусирмы. Все это хранилось там у старосты церкви на чердаке его дома. В течение двух месяцев Д.Ф.Филимонов скрывался днем в банях своих племянников. Ночью он заходил в избу и ужинал со всеми вместе. Рассказывал о многом. Говорил, что придет время и их вспомнят. Призывал непременно учиться, говоря, что в будущем только образованные люди хорошо будут жить. Умер Д.Ф.Филимонов 11 мая 1938 г.» [44].

В царской России для постановки вопроса об инородческой епархии отсутствовали какие-либо объективные условия, однако после революции, на подъеме национально-освободительного движения, и в связи с кризисом церковного управления Русской церкви такие условия возникли. С потребностью чувашских верующих иметь национальную церковь не могли не считаться обе стороны тогдашнего церковного противостояния: тихоновцы (староцерковники) и обновленцы. Однако, если консервативные тихоновцы пошли по пути учреждения викариатства, с епископом-чувашом во главе (таким викарием был священномученик Герман (Кокель)), то обновленческое Высшее церковное управление (ВЦУ) решило учредить на территории недавно образованной (в 1920 г.) Чувашской Автономной Области самостоятельную епархию. Таким образом, особенностью чувашского обновленчества стало желание иметь самостоятельную чувашскую епархию и богослужение на чувашском языке. Если на первых порах чувашское обновленчество пользовалось покровительством советской власти, то с появлением сергианства существование обновленцев потеряло для властей всякий смысл, что и предопределило судьбу движения. В заключение нельзя не сказать, что направление, выбранное обновленческим духовенством для Чувашии оказалось исторически оправданным: в 1946 г. была учреждена Чувашская епархия РПЦ МП.

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 131. 2. 3. Там же, Л. 130. 4. 5. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 133. 6. 7. Там же. – С. 241. 8. 9. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 133. 10. 11. Научный архив Чувашского государственного института гуманитарных наук (НА ЧГИГН), Отд. II, Ед. хр., 486, Инв. № 1311, Л.63 – 64. 12. 13. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 134. 14. 15. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 295. 16. 17. Там же. – С. 296. 18. 19. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 2, Д. 3137. Л. 51. 20. 21. Там же, Л. 109 – 110. 22. 23. Там же, Ф. 784, Оп. 3, Д. 48, Л. 145 – 145 об. 24. 25. Например, см. послание группы чувашских священников ГИА ЧР, Ф, 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 29. 26. 27. Там же, Оп. 3, Д. 48, Л. 154. 28. 29. Александров Г.А. Православный просветитель // Чувашские интеллигенты. Биографии и судьбы. – Чебоксары, 2006. – С. 102 – 103. 30. 31. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 8 – 8 об. 32. 33. Там же, Л. 7. 34. 35. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 298 – 299. 36. 37. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 119, Л. 23 – 23 об. 38. 39. Там же, Л. 33 - 33 об. 40. 41. Там же, Л. 49 – 49 об. 42. 43. Там же, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 51 – 52 об, 65. 44. 45. Там же, Оп. 1, Д. 119, Л. 27. 46. 47. Там же, Л. 48. 48. 49. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 311. 50. 51. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 29 – 29 об. 52. 53. «Венедиктов и его сторонники выступили с требованием радикального обновления церковной жизни, предоставления максимальных прав и верующим в вопросах церковного управления и выборности всех священнослужителей, отвергали власть высшей церковной иерархии. Венедиктовцы, считавшие себя революционерами в своей проповеднической деятельности на первый план выдвигали пропаганду тождества идеалов христианства и коммунизма. … Они … поддерживали новый общественный строй, публично осуждали реакционную деятельность православной церкви в годы царизма, антисоветские позиции тихоновцев. Так, например, 7 ноября 1927 г. Венедиктов организовал торжественное богослужение, посвященное 10-летию Октябрьской революции и существования социалистического государства». – Денисов П.В. Указ. соч. – С. 307. 54. 55. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 35 – 36. 56. 57. Там же, Л. 39. 58. 59. Там же, Оп. 2, Д. 33, Л. 30. 60. 61. Там же, Л. 12 – 14. 62. 63. Там же, Л. 18 – 25. 64. 65. Там же, Д. 141, Л. 120 об. 66. 67. Там же, Л. 122 – 122 об. 68. 69. Там же, Л. 126 об. – 127. 70. 71. Там же, Оп. 3, Д. 48, Л. 272 – 273. 72. 73. Там же, Л. 145 – 145 об. 74. 75. Там же, Л. 146 – 147 об. 76. 77. Там же, Л. 144 – 144 об. 78. 79. Там же, Ф. 2669, Оп. 2, Д. 1632. 80. 81. Ильин И.Н. К истории церквей и приходов V-го благочинного округа Чебоксарско-Чувашской Епархии (к 10-летию округа). – Чебоксары, 2004. – С. 53. 82. 83. Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти. 1917 – 1943 гг./ Сост. М.Е. Губонин. – М.: Из-во Православного Свято-Тихоновского Богословского Института. – С. 954. 84. 85. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 2, Д. 3137. 86. 87. Александров Г.А. Указ. соч. – С. 102 – 103. 88.

 

ЧУВАШСКАЯ АВТОКЕФАЛИЯ

5 августа 1924 г. в административный отдел облисполкома Чувашской автономной области обратился обновленческий протоиерей с. Хормалы, Батыревского уезда Василий Тимофеевич Краснов с просьбой зарегистрировать правление созданной Автокефальной Чувашской национальной церкви. В состав правления, кроме Краснова, вошли священники Василий Никифорович Никифоров(с. Тойси, Батыревского уезда), Яков Васильевич Турхан (с. Ново-Чурашево, Батыревского уезда), Евграф Павлович Павлов (с. Норусово, Ядринского уезда), псаломщик, Андрей Хрисанфович Хрисанфов (д. Апанасово-Темяши, Батыревского уезда). Кандидатами в члены правления числились священники Роман Иванович Иванов (с. Оринино, Чебоксарского уезда), Иван Афанасьевич Афанасьев, (с. Хаймалы-Касы, Чебоксарского уезда), Емельян Федорович Федоров, (с. Кошки, Чебоксарского уезда), Алексей Иванович Глинский (с. Атиково, Чебоксарского уезда), крестьянин с. Хормалы Батыревского уезда Александр Александрович Доброхотов. В отдел были так же представлены «Основные принципы строительства Чувашской Областной Автокефальной национальной Православной церкви». В документе, в частности, говорилось: «Признавая в свете веры в промысел Божий за национальностями особые условия восприятия человечеством Евангельской истины и осуществления Царства Божия Чувашская Автокефальная национальная Православная церковь ставит своей задачей осуществление внутри церковной жизни начал соборности, свободы, равенства и братства – начал, забытых большинством руководителей и иерархиею российской православной церкви.

Ближайшими средствами для осуществления этой задачи Чув. Авток. нац. прав. Церк. считает: 1) Такую постановку богослужебного культа, при котором всякий верующий являлся бы сознательным и активным участником богослужения, как главного источника христианского просвещения и воспитания и средства общения с отцом небесным. Родной язык в богослужении и вообще приближение богослужения к национальным особенностям чувашской психики. 2) Выборные начала для всех священно и церковно-служительских должностей. Указанные служители должны быть избраны из своей национальной среды, ибо для верующих может быть более близок и понятен тот пастырь, который родной ему (верующему) по духу, вере и по естеству. 3) Очищение церкви от чуждых ей элементов, номинально являющихся ее руководителями, а фактически эксплоататорами верующего человека. 4) Укрепление начал христианской общности (братства) через развитие благотворительности и способствование в области хозяйственной жизни всякого рода начинаниям, ведущим к уничтожению эксплоатации одним человеком другого. … 6) Чтобы поставить ближе к пастве пастыря, а так же чтобы рассеять ходячие взгляды на церковь как на особого рода орудие эксплоатации верующих людей Чув. авток нац. прав. церковь будет способствовать развитию и укреплению трудовых начал в жизни духовенства и постепенному освобождению его (духовенства) от материальной зависимости от верующих. 7) В политическом отношении Чув. Авт. нац. Церковь не может быть использована кем бы то не было в качестве орудия политиканства. Вовлечение церкви в политическую борьбу есть плод неверия и незнания духа Христова. Существующая рабочее-крестьянская власть с точки зрения христианской есть не только господство класса раньше экономически и духовно забитого (не без вины и руководителей христианской церкви, часто забывавших заповеди Евангелия), но и выражение воли Божией, существующей власти необходимо подчиняться не только за страх, но и за совесть, а церковь должна за нее возносить молитвы. … 8) Не отделяясь от единой православной Вселенской церкви, Чув. Авток. нац. церк. В целях достижения своих национальных задач, предоставленных октябрьской революцией, стремится к сознательному укреплению самостоятельной экстерриториальной национальной церковной единицы. Всякие попытки к созданию препятствий на этом пути со стороны некоторых представителей Российской иерархии могут считаться только старыми приемами использования церкви не по прямому ее назначению – спасению души человека, а в качестве орудия русификации и эксплоатации чуваш ….» [1]. При анализе этого документа, обращает на себя внимание сходство некоторых положений с мыслями, которые высказывал архиепископ Андрей (Ухтомский), который пользовался большим уважением среди чувашских священников. Так в 1924 г. архиепископ Андрей писал Патриарху Тихону: «Создание Церковного Собора в России, обязательное введение выборного начала и уничтожение в церковной жизни «назначенства», в параллель с гражданской Федерацией деление России на автономные епархии и епископаты, введение в жизнь декрета Наркомюста о нормальном уставе религиозных общин, радикальное уничтожение всяких намеков на глупый русский клерикализм - вот что необходимо для русского народа и лучших представителей Соввласти. Открытая твердая работа в этом направлении очень скоро даст благие последствия. Она - первое - успокоит народную совесть. Второе - организует русский народ в здоровые трудовые кооперативные общины. Третье - заслужит доверие гражданской власти» [2]. Позднее святитель Андрей писал: «Первым делом для восстановления церковной жизни мы считаем необходимость переизбрания приходами своих пастырей там, где эти пастыри ведут себя недостойно, позоря Церковь своими грехами или разрушают дело церковное, будучи по своим взглядам людьми совершенно нецерковными. … Мы считаем, что всякая община есть «малая церковь», часть единой Святой Соборной Апостольской Церкви и имеет обязанность устраивать свою церковную жизнь. Это устройство мы видим в организации самих верующих мирян, в устроении приходских советов с подотделами: хозяйственным, просветительским, дисциплинарным, финансовым, благотворительным, во всемерном появлении жизни самого верующего народа. Мы считаем, что весь церковный клир, не исключая и епископов, должен быть избираем, как это было в лучшие периоды церковной истории (Дн. 1, 26; 5, 2—3). Тем боле должны избираться, а не назначаться, члены приходских советов, председателями которых должны быть миряне. … В виду того, что мы должны стремиться обезопасить себя — жизнь своих общин — от всякого беззаконного вмешательства, откуда бы оно не исходило, мы приветствуем закон об отделении Церкви от государства, как гарантию от всякого вида распутинщины. Мы считаем, так называемый «капитализм» явлением глубоко антикультурным в истории христианских народов и считаем церковно-общинный уклад народной жизни единственно соответствующим духу св. Евангелия (Лк. 18, 25). Желая освободиться от всяких антицерковных и антикультурных влияний, мы считаем, что церковная община — это религиозно-культурно-экономическая единица, обеспечивающая своим членам полное духовное развитие. … Наконец, мы приглашаем всех православных христиан к церковной народной самодеятельности, к изгнанию из жизни всякой духовной лени и к построению жизни по заповеди ал. Павла: все исследуйте, хорошего держитесь (I Сол. 5, 21) [3]. Сравнив тексты можно предположить, что учредители чувашской автокефалии находились под влиянием идей архиепископа Андрея, что в последствии выразилось в участии некоторых автокефалистов в оппозиционных группах, созданных при участии архиепископа Андрея.

Сложно сказать, что побудило автокефалистов выйти из состава обновленческой епархии архиепископа Тимофея (Зайкова). Возможно, имели место личные амбиции участников событий, не исключены и идейные разногласия. Так глава автокефалии протоиерей Василий Краснов до революции состоял главой хочашевской ячейки Союза Русского Народа [4], и, быть может, имел более консервативные взгляды на церковную жизнь, чем обновленческое руководство Чувашской епархии. Открывшийся в январе 1924 г. Съезд духовенства и мирян Чувашской епархии называет В. Краснова «тихоновцем» [5].

7 августа 1924 г. Автокефальная Чувашская национальная церковь была зарегистрирована в государственных органах [6]. Незамедлительно последовала реакция архиепископа Тимофея. Указом архиепископа «Чувашобласти и Епархии» от 16 августа 1924 священник Краснов был уволен с должности настоятеля церкви с. Хормалы «за агитацию среди населения с церковного амвона против Священного Синода и правящего Архиепископа, находящегося в каноническом общении с Священным Синодом». Краснов указ архиерея не признал и заявил на собравшемся по этому поводу приходском собрании: «я принадлежу не к Тимофеевской, а совершенно к особой группе православных автокефалистов, поэтому Тимофей, согласно разъяснения центра, не имеет никакого права вмешиваться в отделившуюся от него приходскую общину и прочее. Поэтому Тимофею и не подчиняемся». Церковные распри вызвали разногласия среди населения Хормалинского и соседних приходов. Иногда стали раздаваться угрозы. Этому способствовала и деятельность самого Краснова, который стал агитировать за автокефалию в селах уезда. Так в с. Климове крестьяне прямо заявили: «Если увидим Краснова в Климове, то берегись, если ему надоела жизнь, то пусть идет к нам». В ответ Краснов обозвал климовского священника обновленцем, и заявил, что после архиепископа Тимофея надо освящать церковь, как осквернившуюся.

25 августа 1924 г. в с. Хормалах состоялось приходское собрание, которое так и не смогло решить за кем идти: за архиепископом Тимофеем или за протоиереем Василием Красновым. Собрание постановило: «Вопрос об увольнении священника Краснова из села Хормалов оставить открытым до выяснения разногласия между Архиепископом Автономной области Тимофеем и местным священником села Хормалов от. Красновым, который называет себя председателем автокефального собрания из Области и не желая подчиняться предписанию Архиепископа Тимофея. Ввиду таких обстоятельств убедительно просить священный Синод дать точное указание нам, как группе верующих кого признавать: Архиепископа Тимофея или Краснова, как председателя автокефального собрания в областном масштабе т.к. мы, группа верующих остались в сомнении и не знаем, кому подчиняться и поэтому ожидать скорейшего Вашего разрешения. 31 августа 1924 г. о. Василий Краснов собрал приходское собрание из своих сторонников, которое приняло нужное решение: «Постановление собрания 25 августа 1924 г. действительным не считать; Тимофей беззаконник и самозванец и не иметь с ним никакого общения; Признать Чувашскую Автокефальную православную церковь и ее уставом руководствоваться» [7].

Однако часть верующих Хормалинского прихода составила оппозицию о. Василию Краснову. К 1925 г. большая часть прихода перешла на консервативные позиции, поддержав т.н. «староцерковников», т.е. последователей линии Патриарха Тихона. На тот момент в составе хормалинской православной общины числилось 4613 человек, из которых 3164 человека, принадлежали к «староцерковникам». Краснов, при поддержке церковного старосты, организовал альтернативный приходской совет из своих сторонников [8]. Какое-то время хормалинский двухпрестольный храм использовался совместно обеими общинами, однако Краснову удалось захватить церковные ключи и отстранить «староцерковных» священников Петрова и Измайлова от службы. «Староцерковники» были вынуждены обратиться в Чувашский ЦИК с просьбой восстановить справедливость: «Вторжением бывшего свящ. Краснова в церковь и по отобрании необходимых церк. Вещей от служителей культа нашей группы, группа наша осталась без внимания и нуждается в религиозных требах. Краснов и его группа церковные ключи, церковь и все церковное имущество получила от уездной власти, в виду чего мы обиженная сторона осмеливаемся обратиться за помощью Высшей Центральной власти; церковь наша двухпрестольная во имя Казанской иконы Б. Матери и Свят. Чуд. Николая, т.к. большинство верующих на нашей стороне вследствие чего церковный совет и обиженная группа верующих покорнейше просит Высшей Центральной Власти не найдет ли она возможным разрешить нашей группе из двух престолов один, для совершения треб и для служения понедельной службы служителей культа нашей группы» [9]. 16 октября 1925 г. приходское собрание выразило недоверие Краснову и обратилось в волостной совет и в уездный исполком с просьбой разрешить «священникам Петрову и Измайлову в одном из Алтарей церкви приступить к совершению религиозных обрядов» [10]. Батыревская усовмилиция предписала волостному исполкому исполнить просьбу «староцерковников», однако провести в жизнь это решение не удалось. Наконец, на шестой неделе Великого поста 1926 г. общее собрание прихожан с. Хормалы постановило изгнать священников Краснова, Петрова и Измайлова из прихода [11]. Таким образом, основатель автокефалии остался без места служения.

Важнейшим для основателей чувашской автокефалии, после регистрации в государственных органах, стал вопрос о епископате. По православным канонам церковь, состоящая из одних священников, является не полноценной. Для нормального существования церковной организации необходима трехчинная иерархия во главе с епископом. Без епископов становится затруднительным воспроизводство клириков. По всей вероятности ни один из действовавших на территории Чувашии в то время епископов не согласился возглавить автокефалию. Для обновленцев Краснов был раздорником и «тихоновцем», для «тихоновцев» сама идея Чувашской автокефалии была неприемлема, «тихоновцы» не желали даже рассматривать вопрос о Чувашской епархии. В декабре 1925 г. в Москве, с одобрения органов ОГПУ, образовался Временный Высший Церковный Совет (ВВЦС) под управлением архиепископа Григория (Яцковского), который стал претендовать на управление всей Русской Церковью. К «григорианам» присоединился епископ Кировский Симеон (Михайлов), чуваш по национальности, который еще в 1923 г. Патриархом Тихоном назначался викарным епископом Чебоксарским. 18 марта 1926 г. правление Православной Автокефальной Чувашской Церкви обратилось к архиепископу Григорию с просьбой назначить епископа Симеона управляющим Чувашской церковью. В апреле 1926 автокефалисты получили положительный ответ из канцелярии председателя ВВЦС: «Временный Высший Церк. Совет, согласно резолюции от 14 апр. с/г за № 39 на заявление Правления православной Автокефальной Чувашской Церкви от 18 марта с/г за № 39, сообщает: «Преосвященный Симеон (Михайлов) согласен вернуться в Чебоксары и управлять православной паствой Чувашской Республики и, как признавший В.В.Ц. Совет будет принят местной властью, предлагается просителям войти с ним в сношение по месту его пребывания в Вятке» [12]. Правление автокефалии немедленно обратилось к епископу Симеону с письмом: «Прилагая при сем копию с отношения ВВЦ Совета от 19 апр. сего 1926 г. за № 131, радостно, с сыновней преданностью припадаем к Вашей деснице и искренно просим Вашего высокоблагословения и, вместе с тем, от имени вверивших нам свои полномочия духовенства и мирян Чувашской АСС Республики, с трепетной надеждой приглашаем Вас на святой, вверенный Вам самим Святейшим Патриархом, престол – будьте архипастырем Промыслителем созданного целого Чувашского народа, воздвигните знамя православия над своим народом, умирите церковные раздоры в Чувашской Республике и примите всех нас в Святое объятие.

Будем ожидать Вас в Чебоксары на первом пароходе, с властями мы суждение имели, квартира Вам будет, только заранее (за неделю) известите нас о дне Вашего прибытия в Чебоксары, чтобы нам быть готовым к великой встрече.

Вашего Преосвященства смиренные дети и послушники.

Председатель правления Чув. Авт. Пр. Ц. протоиерей Василий Краснов»[13]. Однако уже в мае 1926 г. епископ Симеон (Михайлов) отошел от ВВЦС и присоединился к заместителю патриаршего местоблюстителя митрополиту Сергию (Страгородскому) и продолжил управлять Кировской епархией [14]. Таким образом, чувашская автокефалия осталась без епископского возглавления.

Судя по всему чувашская автокефалия была довольно локальным явлением, ее распространение зависело исключительно от позиции конкретных приходских священников. Автокефальные приходы получили распространение в центральных и южных районах Чувашии. В конце 1920-х гг. наиболее активными автокефальными приходами были Шоркистринский (Урмарский район), Староянтиковский (Батыревский район), Шимкусский (Малояльчикский район) [15]. В конце 1920-х гг. позиции автокефалистов становятся все более консервативными, они начинают сближаться с представителями оппозиции линии митрополита Сергия (Страгородского). Так в 1926 г. член правления Чувашской Автокефальной церкви, церковный староста Апанасово-Темящевской церкви Андрей Хрисанфович Хрисанфов присоединился к организованному последователями архиепископа Андрея (Ухтомского) движению «Союз православной церкви», стоявшему на строго консервативных позициях [16]. В том же году Хрисанфов был рукоположен в сан священника сызранским епископом Авраамием и стал благочинным движения [17]. Судя по всему остальные автокефальные священники так же присоединились к «Союзу православной церкви». Так секретарь Чувашского обкома КПСС Токсин писал в 1931 г.: «Нелегально существует <в Чувашии – А.Б.> организация чувашской национальной церкви. Во главе борьбы за эту церковь в 1924 – 27 гг. стояла группа быв. членов «Союза Русского Народа». Местным идеологом этой группы является поп Краснов. В настоящее время эта церковь существует под маской некоторых приходов (с. Буртасы Урмарского р-на, с. Шимкусы Мало-Яльчикского р-на) формально выдающих себя за последователей Тихона, но на деле проводящих политику Чувашской национальной церкви. (…) В течение 1930 г. подготовлено 6 попов из крестьян и бывших советских работников» [18]. В начале 1930-х гг. деятельность «Союза православной церкви» была прекращена советскими репрессивными органами. Священник Андрей Хрисанфов получил 3 года лагерей [19]. После выхода из заключения Хрисанфов продолжил свою деятельность, поддерживал отношения с епископом Уфимским, активным «андреевцем» Руфином (Бреховым) и был повторно арестован в 1937 г. за агитацию против выборов. По словам свидетелей Хрисанфов говорил, что тот, кто подписывает обращение чувашского народа к Сталину «предает себя антихристу». О. Андрей Хрисанфов был осужден на 10 лет. В 1956 г. он вышел на свободу, в 1957 г. – реабилитирован. После выхода из заключения проживал в д. Апанасово-Темяши [20].

Другой член правления Автокефальной церкви священник Яков Турхан в середине 1920-х гг. сложил с себя сан и занялся литературной деятельностью. В 1926 г. Яков Турхан решил перейти в католичество восточного обряда и поступил в католическую Духовную Семинарию, действовавшую нелегально. В 1927 г. он был арестован органами ОГПУ [21]. Документы, проливающие свет на судьбу основателя чувашской автокефалии о. Василия Краснова, к сожалению, пока еще обнаружить не удалось.

Чувашская интеллигенция, во многом сформировавшаяся благодаря миссионерским и просветительским усилиям православной церкви в первые послереволюционные годы пыталась продолжать начатое еще до революции движение за создание национальной церкви. Плодом таких попыток и стала Чувашская автокефальная церковь. По мере усиления позиций советской власти национальное духовенство, немало потрудившееся в свое время на ниве христианского просвещения, стало ощущать свою невостребованность в изменившихся социальных условиях, чем и объясняется постепенный переход автокефалистов на все более консервативные позиции. В 1930-х гг. автокефальные приходы вливаются в истинно-православное движение, связанное с оппозицией курсу митрополита Сергия. К концу 1930-х гг. Чувашская автокефальная церковь прекратила свое существование.

Примечания

 

 

1. ГИА ЧР, Ф. 22, Оп.1, Д. 365. 2. 3. Нежный А.И. Допрос патриарха. – М., 1997. Цитата по Интернет-версии -http://www.krotov.info/spravki/persons/20person/1872uhto.html 4. 5. Зеленогорский М. Жизнь и деятельность архиепископа Андрея (князя Ухтомского). — М.: Терра, 1991. – С. 208 – 209. 6. 7. Красная Чувашия - № 15. – 18 января 1930 г. – С. 3. 8. 9. Там же. 10. 11. ГИА ЧР, Ф. 22, Оп.1, Д. 365, Л. 1. 12. 13. Там же, Д. 153, Л. 154 – 156. 14. 15. Там же, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92, Л. 64. 16. 17. Там же, Л. 50. 18. 19. Там же, Л. 61 20. 21. Там же, Л. 64 – 64об. 22. 23. Красная Чувашия - № 15. – 18 января 1930 г. – С. 3. 24. 25. Там же. 26. 27. Иоанн (Снычев), митрополит. Церковные расколы в Русской церкви. – Самара: Из-во «Самарский дом печати», 1997. – С. 74; Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России. – С. 993 28. 29. Денисов П.В. Указ. соч. – С.312 30. 31. Подробнее о Союзе православной церкви см. ниже. 32. 33. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3098, Л. 171 об. 34. 35. Состояние антирелигиозной работы в Чувашии. – Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 1931. – С. 15 – 16. 36. 37. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3098, Л. 302. 38. 39. Там же, Д. 331. 40. 41. Шкаровский М. Русские католики в Санкт-Петербурге (Ленинграде) // Символ. - №38. – 1997. – декабрь. – С. 104 – 104. 42.

 

ДВИЖЕНИЕ ЗА ЧУВАШСКУЮ НАЦИОНАЛЬНУЮ ЦЕРКОВЬ ВО II-Й ПОЛОВИНЕ XX ВЕКА

Изучение чувашского национального движения в послевоенный период представляет определенную трудность для исследователя. Если в предшествующее время национальное движение было институциализированным, имело свои церковные организации, то во второй половине XX в. условия для создания таких организаций отсутствовали, и национальное движение существовало в виде факта общественного сознания некоторой части чувашского духовенства. Источниковая база по этому периоду крайне ограничена из-за отсутствия у национальных церковных деятелей своих церковных институтов. О состоянии национального вопроса в чувашской епархии до начала перестройки вообще можно судить только на основании косвенных данных и устных рассказов. Основным источником о национальном церковном движении в конце 1980-х – начале 1990-х гг. являются газетные публикации.

В 1940-х гг. православная церковь в Чувашии оказалась на грани выживания. Обновленческая епархия перестала существовать, последние обновленческие епископы Чебоксарские Серафим Андреевский и Петр Горбатов никак не были связаны с национальным движением [1]. Однако и официальные «сергианские» приходы, принадлежащие к Московской патриархии тоже находились в состоянии упадка. В 1943 г., после известной встречи И.В. Сталина с патриархом Сергием и руководством Московской патриархии, был взят курс на нормализацию отношений советского государства и Церкви. Для руководства этим процессом был создан специальный орган – Совет по делам Русской Православной Церкви. В 1944 г. первым уполномоченным Совета по делам РПЦ при СНК ЧАССР стал С. Шумилов. В своем информационном отчете за 1944 г. Шумилов отмечал, что на территории республики из 309 церквей, имевшихся до революции, действуют только 10, причем в русских районах Чувашии – Алатырском и Порецком действовало 5 приходов, а в районах с преобладающим чувашским населением – Канашском и Урмарском – 4 прихода. Приход в Чебоксарах, скорее всего, был преимущественно русским. Судя по всему, духовенство так же, в основном, было русским. Однако потребность в чувашском богослужении имелась достаточно большая. Так в 1944 г. в Совнарком ЧАССР обратился житель Чебоксарского района Герман Николаев, с просьбой разрешить ему совершать богослужения среди чувашского населения в отдаленных от действующих церквей деревнях. Республиканские власти посоветовали обратиться ему к епархиальному начальству. В организационном отношении приходы Чувашской республики в тот период подчинялись Казанскому архиерею Андрею [2].

В 1946 г. была создана Чебоксарско-Чувашская епархия в составе Московского патриархата, управляющим епархией был назначен епископ Иларий, имевший весьма преклонный возраст. Руководство епархии испытывало трудности с подбором кадров на приходы, т.к. в предшествующий период значительная часть чувашского духовенства оказалась или в обновленчестве или среди церковной оппозиции. Кроме того в 1930-е гг. чувашские национальные деятели были обвинены в национализме и подверглись репрессиям. Так что поднимать национальную тему, в том числе и в церковном строительстве было небезопасно.

В 1946 – 47 гг. из-за преклонного возраста епископа Илария фактическое руководство епархией осуществлял настоятель чебоксарского Введенского кафедрального собора и секретарь епархии, протоиерей Георгий Логинов, родившийся в 1889 и рукоположенный в священный сан еще до революции, в 1911 г. Логинов крайне отрицательно относился к самой идее богослужения на чувашском языке, не позволял в соборе петь на чувашском языке молитвы. Вообще, к верующим чувашам проявлял пренебрежение [3].

Начиная с 1946 г. происходит значительный рост числа приходов Чувашской епархии и соответственно увеличение численности духовенства, в том числе и чувашского. Резкое повышение числа священнослужителей происходит в 1956 – 60 гг., когда Чебоксарско-Чувашской епархией управлял архиепископ, (впоследствии митрополит) Мануил (Лемешевский). К началу 1970 г. в епархии числилось 48 священнослужителей, причем из них 23 человека были рукоположены в священный сан при архиепископе Мануиле. Именно в этот период стали священниками авторитетные чувашские священнослужители Илия Карлинов, Геннадий Антонов, Григорий Медведев, Георгий Иванчин [4]. Вместе с появлением в епархии священников-чувашей происходит и возрождение церковной службы на чувашском языке, хотя, скорее всего и руководство епархии так же было заинтересовано в этом процессе. Интересно отметить, что в чебоксарском Введенском соборе службу на чувашском языке ввел протоиерей Борис Зороастров, русский по национальности [5]. В 1970 – 1990 гг. большинство духовенства епархии составляли чуваши. Уровень образования священнослужителей был невысоким. В 1970 г. только 15 человек имели специальное духовное образование, 8 – полное среднее образование, 19 – 7 – 8 летнее и 14 священнослужителей имели образование не выше 4 классов школы.

До конца 1970-х гг. никаких сведений о национальном движении среди чувашского духовенства не имеется. В 1976 г. управлять Чубоксарско-Чувашской епархией был назначен епископ Варнава (Кедров). Не имея специального богословского образования, епископ Варнава чувствовал себя не совсем уютно в окружении образованных священнослужителей. Исходя из этого строилась и кадровая политика: немногочисленных священников, закончивших духовную академию епископ старался направлять на службу в глубинку. Священники-чуваши, закончившие академию, естественно рассчитывали служить в городских приходах, такая политика выглядела в их глазах как притеснение русским епископом чувашских священников.

По рассказам очевидцев, впервые вопрос о чувашской церкви с епископом-чувашом во главе стал поднимать в приватных разговорах протоиерей Михаил Никифорович Иванов, уроженец г. Канаша. В 1977 г., после окончания Московской Духовной Академии, Михаил Иванов был рукоположен в священный сан и направлен служить в с. Семеновское, Порецкого р-на ЧАССР [6]. Судя по всему, имея высшее духовное образование и степень кандидата богословия о. Михаил рассчитывал на более престижный приход, (с. Семеновское – это глубокая периферия республики и, кроме того, совершенно русское село), что стало причиной определенной неприязни о. Михаила к епископу Варнаве (Кедрову). В близких кругах о. Михаил стал высказывать мысли о том, что было бы желательно в Чувашии иметь епископа-чуваша. В 1981 г. священником стал родственник Иванова Петр Тепловодский [7], у которого не сложилась семейная жизнь. По мнению о. Михаила Тепловодский вполне мог бы претендовать на пост чувашского епископа. Однако в условиях советского времени, ни о каких реальных шагах в этом направлении речь, конечно, идти не могла.

Если побудительным мотивом для разговоров о. Михаила Иванова о национальной чувашской церкви все же была личная обида и меркантильные интересы, то правозащитник из Татарстана Валиахмед Хайдарович Тимохин исходил из идейных соображений. Тимохин родился в 1947 г., работал художником-реставратором, по свидетельству близких отличался живым умом, смелостью, честностью и неподкупностью. Тимохин выдвинул идею создания двух тюркских православных церквей: Татарской канонической православной церкви и Суварской (Чувашской) канонической православной церкви под руководством Вселенского патриарха. Должно быть исходным пунктом рассуждений Тимохина были свидетельства византийских историков о крещении предков чуваш и татар – болгар при хане Кубрате в VII в. Этим и можно объяснить идею обратиться в Константинополь (Стамбул) за канонической автокефалией для чувашской церкви. Другим источником для Тимохина могли стать идеи пантюркизма – создания великой тюркской империи под руководством Турции. Валиахмед Тимохин был арестован КГБ и в 1976 заключен в специализированную психбольницу [8].

С началом перестройки и гласности в СССР появляются объективные условия для оживления национальных движений. В 1988 г., во время празднования 1000-тия Крещения Руси возрождается и национальное движение среди чувашского духовенства. Лидером движения стал настоятель церкви с. Янгильдино, выпускник Ленинградской Духовной Академии, протоиерей Иоанн Иванчин († 2007), который во время торжеств, посвященных 1000-тию Крещения Руси, попытался организовать распространение Завещания Ивана Яковлева среди верующих. Епархиальное управление выступило против этой инициативы. Вызвала неприятие архиерея и желание публично отслужить панихиду по чувашскому просветителю [9]. Архиепископ Варнава, похоже, исходил из того, что в 1988 г. такие инициативы могли привести епархию к конфликту с партийно-государственными органами.

В 1989 был создан Чувашский общественно-культурный центр (ЧОКЦ), который возглавил известный чувашский писатель и общественный деятель Михаил Юхма. С ЧОКЦ начинают сотрудничать и некоторые чувашские священнослужители, обеспокоенные религиозной темнотой своего народа и наличием пережитков язычества. В качестве одного из условия национального возрождения чувашские священники говорят о более широком использовании чувашского языка в богослужении и переводе Библии на родной язык. ЧОКЦ решает начать работу над переводом Библии. В 1990 г. по инициативе ЧОКЦ была создана Чувашская Библейская комиссия. Председателем стал М. Юхма, в состав комиссии вошли кандидат исторических наук И.Я. Тенюшев, кандидат филологических наук В.П. Станьял, чувашский народный писатель А. Артемьев, протоиерей И. Иванчин, настоятель церкви г. Новочебоксарска, протоиерей И. Карлинов, священник П. Филиппов, В. Енеш, Р. Сарби и другие представители чувашской интеллигенции. Помощь в работе комиссии оказало Всемирное Библейское общество, которое передало комиссии переводы первых четырех книг Библии, выполненные И.Я. Яковлевым и другие материалы. ЧОКЦ обратился за содействием и к патриарху всея Руси Алексию II. Из патриархии, для координации работы был командирован в Чебоксары ответственный секретарь К.И. Логачев [10].

Если на уровне Патриархии работа Чувашской Библейской комиссии под эгидой ЧОКЦ нашла понимание, то руководство Чувашской епархии встретила эту инициативу без энтузиазма. Скорее всего, причиной такого, мягко говоря, прохладного отношения чувашского архиерея к своим прямым обязанностям был денежный вопрос: на перевод и издание чувашской Библии требовалось 50 тысяч рублей [11], но архиепископ Варнава, никогда не отличавшийся щедростью, полагал, что вопросы образования и просвещения не являются первоочередными. Чувашская епархия берет курс на отстранение ЧОКЦ от работы над переводом Библии. В 1991 г. Чувашская епархия, в противовес ЧОКЦ, создала свою комиссию, обратившись за помощью к специалистам из Транссбурга [12]. Организационную, научную и финансовую помощь оказали Российское Библейское общество и Объединенные Библейские общества. Возглавил комиссию лично архиепископ Варнава [13]. При поддержке правительства Чувашской Республики работа этой комиссии оказалась достаточно успешной [14].

В 1989 – 90 гг. в Чебоксарах открываются закрытые при советской власти церкви, и возникает идея превратить одну из них – Воскресенскую в чувашский православный приход. Инициатором выступает о. Иоанн Иванчин. В 1990 г. о. Иоанн публикует в главной республиканской газете «Советская Чувашия» большую статью «Слышать и понимать», где подвергает резкой критике национальную политику главы епархии, архиепископа Чебоксарского и Чувашского Варнавы. По сути дела, с этой статьи началось вхождение Чувашской епархии в публичное медиа-пространство. Апеллируя к Священному Писанию о. Иоанн утверждал, что «проповедь Евангелия должна проводиться на родном языке. … За весь период распространения христианства на земле чувашской не было на епископской кафедре ее столицы епископа национальности коренного населения. Но беда, как было сказано, не в национальности, главное, если не ошибаюсь никто из них не владел языком, своих, как мы говорим, пасомых. На моей памяти архиепископ Николай имел обыкновение расспрашивать о названиях предметов, понятий на чувашском, архиепископ Вениамин просил переводить свои проповеди на чувашский, если видел, что в храме большинство чуваши – они проявляли какой-то интерес к языковому вопросу. Социологи утверждают, что в республике около 67 процентов чувашскоязычного населения, а в границах республики, можно думать, чувашскоязычных верующих около 80 процентов. Не странно ли, если пастырь не знает языка своих пасомых» [15]?

Нелицеприятно описывает о. Иоанн и ситуацию с чувашским приходом Воскресенской церкви: «Община Воскресенского храма в Чебоксарах принимает решение ранние литургии проводить на русском языке, а поздние – на чувашском, что удобно и русскоязычному и чувашскому верующему населению, потому что в других храмах города ранние литургии совершаются на чувашском, поздние – на русском. Чуваши не всегда успевают к 6-ти часам, да и пение хора на ранних уступает пению на поздних.

Видели бы вы реакцию Управляющего Чебоксарско-Чувашской Епархией Архиепископа Варнавы, когда ему был предъявлен протокол собрания. Бумага полетела на пол, священнику, проводившему собрание, было заявлено, что на него будет подана жалоба патриарху, собрание объявлено (в пункте о языке богослужения) недействительным. А послали туда священника, хоть и чуваша, но который, как слышно, отказывается исполнять желание общины о языке богослужения. Так что же здесь имеем: вопрос языка или административный пыл» [16]?

Однако руководство епархии задела не столько критика национальной политики архиепископа, сколько то, что о. Иоанн выставил на обозрение общественности отсутствие у архиерея элементарной культуры, эгоизм и мещанскую привязанность к роскоши: «А вот «я не чуваш», – как говорит … Владыка, – это оправдание перед кем? Есть благоприятная возможность завершить перевод и издать Библию на чувашском языке: ЧОКЦ стремится исполнить Духовное Завещание просветителя чувашей Ивана Яковлевича Яковлева: завершить им начатое дело – перевод и издание Библии. Дело великое, потребуются затраты на 50 тысяч рублей – посильная сумма для всей Епархии, тем более сумма эта возвратная. Как же понимать Архиерея чувашей, отказывающегося участвовать в этом святом деле? Неужели приобрести и содержать пять легковых автомашин для своих собственных нужд, строить за сотни и сотни тысяч, извините, дворцы – средства находятся, а на Библию на нашем языке – нет? Можно не распродавать коллекцию машин и дворцы его же привечают – деньги найдутся без жертв со стороны Архиерея, необходимо лишь его заинтересованное организационное участие. Познавший язык и душу своих пасомых не сторонился бы столь насущной проблемы» [17].

В защиту епархии было поручено выступить протоиерею Аполлинарию Павлову, бывшему в тот период народным депутатом ЧАССР. В содержательной части критику о. Аполлинария все же следует считать верной: «Поймите, пожалуйста, Библия – это не художественное произведение, тем более для верующих, а книга, на которой утверждается христианское учение. И перевод ее вряд ли по силам каждому переводчику. Чтобы ее перевести, нужно жить ее духом, проникнутся ее содержанием, испытать на себе ее духовно-нравственную силу. Разве это по силам нашим литераторам-переводчикам, для коих как христианское учение, так и языческие обычаи стоят на одном уровне. Библию могут перевести ученые-верующие. Раньше этим делом занимались в монастырях и духовные учебные заведения» [18].

Счел несправедливой критику Варнавы о. Иванчиным и уполномоченный Совета по делам религий по Чувашской АССР Б.А. Краснов. В своем последнем, в истории этого учреждения, информационном отчете, он отметил, что «до настоящего времени негативных явлений на межнациональной почве в религиозной среде в республике не фиксировалось, не возникало отношений национального неравенства или смыкания националистических элементов с религиозными фанатиками. … Соотношения служителей православного культа, например, по национальному признаку выглядит следующим образом: представители коренной национальности составляют 75,4 % от общего числа служителей культа, русские – 19 %, других национальностей – 5,6 %, что соответствует демографическому составу населения республики. Богослужение в большинстве церквей ведется на чувашском языке, а там, где преобладает русское население – на русском (Алатырский, Порецкий районы).

Вместе с тем верующих интересует вопрос о соотношении служителей культа по национальному признаку в плане того, нет ли здесь нарушений национального равенства. Об этом говорят письма верующих и недавняя публикация в газете «Советская Чувашия» протоиерея Иоанна о том, что правящий архиерей Варнава, русский, якобы препятствует совершению богослужений на чувашском языке. Такое обвинение не соответствует действительности и является результатом неприязненных отношений между ними» [19].

4 апреля 1991 г. в адрес Президента СССР М.С. Горбачева житель г. Чебоксар Захаров, от имени «верующих людей русского города Алатыря» направил телеграмму с совершенно противоположными обвинениями по отношению к архиерею: «Просим Вас помочь нам слушать службу русских священников. Варнава Чебоксарский назначает нам священников только чувашей. Требуем отставки Варнавы». Однако у меня есть подозрение, что телеграмма была направлена кем-то из сотрудников Чебоксарской епархии, т.к. в телеграмме указан адрес соседнего с епархией дома [20].

Статья о. Иоанна обсуждалась на епархиальном собрании, которое призвало автора напечатать опровержение. О. Иоанн подготовил опровержение, под названием «Вы требуете опровержения», которая была предъявлена архиепископу для ознакомления. Судя по всему, текст опровержения был еще острее, чем сама спорная статья. По словам о. Иоанна Иванчина: «Вы и Ваши любимчики добились от меня на собраниях печатного … опровержения. Но на этот раз, прочитав первым предъявленное мною «опровержение», стали говорить о своей готовности решать вопросы, поднятые в моей статье, и без публикации в печати, и даже несколько раз употребили выражение: «Будем мириться». … Призывали на взаимной основе «не развозить ссору». Видит Бог, я тогда согласился «проглотить» два пасквиля небескорыстных Ваших защитников» [21]. Однако 15 февраля 1991 г. в газете «Советская Чувашия» была напечатана статья алатырского священника Валерия Кольцова «Блажен, кто не соблазнится…», направленная против о. Иоанна и полемика разгорелась с новой силой. По словам о. Иванчина, Валерий Кольцов, выступивший в защиту Варнавы, действовал исходя из меркантильных интересов: он привозил из Москвы духовную литературу на чувашском языке, изданную Русской Зарубежной Церковью, и продавал в ее в Чувашии по завышенной цене. Перевод и издание чувашских духовных книг в республике, по мнению о. Иванчина, могло повредить бизнесу Кольцова [22].

В марте 1991 г. протоиерей Иоанн Иванчин обратился с письмом к патриарху Алексию II и членам Священного синода РПЦ, в котором впервые было артикулировано желание иметь автокефальную церковь. В письме о. Иоанн опять резко критиковал национальную политику епархии, и, уже РПЦ в целом: «Ваше святейшество! С полной ответственностью можно заявить: национальная политика РПЦ не безупречна. … За все время христианства среди чувашей не было ни одного епископа чувашской национальности на чувашской кафедре, но беда не в том, что епископ не чуваш, а в том, что никто из них не знал языка своих пасомых. Сказалось это на чувашах? Про период до революции можно сказать, что сказалось в худшую сторону. В советский период этот феномен имеет, мягко говоря, объяснимые причины, но отнюдь не оправдательные.

Но то, что продолжается такая несправедливость в настоящее время не имеет не то что оправдания, но никакого объяснения.

Национальная политика в Чебоксарско-Чувашской Епархии была предметом многократных моих бесед с Архиепископом Варнавой, который управляет епархией с 1976 г.

Но объясните, пожалуйста, действие чувашского архиерея, запретившего отслужить панихиду Просветителям (Н.И. Ильминскому, И.Я. Яковлеву) на юбилее 1000-летия Крещения Руси. Ведь мы, чуваши, православные именно через них. Кстати, с 1978 г., когда исполнилось 130-летие со дня рождения И.Я. Яковлева, я пытаюсь ввести в чувашских приходах какой-нибудь знак памяти о нем (панихиды, проповеди), но видел только явное сопротивление и нарекания.

С 1989 г. чувашская интеллигенция ставит вопрос поддержки Епархией перевода для них Библии».

О. Иванчин дает меткую характеристику личности архиерея: «Я могу привести множество примеров из действий Архиепископа Варнавы неблагоприятных для христианства среди чувашей именно в свете национальности, в свете родного языка, но думаю, это у него не столько от чувашефобизма, сколько от общеобразовательного уровня. Он будет таким же и среди верующих марийцев, и удмуртов и других «незубастых» народов». «Я не нахожу оправданий его епископства» - добавляет о. Иоанн.

Заканчивая письмо, Иванчин ставит вопросы, которые выглядели как ультиматум: «как поступить, благословите:

1. Просить, объявлять, добиваться Чувашской Православной Церкви, по примеру УПЦ, БПЦ (чувашей 2 миллиона с лишним)?

2. Ждать епископа-чуваша, или хотя бы стремящегося знать язык чувашей (например, архимандрита Гурия (Кузьмина) с. Ополье Ленинградской епархии. Он жил среди чувашей, рос у священника-чуваша)?

3. Или просить официально, без обид, уволить меня за штат, поскольку служить под управлением Архиепископа Варнавы не считаю для себя возможным?

Думаю, третий вариант более подходящий, но вопрос этим не решиться, и если мы не даем людям духовного хлеба, по причине от нас зависящей, то как мы оправдимся» [23]?

В апреле 1991 г. с письмом к патриарху обратился и Михаил Юхма: «Ведущая чувашская интеллигенция сейчас как бы на распутье. за годы советской власти, особенно за последнее время наша национальная культура, наше чувашское бытие, наш родной, горячо любимый чувашский язык оказались под угрозой полного исчезновения. Сделав обзор и анализ общественного положения, жизни родного народа, мы убедились, что хранителями национальной культуры, родного языка, чувашского лица народа в эти труднейшие и трагические годы были чувашские общины, живущие под влиянием древнечувашской религии, гонимые общины чуваш-протестантов (баптистов) и чувашские общины чуваш-мусульман. А православная религия, особенно за годы управления Чувашско-Чебоксарской епархией архиепископом Варнавой (с 1976) стала гонителем чувашской национальной культуры, чувашского языка и чувашского лица. … Задумавшись о судьбе родного народа, желая помочь ему, понимая значение Библии, ЧОКЦ решил продолжить дело И.Я. Яковлева и его Переводческой Комиссии. И первым, к кому мы пошли с этими мыслями и думами, были Варнава и наши православные священники. Мы пришли к ним на собрание. И первую неприязнь, какую-то непонятную нам дикую нелюбовь к чувашскому народу, к чувашской интеллигенции со стороны Варнавы увидели тогда. Правда, слово он нам дал, но, предоставляя слово, махнул рукой и ушел, мол, говорите что хотите, мне это не интересно. Все священники, хоть и удивились тогда поступку Варнавы, нас поддержали. И мы создали вместе с ними Чувашскую Библейскую Комиссию, как правопреемницу Яковлевской Переводческой Комиссии. Но сразу же после этого Варнава в буквальном смысле стал бороться против нашей работы над переводом Библии на чувашский язык, объявляя нас то язычниками, то националистами. ….

Я уже писал, что чуваш два миллиона. Почти такие же по численности народы, такие как грузины, армяне, и другие имеют свою хритианскую церковь, и верующие в любое время могут обратиться к своим первосвященникам на своем языке. И священники помогают людям, а не отталкивают, помогают сохранять народ, возрождать культуру, помогают национальным движениям. А наш епископ Варнава, глава Чебоксарско-Чувашской епархии, не только не помог в работе над переводом Библии, наоборот, стал бороться против нас, распуская клеветнические измышления. Я несколько раз пытался с ним встретиться или поговорить по телефону, придти к согласию, сесть за круглый стол, но все это было напрасно, со стороны Варнавы и его приближенных понимания нашей боли, нашего страдания, нашего желания найти общий язык мы не могли». Юхма прямо ставит перед патриархом вопрос создания чувашской национальной церкви: «Учитывая создавшееся положение, мы хотим добиваться создания Чувашской Православной Христианской церкви, во главе которой должен стоять честный, умный, любящий своих прихожан священнослужитель, знающий в обязательном порядке два языка: чувашский и русский. Чуваши двухмиллионный народ, и мы думаем, заслуживают и этого» [24]. Таким образом, в составе ЧОКЦ появляется Общество организации Чувашской Православной церкви. В печатном органе ЧОКЦ в 1991 г. печатается подборка материалов и статей посвященная этому вопросу. Некто М. Семенов в статье «Чувашской православной церкви быть» пишет: «Чувашия суверенное государство. Но у верующих чувашей ничего чувашского нет. «Вы принадлежите Русской Православной Церкви, молитесь по-русски, и Библию читайте по-русски». Это говорит нам откуда-то присланный, и ничего не понимающий по-чувашски архиепископ Варнава». Семенов апеллирует к опыту других народов: «Армяне верой Христа живут, только у них своя вера, первосвященник свой – католикос. У грузин тоже свое христианство, и у них первосвященник – патриарх…. И мы, чуваши, должны создать свое христианство. Пусть и у нас будет свой первосвященник. Чтобы весь народ его любил, надеялся, чтобы, когда тяжело он мог помочь народу, чтобы люди могли, преклонив перед ним колени, спасти душу чувашскую. А как мы его будем звать, патриарх или великий отец, или совсем другими словами, Бог Сам скажет нужное слово». Семенов рисует блестящую перспективу Чувашской церкви: «Пусть будет свой чувашский монастырь. … В чувашских монастырях печатались бы Библии и молитвы. Чувашские монастыри спасали бы нас перед Богом. … И появились бы у нас свои святые. Среди них достойное место заняли бы И.Я. Яковлев и К.В. Иванов и другие достойные чувашские люди. Когда будет создана Чувашская православная церковь, мы могли бы открыть духовную семинарию. …. Нам надо бороться за Чувашскую православную церковь» [25].

Обеспокоенное таким поворотом событий руководство Чувашской епархии, постаралось дискредитировать движение, связав его в массовом сознании с попытками возрождения чувашского язычества, тем более что национальные деятели сами давали для этого повод. Собственно, для многих представителей чувашского национального движения, воспитанных на причудливой советской смеси интернациональной партийности и национализма было все равно, что станет стержнем национальной идентичности – христианство или язычество. В республиканской прессе появляется значительное количество публикаций, призывающих к возрождению старой чувашской веры, возникает идея создания этнопарка в Чебоксарах, в котором совершались бы языческие моления. Все это способствовало падению популярности среди духовенства идеи независимой Чувашской церкви.

В 1992 г. на заседании Чувашского национального конгресса, настоятель Свято-Владимирской церкви, протоиерей Илия Карлинов, уважаемый чувашский священник, резко высказался против создания Чувашской церкви. По его мнению «Чувашская церковь никак не может быть самостоятельной без благословения вышестоящей, в данном случае русской православной. Надо иметь не менее трех архиереев, а у нас только один» [26]. Понимающие такие вопросы писатели Станъял и Юхма – по его словам – сторонники возрождения чувашской языческой религии. Выступление о. Ильи участники Конгресса захлопали, не дав ему договорить. Следует отметить, что о. Илья рассматривает вопрос создания Чувашской церкви не эмоционально, а в чисто практической плоскости, замечает техническую трудность такого проекта, но не говорит о принципиальной невозможности чувашской автокефалии. О. Илья участвовал и в теледебатах по религиозному вопросу в Чувашии.

Возражая о. Илье врач П. Львов писал «Почему в Чувашии, где большинство из прихожан чуваши, нельзя иметь церкви, где бы молились за наши грешные души на нашем, понятном нам и нашему Богу языку? Почему для этого мы должны брать благословение у Москвы и опять у нашего старшего русского брата? Сами Вы бессильны или просто не хотите? Бог один, но пока о нем не заговорят на моем языке, проповеди будут непонятны. Так думаю не один я. Вот почему наши чувашские писатели Станъял и Юхма выступают за возрождение чувашской религии, хоть бы и языческой» [27].

В 1992 г. Чувашская епархия выступает против проведения выборов первого президента Чувашской Республики, инициированных Чувашским национальным конгрессом: «В то время, когда многие граждане республики нищенствуют, когда правительство не может изыскать средств на строительство домов для престарелых и инвалидов, социальной защиты неимущих и нуждающихся граждан, преступно тратить десятки и даже сотни миллионов рублей на проведение выборов и содержание аппарата Президента.

Пример других регионов убеждает нас в том, что после избрания Президента «изобилия» не наступает, а наоборот, с особой силой возрастают политическая напряженность и межнациональные конфликты. Мы считаем, что в настоящее трудное время проведение выборов нецелесообразно.

В переживаемый нами период особенно явственно грозят чувашскому народу стремления определенной группы возродить существовавшее до начала XVIII века язычество. Пагубно для души человеческой возрождение поклонения идолам и другим тварям. Это самое главное. Возрождение язычества приведет к нагнетанию напряженности и увеличению физического противостояния. Опыт и пример других регионов наглядно убеждают, а пионеры язычества уже открыто заявляют, что могут возникнуть кровавые бойни на религиозной почве» [28].

На это обращение откликнулся профессор М. Федотов, который прекрасно понял его подоплеку: «Полемизировать с церквократами – дело не из приятных. Однако перед Богом скажу: вы совсем не знаете или плохо знаете чувашский народ в исторических перипетиях, следовательно, его историю, его язык, его чаяния. Вот недавно на Чувашском национальном конгрессе в президиум с честью был приглашен один священнослужитель, он с первых же слов вступил в конфликт с аудиторией. Почему так произошло? Да потому, что в зале сидели не мужики XVII – XVIII или даже XIX века, а современные чуваши, подавляющее большинство которых имеет высшее светское образование. Это значит, что для них нужен лектор высшего уровня и говорить надо с ними не на языке «сам не знаю каком». К слову сказать, Чувашская Церковь должна вести службу на чувашском языке, если она призывает «храните себя от требъ идол». Ругать язычников проще простого, а вот распространять Слово Божие в гуще чувашского народа – всем недосуг или просто в церковном Управлении нет желания издавать популярную религиозную газету на чувашском языке» [29].

В республиканской прессе появляется ряд публикаций, направленных против язычества. В этих публикациях в числе инициаторов возрождения старой чувашской религии называется и М. Юхма. Так, в открытом письме 362-х прихожан Свято-Троицкого мужского монастыря г. Чебоксар, нет ни слова о Чувашской церкви, зато говорится, что «наиболее усердно зовут к язычеству ученые и писатели А.П. Хузангай, В.П. Станъял, М.Н. Юхма….. Они неоднократно выступали и продолжают выступать по республиканскому радио и телевидению с призывами бросить «ненавистное истинному чувашскому народу» христианство, перейти обратно в язычество» [30].

В целом, следует сказать, что выбранная руководством епархии тактика привела к успеху. К середине 1990-х гг. полемика по поводу национальной церкви постепенно сходит на нет и совершенно прекращается к началу визита в Чувашию патриарха всея Руси Алексия II в 1996 г. В немалой степени этому способствовала и поддержка президента Чувашской Республики Н.В. Федорова, важной задачей для которого в начале его президентской карьеры было взять под контроль национальное движение. Пользуясь поддержкой власти архиепископ (ныне митрополит) Варнава получил возможность просто игнорировать сторонников автокефалии.

С другой стороны, полемика по поводу чувашской автокефалии заставила епархиальное управление скорректировать национальную политику, прежде всего в области просвещения. Епархиальное руководство стало активнее включаться в работу по переводу Библии на чувашский язык и изданию чувашской церковной литературы. В новопостроенной церкви Новомученников и Исповедников Российских в Чебоксарах даже была написана икона всех чувашских святых, во главе с мучеником Авраамием Болгарским. Вдохновителем написания такой иконы выступил настоятель церкви, протоиерей Григорий Медведев. В Чебоксарском духовном училище чувашский язык – в числе обязательных предметов. Инициатор создания Чувашской православной церкви о. Иоанн Иванчин к концу 1990-х гг. отошел от активной общественной деятельности.

 

Если говорить о возможных перспективах Чувашской национальной церкви в начале 1990-х гг. то в условиях слабости светской власти и при грамотном подходе к делу это начинание могло бы иметь определенный успех, по крайней мере, в качестве декларации о будущих намерениях. На мой взгляд, достаточно перспективным был подход не чувашских национальных деятелей, которые проявили слишком большую эмоциональность, при отсутствии знания церковной истории и технологии получения канонической самостоятельности, а направление, намеченное татарским правозащитником Валиахмедом Тимохиным, который сразу обозначил преемственность своей церковной идеи с принятием христианства ханом Кубратом. В этом случае, вопрос о чувашской церковной самостоятельности мог быть поставлен не перед Москвой, а перед Константинополем. Но главным препятствием на пути чувашской автокефалии стало, прежде всего, отсутствие массовой базы в среде верующих. Национальное церковное движение не сумело выйти за узкие рамки национальной интеллигенции, тогда как основная масса православных верующих, как русских, так и чувашей, в начале 1990-х гг. была представлена социальными маргиналами, далекими от подобных запросов.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

 

1. Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России … – С. 954. 2. 3. ГИА ЧР, Ф. 1857, Оп. 1, Д. 1, Л. 2 – 3. 4. 5. Там же, Л. 105. 6. 7. Там же, Оп. 4, Д. 33, Л. 1 – 1 об. 8. 9. Карлинов И. Н. Введенский кафедральный собор в Чебоксарах // Журнал Московской Патриархии. – 1971. - № 1. Интернет-версия - http://www.sobor-vvedenie.ru/sobor/istoriya_hrama/ 10. 11. ГИА ЧР, Ф. 1857, Оп. 4, Д.193, Л. 6. 12. 13. Там же, Л. 8. 14. 15. Валиахмед Хайдарович Тимохин – Татарский (Христианский) Ортодокс – http://www.mtss.ru/forum/viewtopic.php?t=1572&view=previous 16. 17. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Открытое письмо Архиепископу Чебоксарскому и Чувашскому Варнаве. // Вучах. – 1991. – 2 декабря. 18. 19. Абайдаров А. Библи к?ларас йытупа. // Вучах. – 1991. – 18 марта. 20. 21. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Слышать и понимать. // Советская Чувашия. – 1990. – 23 октября; Смагина Л. Сотвори человека в себе <интервью с протоиереем И. Карлиновым>.// Советская Чувашия. – 1993. – 20 февраля. 22. 23. Смагина Л. Сотвори человека в себе <интервью с протоиереем И. Карлиновым>. // Советская Чувашия. – 1993. – 20 февраля. 24. 25. Акт учредительного собрания Чувашской Библейской комиссии.// Журнал Московской Патриархии. – 1991. - № 6. – С. 77. 26. 27. Продолжая дело И.Я. Яковлева. К выходу в свет Библии на чувашском языке. - http://www.eparh-chb.ru/documentation/developments/?id=3 28. 29. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Слышать и понимать. // Советская Чувашия. – 1990. – 23 октября. 30. 31. Там же. 32. 33. Там же. 34. 35. Аполлинарий Павлов, протоиерей. Библия – не художественное произведение. // Советская Чувашия. – 1990. – 27 октября. 36. 37. ГИА ЧР, Ф. 1857, Оп. 4, Д. 153, Л. 43 – 44. 38. 39. Там же, Д. 195, Л. 70. 40. 41. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Открытое письмо Архиепископу Чебоксарскому и Чувашскому Варнаве. // Вучах. – 1991. – 2 декабря. 42. 43. Там же. 44. 45. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Святейшему Патриарху всея Руси Алексию II и членам Священного Синода РПЦ.// Вучах. – 1991. – 2 декабря. 46. 47. Юхма М.Н. Святейшему Патриарху всея Руси Алексию II.// Вучах. – 1991. – 2 декабря. 48. 49. Семенов М. Ч?ваш православи чирк?в? пулатех!... // Вучах. – 1991. – 2 декабря. 50. 51. Смагина Л. Сотвори человека в себе <интервью с протоиереем И. Карлиновым>. // Советская Чувашия. – 1993. – 20 февраля. 52. 53. Львов П. Почему верующие не слышат священника.// Советская Чувашия. – 1993. – 11 марта. 54. 55. К чадам православной церкви и жителям Республики. Обращение управляющего Чебоксарско-Чувашской епархией архиепископа Варнавы и представителей духовенства Республики.// Советская Чувашия. – 1992. – 9 декабря. 56. 57. Федотов М. Зачем пастырям политика. // Советская Чувашия. – 1992. – 16 декабря. 58. 59. Нет ни «Еллина ни Иудея» - перед богом все равны.// Советская Чувашия. – 1995. – 22 августа. 60.

 

 

 

ИЗ ИСТОРИИ ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНОГО ДВИЖЕНИЯ В ЧУВАШИИ

 

ЦЕРКОВНАЯ ОППОЗИЦИЯ В ЧУВАШИИ В КОНЦЕ 1920-Х ГГ.: «СОЮЗ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ»

Борьба с религией и церковью, объявленная официальной идеологией Советского государства, в конце 1920-х гг. вступила в новую фазу. Убедившись в неспособности обновлецев повести за собой основную массу верующих, большевики изменили тактику. В 1927 г., поддавшись давлению властей, заместитель патриаршего местоблюстителя митрополит Нижегородский и Арзамасский Сергий, выпустил знаменитую «Декларацию», в которой отказывался от противостояния с советской властью. Как справедливо отметил М.В. Шкаровский: «Декларация 1927 г.», означавшая уход с позиций аполитичности, перемещения епископов по политическим мотивам и ряд подобных актов создавали новую форму взаимоотношения Патриаршей Церкви с государством. Именно с этого времени начал утверждаться почти тотальный контроль последнего над внутрицерковной жизнью» [1]. Такое положение не могло не вызвать сопротивления со стороны клира и наиболее активных верующих. Ситуация осложнялась начавшейся в конце 1920-х гг. коллективизацией. При этом церковь справедливо рассматривалась властями как важный фактор традиционного крестьянского уклада, который надо было переломить. С другой стороны, противодействие коллективизации, подчас, принимало форму борьбы против курса митрополита Сергия.

Церковное сопротивление в деревне принимало как индивидуальные, так и организованные формы. В Чувашии одним из эпизодов такого противостояния была организация активными священнослужителями-чувашами Мало-Яльчикского района ЧАССР оппозиционного митрополиту Сергию «Союза православной церкви». Идейным вдохновителем «Союза…» стал чрезвычайно популярный среди чувашского населения, долгое время прослуживший в Казанской епархии, находящийся в среднеазиатской ссылке, бывший Уфимский архиепископ Андрей (Ухтомский), который с самого начала отрицательно относился к самой идее передачи церковного управления по завещанию как к неканоничной, и вставший на путь децентрализации церковной власти и организации, неподчиненных временному Синоду митрополита Сергия, общин.

«Союз православной церкви» стал организовываться на рубеже 1926 и 1927 гг. Инициаторами «Союза…» были благочинный Мало-Яльчикского округа, настоятель церкви с. Байгильдино, Сергий Орлов, псаломщик (а затем и священник) церкви с. Новые Шимкусы Александр Григорьев и помощник благочинного, бывший член правления Чувашской автокефальной церкви о. Андрей Хрисанфов [2]. По словам Александра Григорьева: «Причиной организации «Союза…» послужило то, что в то время прокатилась волна обновленчества, среди старого духовенства ориентации староцерковников появилось недоверие друг другу, признание друг друга обновленцем. Я желал сохранить веру среди населения» [3]. Особую роль в организации «Союза…» сыграло письмо архиепископа Андрея к одному из организаторов: «Возлюбленный о Христе брат, <имя адресата закрашено – А.Б. > Вчера я получил твое письмо, а сегодня отвечаю. Приветствую тебя и брата <имя закрашено – А.Б. > и брата <имя закрашено – А.Б. > , благодарю Вас всех за любовь вашу и доверие ко мне грешному.

Возлюбленные мои братья! Правду вы пишете, что тяжелое время мы все переживаем. И поэтому нам очень тяжело, что пастыри и епископы оставили свою паству и живут не по Христову Закону, а по чужим беззаконным приказаниям.

Вы пишете, что собираетесь для святой молитвы в одно место, так и молитесь. Это очень хорошо. Но вы все-таки должны избрать себе священника – пастыря, который хоть раз в месяц или раз в два месяца приезжал бы к вам и служил бы у вас Божию службу.

Главное: изберите человека хорошей жизни и с чистою совестию. Его и слушайтесь, с ним и молитесь. А назначенных священников не принимайте; все они назначены антихристом и служат антихристу. А вы каждого священника испытывайте; и если он благочестивой жизни, то принимайте, а если пьяница и блудник, – гоните его от себя!

Вы спрашиваете, могут или иеромонахи в приходских храмах крестить и венчать. Отвечаю – могут; и в миссионерских приходах всегда иеромонахи даже венчали браки.

Дорогие мои братья! Боюсь ошибиться и сказать вам что-нибудь не на пользу, потому что за тысячи верст трудно рассмотреть что нужно. А вот советую вам съездить в Казань, - хоть одному человеку. Там живет один ссыльный священник и епископ Стефан. Вот посоветуйтесь с ним, что вам делать. Я не знаю их адреса; но вы найдите Марью Васильевну Борисову, - она вам все расскажет. Живет она в Суконной Слободе, Спартанская ул., Малое Поле, дом 87. Она вам укажет, где живут честные священники.

А епископа Стефана упросите, чтобы он был вашим епископом и чтобы он не слушал митрополита Сергия, явного изменника святой Церкви и обновленца. Митрополит Сергий очень обижает епископа Стефана за то, что Стефан хороший человек. В Казани еще найдите отца Ксенофонта и отца Аркадия; у них можно и исповедоваться. Господь да благословит и укрепит вас на путях Божиих; помните, что сказал Господь: «блаженны изгнанные правды ради» и еще: «блаженны алчущие и жаждущие правды». Уговорите хоть одного или двух священников не подчиняться беззаконным епископам» [4].

В марте 1929 г. в с. Байгильдино состоялось благочинническое собрание, на котором присутствовали делегаты 13 приходов. На собрании по предложению благочинного о. Орлова и его помощника его о. Хрисанфова, в президиум был введен псаломщик Шимкусской церкви Александр Григорьев. Григорьев зачитал на собрании Декларацию митрополита Сергия, которая была расценена как обновленческая. Собрание постановило отложиться от епископа Алатырского Митрофана (Гринева) как от «обновленческого» и признать церковное управление активного «андреевца», епископа Старо-Уфимского Аввакума (Боровкова) [5], который еще в октябре 1928 г. обратился к участникам «Союза…» с посланием:

«Господи благослови.

Братиям – Чувашам.

Дорогие братия чуваши. Вы сами знаете, как сейчас раздирают Церковь Божию, исполнилось пророчество, и теперь восстали лжепророки и лжепастыри, которые раздирают и предают достояние Божие. Вы же помните и знайте, что теперь нужно с особенной твердостью беречь святую веру и святыя предания, переданные нам от апостолов и святых отцов, а потому и вы устраивайтесь сами и избирайте себе сами достойного епископа, а не ждите пока к вам пришлют какого-нибудь обновленца, который придет и разрушит у вас всякое церковное дело.

Теперь много стало архипастырей и пастырей ложных, христопродавцев и предателей святой истины, остерегайтесь таковых. Не сообщайтесь с таковыми, твердо стойте за Святое Православие.

Помолитесь и обо мне. Аввакум, епископ Старо-Уфимский.

21 октября с\с 28 г.

г. Симбирск» [6].

Влияние «Союза…» или, как стали называть его участников, «аввакумовцев», стало возрастать, почти во всех селах района имелись их приверженцы. Особенно сильными позиции «аввакумовцев» были в с. Большие Яльчики. 21 мая 1929 г. на заседании «Союза православной церкви» под председательством Александра Григорьева было принято постановление, подписанное и епископом Аввакумом, в котором провозглашалась жесткая позиция относительно обновленчества и вообще церковной дисциплины:

<перевод с чувашского> «Блюстителям храма Божьего, священникам Церкви вменить в обязанность следить и проводить в жизнь нижеследующие правила:

1. Священники должны разъяснять всем прихожанам своей церкви и образумить их, чтобы они каждый год говели, регулярно посещали храм Божий, принимали в себя Тело и Кровь Христову, соединялись с Христом – Богом, жили бы угодной Богу жизнью. Кто этим правилам не подчиняется, их следует отделить от Церкви.

2. Безбожников, живущих безбожной жизнью взять на заметку, немедленно отстранить их от Святых Таинств Церкви.

3. Строго соблюдать 5 – 9 правила Василия Великого. Не давать живущим без венца причащаться и принимать Тело и Кровь Христовы. Точно так же приведения родственниками, живущими без венца (советским браком), детей на причастие. Дети этих родителей могут быть допущены к причастию только их крестным отцом или крестной матерью.

4. Если верующий в течение года не принимает Тело и Кровь Господни, отделяется от Церкви и, если умрет, не допускать похороны его по религиозному обряду – хоронить без причастия, панихиды и отпевания.

5. Вменить в обязанность священникам ежегодно представлять в правление союза, в срок, списки верующих, как посещали церковь и принимали в себя Тело и Кровь Христовы.

6. Если священникам приходится по требам обращаться к обновленцам, то прежде чем обращаться, нужно тщательно обдумать этот шаг.

7. Не допускать выход верующими своих дочерей в обновленческие приходы.

8. Детей, крещенных обновленческими попами не допускать к причастию без благословения епископами и нового миропомазания им. Кроме того, не допускать к причащению детей, до тех пор, пока родители не дадут божественную присягу, что в дальнейшем не будут общаться с обновленческими священниками. Только тогда допускать к причастию, принятию Тела и Крови Христовых. Не допускать венчания неверующих супругов. Не допускать живущим без венца и не посещающим церковь держать ребенка при крещении, быть кумом или кумой.

9. Не допускать исполнение службы и треб священниками в хмельном или выпившем виде, священники должны быть опрятны при исполнении своих обязанностей.

10. Как священники, так и помощники их не должны курить табак.

11. Не допускать венчания разведенных, хотя бы и судом, мужа с другой женщиной, а жену с другим супругом, пока не разрешит союз это дело и не благословит епископ» [7].

Последовательное проведение в жизнь принципов, провозглашенных в послании, не могло не вызвать религиозного противостояния в селах, в которых активно действовали члены «Союза…», тем более, что в деревне церковь еще оставалась важным социальным институтом, в церковных обрядах участвовало большинство населения. Усиление церковно-канонической дисциплины вносило разлад и в жизнь семей, в которых не все могли разделять идеалы «Союза…». «Аввакумовцы» старались всячески поддерживать религиозный энтузиазм. Александр Григорьев, выбранный священником с. Новые Шимкусы, стал вести службу по монастырскому уставу, на литургию, которую он служил ежедневно, собиралось 1500 – 1700 человек. В своих проповедях, как следует из показаний председателя Новошимкусской сельхозартели «Автогигант» С.И. Скворцова, о. Григорьев призывал: «не бойтесь коммунистов, делайте все, что говорит религия, тогда вам будет рай, а, войдя в колхоз, вы согрешили, предали душу дьяволу» [8].

В конце 1931 г. власти решили положить конец деятельности «Союза православной церкви». Наиболее активные деятели: Александр Григорьев, Андрей Хрисанфов, Николай Краснов, иеромонах Гурий (Семен Павлов) были арестованы и осуждены к заключению на 3 года в концентрационный лагерь [9].

В исторической литературе и общественном сознании сложилось устойчивое мнение о том, что противостояние обновленцам и митрополиту Сергию было связано, главным образом с неприятием советской власти, с приверженностью духовенства и верующих монархическим ценностям. Однако архивные источники рисуют несколько иную картину. Так священник Александр Григорьев в своих показаниях на следствии говорил: «Признаю народную власть без безбожников. Под народной властью я понимаю власть, не делящую на классовые различия, т.к. в религии мы все, кулаки и бедняки, равны» [10]. В другом месте Григорьев отмечает: «Советскую власть считаю наказанием Божиим, раз это Божье наказанье, я против власти, поэтому, не возражаю» [11]. «Всякая власть есть от Бога, а поэтому для меня совершенно безразлично, какая бы у нас в России власть не была, советская или монархическая. На раскулачивание я сморю так по христиански: эти люди наказываются за грехи. Коллективизация для крестьян полезна и я считаю это дело положительным явлением» [12]. Сам Григорьев во время Гражданской войны служил в Красной армии, в 252 пехотном Перекопском полку. Священник Андрей Хрисанфов придерживался аналогичных взглядов: «Советскую власть признаю, и считаю что религия советской власти не мешает, против коллективизации не возражаю, это хорошо, когда люди работают вместе, но считаю неправильным, что колхозники работают по праздникам. Раскулачивание, считаю, что к плохим и скупым людям надо применять, а который был хорош и добр, то не надо было раскулачивать» [13].

Что касается отношения членов «Союза…» к церковному руководству митрополита Сергия, то оно так же определялось не столько его лояльностью к советской власти, сколько, как считали «аввакумовцы», узурпацией Сергием церковной власти. Эту позицию четко обозначил о. Григорьев: «В 1928 или 1929 гг. в православной церкви продолжал углубляться, на разные течения, раскол. Появление т.н. декларации митрополита Сергия, в которой он объявлял себя местоблюстителем патриаршего престола и от его имени действовал, а на самом деле он являлся и является незаконным захватчиком церковной власти. На собрании <я> говорил, что митрополит Сергий сделался обновленцем, захватил самовольно церковную власть и выдает себя за местоблюстителя патриаршего престола, поэтому нам необходимо от него отделиться» [14].

Таким образом, конфликт активного чувашского духовенства с советской властью был вызван не столько желанием вернуть старый режим, сколько репрессивной, по отношению к религии, политикой коммунистов и насильственной коллективизацией. Представление о безусловно монархической политической ориентации церковной оппозиции должно быть подвергнуто некоторой корректировке.

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. Шкаровский М. В. Церковное сопротивление в СССР. // «Православие при социализме. Государственно-церковные отношения в СССР в 1939—1964 гг». Цитата по Интернет-версии: http://hristov.narod.ru/shkar.htm 2. 3. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3098, Л. 152. 4. 5. Там же. 6. 7. Там же, Л. 142 – 145 об. 8. 9. Там же. 10. 11. Там же, Л. 147 – 147 об. 12. 13. Там же, Л. 117 – 119. 14. 15. Там же, Л. 14 – 14об. 16. 17. Там же, Л. 302. 18. 19. Там же, Л. 151 об. 20. 21. Там же, Л.153 об. 22. 23. Там же, Л. 160. 24. 25. Там же, Л. 171 об. 26. 27. Там же, Л. 157. 28.

 

 

ЕПИСКОП ГУРИЙ (ПАВЛОВ): ШТРИХИ К БИОГРАФИИ КАТАКОМБНОГО СВЯТИТЕЛЯ

Личность епископа Гурия (Павлова) несомненно, является одной из ключевых в истории российского альтернативного Православия. Его деятельность началась в конце 1920-х гг. и завершилась на исходе XX столетия, поэтому фигура епископа Гурия для многих была живым воплощением преемственности катакомбного движения, символизировала связь церковной оппозиции 1920-х гг. и истинно-православного движения конца XX – нач. XXI вв.

Библиография работ о катакомбном подвижнике представлена краткой биографией в известных очерках «Кто есть кто в российских катакомбах» [1], восходящей к сведениям А. Смирнова, именующего себя архиепископом Амвросием Сиверсом, и подробным очерком «Последний благодатный российский епископ», опубликованном на сайте О. Моленко [2]. Оба очерка, судя по всему, были написаны на основании личных бесед со святителем. Источником настоящей работы послужили архивные документы.

Будущий епископ Гурий (в миру Семен Павлович Павлов) родился в 1906 г. в д. Средние Кибечи Цивильского уезда Казанской губернии. До 1921 г. Семен Павлов жил с родителями, в деревне, занимаясь пастушеством. В 1921 г. Семен ушел из дома и отправился в Александро-Невский монастырь, в с. Малый Сундырь, в 40 км. от г. Чебоксар. Через год, после того как монастырь был закрыт властями, он перешел в Макарьевский монастырь, под Свияжском. После того как и этот монастырь был закрыт Семен Павлов начинает странствовать по монастырям переходя из одного в другой, по мере того, как монастыри закрывались. Так он побывал в Раифском монастыре и Седмиезерной пустыни, под Казанью, в Одигитрицком монастыре в Бакалинском районе Башкирии, в Алатырском Троицком монастыре [3].

В 1927 г. вышла знаменитая «Декларация» заместителя местоблюстителя российского патриаршего престола, митрополита Нижегородского Сергия. «Декларация» провозглашала курс на лояльность советской власти. Многим епископам масштаб этой лояльности, совершенно справедливо, казался чрезмерным. Кроме того, будучи всего лишь заместителем местоблюстителя митрополит Сергий явно превысил свои полномочия, выпуская этот документ от имени всей Русской Церкви, вызывала законное возмущение так же практика перемещения и отстранения епископов по принципу поддержки или не поддержки «Декларации». Особенно последовательным критиком курса митрополита Сергия был архиепископ Уфимский Андрей (князь Ухтомский), который вообще отказался признать законной практику назначения по завещанию патриарших местоблюстителей. Архиепископ Андрей пользовался большой популярностью в Поволжье, где долгое время был викарием Казанской епархии и много сделал для христианского просвещения нерусских народностей. Архиепископу Андрею удалось воспитать плеяду учеников, которые заняли епископские кафедры в епархиях Поволжья и Приуралья, после того как архиепископ Андрей был отправлен в ссылку за противодействие курсу митрополита Сергия.

В 1928 г. чувашские противники «Декларации», для организованного сопротивления курсу митрополита Сергия, объединились в «Союз православной церкви». Духовным лидером «Союза» стал архиепископ Андрей, который направил в Чувашию письмо, с призывом стойко противодействовать «Декларации» и не принимать сергианских епископов. Непосредственным руководителем «Союза» стал епископ Старо-Уфимский Аввакум (Боровков).

В 1930 г. в Уфе Семен Павлов, выбранный кандидатом в клир от «Союза Православной Церкви», сдал экзамен на священническую должность. Уфимский епископ Вениамин (Троицкий) совершил над ним постриг в монашество с именем Гурий и рукоположил его в сан иеродиакона. Через несколько месяцев иеродиакон Гурий был рукоположен в сан иеромонаха.

В тогдашних условиях очень важным для церковной оппозиции было расставить на приходы стойких противников «Декларации». Поэтому епископ Вениамин, по просьбе самого иеромонаха Гурия, направил его в Алатырь, в распоряжение епископа Алатырского, викария Симбирской (Ульяновской) епархии Митрофана (Гринева), временно управляющего Чувашской епархией. Отправляя Гурия в Чувашию, епископ Вениамин снабдил его письмом к православным в Чувашии: «Милость и благословение Спасителя нашего да будет со всеми вами.

Господу угодно стало, чтобы избранный Вами брат Симеон Павлов, а ныне честный отец иеромонах Гурий, сделался пастырем вашим и помогал Вам во всех духовный нуждах ваших.

Берегите его и сами помогайте ему, ибо он еще молод, хотя и наградил его Господь чистою душою и добрым сердцем.

Благодарим вас за любовь и доверие к нашему Архипастырю Владыке Андрею и ко всем нам – его ученикам. Владыка Андрей любил всегда чувашский народ и старался послужить ему, и мы так же любим вас и готовы помогать вам во всех нуждах ваших. Поэтому обращайтесь к нам со всем тем, что будет вам необходимо и нужно и мы готовы с радостию послужить вам. Да сохранит всех вас Господь молитвами Пр. Богородицы и святителя Гурия и Германа Казанских чуд. Просим вас помолиться о нас.

Смиренный Епископ Вениамин со всею Уфимскою Церковью» [4].

Алатырский епископ Митрофан назначил иеромонаха Гурия настоятелем церкви с. Шутнерово. По дороге в Чувашию, о. Гурия обокрали, и, главное, похитили священническое удостоверение. Т.к. у Гурия не было средств вернуться в Уфу, он решил заехать в Ульяновск, где находился в ссылке епископ Аввакум. «Выслушав меня, Аввакум благословил и напутствовал, чтобы я крепко стоял в православии, защищал православную веру и с обновленцами никаких дел не имел», – вспоминал о. Гурий [5].

В 1931 г. власти решили положить конец деятельности «Союза Православной Церкви», несколько активных священников, и о. Гурий в том числе, были арестованы и заключены в концентрационный лагерь на 3 года.

6 мая 1933 г. иеромонах Гурий (Павлов) совершил побег из Свирлага. Впечатляет география странствий о. Гурия в условиях нелегального положения: «Около года, т.е. по 1934 год я бродил по Ленинградской области. Надо сказать, что в 1932 г., когда я сидел в Чебоксарах, в городской тюрьме, кто-то из родственников, кто именно я не видал, принес мне передачу. Передача была с двойным дном. Под вторым дном оказался крест, маленькая иконка, свидетельство о рождении и справка с места рождения. В чемодане, но открыто, были кроме того, епитрахиль и молитвослов. В Ленинградской области я назывался священником. Переходя из одной деревни в другую, я устанавливал верующих и шел к ним за подаянием или на ночлег. Таким же образом, около полутора лет я ходил по Московской области. В 1935 или в 1936 году я приезжал в Чувашскую АССР. Был дома, в Средних Кибечах. … Узнав, что меня разыскивают я уехал в Башкирию. До этого, т.е. до посещения Средних Кибеч, я был еще в Горьковской области, где так же ходил по верующим. В Уфе я узнал, что епископ Вениамин находится в заключении. Из Башкирии я перебрался в Татарскую АССР. … Из Казани я направился в Марийскую АССР. Был еще раз и в Ленинградской области, и в Московской и в Горьковской областях. Заезжал в Чувашскую АССР в 1938, 1945, 1949, и в 1951 годах. В 1949 г. был в Киеве. … Во время войны я так же скрывался, как скрывался до и после войны. Известие о войне, насколько я помню застало меня в Горьковской области. В январе месяце 1942 года из Горьковской области я перебрался в Башкирскую АССР. Весной или летом 1943 года я перебрался в Татарию, летом 1944 года – в Марийскую АССР, а вскоре после войны вернулся домой в деревню Средние Кибечи, но вынужден был снова скрываться, т.к. меня разыскивали как беглеца» [6]. «В 1935 г., находясь в д. Средние Кибечи у монашки Максимовой Анисьи я сшил себе вместо изношенной новую епитрахиль, поручи, несколько церковных платков. У ней же взял несколько церковных книг: требник, сборник песнопений и канонник. Книгу об исповеди, чашу в виде рюмочки, ложку для причастия я купил в Казани, крест для богослужения сделал сам» [7]. «В последний раз в Башкирии я был в 1943 или 1944 годах. Находясь еще в заключении, через осужденного иеромонаха Агафобуса … я узнал, что во главе Уфимской епархии стоял епископ Руфим, которого я немного знал. Знал я еще монаха Симеона, который участвовал при моем рукоположении в качестве крестного отца. Приехав в Уфу в 1934 или 1935 году, я действительно искал и Руфима и Симеона. Руфим был к тому времени арестован, а Симеон умер. Таким образом в Уфе, в Бирске и вообще на территории Башкирии никого из своих знакомых я не нашел» [8]. «В Киево-Печерской лавре <в 1949 г. – А.Б.> я встретился с казначеем лавры, одним иеромонахом, у которого спросил о возможности поступить в лавру. Он мне ответил, что для этого нужно иметь паспорт. С таким же вопросом я обратился к одному схимнику лавры. Он сказал то же самое. С этим схимником я говорил так же относительно легально действующей церкви, высказал свои сомнения и сомнения некоторых верующих, не признающих легально действующей церкви. Он, схимник, на это ответил, что легально действующую церковь надо признавать. Ввиду того, что на территории лавры следят за подозрительными лицами, следят за иностранцами, которых там очень много, я на четвертый день выехал оттуда.

В Сергиевско-Троицкой лавре я был двое суток, никаких встреч там не было. Я помолился и выехал, т.к. там проверяют документы, документов у меня нет, кроме фальшивой справки» [9].

В 1946 г. о. Гурий был арестован, но благодаря поддельной справке об освобождении он был освобожден по амнистии. Безуспешно попытавшись получить настоящее удостоверение личности, он вновь перешел на нелегальное положение, т.к. опасался, что власти дознаются о том, что он беглый лагерник. В 1949 г. Гурий был вновь арестован в с. Шихазанах и предан суду за побег из лагеря. Суд приговорил его к 3 годам заключения, но тут же освободил по амнистии. Узнав, что прокуратура решила опротестовать приговор суда о. Гурий посчитал за лучшее скрыться [10].

23 декабря 1951 года последовал новый арест о. Гурия в доме истинно-православной христианки Татьяны Игнатьевой, в г. Цивильске: во время обыска он был обнаружен под кроватью [11]. О. Гурию инкриминировалась связь с «церковно-монархическим подпольем «ИПЦ» – «истинно-православных христиан единой святой апостольской церкви», «насаждение» на территории ЧАССР групп ИПЦ и руководство их антисоветской деятельностью [12].

Во время следствия, на допросах о. Гурий держался стойко, даже дерзко. В следственном деле имеется несколько отметок о том, что «обвиняемый Павлов от подписи демонстративно отказался» [13], «арестованный Павлов перестал отвечать не объясняя причин» [14].

Не боялся о. Гурий и резких выпадов в сторону советской власти: «Я не признаю советской власти, и всех ее безбожных организаций, в том числе и колхозов, где заставляют людей работать в религиозные праздники и тем самым заставляют отказываться от Бога. Я не признаю легально действующей церкви, где славят безбожную власть» [15]. «По нашему учению, по убеждению истинно-православных христиан законной властью на земле являлась власть царя – помазанника Божьего, защитника истинного православия. Советская власть же, по нашему убеждению, есть наказание Божье, ниспосланное на людей. Всякие организации, созданные советской властью, есть безбожные организации. Меня спрашивали об отношении к профсоюзам. Я говорил, что на первой странице профбилета есть надпись: «Профсоюзы – школа коммунизма». Коммунизм – это безбожие, поэтому истинно-православный христианин должен избегать вступления в безбожные профсоюзы. Меня спрашивали относительно участия в выборах в Советы. Я наставлял, что лучше не участвовать в выборах, но если истинно-православному христианину приходится поневоле участвовать в выборах, то он должен зачеркнуть бюллетень» [16].

В статье «Последний благодатный российский епископ» говорится о встречах о. Гурия с епископом Нектарием (Трезвинским), одним из лидеров катакомбного движения в Волго-Вятском крае: «В 1929-1930 гг. о. Гурий часто бывал в Казани у … епископа Нектария (Трезвинского), которые не имели общения с м. Сергием и не приняли его предательскую Декларацию. (…) Отец Гурий несколько раз служил с Епископом Нектарием и исповедывался у него. Однажды после исповеди Епископ Нектарий вдруг положил земной поклон о. Гурию, на что тот возразил, что это ему надлежит сделать поклон Епископу. Но Владыка Нектарий ответил: «Так должно быть». В эту ночь Епископ Нектарий отправил о. Гурия ночевать к о. Аркадию. Вот, что рассказывал о. Гурий: «Была полночь. В спальной комнате, где я спал, я услышал стук. Говорю: «Отец Аркадий, вставай-ка, там стучат». Он отвечает: «Отец Гурий, будь недвижим и не тревожься». Он встал, спрятал письма, потом открыл дверь чекистам. Зашли 5-6 человек и начали обыскивать, обыскивать… Я лежу на лежанке за печкой и постоянно читаю «Живый в помощи вышнего…» От страха, испуга забываю, начинаю опять. Они все обыскивают. Я лежал на кровати и так оставался лежать, а они входили… Я читал перед этим вечернее правило и у меня остался на столике каноник, а в канонике были архиерейские документы (о рукоположении). И они не увидели каноника. Если бы увидели… Но ни каноника не видели, ни меня. Я остался невидимкой. Вот это чудо. Отец Аркадий писал Владыке Андрею об этом…» Возможно, это был последний обыск в доме у о. Аркадий 30 августа 1930 г. На следующий день он был арестован, как и Епископ Нектарий и многие из их катакомбной паствы. Все они получили по три года концлагерей, Епископ Нектарий – 10 лет» [17]. Однако на следствии о. Гурий знакомство с Нектарием всячески отрицал: «о Нектарии Трезвинском, …, я ничего не знаю, с ним никогда не встречался. Я из разговоров со священниками знаю, что Нектарий в Казани отбывал ссылку [18]. Однако, возможно это отрицание было связано с тактикой защиты о. Гурия, т.к. связь с еп. Нектарием рассматривалась как доказательство принадлежности к контрреволюционной организации.

На следствии о. Гурий старался не раскрывать сведения об известных ему истинно-православных христианах (насколько это было возможным в его положении), особенно тех, кто проживал нелегально. Только после серии очных ставок, когда стало ясно насколько обширна информированность органов МГБ, о. Гурий позволил себе быть откровеннее. Тем не менее, в своих показаниях он, в основном называет тех людей, которые или уже находились в заключении, или место пребывания которых наизвестно, или о которых было уже и без того известно органам [19].

11 апреля 1952 г. судебная коллегия по уголовным делам Чувашской АССР приговорила Павлова Семена Павловича «на основании ст.ст. 58.10, ч. 2 и 58.11 УК РСФСР с применением Указа Верховного Совета СССР от 26 мая 1947 г. «Об отмене смертной казни» подвергнуть заключению в исправительно-трудовом лагере сроком на 25 лет с поражением в избирательных правах после отбытия наказания на пять лет с конфискацией изъятых вещей при аресте Павлова в доход государства». Вместе с о. Гурием были осуждены на 10 лет его сподвижницы Татьяна и Мария Игнатьевы [20] и Матрена Рыбкина [21]. В 1955 г. приговор был изменен: о. Гурию снизили срок заключения до 10 лет, а его сподвижницы были освобождены из лагерей [22]. 18 июня 1956 г. освободился и о. Гурий [23].

После освобождения о. Гурий вернулся в родные края и продолжил служение катакомбного пастыря. Странствуя по Чувашии, он под видом плотника или печника (он в совершенстве знал эти ремесла) он окормлял своих духовных чад. В 1962 г. о. Гурию удалось, наконец, приобрести собственный домик на станции Тюрлема. Этот дом о. Гурий полностью отремонтировал и в нем устроил церковь. Там был и алтарь, и настоящая алтарная преграда, и все необходимое для службы [24].

Сведения о последних годах жизни о. Гурия подробно и красочно изложены в очерке «Последний благодатный российский епископ», которым я и воспользуюсь:

«Как и прежде о. Гурий продолжал и для себя, и для своей паствы неустанно искать истинно-православного епископа. Он начал искать сразу после своего выхода из концлагеря. Он знал, хотя и не имел точных сведений, что Епископы Андрей, Вениамин, Аввакум, Кирилл, которых он прежде поминал на службах, были замучены безбожной властью. Поэтому на Литургии, как это и позволяется Церковью во время гонений, о. Гурий поминал «православные патриархи, митрополиты, архиепископы и епископы». При этом он не терял надежды найти истинных епископов. (…) Те, так называемые катакомбные епископы, с которыми о. Гурию довелось встречаться в 1970-х гг. – Антоний Галынский и Геннадий Секач – были весьма сомнительны, и о. Гурий, все внимательно исследовав, не присоединился к ним. (…)

С какого-то времени отец Гурий стал поминать на богослужениях первоиерарха Русской Зарубежной Церкви митрополита Анастасия. Только в 1981 г., будучи в Киеве, о. Гурий узнал, что с 1964 г. Русскую. Зарубежную Церковь возглавляет митрополит Филарет, (Анастасий почил в 1965 г.) и стал поминать его как первоиерарха. Как и многие катакомбники, о. Гурий надеялся, что Русская Зарубежная Церковь, сохранившая в изгнании неповрежденное Православное учение и традиции Церкви, со временем поможет возродить Истинное Православие на родине.

В 1988 г. о. Гурий узнал о кончине М. Филарета и стал поминать митрополита Виталия. Как раз в это время началась так называемая «перестройка». Открылись связи с внешним миром, и некоторые из прихожан о. Гурия в Казани установили связи с Русской Зарубежной Церковью и в частности с о. Виктором Потаповым. В 1988 г. тот познакомился с о. Гурием и сообщил о нем митрополиту Виталию и Синоду. В 1989 г. митрополит Виталий прислал о. Гурию приглашение.

Началась процедура получения заграничного паспорта. (…) До этого он никогда не имел никакого паспорта и никаких советских документов. Единственной бумагой у него была справка, выданная в лагере по окончании срока заключения в 1956 г. Не получая советских паспортов, о. Гурий, как и многие из его паствы (которых так и называли «беспаспортники»), подчеркивали свое принципиальное неприятие безбожного советского государства. (…) Однако сам о. Гурий отличался большой рассудительностью в этом вопросе, не осуждая христиан имевших паспорт, и не принуждая от паспорта отказываться. Не всем был под силу такой исповеднический подвиг…

Когда встала необходимость взять паспорт для поездки в Синод Зарубежной Церкви, о. Гурий его взял. Он понимал, что это необходимо для блага Церкви и для его паствы, в первую очередь. При этом он отказался поставить подпись где бы то ни было при получении. Из-за этого ему не хотели давать паспорт, но он оставался непреклонен. Подпись ставить категорически отказывался. Наконец, сопровождавшая о. Гурия прихожанка упросила местные власти выдать «дедушке» паспорт без его подписи. (…)

И вот он полетел в США. Один! 84-х летний старец, изнуренный своими болезнями… Его встретили в Синоде РПЦЗ. На праздник Вознесения он был возведен в сан архимандрита. Митрополит Виталий был очень к нему внимателен, собирался рукополагать его в епископский сан. Потом о. Гурий поехал на неделю-другую в Джорданвилль, и когда вернулся, то Виталий сказал ему поскорее возвращаться домой. … Во всем этом была очевидна интрига епископа Лазаря (Журбенко).

Еще ранее на соборе в Канаде о. Гурия просили признать епископа Лазаря в качестве его священноначалия. На это о. Гурий сказал, что он не может ручаться, что его паства примет Лазаря. Сам о. Гурий был весьма смущен тем, что Синод Русской Зарубежной Церкви принял Лазаря и поставил его фактически во главе Катакомбной Церкви в России. Отец Гурий, как и многие катакомбные христиане знали, что Лазарь был в катакомбной Церкви, потом ушел в Московскую патриархию [25], был там рукоположен в священнический сан и после этого вновь вернулся в катакомбы. Очевидно, что после этого ему мало кто доверял. Тем более, после того, как Лазарь объявил себя епископом, несмотря на то, что он ссылался на признание Синода Зарубежной Церкви.

В августе 1990 г. Синод РПЦЗ опубликовал официальное подтверждение епископской хиротонии Лазаря, которая была совершена тайно в 1982 г., когда принятый в Русскую Зарубежную Церковь Лазарь был тайно рукоположен в архиерейский сан Епископом Варнавой Каннским. 1(14) августа 1990 г. Архиерейский Синод официально признал это рукоположение и объявил об этом в «Заявлении Архиерейского Синода РПЦЗ». Во время пребывания о. Гурия в Америке, Лазарь написал М. Виталию, чтобы тот не рукополагал о. Гурия. Он опасался, что авторитет Владыки Гурия, которого рукоположит М. Виталий с архиереями в Синоде будет выше, чем у него (Лазаря), и все катакомбники признают своим главой не его, а Владыку Гурия. Лазарь хотел сам непосредственно участвовать в хиротонии о. Гурия.

Вот поэтому митрополит Виталий столь спешно и отправил о. Гурия в Россию… . (…)

При изучении разных материалов Зарубежной Церкви последнего времени, ставших в то время доступными, о. Гурий и его паства еще более убеждались к великому своему огорчению, что митрополит Виталий и его Синод изменили прежний церковный курс и всеми силами стремятся к сближению с Московской патриархией, которую даже называют «Матерью-церковью».

Ни о каком соборе Катакомбной Церкви, который могли бы возглавить архиереи Зарубежной и на котором можно было обсудить многие проблемы соборно, в том числе решить вопрос с сомнительными катакомбными «ветвями» и восстановить правильную иерархию, не могло быть уже и речи. Было очевидно, что Синод глух ко всем призывам и просьбам Истинно-православной катакомбной Церкви и упорствует на своем отступническом пути».

Тогда вновь о. Гурий был вынужден искать истинных епископов.

Как раз в это время, он узнает о существовании Истинно-Православной Церкви Греции. В сентябре 1990 г. представитель одного из Синодов ИПЦ (так. наз. Хризостомовского) узнал об о. Гурии и встретился с ним в Москве. (…)

Оказывается в Греции, как и в России в 1920-х гг. произошло разделение: от Церкви отделились отступники, перешедшие на новый стиль и те самым начавшие разрушение церковных традиций. Исповедники, сохранившие традиционный церковный календарь (их стали называть старостильниками), подверглись гонениям со стороны властей и отступников-новостильников. В 1960-х гг. старостильники, оставшиеся без иерархии, обратились в Русскую Зарубежную Церковь с просьбой рукоположить им епископов из числа их архимандритов. Это и было сделано архиереями Зарубежной Церкви. В 1969 г. Синод РПЦЗ, возглавляемый митрополитом Филаретом, официально признал эти рукоположения и назвал иерархию старостильной Истинно-Православной Церкви Греции братской во Христе иерархией.

И вот теперь истинно-православные христиане из Катакомбной Церкви в России должны были просить иерархов ИПЦ Греции восстановить иерархию в России. Отец Гурий благословил отправить прошение в Синод ИПЦ Греции, возглавляемый владыкой Хризостомом (Киусисом) через представителя этого Синода, англичанина В. Мосса, с которым он тогда познакомился. В тот момент все присутствовавшие были взволнованы и воодушевлены. Казалось, что мы свидетели исторического события – вновь как 1000 лет назад, русский народ в поисках Истины обращается к своим старшим братьям, дабы приобрести полноту Истинного Православия.

Однако все не так легко и просто далось. Вскоре открылось, что ситуация в старостильной Церкви Греции не так ясна и понятна, как это было представлено нам на первой встрече. Оказалось, что помимо Синода Хризостома существуют еще три старостильных Синода, которые не состоят в общении друг с другом. Трудная проблема встала пред о. Гурием. И вновь он должен был принимать решение.

По поводу одного Синода (так наз. «Киприановского») у о. Гурия не было никаких вопросов, когда стало известно, что этот Синод в общении с новостильниками. Но вот три других?!.. Хризостомовский, Матфеевский и Авксентьевский. Казалось, они все тверды в исповедании веры и защите традиций Церкви. Не имеют общения с новостильниками, осуждают экуменизм… Но почему они не в общении друг с другом и не признают друг друга?

По Божьему Промыслу о. Гурий и его паства узнали о том, что <в Бостонский – А.Б.> Синод перешли несколько лет назад из Русской Зарубежной Церкви Бостонские монастыри и около 30 клириков с приходами. (…) Бостонские священнослужители подробно рассказали свою историю, как им приходилось в 1986-1987 гг. уходить из Русской Зарубежной Церкви после того, как они убедились в бесплодности своих попыток образумить архиереев Синода.

28 июля 1991 г. в русском Свято-Воскресенском храме г. Вустера о. Гурий был рукоположен в архиерейский сан. Хиротонию совершили по благословению Архиепископа Авксентия, три архиерея его Синода: Максим Кефалонийский, Ефрем Бостонский и Макарий Торонтский) [26].

Епископ Казанский Гурий вернулся в Россию к своей пастве 14 сентября 1991 года. 7 января 1996 г., в праздник Рождества Христова владыка Гурий скончался.

ПРИМЕЧАНИЯ

 

 

Я не являюсь сколько-нибудь духовным человеком, тем более склонным к мистическим озарениям, чудесам и т.п. вещам. Более того, я сугубый рационалист и страстный поклонник диалектики. И все же об одном случае имеет смысл рассказать.

Этот случай связан с именем катакомбного епископа Гурия (Павлова). В 2006 г. меня уговорили подать заявку на участие в научной конференции «Русская Православная Церковь в мировой и отечественной истории». Я в то время был занят диссертацией о хлыстах и особого желание поучаствовать в этом мероприятии не испытывал. Однако у меня имелся неопубликованный архивный материал о церковной оппозиции в Чувашии в конце 1920-х гг., из которого я и решил слепить статью. В этих материалах фигурировал и иеромонах Гурий (Павлов). Статья эта как-то сразу не пошла, не было вдохновения. И по мере того, как приближался день конференции я склонялся к тому, чтобы вообще не писать эту статью. На том и решил. Примерно недели за две до конференции, когда о статье я уже и думать забыл (я считал что и организаторы конференции обо мне тоже забыли), и занимался совсем другими вещами, мне, под утро, приснился сон. Вообще сны я вижу редко, т.к. ложусь спать очень поздно, а с утра надо на работу. И вот снится мне сон и вижу я во сне епископа Гурия, в простом подряснике поверх которого одет был серый пиджак. Самого епископа я никогда в жизни (к сожалению) не видел, видел только его фотокарточки. Я не помню всего содержания сна, только помню, что владыка Гурий попросил все же написать статью о его жизни. Не успел я досмотреть сон, как раздался телефонный звонок, звонили из Нижнего и просили поторопиться со статьей. Оказывается, организаторы конференции помнили обо мне и ждали мою работу. Пришлось срочно садиться за клавиатуру, и в тот же день мой опус был закончен. После этого я еще раз видел епископа Гурия во сне, только не помню, о чем говорили.

Так что прошу рассматривать вышележащий текст как выполнение просьбы этого несомненно святого человека.

1. Кто есть кто в Российских катакомбах – http://www.katakomb.ru/2/canon.html 2. 3. Последний благодатный епископ – http://www.omolenko.com/zhitiya/guriy.htm#Nav. Когда данная работа была уже написана, отдельной книгой вышло подробное жизнеописание епископа Гурия: «Тайной Церкви ревнитель». Епископ Гурий Казанский и его сомолитвенники. Документы и материалы./ сост. Л.Е. Сикорская. – М.: Братонеж, 2008. – 336 с. 4. 5. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3116, Л. 28. 6. 7. Там же, Д. 3098, Л. 148 – 148 об. 8. 9. Там же, Д. 3116, Л. 32 – 32 об. 10. 11. Там же, Л. 28 об. – 30. 12. 13. Там же Л. 30. 14. 15. Там же, Л. 55 – 55 об. 16. 17. Там же, Л. 56 об. – 57. 18. 19. Там же, Л. 25 – 26. 20. 21. Там же, Л. 18. 22. 23. Там же, Л. 34. 24. 25. Там же, Л. 89. 26. 27. Там же, Л. 33. 28. 29. Там же, Л. 62. 30. 31. Там же, Л. 66 – 66 об. 32. 33. Последний благодатный епископ 34. 35. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3116, Л. 42. 36. 37. Там же, Л. 104 – 108. 38. 39. В доме Татьяны Игнатьевой о. Гурий укрывался от властей, Мария Игнатьева – ее сестра, Матрена Рыбкина – истинно-православная христианка из Чебоксар. 40. 41. Там же, Д. 3117, Л. 267. 42. 43. Там же, Л. 299. 44. 45. Там же, Л. 305. 46. 47. Последний благодатный епископ 48. 49. Лазарь (Журбенко) был рукоположен архиепископом Иркутским Вениамином (Новицким), будущим архиепископом Чебоксарским и Чувашским. 50. 51. Последний благодатный епископ 52.

ПРИЛОЖЕНИЯ

 

ДОКЛАД ОБНОВЛЕНЧЕСКОГО ЕПИСКОПА ДАНИИЛА (ФИЛИМОНОВА) «ПАТРИАРХ ИЛИ СИНОД»

 

Публикуемый доклад епископа Даниила был прочитан при следующих обстоятельствах. В конце июня 1929 г. епископ обратился в отдел НКВД с просьбой разрешить ему чтение доклада:

 

‡ В народный комиссариат

Епископ Чебоксарский Внутренних дел

Викарий Чувашобласти. А.Ч.С.С.Р.

29 июня 1926 г.

№ 55

г. Чебоксары

 

Представляя при сем доклад мой в рукописи под названием «Патриарх или Синод», прошу Наркомвнутдел 11 числа июля сего 1926 года, воскресение в 2 часа по полудни, в здании Успенской церкви разрешить мне прочитать сей доклад для верующих, и накануне 11 июля на папертях вывесить извещение о чтении доклада, при сем прилагается гербовых марок на два руб.

 

Епископ Чебоксарский

Даниил [1].

 

На прошение последовал ответ:

 

8 июля 1926 г. НКВД ЧАССР Секретно

№ 2196 с.

 

Возвращая при сем доклад епископа Даниила – сообщается, что к прочтению им означенного доклада 11 июля с/г в Успенской церкви г. Чебоксар – Отдел ОГПУ препятствий не встречает при условии если будут выкинуты из тезисов некоторые фразы, подчеркнутые красными чернилами /согласно прилагаемой при сем выписки/.

Нач. чувашотдела (подпись)

Уполномоченный по I отделению (подпись) [2].

 

Епископ был вынужден дать подписку о выполнении условий, изложенных в разрешении ОГПУ:

 

Подписка.

1926 года Июля 10 дня. Я нижеподписавшийся епископ Даниил даю настоящую подписку Наркомвнутделу ЧАССР в том, что при чтении доклада «Патриарх или Синод» зачеркнутое в докладе и подчеркнутое красными чернилами не оглашать.

Епископ Даниил [3].

 

Ввиду неразработанности архивных, особенно региональных, документов по истории таких церковных движений как обновленчество, григориане, различные группы ИПЦ, т.е. тех церковных направлений, которые, из-за причудливой конфессиональной политики советской и нынешней российской власти оказались не включенными в магистральный исторический дискурс, публикация доклада епископа Даниила представляется актуальной. Доклад отражает видение внутрицерковных проблем с обновленческой позиции. На мой взгляд, представляется интересной апелляция Даниила к нормам канонического права, которые многими вождями обновленчества отвергались. Характерно, что Д. Филимонов отвергает введение в Чувашской епархии женатого духовенства, что является для обновленческой среды консерватизмом. Филимонов упоминает опыт только что получивших независимость прибалтийских стран, демонстрируя знакомство с технологией получения церковной самостоятельности, отсутствие представления о которой стало непреодолимым препятствием для некоторых представителей чувашского клира и интеллигенции, которые в начале 1990-х гг. стали поднимать вопрос об автокефалии чувашской епархии. Наконец, в докладе епископа приводятся личностные характеристики некоторых деятелей (епп. Герман Кокель, Мануил Лемешевский, свящ. Б. Зороастров), сыгравших определенную роль в истории Чувашской епархии. В заключение нельзя не сказать, что направление, выбранное обновленческим духовенством для Чувашии оказалось исторически оправданным: в 1946 г. была учреждена Чувашская епархия РПЦ МП.

Доклад написан на пишущей машинке. При публикации доклада я нашел необходимым сохранить все особенности орфографии и пунктуации оригинала, т.к. они отражают своеобразие письменной речи человека, привыкшего к старому, дореволюционному, правописанию, и, иногда сбивается с современных окончаний –ого на старые –аго, с современного местоимения ее, на старое -ея. Такое смешение стилей, на мой взгляд, позволяет почувствовать, в определенной мере, колорит эпохи. Явные ошибки и опечатки были мной исправлены.

 

 

ПАТРИАРХ ИЛИ СИНОД

 

Помянух дни древния, поучихся

во всех делех твоих. /Псал.142,

стих 5/.

С тех пор, как в России высшая церковная власть раскололась на два течения: патриаршее и синодальное, мы не имеем возможности спокойно работать на ниве Христовой в родной нам чувашской стране.

Мы видим, что между двумя церковными течениями существует глубокая вражда. Все попытки помирить их и объединить в одно русло кончаются неудачею. Удивительнее всего то, что враждуют и клевещут друг на друга не только простые миряне, но и образованные, даже высшие представители церковной иерархии. От этого церковь наша сильно страдает и делается посмешищем врагов церкви.

Оставаться далее в таком положении нам невозможно. На утверждение православия среди родного нам чувашского народа за последнее 50 лет положено было не мало трудов, но теперь благодаря раздорам и разногласиям в русской церкви, это дело совсем приостановилось. Чтобы спасти православие среди чуваш, мы должны найти какой-нибудь положительный исход. Чем скорее, тем лучше.

Архипастыри, пастыри и истинныя чады юной чувашской церкви болеют сердцем, изнывают духом, молятся и ждут помощи залечить раны раздора, разделения, братской ненависти и клеветы, - каковыя раны вот уже 3-й год причиняют нам жестокия сердечныя боли и страдания.

В русской церкви перед нами стоят две враждующия между собой церковные власти: патриаршая и синодальная. Каждая из них считает себя правильною и каноничною, а противоположную сторону неправильною и не каноничною. Нам необходимо самим вникнуть в это дело и ясно понять, которая из их, в самом деле идет правильным /л. 116/ путем. А для того, чтобы хорошенько понять это, мы должны внимательно всмотреться в прошлую жизнь христианской церкви и извлечь из нея те сведения, которыя помогут нам понять теперешнее состояние церковной жизни в России и пророк Давид говорит: «Помянух дни древния, поучихся во всех делех твоих /Псал.142, стих 5/.

Когда мы, на основании исторических данных, ясно поймем причины церковных раздоров и недоразумений, тогда нам легче будет решение вопроса: кому подчиняться должна чувашская епархия – патриарху или Синоду?

Историческая справка подскажет нам, которая из этих двух форм церковного управления более соответствует религиозным запросам верующего православного чувашского народа в данное время. Не зная прошлой /исторической/ жизни христианской церкви, невозможно правильно осмыслить и понять те уродливыя и бессмысленныя явления /раздоры, споры, смуты/ из ея жизни, какие происходят в настоящее время в русской церкви.

 

I.

Сошествие

св. духа на

апостолов

 

Церковь христову основал на земле сам Господь наш Иисус Христос для достижения нравственного совершенствования и спасения души. Первоначально церковь состояла из немногих избранных лиц. Впоследствии она постепенно распространилась по всему миру. Распространение и устройство церкви основатель ея возложил на своих ближайших учеников, апостолов и обещал им для продолжения этого дела на земле облечь их силою свыше. И вот, по прошествии десяти дней от вознесения Господа на небо, в еврейский праздник пятидесятницы действительно совершилось сошествие св. духа на апостолов. Благодатная сила св. духа, излившаяся на апостолов во всей полноте, прежде всего обнаружилась тем, что они получили способность говорить на разных языках.

Христианская проповедь

производится на родном языке

 

Со дня сошествия св. духа началась открытая проповедь апостолов об Иисусе Христе. Апостолы сначала проповедывали в Иерусалиме, а потом разошлись по другим разным местам и странам, к разным народам и племенам. Куда бы они ни являлись,/л. 116 об./ везде учили народ на понятном языке и имели необыкновенный успех. Уходя от одних народов к другим, они для дальнейшего продолжения и укрепления начатого дела, ставили епископов из местных же жителей, - епископы в свою очередь избирали и рукополагали из той же среды священников и диаконов.

Распространение христианства между иудеями и язычниками продолжалось очень успешно. В деле проповеди у язычников особенно много трудились апостол Павел и сотрудник его Варнава. При этом возник вопрос о том, должно ли обращающимся язычникам принять обрезание по обряду Моисееву. Некоторые из иерусалимских христиан говорили уверовавшим язычникам: «если не обрежетесь, по обряду Моисееву, не можетесь спастись».

 

Апостольский собор

 

Чтобы окончательно разрешить сей вопрос, апостол Павел и Варнава отправились в Иерусалим к апостолам и пресвитерам советоваться. Последние для рассмотрения и решения этого дела составили собор. Это было в 51-м году после рождества Христова. На соборе было составлено определение о необязательности для обращающихся из язычников исполнения закона Моисеева. Собор св. апостолов был первым церковным собором для решения спорных вопросов, возникших в области церковной жизни и послужил основанием к устройству вселенских и поместных соборов.

 

Распространение христианства

при апостольских преемниках

 

После того, как были основаны во многих местностях Римской империи христианския общины, дальнейшее распространение христианства было делом ближайших их преемников и самих общин. Из преемников апостольских более известны: Климент, 3-й епископ римский, Игнатий Богоносец, епископ Антиохийский, Поликарп, епископ Смирнский, Дионисий Ареопагит, Кодрат, епископ Афинский и другие. Несмотря на жестокие и продолжительныя гонения, какия воздвигались до начала IV века на церковь Христову со стороны иудеев и язычников, в Римской империи христианство распространялось безостановочно по самым отдаленным ея уголкам: проникало оно и в другие страны./л. 117/

 

Происхождение церковной

иерархии

 

Внутреннее устройство и управление христовой церкви на земле первое время было в таком виде: члены церкви разграничивались на два разряда: духовных и мирян или клир и народ. Начало такому разграничению положено было самим основателем церкви. Господь Иисус Христос совершил дело спасения людей, и для того, чтобы они могли во все времена участвовать в сем спасении, учредил в своей церкви иерархию и священноначалие. Спаситель преподал им такое наставление: «Примите Духа свята. Кому простите грехи, тому простятся, на ком оставите, на том останутся» (Иоан 20, 22 – 23). Только им одним Спаситель дал право учить верующих, священнодействовать и управлять церковью. Он заповедал им: Идите и научите все народы, крестя их во имя отца и сына и святого духа» (Матв. 28, 19); «Что вы свяжете на земле, то будет связано на небе, и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Матв. 18, 18); «слушающий вас меня слушает, отвергающийся, вас меня отвергает» (Лук. 10, 16). – По вознесении Господа на небо, его церковь устроилась так, как он предначертал. Лица, составляющия клир, были руководителями и пастырями, а миряне – руководимыми и пасомыми. Но как клир, так и миряне составляли одну Христову церковь, имели одну главу – Иисуса Христа.

 

Три степени

церковной иерархии

 

В первое время существования церкви христовой иерархическое служение апостолов было особенное, чрезвычайное. Для такого служения, кроме полной иерархической власти, апостолы получили чрезвычайныя благодатныя дарования – дар непогрешимаго разумения учения христова, дар языков, пророчества, чудес и проч. Учение, проповеданное апостолами, и порядки церковной жизни, установленные ими, должны были оставаться неприкосновенными так, как они учили и действовали при непосредственном руководстве св. духа. Заключая в себе всю полноту иерархической власти , апостолы в известной степени сообщили эту власть чрез рукоположение избранным из среды верующих лицам, которые, входя в состав церковной иерархии /л. 117 об./ по различению данной им от апостолов власти, образовали три степени иерархии, а именно: диаконскую, пресвитерскую и епископскую.

 

Апостолы передали

свою власть епископам

 

Самая высшая иерархическая власть – епископская – явилась в церкви после диаконской и пресвитерской. Сначала, когда церковь была еще малая, верховный надзор за нею, рукоположение пресвитеров и диаконов, разрешение всех недоумений и споров между верующими и тому подобное принадлежали самим апостолам. Но с течением времени, когда христианских общин стало много и в разных местах, апостолы естественно не могли везде сами поспевать, кроме того, должно было наступать время, когда самих апостолов не станет. Поэтому, для верховного Управления церковью в сое отсутствие и после своей смерти, они передали, чрез рукоположение, свои верховные права епископам. После смерти апостолов в конце I-го и в начале II-го веков, значение епископов, как преемников апостольской власти, установилось определенно: высшие права учительства в церкви, священнодействия и управления принадлежали исключительно им одним. Если пресвитеры и диаконы учили, священнодействовали и принимали участие в управлении, то не иначе, как по праву власти, данному им от епископов чрез рукоположение.

 

Возникновение поместных

самостоятельных церквей

 

Многочисленные христианские общины, организовавшиеся при апостолах и при их преемниках, постепенно начали группироваться в особые церковно-правительственные округа, центром которых были общины городские. Во главе образовавшихся таким образом церковных округов, обнимавших городские и сельские общины, стояли епископы, имевшие свое местопребывание и свои кафедры. Церковные округа в последствии назывались парикиями или епархиями. Сельские христианские общины образовали сельские приходы, а городские общины – городские приходы. И городские, и сельские приходы, входившие в известный округ, с епископской кафедрой в городе, составляли одну местную церковь. Так образовались еще при апостолах церковь Иерусалимская, церковь Антиохийская, церковь Александрийская и т.д. /л. 118/

 

Устройство церковного управления

в первые 3 века

 

Во главе каждой церкви стоял епископ, который управлял церковью, так сказать по семейному, и самому епископу, поэтому часто усваивали название отца (или папы). Под главным надзором епископа принимали деятельное участие в управлении клир и миряне. Проводниками епископской власти в сельских и деревенских приходах были, так называемые хорепископы в роде наших викарных или окружных благочинных, которые находились в подчинении городскому епископу.

 

Взаимные отношения частных

или поместных церквей

 

Все апостолы получили от Христа Спасителя разные права – управлять, учить и священнодействовать в его церкви. Между ними не было ни одного начальствующего над другими. Поставляя епископов разных церквей, апостолы сообщили им всем также одинаковые иерархические права. Все поместные церкви и их епископы были равны между собой, и каждый епископ в управлении внутренними делами своей церкви были независим от другого. По делам же, касающиеся всех или нескольких церквей, епископы собирались на соборы, где и решали их общим голосом. Постоянное общение между церквами и их епископами производило то, что все поместныя церкви составляли в своей совокупности одну Христову церковь.

 

Возвышение некоторых епископов

 

Но во времена после апостольских епископы главных провинциальных областных городов мало по малу стали приобретать первенствующее значение в среде других епископов провинции или области, особенно те из них, кафедры которых были основаны апостолами. Таким значением пользовались например епископы церквей Иерусалимской, Антиохийской, Александрийской, Ефесской, Римской и др. Но им оказывалось, впрочем, только первенство чести, а не господства, они только были первыми между равными.

 

Церковные законы или правила

 

Относительно правил, которыми в первое время руководствовалась церковь в своем управлении, нужно заметить следующее: первыми законодателями были – основатель ея Иисус Христос и апостолы. В евангелии и писаниях апостольских изложены все основные законы, данные ими церкви. Затем большая часть правил церковного /л. 18 об./ устройства и управления передана была устно самими апостолами разным церквам. Этими-то правилами и руководствовалась церковь в своем управлении в первое время. В конце II-го века явились в церкви 85 правил «апостольских», которые послужили основанием для канона сельских церковных законов. Кроме того, отцы церкви сами составляли правила церковного благочиния и христианской жизни, которые были подробным раскрытием того, что преподано церкви Иисусом Христом и апостолами.

 

Отношение язычников к христианству

 

В первое время язычники страшно ненавидели христиан, воздвигались на них жестокие гонения. Но в начале IV-го века они начали уже понимать, что в стремлениях христианства нет ничего преступного, нет того, что достойно порицания. Видя, что христианская церковь после трехвековой кровавой борьбы за свое существование, не уничтожилась, не поколебалась даже в последнее жесточайшее из всех гонение. Они начали сознавать, что в ней присутствует истинная божественная сила, чудесно защищая ее. Император Константин великий первый открыто высказал это убеждение в истинности христианства и ложности язычества. В противоположность своим предшественникам императорам, он видел в принятии христианства не падение империи, а обновление ея жизни новыми началами. Чудесное видение креста, в 312 году, пред битвою с Максентием, еще более утвердило его в намерении принять христианство и заявить об этом открыто. В начале 313 года в Медиолане появился манифест с подписью его и Ликиния, дозволявший каждому свободное исповедывание веры и в частности разрешавший свободный переход в христианство всякому желающему.

 

Взаимные отношения

церкви и государства с IV века

 

В первые три века христианская церковь, в пределах Греко-Римской империи, жила отдельною от государства жизнею; отношения их ограничивались только тем, что церковь была преследуемою стороною, а государство преследующею. Но потом, когда христианство сделалось религией господствующей в империи, церковь вступила в тесный союз с государством. Вследствие этого союза между церковью и государством установились тесныя отношения: с одной стороны /л. 119/ государство стало влиять на жизнь церкви, с другой – церковь влияла на жизнь государства. Участие императора в церковных делах начинается с перваго христианского государя Константина великого, который назвал себя епископом внешних дел церкви. Он хотел быть блюстителем только внешних интересов церкви. Но государи, следовавшие за ним, мало по малу приобрели влияние и на внутренний строй церкви.

 

Брачное и безбрачное духовенство

 

Три степени священной иерархии оставались неизменными и в IV веке; перемены произошли только во внешнем положении иерархических лиц. Ограничилось участие народа в избрании иерархических лиц. В первые три века на все священнослужительские должности безразлично избирались лица, состоящие в брачной жизни и не состоящие. Были даже случаи, когда вступали в клир и второбрачные. Теперь т.е. с IV века, явилась мысль установить безбрачие для всех членов клира. На первом вселенском соборе некоторые склонялись узаконить безбрачие духовенства во всей церкви. Но против этого восстал епископ Пафнутий, исповедник и строгий девственник. Он защищал святость брака и <неразб.> на тяжесть безбрачия для многих из духовных. Между тем в западной церкви мало по малу стало упрочиваться безбрачие духовенства: там этого требовали римские епископы, напр. Сириций, Николай I. Но принудительныя меры их к введению безбрачия духовенства породили большое зло в западной церкви, – нравственная испорченность клира была прямым последствием таких мер. Законныя брачныя связи клирики стали заменять незаконными связями.

 

Возникновение архиепископов, экзархов,

митрополитов и патриархов

 

В IV веке, когда христианство было признано государственной религией, порядок церковного управления оставался тот-что и в первые века: управление каждой отдельной церкви со сосредотачивалась во епископе города. Только участие мирян в церковном управлении прекратилось, так как права их перешли к государственной власти. Епископы некоторых церквей, особенно в больших городах, получили теперь не только преимущество чести, но и преимущество власти над епископами меньших городов. Таковые епископы стали называться /119 об./ в Греции митрополитами, экзархами, архиепископами и, наконец, патриархами. Над властью митрополитов возвышалась власть патриархов. Уже на первом Вселенском Соборе было предоставлено епископам Александрийскому, Римскому и Антиохийскому преимущество власти над митрополитами. Впоследствии такую же власть получили епископы Константинопольский и Иерусалимский. Таким образом, ко временам IV Вселенского Собора, пять епископов знаменитейших кафедр заняли первенствующее начальственное Положение в церкви и получили почетный титул патриархов.

 

Отношения патриархов, митрополитов,

архиепископов, епископов друг ко другу

 

Все митрополиты, состоявшие в округах патриарших, были подчинены каждый своему патриарху. Некоторые из митрополитов же подчинялись своему патриарху, а управляли своими церквами самостоятельно. В таком случае церкви их назывались автокефальными церквами. Таковые церкви возникли на востоке: Кипрская, на западе: Медиоланская, Карфагенская и друг. Что же касается прав и власти патриархов, то они стали в такое же начальственное отношение к митрополитам, в каком те стояли к обыкновенным епископам.

 

Возвышение константинополь. патриарха

и организация управления при нем

 

С течением времени, в ряду других восточных патриархов, особенно возвысился патриарх Константинопольский. Его возвышению способствовало то, что он занимал кафедру в столице империи, или, по выражению II Вселенского собора, в новом Риме, и находился всегда в близких сношениях с императорскою властью. С возвышением Константинопольского патриарха его управление получило полную организацию. При нем образовался целый двор на подобие двора императорского, состоявший из значительного числа важных должностных лиц, например: великий эконом, великий Сакелларий и проч. Высшим правительственным и судебным местом при патриархе, которое под его главным начальством, управляло патриархатом по делам важнейшим, был патриарший синод, в состав которого входили митрополиты и архиепископы патриархата, а также высшия должностныя лица, всего 5 человек: великий эконом, великий Сакелларий и проч. /л. 120/

 

Вселенские и поместные соборы

 

Как не велико было значение патриархов в церковном управлении, выше их стояли Вселенские соборы. Власть патриархов простиралась на церкви известного округа, власть же вселенских соборов простиралась всю вселенскую церковь, на всю иерархию, но исключая и самих патриархов. Соборное Управление появилось еще в первые века, из своего полного развития оно достигло только в IV веке. Всех вселенских соборов было 7. Были еще поместные церковные соборы, из коих православная церковь признает 10. Кроме вероопределений против ересей, на вселенских соборах составлено много правил относительно церковного управления, богослужения, христианской жизни и т.п. Решительный голос при постановке соборных определений имели только епископы, но к совещаниям допускались пресвитеры, диаконы и даже монахи-ученые. Все соборные постановления, утвержденныя государственною властью получали силу общеобязательных не только церковных но и государственных законов, и нередко приводились в исполнение гражданскою властью. Постановления поместных соборов только тогда получали силу обязательных законов для всех церквей, когда они были одобряемы и утверждаемы вселенскими соборами. Таким образом, вселенские соборы были высшею инстанциею церковного управления и ими обусловливалось как единство веры и богослужения, так и единство порядка в церковном управлении.

 

Возвышение Римского

патриарха (папы)

 

Сначала все 5 патриархов объемом власти были равны между собою и в управлении церковными своих округов независимы один от другого. Вселенские соборы по одном у из низ не предоставляли исключительной власти над всею вселенскою церковью, хотя и признавали за Римским патриархом первенство чести. Но на практике вышло иначе. Римский патриарх или по другому /л. 120 об./ папа, подчинивши своей власти все церкви запада и требуя такового же подчинения от церквей восточных, стал считать себя главою и правителем всей вселенской церкви. Притязаниям их на главенстве церкви содействовали многоразличные причины. Например: религиозное волнение в восточной церкви по поводу ереси Ария, когда многие из православных епископов искали убежище на западе, где они приняты были папою Юлием, на которого после этого стали смотреть как на защитника веры и церкви; а также и то, что к началу IX века на западе появился новый канонический сборник, известный в истории под именем «Лжесидоровских декреталий», на которых папы стали основывать свое мнимое право на главенство.

 

Причины разделения церкви

на западную (католическую)

и восточную (православную)

 

В первое время единство веры, таинств и всего церковного устройства связывали западную и восточную церковь в одно целое. Но, к несчастью всего крестьянского мира, западная церковь постепенно стала нарушать это единство, - и в конце концов отпала от союза с церковью восточною. Она в течении нескольких веков произвольно допускала у себя нововведения в области дипломатической, обрядовой и канонической. В продолжение VI – XI веков в западных церквах утвердилось учение об исхождении святого духа и от сына. Затем были допущены совершение Евхаристии на опресноках, миропомазание одними епископами, безбрачие духовенства, признание папы главою и верховным судьею всей вселенской церкви и непогрешимым в решении вопросов церковных. Папа был поставлен выше вселенских соборов. Все это на практике повело к искажению всего вероучения, всего христианства, так как одно лицо, всегда могущее заблуждаться по своему произволу, могло вводить новое учение, новые обряды, новое церковное устройство. Своими заблуждениями и уклонениями от общественных порядков церковь западная подготовила свое отпадение от восточной церкви. /л. 121/

 

Окончательное разделение церквей

 

Разделение церквей началось в половине IX века, когда в Константинопольском патриархате началось ожесточенная продолжительная борьба между патриархами Игнатием и Фотием из-за патриаршего престола. Фотий был два раза низложен и два раза возведен на патриарший престол. После Фотия, второй раз низверженного престола, императором Львом мудрым и до половины IX века сношения между церквами восточною и западною были довольно неопределенны и редки. В половине XI века начались деятельные сношения, окончившиеся полным разделением церквей. Римским папою в это время был Лев, а Константинопольским патриархом – Михаил Керулларий. Последний в 1954 году в Константинополе составил собор, на котором передал проклятию папских делегатов за их властолюбивые и дерзкие проступки. С этого времени во всех восточных церквах перестали поминать папу на богослужении, и с этого времени западная церковь упорно оставшаяся при своих догматических, обрядовых и канонических заблуждениях окончательно отошла от Союза с восточною церковью – Западная церковь с тех пор называется католическою, а восточная православною, так как она содержит и хранит Христову веру в том же чистом православном виде, в каком преподана она самим Господом Иисусом Христом и святыми апостолами.

 

Протестанты и реформаторы

 

По отпадении западной церкви от православного востока власть папы усилилась постепенно, достигла наибольшей высоты в начале XIII века, но с этого и времени она постепенно стала склоняться к своему упадку с развитием просвещения на западе яснее становилась незаконность папских приказаний. Папы для усмирения своих противников прибегали к жестоким мерам (инквизиции), но они еще более раздражили недовольных. Наконец в XVI веке почти одновременно выступали против папства ученые проповедники в Германии Лютер и Меланхтон /л. 121 об./ в Швейцарии Цвинглий и Кальвин. После многих усилий им удалось отторгнуть от Римской церкви значительную часть ея членов, но они не только не возвратили ее к православию, напротив еще более от него отдалили. Последователи Лютера и Меланхтона называются протестантами, а последователи Цвинглия и Кальвина – реформаторами.

 

Христианство среди юго-западных славян.

 

В то время, как совершилось отделение западной церкви от союза с восточною, господь Бог, в восполнение своей церкви, призвал народы славянские. К этому времени явились и великие проповедники веры в лице равноапостольных братий Кирилла и Мефодия. Сознавая, что недостаточно проповедывать веру устно, они составили славянскую азбуку и перевели на славянский язык избранные места из Священного писания и богослужебных книг. В то же время в IX-ом веке были обращены в христианство славянские племена: Сербы, Чехи, Моравы и друг., а так же и молдаване.

 

Принятие христианства русскими славянами

 

Христианская вера, в форме чистого и неповрежденного Православия, перешла и утвердилась и в Русской Земле. В конце X века Киевский Князь Владимир, будучи язычником, решился со своим народом переменить веру и принять Православное Христианство из Греции. В 988 году в г. Корсуне он, вместе с рукою Греческой Царевны Анны, получил крещение от греческого епископа. По возвращении в Киев, он ревностно взялся за устроение православной церкви по всей русской земле; отправил с проповедью Евангелия епископов и священников в дальние и ближние от Киева места, основал в некоторых городах епископами. – При сыне его Ярославле Мудром русская церковь уже вполне устроилась. Ярослав обратил преимущественное внимание на распространение духовного просвещения в русском народе, заводил в больших городах школы, а в Киеве устроил библиотеку, которую могли пользоваться все желающие. Книги Ярослав получал из Греции и Болгарии, приказывал переписывать их или переводить с греческого языка на славянский. При нем же стали появляться и монастыри. /л. 122/

 

Первый природный русский Епископ Илларион

 

В первое время в России епископы и клирики были из греков. Киевский епископ в сане митрополита и управлял русскою церковью. Он назначался от Константинопольского патриарха и состоял в подчинении последнему. Первый митрополит в русской церкви был из греков Михаил. Но в 1957 году, когда русская церковь была уже вполне организована, поставлен был Киевским митрополитом природный русский – Илларион, а не грек, как это было доселе. Устроившись в союзе с Восточною Греческою Церковью, русская церковь с течением времени заняла почетное место в ряду православных церквей востока и сделалась навсегда хранительницею православного христианства.

 

Распространители христианской веры

в русской земле

 

Из распространителей св. веры в последующее время особенно замечательны были: инок преподобный Кукша, который проповедывал св. веру в стране вятичей и принял от язычников мученическую кончину; Св. Гурий, Варсонофий и Герман Казанские, просветители инородцев Казанского Края; Св. Стефан Пермский просветитель зырян и многие другие. Из них более замечателен последний: он составил зырянскую азбуку, перевел на зырянский язык священные и богослужебные книги, обучал зырянских детей грамоте и готовил из них священнослужителей для зырянской церкви. Сначала он трудился в сане пресвитера, а потом в сане епископа.

 

Распространение христианства

в Волжско-Камском крае

 

Во второй половине XVI века, после покорения Казанского Царства Московским царем Иоанном Грозным, св. православная вера стала проникать к разным мелким народностям Волжско-Камского Края; Черемисам, татарам, мордве, чувашам, пребывшим тогда в язычестве. Простиралась ли на чуваш просветительная деятельность первых христианских учителей Казанского Края Гурия и Варсонофия и сколько ими было обращено в Христианство, о том сведений у нас не имеется. Но достоверно известно, что массовое обращение чуваш совершилось с 1745 – 48 г.г. особой ново-крещенской комиссией.

 

Формы церковного

управления в России

 

Форма церковного управления в России не всегда была одинакова: сначала, с 988 г. по 1589 г. было управление /л. 122 об./ митрополичье, с 1589 года по 1721 год патриаршее, с 1721 г. по 1917 год синодальное, с 1917 г. опять было восстановлено патриаршее Управление. Первые митрополиты жили в Киеве, потом в г. Владимире на Клязьме, а затем – в Москве. В конце XVI столетия, по желанию благочестивого царя Федора Ивановича, учреждено в России патриаршество. Из всех 10 патриархов русской церкви более выдающимися был Никон. Главную заслугу его составляет исправление церковно-богослужебных книг.

 

Патриарх Никон и исправление богослужебных книг

 

Прежде не было книгопечатания. Все книги были рукописные. По невежеству и небрежности переписчиков, с давняго времени вкралось в них много ошибок, а при введении в России книгопечатания эти ошибки попали и в печатные книги. При патриархе Иосифе хотя и были сделаны исправления, но ошибок все-таки осталось много. Сделавшись патриархом, Никон со всею ревностью отдался этому делу. При помощи ученых монахов он производил тщательные исправления, печатал их, старые книги отбирал и сжигал, и вводил во всех церквах новые – исправленные. Но эти меры патриарха Никона возбудили против него Иосифовских справщиков и других ревнителей мнимой старины. Они хулили, как они выражались, новшества, заводимые патриархом и распространяли в народе молву, что будто бы Никон не правит, а портит веру. Он принимал против мятежников строгие меры, многих ссылал в Сибирь. Но в это время произошла перемена в его судьбе.

Суд над патриархом Никоном

 

Патриарх Никон в первое время находился в дружбе с Московским царем. Это возбудило к Никону зависть со стороны бояр, которые сумели вооружить против Никона доверчивого царя и расстроили их дружеские отношения. Никон уехал из Москвы и устроенную им Воскресенскую обитель и пробыл там около 8 лет. Примирение между ними не состоялось. Над Никоном был назначен соборный суд, на который были вызваны восточные патриархи: Александрийский Паисий и Антиохийский Макарий, русские архиереи и много черного и белого духовенства. Никон явился на собор и все время (8 часов) стоял на ногах. Обвинение его выходили крайне /л. 123/ слабые. Тогда Никон сказал: «камнями могут побить Никона, но не словами, хотя бы и еще 10 лет собирали их». Присудили его к лишению патриаршего сана и к заточению в звании простого монаха в отдаленную область. Проживши в ссылке 10 лет, он скончался уже в преклонных лотах.

 

Протопоп Аввакум и происхождение раскола

 

Когда патриарх Никон жил в Воскресенском монастыре враги его – приверженцы мнимой старины – не дремали: им удалось возвратить из Сибири самого злого из противников Никона – протопопа Аввакума. Это был человек очень начитанный, весьма гордый и с непреклонным характером. За дерзкие речи два раза высылали его из Москвы, сажали в заключение, дремали в узах; но никакие меры не могли смирить. Таковы же были и сообщники Аввакума – попы Никита и Лазарь, дьякон Федор и другие. Наружное благочестие, смелость и даже дерзость в отношении к властям, как духовным так и светским, готовность идти за так называемую старую веру на все муки и страдания – привлекли на их сторону иного слабых крестьян и окружили их толпою горячих поклонников и поклонниц из бояр, белого и черного духовенства и, в особенности, из простого народа. Восстание против церкви явно принимало вид возмущения: лжеучители поносили не только патриарха и др. архиереев, но и светское правительство и самого царя. Для обуздания мятежников царь созвал архипастырей Российской церкви на собор.

 

Церковный собор 1667 г. и клятва на раскол

 

Собор открылся в Москве в 1666 г. который тщательно рассмотрел исправления, произведенные патриархом Никоном, в богослужебных книгах и обрядах и единогласно одарил их. В мае м-це 1667 года открылся великий собор греческих и русских архипастырей, который снова рассмотрел сделанные при Никоне исправления и нашел их правильными. На собор были вызваны главные защитники старых мнений и обычаев. Некоторые из них раскаились и были прощены, а другие (протопоп Аввакум с сообщниками своими) не подчинились соборному определению. Тогда собор /л. 123 об./ положил клятву на тех, кто из-за приверженности к неисправленным старым книгам и обычаям является противником церкви. После этого приверженцы старых книг и обрядов сделались уже раскольниками, и произошло решительное отпадение их от православной христовой церкви. По невежеству и гордости своих лжеучителей впоследствии раскол распался на несколько разных толков. У них появились поповцы и безпоповцы. Последние учили, что православное священство погибло на земле и потому предоставили совершать церковные требы мирянам, даже женщинам.

 

Учреждение святейшего синода в русской церкви

 

Последний патриарх русской церкви Адриан умер в 1700 г. Император Петр I поручил исправление должности патриарх митрополиту Стефану Яворскому, который в качестве местоблюстителя патриаршего престола и управлял русскою церковью до 1721 года. В этом году русские епископы признали полезным, согласно желания императора, вместо единоличной патриаршей власти, учредить постоянный собор из русских архипастырей. Этот вновь учрежденный духовный собор назван был «святейшим синодом».

 

Причины замены патриаршества святейшим синодом

 

Причины замены Патриаршего Управления постоянным соборным управлением, т.е. Св. Синодом, указаны в Духовном регламенте, составленном по поручению Петра I , архиепископом Феофаном Прокоповичем и редактированном рукою самого императора. И состоят они в следующем: 1) Истина гораздо лучше может быть разузнана несколькими лицами, нежели одним; 2) Определение и решение власти Соборной авторитетнее, чем решение власти единоличной; 3) в случае каких либо неотложных нужд или болезни и смерти единоличного Правителя, дела могут остановиться, собор сможет вести дела безостановочно; 4) решения нескольких лиц гораздо беспристрастнее, чем одного лица; 5) сильным мира труднее влиять на нескольких лиц, чем на одно лица; 6) простой народ по невежеству может смешивать единоличную церковную власть с монаршею и, в случае пререканий между этими властями, может стать на сторону патриарха, к тому же сосредоточение церковной власти /л. 124/ в лице одного иерарха может возбудить в сем последнем надмение; 7) синод может судить своих собственных членов для суда же над единоличным правителем необходимо было призвать восточных патриархов, что сопряжено с большими затруднениями и издержками; наконец 8) Синодальное Управление составляет как бы некоторую школу духовную: лица заседающие в Синоде, могут постепенно научиться духовной политике и приобретать повседневную опытность к лучшему управлению Домами Божьими.

 

Личный состав свят. синода

 

Святейший синод по своей власти и значению равнялся каждому из восточных патриархов, которые признали его высшим органом Управления русскою церковью и называли его своим возлюбленным о Господе братом. Он состоял из постоянных членов и временно присутствующих в нем архипастырей. В синоде положено быть Обер-Прокурору, как посреднику между государем и синодом. Его обязанность состояла входить в сношения с гражданским начальством по делам церкви и наблюдать, чтобы синодские решения были в согласии с общим порядком государственного управления.

 

Замена Св. синода Патриаршим управлением

 

Святейший синод просуществовал всего около 200 лет. Определением Поместного собора Российской православной церкви в 1917 году св. синод был замещен опять Патриаршим Управлением, с избранием на патриарший престол епископа Тихона.

 

Выводы

 

Вышеизложенные исторические данные из прошлой жизни церкви христовой показывают нам следующее:

I. В первые три века христианская вера распространялась и утверждалась между племенами и народами исключительно трудами св. апостолов и приемников, независимо от государственной власти и без всякой внешней поддержки. Отношение между церковью и государством ограничивались только тем, что церковь была преследуемою стороною, а государство – преследующею. Но когда христианство получило свободу и сделалось господствующей религией и Империи, оно теряло свою самостоятельность, сделалось учреждением, вошедшим в круг государственной жизни, стало пользоваться покровительством и услугами государственной власти.

II. Св. апостолы и их приемники проповедывали веру христову /л. 124 об./ каждому народу на его родном понятном языке. Уходя от одних народов в другие, они, для продолжения и укрепления своего дела, ставили епископов из местных жителей, епископы же в свою очередь избирали и рукополагали из той же среды священников и диаконов. Таким образом в первые века епископы и клирики у всех народов были свои из единоплеменные и потому, как люди близкие и понятные они пользовались доверием и любовью своих пасомых. Но в последствии когда христианство в Греко-Римской империи стало государственной религией, оно обратилось в орудие правительства для достижения политических целей. Посылая христианских веропроповедников язычникам, греки и римляне имели в виду не интересы религиозного просвещения а прежде всего эллинизацию и латинизацию их. Они не давали новопросвещенным племенам родного епископата и духовного а посылали к ним своих епископов и клириков, богослужение и чтение слова божия производились для них не на родом языке, а языке греческом или латинском. – Всматриваясь в русскую церковную историю, мы видим, что распространяя христианство среди мелких народностей Поволжья, русское правительство руководствовалось тоже более политическими соображениями, нежели религиозно-нравственными, оно смотрело на русское православие, как на одно из верных средство для обрусения инородцев. Деятельность св. Стефана Пермского, просветителя зырянского края, представляет в этом отношении исключительное явление в русской церковной истории.

III. Апостолы получили власть от самого Господа Спасителя учить народ, священнодействовать и управлять церковью христовой. Они передали эту власть своим приемникам-епископам чрез рукоположение. Значит только им одним Спаситель дал право учить верующих, священнодействовать и управлять церковью, вообще быть руководителями верующих христиан в духовно-нравственной жизни. Там, где нет епископа, нет и церкви, а где нет церкви, там нет и спасения. До IV-го века каждый епископ своей епархии имел полноту власти и заведывал всеми церковными делами: без его воли пресвитеры и диаконы не могли ничего совершать. Но в IV и V веках явилось /л. 125/ уже стремление сообразовать внешнее церковное управление с гражданским. Константин великий разделил Империю на 4 префектуры, при чем последние разделились еще на диоцезы, которые в свою очередь разделились на провинции или епархии. Начальники меньших округов были подчинены Начальникам больших Округов. Применительно к такому гражданскому управлению было устроено и внешнее церковное управление: епископы малых округов были подчинены епископам больших округов, при чем епископы больших округов стали называться архиепископами, экзархами, митрополитами, и, наконец, патриархами. При апостолах и их приемниках этих церковных титулов совсем не было, - все назывались одним именем «епископ». Митрополитам подчинялись епископы, а патриарху подчинялись митрополиты, экзархи, архиепископы и епископы.

IV. В первые века на все иерархические должности безразлично избирались лица, состоящие в брачной жизни и не состоящие. Иногда допускались даже лица второбрачные. В последствии произошли некоторые изменения относительно браков духовных лиц. Император Юстиниан I, законом от 528 года, запретил избирать на епископские кафедры состоящих в браке. Собор Трульский (6-й Вселен. Собор) в 692 году, окончательно решил, чтобы епископы вели жизнь безбрачную, священники и диаконы вступали в брак до рукоположения.

V. Как не велико было значение патриарха в церковной жизни, выше их стояли вселенские и поместные соборы иерархов. Но как апостолы и ближайшие их приемники на соборах действовали не прямо от своего лица, а во имя Св. Духа и авторитета Св. Вселенской Соборной церкви. При чем в православной церкви только те церковные правила имеют общеобязательную силу, которые определены вселенскими соборами. Постановления же поместных и частных церквей и отдельных иерархических лиц имеют лишь местное значение, общеобязательную силу они получают только тогда, когда бывают, пересмотрены на вселенском соборе и освящены его авторитетом. Все правила ясно выраженные в священном /л. 125 об./ писании и заключающие в себе существенные истины веры, благочестия и церковного благоустройства, имеют для церкви значение неизменного божественного права и составляют безусловно обязательные для нея законы. Все же такие правила, которые, касаясь разных сторон внешнего устройства церковной жизни, вызваны были историческими обстоятельствами и потому имеют только временное значение, но обязательны для церкви и на вечные времена; церковь может или совсем оставить их, или заменять новыми, сообразно с нуждами жизни церковной.

VI. Во главе управления поместных или частных церквей находится единоличная или коллегиальная церковная власть. Представителями первой власти служат патриархи и самостоятельные митрополиты, а представителем второй – св. синод. Каждая самостоятельная (поместная) церковь по отношению ко вселенской называется автокефальной. Право на церковную автокефальность признавалось вселенскою церковью за каждым православным народом, который по своему национальному развитию, а равно по условиям своей политической жизни, оказывался способным к самостоятельному церковному управлению. В настоящее время свою самостоятельность, или автокефальность имеют церкви: Константинопольская, Антиохийская, Иераусалимская, Александрийская, русская, Элладская, Сербская, Болгарская, Черногорская, Кипрская, Молдаво-Валахская, Букованская, Украинская, Грузинская, - Патриаршее управление существует в следующих православных поместных церквах: Константинопольской, Александрийской, Антиохийской, Иерусалимской. Митрополичие управление существует в следующих поместных церквах: Кипрскокй, Сербской, Черногорской, Болгарской, Молдаво-Валахской, Буковинской. Синодальное правление существует в поместных церквах: Элладской, русской, украинской и грузинской.

VII. Церковь христова на протяжении около 2000 лет своего существования испытывала в своей жизни много тяжелых бедствий: не мало на нее было гонений со стороны иудеев, язычников и могометан, не мало было среди верующих возмущений /л. 126/ и волнений от разных лжеучителей и неверующих, нападали на христианство философы, безбожники и проч. Но не смотря на это, христианство не уничтожилось, а напротив распространялось и утверждалось на земле быстро. Такие раздоры и споры, какие ныне происходят в русской церкви, происходили и прежде, но церковь оставалась всегда непобедимою, ибо Христос сказал: «созижду церковь мою, и врата адова не одолеют ей». (Мат. XVI – 18).

 

II.

 

Теперь перейдем к рассмотрению современных событий жизни русской церкви.

 

Русская церковь под давлением Советской власти

 

В царское время наша православная христианская вера считалась в России господствующей и государственной религией, как таковая пользовалась покровительством и услугами государственной власти. Православное духовенство оставляло второе привеллегированное сословие в русском государстве. Но, не смотря на свое господствующее положение, русская церковь заключила в себе много ненормальностей. Прежде всего, на церковь производилось сильное давление со стороны государственной власти. Находясь под опекою самодержавного царя, церковь фактически управлялась не епископами, а чиновниками светской власти. Судьба епархиальных викариальных епископов зависела от усмотрения Обер-Прокурора с. синода. Во дни Григория Распутина, имевшего при царском дворе большое влияние, епископы назначались, перемещались или увольнялись по его, Распутина, желанию. Теперь стал не секрет, что в 1896 г. в Московском Успенском Соборе по случаю Коронации, были устроены уборные для придворных дам, приглашенных в Собор присутствовать на Коронации и в 1906 и 1907 г.г. на предсоборном совещании, происходили при св. синоде, было обнаружено не мало недостатков в церковной жизни. Прогрессивная часть духовенства и церковного общества тогда же указывала на необходимость улучшения обновления в церковном строе. Но тогдашнее высшее церковное управление почему-то все откладывало это дело.

 

Действие Октябрьской революции на <неразб.>

 

В 1918 году грянул гром. Разразилась буря. Совершилось то, о чем люди умные и наблюдательные давно <неразб.>. /л. 126 об./ Когда рассеялся после катастрофы мрак, мы увидели: иррелигиозное правительство, полное отделение церкви от государства, уничтожение всяких привилегий духовенства, запрещение преподавания закона Божия до 18 летнего возраста, лишения духовенства прав даже гражданства, приходов – прав юридического лица. В отношении к разным народностям России мы видели: дарование им права на самоопределение, на автономное управление и на самобытное культурное развитие на основе национально-этнических начал и т.д.

Под беспощадными ударами антирелигиозной жестокой критики христианства многие стали отходить от церкви не только простые рядовые миряне, но и священники и даже некоторые из епископов. Среди оставшихся воцарилась полная растерянность, тяготения ко всякого рода церковным группировкам: Живая церковь, Возрождение, Древле-апостольская церковь и т.п. Семена социальной революции, брошенные в церковную среду, превратили духовенство и мирян в два лагеря. Миряне стремятся стать полными хозяевами положения, захватить всю церковную власть в свои руки, а духовенство старается отстоять свое прежнее церковно-каноническое положение.

Привыкшая пользоваться покровительством царского правительства, русская церковь оказалась атрофированною, утратила способность к самодеятельности и самоуправлению. С падением своего сильного покровителя церковь потеряла ту опору, на которой она прежде держалась так крепко и величественно. Многие из церковных деятелей, стоя на краю бездны, не понимали новых создавшихся условий жизни и фанатично повторяли прежние ошибки. Это протопопы Аввакумы 20 века.

Мы уже не говорим о том, что епископы унижены, подавлены и почти аннулированы, между тем как в епископате и заключается главная сила церкви.

 

Поместный собор 17 – 18 г. учрежден. патриаршества и избрание епископа Тихона на патриарший престол

 

В первый же год (1917) революции верующие русские люди нашли нужным поставить во главе единоличного церковного правителя – патриарха, надеясь, что он будет твердой, ни от кого независимой опорой для церкви и неизменно сохранит прежний старый уклад русской жизни. Поместный собор 1917 года в Москве определил: вместо святейшего синода учредить патриаршее \л. 127\ церковное управление и избрал на патриаршество кандидата. Это был обыкновенный рядовой русский епископ Тихон. 21 ноября 1917 года в Москве в Успенском соборе состоялся торжественный обряд возведения на патриарший престол епископа Тихона. Тогда мы – верующие люди – радовались этому событию и надеялись, что церковная жизнь под главенством патриарха Тихона пойдет лучше, чем при царском режиме: и церковь не будет испытывать на себе тех угнетений, как она переживала в царское время. Но скоро увидели, что положение русской церкви при патриархе не улучшилось, а наоборот ухудшилось. Начались в церкви споры, раздоры, разделение. В делах церковных теперь происходит у нас полнейший хаос.

 

Причины церковного разделения

 

Но в чем же заключаются причины этого печального явления?

Причины эти состоят в том же, в чем они состояли и в прежние времена церковной жизни: в страстях человеческих, в самолюбии, гордости, честолюбии, властолюбии и т.п. религиозное чувство особенно сильно возбуждается в человеке и доводит его до того, что человек теряет здравый ум и лишается способности правильно разбираться в данных обстоятельствах.

 

Отношение Тихона к Советской власти

 

После октябрьской революции, когда верующие христиане увидели пред собою громадную антирелигиозную силу и почувствовали ея натиск, патриарх Тихон резко выступил против большевиков и предал их проклятию. Он не дал благословения Советской власти и на изъятие церковных ценностей в пользу голодающих. При этом он несомненно руководствовался наставлением Спасителя: «пастырь добрый душу свою полагает за овцы своя», и надеялся на помощь и поддержку со стороны буржуазии и верующего народа, но в последние не оказали ему ожидаемой помощи. Патриарх Тихон был арестован. По мнению некоторых беспристрастных людей, патриарх Тихон не хотел приноровиться к новой власти. Ошибка его состоит в том, что он не отказался в своих действиях от политических вожделений, выступил против Советской власти не в духе христианской любви /л. 127 об./ и кротости, а весьма резко, даже грубо – чем возбудил ее против церкви. Многие религиозно-настроенные образованные лица утверждают, что бывш. Патриарх Тихон своими поместными анти-христианскими мерами в борьбе против советской власти принес русской церкви громадное нравственное зло, которое впоследствии раскроется во всей полноте, в свое время история окажет о нем свое беспристрастное слов.

По заключении патриарха Тихона в тюрьму, русская церковь осталась без главы. Есть достоверные данные, что после своего ареста патриарх Тихон отказался управлять русскою церковью и назначил заместителем своим митрополита Агафангела. Член священного синода протопресвитер от. Красотин передает, как он сам в качестве делегата гор. Ростова Ярославской епархии, был у указанного Тихоном его заместителя преосв. Агафангела спустя м-ц после отречения патриарха. Агафангел проявил чисто бюрократическое отношение к делу. В такую критическую минуту церковной жизни, он думает о каких-то своих делах, и из-за них не ехал в Москву. Когда же делегат Красотин удивился, что Агафангел так спокойно относится к событиям, Акафангел сделал ему начальственный выговор, что он – священник – суется не в свое дело. Отказался Агафангел и называть себе заместителя на всякий случай. Между тем «случай» именно случился: Агафангелу пришлось ехать, но не в Москву. В это время церковная группа «живая церковь» соорганизовала в Москве высшее церковное управление во главе с епископом Антонином. Живая церковь своими необдуманными действиями оттолкнула от себя верующий народ, и тем еще более возбудила в верующих симпатию к патриарху Тихону. Чем больше народ отворачивался от живой церкви, тем больше он привязывался к патриарху Тихону.

 

Чем объяснить симпатию верующего народа к патриарху Тихону

 

На направление умов верующих людей на сторону патриарха Тихона повлияли также и следующие обстоятельства: 1)Когда патриарха Тихона лишили свободы, с того времени верующие стали смотреть на него, как на мученика за веру Христову, /л. 128/ 2)После революционной бури верующие христиане растерялись и стали искать нравственную опору в патр. Тихоне, который, по понятиям народа, страдал в заключении не за свою вину, а исключительно за свою стойкость в православии, и 3)всякое нововведение в области религиозной жизни, иногда самое незначительное, всегда вызывает в народе антагонизм даже ненависть и озлобление. Тоже случилось и теперь.

 

Неправильные действия и поступки патриарх. Тихона.

 

Патриарх Тихон выбран на соборе 1917 – 1918 годов, чтобы управлять русскою церковью вместе с священным Синодом и Высшим церковным советом из 25 лиц, а он с 1922 года стал управлять церковью один, на что не имел церковного права. Он проклял советскую власть, - и из-за этого много архиереев, священников и мирян поплатились свободой, здоровьем и жизнью. Он поддался окружавшим его монархистам и постарался сделать Тае, чтобы священники в церквах проповедывали восстание против власти, - многие люди, многие храмы Божии из-за этого пострадали и последние оказались даже закрытыми.

Церковный собор 1923 г. и суд над п. Тихоном

 

В 1923 году со всех концов России съехались в Москву на собор более 400 человек, в том числе около 70 иерархов, которые руководствуясь п. 10 определения церковного собора 1917 г. от 8 декабря 1917г., постановили: На основании 3 прав. Кирилла Александрийского, 10 прав. Петра Александрийского и 3 прав. Третьего вселенского собора подвергнуть патриарха Тихона лишению сана за то, что, благодаря его единоличному управлению, пролилось много крови человеческой. Но советская власть простила патриарха и выпустила его на свободу, а он самовольно снова взял себе церковную власть, хотя знал, что многие епископы, священники и миряне не одобряли его. Но он под влиянием монархистов не хотел ни с кем считаться действовал один, как Римский папа, оттого-то и пошло в русской церкви раздвоение, и получился раскол.

 

Патриарх Тихон нарушал 14 и 25 правила св. апостолов

 

Патриарх Тихон ставил епископов, не спрашивая, хочет ли их народ. Например, он прислал в г. Ленинград епископа Мануила, который оказался политическим дельцом; в декабре 1924 года он прислал в чувашскую область епископа Германа Кокель, Викария Симбирской епархии, который будучи еще священником, /л. 128 об./ был приговорен к тюремному заключению за тяжкое уголовное преступление. Этот Герман самочинно разъезжал по селам чувашской епархии и делал распоряжения церковным: перерукополагал священников, диаконов, переосвящал престолы в храмах Божиих, выливал св. под престол и т.д. Другой тихоновский епископ Спасский Афанасий, Викарий Казанскоай епархии, именуя себя епископом Чебоксарским, еще ранее Германа Кокель, стал вмешиваться в дела чувашской епархии и исподтишка восстанавливал духовенство и верующих против синодальных епископов священников. Еп. Герман выбрасывает священников с семьями на улицу (свящ. о. Петра Сапожникова, прот.о. Якова Петрова и др.) иных заставляет насильно идти к нему на поклон настраивает прихожан против священников, пугает народ тем, что у синодальных епископов и священников, как еретиков, надо гнать с приходов, а сами они, хотя и монахи – живут сладко, едят в волю, цветами украшаются и добровольные сборы с верующих собирают. Они боятся кабы не потерять им власти над доверчивыми душами верующих христиан.

 

Несправедливое отношение п. Тихона

к собору 1923 г. и свящ. синоду

 

Патриарх Тихон и его сторонники не признали и не признают собора 1923 года каноничным, считают его «однобоким», «сборищем разбойников» зато, что на этом соборе лишили патр. Тахона патриаршего сана. Этот собор был составлен вполне законно, потому, что в нем участвовало более 70 епископов и законно избранные делегаты от каждой епархии. Если определения собора 23 года были действительно неправильные, то патриарх Тихон все равно должен был подчиниться решению собора до вторичного рассмотрения его дела на следующем соборе, как поступали Иоанн Златоуст (в 403 г.) патриарх Константинопольский Фотий (869 г.) и друг. Летом 1923 года, когда группа живой церкви высшее церковное управление распались на разные группы и сорганизовался «священ. Синод русской православной церкви» из старейших и ученейших /л. 129/ иерархов, тихоновцы стали говорить, что свящ. синод возник самочинно без преемственности и что поэтому не следует подчиняться. Если мы обратимся к истории русской церкви, то увидим следующее: 1) русские епископы избрали митрополитом русской церкви природного русского епископа Илариона, без благословения восточных патриархов; 2) Митрополит св. Иона, живший в период подчинения русских митрополитов Константинопольскому патриарху, вступил на митрополичий престол по избранию собора русских епископов греческого патриарха. 3) в 1721 г. по желанию императора Петра I, русские епископы учредили святейший синод, который в начале то не был санкционирован от восточных патриархов. По понятиям тихоновцев вышеуказанныя перемены в церковном управлении тоже не имели преемственности. Нынешний священный синод Русской прав. Церкви признан восточными патриархами. Патриарху Тихону было от них предложено удалиться на покой. Но Тихон не послушал их.

Кто такие обновленцы?

 

Последователи патр. Тихона называют себя «староцерковниками», «православными», а сторонников свящ. синода называют обновленцами. Слово «обновленцы» или «обновление» употребляется во многих местах свящ. писания и церковных молитвах только в хорошем смысле, т.е., в смысле улучшения, исправления и восстановления чего-либо испорченного, искаженного или забытого. В указе свящ. синода а созыве собора 1917 г. сказано, что собор созывается для обновления русской церкви. Но тихоновцы извратили смысл этого слова и сделали его ругательным словом. По ихнему «обновленец» значит изменник, обманщик, нарушающий веру Христову.

 

Чем отличаются синодальцы (обновленцы) от тихоновцев

 

Чем отличаются синодальцы, названные обновленцами от староцерковников? Синодальцы говорят: в церкви распоряжаться должны делами …не одни епископы, а и выбранные священники с мирянами. Пусть (как в св. церкви раньше было) собираются раз в год соборы и выбирают они руководителей церкви. Такие руководители и составят свящ. синод, которому и подчиняются православные епископы, священники и миряне. У нас есть свой синод в Москве состоящий из выборных /л. 129 об./ митрополитов, епископов и мирян. Он имеет в каждом городе свое Епархиальное Управление, состоящее из епископов и выбранных священников и мирян. У нас в Чувашской епархии во главе Управления сейчас состоит архиепископ Тимофей и заместитель его викарий епископ Чебоксарский Даниил.

 

<неразб.>ги синодальцев

 

Монахи очень не любят синодальцев и бояться их потому, что синодальцы хотят, чтобы монахи и монахини не пьянствовали бы, но жили бы в миру, прикрываясь личиной монашеской, а были бы в св. обителях, утешая народ молитвою, трудолюбием и исполнением обетов монашеских. Не любят последователей свящ. синода многие священники и богатые люди. Много у них и других врагов, поэтому всякую неправду и говорят про них: и веру то они нарушают, и богослужение изменяют и в бога не веруют, и иконы выносят и св. мощей не почитают. Все это ложь, обман и клевета. Пойдите в синодальные церкви, найдите ли вы там какие-либо изменения в богослужении или в вероучении? Везде служба хорошая, проповедь народу нравится, учится народ жить по церковному, по христианскому. Обновляться нам, православным христианам и обновить жизнь церковную весьма нужно. Последователи св. синода не хотят не изменения веры, а чтобы жизнь стала новою, согласною с православною верою. Они ни от кого не отделяются, со всеми молятся, никого не называют «еретиками», «раскольниками», «вероотступниками», «красными», или «черными»: это все неприлично пастырям церкви и христианам. Синодальцы всех зовут так: Братья и сестры, не верьте чужим словам, узнавайте сам, кто такие обновленцы и кто такие тихоновцы. Между ними нет никакой разницы: ни в догматах, ни в богослужении, ни в церковных обрядах. Сторонники п. Тихона отделяются от синодальцев только по своей гордости и самолюбию: разумных оснований у них для этого нет.

III.

 

Далее будем говорить о церковных делах в Чувашской епархии. /л. 130/

 

Открытие самостоятельной Чувашской епархии

и ея территория

 

Чувашская епархия открыта в марте 1924 года, по желанию чувашского верующего народа и духовенства, с целью наилучшего укрепления православия среди чуваш. Она занимает территорию Автономной Чувашской Республики. В состав ея вошли православные приходы Чебоксарского, Цивильского, Ядринского, части Козмодемьянского и Тетюшского уездов Казанской епархии и части Буинского, Курмышского и Алатырского уездов Симбирской епархии.

 

Первая мысль об учреждении чувашской епархии

 

Мысль имеет особую чувашскую епископию с национальным епископом в Приволжском крае первый раз выражена была среди инородческих священников и учителей Самарской епархии еще на инородческом миссионерском съезде, происходящем в селе Шонтало, Бугульминского уезда 28 и 29 июля 1909 года. Так как тогдашнее правительство очень боялось развития среди инородцев сепаратизма, шовинизма и всяких других измов, то вопрос это не был допущен к обсуждению на съезде, тем более, что в то время епископы и духовенство русское действовали за одно с мирским правительством. Не только инородца поставить во епископы, но весьма трудно было провести его и в сельские священники. Всеобщий Чувашский съезд представителей от духовенства, мирян, военных, учителей, происходивший в Казани в августе 1917 г. указал на 2-х кандидатов во епископа чувашского: прот. К.П. Прокопьева и прот. Д.Ф. Филимонова.

 

Какие были у правительства побуждения

к обращению чуваш в христианство

 

Вышеприведенные справки из церковной истории показывают вам, что в первые века христианства епископы и клирики у всех народов были свои, им единоплеменные, близкие по крови и потому понятные, и пользовались они доверием и любовью своих. Из истории же русской церкви мы видим не то: - мы видим здесь, что распространяя христианскую веру среди мелких народностей, русское правительство руководствовалось более политическими соображениями, /л. 130 об./ чем чисто религиозно-просветительными. Оно смотрело на православие, как на одно из верных средств для обрусения инородцев. Обращая последних в христианство, церковная власть не давала им не только родных епископов, но и священноцерковнослужителей. Чуваши и теперь после крещения своих детей говорят: «халь вить епир атана вырас турамар».

 

Массовое крещение чуваш при помощи военной силы

 

Архивные документы святейшего синода, Нижегородской духовн. Консистории и других учреждений свидетельствуют, что массовое крещение чуваш совершено в 1745-1748 г.г. особой ново-крещенской комиссией, во главе которой стоял архимандрит Дмитрий Сеченов, впоследствие митрополит Новгородский [4]. Он имел в своем распоряжении роту солдат, с которыми ходил по чувашским селениям, выгонял народ на воду и совершал над ними таинство крещения. Новопросвещенное чувашское население тотчас же было распределено по приходам, к ним поставили священноцерковнослужителей. Но, как крещеные чуваши, так и духовные пастыри их очутились в очень затруднительном положении, потому, что говорили на разных языках и не понимали друг друга. Само собой разумеется, что при таком положении между ними не могло быть ни какой религиозно-нравственной связи. Таким образом, находясь более 200 лет под религиозным руководством русского царского духовенства, наши предки чуваши, обращенные в христианство при помощи военной силы, вплоть до конца 19 столетия оставались теми же язычниками, какими они были до крещения. Для них прибавилась только лишняя повинность – содержать на свои средства приходские церкви и духовенство.

 

Засилье русского народа в чувашской стране.

 

Между тем, как только обратили чуваш в христианскую или, как говорят чуваши в русскую веру, в стране их началось полное засилье русского духовенства (или государственного духовенства) захватившего в свои руки церковь целиком, делавшего ее орудием царской политики и русификации чуваш. Это явление особенно рельефно выражалось в Ядринском, Козмодемьянском и Чебоксарском уездах /л. 131/ в 80-х годах прошлого столетия появление здесь священников из чуваш вызывало целую бурю негодования между некоторыми русскими священниками – чуваше<пропуск>, не желавшими допустить в свою среду никого кроме своих присланных. Когда я поступал в священники, в Казанской духовной консистории, один священник сказал мне: «куда вы чуваше лезете? Вы отнимаете хлеб у наших детей».

 

Сплоченность русского духовенства в чувашских приходах

 

Господствующее положение русского духовенства в чувашских уездах устанавливалось историческим путем и поддерживалось следующими условиями: 1) это духовенство среди <неразб.> пользовалось полным покровительством и содействием государственной власти. 2) Оно представляло из себя очень крепко сплоченную, обособленную от окружающей среды группу, которая прочно спаяна единомыслием профессиональным положением, сословными предрассудками, родственными и школьными связями. Начиная с сельской просфорни и кончая епархиальными архиереями, - все они проникнуты были одним духом гордости и господства над крещенным чувашами, как побежденными инородцами, коих они в душе презирали, хотя при глазах и называли их «Василий Иванович», «Петр Петрович», но за глазами «Васька и Петька» или просто «чувашишки» 3) Живя с малых лет среди чуваш, это духовенство великолепно знало психологию чувашского народа, мастерски умело обходиться с ним и устраивало свое материальное благополучие как ему угодно и 4) Оно вцепилось в православную чувашскую массу, так глубоко прочно, как клещ впивается в человеческое тело. Оторвать его от насиженного места было также трудно, как оторвать например, немецких баронов от Прибалтийского края. Были, конечно, здесь и весьма хорошие, светлые личности, настоящие пастыри христовы, которые относились к чувашам по братски, но, составляли исключение и встречались так же редко, как оазисы в пустыне Сахара.

 

Численное отношение священников из чуваш и из русских

 

В последние 50-т лет благотворной просветительной деятельности Н.И. Ильминского, И.Я. Яковлева и мн. др. сотрудников их, начали появляться у чуваш свои единоплеменные священники и учителя с книжками на родном языке, с церковным /л. 131 об./ богослужением и школьным преподаванием на том же языке. Трудно и тяжело было этим пионерам работать: многие смотрели на них как на выскочек. Прошло 50 лет, но число чувашских священников чувашской епархии оказалось не больше 35%, т.е. около 1/3 общего числа священников епархии. Громовые удары революции пронзили и расшевелили жизнь духовенства в чувашских приходах до основания. Заколыхнулась стоячая прозеленевшия воды в этом спокойном озере….. Когда чувашам дали автономное политическое устройство – республику, более сознательные русские священники поняли свое положение среди чуваш, стали открыто проявлять свое расположение к чувашскому народу: они принимают деятельное участие в работах об открытии в Чувашской области самостоятельной чувашской епархии с национальным епископатом во главе.

 

Группа противников в чувашской епархии

 

Но, в тоже время видно было, что значительная группа русского духовенства, как в чувашской епархии, так и в городе Казани ни как не желает примириться с новым положением вещей, т.е. иметь отдельную от Казани самостоятельную чувашскую епархию с чувашским епископатом. Она употребляет всевозможные ухищрения, чтобы покончить это дело и не подчиняться чувашской епархиальной власти. Она хочет жить и служить по прежнему: питаться чувашским хлебом, а подчиняться русскому епархиальному начальству. Мы ведь хорошо помним чувашский областной учредительный Съезд духовенства и мирян, происходивший в марте м-це 1924 года в селе Шихазанах, где эта группа русских священников всеми мерами старалась не дать чувашам самостоятельной епархии. Тогда из Казани нарочно приезжал один священник с намерением провалить на съезде решение вопроса об открытии чувашской епархии. Хотя намерение группы противников на съезде и не осуществилось, но оно все-таки не погасло, а напротив, в последствии еще более усилилось. Укажу на некоторые факты.

Бывший протоиерей с. Юськасов, Ядринского уезда, о. Бенидиктов /л. 132/ сорганизовал союз религиозных общин с целью расстроить новооткрытую чувашскую епархию с ея национальным епископом, чтобы опять возвратиться к Казани. Он же о. Бенидиктов, будучи уполномоченным по чувашской епархии, в ноябре 1924 года и в январе 1925 года доносил священному синоду, что епископ Чебоксарский Даниил (из коренных чуваш) «Шовинист», и заражен от протоиерея о. И. Афанасьева тенденциями «автокефализма - Тихоновщины». Священники Чебоксарского уезда: села Хыркасов о. Мочалов, с. Ильинской пустыни о. Далматов, с. Тимичи – Покровского, о. Аристовский и о. Зороастров в 1924 отошли к Тихоновскому епископу Афанасию, Викарию Казанской епархии и увели за собой своих бессознательных пасомых – чуваш в количество несколько тысяч человек, для которых совершенно безразлично кому подчиняться: патриаршему или синодально-церковному управлению.

Со дня открытия чувашской епархии среди чувашского населения вдвойне усилилась агитация против чувашской самостоятельной епархии, как со стороны Казани, так и со стороны части местного русского духовенства. По чувашским приходам ходили сотни агитаторов в лице монахов и монахинь. Многих мирян, которые восхваляли патриаршую тихоновскую церковь, а синодальную или обновленческую церковь всячески поносили и унижали, епископов Тимофея и Даниила, подчиняющихся свящ. синоду, называли (и теперь называют) «еритиками», «лжеепископами», «безблагодатными», «самозванцами», «изменниками» и проч. эпитетами. Простой темный народ верил агитаторам, и все более склонялся на сторону тихоновщины. Сторонники патриарха Тихона как священники, так и миряне ждали себе особого тихоновского епископа.

И действительно, в начале 1925 года появился в чувашской епархии новый тихоновский епископ Герман Кокель, Викарий Симбирской епархии. Он своими энергичными /л. 132 об./ агитационными действиями обратил на сторону патриарха Тихона многих священников с их пасомыми. С этого то времени и началось распадение чувашской епархии. Таково было разрушительное действие группы священников, враждебно настроенных к самостоятельной чувашской епархии.

Но самым сильным и могущественным противником открытия особой чувашской епархии был сам патриарх Тихон: многократныя ходатайства об учреждении чувашской епархии она оставлял всегда без удовлетворения.

1) На Всероссийском поместном церковном соборе 1917-18 г.г., происходившем под главным руководством патриарха Тихона, члена собора: епископ Уфимский Андрей (Ухтомский) и кандидат богословия – чувашин Г.И. Комиссаров хлопотали об учреждении чувашской епархии, но хлопоты их не увенчались желательным успехом по несочувствию соборных деятелей во главе с патриархом Тихоном.

2) В 1918 году член переводческой комиссии при совете братства св. Гурия Н.А. Бобровников представил его святейшеству докладную записку о необходимости иметь для чуваш особого епископа. Патриарх возвратил эту записку обратно Бобровникову с своей ничего невыражающей дипломатической резолюцией.

3) В марте м-це 1919 года известный деятель по просвещению чуваш И.Я. Яковлев представил патриарху Тихону подробный доклад и необходимости назначить для чуваш особого епископа с целью поддержания и укрепления веры и благочестия в народе, при чем он имел ввиду чуваш 5 уездов Казанской губернии и 3-х уездов Симбирской губ., где чуваши живут сплошною однородною массою в 59 волостях в количестве 1725 семей, всего около миллиона душ.

Эта докладная записка была передана на отзыв члена высшего церковного совета и члена миссионерского совета при священном синоде, профессора П.Д. Лапина. В 1919 году ноября 14 дня священный синод и высший церковный /л. 133/ совет в соединенном присутствии, заслушав отзыв проф. Лапина по докладной записке И.Я. Яковлева, путем неправильного токования канонических правил (8 прав. 1.Всел. Собора) оставили ходатайство и И.Я. Яковлева без удовлетворения.

4) Получив отказ, И.Я. Яковлев в марте м-це 1920 г. написал патриарху Тихону другой доклад, в котором, указывая патриарху Тихону толкования 8 прав. 1 Вселенского собора, писал, между прочим, следующее:

«Беру на себя смелость и дерзновение утверждать, что осуществление проэкта об образовании чувашской епархии на сколько не заключало бы в себе опасности в смысле нанесения ущерба вековечным принципам церкви, выраженным канонически-юридически, постановлениях и определениях, но напротив оно находилось бы в полном и глубоком согласии с духом божественной правды и любви, с заветом и методом Господа нашего Иисуса Христа. Спаситель наш в деле устроения царства Божия на земле никогда не шел вопреки естественному течению вещей, уничтожая и предавая полному забвению все частное, местное и исключительное, как-то многоразличные особенности и разности страны, рас, наречий и наименований, воспитаний форм и обстоятельств, но всегда опираясь на них, как на богом данные посредства и приготовления и, в них и чрез них пробуждая и развивая присущия людям духовные силы, поднимал и возвышал их до братского единения их в духе веры и любви. Таков великий и всегда жизненный метод его земной деятельности. Этим же спасительным методом руководствуются и святые ученики Его и апостолы, когда естественное племенное различие людей они переносят в царство Божие и пределами национальной жизни ограничивают и обуславливают церковно-административное соединение и разделение, как это показывает 34-е апостольское правило. Тоже самое мы видим и в послеапостольское время. Древняя церковь своими постановлениями и определениями дарует самоопределение не только народам, но и отдельным областям (19 управ. Антион. Соб.) Она руководившаяся /л. 133 об./ духом высшей справедливости к любви, отлично понимала ту истину, что то, что относится к существенному благу одной части, с течением времени становится относящимся к благополучию всех. Здесь корень ея уважительного и попечительного отношения к местным национальным особенностям, многочисленные примеры которого мы находим на всем протяжении ея славной истории. Так в диоцезах Фракийском и Азийском жили народы варварские и были инородческие селения, области которых составляли особыя епископии во главе с епископами в г.г. Томи и Исаврополе, при чем епископы эти, в изъятие из общаго правила, поставлялись не местными митрополитами, а самими вселенскими патриархами» (IV Всел. Соб. 20 прав. Номок. Фотия 1, 20).

Какой ответ последовал на это доклад И.Я. Яковлева нам неизвестно. Но мы удостоверно знаем, что патриарх Тихон не дал согласия на открытие самостоятельной чувашской епархии с чувашским епископом.

Таково было отношение патр. Тихона к религиозным интересам и нуждам чувашского народа. Последователи патриарха Тихона, также не расположены дать чувашской особой епархии, они смотрят на чувашскую епархию только как на викариатства двух епархий: Казанской и Симбирской.

 

Перебесчики

 

Чувашскую епархию создали духовенство и верующий чувашский народ. Они должны бы теперь поддерживать и укреплять ее своими силами и средствами. Но, к сожалению, мы видим совсем не то: мы видим, что на Тихоновскую сторону переметнулись и пошли за епископами Афанасием и Германом даже те священники (русские и чуваши), которые сами старались об учреждении чувашской епархии с национальным епископатом. Мы не будем здесь разбирать поступки и действия их: об них правдивое слово скажет будущий историк христианской церкви. Если они и в дальнейшем будут также не устойчивы в своих стремлениях и ради своих личных выгод забросят все на произвол судьбы, что чувашская национальная /л. 134/ епархия в скором времени разлетится в дребезги, - от нея останутся только «рожки да ножки».

 

Какова должна быть чувашская епархия по своему направлению?

 

По нашему глубокому убеждению, основанному на исторических данных и на собственных наблюдениях над современной жизнью, Чувашская национальная епархия должна представлять из себя чисто чувашскую группировку, или церковь, которая, не увлекаясь никакими церковными течениями, никакими раздорами и спорами, должна строго держаться на почве православия. В таком виде только и может в современных условиях быть жизненною. Чувашские священники и миряне должны особенно учесть это обстоятельство, ибо сейчас много стремления для чувашина в пределах республики, где большого практического значения не имеет примыканию к той или другой группе. Сейчас не только у нас но и в Эстонии, Латвии, Финляндии, и других автономных странах открыто говорят: «Эстония только для эстонцев», наши чувашские священники еще раздумывают за кем идти: за национальным епископом или за русскими священниками чувашефобами, которые всегда измывались над нами и старательно гасили все национальныя стремления их. Очень трудно вдолбить некоторым священниками и мирянам, что наступило время воедино собрать чувашские интересы, чтобы выявить свое лицо среди других национальностей, чтобы чувствовать себя равным <не – А.Б.> только черемисину, мордвину но и равным англичанину, французу и другим образованным христианским нациям мира.

Но, что же мы должны теперь делать, чтобы удержать самостоятельную чувашскую епархию от распадения?

 

Как спасти чувашскую епархию от погибели

 

На основании вышеприведенных исторических справок и соображений я прихожу к необходимости следующих мероприятий:

1. Из двух форм церковного управления: патриаршей (единоличной) и синодальной (соборной) следует признать подходящей и целесообразной священный синод /л. 134 об./ не патриарха, потому, что истина гораздо лучше чем может быть разузнана несколькими лицами, нежели одним. Да и сам Спаситель сказал: «где двое или трое собраны во имя мое, там я последи их». (Матв. XVIII - 20)

II. Верующие чуваши должны раз навсегда запомнить, что бывший патриарх Тихон и его сторонники всегда шли против образования особой чувашской епископии, старательно гасили все национальные стремления чуваш.

III. Чувашская епархия должна подчиняться священному синоду Российской Православной церкви также и потому, что 14 марта 1924 года синод преподал чувашскому народу свое благословление на открытие самостоятельной национальной епархии.

IV. Между последователями бывшего патриарха Тихона и сторонниками священного синода, в отношении вероучения, нравоучения, а равно богослужения, церковных обрядов и обычаев нет никакой разницы; слова: «патриарх», «священный синод» означают только название форм церковного управления, а не различия догматов веры; формы же церковного управления всегда менялись и меняются, но вера от этого нисколько не меняется.

V. Если представителя высшей церковной власти Тихоновского и Синодального течений не примирятся между собою и не объединятся, то русская церковь не минуемо должна раздробиться на множество религиозных толков, враждебно относящихся друг к другу, что в результате даст полное разрушение церковной организации.

VI. Отрицать священный синод Российской православной церкви и называть его самочинным и безблагодатным за то, что он организовался помимо воли патриарха Тихона – есть полнейший абсурд и безумие: из церковной истории мы знаем много таких случаев, когда высшие органы церковного управления возникали и организовались без предварительного на то согласия патриархов, - Российский же священный синод призван восточными патриархами и получили от них санкцию на свое существование. /л. 135/

VII. Патриарх Тихон беспрекословно должен был подчиняться решению собору 1923 года о лишении его патриаршего сана впредь до пересмотра этого дела на следующем соборе, но он, получив свободу отказался подчиняться постановлению собора, самочинно стал называться патриархом и управлять церковью, хотя при аресте он отрекся от управления Российской церковью.

VIII. Патриарх Тихон и его сторонники говорят, что собор 23 года не каноничен, между тем отрицать законность этого собора не в коем случае не приходится, потому что, он собрал не самовольно, а из делегатов, правильно избранными епархиальными съездами духовенства и мирян.

IX. Хотя в древней христианской церкви до конца 7 века и допускались женатые епископы и второбрачные священнослужители, тем не менее, восстановление российского поместного собора 1923 года о женатом епископате и о второбрачных клириков в данный момент для чувашской епархии, по которым соображениям, следует считать не приемлемым.

X. Священно-церковно служители церквей чувашской епархии – русские ли они или чуваши – безразлично, должны твердо держаться православия и руководствоваться в своей деятельности лозунгом: «чувашская епархия прежде всего для чуваш».

XI. Упорное нежелание группы русских священников-чувашефобов подчиниться чувашскому епископу и патриархальному управлению признать явлением зловредным для сохранения и укрепления православия на территории чувашской республики.

XII. Со стороны духовных пастырей, кто бы они не были в своей национальности, не должно быть того высокомерного презрительного отношения к своим пасомым чувашам, какое замечалось в духовенстве прежнего царского времени; взаимные отношения пастырей с пасомыми всегда должно быть близкие родственные и искренне-сердечные.

XIII. Тем священноцерковнослужителям, которые имеют поползновение /л. 135 об./ к разрушению чувашской епархии, объявить, что они за это лишаются права оставаться на службе в пределах этой епархии.

XIV. В Чувашской Республике не должны приниматься на регистрацию те христианские религиозные общины, в числе членов или служителей культа которых значится епископ чужой епархии.

XV. Необходимо ходатайствовать от имени чувашского епархиального съезда пред Наркомвнутдел ЧАССР о разрешении сделать к уставу религиозных обществ следующие дополнения: а) к пун.5-му «но не иначе, как с согласия Епархиального или Викариального Управления, при чем служители культа подчиняются, в порядке церковной дисциплины, Епархиальному или Викариальному Управлению»; б) к пун. 9-му «служители культа за свои проступки и опущения по службе подвергаются взысканиям по распоряжению Епархиального или Викариального управления, по принадлежности».

XI. Для всестороннего тщательного обсуждения и решения вышеозначенных тезисов необходимо как можно скорее созвать епархиальный съезд духовенства и мирян.

 

П.п. Епископ Даниил /л. 136/ [5].

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 113. 2. 3. Там же. Л. 112. 4. 5. Там же. Л. 115. 6. 7. Димитрий Сеченов – митрополит Нижегородский 8. 9. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 118 – 136. 10.

 

ДОКУМЕНТЫ ОБНОВЛЕНЧЕСКОЙ ЧУВАШСКОЙ ЕПАРХИИ 1927 Г.

 

ЦИРКУЛЯРЫ АРХИЕПИСКОПА ТИМОФЕЯ (ЗАЙКОВА)

 

В Народный Комиссариат

Внутренних Дел

Чувашской С.С. Республики

 

Староцерковный вождь Митрополит Сергий Нижегородский посланием своим от 29 июля сего 1927 года, к архипастырям, пастырям и верующим, призывая быть верными гражданами Советского союза лойальными (sic) к советской власти, организовал временный Священный Синод, чем окрылил духовных лиц Тихоновской Контр-революционной ориентации и верующую массу фанатиков. Теперь они с большею силою поведут туже темную агитацию против существующего строя и, в особенности, в пределах Чувашской Республики, где быстро развивается сектантство, так не без вредное в политическом отношении.

Чебоксарское духовенство, как контр-революционно-настроенное, с нетерпением ждет же съезда представителей Тихоновской ориентации имеющегося быть в Казани осенью. Тогда они намерены открыть в Чебоксарах Викарное управление к Казанской епархии с своим русским епископом во главе.

Чувашская епархия, как самостоятельная с национальным епископатом открыта не без содействия местной гражданской власти, на основании Церковных канонов (17-4 и 38-6) Вселенских Соборов по которым границы епархии /л.145/ должны совпадать с гражданским делением таковых.

А потому Чувашское Епархиальное Управление смело надеется на свою национальную гражданскую власть, что замыслы Чебоксарского русского духовенства и сельских приходов Тихоновской ориентации не будут проведены в исполнение.

И чтобы сохранить самостоятельность Чувашской епархии и Национальный епископат, Чувашское Епархиальное Управление усердно просит Народный Комиссариат Внутренних Дел Чувашской С.С. Республики, сделать распоряжение по уездам, чтобы не давалось разрешения на созыв благочиннических съездов без согласия Чувашского Епархиального Управления и если возможно, наложено было запрещение функционировать, лжеблагочинным Тихоновской ориентации, подведомственным узурпаторам церковной власти в Чувашской епархии Афанасию Спасскому и Иоакиму Алытырскому принимают ими все меры к аннулированию самостоятельности Чувашской епархии.

Председатель Чувашского Епархиального Управления Архиепископ Тимофей /л. 145 об./

 

 

В Народный Комиссариат Внутренних Дел Чувашской С.С. Республики к сведению.

 

Пастыри и верующие миряне Чувашской епархии!

 

 

Происходящая в Русской церкви смута не ересь, а раскол, который может глубоко потрясти церковь и привести ее к тяжелым и нежелательным для нее последствиям.

Лучшим доказательством раскольнического разрыва Тихоновцев со Вселенской Церковью является чисто местный характер староцерковничества, осуждаемый голосом Вселенской церкви. Ни один Вселенский Православный Патриарх не признает староцерковничества и с их вождями Вселенские Восточные Православные Патриархи канонических братских взаимных отношений не имеют. Какой ужасный грех взяли на свою душу эти виновники церковного раскола! Св. Священномученик Киприан, епископ Карфагенский говорит: «вина Церковного раскола не омоется и мученическою Кровию». Единение со Вселенскою Православною Церковью есть основная истина Св. Православной веры.

А потому староцерковники, порвавшие связь с Вселенской церковью, чтобы не в положении раскола, должны поспешить к соборному разуму, через признание Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви.

Заместитель патриаршего местоблюстителя Митрополит Сергий Нижегородский, как началась подготовка войны со стороны Английского правительства, поспешил отмежоваться от заграничных эмигрантов и в своем послании от 29 июля сего 1927 года, призвал архипастырей с пастырями и их пасомыми быть лойальными к Советской власти.

В том же послании оповестил, что с мая месяца текущего года им организован с разрешения власти временный при заместителе Патриарший Священный Синод и предполагает созвать второй поместный собор (время не указано). /л. 146/

Так в Москве образовался новый временный Священный Синод Тихоновской ориентации по мимо Временного ВЦУ председателем коего состоит Архиепископ Григорий Свердловский, который, оторвавшись от политиканства Сергиевщины, признал принцип Соборности, чем несомненно помогает широкой массе Тихоновщины постепенно выяснить правоту Священного Синода, строющего на соборных началах церковную жизнь.

Лойальность Тихоновщины к Соввласти, если она не будет лицемерной, не только из страха, но и по совести (Радости? <неразб.>) как говорит Митрополит Сергий в послании, будет крупным шагом к объединению верующих во имя Христово, чтобы проводить в жизнь слова Христа: «да вси едино будут».

Староцерковники не будут теперь клеймить синодальную церковь разного рода кличками: красные, советские, изменники и даже чекисты или агенты ГПУ». Ведь это было недомыслие невежество и темнота в особенности в применении к широким народным массам вовлеченным смутою в раскол.

Митрополит Сергий после того, как все Восточные Православные Патриархи признали Священный Синод Главою Российской Православной Церкви в своем первом послании с негодованием высказал: «Пусть признают, от этого обновленцы не станут православными, а только патриархи обновленцами». Столпы православия всего мира – Святейшие Вселенские Патриархи Константинопольский, Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский – Блаженнейший Патриарх святого града Иерусалима Дамиан более 30 лет восседающий на кафедре брата Господня апостола Иакова – Матери всех Церквей, за признание синодальной церкви православной и законной правопреемницей церковной власти, по мнению Митрополита Сергия, стали не православными. Вот это абсурд! /л. 146 об./

В какую же Церковь Митрополит Сергий и все его последователи теперь веруют?

Остается сказать, что современная Тихоновщина имеет сходство с древле историческим расколом донатизма, бывшего более шестнадцати веков тому назад. Донат, епископ Кизический правил раскольниками целых сорок лет (315 – 345).

Первый и самый общий прием полемики и борьбы Тихоновского раскола с Синодальной Церковью – это усиленное подчеркивание своей особой Святости и Чистоты, соединенное с похулением и забрасыванием грязью православных обновленцев. Только мы одни святы и чисты, а все остальные – падшие грешники и изменники – вот общий мотив и донатистов и Тихоновцев. Тихоновцы особенно часто и охотно избирают оружие борьбы с обновленцами – это обвинение их в «безблагодатности», почему и вошло у них в практику переосвящение престолов, перекрещивание, перерукоположение, узурпаторство Церковной власти и др., что ничем церковно не может быть оправдано и представляет сплошную демагогию рассчитанную на запугивание темной, наивно-религиозной, но совершенно не просвещенной массы.

Раскольники-донатисты были враждебно настроены к гражданской власти.

Тихоновщина, ни для кого не секрет, как Всероссийская так в особенности эмигрантская сплошь контр-революционна и оппозиционна Соввласти. Заграничная Тихоновщина постоянно трубит об этом и на своих Карловацких соборах и в общей белогвардейской прессе. Наша же внутренняя Тихоновщина лицемерит и хитрит. Но она проникнута теми же самыми настроениями и мечтами – ожиданиями политической реставрации – как будто бы доказывать никому не приходится.

Итак, все уклонившиеся вопреки церковных правил в староцерковнический раскол через признание своим /л. 147/ архипастырем чуждого епископа Афанасия Спасского или Иоакима Алатырского, прочитайте настоящее обращение со вниманием и вы почувствуете сразу ту правоту церковную, какую скрывают раскольнические епископы Афанасий и Иоаким, как узурпаторы насильственно с нарушением канонов вторгающиеся в чуждую им Чувашскую епархию.

Потребуйте от них, чтобы они предъявили общительные грамоты от Вселенских Патриархов, после чего будет видно где истина, где правда, и узнаете, что они ведут вас в раскол сходственный с донатизмом из корыстолюбия, честолюбия и фарисейской гордости. Да поможет же вам Господь войти в общение с православным Священным Синодом и со мною, вашим Архипастырем.

Правящий Архиепископ Чувашской епархии Тимофей /л. 147 об/

 

РЕЗОЛЮЦИЯ НКВД

 

Порядок разрешения религиозных о-в установлен декретом ВЦИК РСФСР от 12 июня 1922 г. (С.У. 22 г. № 10, ст. 477) и инструкцией по его применению от 10 августа 1922 г. (С.У. 1922 г. № 49, ст. 62).

Согласно разъяснения 5 Отд. НКЮ от 10 июня 1920 г. № 712 Советская власть не вмешивается во внутренние отношения групп верующих.

Конституцией РСФСР ст. 4-й установлено: Свобода религиозной и антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.

Декрет ВЦИК от 23/I – 1918 г. ст. 3: Каждый гражданин может исповедовать любую религию или неисповедовать никакой.

В силу сказанного разрешение на созыв религиозных съездов или совещаний не может быть поставлено в зависимость от другой группы верующих, т.е. другого направления, или в зависимость от /л. 144/ их ходатайства или нежелания.

В данном случае Адм. Инспекция руководствуется только существующими на сей предмет узаконениями или распоряжениями.

5/X – 27 г.

 

Врио. Юрисконсульта Флоренсов. /л. 144 об./ [1].

 

ПОСЛАНИЯ АРХИЕПИСКОПА ТИМОФЕЯ (ЗАЙКОВА)

 

 

В Нар. Ком. Внут. Дел Ч.С.С.Р.

к сведению.

О.о. Протоиереям, иереям и церковно-приходским советам церквей

г. Чебоксар.

 

В январе месяце 1924 года духовенство г. Чебоксар письменно заявило о признании Священного Синода Православной Российской Церкви, как высшего органа оной, имея с ним общение через своего национального для Чуваш епископа Тимофея, подчиненного всецело его распоряжениям, по скольку они не затрагивают канонических православных устоев и национальных прав Чувашского Народа в интересах церковного единства.

Это письменное заявление городского духовенства засвидетельствовано своеручными подписями во главе протоиерея Введенского Собора А. Ардатского, игумена мужского монастыря Вассиана с иеромонахами и женского Владимирского монастыря игумении Варвары с монахинями в числе 15 человек.

Церковная разруха, которую произвел в Чувашской епархии ересиарх Герман Кокель с своими единомышленниками-авантюристами, служила поводом для городского духовенства с верующими отмежеваться от своих каноничных епархиальных и властию признанных законных архипастырей Тимофея и Даниила, вопреки 13 прав. Константинопольского двукратного Собора признав своим архипастырем чуждого Чувашской епархии епископа Афанасия Спасского.

Епископ Афанасий, бывший Чебоксарский, журнальным постановлением № 21, от 3 сентября 1923 г. за подписанным Патриархом Тихоном и Архиепископами Серафимом, Тихоном и Илларионом, перемещен на кафедру епископа Спасского, викария Казанской епархии, что видно из имеющейся в делах Чувашского Епархиального Управления копии, за подписанной /л. 154/ епископами Иоасафом и Афанасием от 3/16 октября 1923 года.

Епископ Афанасий, считавшийся православным, не подчинился воле своего Патриарха Тихона с его Синодом, и, с исчезновением Германа Кокель из пределов Чувашской епархии, вопреки 13 прав. Константинопольского двукратного собора, чем усилил смуту церковную с развитием сектантства так вредно отражающегося на мирную общественную жизнь Чувашского Народа в республике.

Епископ Афанасий для Чувашской епархии является самозванцем, тем более после заявления Сергия Митрополита Нижегородского Заместителя Патриаршего Местоблюстителя, в своем послании, которым он выразил полную лойяльность его в его церковно-общественной деятельности по отношению к советской власти (16/23 июня с/г), так как границы епархии должны совпадать с гражданским делением таковых (17-4 и 38-6 прав Вселен собор.).

Епископ Афанасий, своим вмешательством в дела чуждой ему Чувашской епархии, переходя границы своей епархии Казанской с целью эксплоатации скрывая о том, ясно обнаруживает свою нелойяльность к советской власти.

Кроме того епископ Афанасий своим сплошным нарушением церковных канонов и как отколовшийся от Вселенской Церкви – Восточных Патриархов, является для Чувашской епархии не православным, а раскольником, одинаково и все те, которые пошли за ним вопреки13 прав. Константинопольского двукратного Собора клирики и миряне Чувашской епархии.

Епископ Афанасий вопреки 65 прав. Карфагенского собора, принимая в свое общение чуждых клириков, вопреки 32 пр. св. Апостол запрещенных и отлученных /л. 154 об./ вопреки 68 прав. св. Апостол перерукоположенных, а с целью спекуляции В Чувашской Епархии награждая достойных и недостойных духовными наградами, посрамляет достоинство архипастыря на посмеяние церкви Христовой.

Православным клирикам и всем верующим Чувашской епархии необходимо знать, что все распоряжения раскольнического епископа Афанасия в чуждой ему Чувашской епархии на основании 13 пр. Антиохийского собора, не действительны и он за безчние свое и за безрассудное начинание понесет приличное наказание через немедленное извержение из своего чина Священным Собором.

И так, ревнуя о спасении пастырей с пасомыми г. Чебоксар, Чувашское Епархиальное Управление именем Господа Иисуса Христа умоляет всех вернуться в спасительное лоно единой Вселенской Православной Церкви, оставив гордыню, злословие, клевету, душегубныя сплетни и поспешить войти вновь в общение с Православным Священным Синодом и с своими Каноническими и законными Православными Архипастырями Тимофеем и Даниилом.

 

Председатель Чувашского Епархиального Управления Архиепископ Тимофей /л. 155/

 

 

Циркулярно

Оо. Благочинным, Пастырям,

и Церковно-приходским советам

Чувашское церквей Чувашской епархии

Областное Церковное

Управление

 

22 окт. 1927

№ 604

 

Во исполнение циркулярного распоряжения Священного синода Прав. Рос. Церкви от 30 сентября сего, 1927 года, за № 4527, Чувашское Епархиальное Управление сим сообщает для объявления по округу, что согласно постановлению Св. Синода от 23 сентября; по вопросу о восстановлении в священном сане священнослужителей, отрекшихся от Бога и снявших священный сан, таковые священнослужители навсегда лишаются права быть восстановленными в правах священному сану присвоенных и что ходатайства их и Епархиального Управления о восстановлении их в священном сане будут оставаться без удовлетворения.

 

Председатель Чув. Е. У. Архиепископ Тимофей.

За секретаря диакон А…..

 

 

Оо. Благочинным, Пастырям,

и Церковно-приходским советам

Чувашское церквей Чувашской епархии

Областное Церковное

Управление

 

22 окт. 1927

№ 605

 

Во исполнение циркулярного распоряжения Священного синода Рос. Прав. Церкви 27 сентября сего, 1927 года за № 4455 Чувашское Епархиальное Управление сим сообщает для объявления духовенству и приходским советам по округу, что II поместный собор будет созван осенью 1928 года с участием Восточных Патриархов.

 

Председатель Чув. Е. У. Архиепископ Тимофей.

За секретаря диакон А….. /л. 155 об./

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 3, Д. 48, Л. 144 – 147 об. 2. 3. Там же, Л. 154 – 155 об. 4.

ИЗ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЛ АРХИЕПИСКОПА ТИМОФЕЯ (ЗАЙКОВА)

 

Обвинительное заключение

о предании суду гр-на с. Большие Кошелеи Батыревского района Зайкова Тимофея по ст.ст. 17 и 59-2 ч. II УК <подстрекательство к массовым беспорядкам>

 

В феврале м-це 1930 года при раскулачивании кулацких хозяйств было раскулачено и хозяйство служителя культа Б. Кошелеевской церкви архиерея Зайкова Тимофея, в том, числе были конфискованы и 25 ульев, находящихся в подвале во дворе Зайкова. В тот же период была закрыта и Б. Кошелеевская церковь. В начале апреля месяца во время исправления перегибов при коллективизации и раскулачивании Б. Кошелеевская церковь была открыта. Пользуясь этим архиерей Зайков стал организовывать вокруг себя темную массу верующих, главным образом женщин, возбуждая среди них недовольство действиями местных органов власти и связывая эту работу со сбором средств на ремонт внутренности церкви.

В середине апреля м-ца после открытия Б. Кошелеевской церкви и когда в последней шел обряд говения, которое проводил Зайков, часов около 7 – 8 утра приехали во двор архиерея Зайкова колхозники из д. Дубовки на 8 – 9 подводах, чтобы увезти конфискованные пчелы его, согласно распоряжения РИКа. Находящиеся в церкви верующие, среди которых было большинство женщин, заметив подъехавших колхозников, … стали выбегать из церкви группами и толпа женщин, с шумом и криками, окружила колхозников, которые подкладывали на воз ульи Зайкова. … Колхозники вынуждены были уехать без ульев.

Когда 3 мая 1930 года во двор Зайкова прибыли представители колхоза и стали оформлять передачу имущества колхозу, собралась толпа женщин 60 человек, которые кричали, что имущество архиерея не отдадут. …

Зайков 45 лет состоит служителем культа, имел большой земельный участок, 400 ульев, держал 2-х батраков [1].

 

Из протокола допроса архиепископа Тимофея (Зайкова)

 

20 августа 1937 г.

 

ВОПРОС: В 1919 году организовывали ли Вы население против соввласти?

ОТВЕТ: Такого факта с моей стороны не было и виновным не признаю.

ВОПРОС: За что Вас арестовали и Вы сидели в тюрьме в Казани?

ОТВЕТ: Я тогда действительно сидел в тюрьме 4 месяца, но за что меня арестовали я не знаю.

ВОПРОС: Организовывали ли Вы в 1921 г., в с. Б. Кошелеях кулацкое восстание, где были убиты 7 чел. комсомольцев и коммунистов. Признаете Вы себя виновным?

ОТВЕТ: Виновным не признаю, восстания я не организовывал.

ВОПРОС: Если Вы восстание не организовывали почему допустили убийство у себя в дому 2-х комсомольцев?

ОТВЕТ: В моем дому действительно убили 2-х комсомольцев, расстреляли их, мне помнится Уханов и Знаменский, один из них был гр-н из д. Вутабоси, а Знаменский из Подлесных Чурачик, оказывать сопротивление означенным гражданам я не мог, они были вооружены.

ВОПРОС: Кто сообщил, что у Вас на квартире остановились комсомольцы?

ОТВЕТ: Не знаю кто о них сообщил восставшим [2].

 

Характеристика

на архиепископа Зайкова Тимофея Сергеевича

 

В 1919 году, когда Кошелеевский волисполком затребовал от него для отопления школ дрова, на почве непримиримости он местных кулаков и своих сторонников направил против местной власти (волисполкома и волвоенкомата). Собрал церковно-приходское собрание, взял под свое влияние бывших в то время в деревнях прод. отрядников, арестовали председателя волисполкома и волостного военного комиссара и отправили в город Цивильск. После этого дело было исправлено, а сам архиепископ, бывший в то время священник, Зайков Тимофей был со своими сторонниками Черновым Филиппом, Ермулкиным Николаем и др. направлен в Казанский губтрибунал. Через полгода он был освобожден, а потом начал борьбу за возвращение конфискованного имущества.

В 1921 году во время Кронштадского мятежа в начале марта, через своего верного послушника, бывшего в то время председателем Б. Кошелеевского сельсовета Хараськина Ивана Сергеевича и секретаря того же сельсовета Лукина Максима поднял всех кулаков и подкулачников на восстание против коммунистов и комсомольцев. Выбрали волостного старшину, писаря. Вынесли ряд постановлений об открытии базаров, о продолжении восстания и т.д. …

После этого архиепископ Зайков собирал несколько раз тайные подписки и этим он подтверждал, что в его приходе верующих находится большинство, что народ советской властью недоволен, но он, якобы, настраивает всех обновленцев поддержать советскую власть. «Это – говорит он – только тихоновцы идут против советской власти» [3].

 

Примечания

 

1. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп.2, Д. 1632, Л. 106 – 109. 2. 3. Там же, Оп. 3, Д. 3137, Л. 4. 4. 5. Там же, Оп. 3, Д. 3137, Л. 109 – 109 об. 6.

 

СЛЫШАТЬ И ПОНИМАТЬ

 

Советская Чувашия. – 1990. – 23 октября.

 

В последнее время повсеместно идут разговоры о родных языках. Вот и о чувашском языке заговорили.

Приходилось разное слышать. Как видно, в разговор вступают и люди науки, и люди без претензий на анализ: и чуваши, и заинтересованные представители других национальностей. Идет, чувствуется, заинтересованный разговор, который, подчас, переходит в в спор и, к сожалению, весьма пристрастный. Думается, не лишним был бы в этом хоре голосов и голос Церкви. Вопрос языка в проповеди Евангелия, что, собственно, и составляет сущность бытия Церкви – главный.

Да, проблема есть, но взаимными упреками, обвинениями в шовинизме да национализме ее не решить.

 

Как смотрит Церковь на проблему родного языка? Евангелие повествует об истории начала проповеди спасительных истин Христовых, когда в Святую Пятидесятницу, которую мы по обыкновению называем Троицей, святые апостолы получили первый дар Святого Духа – дар знания, умения говорить на языках народов, к которым они должны были идти проповедовать Евангелие. Так угодно было Господу: не народы наделить знанием еврейского языка, на котором Сам проповедовал, а учеников осенить благодатью нести Свои спасительные истины народам на их родных языках.

Таков завет Господа Церкви – проповедь Евангелия должна проводиться на родном языке. Но, как в наше время говорят, человеческий фактор, или просто греховность человеческая, мешает в полной мере исполнять этот завет. Если архиепископ Константинопольский Святый Иоанн Златоустый обращать в святую православную веру народ ставил их соплеменника, епископа из коренного населения Византийской империи для управления Церковью вновь крещенной России ставили исключительно греков. Не безболезненно прошло это стремление не уступать «варварам», то есть россам, не раз возникали трения между недопонявшими учения Христа россами и византийскими проповедниками.

Чуваши должны быть благодарны русскому народу. Говорю с позиции верующего, с позиции Церкви. Через русский народ к нам пришло Евангелие – благая весть о спасении всего человечества. Но не все гладко было и в просвещении чувашей, да и другие малочисленные народы, старший брат называл «инородцами», когда все мы от Адама и Евы, должны быть одного человеческого рода. Негры и папуасы для колонизаторов были «людьми земли» – туземцами. Пожалуй, само название «инородцы» провоцировало некоторых представителей русского народа свысока относиться к чувашам, что, к сожалению, просматривается в деятельности русскоязычного духовенства среди вновь просвещенного населения тех времен. Лишь в 1883 году Священный Синод Русской Православной Церкви разрешил совершать богослужения на родных языках «инородцев». Это более чем через 300 лет после взятия Казани, что считается началом распространения Евангелия в Казанском крае, в котором проживали чуваши. До этого произошли разные события, и радостные, и не столь, но факт остается фактом: сотни тысяч чувашей «ушли» в татары, то есть приняли ислам и татарский язык. Исследователи напрямую связывают этот факт с насильственной христианизацией чувашей, когда русские проповедники на русском языке возвещали Евангелие, а чуваши не могли, по слову апостола, произнести «аминь».

Мир не без добрых людей, были помнящие и исполняющие заповедь Святой Пятидесятницы русские – Господь не не хочет погибели Своего народа. Был русский из русских – Николай Иванович Ильминский, который «нашел» чуваша из чувашей Ивана Яковлевича Яковлева, вокруг которых собрались заинтересованные вопросом подвижники, и прекратился отток чувашей в татары. Засветился огонек Христовой лампады в душах язычествующего, а не то клонящегося в мусульманство народа, питающим маслом для этой лампады был родной чувашский язык. Об этом свидетельствуют исторические документы, да и опыт приходской жизни подтверждает.

Но не все Ильминские. За весь период распространения христианства на земле чувашской не было на епископской кафедре ее столицы епископа национальности коренного населения. Но беда, как было сказано, не в национальности, главное, если не ошибаюсь никто из них не владел языком, своих, как мы говорим, пасомых. На моей памяти архиепископ Николай имел обыкновение расспрашивать о названиях предметов, понятий на чувашском, архиепископ Вениамин просил переводить свои проповеди на чувашский, если видел, что в храме большинство чуваши – они проявляли какой-то интерес к языковому вопросу. Социологи утверждают, что в республике около 67 процентов чувашскоязычного населения, а в границах республики, можно думать, чувашскоязычных верующих около 80 процентов. Не странно ли, если пастырь не знает языка своих пасомых?

Вопрос родного языка, проект Закона о языках не могут не интересовать Церковь. Игнорирование данного вопроса, как можно было видеть, к добру не приведет. Народ жив в своем языке, нет языка – нет народа, чтобы не погиб народ, необходимо дать родному языку, как говорят, режим наибольшего благоприятствования. Видимо, в Законе это должно отразиться, но необходимо так же не давать возможности кому бы то ни было, прикрываясь Законом оскорблять другие национальности, то есть повторять ошибки тех, кто нас оскорблял. Слава Богу, чуваши волей или неволей уважительны к другим нациям и, как выразился один из поддержавших разговор на страницах газеты, «Карабаха не будет», но двусмыслицы в Законе, конечно же, не должно быть.

Закон о языках, насколько я понимаю, принимается не для пополнения Уголовного кодекса. «Уважать себя заставить» с помощью милиции невозможно. Любовь к ближнему, уважение к языку другого прививаются «от сосца матери», с раннего возраста – хорошо бы полнее выразить это в Законе. Конечно, нам приятно, когда наши дети что-нибудь завернут по-заморски (немецки-английски-французски), хотя многим это не пригодится никогда, а то, что язык соседа по парте, по дому, по улице становится объектом для насмешек, нас порой не затрагивает – разве это норма?

Порча невнимания, скажу больше, неуважения к языку того или иного народа проявляется и в Церкви. Государственный Закон о языках не может предписывать язык взаимоотношений в Церкви, да и какой еще больший закон нужен Церкви, когда само Евангелие узаконивает в Ней родной язык, но Церковь земная – земной организм, и потому ошибки Церкви земной могут учитываться Законом.

Община Воскресенского храма в Чебоксарах принимает решение ранние литургии проводить на русском языке, а поздние – на чувашском, что удобно и русскоязычному и чувашскому верующему населению, потому что в других храмах города ранние литургии совершаются на чувашском, поздние – на русском. Чуваши не всегда успевают к 6-ти часам, да и пение хора на ранних уступает пению на поздних.

Видели бы вы реакцию Управляющего Чубоксарско-Чувашской Епархией Архиепископа Варнавы, когда ему был предъявлен протокол собрания. Бумага полетела на пол, священнику проводившему собрание было заявлено, что на него будет подана жалоба патриарху, собрание объявлено (в пункте о языке богослужения) недействительным. А послали туда священника, хоть и чуваша, но который, как слышно, отказывается исполнять желание общины о языке богослужения. Так что же здесь имеем: вопрос языка или административный пыл?

На епархиальном Собрании я предлагал при архиерейском богослужении исполнять некоторые торжественные песнопения на чувашском языке, и мне было заявлено, что «пока я здесь, этого не будет». После того изменился или нет Его Высокопреосвященство? Сентябрьская реакция на протокол собрания не дает повода к оптимизму. Разве не первоочередная забота Архиерея чувашей перевод и издание Священного Писания и книг церковно-богослужебного и духовно-нравственного содержания на родном языке своих чад?

А вот «я не чуваш», – как говорит на подобные запросы Владыка, – это оправдание перед кем? Есть благоприятная возможность завершить перевод и издать Библию на чувашском языке: ЧОКЦ стремится исполнить Духовное Завещание просветителя чувашей Ивана Яковлевича Яковлева: завершить им начатое дело – перевод и издание Библии. Дело великое, потребуются затраты на 50 тысяч рублей – посильная сумма для всей Епархии, тем более сумма эта возвратная. Как же понимать Архиерея чувашей, отказывающегося участвовать в этом святом деле? Неужели приобрести и содержать пять легковых автомашин для своих собственных нужд, строить за сотни и сотни тысяч, извините, дворцы – средства находятся, а на Библию на нашем языке – нет? Можно не распродавать коллекцию машин и дворцы его же привечают – деньги найдутся без жертв со стороны Архиерея, необходимо лишь его заинтересованное организационное участие. Познавший язык и душу своих пасомых не сторонился бы столь насущной проблемы.

Вот какие вопросы существуют в Церкви по родному языку. Они в Ней совершенно надуманны, привносимые и потому незаконные, но тем не менее время от времени возникающие. Решаются они быстро и безболезненно, необходимо лишь обратиться к заповедям Господним. А заповедь любви к ближнему не противоречит благоразумию и верующих, и неверующих, и Закон о родном языке, содержащий такой принцип, был бы приемлем для всех народов нашей республики.

«Врачу, исцелися сам», – есть такое предостережение в Евангелии. Может, кто и подумает так в отношении данной статьи. Нельзя забывать, что члены Церкви суть члены общества: государства которое их окружает. Воспитание, полученное в детстве, дает о себе знать долго, а то и всю жизнь, занимай человек хоть министерское кресло, хоть епископскую кафедру.

Русификаторская же политика самодержавия поддерживалась официальной Церковью. Не была она в Церкви изжита полностью и после Октября 1917 года, а в действиях Архиепископа Варнавы просматривается явный, осознанный или нет, рецидив прошлого. Хочется надеяться, что Закон о языке не стал еще руководящим в повседневной деятельности.

Протоиерей Иоанн <Иванчин>.

P.S. Гонорар за статью прошу перечислить на счет Чувашского общественно-культурного центра для издания Библии на чувашском языке.

 

 

БИБЛИЯ НЕ ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ

Советская Чувашия. – 1990. – 27 октября.

 

 

Прочитал я статью протоиерея Иоанна «Слышать и понимать». Неприятный остаток остался на душе. Кажется, добрые мысли руководили автором статьи вначале, а закончил статью обвинениями в адрес архиепископа Варнавы. Из статьи ясно, что отец Иоанн, говоря о любви к ближнему, показал, что он сам этой заповедью не руководствуется в отношении к своему архипастырю.

В статье сказано, что община Воскресенского храма принимает решение… Нет, это не так было. Это решение личное отца Иоанна, высказанное им на собрании. И попробуйте ему возразить! Метод отца Иоанна прост: сказал и никаких возражений.

О Владыке Варнаве, так обычно называет его народ и интеллигенция Чебоксар, должен сказать, что его уважает все духовенство и верующие, как чуваши так и русские. Интересно, что отец Иоанн, автор статьи, ни разу не назвал этим словом нашего архиерея. Владыка Варнава любит народ, принимает всех без исключения, со всеми внимателен, отзывчив, терпелив. Со всем этим, особенно с последним, отец Иоанн, я думаю, согласен. Сколько хлопот он доставил Владыке.

Отец Иоанн, говоря о переводе Библии на чувашский язык, упрекает архиепископа Варнаву в том, что он препятствует переводу. Поймите, пожалуйста, Библия – это не художественное произведение, тем более для верующих, а книга, на которой утверждается христианское учение. И перевод ее вряд ли по силам каждому переводчику. Чтобы ее перевести, нужно жить ее духом, проникнутся ее содержанием, испытать на себе ее духовно-нравственную силу. Разве это по силам нашим литераторам-переводчикам, для коих как христианское учение, так и языческие обычаи стоят на одном уровне. Библию могут перевести ученые-верующие. Раньше этим делом занимались в монастырях и духовные учебные заведения.

Статья носит тенденциозный характер, и много в ней неточностей. У Владыки нет пяти машин. Всего три, и то с оговоркой. Из двух машин марки «Волга» одна непригодна к эксплуатации, а «Жигули» используются постоянно по бытовым нуждам епархии. Здание, построенное для проживания архиепископа, не его личное, а собственность епархии, и нисколько не производит впечатление дворца. Другое здание, что напротив собора, построено в том стиле, чтобы не нарушать гармонию с собором, и предназначено для нужд всех церквей Чувашии, число которых за последнее время увеличилось в два раза. И здесь нечему завидовать.

Должен еще добавить, что есть у нас и лица, которые утверждают, что архиепископ Варнава ущемляет священнослужителей из русских. И оба этих взгляда не соответствуют действительности.

Уважаемая редакция, если за чувашскую культуру будут ратовать такие, как упомянутый автор статьи, то вряд ли мы избежим Карабаха. Говорю вам с полной ответственностью за свои слова.

Аполлинарий Павлов,

протоиерей, народный депутат Чувашской АССР.

 

 

ИЗ СЛЕДСТВЕННОГО ДЕЛА ПО ОБВИНЕНИЮ ПАВЛОВА СЕМЕНА ПАВЛОВИЧА И ДР.

 

 

 

По следственному делу № 2519 [1].

 

«УТВЕРЖДАЮ»

МИНИСТР ГОСБЕЗОПАСНОСТИ ЧАССР

«27» марта 1952 г.

ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

по обвинению:

 

1/ ПАВЛОВА Семена Павловича,

2/ ИГНАТЬЕВОЙ Татьяны Игнатьевны,

3/ ИГНАТЬЕВОЙ Марии Игнатьевны,

4/ РЫБКИНОЙ Матрены Федотовны,

 

в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

Министерством Государственной Безопасности Чувашской АССР в декабре 1951 года и в январе 1952 года в городе Цивильске ЧАСОВ арестованы и привлечены к уголов¬ной ответственности участники антисоветской нелегальной церковно-монархической организации так называемой «истинно православные христиане единой святой апостольской церкви /ИПХАЦ/».

Следствием установлено

Арестованные по настоящему делу представляли руководящую и наиболее активную часть цивильской группы нелегальной церковно-монархической организации «ИПХАЦ».

Участники группы, руководствуясь контрреволюционными воззваниями и призывами бывшего патриарха ТИХОНА, под прикрытием непризнания легально действующей церкви, проводили активную антисоветскую деятельность:

вели широкую агитацию за непризнание Советской власти, агитацию против колхозов, против участия в общественно-политической жизни, против участия в проводимых мероприятиях ВКП/б/ и Советским правительством; распространяли среди единомышленников и населения рукописи, содержащие злобную антисоветскую клевету на Советский строй и руководителей ВКП/б/ и Советского государства; вели обработку в антисоветском направлении окружающих лиц и вербовали их в состав группы «ИПХАЦ».

Практическая антисоветская деятельность обвиняемых, привлеченных по настоящему делу, выражается в следующем:

ПАВЛОВ Семен Павлович, в прошлом иеромонах и настоятель церкви в селе Шутнерево, Октябрьского района Чувашской АССР, в 1930-1932 гг. являлся одним из руководителей контрреволюционной церковно-монархической организации под названием «союз православной церкви», действовавшей на территории Урмарского и соседних с ним районов Чувашской АССР. В марте месяце 1932 года в числе других участников организации он был арестован за антисоветскую деятельность и осужден к 3 годам ИТЛ. В мае месяце 1933 года бежал из места заключения и до 23 декабря 1951 года, т.е. до ареста, под именем странствующего иеромонаха – «отца ГУРИЯ» скрывался на территории Ленинградской, Московской, Горьковской областей, Башкирской, Татарской, Марийской и Чувашской АССР.

Перейдя на нелегальное положение, ПАВЛОВ возобновил антисоветскую деятельность, восстановил преступные связи с антисоветским церковно-монархическим подпольем так называемых «истинно православных христиан единой святой апостольской церкви» «ИПХАЦ», действующим на территории Чувашской АССР. Так, начиная с 1935 года, им была восстановлена связь с нелегалом ВАСИЛЬЕВЫМ М.В. – бывшим иеромонахом МИТРОФАНОМ, в 1951 году осужденным за открытое антисоветское выступление; монашкой БАТЕЕВой Е.А., осужденной в 1947 году за антисоветскую деятельность; монашками МАКСИМОВОй А. и ФЕДОТОВОЙ А., ранее репрессировавшимися за антисоветскую деятельность и другими. …

Впоследствии ПАВЛОВ, расширяя свои связи, насаждал на территории Чувашской АССР группы «ИПХАЦ», вовлекая в них своих бывших прихожан и руководил антисоветской деятельностью созданных им групп. В 1946 году в деревне Средние Кибечи, Шихазанского района, ЧАССР,ПАВЛОВ создал группу «ИПХАЦ» в составе бывших монашек МАКСИИОВОй А./умер-шей в 1947 г./, БАТЕЕВОй Е./осужденной в 1947 г.за антисоветскую деятельность/, КУЗНЕЦОВА Я./,выбывшего из деревни Ср. Кибечи /, МОЛЧАНОВОЙ А., ФЕДОРОВОЙ Ф. и других. ….

В 1949-1950 годах создал группу «ИПХАЦ» в г.Цивильске, в которую вошли ИГНАТЬЕВЫ Татьяна и Мария, РЫБКИНА М. /арестованные по настоящему делу /, МИХАЙЛОВА А., МАЙОРОВА А. ,ЕЛЕНА,АНАСТАСИЯ и другие. …

В 1951 году установил связь с участниками организации «ИПХАЦ», существовавшей в г. Чебоксарах, из числа которых ГУРЬЕВ В., ГУРЬЕВА М и другие в декабре месяце 1951 года арестованы за активную антисоветскую деятельность. …

В созданных и руководимых группах «ИПХАЦ» ПАВЛОВ под видом религиозной пропаганды призывал своих последователей:

 

к непризнанию Советской власти и саботажу проводимых ею мероприятий;

 

к отказу от вступления в колхозы, в профсоюзы и другие общественные организации;

 

не участвовать в общественно-политической жизни, не участвовать в выборах в Верховные и местные Советы депутатов трудящихся, к отказу от подписи под Воззваниями Всемирного Совета Мира;

 

к отречению от «мирской» жизни, к отказу от посещения кино, театров и других культурно-просветительных учреждений.

 

В этих же целях ПАВЛОВ среди своих единомышленников распространял антисоветские рукописи под названиями «Дивное видение протоиерея Иоанна Кронштадтского», «Святое письмо», содержащие злобную антисоветскую клевету на Советский строй и руководителей ВКП/б/ и Советского государства. …

Антисоветскую агитацию ПАВЛОВ проводил и среди населения. В 1946-1947 годах в дер. Средние Кибечи Шихазанского района, Чувашской АССР ПАВЛОВ в присутствии ПАВЛОВА А.П. и ПРОКОПЬЕВА Я.П. высказывал своё враждебное отношение к существующему строю, распространял клеветнические измышления о колхозах и возводил клевету на советскую действительность. …

В 1947 году в с. Бичурино, Октябрьского района ЧАССР при встрече с бывшим своим последователем ФЕДОРОВЫМ И.Ф., ныне колхозником, пытался вновь обрабатывать его в антисоветском направлении. …

Допрошенный на следствии в качестве обвиняемого ПАВЛОВ С.П. в предъявленном ему обвинении виновным себя признал, а также изобличается показаниями свидетелей ФЕДОРОВА И.Ф., ПАВЛОВА А.Л., ПРОКОПЬЕВА Я.П., ВАСИЛЬЕВА М.В., ФЕДОРОВА И.Ф., показаниями обвиняемых ИГНАТЬЕВОЙ Т.И., ИГНАТЬЕВОЙ М.И., РЫБКИНОЙ М.Ф. и очными ставками со свидетелями ФЕДОРОВЫМ И.Ф., ПРОКОПЬЕВЫМ Я.П.. И обвиняемыми РЫБКИНОЙ М.Ф., ИГНАТЬЕВОЙ М.И. и ИГНАТЬЕВОЙ Т.И.

ИГНАТЬЕВА Татьяна Игнатьевна, будучи связана с иеромонахом ПАВЛОВЫМ с 1930 года, как со стойким сторонником бывшего патриарха ТИХОНА, а впоследствии, как с одним из руководителей церковно-монархического подполья «ИПХАЦ», в 1950 году вступила в цивильскую группу «ИПХАЦ» и под руководством ПАВЛОВА проводила активную антисоветскую деятельность. …

В своей квартире организовывала нелегальные сборища участников группы, на которых наряду с выполнением религиозных обрядов велась антисоветская агитация, направленная, на почве враждебного отношения к Советской власти, к отказу от участия в проводимых мероприятиях партией и Советским правительством, а также читались и обсуждались антисоветские рукописи «Дивное видение» и «Святое письмо».

Являясь участницей группы «ИПХАЦ» ,ИГНАТЬЕВА Т.И. вербовала в состав названной группы окружающих её лиц. Так, в 1950 году в нелегальную группу «ИПХАЦ» вовлекла сестру – ИГНАТЬЕВУ М.И. С целью вербовки в эту группу в 1950-1951 годах обрабатывала в антисоветском направлении СЕРГЕЕВУ А.С. …

Следуя антисоветским установкам ПАВЛОВА, враждебно относилась к существующему строю, отказалась от всякого участия в проводимых ВКП/б/ и Советским правительством мероприятиях. …

Допрошенная на следствии в качестве обвиняемой ИГНАТЬЕВА Т.Н. виновной себя не признала, но в то же время показала, что она, как участница нелегальной, группы «ИПХАЦ» враждебно относится к Советской власти, к Советскому правительству и его руководителям, отказывалась от участия в проводимых партией и правительством мероприятиях; участвовала на сборищах группы «ИПХАЦ», на которых велась антисоветская агитация и читались антисоветские рукописи, вовлекла в группу «ИПХАЦ» свою сестру ИГНАТЬЕВУ М.И., также достаточно изобличается показаниями обвиняемых ИГНАТЬЕВОЙ М.И., РЫБКИНОЙ М.Ф., ПАВЛОВА С.П., показаниями свидетелей СЕРГЕЕВОЙ А.С., АЛЕКСАНДРОВОЙ У.А., МАЙОРОВОЙ А.А., БАГЛОВОЙ С.С., очными ставками с обвиняемыми ИГНАТЬЕВОЙ М.И., .ПАВЛОВЫМ С.П. и со свидетелями СЕРГЕЕВОЙ А.С. и АЛЕКСАНДРОВОЙ У.А.

ИГНАТЬЕВА Мария Игнатьевна, являясь с 1950 года участницей антисоветской подпольной церковно-монархической группы «ИПХАЦ», разделяя антисоветские установки руководителя группы нелегала ПАВЛОВА и участницы группы – своей сестры ИГНАТЬЕВОЙ Татьяны, враждебно относилась к Советской власти и уклонялась от участия в общественно-политической жизни. В знак полного подчинения наставлениям руководителя группы ПАВЛОВА демонстративно сожгла свой профсоюзный билет.

Предоставила под сборища участников группы свой дом, в котором также скрывала и руководителя этой группы нелегала ПАВЛОВА С.П.

Участвовала в нелегальных сборищах группы и читала среди участников антисоветские рукописи: «Дивное видение протоиерея Иоанна Кронштадтского» и «Святое письмо». …

ИГНАТЬЕВА виновной себя признала, также изобличается показаниями обвиняемых по настоящему делу ПАВЛОВА С.П., ИГНАТЬЕВОИ Т.И., РЫБКИНОЙ М.Ф. и очными ставками с ними.

РЫБКИНА Матрена Федотовна, установив в 1949 году через бывшую монашку ФЕДОТОВУ Анастасию связь с нелегалом ПАВЛОВЫМ, в 1950 году, вместе с ИГНАТЬЕВОЙ Т. и ИГНАТЬЕВОЙ М., вступила в созданную им антисоветскую подпольную церковно-монархическую группу «ИПХАЦ» как участница названной группы «ИПХАЦ» до дня ареста проводила активную антисоветскую деятельность. Вместе с другими участниками группы принимала участие в проводимых нелегальных сборищах, где наряду с отправлением религиозных обрядов велась агитация за непризнание Советской власти и за отказ от участия в проводимых ею мероприятиях. Среди своего окружения распространяла антисоветское «святое письмо» и читала антисоветскую рукопись «Дивное видение...». …

Проводила вербовку окружающих её лиц в состав антисоветской нелегальной группы «ИПХАЦ». Так была завербована ею воспитанница Цивильского Детдома несовершеннолетняя МАЙОРОВА А., которая под влиянием РЫБКИНОЙ бросила учёбу в Библиотечном техникуме и ушла из Детдома. …

Допрошенная на следствии в качестве обвиняемой РЫБКИНА виновной себя признала, а также изобличается показаниями обвиняемых ПАВЛОВА С.П., ИГНАТЬЕВОЙ Т.И., ИГНАТЬЕВОЙ М.И., свидетелей МАЙОРОВОЙ А.А., ЕВДОКИМОВОЙ Т.И. и очными ставками с обвиняемыми ИГНАТЬЕВОЙ М.И. и ПАВЛОВЫМ С.П.

 

МАТЕРИАЛАМ ДЕЛА ОБВИНЯЮТСЯ:

 

1. ПАВЛОВ Семён Павлович 1906 года рождения, уроженец дер. Средние Кибечи, Шихазанского района, ЧАССР, до ареста находился на нелегальном положении, беспартийный, чуваш, гр-н СССР, с низшим образованием, одинокий, из крестьян, судим в 1932 году по ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР к 3 годам лишения свободы и в 1946 году по ст.82 ч.1 к 3 годам лишения свободы, в том, что он. бежав в 1933 году из ИТЛ, перешел на нелегальное положение, восстановил прежние связи с церковно-монархическим подпольем «ИПХАЦ» и возобновил антисоветскую деятельность: насаждал на территории Чувашской АССР антисоветские нелегальные группы «ИПХАЦ» и руководил их антисоветской деятельностью; призывал своих последователей не признавать Советскую власть, отказываться от вступления в колхозы, от участия в общественно-политической жизни, в этих же целях распространял антисоветские рукописи «Дивное видение...» и «святое письмо», т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

2. ИГНАТЬЕВА Татьяна Игнатьевна 1911 г.р., уроженка дер. Ойкасы, Чурачикского района ЧАССР, до ареста проживала в г. Цивильске, беспартийная, чувашка, гр-ка СССР, с низшим образованием, одинокая, из крестьян, ранее не судилась, в том, что она, зная ПАВЛОВА, как одного из активных участников церковно-монархического подполья «ИПХАЦ», в 1950 году вступила в созданную им группу «ИПХАЦ» и в составе группы проводила активную антисоветскую деятельность: организовывала нелегальные сборища участников группы, на которых велась широкая агитация за непризнание Советской власти и за отказ от всякого участия в проводимых ВКП/б/ и Советским правительством мероприятиях, а также обсуждались антисоветские рукописи; вовлекла в группу ИГНАТЬЕВУ М. и, с целью вербовки, обрабатывала в антисоветском направлении СЕРГЕЕВУ А., т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

3. ИГНАТЬЕВА Мария Игнатьевна.1924 г.р. уроженка дер. Ойкасы, Чурачикского района ЧАССР, до ареста проживала в гор. Цивильске, беспартийная, чувашка, гр-ка СССР, со средним медицинским образованием, медицинская сестра, одинокая, из крестьян, ранее не судилась, в том, что она, вступив в 1950 году в группу «ИПХАЦ» враждебно относилась к Советской власти, уклонялась от участия в общественно-политической жизни; участвуя в проводимых нелегальных сборищах группы, читала участникам антисоветские рукописи; предоставила свой дом под сборища группы, в котором также скрывала я руководителя группы нелегала ПАВЛОВА, т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

4. РЫБКИНА Матрена Федотовна,1922 года рождения, урож. дер. Вурманкасы, Октябрьского района ЧАССР, до ареста без определенных занятий и местожительства, беспартийная, чувашка, гр-ка СССР, со средим медицинским образованием, из крестьян, не судилась, в том, что она, вступив в 1950 году, вместе с ИГНАТЬЕВЫМИ Татьяной и Марией, в созданную и руководимую нелегалом ПАВЛОВЫМ антисоветскую группу «ИПХАЦ», вместе с ними участвовала в нелегальных сборищах группы; распространяла среди своих единомышленников антисоветские рукописи и вербовала в состав группы «ИПХАЦ» новых участников, т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

Руководствуясь ст. 208 УПК РСФСР, следственное дело № 2519 по обвинению ПАВЛОВА Семена Павловича, ИГНАТЬЕВОЙ Татьяны Игнатьевны, ИГНАТЬЕВОЙ Марии Игнатьевны и РЫБКИНОЙ Матрены Федотовны по ст.ст. 58-10 ч,2 к 58-И УК РСФСР направить Прокурору Чувашской АССР для передачи по подсудности.

 

Начальник отделения Следотдела МГБ ЧАССР.

 

«СОГЛАСЕН»

Зам. Начальника Следотдела МГБ ЧАССР.

 

 

 

Примечания

 

1. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3117, Л. 211 – 220.

 

 

 

 

 

 

 

 

ИЛЛЮСТРАЦИИ

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 
 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова



Пружины из нержавеющей стали

Ассортимент продукции из нержавеющей и быстрорежущей стали

ekb-spring.ru

Берман А. Страницы истории православия в Чувашии в ХХ веке. Чебоксары, 2009. 132 с. 134 с.
Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Андрей Берман

СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ ПРАВОСЛАВИЯ В ЧУВАШИИ В ХХ ВЕКЕ

К оглавлению

ВВЕДЕНИЕ

Данная работа посвящена двум моментам в новейшей истории православной Церкви в Чувашии – движению за национальную чувашскую церковь и деятельности церковной оппозиции, противостоявшей линии патриаршего местоблюстителя, митрополита Сергия (Страгородского). Два этих момента драматической церковной борьбы, освещенные в предлагаемой работе, при том, что ее фигуранты были непримиримыми оппонентами, представляют собой развитие возникшего еще до революции движения национального духовенства за создание чувашской епархии с епископом-чувашом во главе.

Актуальность данной работы определяется, прежде всего, той ролью, какую играет религия в современном российском обществе и ростом национального самосознания малых народностей России после падения коммунистической идеологии.

В общих чертах история православной церкви на территории Чувашии в XX столетии описана в монографии известного чувашского этнографа П.В. Денисова «Религия и атеизм чувашского народа» [1]. Автор монографии, изданной в 1972 г., в тот период строго придерживался идеологических позиций воинствующего атеизма, книга изобилует разного рода инвективами, что ставит монографию в разряд не столько научной, сколько идеологической литературы. Тем не менее, в рамках поставленной задачи, описать более-менее значительные вехи истории религии в Чувашии в XX в., автор достаточно квалифицированно осветил основные этапы возникновения чувашского обновленчества, автокефалии и церковной оппозиции, выявил связь чувашского автокефализма и истинно-православного движения. Однако для П.В. Денисова такая связь оказывается не более чем курьезом, подтверждающим общий тезис советских атеистов о реакционной сущности религии, задача детально разобраться в сложных перипетиях идейной борьбы в тогдашнем чувашском православии автором не ставилась. Несомненной заслугой П.В. Денисова является введение в научный оборот ряда документов из Центрального государственного архива ЧАССР (ныне Государственный исторический архив ЧР), Партийного архива Чувашского обкома КПСС (ныне Государственный архив современной истории ЧР), однако ряд документов, прежде всего советских репрессивных органов в то время для исследователей был недоступен. Это особенно важно, т.к. во многих случаях документы НКВД являются первичными источниками, на основе которых составлялись информационные сводки для партийных органов, материалы которых отложились в фондах партийного архива. Исследование П.В. Денисова легло в основу для последующих публикаций на церковно-исторические темы, из которых особо отметим справочник известного чувашского исследователя религии Л.Ю. Браславского [2]. Отдельные моменты становления истинно-православного движения с позиций воинствующего атеизма рассматривались так же в работе Г.Е. Кудряшова «Динамика полисинкретической религиозности» [3]. В целом попытка осветить историю истинно-православного движения в Чувашии была предпринята Л.Ю. Браславским [4].

В последнее время было опубликовано несколько работ посвященных истории православия в Чувашии в XX в., из которых особо следует отметить статью Ф.Н. Козлова посвященную чувашской автокефалии [5], а так же работы И.Н. Ильина [6] и П.П. Таллерова [7].

Целью настоящей работы является изучение истории православия в Чувашии в контексте чувашского национального движения, а так же изучение становления церковной оппозиции как следствия крушения надежд на создание национальной чувашской церкви.

Источниковой базой для данной работы послужили фонды Государственного исторического архива Чувашской Республики, прежде всего документы органов ОГПУ – НКВД – МГБ, на основании которых в дальнейшем составлялись справки и экстракты для партийных и советских органов, осуществлявших религиозную политику на территории ЧАССР.

Примечания

 

 

1. Денисов П.В. Религия и атеизм чувашского народа. – Чебоксары: Чувашское кн. изд-во, 1972. 2. 3. Браславский Л.Ю. Православные храмы Чувашии. – Чебоксары: Чувашское кн. изд-во, 1995. 4. 5. Кудряшов Г.Е. Динамика полисинкретической религиозности – Чебоксары: Чувашкнигоиздат, 1974. 6. 7. Браславский Л.Ю. Старообрядчество и христианское сектантство в Чувашии – Чебоксары: Чувашское кн. изд-во, 1983. – С. 82 – 94. 8. 9. Козлов Ф.Н. «Прошу принять на регистрацию…» Из истории церковного раскола в Чувашии // Исторический архив. – 2008. – №6. – С. 50 – 59. 10. 11. Ильин И.Н. К истории церквей и приходов V-го благочинного округа Чебоксарско-Чувашской Епархии (к 10-летию округа). – Чебоксары, 2004. 12. 13. Таллеров П.П. Православные храмы Комсомольского района. – Чебоксары, 2004. 14. ДВИЖЕНИЕ ЗА НАЦИОНАЛЬНУЮ ЦЕРКОВЬ В ЧУВАШИИ

 

ЧУВАШСКОЕ ОБНОВЛЕНЧЕСТВО

Важное место в истории движения за чувашскую национальную церковь занимает чувашское обновленчество.

Чувашский край оказался в составе России в ходе казанских походов Ивана Грозного в XVI в. Христианизация чувашского народа протекала достаточно сложно, с одной стороны, чуваши были сильно привержены языческим верованиям, а с другой – испытывали мусульманское влияние со стороны казанских татар. Задачи христианизации требовали от руководства Русской Церкви особых подходов в деле просвещения чувашей, для чего в разное время создавались особые учреждения: новокрещенская контора, миссионерские общества и т.д. Более успешным процесс христианизации стал во II пол. XX в., после введения т.н. «системы Ильминского» основанной на подготовке образованных кадров священнослужителей из коренных народов Поволжья и переводе богослужения на родные языки. К началу XX в. в Чувашском крае уже имелась довольно значительная прослойка чувашского духовенства и национальной интеллигенции. Духовное сословие в России в XVIII – XIX вв. представляло собой замкнутую касту, доступ в которую выходцев из других сословий был сопряжен с определенными трудностями, в т.ч. и экономического характера, т.к. материальное обеспечение духовенства строилось на средневековом принципе «кормлений» и церковный приход нередко переходил по наследству в многочисленных священнических семействах. Поэтому, не смотря на успех миссионерского дела, чувашское духовенство, в определенной мере, чувствовало неприязнь со стороны некоторых представителей русского духовенства, которое рассматривало чувашских священников как нежелательных конкурентов в борьбе за доходные приходы. Как вспоминал деятель чувашского просвещения и будущий обновленческий епископ Даниил (Филимонов): «Когда я поступал в священники, в Казанской духовной консистории, один священник сказал мне: «куда вы, чуваши, лезете? Вы отнимаете хлеб у наших детей». По словам епископа Даниила: «Господствующее положение русского духовенства в чувашских уездах устанавливалось историческим путем и поддерживалось следующими условиями: 1) это духовенство пользовалось полным покровительством и содействием государственной власти. 2) Оно представляло из себя очень крепко сплоченную, обособленную от окружающей среды группу, которая прочно спаяна единомыслием профессиональным положением, сословными предрассудками, родственными и школьными связями. Начиная с сельской просфорни и кончая епархиальными архиереями, – все они проникнуты были одним духом гордости и господства над крещенным чувашами, как побежденными инородцами, коих они в душе презирали, хотя при глазах и называли их «Василий Иванович», «Петр Петрович», но за глазами «Васька и Петька» или просто «чувашишки» 3) Живя с малых лет среди чуваш, это духовенство великолепно знало психологию чувашского народа, мастерски умело обходиться с ним и устраивало свое материальное благополучие как ему угодно и 4) Оно вцепилось в православную чувашскую массу, так глубоко прочно, как клещ впивается в человеческое тело. Оторвать его от насиженного места было также трудно, как оторвать например, немецких баронов от Прибалтийского края. Были, конечно, здесь и весьма хорошие, светлые личности, настоящие пастыри христовы, которые относились к чувашам по братски, но, составляли исключение и встречались так же редко, как оазисы в пустыне Сахара» [1].

Такое положение не устраивало представителей чувашского духовенства и в начале XX в. начинают раздаваться голоса за создание особой чувашской церковной структуры. По словам епископа Даниила: «Мысль иметь особую чувашскую епископию с национальным епископом в Приволжском крае первый раз выражена была среди инородческих священников и учителей Самарской епархии еще на инородческом миссионерском съезде, происходящем в селе Шонталы Бугульминского уезда 28 и 29 июля 1909 года. Так как тогдашнее правительство очень боялось развития среди инородцев сепаратизма, шовинизма и всяких других измов, то вопрос это не был допущен к обсуждению на съезде, тем более, что в то время епископы и духовенство русское действовали за одно с мирским правительством. Не только инородца поставить во епископы, но весьма трудно было провести его и в сельские священники» [2]. После Февральской революции создались объективные условия для осуществления этих замыслов. В мае 1917 г., на I-м общем собрании представителей мелких народов Поволжья было предложено учредить особый Казанский митрополичий округ, а митрополитом избрать известного миссионера, епископа Андрея (Ухтомского). Всеобщий Чувашский съезд представителей от духовенства, мирян, военных, учителей, происходивший в Казани в августе 1917 г. утвердил 2-х кандидатов во епископа чувашского: протоиереев К.П. Прокопьева и Д.Ф. Филимонова. Предполагалось, что Прокопьев будет епископом Цивильским, а Филимонов – Ядринским [3]. Вопрос о чувашском епископе широко обсуждался и в национальной прессе. Так в январе 1918 г. диакон Т. Коновалов, в статье «Неотложные дела чувашского народа» писал: «если у нас будет свой архиерей, то он будет более заботиться о чувашах и прикажет проводить церковные богослужения на чувашском языке» [4]. На Всероссийском поместном церковном соборе 1917-18 гг., епископ уфимский Андрей (Ухтомский) и кандидат богословия – чуваш Г.И. Комиссаров хлопотали об учреждении чувашской епархии, но встретили отрицательную реакцию со стороны Патриарха Тихона. Принимал активное участие в учреждении национального епископа и чувашский просветитель И.Я. Яковлев. По словам епископа Даниила: «В марте м-це 1919 года известный деятель по просвещению чуваш И.Я. Яковлев представил патриарху Тихону подробный доклад и необходимости назначить для чуваш особого епископа с целью поддержания и укрепления веры и благочестия в народе, при чем он имел ввиду чуваш 5 уездов Казанской губернии и 3-х уездов Симбирской губ., где чуваши живут сплошною однородною массою в 59 волостях в количестве 1725 семей, всего около миллиона душ» [5]. 1(14) ноября 1919 г. Священный Синод и Высший Церковный Совет заслушали доклад проф. П.Д. Лапина, подготовленный по записке И.Я. Яковлева. В своем докладе Лапин сообщал: «по мысли И.Я. Яковлева, духовному водительству чувашского самостоятельного епископа должны быть подчинены все чуваши, живущие в разных губерниях Казанской, Симбирской, Самарской, Уфимской, Саратовской и других. Но для принятия и осуществления этого пожелания встречаются большие теоретические и практические затруднения. Главное затруднение заключается в том, что чувашское население на той территории, которую имеет ввиду И.Я. Яковлев, не живут какою-либо сплошною массою; между чувашскими селениями нередко встречаются селения русские, татарские, черемисские и проч. Затем сплошь и рядом встречаются смешанные селения, в которых чуваши составляют далеко не всегда преобладающий элемент. Все это можно находить даже в Казанской губернии, где чуваш более чем в других губерниях. Если дело с распределением чуваш на территории обстоит так, то представляется неясным, каким образом чувашскому самостоятельному архиерею может быть предоставлена власть над всеми чувашами. Ведь если принять и осуществить пожелание И.Я. Яковлева, то придется на территории одного и того же уезда, города или даже более мелкого района допустить существование власти двух самостоятельных епископов: одного, который ведал бы духовное попечение о чувашах, а другого – под духовною юрисдикциею которого находились бы города и приходы нечувашской национальности. Но это допущение явилось бы совершенно противоречащим канонам. По основному каноническому принципу (…) двух самостоятельных епископов на одной и той же территории быть не должно. (…) Кроме недопустимости пожелания И.Я. Яковлева с канонической точки зрения, этому пожеланию нужно всемерно противиться и в силу соображений практического характера. Ведь осуществление этого пожелания на практике привело бы к нежелательному в истории христианской церкви разъединению не только в пределах уездов, городов, селений со смешанным населением, но даже в пределах семей, часть членов которых чуваши, часть – русские или других национальностей. Одни тяготели и и признавали бы епископа чувашского, а другие считали бы себя находящимися под юрисдикцией не чувашского епископа [6]. Ходатайство И.Я. Яковлева было оставлено без удовлетворения.

Получив отказ, И.Я. Яковлев в марте м-це 1920 г. написал патриарху Тихону другой доклад, в котором, указывая патриарху Тихону толкования 8 прав. 1 Вселенского собора, писал, между прочим, следующее: «Беру на себя смелость и дерзновение утверждать, что осуществление проэкта об образовании чувашской епархии на сколько не заключало бы в себе опасности в смысле нанесения ущерба вековечным принципам церкви, выраженным канонически-юридически, постановлениях и определениях, но напротив оно находилось бы в полном и глубоком согласии с духом божественной правды и любви, с заветом и методом Господа нашего Иисуса Христа. Спаситель наш в деле устроения царства Божия на земле никогда не шел вопреки естественному течению вещей, уничтожая и предавая полному забвению все частное, местное и исключительное, как-то многоразличные особенности и разности страны, рас, наречий и наименований, воспитаний форм и обстоятельств, но всегда опираясь на них, как на богом данные посредства и приготовления и, в них и чрез них пробуждая и развивая присущия людям духовные силы, поднимал и возвышал их до братского единения их в духе веры и любви» [7].

Не встретив понимания у Патриарха Тихона и Поместного собора, сторонники образования чувашской епархии примкнули к обновленческому движению, тем более что появились условия для создания отдельной чувашской епархии – 24 июня 1920 г. был принят декрет об образовании Чувашской автономной области в составе РСФСР. 29 мая 1922 г. организационно оформился обновленческий раскол Российской Церкви, и уже летом 1922 г. в Чувашии появляются сторонники обновленчества. Газета «Чувашский край» в тот период отмечала что «под флагом борьбы с Тихоном чувашское духовенство думает организоваться по национальному признаку. Идут разговоры о чувашской «епархии» и даже о «чувашской автокефальной церкви» [8]. На первых порах чувашские обновленцы, пытавшиеся проводить в жизнь программу реформирования Церкви (переход на новый стиль) столкнулись с непониманием, особенно среди пожилых прихожан. На собраниях духовенства и мирян, состоявшихся в Батыревском уезде в марте 1923 г. подавляющее большинство духовенства отказалось примкнуть к обновленчеству и осталось на староцерковных позициях. В г. Ядрине духовенство стало пользоваться и старым и новым стилем: для того, чтобы отличить даты церковных праздников по старому и по новому стилю для каждого календаря установили особый колокольный звон [9].

Не смотря на противодействие «тихоновцев» и благодаря поддержке властей в 1923 г. обновленцы уже контролировали больше половины приходов в Чувашской автономной области. В 1923 г. чувашские священники-обновленцы добились в обновленческом Высшем Церковном Управлении (ВЦУ) создания Чувашского областного епархиального управления. 5 мая 1923 г. по решению ВЦУ был рукоположен в епископа Цивильского и Чувашского вдовый священник с. Большие Кошелеи, Батыревского уезда, Виктор Сергеевич Зайков, принявший в монашестве имя Тимофей. В 1924 г. епископ Тимофей был возведен в сан архиепископа.

Архиепископ Тимофей родился в 9 января 1859 г. в с. Тюрлеме уезда [10]. После окончания Симбирской чувашской учительской семинарии служил учителем. В августе 1885 г. рукоположен в сан священника, с 1914 г. был окружным миссионером. В 1920 г. священник Зайков овдовел. Отношения с советской властью у Зайкова, на первых порах, были достаточно сложными. В 1919 г., когда Кошелеевский волостной исполком попытался реквизировать у него дрова, для отопления школы, он организовал в селе акции протеста, причем, поддержавшие Зайкова бойцы продотряда арестовали председателя волисполкома и военного комиссара. В результате Зайков попал под трибунал и полгода провел в заключении, в Казани. В марте 1921 г., во время Кронштадского восстания принимал активное участие в вооруженном восстании крестьян с. Б. Кошелей против политики военного коммунизма, председатель местного сельсовета находился под полным влиянием Зайкова. Во время восстания доме Зайкова были расстреляны семеро комсомольцев [11].

С началом НЭПа отношение Зайкова к новой власти начинает меняться. Будучи правящим епископом Чувашской епархии Зайков старается установить самые тесные отношения с государственными органами, пытается вовлечь власть к участию во внутрицерковных конфликтах. В своих циркулярах архиепископ Тимофей всячески демонстрирует свою лояльность советской власти, старается подчеркнуть, национальный характер созданной Чувашской автономии, которая, по мнению Зайкова, должна поддерживать национальную чувашскую церковь: «Чувашская епархия, как самостоятельная с национальным епископатом открыта не без содействия местной гражданской власти (…) потому Чувашское Епархиальное Управление смело надеется на свою национальную гражданскую власть», писал архиепископ Тимофей в 1927 г. [12]. Вообще, в документах обновленческого Чувашского областного епархиального управления прослеживается тенденция отождествлять Чувашскую автономную область и церковное управление: постоянным словосочетанием становится название «Чувашская область-епархия» [13].

К началу 1924 г. руководству Чувашской епархии удается, в основном, преодолеть трудности начального периода. В январе месяце 1924 года духовенство г. Чебоксар, полностью русское, письменно заявило о признании обновленческого Священного Синода Православной Российской Церкви, как высшего церковного органа, и архиепископа Тимофея, как своего правящего архиерея, «поскольку они не затрагивают канонических православных устоев и национальных прав Чувашского Народа в интересах церковного единства». Это заявление от имени городского духовенства было подписано протоиереем Введенского собора А. Ардатским, игуменом мужского монастыря Вассианом с иеромонахами и игуменьей женского Владимирского монастыря Варварой с монахинями в числе 15 человек [14]. Скорее всего, аргументом для признания обновленческой церковной власти послужило признание Синода восточными патриархами.

19 января 1924 г., по указу обновленческого Синода, был рукоположен во епископа Чебоксарского, викария Чувашской епархии, вдовый протоиерей Даниил Филимонович Филимонов, известный деятель чувашского просвещения [15]. Видимо, чебоксарское духовенство встретило викария не слишком тепло, подчинение епархиальной власти городского духовенства было достаточно формальным и, похоже, что ограничивалось лишь поминовением церковных властей за службой, не более. 28 октября 1924 г. епископ Даниил обратился в облисполком Чувашской автономной области с просьбой: «Долгом считаю настоящим заявить Облисполкому, что в г. Чебоксарах и ближайших к нему селениях проживает несколько сот верующих чуваш-христиан, которые совершенно лишены возможности удовлетворять свои религиозные потребности на родном языке, потому, что в чебоксарских церквах богослужения и требоисправления совершаются только на славянском языке – церковные причты здесь все русские, не обладающие знанием чувашского языка. Настоит неотложная нужда организовать здесь чувашское христианское религиозное общество и передать сему обществу в бесплатное пользование одну из многих церквей г. Чебоксар с необходимыми богослужебными предметами, с тем, чтобы это общество находилось под непосредственным руководством епископа Чебоксарского, богослужения отправлялись и поучения произносились на чувашском языке, епископ, пресвитер и диакон определялись сюда обязательно из лиц чувашского происхождения.

Заявляя о вышеозначенном прошу облисполком: 1) разрешить мне организовать в г. Чебоксарах Чувашское христианское религиозное общество и 2) передать этому обществу в пользование одну из церквей Чебоксар с культовым имуществом. Я с своей стороны, усердно просил бы облисполком передать проектируемому Чувашскому религиозному обществу теплый храм Чебоксарского мужского монастыря, построенный в честь Толгской иконы Божией Матери, со всеми богослужебными предметами и колокольней» [16]. Городская советская власть, политической задачей которой являлась отнюдь не забота о христианском просвещении народа, а борьба с религией, отнеслась к письму епископа Даниила прохладно. Резолюция, наложенная на заявлении, гласила: «За неимением свободных помещений отклонить» [17].

4—5 марта 1924 г. с. Шихазанах, Цивильского уезда, состоялся съезд духовенства и мирян Чувашской автономной области. Первым пунктом повестки дня съезда значилось «изыскание мер по борьбе с тихоновцами». На съезде наметился раскол, по поводу образования самостоятельной «чувашской национальной церкви». Против нее выступил даже идеолог обновленчества в Поволжье, член Казанского епархиального управления священник Е. Сосунцов, делегат Всероссийского поместного собора 1923 г. он категорически возражал против изменения дореволюционной системы управления православной церковью в Поволжье, заявив на съезде, что чувашские приходы по-прежнему должны находиться в составе Казанской епархии. Однако, несмотря на противодействие консерваторов, съезд в основном поддержал деятелей обновленческого движения и признал образование епископата в Чувашской автономной области. Так, профессор Н. В. Никольский, приглашенный на съезд в качестве специалиста по чувашской религии, в своей лекции «Исторические предпосылки возможности самостоятельного епископата в Чувашской области», заявил, что сам Бог дал чувашам возможность заиметь свою епархию с кафедрой епископа. Съезд так же обсудил вопрос содержания епископата, выделив на его нужды 2280 пудов хлеба, которые предполагалось собрать с верующих [18].

Большой проблемой для чувашской епархии стала деятельность епископов-староцерковников, особенно викария Казанской епархии епископа Афанасия и рукоположенного в 1924 г. во епископа Ибресинского Германа (Кокеля). Тема противодействия староцерковникам красной нитью проходит практически во всех документах обновленческого епархиального управления.

Обновленческий архиепископ Тимофей старался всячески осложнять жизнь епископу Герману, пользуясь своим влиянием в советских органах. 20 апреля 1925 г. епископ Герман обратился в административный отдел Чувашского облисполкома: «24 января с/г в адмотд. Облисполкома я зарегистрирован как «управляющий всеми православными церквами А.Ч.О. <Автономной чувашской области – А. Б.>, каковым я назначен святейшим патриархом Тихоном временно. Кроме того, я состою викарным епископом Симбирской (Ульяновской) епархии для всех православных церквей с чувашским населением Ульяновской губернии. На все это у меня документы от патриарха Тихона есть. Между тем, обновленческий епископ Тимофей получил в адмотд. Облисполкома неточную справку, где сказано, что я «причислен к Ибресинской церкви, а о том, что я состою управляющим всеми православными церквами А.Ч.О. – ни слова. На основании этой справки О.Г.П.У. 4 марта с/г потребовало от меня подписку о невыезде их с. Ибреси. Многие приходы просят меня посетить церкви для совершения церковной службы, но местный уполномоченный О.Г.П.У. не разрешает.

Почему прошу выслать О.Г.П.У. такую справку с регистрационной карточкой о том, что я состою «управляющим приходами А.Ч.О. для аннулирования данной мною подписки о невыезде из гор. Ибреси, так как и юридически, на основании документов патриарха Тихона, я управляю всеми церквами А.Ч.О., а фактически – 200 церквей подчиняются мне как православному епископу. А раскольнический Синод, для нас, православных, только пустой звук» [19]. Епископ Герман, как и чувашские обновленцы, старался всячески подчеркнуть чувашский характер своей епархии, пытался апеллировать к обязанности чувашских советских властей помогать чувашской церкви, причем именно свою группу он считал достойной такой помощи. Столкнувшись с отказом чувашских властей регистрировать созданный им «Союз приходов православной церкви» епископ Герман писал: «чувашская власть, ко мне, к чувашину, относится не совсем справедливо; чуваш. недруг – Бенедиктов – русский, беспрепятственно получил регистрацию; а мне – чувашину, признанному почти 200 приходов – нет выхода. Все инсинуации обновленцев – бессильны идти против правоты православия: правда всем видна, чуваши – культурно <хоть – А.Б.> и отсталый народ, но в духовном отношении наравне с русскими – если не превосходят их.

Удивительно – нам православным чувашам не везет: при царе – обрусительной системой угнетали, а ныне (…) о своей вере и не думай и при чувашской власти» [20]. «Думаю, что чувашская власть не будет смотреть на меня, чувашина, глазами русских и видеть во мне контр-революционера, что, конечно, полный абсурд, ибо не имеющий ни кола ни двора, не имевший ничего и раньше, до революции – не может быть заинтересован в сохранении б. <буржуазного – А.Б.> строя, тем более, что мы, чуваши, были ранее отделяемы от культурных народов» [21].

Не смотря на противодействие властей, староцерковники пользовались в Чувашской Республике гораздо большей поддержкой верующих, чем обновленцы. Согласно статистическим сведениям НКВД на январь-март 1925 г. староцерковники имели 159 приходов и располагали 161 зданием, в то время как за обновленцами пошло только 63 прихода. Причем в руках староцерковников в г. Чебоксарах оказались Вознесенская, Крестовоздвиженская, Спасо-кладбищенская церкви, Никольский собор и Троицкий монастырь. У обновленцев – Воскресенская, Покровская, Успенская, Благовещенская, Христорождественская, Михаило-Архангельская церкви, Введенский собор, и Владимирская женская община [22].

Между тем и деятельность епископа Германа отнюдь не всегда находила понимание среди верующих. Так, в мае 1925 г. епископ Герман попытался сместить священника с. Больших Арабузей, Батыревского уезда Павла Егорова как обновленца. Приходское собрание постановило: «Сообщить епископу Герману, что приход села Б. Арабузей вместе со своим священником, который служит здесь с 1899 года, был и остается православным, а потому в выборе другого священника никакой нужды нет» [23].

В феврале 1926 г. епископ Герман был в административном порядке выслан из Чувашской Республики в Бугульминский кантон [24].

Столкнувшись с потерей влияния и приходов, наиболее дальновидные из чувашских священнослужителей решили разработать программу мероприятий, которые могли бы способствовать консолидации чувашского духовенства. По мнению П.В. Денисова, толчком для подобной деятельности могла стать позиция обновленческого Синода, который в середине июня 1925 г. предложил своим епархиям вступить в переговоры со староцерковниками [25]. Однако, судя по всему, неприязнь между тихоновскими и обновленческими епископами в Чувашии была настолько велика, что ведущую роль в деле преодоления кризиса взяли на себя приходские священники. Инициативная группа, в состав которой входили священники – бывшие выпускники Казанских миссионерских курсов – Григорий Степанов и Симеон Васильев из с. Ишак, Михаил Спиридонов из с. Вомбукас, Григорий Арсеньев из с. Ахманей, Гурий Яковлев из с. Бичурина, Илларион Моисеев из Моргауш и Н. Лаврентьев из Визикасов, решила созвать пастырское совещание, которое должно было наметить путь выхода из кризиса. Свою программу совещание было представить на утверждение областного съезда духовенства и мирян, поэтому совещание было названо предсъездным. Предполагаемым участникам совещания инициативная группа разослала послание, в котором говорилось: «Теперь для всех стало очевидным, что наша самостоятельная Чувашская область-Епархия быстро летит по наклонной плоскости вниз и, если мы сейчас же не примем надлежащих мер по спасению ея, она неминуемо должна провалиться в пропасть и разбиться вдребезги.

Каждый верующий сознательный православный гражданин нашей страны, если он дорожит интересами правильного религиозного развития чувашского народа в духе православной веры и церковности по заветам Н.И. Ильминского, должен встрепенуться от того ужаса, какой ныне при наших глазах происходит в чувашском церковном мире. (…)

Тому назад 2 года, когда впервые возникла мысль об учреждении особой самостоятельной чувашской епархии, мы искренне радовались и питали надежду, что эта национальная Епархия, с родным епископатом и клиром во главе, будет наилучшим средством к прочному утверждению православной веры в чувашском народе. Но, к сожалению, этой надежде не суждено, по видимому, осуществиться: она удаляется от нас все дальше и дальше.

Причин, приведших нашу молодую епархию к такому печальному состоянию, в каком она очутилась на втором году своего существования, много. Кроме причин общих, действующих по территории Советской России, имеются причины еще частные или местные, возникшие и действующие только в пределах Чувашской епархии. Устранение причин последней категории вполне возможно и всецело зависит от самих местных церковных деятелей. (…)

Осознав, что для блага церковного нам необходимо спасти свою епархию мы пришли к заключению, что для этого нам немедленно нужно созвать общий беспартийный церковный Областной Съезд духовенства и мирян, где должны принять участие представители всех церковных течений и группировок и где будет поднят вопрос о переизбрании наличного состава епископов» [26].

Совещание состоялось 30 июня 1925 г в с. Чурачиках, Цивильского уезда. Не смотря на то, что приглашения были разосланы 36 священнослужителям, на совещание прибыло всего 9 участников. Председателем совещания был избран священник Григорий Степанов. С докладом о положении епархии выступил протоиерей Иоанн Афанасьев. О. Иоанн указал, что «существующий в Чувашской Епархии церковный раскол с каждым днем все более и более углубляется и кроме Тихоновского раскола на территории Чувашской Республики за последнее время появились новые церковные группировки (коколевщина, автокефалисты, Бенедиктов [27] и др.)». Обозначив состояние Чувашской епархии как кризисное протоиерей предложил: «1). Для блага Чуваш. Область-Епархии немедленно созвать общий беспартийный Областной Церковный Съезд духовенства и мирян, где должны принять участие представители всех церковных течений и группировок. 2). Добытые неустанными трудами деятелей чувашского просвещения Чувашский Епископат и самостоятельность Чувашской Епархии необходимо хранить в целости и неприкосновенности. 3). Тяготение некоторой части духовенства в г. Казань является нарушением предоставленного чувашскому народу права на самоопределение и таковые лица являются ни чем иным как врагами чуваш и их просвещения». Совещание постановило:

1. «Составить и разослать через благочиннические советы приходским советам Область-Епархии воззвание о необходимости созыва беспартийного Областного Съезда духовенства и мирян с детальным освещением положения Епархии.

На предполагаемом Съезде должны быть два члена от клира и четыре представителя от мирян (всех церковных группировок) от всех благочиннических округов.

Все члены настоящего предсъездного пастырского совещания должны участвовать с правом решающего голоса.

На областной Съезд пригласить весь наличный состав Епископов (Архиепископ Тимофей, Епископы: Даниил и Герман)».

Съезд было намечено провести 23 июня 1925 г. [28]. Однако этим планам не было суждено осуществиться, съезд был запрещен властями [29]. Советская власть была вовсе не заинтересована в усилении Церкви, будь то обновленческая или тихоновская.

Положение в епархии стало основной темой и Епархиального съезда духовенства и мирян, который проходил в с. Тюрлеме, Чебоксарского уезда, с 30 сентября по 2 октября 1926 г., под председательством архиепископа Тимофея. В работе съезда приняло участие 47 делегатов [30]. Первоначально предполагалось, что председательствовать на съезде будет член священного Синода митрополит Серафим, однако, судя по документам, митрополит на съезд не приехал. Не удалось провести съезд и в столице Чувашской Республики г. Чебоксарах: «При обсуждении вопроса о месте съезда намечался г. Чебоксары, как центр гражданской и культурной жизни республики. Насколько известно Чувашскому Епархиальному Управлению в г. Чебоксарах нет ни одного храма синодальной ориентации, где бы можно было проводить работу съезда, Чебоксары расположены на окраине республики, а потому весьма затруднительно будет делегатам съезжаться туда; кроме того содержание в Чебоксарах, при городской дороговизне, будет непосильно. Ввиду сказанного созыв Епархиального съезда в г. Чебоксарах представляется невозможным». Поэтому и было решено провести съезд в с. Тюрлеме, «как пункте, расположенном при станции железной дороги и недалеко от волжской пристани «Козловка» .

В состав повестки дня входили следующие вопросы:

1. Состояние Чувашской епархии в данное время и причины её разложения (доклад архиепископа Тимофея);

2. Современные церковные течения – синодальное и староцерковническое и которое из них стоит на платформе истинного православия (докладчик, член Управления, прот. П. Егоров);

3. Меры и средства к умиротворению церковной распри в Чувашской епархии (докладчик, член Управления, свящ. И. Васильев);

4. Изыскание средств на содержание Епархиального Управления и Священного Синода и утверждение сметы (докладчик, прот. П. Васильев);

5. Местонахождение Епархиального Управления и перевыборы членов его (докладчик, свящ. И. Васильев) [31].

30 сентября 1926 г. работу съезда открыл архиепископ Тимофей. В своем докладе о состоянии епархии и о причинах ее разложения он изложил историю возникновения Чувашской епархии, выделенной из Казанской и Ульяновской (Симбирской). Причины разложения Чувашской епархии архиепископ видел в «неблаговидных агитационных действиях чуждых нашей епархии епископов Иоасафа и Афанасия и ложно именующего себя православным епископом Чувашской епархии Германа Кокель и раздорника протоиерея Германа Бенедиктова. Цель, преследуемая означенными лицами была аннулировать самостоятельность Чувашской епархии и приписать её к Казани, как викариатство. Агитация означенных лиц имела своим последствием то, что многие приходы в Чувашской епархии откололись от её единства и присоединились официально и тайно к Афанасию, или к Герману Кокель и другим» . Незаконные, по мнению архиепископа Тимофея, действия упомянутых епископов как с гражданской, так и с церковной точек зрения были проиллюстрированы архиепископом отсылкой к церковным правилам.

Очевидно, что архиепископ Тимофей никак не мог привыкнуть к тому, что его епархия живет в условиях отделения церкви от государства, и что для этого государства как обновленцы, так и староцерковники являются одинаково нежелательными элементами. Архиепископ продолжал считать, что его епархия и староцерковники находятся в одной церкви и все его проблемы происходят из-за незаконного вторжения чужих епископов на его каноническую территорию. Для защиты своей территории чувашский архиепископ и пытался апеллировать коммунистическим чувашским властям. Архиепископ также отметил, что «соработниками епископов Афанасия и прочих по разложению Чувашской епархии были священники Василий Краснов, Яков Турхан и др., в большинстве запрещенные и отрешенные от мест за свои церковные вины».

Далее докладчик ознакомил съезд с «современным состоянием Российской Православной Церкви по отношению к Восточным Патриархам», для чего была зачитана грамота патриарха Иерусалимского Дамиана. В дополнение архиепископ Тимофей указал на то, что «духовенство не так сознательно относится к переживаемому моменту церковно-релириозной жизни страны и вместо того, чтобы руководить церковно-религиозной жизнью и вести её по указанному священным Синодом пути, духовенство часто само подпадает под влияние прихожан и, вопреки правил церковных и гражданских законов, под влияние чуждых им епископов, отколовшихся от единой Вселенской церкви». Непризнание священного Синода главой Российской Православной Церкви докладчик объяснял «контрреволюционной задачей староцерковной верхушки».

В заключение глава чувашской епархии разъяснил «значение Востока для верующих. Там был рай, там родился Спаситель наш и основана Христианская Церковь и утверждена истинная вера, почему мы, веруя в Святую Соборную и Апостольскую церковь должны признать главою Российской Православной Церкви священный Синод, признанный православным Востоком».

По мнению мирянина Скворцова, выступившего в прениях, «было бы лучше, если бы на настоящем съезде присутствовали староцерковные епископы, вторгшиеся в нашу епархию, и, главным образом, епископ Герман, называющий себя управляющим Чувашской епархией». На это священник Спиридонов заметил, что Герман, как административно высланный влястями на 3,5 года, не может присутствовать на съезде. Спиридонов добавил, что «тихоновские священники Чувашской епархии были приглашены на этот съезд … но не явились, чем доказывают неправоту своих действий по обвинению синодального духовенства».

Епархиальный съезд постановил:

1. «Просить всех староцерковных епископов соседних епархий и градов, чтобы они, ради мира церковного, к чему должны стремиться все члены церкви, а тем паче епископы, не нарушали прав Чувашского епископата вмешательством своим в церковные дела чуждой им Чувашской страны.

2. Просить так же и начальство староцерковных епископов, чтобы оно приняло с своей стороны меры и сделала соответствующее распоряжение староцерковным епископам о невмешательстве их в церковно-религиозные дела Чувашской епархии и не назначало бы в Чувашскую епархию без ведома и согласия епархиального съезда особого староцерковного епископа, тем более при наличии епископата в оной».

Епархиальное управление Чувашской епархии было решено оставить в с. Кошелеях, Батыревского уезда, где проживал архиепископ Тимофей [32].

Проведение епархиального съезда не присело к улучшению положения Чувашской епархии и архиепископа Тимофея – приходы продолжали переходить на староцерковные позиции и признавать соседних тихоновских архиереев. Священники просто игнорируют распоряжения епархиального управления. Выправить ситуацию архиепископ Тимофей пытается при помощи советской власти. В апреле 1927 он пишет ряд жалоб в НКВД, в которых обвиняет отделившиеся приходы в контрреволюции. К политическим доносам архиепископ прибегает и в отношении староцерковных епископов: «Чувашским епархиальным управлением от 22 февраля за № 112, проведение благочинического съезда 1 марта по 8 округу Ядринского уезда было поручено протоиерею села Ходар Петру Скворцову в селе Раскильдине но…. организаторы съезда вопреки разрешенной повестки дня воспользовались данным разрешением, постановили признать своим епископом викария Ульяновской епархии Иоакима Алатырского.

Такое нарушение гражданских законов Чувашское епархиальное управление находит недопустимым и потому сообщает о вышеизложенном на благоусмотрение присовокупляя, что организаторы незаконного съезда принадлежат к числу одних из ярых приверженцев контрреволюционной тихоновщины. Одинаково и викарий Ульяновской епархии Иоаким Алатырский тихоновской ориентации, вторгаясь в церковные дела Чувашской епархии, не ему вверенной является не малым способником нарушения спокойствия среди мирного чувашского населения с целью аннулирования самостоятельности Чувашской епархии» [33]. Не справляясь с ситуацией, будучи в не в состоянии повлиять на священников и приходы, архиепископ пытается переложить свои архиерейские обязанности на советскую власть: «некоторые из организаторы съездов … постановили признать чуждых епископов Иоакима Алатырского и Афанасия Спасского. (…) Выявляя себя последователями патриаршей ориентации, они ясно указывают свое контрреволюционное направление, а потому Чувашское епархиальное управление снимает с себя всякую ответственность за их действия. (…) Чувашское епархиальное управление усердно просит Отдел Управления <НКВД – А.Б.> сделать распоряжение о невмешательстве их в дела благочиннические со строгим запрещением собирать с церквей деньги, как на себя, так и для чуждых епархии епископов, отобрав в том подписки. Вызов … в г. Чебоксары благотворно должен подействовать на раздорников» [34]. Не брезговал Тимофей обвинять своих оппонентов и в уклонении от налогов и финансовых махинациях. Архиепископ, сообщая органам НКВД, что его бывшие священники собирают средства для староцерковных епископов Афанасия Спасского, Иоакима Алатырского, Авраамия Сызранского и Виссариона Ульяновского, Тимофей отмечал, что они «в своих декларациях, конечно, не указывают доходность, получаемую из чужой епархии, при обложении подоходным налогом, являются лицами, способствующими нарушению законов» [35].

Еще большие проблемы возникли у чувашских обновленцев после того, как бывший обновленец, покаявшийся перед патриархом Тихоном, митрополит Нижегородский Сергий (Страгородский) опубликовал свою печально знаменитую Декларацию и с разрешения властей создал временный священный Синод. В отличие от староцерковников, Сергий пользовался безусловной поддержкой советской власти, поэтому был более серьезным конкурентом для обновленцев, само существование которых в глазах государства лишалось какого-либо смысла.

Некоторые староцерковные епископы, увидели в создании сергианского Синода восстановление законной церковной власти и перешли под его подчинение. Так епископ Алатырский Иоаким, получив предписание митрополита Сергия обратился к властям с просьбой о регистрации епископского совета в Ибресинском и селах Курмышского уезда [36].

Не сразу сориентировавшись в изменившейся политической обстановке архиепископ Тимофей попытался повлиять на решение властей: «Староцерковный вождь Митрополит Сергий Нижегородский посланием своим от 29 июля сего 1927 года, к архипастырям, пастырям и верующим, призывая быть верными гражданами Советского союза лояльными к советской власти, организовал временный Священный Синод, чем окрылил духовных лиц тихоновской контрреволюционной ориентации и верующую массу фанатиков. Теперь они с большею силою поведут туже темную агитацию против существующего строя и, в особенности, в пределах Чувашской Республики, где быстро развивается сектантство, так не без вредное в политическом отношении.

Чебоксарское духовенство, как контрреволюционно настроенное, с нетерпением ждет же съезда представителей тихоновской ориентации имеющегося быть в Казани осенью. Тогда они намерены открыть в Чебоксарах Викарное управление к Казанской епархии с своим русским епископом во главе.

Чувашская епархия, как самостоятельная с национальным епископатом открыта не без содействия местной гражданской власти, на основании Церковных канонов (17-4 и 38-6) Вселенских Соборов по которым границы епархии должны совпадать с гражданским делением таковых.

А потому Чувашское Епархиальное Управление смело надеется на свою национальную гражданскую власть, что замыслы Чебоксарского русского духовенства и сельских приходов Тихоновской ориентации не будут проведены в исполнение.

И чтобы сохранить самостоятельность Чувашской епархии и Национальный епископат, Чувашское Епархиальное Управление усердно просит Народный Комиссариат Внутренних Дел Чувашской С.С. Республики, сделать распоряжение по уездам, чтобы не давалось разрешения на созыв благочиннических съездов без согласия Чувашского Епархиального Управления и если возможно, наложено было запрещение функционировать, лжеблагочинным Тихоновской ориентации, подведомственным узурпаторам церковной власти в Чувашской епархии Афанасию Спасскому и Иоакиму Алытырскому принимают ими все меры к аннулированию самостоятельности Чувашской епархии» [37].

Кроме того, архиепископ Тимофей обратился с посланием к верующим Чувашской епархии, экземпляр послания был отправлен и в НКВД: «Пастыри и верующие миряне Чувашской епархии!

Происходящая в Русской церкви смута не ересь, а раскол, который может глубоко потрясти церковь и привести ее к тяжелым и нежелательным для нее последствиям.

Лучшим доказательством раскольнического разрыва Тихоновцев со Вселенской Церковью является чисто местный характер староцерковничества, осуждаемый голосом Вселенской церкви. Ни один Вселенский Православный Патриарх не признает староцерковничества и с их вождями Вселенские Восточные Православные Патриархи канонических братских взаимных отношений не имеют. Какой ужасный грех взяли на свою душу эти виновники церковного раскола! Св. Священномученик Киприан, епископ Карфагенский говорит: «вина Церковного раскола не омоется и мученическою Кровию». Единение со Вселенскою Православною Церковью есть основная истина Св. Православной веры.

А потому староцерковники, порвавшие связь с Вселенской церковью, чтобы не в положении раскола, должны поспешить к соборному разуму, через признание Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви.

Заместитель патриаршего местоблюстителя Митрополит Сергий Нижегородский, как началась подготовка войны со стороны Английского правительства, поспешил отмежеваться от заграничных эмигрантов и в своем послании от 29 июля сего 1927 года, призвал архипастырей с пастырями и их пасомыми быть лояльными к Советской власти.

В том же послании оповестил, что с мая месяца текущего года им организован с разрешения власти временный при заместителе Патриарший Священный Синод и предполагает созвать второй поместный собор (время не указано).

Так в Москве образовался новый временный Священный Синод Тихоновской ориентации, помимо Временного ВЦУ, председателем коего состоит Архиепископ Григорий Свердловский, который, оторвавшись от политиканства Сергиевщины, признал принцип Соборности, чем, несомненно, помогает широкой массе Тихоновщины постепенно выяснить правоту Священного Синода, строящего на соборных началах церковную жизнь.

Лояльность Тихоновщины к Соввласти, если она не будет лицемерной, не только из страха, но и по совести, как говорит Митрополит Сергий в послании, будет крупным шагом к объединению верующих во имя Христово, чтобы проводить в жизнь слова Христа: «да вси едино будут».

Староцерковники не будут теперь клеймить синодальную церковь разного рода кличками: красные, советские, изменники и даже чекисты или агенты ГПУ». Ведь это было недомыслие невежество и темнота в особенности в применении к широким народным массам, вовлеченным смутою в раскол.

Митрополит Сергий после того, как все Восточные Православные Патриархи признали Священный Синод Главою Российской Православной Церкви, в своем первом послании с негодованием высказал: «Пусть признают, от этого обновленцы не станут православными, а только патриархи обновленцами». Столпы православия всего мира – Святейшие Вселенские Патриархи Константинопольский, Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский – Блаженнейший Патриарх святого града Иерусалима Дамиан более 30 лет восседающий на кафедре брата Господня апостола Иакова – Матери всех Церквей, за признание синодальной церкви православной и законной правопреемницей церковной власти, по мнению Митрополита Сергия, стали не православными. Вот это абсурд!

В какую же Церковь Митрополит Сергий и все его последователи теперь веруют?

Остается сказать, что современная Тихоновщина имеет сходство с древле историческим расколом донатизма, бывшего более шестнадцати веков тому назад. Донат, епископ Кизический правил раскольниками целых сорок лет (315 – 345).

Первый и самый общий прием полемики и борьбы Тихоновского раскола с Синодальной Церковью – это усиленное подчеркивание своей особой Святости и Чистоты, соединенное с похулением и забрасыванием грязью православных обновленцев. Только мы одни святы и чисты, а все остальные – падшие грешники и изменники – вот общий мотив и донатистов и Тихоновцев. Тихоновцы особенно часто и охотно избирают оружие борьбы с обновленцами – это обвинение их в «безблагодатности», почему и вошло у них в практику переосвящение престолов, перекрещивание, перерукоположение, узурпаторство Церковной власти и др., что ничем церковно не может быть оправдано и представляет сплошную демагогию рассчитанную на запугивание темной, наивно-религиозной, но совершенно не просвещенной массы.

Раскольники-донатисты были враждебно настроены к гражданской власти.

Тихоновщина, ни для кого не секрет, как всероссийская так в особенности эмигрантская сплошь контрреволюционна и оппозиционна Соввласти. Заграничная Тихоновщина постоянно трубит об этом и на своих Карловацких соборах и в общей белогвардейской прессе. Наша же внутренняя Тихоновщина лицемерит и хитрит. Но она проникнута теми же самыми настроениями и мечтами – ожиданиями политической реставрации – как будто бы доказывать никому не приходится.

Итак, все уклонившиеся вопреки церковных правил в староцерковнический раскол через признание своим архипастырем чуждого епископа Афанасия Спасского или Иоакима Алатырского, прочитайте настоящее обращение со вниманием и вы почувствуете сразу ту правоту церковную, какую скрывают раскольнические епископы Афанасий и Иоаким, как узурпаторы, насильственно, с нарушением канонов вторгающиеся в чуждую им Чувашскую епархию.

Потребуйте от них, чтобы они предъявили общительные грамоты от Вселенских Патриархов, после чего будет видно, где истина, где правда, и узнаете, что они ведут вас в раскол сходственный с донатизмом из корыстолюбия, честолюбия и фарисейской гордости. Да поможет же вам Господь войти в общение с православным Священным Синодом и со мною, вашим Архипастырем» [38].

Однако органы НКВД отнеслись к призывам чувашского архиепископа без какого-либо энтузиазма, советский карательный аппарат вдруг вспомнил о принципах социалистической законности, Тимофей, на свои пламенные послания 5 октября 1927 г. получил сухую и неутешительную резолюцию: «Согласно разъяснения 5 Отд. НКЮ от 10 июня 1920 г. № 712 Советская власть не вмешивается во внутренние отношения групп верующих.

Конституцией РСФСР ст. 4-й установлено: Свобода религиозной и антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.

Декрет ВЦИК от 23/I – 1918 г. ст. 3: Каждый гражданин может исповедовать любую религию или не исповедовать никакой.

В силу сказанного разрешение на созыв религиозных съездов или совещаний не может быть поставлено в зависимость от другой группы верующих, т.е. другого направления, или в зависимость от их ходатайства или нежелания.

В данном случае Адм. Инспекция руководствуется только существующими на сей предмет узаконениями или распоряжениями» [39].

Более того, сам архиепископ Тимофей начал сталкиваться с проблемами, со стороны НКВД в период коллективизации. В марте 1931 г. архиепископ Тимофей был привлечен к ответственности за организацию беспорядков во время конфискации у него пчелиных ульев. Зайкова приговорили к 1 году лишения свободы, однако по постановлению ОГПУ архиепископ был освобожден от ответственности, дело было прекращено [40].

Судя по всему, после ареста и заключения архиепископ Тимофей был уволен за штат обновленческим Синодом. С 1932 г. управляющим Чувашской епархией числился епископ Серафим (Андреевский). Возможно, что после 1933 г. Тимофей (Зайков) был восстановлен на кафедре. К тому времени на территории Чувашии оставалось только 7 обновленческих приходов [41]. С 1933 по 1934 г. викарием Чувашской епархии числился епископ Петр (Горбатов) [42]. Позиции обновленцев в этот период были окончательно подорваны, каких-либо сведений об активной деятельности Чувашской епархии после 1934 г. обнаружить не удалось.

Судьба архиепископа Тимофея оказалась трагичной. В 1937 г. он был арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности. Основанием для обвинения стало участие Зайкова в крестьянских выступлениях 1919 – 1921 гг. 8 сентября 1937 г. 78-летний архиепископ Тимофей (Зайков) был приговорен к высшей мере наказания, а 17 сентября – расстрелян в алатырской тюрьме [43].

Другой чувашский обновленческий епископ Даниил (Филимонов) 15 января 1929 г. был возведен Синодом в сан архиепископа, однако 16 октября того же года подал в отставку по состоянию здоровья. После этого выехал на родину в деревню Первое Степаново Цивильского района, где состоял настоятелем местной церкви. 12 июля 1932 г. по инициативе местной религиозной общины и с разрешения епархиальной власти в церкви деревни Первое Степаново было проведено празднование 50-летия служения Д.Ф.Филимонова в священническом сане. Церковный староста Т.Кузьмин преподнес ему икону, а член церковного совета Н.Гаврилов зачитал приветственный адрес на чувашском языке. Филимонов обратился к прихожанам с речью, в которой выразил им свою сердечную радость и благодарность за чествование его по случаю 50-летнего юбилея. Около 25 поздравительных телеграмм и писем получил он в тот день.

По словам биографа Даниила (Филимонова) Г.А. Александрова: «Во время наибольшего гонения на церковнослужителей Д.Ф.Филимонов отправил на автомашине кое-какое имущество (швейную машину, сундук с книгами, сундук с вещами и др.) в село Мусирмы. Все это хранилось там у старосты церкви на чердаке его дома. В течение двух месяцев Д.Ф.Филимонов скрывался днем в банях своих племянников. Ночью он заходил в избу и ужинал со всеми вместе. Рассказывал о многом. Говорил, что придет время и их вспомнят. Призывал непременно учиться, говоря, что в будущем только образованные люди хорошо будут жить. Умер Д.Ф.Филимонов 11 мая 1938 г.» [44].

В царской России для постановки вопроса об инородческой епархии отсутствовали какие-либо объективные условия, однако после революции, на подъеме национально-освободительного движения, и в связи с кризисом церковного управления Русской церкви такие условия возникли. С потребностью чувашских верующих иметь национальную церковь не могли не считаться обе стороны тогдашнего церковного противостояния: тихоновцы (староцерковники) и обновленцы. Однако, если консервативные тихоновцы пошли по пути учреждения викариатства, с епископом-чувашом во главе (таким викарием был священномученик Герман (Кокель)), то обновленческое Высшее церковное управление (ВЦУ) решило учредить на территории недавно образованной (в 1920 г.) Чувашской Автономной Области самостоятельную епархию. Таким образом, особенностью чувашского обновленчества стало желание иметь самостоятельную чувашскую епархию и богослужение на чувашском языке. Если на первых порах чувашское обновленчество пользовалось покровительством советской власти, то с появлением сергианства существование обновленцев потеряло для властей всякий смысл, что и предопределило судьбу движения. В заключение нельзя не сказать, что направление, выбранное обновленческим духовенством для Чувашии оказалось исторически оправданным: в 1946 г. была учреждена Чувашская епархия РПЦ МП.

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 131. 2. 3. Там же, Л. 130. 4. 5. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 133. 6. 7. Там же. – С. 241. 8. 9. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 133. 10. 11. Научный архив Чувашского государственного института гуманитарных наук (НА ЧГИГН), Отд. II, Ед. хр., 486, Инв. № 1311, Л.63 – 64. 12. 13. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 134. 14. 15. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 295. 16. 17. Там же. – С. 296. 18. 19. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 2, Д. 3137. Л. 51. 20. 21. Там же, Л. 109 – 110. 22. 23. Там же, Ф. 784, Оп. 3, Д. 48, Л. 145 – 145 об. 24. 25. Например, см. послание группы чувашских священников ГИА ЧР, Ф, 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 29. 26. 27. Там же, Оп. 3, Д. 48, Л. 154. 28. 29. Александров Г.А. Православный просветитель // Чувашские интеллигенты. Биографии и судьбы. – Чебоксары, 2006. – С. 102 – 103. 30. 31. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 8 – 8 об. 32. 33. Там же, Л. 7. 34. 35. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 298 – 299. 36. 37. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 119, Л. 23 – 23 об. 38. 39. Там же, Л. 33 - 33 об. 40. 41. Там же, Л. 49 – 49 об. 42. 43. Там же, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 51 – 52 об, 65. 44. 45. Там же, Оп. 1, Д. 119, Л. 27. 46. 47. Там же, Л. 48. 48. 49. Денисов П.В. Указ. соч. – С. 311. 50. 51. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 29 – 29 об. 52. 53. «Венедиктов и его сторонники выступили с требованием радикального обновления церковной жизни, предоставления максимальных прав и верующим в вопросах церковного управления и выборности всех священнослужителей, отвергали власть высшей церковной иерархии. Венедиктовцы, считавшие себя революционерами в своей проповеднической деятельности на первый план выдвигали пропаганду тождества идеалов христианства и коммунизма. … Они … поддерживали новый общественный строй, публично осуждали реакционную деятельность православной церкви в годы царизма, антисоветские позиции тихоновцев. Так, например, 7 ноября 1927 г. Венедиктов организовал торжественное богослужение, посвященное 10-летию Октябрьской революции и существования социалистического государства». – Денисов П.В. Указ. соч. – С. 307. 54. 55. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 7, Д. 4, Л. 35 – 36. 56. 57. Там же, Л. 39. 58. 59. Там же, Оп. 2, Д. 33, Л. 30. 60. 61. Там же, Л. 12 – 14. 62. 63. Там же, Л. 18 – 25. 64. 65. Там же, Д. 141, Л. 120 об. 66. 67. Там же, Л. 122 – 122 об. 68. 69. Там же, Л. 126 об. – 127. 70. 71. Там же, Оп. 3, Д. 48, Л. 272 – 273. 72. 73. Там же, Л. 145 – 145 об. 74. 75. Там же, Л. 146 – 147 об. 76. 77. Там же, Л. 144 – 144 об. 78. 79. Там же, Ф. 2669, Оп. 2, Д. 1632. 80. 81. Ильин И.Н. К истории церквей и приходов V-го благочинного округа Чебоксарско-Чувашской Епархии (к 10-летию округа). – Чебоксары, 2004. – С. 53. 82. 83. Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти. 1917 – 1943 гг./ Сост. М.Е. Губонин. – М.: Из-во Православного Свято-Тихоновского Богословского Института. – С. 954. 84. 85. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 2, Д. 3137. 86. 87. Александров Г.А. Указ. соч. – С. 102 – 103. 88.

 

ЧУВАШСКАЯ АВТОКЕФАЛИЯ

5 августа 1924 г. в административный отдел облисполкома Чувашской автономной области обратился обновленческий протоиерей с. Хормалы, Батыревского уезда Василий Тимофеевич Краснов с просьбой зарегистрировать правление созданной Автокефальной Чувашской национальной церкви. В состав правления, кроме Краснова, вошли священники Василий Никифорович Никифоров(с. Тойси, Батыревского уезда), Яков Васильевич Турхан (с. Ново-Чурашево, Батыревского уезда), Евграф Павлович Павлов (с. Норусово, Ядринского уезда), псаломщик, Андрей Хрисанфович Хрисанфов (д. Апанасово-Темяши, Батыревского уезда). Кандидатами в члены правления числились священники Роман Иванович Иванов (с. Оринино, Чебоксарского уезда), Иван Афанасьевич Афанасьев, (с. Хаймалы-Касы, Чебоксарского уезда), Емельян Федорович Федоров, (с. Кошки, Чебоксарского уезда), Алексей Иванович Глинский (с. Атиково, Чебоксарского уезда), крестьянин с. Хормалы Батыревского уезда Александр Александрович Доброхотов. В отдел были так же представлены «Основные принципы строительства Чувашской Областной Автокефальной национальной Православной церкви». В документе, в частности, говорилось: «Признавая в свете веры в промысел Божий за национальностями особые условия восприятия человечеством Евангельской истины и осуществления Царства Божия Чувашская Автокефальная национальная Православная церковь ставит своей задачей осуществление внутри церковной жизни начал соборности, свободы, равенства и братства – начал, забытых большинством руководителей и иерархиею российской православной церкви.

Ближайшими средствами для осуществления этой задачи Чув. Авток. нац. прав. Церк. считает: 1) Такую постановку богослужебного культа, при котором всякий верующий являлся бы сознательным и активным участником богослужения, как главного источника христианского просвещения и воспитания и средства общения с отцом небесным. Родной язык в богослужении и вообще приближение богослужения к национальным особенностям чувашской психики. 2) Выборные начала для всех священно и церковно-служительских должностей. Указанные служители должны быть избраны из своей национальной среды, ибо для верующих может быть более близок и понятен тот пастырь, который родной ему (верующему) по духу, вере и по естеству. 3) Очищение церкви от чуждых ей элементов, номинально являющихся ее руководителями, а фактически эксплоататорами верующего человека. 4) Укрепление начал христианской общности (братства) через развитие благотворительности и способствование в области хозяйственной жизни всякого рода начинаниям, ведущим к уничтожению эксплоатации одним человеком другого. … 6) Чтобы поставить ближе к пастве пастыря, а так же чтобы рассеять ходячие взгляды на церковь как на особого рода орудие эксплоатации верующих людей Чув. авток нац. прав. церковь будет способствовать развитию и укреплению трудовых начал в жизни духовенства и постепенному освобождению его (духовенства) от материальной зависимости от верующих. 7) В политическом отношении Чув. Авт. нац. Церковь не может быть использована кем бы то не было в качестве орудия политиканства. Вовлечение церкви в политическую борьбу есть плод неверия и незнания духа Христова. Существующая рабочее-крестьянская власть с точки зрения христианской есть не только господство класса раньше экономически и духовно забитого (не без вины и руководителей христианской церкви, часто забывавших заповеди Евангелия), но и выражение воли Божией, существующей власти необходимо подчиняться не только за страх, но и за совесть, а церковь должна за нее возносить молитвы. … 8) Не отделяясь от единой православной Вселенской церкви, Чув. Авток. нац. церк. В целях достижения своих национальных задач, предоставленных октябрьской революцией, стремится к сознательному укреплению самостоятельной экстерриториальной национальной церковной единицы. Всякие попытки к созданию препятствий на этом пути со стороны некоторых представителей Российской иерархии могут считаться только старыми приемами использования церкви не по прямому ее назначению – спасению души человека, а в качестве орудия русификации и эксплоатации чуваш ….» [1]. При анализе этого документа, обращает на себя внимание сходство некоторых положений с мыслями, которые высказывал архиепископ Андрей (Ухтомский), который пользовался большим уважением среди чувашских священников. Так в 1924 г. архиепископ Андрей писал Патриарху Тихону: «Создание Церковного Собора в России, обязательное введение выборного начала и уничтожение в церковной жизни «назначенства», в параллель с гражданской Федерацией деление России на автономные епархии и епископаты, введение в жизнь декрета Наркомюста о нормальном уставе религиозных общин, радикальное уничтожение всяких намеков на глупый русский клерикализм - вот что необходимо для русского народа и лучших представителей Соввласти. Открытая твердая работа в этом направлении очень скоро даст благие последствия. Она - первое - успокоит народную совесть. Второе - организует русский народ в здоровые трудовые кооперативные общины. Третье - заслужит доверие гражданской власти» [2]. Позднее святитель Андрей писал: «Первым делом для восстановления церковной жизни мы считаем необходимость переизбрания приходами своих пастырей там, где эти пастыри ведут себя недостойно, позоря Церковь своими грехами или разрушают дело церковное, будучи по своим взглядам людьми совершенно нецерковными. … Мы считаем, что всякая община есть «малая церковь», часть единой Святой Соборной Апостольской Церкви и имеет обязанность устраивать свою церковную жизнь. Это устройство мы видим в организации самих верующих мирян, в устроении приходских советов с подотделами: хозяйственным, просветительским, дисциплинарным, финансовым, благотворительным, во всемерном появлении жизни самого верующего народа. Мы считаем, что весь церковный клир, не исключая и епископов, должен быть избираем, как это было в лучшие периоды церковной истории (Дн. 1, 26; 5, 2—3). Тем боле должны избираться, а не назначаться, члены приходских советов, председателями которых должны быть миряне. … В виду того, что мы должны стремиться обезопасить себя — жизнь своих общин — от всякого беззаконного вмешательства, откуда бы оно не исходило, мы приветствуем закон об отделении Церкви от государства, как гарантию от всякого вида распутинщины. Мы считаем, так называемый «капитализм» явлением глубоко антикультурным в истории христианских народов и считаем церковно-общинный уклад народной жизни единственно соответствующим духу св. Евангелия (Лк. 18, 25). Желая освободиться от всяких антицерковных и антикультурных влияний, мы считаем, что церковная община — это религиозно-культурно-экономическая единица, обеспечивающая своим членам полное духовное развитие. … Наконец, мы приглашаем всех православных христиан к церковной народной самодеятельности, к изгнанию из жизни всякой духовной лени и к построению жизни по заповеди ал. Павла: все исследуйте, хорошего держитесь (I Сол. 5, 21) [3]. Сравнив тексты можно предположить, что учредители чувашской автокефалии находились под влиянием идей архиепископа Андрея, что в последствии выразилось в участии некоторых автокефалистов в оппозиционных группах, созданных при участии архиепископа Андрея.

Сложно сказать, что побудило автокефалистов выйти из состава обновленческой епархии архиепископа Тимофея (Зайкова). Возможно, имели место личные амбиции участников событий, не исключены и идейные разногласия. Так глава автокефалии протоиерей Василий Краснов до революции состоял главой хочашевской ячейки Союза Русского Народа [4], и, быть может, имел более консервативные взгляды на церковную жизнь, чем обновленческое руководство Чувашской епархии. Открывшийся в январе 1924 г. Съезд духовенства и мирян Чувашской епархии называет В. Краснова «тихоновцем» [5].

7 августа 1924 г. Автокефальная Чувашская национальная церковь была зарегистрирована в государственных органах [6]. Незамедлительно последовала реакция архиепископа Тимофея. Указом архиепископа «Чувашобласти и Епархии» от 16 августа 1924 священник Краснов был уволен с должности настоятеля церкви с. Хормалы «за агитацию среди населения с церковного амвона против Священного Синода и правящего Архиепископа, находящегося в каноническом общении с Священным Синодом». Краснов указ архиерея не признал и заявил на собравшемся по этому поводу приходском собрании: «я принадлежу не к Тимофеевской, а совершенно к особой группе православных автокефалистов, поэтому Тимофей, согласно разъяснения центра, не имеет никакого права вмешиваться в отделившуюся от него приходскую общину и прочее. Поэтому Тимофею и не подчиняемся». Церковные распри вызвали разногласия среди населения Хормалинского и соседних приходов. Иногда стали раздаваться угрозы. Этому способствовала и деятельность самого Краснова, который стал агитировать за автокефалию в селах уезда. Так в с. Климове крестьяне прямо заявили: «Если увидим Краснова в Климове, то берегись, если ему надоела жизнь, то пусть идет к нам». В ответ Краснов обозвал климовского священника обновленцем, и заявил, что после архиепископа Тимофея надо освящать церковь, как осквернившуюся.

25 августа 1924 г. в с. Хормалах состоялось приходское собрание, которое так и не смогло решить за кем идти: за архиепископом Тимофеем или за протоиереем Василием Красновым. Собрание постановило: «Вопрос об увольнении священника Краснова из села Хормалов оставить открытым до выяснения разногласия между Архиепископом Автономной области Тимофеем и местным священником села Хормалов от. Красновым, который называет себя председателем автокефального собрания из Области и не желая подчиняться предписанию Архиепископа Тимофея. Ввиду таких обстоятельств убедительно просить священный Синод дать точное указание нам, как группе верующих кого признавать: Архиепископа Тимофея или Краснова, как председателя автокефального собрания в областном масштабе т.к. мы, группа верующих остались в сомнении и не знаем, кому подчиняться и поэтому ожидать скорейшего Вашего разрешения. 31 августа 1924 г. о. Василий Краснов собрал приходское собрание из своих сторонников, которое приняло нужное решение: «Постановление собрания 25 августа 1924 г. действительным не считать; Тимофей беззаконник и самозванец и не иметь с ним никакого общения; Признать Чувашскую Автокефальную православную церковь и ее уставом руководствоваться» [7].

Однако часть верующих Хормалинского прихода составила оппозицию о. Василию Краснову. К 1925 г. большая часть прихода перешла на консервативные позиции, поддержав т.н. «староцерковников», т.е. последователей линии Патриарха Тихона. На тот момент в составе хормалинской православной общины числилось 4613 человек, из которых 3164 человека, принадлежали к «староцерковникам». Краснов, при поддержке церковного старосты, организовал альтернативный приходской совет из своих сторонников [8]. Какое-то время хормалинский двухпрестольный храм использовался совместно обеими общинами, однако Краснову удалось захватить церковные ключи и отстранить «староцерковных» священников Петрова и Измайлова от службы. «Староцерковники» были вынуждены обратиться в Чувашский ЦИК с просьбой восстановить справедливость: «Вторжением бывшего свящ. Краснова в церковь и по отобрании необходимых церк. Вещей от служителей культа нашей группы, группа наша осталась без внимания и нуждается в религиозных требах. Краснов и его группа церковные ключи, церковь и все церковное имущество получила от уездной власти, в виду чего мы обиженная сторона осмеливаемся обратиться за помощью Высшей Центральной власти; церковь наша двухпрестольная во имя Казанской иконы Б. Матери и Свят. Чуд. Николая, т.к. большинство верующих на нашей стороне вследствие чего церковный совет и обиженная группа верующих покорнейше просит Высшей Центральной Власти не найдет ли она возможным разрешить нашей группе из двух престолов один, для совершения треб и для служения понедельной службы служителей культа нашей группы» [9]. 16 октября 1925 г. приходское собрание выразило недоверие Краснову и обратилось в волостной совет и в уездный исполком с просьбой разрешить «священникам Петрову и Измайлову в одном из Алтарей церкви приступить к совершению религиозных обрядов» [10]. Батыревская усовмилиция предписала волостному исполкому исполнить просьбу «староцерковников», однако провести в жизнь это решение не удалось. Наконец, на шестой неделе Великого поста 1926 г. общее собрание прихожан с. Хормалы постановило изгнать священников Краснова, Петрова и Измайлова из прихода [11]. Таким образом, основатель автокефалии остался без места служения.

Важнейшим для основателей чувашской автокефалии, после регистрации в государственных органах, стал вопрос о епископате. По православным канонам церковь, состоящая из одних священников, является не полноценной. Для нормального существования церковной организации необходима трехчинная иерархия во главе с епископом. Без епископов становится затруднительным воспроизводство клириков. По всей вероятности ни один из действовавших на территории Чувашии в то время епископов не согласился возглавить автокефалию. Для обновленцев Краснов был раздорником и «тихоновцем», для «тихоновцев» сама идея Чувашской автокефалии была неприемлема, «тихоновцы» не желали даже рассматривать вопрос о Чувашской епархии. В декабре 1925 г. в Москве, с одобрения органов ОГПУ, образовался Временный Высший Церковный Совет (ВВЦС) под управлением архиепископа Григория (Яцковского), который стал претендовать на управление всей Русской Церковью. К «григорианам» присоединился епископ Кировский Симеон (Михайлов), чуваш по национальности, который еще в 1923 г. Патриархом Тихоном назначался викарным епископом Чебоксарским. 18 марта 1926 г. правление Православной Автокефальной Чувашской Церкви обратилось к архиепископу Григорию с просьбой назначить епископа Симеона управляющим Чувашской церковью. В апреле 1926 автокефалисты получили положительный ответ из канцелярии председателя ВВЦС: «Временный Высший Церк. Совет, согласно резолюции от 14 апр. с/г за № 39 на заявление Правления православной Автокефальной Чувашской Церкви от 18 марта с/г за № 39, сообщает: «Преосвященный Симеон (Михайлов) согласен вернуться в Чебоксары и управлять православной паствой Чувашской Республики и, как признавший В.В.Ц. Совет будет принят местной властью, предлагается просителям войти с ним в сношение по месту его пребывания в Вятке» [12]. Правление автокефалии немедленно обратилось к епископу Симеону с письмом: «Прилагая при сем копию с отношения ВВЦ Совета от 19 апр. сего 1926 г. за № 131, радостно, с сыновней преданностью припадаем к Вашей деснице и искренно просим Вашего высокоблагословения и, вместе с тем, от имени вверивших нам свои полномочия духовенства и мирян Чувашской АСС Республики, с трепетной надеждой приглашаем Вас на святой, вверенный Вам самим Святейшим Патриархом, престол – будьте архипастырем Промыслителем созданного целого Чувашского народа, воздвигните знамя православия над своим народом, умирите церковные раздоры в Чувашской Республике и примите всех нас в Святое объятие.

Будем ожидать Вас в Чебоксары на первом пароходе, с властями мы суждение имели, квартира Вам будет, только заранее (за неделю) известите нас о дне Вашего прибытия в Чебоксары, чтобы нам быть готовым к великой встрече.

Вашего Преосвященства смиренные дети и послушники.

Председатель правления Чув. Авт. Пр. Ц. протоиерей Василий Краснов»[13]. Однако уже в мае 1926 г. епископ Симеон (Михайлов) отошел от ВВЦС и присоединился к заместителю патриаршего местоблюстителя митрополиту Сергию (Страгородскому) и продолжил управлять Кировской епархией [14]. Таким образом, чувашская автокефалия осталась без епископского возглавления.

Судя по всему чувашская автокефалия была довольно локальным явлением, ее распространение зависело исключительно от позиции конкретных приходских священников. Автокефальные приходы получили распространение в центральных и южных районах Чувашии. В конце 1920-х гг. наиболее активными автокефальными приходами были Шоркистринский (Урмарский район), Староянтиковский (Батыревский район), Шимкусский (Малояльчикский район) [15]. В конце 1920-х гг. позиции автокефалистов становятся все более консервативными, они начинают сближаться с представителями оппозиции линии митрополита Сергия (Страгородского). Так в 1926 г. член правления Чувашской Автокефальной церкви, церковный староста Апанасово-Темящевской церкви Андрей Хрисанфович Хрисанфов присоединился к организованному последователями архиепископа Андрея (Ухтомского) движению «Союз православной церкви», стоявшему на строго консервативных позициях [16]. В том же году Хрисанфов был рукоположен в сан священника сызранским епископом Авраамием и стал благочинным движения [17]. Судя по всему остальные автокефальные священники так же присоединились к «Союзу православной церкви». Так секретарь Чувашского обкома КПСС Токсин писал в 1931 г.: «Нелегально существует <в Чувашии – А.Б.> организация чувашской национальной церкви. Во главе борьбы за эту церковь в 1924 – 27 гг. стояла группа быв. членов «Союза Русского Народа». Местным идеологом этой группы является поп Краснов. В настоящее время эта церковь существует под маской некоторых приходов (с. Буртасы Урмарского р-на, с. Шимкусы Мало-Яльчикского р-на) формально выдающих себя за последователей Тихона, но на деле проводящих политику Чувашской национальной церкви. (…) В течение 1930 г. подготовлено 6 попов из крестьян и бывших советских работников» [18]. В начале 1930-х гг. деятельность «Союза православной церкви» была прекращена советскими репрессивными органами. Священник Андрей Хрисанфов получил 3 года лагерей [19]. После выхода из заключения Хрисанфов продолжил свою деятельность, поддерживал отношения с епископом Уфимским, активным «андреевцем» Руфином (Бреховым) и был повторно арестован в 1937 г. за агитацию против выборов. По словам свидетелей Хрисанфов говорил, что тот, кто подписывает обращение чувашского народа к Сталину «предает себя антихристу». О. Андрей Хрисанфов был осужден на 10 лет. В 1956 г. он вышел на свободу, в 1957 г. – реабилитирован. После выхода из заключения проживал в д. Апанасово-Темяши [20].

Другой член правления Автокефальной церкви священник Яков Турхан в середине 1920-х гг. сложил с себя сан и занялся литературной деятельностью. В 1926 г. Яков Турхан решил перейти в католичество восточного обряда и поступил в католическую Духовную Семинарию, действовавшую нелегально. В 1927 г. он был арестован органами ОГПУ [21]. Документы, проливающие свет на судьбу основателя чувашской автокефалии о. Василия Краснова, к сожалению, пока еще обнаружить не удалось.

Чувашская интеллигенция, во многом сформировавшаяся благодаря миссионерским и просветительским усилиям православной церкви в первые послереволюционные годы пыталась продолжать начатое еще до революции движение за создание национальной церкви. Плодом таких попыток и стала Чувашская автокефальная церковь. По мере усиления позиций советской власти национальное духовенство, немало потрудившееся в свое время на ниве христианского просвещения, стало ощущать свою невостребованность в изменившихся социальных условиях, чем и объясняется постепенный переход автокефалистов на все более консервативные позиции. В 1930-х гг. автокефальные приходы вливаются в истинно-православное движение, связанное с оппозицией курсу митрополита Сергия. К концу 1930-х гг. Чувашская автокефальная церковь прекратила свое существование.

Примечания

 

 

1. ГИА ЧР, Ф. 22, Оп.1, Д. 365. 2. 3. Нежный А.И. Допрос патриарха. – М., 1997. Цитата по Интернет-версии -http://www.krotov.info/spravki/persons/20person/1872uhto.html 4. 5. Зеленогорский М. Жизнь и деятельность архиепископа Андрея (князя Ухтомского). — М.: Терра, 1991. – С. 208 – 209. 6. 7. Красная Чувашия - № 15. – 18 января 1930 г. – С. 3. 8. 9. Там же. 10. 11. ГИА ЧР, Ф. 22, Оп.1, Д. 365, Л. 1. 12. 13. Там же, Д. 153, Л. 154 – 156. 14. 15. Там же, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92, Л. 64. 16. 17. Там же, Л. 50. 18. 19. Там же, Л. 61 20. 21. Там же, Л. 64 – 64об. 22. 23. Красная Чувашия - № 15. – 18 января 1930 г. – С. 3. 24. 25. Там же. 26. 27. Иоанн (Снычев), митрополит. Церковные расколы в Русской церкви. – Самара: Из-во «Самарский дом печати», 1997. – С. 74; Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России. – С. 993 28. 29. Денисов П.В. Указ. соч. – С.312 30. 31. Подробнее о Союзе православной церкви см. ниже. 32. 33. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3098, Л. 171 об. 34. 35. Состояние антирелигиозной работы в Чувашии. – Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 1931. – С. 15 – 16. 36. 37. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3098, Л. 302. 38. 39. Там же, Д. 331. 40. 41. Шкаровский М. Русские католики в Санкт-Петербурге (Ленинграде) // Символ. - №38. – 1997. – декабрь. – С. 104 – 104. 42.

 

ДВИЖЕНИЕ ЗА ЧУВАШСКУЮ НАЦИОНАЛЬНУЮ ЦЕРКОВЬ ВО II-Й ПОЛОВИНЕ XX ВЕКА

Изучение чувашского национального движения в послевоенный период представляет определенную трудность для исследователя. Если в предшествующее время национальное движение было институциализированным, имело свои церковные организации, то во второй половине XX в. условия для создания таких организаций отсутствовали, и национальное движение существовало в виде факта общественного сознания некоторой части чувашского духовенства. Источниковая база по этому периоду крайне ограничена из-за отсутствия у национальных церковных деятелей своих церковных институтов. О состоянии национального вопроса в чувашской епархии до начала перестройки вообще можно судить только на основании косвенных данных и устных рассказов. Основным источником о национальном церковном движении в конце 1980-х – начале 1990-х гг. являются газетные публикации.

В 1940-х гг. православная церковь в Чувашии оказалась на грани выживания. Обновленческая епархия перестала существовать, последние обновленческие епископы Чебоксарские Серафим Андреевский и Петр Горбатов никак не были связаны с национальным движением [1]. Однако и официальные «сергианские» приходы, принадлежащие к Московской патриархии тоже находились в состоянии упадка. В 1943 г., после известной встречи И.В. Сталина с патриархом Сергием и руководством Московской патриархии, был взят курс на нормализацию отношений советского государства и Церкви. Для руководства этим процессом был создан специальный орган – Совет по делам Русской Православной Церкви. В 1944 г. первым уполномоченным Совета по делам РПЦ при СНК ЧАССР стал С. Шумилов. В своем информационном отчете за 1944 г. Шумилов отмечал, что на территории республики из 309 церквей, имевшихся до революции, действуют только 10, причем в русских районах Чувашии – Алатырском и Порецком действовало 5 приходов, а в районах с преобладающим чувашским населением – Канашском и Урмарском – 4 прихода. Приход в Чебоксарах, скорее всего, был преимущественно русским. Судя по всему, духовенство так же, в основном, было русским. Однако потребность в чувашском богослужении имелась достаточно большая. Так в 1944 г. в Совнарком ЧАССР обратился житель Чебоксарского района Герман Николаев, с просьбой разрешить ему совершать богослужения среди чувашского населения в отдаленных от действующих церквей деревнях. Республиканские власти посоветовали обратиться ему к епархиальному начальству. В организационном отношении приходы Чувашской республики в тот период подчинялись Казанскому архиерею Андрею [2].

В 1946 г. была создана Чебоксарско-Чувашская епархия в составе Московского патриархата, управляющим епархией был назначен епископ Иларий, имевший весьма преклонный возраст. Руководство епархии испытывало трудности с подбором кадров на приходы, т.к. в предшествующий период значительная часть чувашского духовенства оказалась или в обновленчестве или среди церковной оппозиции. Кроме того в 1930-е гг. чувашские национальные деятели были обвинены в национализме и подверглись репрессиям. Так что поднимать национальную тему, в том числе и в церковном строительстве было небезопасно.

В 1946 – 47 гг. из-за преклонного возраста епископа Илария фактическое руководство епархией осуществлял настоятель чебоксарского Введенского кафедрального собора и секретарь епархии, протоиерей Георгий Логинов, родившийся в 1889 и рукоположенный в священный сан еще до революции, в 1911 г. Логинов крайне отрицательно относился к самой идее богослужения на чувашском языке, не позволял в соборе петь на чувашском языке молитвы. Вообще, к верующим чувашам проявлял пренебрежение [3].

Начиная с 1946 г. происходит значительный рост числа приходов Чувашской епархии и соответственно увеличение численности духовенства, в том числе и чувашского. Резкое повышение числа священнослужителей происходит в 1956 – 60 гг., когда Чебоксарско-Чувашской епархией управлял архиепископ, (впоследствии митрополит) Мануил (Лемешевский). К началу 1970 г. в епархии числилось 48 священнослужителей, причем из них 23 человека были рукоположены в священный сан при архиепископе Мануиле. Именно в этот период стали священниками авторитетные чувашские священнослужители Илия Карлинов, Геннадий Антонов, Григорий Медведев, Георгий Иванчин [4]. Вместе с появлением в епархии священников-чувашей происходит и возрождение церковной службы на чувашском языке, хотя, скорее всего и руководство епархии так же было заинтересовано в этом процессе. Интересно отметить, что в чебоксарском Введенском соборе службу на чувашском языке ввел протоиерей Борис Зороастров, русский по национальности [5]. В 1970 – 1990 гг. большинство духовенства епархии составляли чуваши. Уровень образования священнослужителей был невысоким. В 1970 г. только 15 человек имели специальное духовное образование, 8 – полное среднее образование, 19 – 7 – 8 летнее и 14 священнослужителей имели образование не выше 4 классов школы.

До конца 1970-х гг. никаких сведений о национальном движении среди чувашского духовенства не имеется. В 1976 г. управлять Чубоксарско-Чувашской епархией был назначен епископ Варнава (Кедров). Не имея специального богословского образования, епископ Варнава чувствовал себя не совсем уютно в окружении образованных священнослужителей. Исходя из этого строилась и кадровая политика: немногочисленных священников, закончивших духовную академию епископ старался направлять на службу в глубинку. Священники-чуваши, закончившие академию, естественно рассчитывали служить в городских приходах, такая политика выглядела в их глазах как притеснение русским епископом чувашских священников.

По рассказам очевидцев, впервые вопрос о чувашской церкви с епископом-чувашом во главе стал поднимать в приватных разговорах протоиерей Михаил Никифорович Иванов, уроженец г. Канаша. В 1977 г., после окончания Московской Духовной Академии, Михаил Иванов был рукоположен в священный сан и направлен служить в с. Семеновское, Порецкого р-на ЧАССР [6]. Судя по всему, имея высшее духовное образование и степень кандидата богословия о. Михаил рассчитывал на более престижный приход, (с. Семеновское – это глубокая периферия республики и, кроме того, совершенно русское село), что стало причиной определенной неприязни о. Михаила к епископу Варнаве (Кедрову). В близких кругах о. Михаил стал высказывать мысли о том, что было бы желательно в Чувашии иметь епископа-чуваша. В 1981 г. священником стал родственник Иванова Петр Тепловодский [7], у которого не сложилась семейная жизнь. По мнению о. Михаила Тепловодский вполне мог бы претендовать на пост чувашского епископа. Однако в условиях советского времени, ни о каких реальных шагах в этом направлении речь, конечно, идти не могла.

Если побудительным мотивом для разговоров о. Михаила Иванова о национальной чувашской церкви все же была личная обида и меркантильные интересы, то правозащитник из Татарстана Валиахмед Хайдарович Тимохин исходил из идейных соображений. Тимохин родился в 1947 г., работал художником-реставратором, по свидетельству близких отличался живым умом, смелостью, честностью и неподкупностью. Тимохин выдвинул идею создания двух тюркских православных церквей: Татарской канонической православной церкви и Суварской (Чувашской) канонической православной церкви под руководством Вселенского патриарха. Должно быть исходным пунктом рассуждений Тимохина были свидетельства византийских историков о крещении предков чуваш и татар – болгар при хане Кубрате в VII в. Этим и можно объяснить идею обратиться в Константинополь (Стамбул) за канонической автокефалией для чувашской церкви. Другим источником для Тимохина могли стать идеи пантюркизма – создания великой тюркской империи под руководством Турции. Валиахмед Тимохин был арестован КГБ и в 1976 заключен в специализированную психбольницу [8].

С началом перестройки и гласности в СССР появляются объективные условия для оживления национальных движений. В 1988 г., во время празднования 1000-тия Крещения Руси возрождается и национальное движение среди чувашского духовенства. Лидером движения стал настоятель церкви с. Янгильдино, выпускник Ленинградской Духовной Академии, протоиерей Иоанн Иванчин († 2007), который во время торжеств, посвященных 1000-тию Крещения Руси, попытался организовать распространение Завещания Ивана Яковлева среди верующих. Епархиальное управление выступило против этой инициативы. Вызвала неприятие архиерея и желание публично отслужить панихиду по чувашскому просветителю [9]. Архиепископ Варнава, похоже, исходил из того, что в 1988 г. такие инициативы могли привести епархию к конфликту с партийно-государственными органами.

В 1989 был создан Чувашский общественно-культурный центр (ЧОКЦ), который возглавил известный чувашский писатель и общественный деятель Михаил Юхма. С ЧОКЦ начинают сотрудничать и некоторые чувашские священнослужители, обеспокоенные религиозной темнотой своего народа и наличием пережитков язычества. В качестве одного из условия национального возрождения чувашские священники говорят о более широком использовании чувашского языка в богослужении и переводе Библии на родной язык. ЧОКЦ решает начать работу над переводом Библии. В 1990 г. по инициативе ЧОКЦ была создана Чувашская Библейская комиссия. Председателем стал М. Юхма, в состав комиссии вошли кандидат исторических наук И.Я. Тенюшев, кандидат филологических наук В.П. Станьял, чувашский народный писатель А. Артемьев, протоиерей И. Иванчин, настоятель церкви г. Новочебоксарска, протоиерей И. Карлинов, священник П. Филиппов, В. Енеш, Р. Сарби и другие представители чувашской интеллигенции. Помощь в работе комиссии оказало Всемирное Библейское общество, которое передало комиссии переводы первых четырех книг Библии, выполненные И.Я. Яковлевым и другие материалы. ЧОКЦ обратился за содействием и к патриарху всея Руси Алексию II. Из патриархии, для координации работы был командирован в Чебоксары ответственный секретарь К.И. Логачев [10].

Если на уровне Патриархии работа Чувашской Библейской комиссии под эгидой ЧОКЦ нашла понимание, то руководство Чувашской епархии встретила эту инициативу без энтузиазма. Скорее всего, причиной такого, мягко говоря, прохладного отношения чувашского архиерея к своим прямым обязанностям был денежный вопрос: на перевод и издание чувашской Библии требовалось 50 тысяч рублей [11], но архиепископ Варнава, никогда не отличавшийся щедростью, полагал, что вопросы образования и просвещения не являются первоочередными. Чувашская епархия берет курс на отстранение ЧОКЦ от работы над переводом Библии. В 1991 г. Чувашская епархия, в противовес ЧОКЦ, создала свою комиссию, обратившись за помощью к специалистам из Транссбурга [12]. Организационную, научную и финансовую помощь оказали Российское Библейское общество и Объединенные Библейские общества. Возглавил комиссию лично архиепископ Варнава [13]. При поддержке правительства Чувашской Республики работа этой комиссии оказалась достаточно успешной [14].

В 1989 – 90 гг. в Чебоксарах открываются закрытые при советской власти церкви, и возникает идея превратить одну из них – Воскресенскую в чувашский православный приход. Инициатором выступает о. Иоанн Иванчин. В 1990 г. о. Иоанн публикует в главной республиканской газете «Советская Чувашия» большую статью «Слышать и понимать», где подвергает резкой критике национальную политику главы епархии, архиепископа Чебоксарского и Чувашского Варнавы. По сути дела, с этой статьи началось вхождение Чувашской епархии в публичное медиа-пространство. Апеллируя к Священному Писанию о. Иоанн утверждал, что «проповедь Евангелия должна проводиться на родном языке. … За весь период распространения христианства на земле чувашской не было на епископской кафедре ее столицы епископа национальности коренного населения. Но беда, как было сказано, не в национальности, главное, если не ошибаюсь никто из них не владел языком, своих, как мы говорим, пасомых. На моей памяти архиепископ Николай имел обыкновение расспрашивать о названиях предметов, понятий на чувашском, архиепископ Вениамин просил переводить свои проповеди на чувашский, если видел, что в храме большинство чуваши – они проявляли какой-то интерес к языковому вопросу. Социологи утверждают, что в республике около 67 процентов чувашскоязычного населения, а в границах республики, можно думать, чувашскоязычных верующих около 80 процентов. Не странно ли, если пастырь не знает языка своих пасомых» [15]?

Нелицеприятно описывает о. Иоанн и ситуацию с чувашским приходом Воскресенской церкви: «Община Воскресенского храма в Чебоксарах принимает решение ранние литургии проводить на русском языке, а поздние – на чувашском, что удобно и русскоязычному и чувашскому верующему населению, потому что в других храмах города ранние литургии совершаются на чувашском, поздние – на русском. Чуваши не всегда успевают к 6-ти часам, да и пение хора на ранних уступает пению на поздних.

Видели бы вы реакцию Управляющего Чебоксарско-Чувашской Епархией Архиепископа Варнавы, когда ему был предъявлен протокол собрания. Бумага полетела на пол, священнику, проводившему собрание, было заявлено, что на него будет подана жалоба патриарху, собрание объявлено (в пункте о языке богослужения) недействительным. А послали туда священника, хоть и чуваша, но который, как слышно, отказывается исполнять желание общины о языке богослужения. Так что же здесь имеем: вопрос языка или административный пыл» [16]?

Однако руководство епархии задела не столько критика национальной политики архиепископа, сколько то, что о. Иоанн выставил на обозрение общественности отсутствие у архиерея элементарной культуры, эгоизм и мещанскую привязанность к роскоши: «А вот «я не чуваш», – как говорит … Владыка, – это оправдание перед кем? Есть благоприятная возможность завершить перевод и издать Библию на чувашском языке: ЧОКЦ стремится исполнить Духовное Завещание просветителя чувашей Ивана Яковлевича Яковлева: завершить им начатое дело – перевод и издание Библии. Дело великое, потребуются затраты на 50 тысяч рублей – посильная сумма для всей Епархии, тем более сумма эта возвратная. Как же понимать Архиерея чувашей, отказывающегося участвовать в этом святом деле? Неужели приобрести и содержать пять легковых автомашин для своих собственных нужд, строить за сотни и сотни тысяч, извините, дворцы – средства находятся, а на Библию на нашем языке – нет? Можно не распродавать коллекцию машин и дворцы его же привечают – деньги найдутся без жертв со стороны Архиерея, необходимо лишь его заинтересованное организационное участие. Познавший язык и душу своих пасомых не сторонился бы столь насущной проблемы» [17].

В защиту епархии было поручено выступить протоиерею Аполлинарию Павлову, бывшему в тот период народным депутатом ЧАССР. В содержательной части критику о. Аполлинария все же следует считать верной: «Поймите, пожалуйста, Библия – это не художественное произведение, тем более для верующих, а книга, на которой утверждается христианское учение. И перевод ее вряд ли по силам каждому переводчику. Чтобы ее перевести, нужно жить ее духом, проникнутся ее содержанием, испытать на себе ее духовно-нравственную силу. Разве это по силам нашим литераторам-переводчикам, для коих как христианское учение, так и языческие обычаи стоят на одном уровне. Библию могут перевести ученые-верующие. Раньше этим делом занимались в монастырях и духовные учебные заведения» [18].

Счел несправедливой критику Варнавы о. Иванчиным и уполномоченный Совета по делам религий по Чувашской АССР Б.А. Краснов. В своем последнем, в истории этого учреждения, информационном отчете, он отметил, что «до настоящего времени негативных явлений на межнациональной почве в религиозной среде в республике не фиксировалось, не возникало отношений национального неравенства или смыкания националистических элементов с религиозными фанатиками. … Соотношения служителей православного культа, например, по национальному признаку выглядит следующим образом: представители коренной национальности составляют 75,4 % от общего числа служителей культа, русские – 19 %, других национальностей – 5,6 %, что соответствует демографическому составу населения республики. Богослужение в большинстве церквей ведется на чувашском языке, а там, где преобладает русское население – на русском (Алатырский, Порецкий районы).

Вместе с тем верующих интересует вопрос о соотношении служителей культа по национальному признаку в плане того, нет ли здесь нарушений национального равенства. Об этом говорят письма верующих и недавняя публикация в газете «Советская Чувашия» протоиерея Иоанна о том, что правящий архиерей Варнава, русский, якобы препятствует совершению богослужений на чувашском языке. Такое обвинение не соответствует действительности и является результатом неприязненных отношений между ними» [19].

4 апреля 1991 г. в адрес Президента СССР М.С. Горбачева житель г. Чебоксар Захаров, от имени «верующих людей русского города Алатыря» направил телеграмму с совершенно противоположными обвинениями по отношению к архиерею: «Просим Вас помочь нам слушать службу русских священников. Варнава Чебоксарский назначает нам священников только чувашей. Требуем отставки Варнавы». Однако у меня есть подозрение, что телеграмма была направлена кем-то из сотрудников Чебоксарской епархии, т.к. в телеграмме указан адрес соседнего с епархией дома [20].

Статья о. Иоанна обсуждалась на епархиальном собрании, которое призвало автора напечатать опровержение. О. Иоанн подготовил опровержение, под названием «Вы требуете опровержения», которая была предъявлена архиепископу для ознакомления. Судя по всему, текст опровержения был еще острее, чем сама спорная статья. По словам о. Иоанна Иванчина: «Вы и Ваши любимчики добились от меня на собраниях печатного … опровержения. Но на этот раз, прочитав первым предъявленное мною «опровержение», стали говорить о своей готовности решать вопросы, поднятые в моей статье, и без публикации в печати, и даже несколько раз употребили выражение: «Будем мириться». … Призывали на взаимной основе «не развозить ссору». Видит Бог, я тогда согласился «проглотить» два пасквиля небескорыстных Ваших защитников» [21]. Однако 15 февраля 1991 г. в газете «Советская Чувашия» была напечатана статья алатырского священника Валерия Кольцова «Блажен, кто не соблазнится…», направленная против о. Иоанна и полемика разгорелась с новой силой. По словам о. Иванчина, Валерий Кольцов, выступивший в защиту Варнавы, действовал исходя из меркантильных интересов: он привозил из Москвы духовную литературу на чувашском языке, изданную Русской Зарубежной Церковью, и продавал в ее в Чувашии по завышенной цене. Перевод и издание чувашских духовных книг в республике, по мнению о. Иванчина, могло повредить бизнесу Кольцова [22].

В марте 1991 г. протоиерей Иоанн Иванчин обратился с письмом к патриарху Алексию II и членам Священного синода РПЦ, в котором впервые было артикулировано желание иметь автокефальную церковь. В письме о. Иоанн опять резко критиковал национальную политику епархии, и, уже РПЦ в целом: «Ваше святейшество! С полной ответственностью можно заявить: национальная политика РПЦ не безупречна. … За все время христианства среди чувашей не было ни одного епископа чувашской национальности на чувашской кафедре, но беда не в том, что епископ не чуваш, а в том, что никто из них не знал языка своих пасомых. Сказалось это на чувашах? Про период до революции можно сказать, что сказалось в худшую сторону. В советский период этот феномен имеет, мягко говоря, объяснимые причины, но отнюдь не оправдательные.

Но то, что продолжается такая несправедливость в настоящее время не имеет не то что оправдания, но никакого объяснения.

Национальная политика в Чебоксарско-Чувашской Епархии была предметом многократных моих бесед с Архиепископом Варнавой, который управляет епархией с 1976 г.

Но объясните, пожалуйста, действие чувашского архиерея, запретившего отслужить панихиду Просветителям (Н.И. Ильминскому, И.Я. Яковлеву) на юбилее 1000-летия Крещения Руси. Ведь мы, чуваши, православные именно через них. Кстати, с 1978 г., когда исполнилось 130-летие со дня рождения И.Я. Яковлева, я пытаюсь ввести в чувашских приходах какой-нибудь знак памяти о нем (панихиды, проповеди), но видел только явное сопротивление и нарекания.

С 1989 г. чувашская интеллигенция ставит вопрос поддержки Епархией перевода для них Библии».

О. Иванчин дает меткую характеристику личности архиерея: «Я могу привести множество примеров из действий Архиепископа Варнавы неблагоприятных для христианства среди чувашей именно в свете национальности, в свете родного языка, но думаю, это у него не столько от чувашефобизма, сколько от общеобразовательного уровня. Он будет таким же и среди верующих марийцев, и удмуртов и других «незубастых» народов». «Я не нахожу оправданий его епископства» - добавляет о. Иоанн.

Заканчивая письмо, Иванчин ставит вопросы, которые выглядели как ультиматум: «как поступить, благословите:

1. Просить, объявлять, добиваться Чувашской Православной Церкви, по примеру УПЦ, БПЦ (чувашей 2 миллиона с лишним)?

2. Ждать епископа-чуваша, или хотя бы стремящегося знать язык чувашей (например, архимандрита Гурия (Кузьмина) с. Ополье Ленинградской епархии. Он жил среди чувашей, рос у священника-чуваша)?

3. Или просить официально, без обид, уволить меня за штат, поскольку служить под управлением Архиепископа Варнавы не считаю для себя возможным?

Думаю, третий вариант более подходящий, но вопрос этим не решиться, и если мы не даем людям духовного хлеба, по причине от нас зависящей, то как мы оправдимся» [23]?

В апреле 1991 г. с письмом к патриарху обратился и Михаил Юхма: «Ведущая чувашская интеллигенция сейчас как бы на распутье. за годы советской власти, особенно за последнее время наша национальная культура, наше чувашское бытие, наш родной, горячо любимый чувашский язык оказались под угрозой полного исчезновения. Сделав обзор и анализ общественного положения, жизни родного народа, мы убедились, что хранителями национальной культуры, родного языка, чувашского лица народа в эти труднейшие и трагические годы были чувашские общины, живущие под влиянием древнечувашской религии, гонимые общины чуваш-протестантов (баптистов) и чувашские общины чуваш-мусульман. А православная религия, особенно за годы управления Чувашско-Чебоксарской епархией архиепископом Варнавой (с 1976) стала гонителем чувашской национальной культуры, чувашского языка и чувашского лица. … Задумавшись о судьбе родного народа, желая помочь ему, понимая значение Библии, ЧОКЦ решил продолжить дело И.Я. Яковлева и его Переводческой Комиссии. И первым, к кому мы пошли с этими мыслями и думами, были Варнава и наши православные священники. Мы пришли к ним на собрание. И первую неприязнь, какую-то непонятную нам дикую нелюбовь к чувашскому народу, к чувашской интеллигенции со стороны Варнавы увидели тогда. Правда, слово он нам дал, но, предоставляя слово, махнул рукой и ушел, мол, говорите что хотите, мне это не интересно. Все священники, хоть и удивились тогда поступку Варнавы, нас поддержали. И мы создали вместе с ними Чувашскую Библейскую Комиссию, как правопреемницу Яковлевской Переводческой Комиссии. Но сразу же после этого Варнава в буквальном смысле стал бороться против нашей работы над переводом Библии на чувашский язык, объявляя нас то язычниками, то националистами. ….

Я уже писал, что чуваш два миллиона. Почти такие же по численности народы, такие как грузины, армяне, и другие имеют свою хритианскую церковь, и верующие в любое время могут обратиться к своим первосвященникам на своем языке. И священники помогают людям, а не отталкивают, помогают сохранять народ, возрождать культуру, помогают национальным движениям. А наш епископ Варнава, глава Чебоксарско-Чувашской епархии, не только не помог в работе над переводом Библии, наоборот, стал бороться против нас, распуская клеветнические измышления. Я несколько раз пытался с ним встретиться или поговорить по телефону, придти к согласию, сесть за круглый стол, но все это было напрасно, со стороны Варнавы и его приближенных понимания нашей боли, нашего страдания, нашего желания найти общий язык мы не могли». Юхма прямо ставит перед патриархом вопрос создания чувашской национальной церкви: «Учитывая создавшееся положение, мы хотим добиваться создания Чувашской Православной Христианской церкви, во главе которой должен стоять честный, умный, любящий своих прихожан священнослужитель, знающий в обязательном порядке два языка: чувашский и русский. Чуваши двухмиллионный народ, и мы думаем, заслуживают и этого» [24]. Таким образом, в составе ЧОКЦ появляется Общество организации Чувашской Православной церкви. В печатном органе ЧОКЦ в 1991 г. печатается подборка материалов и статей посвященная этому вопросу. Некто М. Семенов в статье «Чувашской православной церкви быть» пишет: «Чувашия суверенное государство. Но у верующих чувашей ничего чувашского нет. «Вы принадлежите Русской Православной Церкви, молитесь по-русски, и Библию читайте по-русски». Это говорит нам откуда-то присланный, и ничего не понимающий по-чувашски архиепископ Варнава». Семенов апеллирует к опыту других народов: «Армяне верой Христа живут, только у них своя вера, первосвященник свой – католикос. У грузин тоже свое христианство, и у них первосвященник – патриарх…. И мы, чуваши, должны создать свое христианство. Пусть и у нас будет свой первосвященник. Чтобы весь народ его любил, надеялся, чтобы, когда тяжело он мог помочь народу, чтобы люди могли, преклонив перед ним колени, спасти душу чувашскую. А как мы его будем звать, патриарх или великий отец, или совсем другими словами, Бог Сам скажет нужное слово». Семенов рисует блестящую перспективу Чувашской церкви: «Пусть будет свой чувашский монастырь. … В чувашских монастырях печатались бы Библии и молитвы. Чувашские монастыри спасали бы нас перед Богом. … И появились бы у нас свои святые. Среди них достойное место заняли бы И.Я. Яковлев и К.В. Иванов и другие достойные чувашские люди. Когда будет создана Чувашская православная церковь, мы могли бы открыть духовную семинарию. …. Нам надо бороться за Чувашскую православную церковь» [25].

Обеспокоенное таким поворотом событий руководство Чувашской епархии, постаралось дискредитировать движение, связав его в массовом сознании с попытками возрождения чувашского язычества, тем более что национальные деятели сами давали для этого повод. Собственно, для многих представителей чувашского национального движения, воспитанных на причудливой советской смеси интернациональной партийности и национализма было все равно, что станет стержнем национальной идентичности – христианство или язычество. В республиканской прессе появляется значительное количество публикаций, призывающих к возрождению старой чувашской веры, возникает идея создания этнопарка в Чебоксарах, в котором совершались бы языческие моления. Все это способствовало падению популярности среди духовенства идеи независимой Чувашской церкви.

В 1992 г. на заседании Чувашского национального конгресса, настоятель Свято-Владимирской церкви, протоиерей Илия Карлинов, уважаемый чувашский священник, резко высказался против создания Чувашской церкви. По его мнению «Чувашская церковь никак не может быть самостоятельной без благословения вышестоящей, в данном случае русской православной. Надо иметь не менее трех архиереев, а у нас только один» [26]. Понимающие такие вопросы писатели Станъял и Юхма – по его словам – сторонники возрождения чувашской языческой религии. Выступление о. Ильи участники Конгресса захлопали, не дав ему договорить. Следует отметить, что о. Илья рассматривает вопрос создания Чувашской церкви не эмоционально, а в чисто практической плоскости, замечает техническую трудность такого проекта, но не говорит о принципиальной невозможности чувашской автокефалии. О. Илья участвовал и в теледебатах по религиозному вопросу в Чувашии.

Возражая о. Илье врач П. Львов писал «Почему в Чувашии, где большинство из прихожан чуваши, нельзя иметь церкви, где бы молились за наши грешные души на нашем, понятном нам и нашему Богу языку? Почему для этого мы должны брать благословение у Москвы и опять у нашего старшего русского брата? Сами Вы бессильны или просто не хотите? Бог один, но пока о нем не заговорят на моем языке, проповеди будут непонятны. Так думаю не один я. Вот почему наши чувашские писатели Станъял и Юхма выступают за возрождение чувашской религии, хоть бы и языческой» [27].

В 1992 г. Чувашская епархия выступает против проведения выборов первого президента Чувашской Республики, инициированных Чувашским национальным конгрессом: «В то время, когда многие граждане республики нищенствуют, когда правительство не может изыскать средств на строительство домов для престарелых и инвалидов, социальной защиты неимущих и нуждающихся граждан, преступно тратить десятки и даже сотни миллионов рублей на проведение выборов и содержание аппарата Президента.

Пример других регионов убеждает нас в том, что после избрания Президента «изобилия» не наступает, а наоборот, с особой силой возрастают политическая напряженность и межнациональные конфликты. Мы считаем, что в настоящее трудное время проведение выборов нецелесообразно.

В переживаемый нами период особенно явственно грозят чувашскому народу стремления определенной группы возродить существовавшее до начала XVIII века язычество. Пагубно для души человеческой возрождение поклонения идолам и другим тварям. Это самое главное. Возрождение язычества приведет к нагнетанию напряженности и увеличению физического противостояния. Опыт и пример других регионов наглядно убеждают, а пионеры язычества уже открыто заявляют, что могут возникнуть кровавые бойни на религиозной почве» [28].

На это обращение откликнулся профессор М. Федотов, который прекрасно понял его подоплеку: «Полемизировать с церквократами – дело не из приятных. Однако перед Богом скажу: вы совсем не знаете или плохо знаете чувашский народ в исторических перипетиях, следовательно, его историю, его язык, его чаяния. Вот недавно на Чувашском национальном конгрессе в президиум с честью был приглашен один священнослужитель, он с первых же слов вступил в конфликт с аудиторией. Почему так произошло? Да потому, что в зале сидели не мужики XVII – XVIII или даже XIX века, а современные чуваши, подавляющее большинство которых имеет высшее светское образование. Это значит, что для них нужен лектор высшего уровня и говорить надо с ними не на языке «сам не знаю каком». К слову сказать, Чувашская Церковь должна вести службу на чувашском языке, если она призывает «храните себя от требъ идол». Ругать язычников проще простого, а вот распространять Слово Божие в гуще чувашского народа – всем недосуг или просто в церковном Управлении нет желания издавать популярную религиозную газету на чувашском языке» [29].

В республиканской прессе появляется ряд публикаций, направленных против язычества. В этих публикациях в числе инициаторов возрождения старой чувашской религии называется и М. Юхма. Так, в открытом письме 362-х прихожан Свято-Троицкого мужского монастыря г. Чебоксар, нет ни слова о Чувашской церкви, зато говорится, что «наиболее усердно зовут к язычеству ученые и писатели А.П. Хузангай, В.П. Станъял, М.Н. Юхма….. Они неоднократно выступали и продолжают выступать по республиканскому радио и телевидению с призывами бросить «ненавистное истинному чувашскому народу» христианство, перейти обратно в язычество» [30].

В целом, следует сказать, что выбранная руководством епархии тактика привела к успеху. К середине 1990-х гг. полемика по поводу национальной церкви постепенно сходит на нет и совершенно прекращается к началу визита в Чувашию патриарха всея Руси Алексия II в 1996 г. В немалой степени этому способствовала и поддержка президента Чувашской Республики Н.В. Федорова, важной задачей для которого в начале его президентской карьеры было взять под контроль национальное движение. Пользуясь поддержкой власти архиепископ (ныне митрополит) Варнава получил возможность просто игнорировать сторонников автокефалии.

С другой стороны, полемика по поводу чувашской автокефалии заставила епархиальное управление скорректировать национальную политику, прежде всего в области просвещения. Епархиальное руководство стало активнее включаться в работу по переводу Библии на чувашский язык и изданию чувашской церковной литературы. В новопостроенной церкви Новомученников и Исповедников Российских в Чебоксарах даже была написана икона всех чувашских святых, во главе с мучеником Авраамием Болгарским. Вдохновителем написания такой иконы выступил настоятель церкви, протоиерей Григорий Медведев. В Чебоксарском духовном училище чувашский язык – в числе обязательных предметов. Инициатор создания Чувашской православной церкви о. Иоанн Иванчин к концу 1990-х гг. отошел от активной общественной деятельности.

 

Если говорить о возможных перспективах Чувашской национальной церкви в начале 1990-х гг. то в условиях слабости светской власти и при грамотном подходе к делу это начинание могло бы иметь определенный успех, по крайней мере, в качестве декларации о будущих намерениях. На мой взгляд, достаточно перспективным был подход не чувашских национальных деятелей, которые проявили слишком большую эмоциональность, при отсутствии знания церковной истории и технологии получения канонической самостоятельности, а направление, намеченное татарским правозащитником Валиахмедом Тимохиным, который сразу обозначил преемственность своей церковной идеи с принятием христианства ханом Кубратом. В этом случае, вопрос о чувашской церковной самостоятельности мог быть поставлен не перед Москвой, а перед Константинополем. Но главным препятствием на пути чувашской автокефалии стало, прежде всего, отсутствие массовой базы в среде верующих. Национальное церковное движение не сумело выйти за узкие рамки национальной интеллигенции, тогда как основная масса православных верующих, как русских, так и чувашей, в начале 1990-х гг. была представлена социальными маргиналами, далекими от подобных запросов.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

 

1. Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России … – С. 954. 2. 3. ГИА ЧР, Ф. 1857, Оп. 1, Д. 1, Л. 2 – 3. 4. 5. Там же, Л. 105. 6. 7. Там же, Оп. 4, Д. 33, Л. 1 – 1 об. 8. 9. Карлинов И. Н. Введенский кафедральный собор в Чебоксарах // Журнал Московской Патриархии. – 1971. - № 1. Интернет-версия - http://www.sobor-vvedenie.ru/sobor/istoriya_hrama/ 10. 11. ГИА ЧР, Ф. 1857, Оп. 4, Д.193, Л. 6. 12. 13. Там же, Л. 8. 14. 15. Валиахмед Хайдарович Тимохин – Татарский (Христианский) Ортодокс – http://www.mtss.ru/forum/viewtopic.php?t=1572&view=previous 16. 17. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Открытое письмо Архиепископу Чебоксарскому и Чувашскому Варнаве. // Вучах. – 1991. – 2 декабря. 18. 19. Абайдаров А. Библи к?ларас йытупа. // Вучах. – 1991. – 18 марта. 20. 21. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Слышать и понимать. // Советская Чувашия. – 1990. – 23 октября; Смагина Л. Сотвори человека в себе <интервью с протоиереем И. Карлиновым>.// Советская Чувашия. – 1993. – 20 февраля. 22. 23. Смагина Л. Сотвори человека в себе <интервью с протоиереем И. Карлиновым>. // Советская Чувашия. – 1993. – 20 февраля. 24. 25. Акт учредительного собрания Чувашской Библейской комиссии.// Журнал Московской Патриархии. – 1991. - № 6. – С. 77. 26. 27. Продолжая дело И.Я. Яковлева. К выходу в свет Библии на чувашском языке. - http://www.eparh-chb.ru/documentation/developments/?id=3 28. 29. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Слышать и понимать. // Советская Чувашия. – 1990. – 23 октября. 30. 31. Там же. 32. 33. Там же. 34. 35. Аполлинарий Павлов, протоиерей. Библия – не художественное произведение. // Советская Чувашия. – 1990. – 27 октября. 36. 37. ГИА ЧР, Ф. 1857, Оп. 4, Д. 153, Л. 43 – 44. 38. 39. Там же, Д. 195, Л. 70. 40. 41. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Открытое письмо Архиепископу Чебоксарскому и Чувашскому Варнаве. // Вучах. – 1991. – 2 декабря. 42. 43. Там же. 44. 45. Протоиерей Иоанн <Иванчин>. Святейшему Патриарху всея Руси Алексию II и членам Священного Синода РПЦ.// Вучах. – 1991. – 2 декабря. 46. 47. Юхма М.Н. Святейшему Патриарху всея Руси Алексию II.// Вучах. – 1991. – 2 декабря. 48. 49. Семенов М. Ч?ваш православи чирк?в? пулатех!... // Вучах. – 1991. – 2 декабря. 50. 51. Смагина Л. Сотвори человека в себе <интервью с протоиереем И. Карлиновым>. // Советская Чувашия. – 1993. – 20 февраля. 52. 53. Львов П. Почему верующие не слышат священника.// Советская Чувашия. – 1993. – 11 марта. 54. 55. К чадам православной церкви и жителям Республики. Обращение управляющего Чебоксарско-Чувашской епархией архиепископа Варнавы и представителей духовенства Республики.// Советская Чувашия. – 1992. – 9 декабря. 56. 57. Федотов М. Зачем пастырям политика. // Советская Чувашия. – 1992. – 16 декабря. 58. 59. Нет ни «Еллина ни Иудея» - перед богом все равны.// Советская Чувашия. – 1995. – 22 августа. 60.

 

 

 

ИЗ ИСТОРИИ ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНОГО ДВИЖЕНИЯ В ЧУВАШИИ

 

ЦЕРКОВНАЯ ОППОЗИЦИЯ В ЧУВАШИИ В КОНЦЕ 1920-Х ГГ.: «СОЮЗ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ»

Борьба с религией и церковью, объявленная официальной идеологией Советского государства, в конце 1920-х гг. вступила в новую фазу. Убедившись в неспособности обновлецев повести за собой основную массу верующих, большевики изменили тактику. В 1927 г., поддавшись давлению властей, заместитель патриаршего местоблюстителя митрополит Нижегородский и Арзамасский Сергий, выпустил знаменитую «Декларацию», в которой отказывался от противостояния с советской властью. Как справедливо отметил М.В. Шкаровский: «Декларация 1927 г.», означавшая уход с позиций аполитичности, перемещения епископов по политическим мотивам и ряд подобных актов создавали новую форму взаимоотношения Патриаршей Церкви с государством. Именно с этого времени начал утверждаться почти тотальный контроль последнего над внутрицерковной жизнью» [1]. Такое положение не могло не вызвать сопротивления со стороны клира и наиболее активных верующих. Ситуация осложнялась начавшейся в конце 1920-х гг. коллективизацией. При этом церковь справедливо рассматривалась властями как важный фактор традиционного крестьянского уклада, который надо было переломить. С другой стороны, противодействие коллективизации, подчас, принимало форму борьбы против курса митрополита Сергия.

Церковное сопротивление в деревне принимало как индивидуальные, так и организованные формы. В Чувашии одним из эпизодов такого противостояния была организация активными священнослужителями-чувашами Мало-Яльчикского района ЧАССР оппозиционного митрополиту Сергию «Союза православной церкви». Идейным вдохновителем «Союза…» стал чрезвычайно популярный среди чувашского населения, долгое время прослуживший в Казанской епархии, находящийся в среднеазиатской ссылке, бывший Уфимский архиепископ Андрей (Ухтомский), который с самого начала отрицательно относился к самой идее передачи церковного управления по завещанию как к неканоничной, и вставший на путь децентрализации церковной власти и организации, неподчиненных временному Синоду митрополита Сергия, общин.

«Союз православной церкви» стал организовываться на рубеже 1926 и 1927 гг. Инициаторами «Союза…» были благочинный Мало-Яльчикского округа, настоятель церкви с. Байгильдино, Сергий Орлов, псаломщик (а затем и священник) церкви с. Новые Шимкусы Александр Григорьев и помощник благочинного, бывший член правления Чувашской автокефальной церкви о. Андрей Хрисанфов [2]. По словам Александра Григорьева: «Причиной организации «Союза…» послужило то, что в то время прокатилась волна обновленчества, среди старого духовенства ориентации староцерковников появилось недоверие друг другу, признание друг друга обновленцем. Я желал сохранить веру среди населения» [3]. Особую роль в организации «Союза…» сыграло письмо архиепископа Андрея к одному из организаторов: «Возлюбленный о Христе брат, <имя адресата закрашено – А.Б. > Вчера я получил твое письмо, а сегодня отвечаю. Приветствую тебя и брата <имя закрашено – А.Б. > и брата <имя закрашено – А.Б. > , благодарю Вас всех за любовь вашу и доверие ко мне грешному.

Возлюбленные мои братья! Правду вы пишете, что тяжелое время мы все переживаем. И поэтому нам очень тяжело, что пастыри и епископы оставили свою паству и живут не по Христову Закону, а по чужим беззаконным приказаниям.

Вы пишете, что собираетесь для святой молитвы в одно место, так и молитесь. Это очень хорошо. Но вы все-таки должны избрать себе священника – пастыря, который хоть раз в месяц или раз в два месяца приезжал бы к вам и служил бы у вас Божию службу.

Главное: изберите человека хорошей жизни и с чистою совестию. Его и слушайтесь, с ним и молитесь. А назначенных священников не принимайте; все они назначены антихристом и служат антихристу. А вы каждого священника испытывайте; и если он благочестивой жизни, то принимайте, а если пьяница и блудник, – гоните его от себя!

Вы спрашиваете, могут или иеромонахи в приходских храмах крестить и венчать. Отвечаю – могут; и в миссионерских приходах всегда иеромонахи даже венчали браки.

Дорогие мои братья! Боюсь ошибиться и сказать вам что-нибудь не на пользу, потому что за тысячи верст трудно рассмотреть что нужно. А вот советую вам съездить в Казань, - хоть одному человеку. Там живет один ссыльный священник и епископ Стефан. Вот посоветуйтесь с ним, что вам делать. Я не знаю их адреса; но вы найдите Марью Васильевну Борисову, - она вам все расскажет. Живет она в Суконной Слободе, Спартанская ул., Малое Поле, дом 87. Она вам укажет, где живут честные священники.

А епископа Стефана упросите, чтобы он был вашим епископом и чтобы он не слушал митрополита Сергия, явного изменника святой Церкви и обновленца. Митрополит Сергий очень обижает епископа Стефана за то, что Стефан хороший человек. В Казани еще найдите отца Ксенофонта и отца Аркадия; у них можно и исповедоваться. Господь да благословит и укрепит вас на путях Божиих; помните, что сказал Господь: «блаженны изгнанные правды ради» и еще: «блаженны алчущие и жаждущие правды». Уговорите хоть одного или двух священников не подчиняться беззаконным епископам» [4].

В марте 1929 г. в с. Байгильдино состоялось благочинническое собрание, на котором присутствовали делегаты 13 приходов. На собрании по предложению благочинного о. Орлова и его помощника его о. Хрисанфова, в президиум был введен псаломщик Шимкусской церкви Александр Григорьев. Григорьев зачитал на собрании Декларацию митрополита Сергия, которая была расценена как обновленческая. Собрание постановило отложиться от епископа Алатырского Митрофана (Гринева) как от «обновленческого» и признать церковное управление активного «андреевца», епископа Старо-Уфимского Аввакума (Боровкова) [5], который еще в октябре 1928 г. обратился к участникам «Союза…» с посланием:

«Господи благослови.

Братиям – Чувашам.

Дорогие братия чуваши. Вы сами знаете, как сейчас раздирают Церковь Божию, исполнилось пророчество, и теперь восстали лжепророки и лжепастыри, которые раздирают и предают достояние Божие. Вы же помните и знайте, что теперь нужно с особенной твердостью беречь святую веру и святыя предания, переданные нам от апостолов и святых отцов, а потому и вы устраивайтесь сами и избирайте себе сами достойного епископа, а не ждите пока к вам пришлют какого-нибудь обновленца, который придет и разрушит у вас всякое церковное дело.

Теперь много стало архипастырей и пастырей ложных, христопродавцев и предателей святой истины, остерегайтесь таковых. Не сообщайтесь с таковыми, твердо стойте за Святое Православие.

Помолитесь и обо мне. Аввакум, епископ Старо-Уфимский.

21 октября с\с 28 г.

г. Симбирск» [6].

Влияние «Союза…» или, как стали называть его участников, «аввакумовцев», стало возрастать, почти во всех селах района имелись их приверженцы. Особенно сильными позиции «аввакумовцев» были в с. Большие Яльчики. 21 мая 1929 г. на заседании «Союза православной церкви» под председательством Александра Григорьева было принято постановление, подписанное и епископом Аввакумом, в котором провозглашалась жесткая позиция относительно обновленчества и вообще церковной дисциплины:

<перевод с чувашского> «Блюстителям храма Божьего, священникам Церкви вменить в обязанность следить и проводить в жизнь нижеследующие правила:

1. Священники должны разъяснять всем прихожанам своей церкви и образумить их, чтобы они каждый год говели, регулярно посещали храм Божий, принимали в себя Тело и Кровь Христову, соединялись с Христом – Богом, жили бы угодной Богу жизнью. Кто этим правилам не подчиняется, их следует отделить от Церкви.

2. Безбожников, живущих безбожной жизнью взять на заметку, немедленно отстранить их от Святых Таинств Церкви.

3. Строго соблюдать 5 – 9 правила Василия Великого. Не давать живущим без венца причащаться и принимать Тело и Кровь Христовы. Точно так же приведения родственниками, живущими без венца (советским браком), детей на причастие. Дети этих родителей могут быть допущены к причастию только их крестным отцом или крестной матерью.

4. Если верующий в течение года не принимает Тело и Кровь Господни, отделяется от Церкви и, если умрет, не допускать похороны его по религиозному обряду – хоронить без причастия, панихиды и отпевания.

5. Вменить в обязанность священникам ежегодно представлять в правление союза, в срок, списки верующих, как посещали церковь и принимали в себя Тело и Кровь Христовы.

6. Если священникам приходится по требам обращаться к обновленцам, то прежде чем обращаться, нужно тщательно обдумать этот шаг.

7. Не допускать выход верующими своих дочерей в обновленческие приходы.

8. Детей, крещенных обновленческими попами не допускать к причастию без благословения епископами и нового миропомазания им. Кроме того, не допускать к причащению детей, до тех пор, пока родители не дадут божественную присягу, что в дальнейшем не будут общаться с обновленческими священниками. Только тогда допускать к причастию, принятию Тела и Крови Христовых. Не допускать венчания неверующих супругов. Не допускать живущим без венца и не посещающим церковь держать ребенка при крещении, быть кумом или кумой.

9. Не допускать исполнение службы и треб священниками в хмельном или выпившем виде, священники должны быть опрятны при исполнении своих обязанностей.

10. Как священники, так и помощники их не должны курить табак.

11. Не допускать венчания разведенных, хотя бы и судом, мужа с другой женщиной, а жену с другим супругом, пока не разрешит союз это дело и не благословит епископ» [7].

Последовательное проведение в жизнь принципов, провозглашенных в послании, не могло не вызвать религиозного противостояния в селах, в которых активно действовали члены «Союза…», тем более, что в деревне церковь еще оставалась важным социальным институтом, в церковных обрядах участвовало большинство населения. Усиление церковно-канонической дисциплины вносило разлад и в жизнь семей, в которых не все могли разделять идеалы «Союза…». «Аввакумовцы» старались всячески поддерживать религиозный энтузиазм. Александр Григорьев, выбранный священником с. Новые Шимкусы, стал вести службу по монастырскому уставу, на литургию, которую он служил ежедневно, собиралось 1500 – 1700 человек. В своих проповедях, как следует из показаний председателя Новошимкусской сельхозартели «Автогигант» С.И. Скворцова, о. Григорьев призывал: «не бойтесь коммунистов, делайте все, что говорит религия, тогда вам будет рай, а, войдя в колхоз, вы согрешили, предали душу дьяволу» [8].

В конце 1931 г. власти решили положить конец деятельности «Союза православной церкви». Наиболее активные деятели: Александр Григорьев, Андрей Хрисанфов, Николай Краснов, иеромонах Гурий (Семен Павлов) были арестованы и осуждены к заключению на 3 года в концентрационный лагерь [9].

В исторической литературе и общественном сознании сложилось устойчивое мнение о том, что противостояние обновленцам и митрополиту Сергию было связано, главным образом с неприятием советской власти, с приверженностью духовенства и верующих монархическим ценностям. Однако архивные источники рисуют несколько иную картину. Так священник Александр Григорьев в своих показаниях на следствии говорил: «Признаю народную власть без безбожников. Под народной властью я понимаю власть, не делящую на классовые различия, т.к. в религии мы все, кулаки и бедняки, равны» [10]. В другом месте Григорьев отмечает: «Советскую власть считаю наказанием Божиим, раз это Божье наказанье, я против власти, поэтому, не возражаю» [11]. «Всякая власть есть от Бога, а поэтому для меня совершенно безразлично, какая бы у нас в России власть не была, советская или монархическая. На раскулачивание я сморю так по христиански: эти люди наказываются за грехи. Коллективизация для крестьян полезна и я считаю это дело положительным явлением» [12]. Сам Григорьев во время Гражданской войны служил в Красной армии, в 252 пехотном Перекопском полку. Священник Андрей Хрисанфов придерживался аналогичных взглядов: «Советскую власть признаю, и считаю что религия советской власти не мешает, против коллективизации не возражаю, это хорошо, когда люди работают вместе, но считаю неправильным, что колхозники работают по праздникам. Раскулачивание, считаю, что к плохим и скупым людям надо применять, а который был хорош и добр, то не надо было раскулачивать» [13].

Что касается отношения членов «Союза…» к церковному руководству митрополита Сергия, то оно так же определялось не столько его лояльностью к советской власти, сколько, как считали «аввакумовцы», узурпацией Сергием церковной власти. Эту позицию четко обозначил о. Григорьев: «В 1928 или 1929 гг. в православной церкви продолжал углубляться, на разные течения, раскол. Появление т.н. декларации митрополита Сергия, в которой он объявлял себя местоблюстителем патриаршего престола и от его имени действовал, а на самом деле он являлся и является незаконным захватчиком церковной власти. На собрании <я> говорил, что митрополит Сергий сделался обновленцем, захватил самовольно церковную власть и выдает себя за местоблюстителя патриаршего престола, поэтому нам необходимо от него отделиться» [14].

Таким образом, конфликт активного чувашского духовенства с советской властью был вызван не столько желанием вернуть старый режим, сколько репрессивной, по отношению к религии, политикой коммунистов и насильственной коллективизацией. Представление о безусловно монархической политической ориентации церковной оппозиции должно быть подвергнуто некоторой корректировке.

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. Шкаровский М. В. Церковное сопротивление в СССР. // «Православие при социализме. Государственно-церковные отношения в СССР в 1939—1964 гг». Цитата по Интернет-версии: http://hristov.narod.ru/shkar.htm 2. 3. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3098, Л. 152. 4. 5. Там же. 6. 7. Там же, Л. 142 – 145 об. 8. 9. Там же. 10. 11. Там же, Л. 147 – 147 об. 12. 13. Там же, Л. 117 – 119. 14. 15. Там же, Л. 14 – 14об. 16. 17. Там же, Л. 302. 18. 19. Там же, Л. 151 об. 20. 21. Там же, Л.153 об. 22. 23. Там же, Л. 160. 24. 25. Там же, Л. 171 об. 26. 27. Там же, Л. 157. 28.

 

 

ЕПИСКОП ГУРИЙ (ПАВЛОВ): ШТРИХИ К БИОГРАФИИ КАТАКОМБНОГО СВЯТИТЕЛЯ

Личность епископа Гурия (Павлова) несомненно, является одной из ключевых в истории российского альтернативного Православия. Его деятельность началась в конце 1920-х гг. и завершилась на исходе XX столетия, поэтому фигура епископа Гурия для многих была живым воплощением преемственности катакомбного движения, символизировала связь церковной оппозиции 1920-х гг. и истинно-православного движения конца XX – нач. XXI вв.

Библиография работ о катакомбном подвижнике представлена краткой биографией в известных очерках «Кто есть кто в российских катакомбах» [1], восходящей к сведениям А. Смирнова, именующего себя архиепископом Амвросием Сиверсом, и подробным очерком «Последний благодатный российский епископ», опубликованном на сайте О. Моленко [2]. Оба очерка, судя по всему, были написаны на основании личных бесед со святителем. Источником настоящей работы послужили архивные документы.

Будущий епископ Гурий (в миру Семен Павлович Павлов) родился в 1906 г. в д. Средние Кибечи Цивильского уезда Казанской губернии. До 1921 г. Семен Павлов жил с родителями, в деревне, занимаясь пастушеством. В 1921 г. Семен ушел из дома и отправился в Александро-Невский монастырь, в с. Малый Сундырь, в 40 км. от г. Чебоксар. Через год, после того как монастырь был закрыт властями, он перешел в Макарьевский монастырь, под Свияжском. После того как и этот монастырь был закрыт Семен Павлов начинает странствовать по монастырям переходя из одного в другой, по мере того, как монастыри закрывались. Так он побывал в Раифском монастыре и Седмиезерной пустыни, под Казанью, в Одигитрицком монастыре в Бакалинском районе Башкирии, в Алатырском Троицком монастыре [3].

В 1927 г. вышла знаменитая «Декларация» заместителя местоблюстителя российского патриаршего престола, митрополита Нижегородского Сергия. «Декларация» провозглашала курс на лояльность советской власти. Многим епископам масштаб этой лояльности, совершенно справедливо, казался чрезмерным. Кроме того, будучи всего лишь заместителем местоблюстителя митрополит Сергий явно превысил свои полномочия, выпуская этот документ от имени всей Русской Церкви, вызывала законное возмущение так же практика перемещения и отстранения епископов по принципу поддержки или не поддержки «Декларации». Особенно последовательным критиком курса митрополита Сергия был архиепископ Уфимский Андрей (князь Ухтомский), который вообще отказался признать законной практику назначения по завещанию патриарших местоблюстителей. Архиепископ Андрей пользовался большой популярностью в Поволжье, где долгое время был викарием Казанской епархии и много сделал для христианского просвещения нерусских народностей. Архиепископу Андрею удалось воспитать плеяду учеников, которые заняли епископские кафедры в епархиях Поволжья и Приуралья, после того как архиепископ Андрей был отправлен в ссылку за противодействие курсу митрополита Сергия.

В 1928 г. чувашские противники «Декларации», для организованного сопротивления курсу митрополита Сергия, объединились в «Союз православной церкви». Духовным лидером «Союза» стал архиепископ Андрей, который направил в Чувашию письмо, с призывом стойко противодействовать «Декларации» и не принимать сергианских епископов. Непосредственным руководителем «Союза» стал епископ Старо-Уфимский Аввакум (Боровков).

В 1930 г. в Уфе Семен Павлов, выбранный кандидатом в клир от «Союза Православной Церкви», сдал экзамен на священническую должность. Уфимский епископ Вениамин (Троицкий) совершил над ним постриг в монашество с именем Гурий и рукоположил его в сан иеродиакона. Через несколько месяцев иеродиакон Гурий был рукоположен в сан иеромонаха.

В тогдашних условиях очень важным для церковной оппозиции было расставить на приходы стойких противников «Декларации». Поэтому епископ Вениамин, по просьбе самого иеромонаха Гурия, направил его в Алатырь, в распоряжение епископа Алатырского, викария Симбирской (Ульяновской) епархии Митрофана (Гринева), временно управляющего Чувашской епархией. Отправляя Гурия в Чувашию, епископ Вениамин снабдил его письмом к православным в Чувашии: «Милость и благословение Спасителя нашего да будет со всеми вами.

Господу угодно стало, чтобы избранный Вами брат Симеон Павлов, а ныне честный отец иеромонах Гурий, сделался пастырем вашим и помогал Вам во всех духовный нуждах ваших.

Берегите его и сами помогайте ему, ибо он еще молод, хотя и наградил его Господь чистою душою и добрым сердцем.

Благодарим вас за любовь и доверие к нашему Архипастырю Владыке Андрею и ко всем нам – его ученикам. Владыка Андрей любил всегда чувашский народ и старался послужить ему, и мы так же любим вас и готовы помогать вам во всех нуждах ваших. Поэтому обращайтесь к нам со всем тем, что будет вам необходимо и нужно и мы готовы с радостию послужить вам. Да сохранит всех вас Господь молитвами Пр. Богородицы и святителя Гурия и Германа Казанских чуд. Просим вас помолиться о нас.

Смиренный Епископ Вениамин со всею Уфимскою Церковью» [4].

Алатырский епископ Митрофан назначил иеромонаха Гурия настоятелем церкви с. Шутнерово. По дороге в Чувашию, о. Гурия обокрали, и, главное, похитили священническое удостоверение. Т.к. у Гурия не было средств вернуться в Уфу, он решил заехать в Ульяновск, где находился в ссылке епископ Аввакум. «Выслушав меня, Аввакум благословил и напутствовал, чтобы я крепко стоял в православии, защищал православную веру и с обновленцами никаких дел не имел», – вспоминал о. Гурий [5].

В 1931 г. власти решили положить конец деятельности «Союза Православной Церкви», несколько активных священников, и о. Гурий в том числе, были арестованы и заключены в концентрационный лагерь на 3 года.

6 мая 1933 г. иеромонах Гурий (Павлов) совершил побег из Свирлага. Впечатляет география странствий о. Гурия в условиях нелегального положения: «Около года, т.е. по 1934 год я бродил по Ленинградской области. Надо сказать, что в 1932 г., когда я сидел в Чебоксарах, в городской тюрьме, кто-то из родственников, кто именно я не видал, принес мне передачу. Передача была с двойным дном. Под вторым дном оказался крест, маленькая иконка, свидетельство о рождении и справка с места рождения. В чемодане, но открыто, были кроме того, епитрахиль и молитвослов. В Ленинградской области я назывался священником. Переходя из одной деревни в другую, я устанавливал верующих и шел к ним за подаянием или на ночлег. Таким же образом, около полутора лет я ходил по Московской области. В 1935 или в 1936 году я приезжал в Чувашскую АССР. Был дома, в Средних Кибечах. … Узнав, что меня разыскивают я уехал в Башкирию. До этого, т.е. до посещения Средних Кибеч, я был еще в Горьковской области, где так же ходил по верующим. В Уфе я узнал, что епископ Вениамин находится в заключении. Из Башкирии я перебрался в Татарскую АССР. … Из Казани я направился в Марийскую АССР. Был еще раз и в Ленинградской области, и в Московской и в Горьковской областях. Заезжал в Чувашскую АССР в 1938, 1945, 1949, и в 1951 годах. В 1949 г. был в Киеве. … Во время войны я так же скрывался, как скрывался до и после войны. Известие о войне, насколько я помню застало меня в Горьковской области. В январе месяце 1942 года из Горьковской области я перебрался в Башкирскую АССР. Весной или летом 1943 года я перебрался в Татарию, летом 1944 года – в Марийскую АССР, а вскоре после войны вернулся домой в деревню Средние Кибечи, но вынужден был снова скрываться, т.к. меня разыскивали как беглеца» [6]. «В 1935 г., находясь в д. Средние Кибечи у монашки Максимовой Анисьи я сшил себе вместо изношенной новую епитрахиль, поручи, несколько церковных платков. У ней же взял несколько церковных книг: требник, сборник песнопений и канонник. Книгу об исповеди, чашу в виде рюмочки, ложку для причастия я купил в Казани, крест для богослужения сделал сам» [7]. «В последний раз в Башкирии я был в 1943 или 1944 годах. Находясь еще в заключении, через осужденного иеромонаха Агафобуса … я узнал, что во главе Уфимской епархии стоял епископ Руфим, которого я немного знал. Знал я еще монаха Симеона, который участвовал при моем рукоположении в качестве крестного отца. Приехав в Уфу в 1934 или 1935 году, я действительно искал и Руфима и Симеона. Руфим был к тому времени арестован, а Симеон умер. Таким образом в Уфе, в Бирске и вообще на территории Башкирии никого из своих знакомых я не нашел» [8]. «В Киево-Печерской лавре <в 1949 г. – А.Б.> я встретился с казначеем лавры, одним иеромонахом, у которого спросил о возможности поступить в лавру. Он мне ответил, что для этого нужно иметь паспорт. С таким же вопросом я обратился к одному схимнику лавры. Он сказал то же самое. С этим схимником я говорил так же относительно легально действующей церкви, высказал свои сомнения и сомнения некоторых верующих, не признающих легально действующей церкви. Он, схимник, на это ответил, что легально действующую церковь надо признавать. Ввиду того, что на территории лавры следят за подозрительными лицами, следят за иностранцами, которых там очень много, я на четвертый день выехал оттуда.

В Сергиевско-Троицкой лавре я был двое суток, никаких встреч там не было. Я помолился и выехал, т.к. там проверяют документы, документов у меня нет, кроме фальшивой справки» [9].

В 1946 г. о. Гурий был арестован, но благодаря поддельной справке об освобождении он был освобожден по амнистии. Безуспешно попытавшись получить настоящее удостоверение личности, он вновь перешел на нелегальное положение, т.к. опасался, что власти дознаются о том, что он беглый лагерник. В 1949 г. Гурий был вновь арестован в с. Шихазанах и предан суду за побег из лагеря. Суд приговорил его к 3 годам заключения, но тут же освободил по амнистии. Узнав, что прокуратура решила опротестовать приговор суда о. Гурий посчитал за лучшее скрыться [10].

23 декабря 1951 года последовал новый арест о. Гурия в доме истинно-православной христианки Татьяны Игнатьевой, в г. Цивильске: во время обыска он был обнаружен под кроватью [11]. О. Гурию инкриминировалась связь с «церковно-монархическим подпольем «ИПЦ» – «истинно-православных христиан единой святой апостольской церкви», «насаждение» на территории ЧАССР групп ИПЦ и руководство их антисоветской деятельностью [12].

Во время следствия, на допросах о. Гурий держался стойко, даже дерзко. В следственном деле имеется несколько отметок о том, что «обвиняемый Павлов от подписи демонстративно отказался» [13], «арестованный Павлов перестал отвечать не объясняя причин» [14].

Не боялся о. Гурий и резких выпадов в сторону советской власти: «Я не признаю советской власти, и всех ее безбожных организаций, в том числе и колхозов, где заставляют людей работать в религиозные праздники и тем самым заставляют отказываться от Бога. Я не признаю легально действующей церкви, где славят безбожную власть» [15]. «По нашему учению, по убеждению истинно-православных христиан законной властью на земле являлась власть царя – помазанника Божьего, защитника истинного православия. Советская власть же, по нашему убеждению, есть наказание Божье, ниспосланное на людей. Всякие организации, созданные советской властью, есть безбожные организации. Меня спрашивали об отношении к профсоюзам. Я говорил, что на первой странице профбилета есть надпись: «Профсоюзы – школа коммунизма». Коммунизм – это безбожие, поэтому истинно-православный христианин должен избегать вступления в безбожные профсоюзы. Меня спрашивали относительно участия в выборах в Советы. Я наставлял, что лучше не участвовать в выборах, но если истинно-православному христианину приходится поневоле участвовать в выборах, то он должен зачеркнуть бюллетень» [16].

В статье «Последний благодатный российский епископ» говорится о встречах о. Гурия с епископом Нектарием (Трезвинским), одним из лидеров катакомбного движения в Волго-Вятском крае: «В 1929-1930 гг. о. Гурий часто бывал в Казани у … епископа Нектария (Трезвинского), которые не имели общения с м. Сергием и не приняли его предательскую Декларацию. (…) Отец Гурий несколько раз служил с Епископом Нектарием и исповедывался у него. Однажды после исповеди Епископ Нектарий вдруг положил земной поклон о. Гурию, на что тот возразил, что это ему надлежит сделать поклон Епископу. Но Владыка Нектарий ответил: «Так должно быть». В эту ночь Епископ Нектарий отправил о. Гурия ночевать к о. Аркадию. Вот, что рассказывал о. Гурий: «Была полночь. В спальной комнате, где я спал, я услышал стук. Говорю: «Отец Аркадий, вставай-ка, там стучат». Он отвечает: «Отец Гурий, будь недвижим и не тревожься». Он встал, спрятал письма, потом открыл дверь чекистам. Зашли 5-6 человек и начали обыскивать, обыскивать… Я лежу на лежанке за печкой и постоянно читаю «Живый в помощи вышнего…» От страха, испуга забываю, начинаю опять. Они все обыскивают. Я лежал на кровати и так оставался лежать, а они входили… Я читал перед этим вечернее правило и у меня остался на столике каноник, а в канонике были архиерейские документы (о рукоположении). И они не увидели каноника. Если бы увидели… Но ни каноника не видели, ни меня. Я остался невидимкой. Вот это чудо. Отец Аркадий писал Владыке Андрею об этом…» Возможно, это был последний обыск в доме у о. Аркадий 30 августа 1930 г. На следующий день он был арестован, как и Епископ Нектарий и многие из их катакомбной паствы. Все они получили по три года концлагерей, Епископ Нектарий – 10 лет» [17]. Однако на следствии о. Гурий знакомство с Нектарием всячески отрицал: «о Нектарии Трезвинском, …, я ничего не знаю, с ним никогда не встречался. Я из разговоров со священниками знаю, что Нектарий в Казани отбывал ссылку [18]. Однако, возможно это отрицание было связано с тактикой защиты о. Гурия, т.к. связь с еп. Нектарием рассматривалась как доказательство принадлежности к контрреволюционной организации.

На следствии о. Гурий старался не раскрывать сведения об известных ему истинно-православных христианах (насколько это было возможным в его положении), особенно тех, кто проживал нелегально. Только после серии очных ставок, когда стало ясно насколько обширна информированность органов МГБ, о. Гурий позволил себе быть откровеннее. Тем не менее, в своих показаниях он, в основном называет тех людей, которые или уже находились в заключении, или место пребывания которых наизвестно, или о которых было уже и без того известно органам [19].

11 апреля 1952 г. судебная коллегия по уголовным делам Чувашской АССР приговорила Павлова Семена Павловича «на основании ст.ст. 58.10, ч. 2 и 58.11 УК РСФСР с применением Указа Верховного Совета СССР от 26 мая 1947 г. «Об отмене смертной казни» подвергнуть заключению в исправительно-трудовом лагере сроком на 25 лет с поражением в избирательных правах после отбытия наказания на пять лет с конфискацией изъятых вещей при аресте Павлова в доход государства». Вместе с о. Гурием были осуждены на 10 лет его сподвижницы Татьяна и Мария Игнатьевы [20] и Матрена Рыбкина [21]. В 1955 г. приговор был изменен: о. Гурию снизили срок заключения до 10 лет, а его сподвижницы были освобождены из лагерей [22]. 18 июня 1956 г. освободился и о. Гурий [23].

После освобождения о. Гурий вернулся в родные края и продолжил служение катакомбного пастыря. Странствуя по Чувашии, он под видом плотника или печника (он в совершенстве знал эти ремесла) он окормлял своих духовных чад. В 1962 г. о. Гурию удалось, наконец, приобрести собственный домик на станции Тюрлема. Этот дом о. Гурий полностью отремонтировал и в нем устроил церковь. Там был и алтарь, и настоящая алтарная преграда, и все необходимое для службы [24].

Сведения о последних годах жизни о. Гурия подробно и красочно изложены в очерке «Последний благодатный российский епископ», которым я и воспользуюсь:

«Как и прежде о. Гурий продолжал и для себя, и для своей паствы неустанно искать истинно-православного епископа. Он начал искать сразу после своего выхода из концлагеря. Он знал, хотя и не имел точных сведений, что Епископы Андрей, Вениамин, Аввакум, Кирилл, которых он прежде поминал на службах, были замучены безбожной властью. Поэтому на Литургии, как это и позволяется Церковью во время гонений, о. Гурий поминал «православные патриархи, митрополиты, архиепископы и епископы». При этом он не терял надежды найти истинных епископов. (…) Те, так называемые катакомбные епископы, с которыми о. Гурию довелось встречаться в 1970-х гг. – Антоний Галынский и Геннадий Секач – были весьма сомнительны, и о. Гурий, все внимательно исследовав, не присоединился к ним. (…)

С какого-то времени отец Гурий стал поминать на богослужениях первоиерарха Русской Зарубежной Церкви митрополита Анастасия. Только в 1981 г., будучи в Киеве, о. Гурий узнал, что с 1964 г. Русскую. Зарубежную Церковь возглавляет митрополит Филарет, (Анастасий почил в 1965 г.) и стал поминать его как первоиерарха. Как и многие катакомбники, о. Гурий надеялся, что Русская Зарубежная Церковь, сохранившая в изгнании неповрежденное Православное учение и традиции Церкви, со временем поможет возродить Истинное Православие на родине.

В 1988 г. о. Гурий узнал о кончине М. Филарета и стал поминать митрополита Виталия. Как раз в это время началась так называемая «перестройка». Открылись связи с внешним миром, и некоторые из прихожан о. Гурия в Казани установили связи с Русской Зарубежной Церковью и в частности с о. Виктором Потаповым. В 1988 г. тот познакомился с о. Гурием и сообщил о нем митрополиту Виталию и Синоду. В 1989 г. митрополит Виталий прислал о. Гурию приглашение.

Началась процедура получения заграничного паспорта. (…) До этого он никогда не имел никакого паспорта и никаких советских документов. Единственной бумагой у него была справка, выданная в лагере по окончании срока заключения в 1956 г. Не получая советских паспортов, о. Гурий, как и многие из его паствы (которых так и называли «беспаспортники»), подчеркивали свое принципиальное неприятие безбожного советского государства. (…) Однако сам о. Гурий отличался большой рассудительностью в этом вопросе, не осуждая христиан имевших паспорт, и не принуждая от паспорта отказываться. Не всем был под силу такой исповеднический подвиг…

Когда встала необходимость взять паспорт для поездки в Синод Зарубежной Церкви, о. Гурий его взял. Он понимал, что это необходимо для блага Церкви и для его паствы, в первую очередь. При этом он отказался поставить подпись где бы то ни было при получении. Из-за этого ему не хотели давать паспорт, но он оставался непреклонен. Подпись ставить категорически отказывался. Наконец, сопровождавшая о. Гурия прихожанка упросила местные власти выдать «дедушке» паспорт без его подписи. (…)

И вот он полетел в США. Один! 84-х летний старец, изнуренный своими болезнями… Его встретили в Синоде РПЦЗ. На праздник Вознесения он был возведен в сан архимандрита. Митрополит Виталий был очень к нему внимателен, собирался рукополагать его в епископский сан. Потом о. Гурий поехал на неделю-другую в Джорданвилль, и когда вернулся, то Виталий сказал ему поскорее возвращаться домой. … Во всем этом была очевидна интрига епископа Лазаря (Журбенко).

Еще ранее на соборе в Канаде о. Гурия просили признать епископа Лазаря в качестве его священноначалия. На это о. Гурий сказал, что он не может ручаться, что его паства примет Лазаря. Сам о. Гурий был весьма смущен тем, что Синод Русской Зарубежной Церкви принял Лазаря и поставил его фактически во главе Катакомбной Церкви в России. Отец Гурий, как и многие катакомбные христиане знали, что Лазарь был в катакомбной Церкви, потом ушел в Московскую патриархию [25], был там рукоположен в священнический сан и после этого вновь вернулся в катакомбы. Очевидно, что после этого ему мало кто доверял. Тем более, после того, как Лазарь объявил себя епископом, несмотря на то, что он ссылался на признание Синода Зарубежной Церкви.

В августе 1990 г. Синод РПЦЗ опубликовал официальное подтверждение епископской хиротонии Лазаря, которая была совершена тайно в 1982 г., когда принятый в Русскую Зарубежную Церковь Лазарь был тайно рукоположен в архиерейский сан Епископом Варнавой Каннским. 1(14) августа 1990 г. Архиерейский Синод официально признал это рукоположение и объявил об этом в «Заявлении Архиерейского Синода РПЦЗ». Во время пребывания о. Гурия в Америке, Лазарь написал М. Виталию, чтобы тот не рукополагал о. Гурия. Он опасался, что авторитет Владыки Гурия, которого рукоположит М. Виталий с архиереями в Синоде будет выше, чем у него (Лазаря), и все катакомбники признают своим главой не его, а Владыку Гурия. Лазарь хотел сам непосредственно участвовать в хиротонии о. Гурия.

Вот поэтому митрополит Виталий столь спешно и отправил о. Гурия в Россию… . (…)

При изучении разных материалов Зарубежной Церкви последнего времени, ставших в то время доступными, о. Гурий и его паства еще более убеждались к великому своему огорчению, что митрополит Виталий и его Синод изменили прежний церковный курс и всеми силами стремятся к сближению с Московской патриархией, которую даже называют «Матерью-церковью».

Ни о каком соборе Катакомбной Церкви, который могли бы возглавить архиереи Зарубежной и на котором можно было обсудить многие проблемы соборно, в том числе решить вопрос с сомнительными катакомбными «ветвями» и восстановить правильную иерархию, не могло быть уже и речи. Было очевидно, что Синод глух ко всем призывам и просьбам Истинно-православной катакомбной Церкви и упорствует на своем отступническом пути».

Тогда вновь о. Гурий был вынужден искать истинных епископов.

Как раз в это время, он узнает о существовании Истинно-Православной Церкви Греции. В сентябре 1990 г. представитель одного из Синодов ИПЦ (так. наз. Хризостомовского) узнал об о. Гурии и встретился с ним в Москве. (…)

Оказывается в Греции, как и в России в 1920-х гг. произошло разделение: от Церкви отделились отступники, перешедшие на новый стиль и те самым начавшие разрушение церковных традиций. Исповедники, сохранившие традиционный церковный календарь (их стали называть старостильниками), подверглись гонениям со стороны властей и отступников-новостильников. В 1960-х гг. старостильники, оставшиеся без иерархии, обратились в Русскую Зарубежную Церковь с просьбой рукоположить им епископов из числа их архимандритов. Это и было сделано архиереями Зарубежной Церкви. В 1969 г. Синод РПЦЗ, возглавляемый митрополитом Филаретом, официально признал эти рукоположения и назвал иерархию старостильной Истинно-Православной Церкви Греции братской во Христе иерархией.

И вот теперь истинно-православные христиане из Катакомбной Церкви в России должны были просить иерархов ИПЦ Греции восстановить иерархию в России. Отец Гурий благословил отправить прошение в Синод ИПЦ Греции, возглавляемый владыкой Хризостомом (Киусисом) через представителя этого Синода, англичанина В. Мосса, с которым он тогда познакомился. В тот момент все присутствовавшие были взволнованы и воодушевлены. Казалось, что мы свидетели исторического события – вновь как 1000 лет назад, русский народ в поисках Истины обращается к своим старшим братьям, дабы приобрести полноту Истинного Православия.

Однако все не так легко и просто далось. Вскоре открылось, что ситуация в старостильной Церкви Греции не так ясна и понятна, как это было представлено нам на первой встрече. Оказалось, что помимо Синода Хризостома существуют еще три старостильных Синода, которые не состоят в общении друг с другом. Трудная проблема встала пред о. Гурием. И вновь он должен был принимать решение.

По поводу одного Синода (так наз. «Киприановского») у о. Гурия не было никаких вопросов, когда стало известно, что этот Синод в общении с новостильниками. Но вот три других?!.. Хризостомовский, Матфеевский и Авксентьевский. Казалось, они все тверды в исповедании веры и защите традиций Церкви. Не имеют общения с новостильниками, осуждают экуменизм… Но почему они не в общении друг с другом и не признают друг друга?

По Божьему Промыслу о. Гурий и его паства узнали о том, что <в Бостонский – А.Б.> Синод перешли несколько лет назад из Русской Зарубежной Церкви Бостонские монастыри и около 30 клириков с приходами. (…) Бостонские священнослужители подробно рассказали свою историю, как им приходилось в 1986-1987 гг. уходить из Русской Зарубежной Церкви после того, как они убедились в бесплодности своих попыток образумить архиереев Синода.

28 июля 1991 г. в русском Свято-Воскресенском храме г. Вустера о. Гурий был рукоположен в архиерейский сан. Хиротонию совершили по благословению Архиепископа Авксентия, три архиерея его Синода: Максим Кефалонийский, Ефрем Бостонский и Макарий Торонтский) [26].

Епископ Казанский Гурий вернулся в Россию к своей пастве 14 сентября 1991 года. 7 января 1996 г., в праздник Рождества Христова владыка Гурий скончался.

ПРИМЕЧАНИЯ

 

 

Я не являюсь сколько-нибудь духовным человеком, тем более склонным к мистическим озарениям, чудесам и т.п. вещам. Более того, я сугубый рационалист и страстный поклонник диалектики. И все же об одном случае имеет смысл рассказать.

Этот случай связан с именем катакомбного епископа Гурия (Павлова). В 2006 г. меня уговорили подать заявку на участие в научной конференции «Русская Православная Церковь в мировой и отечественной истории». Я в то время был занят диссертацией о хлыстах и особого желание поучаствовать в этом мероприятии не испытывал. Однако у меня имелся неопубликованный архивный материал о церковной оппозиции в Чувашии в конце 1920-х гг., из которого я и решил слепить статью. В этих материалах фигурировал и иеромонах Гурий (Павлов). Статья эта как-то сразу не пошла, не было вдохновения. И по мере того, как приближался день конференции я склонялся к тому, чтобы вообще не писать эту статью. На том и решил. Примерно недели за две до конференции, когда о статье я уже и думать забыл (я считал что и организаторы конференции обо мне тоже забыли), и занимался совсем другими вещами, мне, под утро, приснился сон. Вообще сны я вижу редко, т.к. ложусь спать очень поздно, а с утра надо на работу. И вот снится мне сон и вижу я во сне епископа Гурия, в простом подряснике поверх которого одет был серый пиджак. Самого епископа я никогда в жизни (к сожалению) не видел, видел только его фотокарточки. Я не помню всего содержания сна, только помню, что владыка Гурий попросил все же написать статью о его жизни. Не успел я досмотреть сон, как раздался телефонный звонок, звонили из Нижнего и просили поторопиться со статьей. Оказывается, организаторы конференции помнили обо мне и ждали мою работу. Пришлось срочно садиться за клавиатуру, и в тот же день мой опус был закончен. После этого я еще раз видел епископа Гурия во сне, только не помню, о чем говорили.

Так что прошу рассматривать вышележащий текст как выполнение просьбы этого несомненно святого человека.

1. Кто есть кто в Российских катакомбах – http://www.katakomb.ru/2/canon.html 2. 3. Последний благодатный епископ – http://www.omolenko.com/zhitiya/guriy.htm#Nav. Когда данная работа была уже написана, отдельной книгой вышло подробное жизнеописание епископа Гурия: «Тайной Церкви ревнитель». Епископ Гурий Казанский и его сомолитвенники. Документы и материалы./ сост. Л.Е. Сикорская. – М.: Братонеж, 2008. – 336 с. 4. 5. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3116, Л. 28. 6. 7. Там же, Д. 3098, Л. 148 – 148 об. 8. 9. Там же, Д. 3116, Л. 32 – 32 об. 10. 11. Там же, Л. 28 об. – 30. 12. 13. Там же Л. 30. 14. 15. Там же, Л. 55 – 55 об. 16. 17. Там же, Л. 56 об. – 57. 18. 19. Там же, Л. 25 – 26. 20. 21. Там же, Л. 18. 22. 23. Там же, Л. 34. 24. 25. Там же, Л. 89. 26. 27. Там же, Л. 33. 28. 29. Там же, Л. 62. 30. 31. Там же, Л. 66 – 66 об. 32. 33. Последний благодатный епископ 34. 35. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3116, Л. 42. 36. 37. Там же, Л. 104 – 108. 38. 39. В доме Татьяны Игнатьевой о. Гурий укрывался от властей, Мария Игнатьева – ее сестра, Матрена Рыбкина – истинно-православная христианка из Чебоксар. 40. 41. Там же, Д. 3117, Л. 267. 42. 43. Там же, Л. 299. 44. 45. Там же, Л. 305. 46. 47. Последний благодатный епископ 48. 49. Лазарь (Журбенко) был рукоположен архиепископом Иркутским Вениамином (Новицким), будущим архиепископом Чебоксарским и Чувашским. 50. 51. Последний благодатный епископ 52.

ПРИЛОЖЕНИЯ

 

ДОКЛАД ОБНОВЛЕНЧЕСКОГО ЕПИСКОПА ДАНИИЛА (ФИЛИМОНОВА) «ПАТРИАРХ ИЛИ СИНОД»

 

Публикуемый доклад епископа Даниила был прочитан при следующих обстоятельствах. В конце июня 1929 г. епископ обратился в отдел НКВД с просьбой разрешить ему чтение доклада:

 

‡ В народный комиссариат

Епископ Чебоксарский Внутренних дел

Викарий Чувашобласти. А.Ч.С.С.Р.

29 июня 1926 г.

№ 55

г. Чебоксары

 

Представляя при сем доклад мой в рукописи под названием «Патриарх или Синод», прошу Наркомвнутдел 11 числа июля сего 1926 года, воскресение в 2 часа по полудни, в здании Успенской церкви разрешить мне прочитать сей доклад для верующих, и накануне 11 июля на папертях вывесить извещение о чтении доклада, при сем прилагается гербовых марок на два руб.

 

Епископ Чебоксарский

Даниил [1].

 

На прошение последовал ответ:

 

8 июля 1926 г. НКВД ЧАССР Секретно

№ 2196 с.

 

Возвращая при сем доклад епископа Даниила – сообщается, что к прочтению им означенного доклада 11 июля с/г в Успенской церкви г. Чебоксар – Отдел ОГПУ препятствий не встречает при условии если будут выкинуты из тезисов некоторые фразы, подчеркнутые красными чернилами /согласно прилагаемой при сем выписки/.

Нач. чувашотдела (подпись)

Уполномоченный по I отделению (подпись) [2].

 

Епископ был вынужден дать подписку о выполнении условий, изложенных в разрешении ОГПУ:

 

Подписка.

1926 года Июля 10 дня. Я нижеподписавшийся епископ Даниил даю настоящую подписку Наркомвнутделу ЧАССР в том, что при чтении доклада «Патриарх или Синод» зачеркнутое в докладе и подчеркнутое красными чернилами не оглашать.

Епископ Даниил [3].

 

Ввиду неразработанности архивных, особенно региональных, документов по истории таких церковных движений как обновленчество, григориане, различные группы ИПЦ, т.е. тех церковных направлений, которые, из-за причудливой конфессиональной политики советской и нынешней российской власти оказались не включенными в магистральный исторический дискурс, публикация доклада епископа Даниила представляется актуальной. Доклад отражает видение внутрицерковных проблем с обновленческой позиции. На мой взгляд, представляется интересной апелляция Даниила к нормам канонического права, которые многими вождями обновленчества отвергались. Характерно, что Д. Филимонов отвергает введение в Чувашской епархии женатого духовенства, что является для обновленческой среды консерватизмом. Филимонов упоминает опыт только что получивших независимость прибалтийских стран, демонстрируя знакомство с технологией получения церковной самостоятельности, отсутствие представления о которой стало непреодолимым препятствием для некоторых представителей чувашского клира и интеллигенции, которые в начале 1990-х гг. стали поднимать вопрос об автокефалии чувашской епархии. Наконец, в докладе епископа приводятся личностные характеристики некоторых деятелей (епп. Герман Кокель, Мануил Лемешевский, свящ. Б. Зороастров), сыгравших определенную роль в истории Чувашской епархии. В заключение нельзя не сказать, что направление, выбранное обновленческим духовенством для Чувашии оказалось исторически оправданным: в 1946 г. была учреждена Чувашская епархия РПЦ МП.

Доклад написан на пишущей машинке. При публикации доклада я нашел необходимым сохранить все особенности орфографии и пунктуации оригинала, т.к. они отражают своеобразие письменной речи человека, привыкшего к старому, дореволюционному, правописанию, и, иногда сбивается с современных окончаний –ого на старые –аго, с современного местоимения ее, на старое -ея. Такое смешение стилей, на мой взгляд, позволяет почувствовать, в определенной мере, колорит эпохи. Явные ошибки и опечатки были мной исправлены.

 

 

ПАТРИАРХ ИЛИ СИНОД

 

Помянух дни древния, поучихся

во всех делех твоих. /Псал.142,

стих 5/.

С тех пор, как в России высшая церковная власть раскололась на два течения: патриаршее и синодальное, мы не имеем возможности спокойно работать на ниве Христовой в родной нам чувашской стране.

Мы видим, что между двумя церковными течениями существует глубокая вражда. Все попытки помирить их и объединить в одно русло кончаются неудачею. Удивительнее всего то, что враждуют и клевещут друг на друга не только простые миряне, но и образованные, даже высшие представители церковной иерархии. От этого церковь наша сильно страдает и делается посмешищем врагов церкви.

Оставаться далее в таком положении нам невозможно. На утверждение православия среди родного нам чувашского народа за последнее 50 лет положено было не мало трудов, но теперь благодаря раздорам и разногласиям в русской церкви, это дело совсем приостановилось. Чтобы спасти православие среди чуваш, мы должны найти какой-нибудь положительный исход. Чем скорее, тем лучше.

Архипастыри, пастыри и истинныя чады юной чувашской церкви болеют сердцем, изнывают духом, молятся и ждут помощи залечить раны раздора, разделения, братской ненависти и клеветы, - каковыя раны вот уже 3-й год причиняют нам жестокия сердечныя боли и страдания.

В русской церкви перед нами стоят две враждующия между собой церковные власти: патриаршая и синодальная. Каждая из них считает себя правильною и каноничною, а противоположную сторону неправильною и не каноничною. Нам необходимо самим вникнуть в это дело и ясно понять, которая из их, в самом деле идет правильным /л. 116/ путем. А для того, чтобы хорошенько понять это, мы должны внимательно всмотреться в прошлую жизнь христианской церкви и извлечь из нея те сведения, которыя помогут нам понять теперешнее состояние церковной жизни в России и пророк Давид говорит: «Помянух дни древния, поучихся во всех делех твоих /Псал.142, стих 5/.

Когда мы, на основании исторических данных, ясно поймем причины церковных раздоров и недоразумений, тогда нам легче будет решение вопроса: кому подчиняться должна чувашская епархия – патриарху или Синоду?

Историческая справка подскажет нам, которая из этих двух форм церковного управления более соответствует религиозным запросам верующего православного чувашского народа в данное время. Не зная прошлой /исторической/ жизни христианской церкви, невозможно правильно осмыслить и понять те уродливыя и бессмысленныя явления /раздоры, споры, смуты/ из ея жизни, какие происходят в настоящее время в русской церкви.

 

I.

Сошествие

св. духа на

апостолов

 

Церковь христову основал на земле сам Господь наш Иисус Христос для достижения нравственного совершенствования и спасения души. Первоначально церковь состояла из немногих избранных лиц. Впоследствии она постепенно распространилась по всему миру. Распространение и устройство церкви основатель ея возложил на своих ближайших учеников, апостолов и обещал им для продолжения этого дела на земле облечь их силою свыше. И вот, по прошествии десяти дней от вознесения Господа на небо, в еврейский праздник пятидесятницы действительно совершилось сошествие св. духа на апостолов. Благодатная сила св. духа, излившаяся на апостолов во всей полноте, прежде всего обнаружилась тем, что они получили способность говорить на разных языках.

Христианская проповедь

производится на родном языке

 

Со дня сошествия св. духа началась открытая проповедь апостолов об Иисусе Христе. Апостолы сначала проповедывали в Иерусалиме, а потом разошлись по другим разным местам и странам, к разным народам и племенам. Куда бы они ни являлись,/л. 116 об./ везде учили народ на понятном языке и имели необыкновенный успех. Уходя от одних народов к другим, они для дальнейшего продолжения и укрепления начатого дела, ставили епископов из местных же жителей, - епископы в свою очередь избирали и рукополагали из той же среды священников и диаконов.

Распространение христианства между иудеями и язычниками продолжалось очень успешно. В деле проповеди у язычников особенно много трудились апостол Павел и сотрудник его Варнава. При этом возник вопрос о том, должно ли обращающимся язычникам принять обрезание по обряду Моисееву. Некоторые из иерусалимских христиан говорили уверовавшим язычникам: «если не обрежетесь, по обряду Моисееву, не можетесь спастись».

 

Апостольский собор

 

Чтобы окончательно разрешить сей вопрос, апостол Павел и Варнава отправились в Иерусалим к апостолам и пресвитерам советоваться. Последние для рассмотрения и решения этого дела составили собор. Это было в 51-м году после рождества Христова. На соборе было составлено определение о необязательности для обращающихся из язычников исполнения закона Моисеева. Собор св. апостолов был первым церковным собором для решения спорных вопросов, возникших в области церковной жизни и послужил основанием к устройству вселенских и поместных соборов.

 

Распространение христианства

при апостольских преемниках

 

После того, как были основаны во многих местностях Римской империи христианския общины, дальнейшее распространение христианства было делом ближайших их преемников и самих общин. Из преемников апостольских более известны: Климент, 3-й епископ римский, Игнатий Богоносец, епископ Антиохийский, Поликарп, епископ Смирнский, Дионисий Ареопагит, Кодрат, епископ Афинский и другие. Несмотря на жестокие и продолжительныя гонения, какия воздвигались до начала IV века на церковь Христову со стороны иудеев и язычников, в Римской империи христианство распространялось безостановочно по самым отдаленным ея уголкам: проникало оно и в другие страны./л. 117/

 

Происхождение церковной

иерархии

 

Внутреннее устройство и управление христовой церкви на земле первое время было в таком виде: члены церкви разграничивались на два разряда: духовных и мирян или клир и народ. Начало такому разграничению положено было самим основателем церкви. Господь Иисус Христос совершил дело спасения людей, и для того, чтобы они могли во все времена участвовать в сем спасении, учредил в своей церкви иерархию и священноначалие. Спаситель преподал им такое наставление: «Примите Духа свята. Кому простите грехи, тому простятся, на ком оставите, на том останутся» (Иоан 20, 22 – 23). Только им одним Спаситель дал право учить верующих, священнодействовать и управлять церковью. Он заповедал им: Идите и научите все народы, крестя их во имя отца и сына и святого духа» (Матв. 28, 19); «Что вы свяжете на земле, то будет связано на небе, и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Матв. 18, 18); «слушающий вас меня слушает, отвергающийся, вас меня отвергает» (Лук. 10, 16). – По вознесении Господа на небо, его церковь устроилась так, как он предначертал. Лица, составляющия клир, были руководителями и пастырями, а миряне – руководимыми и пасомыми. Но как клир, так и миряне составляли одну Христову церковь, имели одну главу – Иисуса Христа.

 

Три степени

церковной иерархии

 

В первое время существования церкви христовой иерархическое служение апостолов было особенное, чрезвычайное. Для такого служения, кроме полной иерархической власти, апостолы получили чрезвычайныя благодатныя дарования – дар непогрешимаго разумения учения христова, дар языков, пророчества, чудес и проч. Учение, проповеданное апостолами, и порядки церковной жизни, установленные ими, должны были оставаться неприкосновенными так, как они учили и действовали при непосредственном руководстве св. духа. Заключая в себе всю полноту иерархической власти , апостолы в известной степени сообщили эту власть чрез рукоположение избранным из среды верующих лицам, которые, входя в состав церковной иерархии /л. 117 об./ по различению данной им от апостолов власти, образовали три степени иерархии, а именно: диаконскую, пресвитерскую и епископскую.

 

Апостолы передали

свою власть епископам

 

Самая высшая иерархическая власть – епископская – явилась в церкви после диаконской и пресвитерской. Сначала, когда церковь была еще малая, верховный надзор за нею, рукоположение пресвитеров и диаконов, разрешение всех недоумений и споров между верующими и тому подобное принадлежали самим апостолам. Но с течением времени, когда христианских общин стало много и в разных местах, апостолы естественно не могли везде сами поспевать, кроме того, должно было наступать время, когда самих апостолов не станет. Поэтому, для верховного Управления церковью в сое отсутствие и после своей смерти, они передали, чрез рукоположение, свои верховные права епископам. После смерти апостолов в конце I-го и в начале II-го веков, значение епископов, как преемников апостольской власти, установилось определенно: высшие права учительства в церкви, священнодействия и управления принадлежали исключительно им одним. Если пресвитеры и диаконы учили, священнодействовали и принимали участие в управлении, то не иначе, как по праву власти, данному им от епископов чрез рукоположение.

 

Возникновение поместных

самостоятельных церквей

 

Многочисленные христианские общины, организовавшиеся при апостолах и при их преемниках, постепенно начали группироваться в особые церковно-правительственные округа, центром которых были общины городские. Во главе образовавшихся таким образом церковных округов, обнимавших городские и сельские общины, стояли епископы, имевшие свое местопребывание и свои кафедры. Церковные округа в последствии назывались парикиями или епархиями. Сельские христианские общины образовали сельские приходы, а городские общины – городские приходы. И городские, и сельские приходы, входившие в известный округ, с епископской кафедрой в городе, составляли одну местную церковь. Так образовались еще при апостолах церковь Иерусалимская, церковь Антиохийская, церковь Александрийская и т.д. /л. 118/

 

Устройство церковного управления

в первые 3 века

 

Во главе каждой церкви стоял епископ, который управлял церковью, так сказать по семейному, и самому епископу, поэтому часто усваивали название отца (или папы). Под главным надзором епископа принимали деятельное участие в управлении клир и миряне. Проводниками епископской власти в сельских и деревенских приходах были, так называемые хорепископы в роде наших викарных или окружных благочинных, которые находились в подчинении городскому епископу.

 

Взаимные отношения частных

или поместных церквей

 

Все апостолы получили от Христа Спасителя разные права – управлять, учить и священнодействовать в его церкви. Между ними не было ни одного начальствующего над другими. Поставляя епископов разных церквей, апостолы сообщили им всем также одинаковые иерархические права. Все поместные церкви и их епископы были равны между собой, и каждый епископ в управлении внутренними делами своей церкви были независим от другого. По делам же, касающиеся всех или нескольких церквей, епископы собирались на соборы, где и решали их общим голосом. Постоянное общение между церквами и их епископами производило то, что все поместныя церкви составляли в своей совокупности одну Христову церковь.

 

Возвышение некоторых епископов

 

Но во времена после апостольских епископы главных провинциальных областных городов мало по малу стали приобретать первенствующее значение в среде других епископов провинции или области, особенно те из них, кафедры которых были основаны апостолами. Таким значением пользовались например епископы церквей Иерусалимской, Антиохийской, Александрийской, Ефесской, Римской и др. Но им оказывалось, впрочем, только первенство чести, а не господства, они только были первыми между равными.

 

Церковные законы или правила

 

Относительно правил, которыми в первое время руководствовалась церковь в своем управлении, нужно заметить следующее: первыми законодателями были – основатель ея Иисус Христос и апостолы. В евангелии и писаниях апостольских изложены все основные законы, данные ими церкви. Затем большая часть правил церковного /л. 18 об./ устройства и управления передана была устно самими апостолами разным церквам. Этими-то правилами и руководствовалась церковь в своем управлении в первое время. В конце II-го века явились в церкви 85 правил «апостольских», которые послужили основанием для канона сельских церковных законов. Кроме того, отцы церкви сами составляли правила церковного благочиния и христианской жизни, которые были подробным раскрытием того, что преподано церкви Иисусом Христом и апостолами.

 

Отношение язычников к христианству

 

В первое время язычники страшно ненавидели христиан, воздвигались на них жестокие гонения. Но в начале IV-го века они начали уже понимать, что в стремлениях христианства нет ничего преступного, нет того, что достойно порицания. Видя, что христианская церковь после трехвековой кровавой борьбы за свое существование, не уничтожилась, не поколебалась даже в последнее жесточайшее из всех гонение. Они начали сознавать, что в ней присутствует истинная божественная сила, чудесно защищая ее. Император Константин великий первый открыто высказал это убеждение в истинности христианства и ложности язычества. В противоположность своим предшественникам императорам, он видел в принятии христианства не падение империи, а обновление ея жизни новыми началами. Чудесное видение креста, в 312 году, пред битвою с Максентием, еще более утвердило его в намерении принять христианство и заявить об этом открыто. В начале 313 года в Медиолане появился манифест с подписью его и Ликиния, дозволявший каждому свободное исповедывание веры и в частности разрешавший свободный переход в христианство всякому желающему.

 

Взаимные отношения

церкви и государства с IV века

 

В первые три века христианская церковь, в пределах Греко-Римской империи, жила отдельною от государства жизнею; отношения их ограничивались только тем, что церковь была преследуемою стороною, а государство преследующею. Но потом, когда христианство сделалось религией господствующей в империи, церковь вступила в тесный союз с государством. Вследствие этого союза между церковью и государством установились тесныя отношения: с одной стороны /л. 119/ государство стало влиять на жизнь церкви, с другой – церковь влияла на жизнь государства. Участие императора в церковных делах начинается с перваго христианского государя Константина великого, который назвал себя епископом внешних дел церкви. Он хотел быть блюстителем только внешних интересов церкви. Но государи, следовавшие за ним, мало по малу приобрели влияние и на внутренний строй церкви.

 

Брачное и безбрачное духовенство

 

Три степени священной иерархии оставались неизменными и в IV веке; перемены произошли только во внешнем положении иерархических лиц. Ограничилось участие народа в избрании иерархических лиц. В первые три века на все священнослужительские должности безразлично избирались лица, состоящие в брачной жизни и не состоящие. Были даже случаи, когда вступали в клир и второбрачные. Теперь т.е. с IV века, явилась мысль установить безбрачие для всех членов клира. На первом вселенском соборе некоторые склонялись узаконить безбрачие духовенства во всей церкви. Но против этого восстал епископ Пафнутий, исповедник и строгий девственник. Он защищал святость брака и <неразб.> на тяжесть безбрачия для многих из духовных. Между тем в западной церкви мало по малу стало упрочиваться безбрачие духовенства: там этого требовали римские епископы, напр. Сириций, Николай I. Но принудительныя меры их к введению безбрачия духовенства породили большое зло в западной церкви, – нравственная испорченность клира была прямым последствием таких мер. Законныя брачныя связи клирики стали заменять незаконными связями.

 

Возникновение архиепископов, экзархов,

митрополитов и патриархов

 

В IV веке, когда христианство было признано государственной религией, порядок церковного управления оставался тот-что и в первые века: управление каждой отдельной церкви со сосредотачивалась во епископе города. Только участие мирян в церковном управлении прекратилось, так как права их перешли к государственной власти. Епископы некоторых церквей, особенно в больших городах, получили теперь не только преимущество чести, но и преимущество власти над епископами меньших городов. Таковые епископы стали называться /119 об./ в Греции митрополитами, экзархами, архиепископами и, наконец, патриархами. Над властью митрополитов возвышалась власть патриархов. Уже на первом Вселенском Соборе было предоставлено епископам Александрийскому, Римскому и Антиохийскому преимущество власти над митрополитами. Впоследствии такую же власть получили епископы Константинопольский и Иерусалимский. Таким образом, ко временам IV Вселенского Собора, пять епископов знаменитейших кафедр заняли первенствующее начальственное Положение в церкви и получили почетный титул патриархов.

 

Отношения патриархов, митрополитов,

архиепископов, епископов друг ко другу

 

Все митрополиты, состоявшие в округах патриарших, были подчинены каждый своему патриарху. Некоторые из митрополитов же подчинялись своему патриарху, а управляли своими церквами самостоятельно. В таком случае церкви их назывались автокефальными церквами. Таковые церкви возникли на востоке: Кипрская, на западе: Медиоланская, Карфагенская и друг. Что же касается прав и власти патриархов, то они стали в такое же начальственное отношение к митрополитам, в каком те стояли к обыкновенным епископам.

 

Возвышение константинополь. патриарха

и организация управления при нем

 

С течением времени, в ряду других восточных патриархов, особенно возвысился патриарх Константинопольский. Его возвышению способствовало то, что он занимал кафедру в столице империи, или, по выражению II Вселенского собора, в новом Риме, и находился всегда в близких сношениях с императорскою властью. С возвышением Константинопольского патриарха его управление получило полную организацию. При нем образовался целый двор на подобие двора императорского, состоявший из значительного числа важных должностных лиц, например: великий эконом, великий Сакелларий и проч. Высшим правительственным и судебным местом при патриархе, которое под его главным начальством, управляло патриархатом по делам важнейшим, был патриарший синод, в состав которого входили митрополиты и архиепископы патриархата, а также высшия должностныя лица, всего 5 человек: великий эконом, великий Сакелларий и проч. /л. 120/

 

Вселенские и поместные соборы

 

Как не велико было значение патриархов в церковном управлении, выше их стояли Вселенские соборы. Власть патриархов простиралась на церкви известного округа, власть же вселенских соборов простиралась всю вселенскую церковь, на всю иерархию, но исключая и самих патриархов. Соборное Управление появилось еще в первые века, из своего полного развития оно достигло только в IV веке. Всех вселенских соборов было 7. Были еще поместные церковные соборы, из коих православная церковь признает 10. Кроме вероопределений против ересей, на вселенских соборах составлено много правил относительно церковного управления, богослужения, христианской жизни и т.п. Решительный голос при постановке соборных определений имели только епископы, но к совещаниям допускались пресвитеры, диаконы и даже монахи-ученые. Все соборные постановления, утвержденныя государственною властью получали силу общеобязательных не только церковных но и государственных законов, и нередко приводились в исполнение гражданскою властью. Постановления поместных соборов только тогда получали силу обязательных законов для всех церквей, когда они были одобряемы и утверждаемы вселенскими соборами. Таким образом, вселенские соборы были высшею инстанциею церковного управления и ими обусловливалось как единство веры и богослужения, так и единство порядка в церковном управлении.

 

Возвышение Римского

патриарха (папы)

 

Сначала все 5 патриархов объемом власти были равны между собою и в управлении церковными своих округов независимы один от другого. Вселенские соборы по одном у из низ не предоставляли исключительной власти над всею вселенскою церковью, хотя и признавали за Римским патриархом первенство чести. Но на практике вышло иначе. Римский патриарх или по другому /л. 120 об./ папа, подчинивши своей власти все церкви запада и требуя такового же подчинения от церквей восточных, стал считать себя главою и правителем всей вселенской церкви. Притязаниям их на главенстве церкви содействовали многоразличные причины. Например: религиозное волнение в восточной церкви по поводу ереси Ария, когда многие из православных епископов искали убежище на западе, где они приняты были папою Юлием, на которого после этого стали смотреть как на защитника веры и церкви; а также и то, что к началу IX века на западе появился новый канонический сборник, известный в истории под именем «Лжесидоровских декреталий», на которых папы стали основывать свое мнимое право на главенство.

 

Причины разделения церкви

на западную (католическую)

и восточную (православную)

 

В первое время единство веры, таинств и всего церковного устройства связывали западную и восточную церковь в одно целое. Но, к несчастью всего крестьянского мира, западная церковь постепенно стала нарушать это единство, - и в конце концов отпала от союза с церковью восточною. Она в течении нескольких веков произвольно допускала у себя нововведения в области дипломатической, обрядовой и канонической. В продолжение VI – XI веков в западных церквах утвердилось учение об исхождении святого духа и от сына. Затем были допущены совершение Евхаристии на опресноках, миропомазание одними епископами, безбрачие духовенства, признание папы главою и верховным судьею всей вселенской церкви и непогрешимым в решении вопросов церковных. Папа был поставлен выше вселенских соборов. Все это на практике повело к искажению всего вероучения, всего христианства, так как одно лицо, всегда могущее заблуждаться по своему произволу, могло вводить новое учение, новые обряды, новое церковное устройство. Своими заблуждениями и уклонениями от общественных порядков церковь западная подготовила свое отпадение от восточной церкви. /л. 121/

 

Окончательное разделение церквей

 

Разделение церквей началось в половине IX века, когда в Константинопольском патриархате началось ожесточенная продолжительная борьба между патриархами Игнатием и Фотием из-за патриаршего престола. Фотий был два раза низложен и два раза возведен на патриарший престол. После Фотия, второй раз низверженного престола, императором Львом мудрым и до половины IX века сношения между церквами восточною и западною были довольно неопределенны и редки. В половине XI века начались деятельные сношения, окончившиеся полным разделением церквей. Римским папою в это время был Лев, а Константинопольским патриархом – Михаил Керулларий. Последний в 1954 году в Константинополе составил собор, на котором передал проклятию папских делегатов за их властолюбивые и дерзкие проступки. С этого времени во всех восточных церквах перестали поминать папу на богослужении, и с этого времени западная церковь упорно оставшаяся при своих догматических, обрядовых и канонических заблуждениях окончательно отошла от Союза с восточною церковью – Западная церковь с тех пор называется католическою, а восточная православною, так как она содержит и хранит Христову веру в том же чистом православном виде, в каком преподана она самим Господом Иисусом Христом и святыми апостолами.

 

Протестанты и реформаторы

 

По отпадении западной церкви от православного востока власть папы усилилась постепенно, достигла наибольшей высоты в начале XIII века, но с этого и времени она постепенно стала склоняться к своему упадку с развитием просвещения на западе яснее становилась незаконность папских приказаний. Папы для усмирения своих противников прибегали к жестоким мерам (инквизиции), но они еще более раздражили недовольных. Наконец в XVI веке почти одновременно выступали против папства ученые проповедники в Германии Лютер и Меланхтон /л. 121 об./ в Швейцарии Цвинглий и Кальвин. После многих усилий им удалось отторгнуть от Римской церкви значительную часть ея членов, но они не только не возвратили ее к православию, напротив еще более от него отдалили. Последователи Лютера и Меланхтона называются протестантами, а последователи Цвинглия и Кальвина – реформаторами.

 

Христианство среди юго-западных славян.

 

В то время, как совершилось отделение западной церкви от союза с восточною, господь Бог, в восполнение своей церкви, призвал народы славянские. К этому времени явились и великие проповедники веры в лице равноапостольных братий Кирилла и Мефодия. Сознавая, что недостаточно проповедывать веру устно, они составили славянскую азбуку и перевели на славянский язык избранные места из Священного писания и богослужебных книг. В то же время в IX-ом веке были обращены в христианство славянские племена: Сербы, Чехи, Моравы и друг., а так же и молдаване.

 

Принятие христианства русскими славянами

 

Христианская вера, в форме чистого и неповрежденного Православия, перешла и утвердилась и в Русской Земле. В конце X века Киевский Князь Владимир, будучи язычником, решился со своим народом переменить веру и принять Православное Христианство из Греции. В 988 году в г. Корсуне он, вместе с рукою Греческой Царевны Анны, получил крещение от греческого епископа. По возвращении в Киев, он ревностно взялся за устроение православной церкви по всей русской земле; отправил с проповедью Евангелия епископов и священников в дальние и ближние от Киева места, основал в некоторых городах епископами. – При сыне его Ярославле Мудром русская церковь уже вполне устроилась. Ярослав обратил преимущественное внимание на распространение духовного просвещения в русском народе, заводил в больших городах школы, а в Киеве устроил библиотеку, которую могли пользоваться все желающие. Книги Ярослав получал из Греции и Болгарии, приказывал переписывать их или переводить с греческого языка на славянский. При нем же стали появляться и монастыри. /л. 122/

 

Первый природный русский Епископ Илларион

 

В первое время в России епископы и клирики были из греков. Киевский епископ в сане митрополита и управлял русскою церковью. Он назначался от Константинопольского патриарха и состоял в подчинении последнему. Первый митрополит в русской церкви был из греков Михаил. Но в 1957 году, когда русская церковь была уже вполне организована, поставлен был Киевским митрополитом природный русский – Илларион, а не грек, как это было доселе. Устроившись в союзе с Восточною Греческою Церковью, русская церковь с течением времени заняла почетное место в ряду православных церквей востока и сделалась навсегда хранительницею православного христианства.

 

Распространители христианской веры

в русской земле

 

Из распространителей св. веры в последующее время особенно замечательны были: инок преподобный Кукша, который проповедывал св. веру в стране вятичей и принял от язычников мученическую кончину; Св. Гурий, Варсонофий и Герман Казанские, просветители инородцев Казанского Края; Св. Стефан Пермский просветитель зырян и многие другие. Из них более замечателен последний: он составил зырянскую азбуку, перевел на зырянский язык священные и богослужебные книги, обучал зырянских детей грамоте и готовил из них священнослужителей для зырянской церкви. Сначала он трудился в сане пресвитера, а потом в сане епископа.

 

Распространение христианства

в Волжско-Камском крае

 

Во второй половине XVI века, после покорения Казанского Царства Московским царем Иоанном Грозным, св. православная вера стала проникать к разным мелким народностям Волжско-Камского Края; Черемисам, татарам, мордве, чувашам, пребывшим тогда в язычестве. Простиралась ли на чуваш просветительная деятельность первых христианских учителей Казанского Края Гурия и Варсонофия и сколько ими было обращено в Христианство, о том сведений у нас не имеется. Но достоверно известно, что массовое обращение чуваш совершилось с 1745 – 48 г.г. особой ново-крещенской комиссией.

 

Формы церковного

управления в России

 

Форма церковного управления в России не всегда была одинакова: сначала, с 988 г. по 1589 г. было управление /л. 122 об./ митрополичье, с 1589 года по 1721 год патриаршее, с 1721 г. по 1917 год синодальное, с 1917 г. опять было восстановлено патриаршее Управление. Первые митрополиты жили в Киеве, потом в г. Владимире на Клязьме, а затем – в Москве. В конце XVI столетия, по желанию благочестивого царя Федора Ивановича, учреждено в России патриаршество. Из всех 10 патриархов русской церкви более выдающимися был Никон. Главную заслугу его составляет исправление церковно-богослужебных книг.

 

Патриарх Никон и исправление богослужебных книг

 

Прежде не было книгопечатания. Все книги были рукописные. По невежеству и небрежности переписчиков, с давняго времени вкралось в них много ошибок, а при введении в России книгопечатания эти ошибки попали и в печатные книги. При патриархе Иосифе хотя и были сделаны исправления, но ошибок все-таки осталось много. Сделавшись патриархом, Никон со всею ревностью отдался этому делу. При помощи ученых монахов он производил тщательные исправления, печатал их, старые книги отбирал и сжигал, и вводил во всех церквах новые – исправленные. Но эти меры патриарха Никона возбудили против него Иосифовских справщиков и других ревнителей мнимой старины. Они хулили, как они выражались, новшества, заводимые патриархом и распространяли в народе молву, что будто бы Никон не правит, а портит веру. Он принимал против мятежников строгие меры, многих ссылал в Сибирь. Но в это время произошла перемена в его судьбе.

Суд над патриархом Никоном

 

Патриарх Никон в первое время находился в дружбе с Московским царем. Это возбудило к Никону зависть со стороны бояр, которые сумели вооружить против Никона доверчивого царя и расстроили их дружеские отношения. Никон уехал из Москвы и устроенную им Воскресенскую обитель и пробыл там около 8 лет. Примирение между ними не состоялось. Над Никоном был назначен соборный суд, на который были вызваны восточные патриархи: Александрийский Паисий и Антиохийский Макарий, русские архиереи и много черного и белого духовенства. Никон явился на собор и все время (8 часов) стоял на ногах. Обвинение его выходили крайне /л. 123/ слабые. Тогда Никон сказал: «камнями могут побить Никона, но не словами, хотя бы и еще 10 лет собирали их». Присудили его к лишению патриаршего сана и к заточению в звании простого монаха в отдаленную область. Проживши в ссылке 10 лет, он скончался уже в преклонных лотах.

 

Протопоп Аввакум и происхождение раскола

 

Когда патриарх Никон жил в Воскресенском монастыре враги его – приверженцы мнимой старины – не дремали: им удалось возвратить из Сибири самого злого из противников Никона – протопопа Аввакума. Это был человек очень начитанный, весьма гордый и с непреклонным характером. За дерзкие речи два раза высылали его из Москвы, сажали в заключение, дремали в узах; но никакие меры не могли смирить. Таковы же были и сообщники Аввакума – попы Никита и Лазарь, дьякон Федор и другие. Наружное благочестие, смелость и даже дерзость в отношении к властям, как духовным так и светским, готовность идти за так называемую старую веру на все муки и страдания – привлекли на их сторону иного слабых крестьян и окружили их толпою горячих поклонников и поклонниц из бояр, белого и черного духовенства и, в особенности, из простого народа. Восстание против церкви явно принимало вид возмущения: лжеучители поносили не только патриарха и др. архиереев, но и светское правительство и самого царя. Для обуздания мятежников царь созвал архипастырей Российской церкви на собор.

 

Церковный собор 1667 г. и клятва на раскол

 

Собор открылся в Москве в 1666 г. который тщательно рассмотрел исправления, произведенные патриархом Никоном, в богослужебных книгах и обрядах и единогласно одарил их. В мае м-це 1667 года открылся великий собор греческих и русских архипастырей, который снова рассмотрел сделанные при Никоне исправления и нашел их правильными. На собор были вызваны главные защитники старых мнений и обычаев. Некоторые из них раскаились и были прощены, а другие (протопоп Аввакум с сообщниками своими) не подчинились соборному определению. Тогда собор /л. 123 об./ положил клятву на тех, кто из-за приверженности к неисправленным старым книгам и обычаям является противником церкви. После этого приверженцы старых книг и обрядов сделались уже раскольниками, и произошло решительное отпадение их от православной христовой церкви. По невежеству и гордости своих лжеучителей впоследствии раскол распался на несколько разных толков. У них появились поповцы и безпоповцы. Последние учили, что православное священство погибло на земле и потому предоставили совершать церковные требы мирянам, даже женщинам.

 

Учреждение святейшего синода в русской церкви

 

Последний патриарх русской церкви Адриан умер в 1700 г. Император Петр I поручил исправление должности патриарх митрополиту Стефану Яворскому, который в качестве местоблюстителя патриаршего престола и управлял русскою церковью до 1721 года. В этом году русские епископы признали полезным, согласно желания императора, вместо единоличной патриаршей власти, учредить постоянный собор из русских архипастырей. Этот вновь учрежденный духовный собор назван был «святейшим синодом».

 

Причины замены патриаршества святейшим синодом

 

Причины замены Патриаршего Управления постоянным соборным управлением, т.е. Св. Синодом, указаны в Духовном регламенте, составленном по поручению Петра I , архиепископом Феофаном Прокоповичем и редактированном рукою самого императора. И состоят они в следующем: 1) Истина гораздо лучше может быть разузнана несколькими лицами, нежели одним; 2) Определение и решение власти Соборной авторитетнее, чем решение власти единоличной; 3) в случае каких либо неотложных нужд или болезни и смерти единоличного Правителя, дела могут остановиться, собор сможет вести дела безостановочно; 4) решения нескольких лиц гораздо беспристрастнее, чем одного лица; 5) сильным мира труднее влиять на нескольких лиц, чем на одно лица; 6) простой народ по невежеству может смешивать единоличную церковную власть с монаршею и, в случае пререканий между этими властями, может стать на сторону патриарха, к тому же сосредоточение церковной власти /л. 124/ в лице одного иерарха может возбудить в сем последнем надмение; 7) синод может судить своих собственных членов для суда же над единоличным правителем необходимо было призвать восточных патриархов, что сопряжено с большими затруднениями и издержками; наконец 8) Синодальное Управление составляет как бы некоторую школу духовную: лица заседающие в Синоде, могут постепенно научиться духовной политике и приобретать повседневную опытность к лучшему управлению Домами Божьими.

 

Личный состав свят. синода

 

Святейший синод по своей власти и значению равнялся каждому из восточных патриархов, которые признали его высшим органом Управления русскою церковью и называли его своим возлюбленным о Господе братом. Он состоял из постоянных членов и временно присутствующих в нем архипастырей. В синоде положено быть Обер-Прокурору, как посреднику между государем и синодом. Его обязанность состояла входить в сношения с гражданским начальством по делам церкви и наблюдать, чтобы синодские решения были в согласии с общим порядком государственного управления.

 

Замена Св. синода Патриаршим управлением

 

Святейший синод просуществовал всего около 200 лет. Определением Поместного собора Российской православной церкви в 1917 году св. синод был замещен опять Патриаршим Управлением, с избранием на патриарший престол епископа Тихона.

 

Выводы

 

Вышеизложенные исторические данные из прошлой жизни церкви христовой показывают нам следующее:

I. В первые три века христианская вера распространялась и утверждалась между племенами и народами исключительно трудами св. апостолов и приемников, независимо от государственной власти и без всякой внешней поддержки. Отношение между церковью и государством ограничивались только тем, что церковь была преследуемою стороною, а государство – преследующею. Но когда христианство получило свободу и сделалось господствующей религией и Империи, оно теряло свою самостоятельность, сделалось учреждением, вошедшим в круг государственной жизни, стало пользоваться покровительством и услугами государственной власти.

II. Св. апостолы и их приемники проповедывали веру христову /л. 124 об./ каждому народу на его родном понятном языке. Уходя от одних народов в другие, они, для продолжения и укрепления своего дела, ставили епископов из местных жителей, епископы же в свою очередь избирали и рукополагали из той же среды священников и диаконов. Таким образом в первые века епископы и клирики у всех народов были свои из единоплеменные и потому, как люди близкие и понятные они пользовались доверием и любовью своих пасомых. Но в последствии когда христианство в Греко-Римской империи стало государственной религией, оно обратилось в орудие правительства для достижения политических целей. Посылая христианских веропроповедников язычникам, греки и римляне имели в виду не интересы религиозного просвещения а прежде всего эллинизацию и латинизацию их. Они не давали новопросвещенным племенам родного епископата и духовного а посылали к ним своих епископов и клириков, богослужение и чтение слова божия производились для них не на родом языке, а языке греческом или латинском. – Всматриваясь в русскую церковную историю, мы видим, что распространяя христианство среди мелких народностей Поволжья, русское правительство руководствовалось тоже более политическими соображениями, нежели религиозно-нравственными, оно смотрело на русское православие, как на одно из верных средство для обрусения инородцев. Деятельность св. Стефана Пермского, просветителя зырянского края, представляет в этом отношении исключительное явление в русской церковной истории.

III. Апостолы получили власть от самого Господа Спасителя учить народ, священнодействовать и управлять церковью христовой. Они передали эту власть своим приемникам-епископам чрез рукоположение. Значит только им одним Спаситель дал право учить верующих, священнодействовать и управлять церковью, вообще быть руководителями верующих христиан в духовно-нравственной жизни. Там, где нет епископа, нет и церкви, а где нет церкви, там нет и спасения. До IV-го века каждый епископ своей епархии имел полноту власти и заведывал всеми церковными делами: без его воли пресвитеры и диаконы не могли ничего совершать. Но в IV и V веках явилось /л. 125/ уже стремление сообразовать внешнее церковное управление с гражданским. Константин великий разделил Империю на 4 префектуры, при чем последние разделились еще на диоцезы, которые в свою очередь разделились на провинции или епархии. Начальники меньших округов были подчинены Начальникам больших Округов. Применительно к такому гражданскому управлению было устроено и внешнее церковное управление: епископы малых округов были подчинены епископам больших округов, при чем епископы больших округов стали называться архиепископами, экзархами, митрополитами, и, наконец, патриархами. При апостолах и их приемниках этих церковных титулов совсем не было, - все назывались одним именем «епископ». Митрополитам подчинялись епископы, а патриарху подчинялись митрополиты, экзархи, архиепископы и епископы.

IV. В первые века на все иерархические должности безразлично избирались лица, состоящие в брачной жизни и не состоящие. Иногда допускались даже лица второбрачные. В последствии произошли некоторые изменения относительно браков духовных лиц. Император Юстиниан I, законом от 528 года, запретил избирать на епископские кафедры состоящих в браке. Собор Трульский (6-й Вселен. Собор) в 692 году, окончательно решил, чтобы епископы вели жизнь безбрачную, священники и диаконы вступали в брак до рукоположения.

V. Как не велико было значение патриарха в церковной жизни, выше их стояли вселенские и поместные соборы иерархов. Но как апостолы и ближайшие их приемники на соборах действовали не прямо от своего лица, а во имя Св. Духа и авторитета Св. Вселенской Соборной церкви. При чем в православной церкви только те церковные правила имеют общеобязательную силу, которые определены вселенскими соборами. Постановления же поместных и частных церквей и отдельных иерархических лиц имеют лишь местное значение, общеобязательную силу они получают только тогда, когда бывают, пересмотрены на вселенском соборе и освящены его авторитетом. Все правила ясно выраженные в священном /л. 125 об./ писании и заключающие в себе существенные истины веры, благочестия и церковного благоустройства, имеют для церкви значение неизменного божественного права и составляют безусловно обязательные для нея законы. Все же такие правила, которые, касаясь разных сторон внешнего устройства церковной жизни, вызваны были историческими обстоятельствами и потому имеют только временное значение, но обязательны для церкви и на вечные времена; церковь может или совсем оставить их, или заменять новыми, сообразно с нуждами жизни церковной.

VI. Во главе управления поместных или частных церквей находится единоличная или коллегиальная церковная власть. Представителями первой власти служат патриархи и самостоятельные митрополиты, а представителем второй – св. синод. Каждая самостоятельная (поместная) церковь по отношению ко вселенской называется автокефальной. Право на церковную автокефальность признавалось вселенскою церковью за каждым православным народом, который по своему национальному развитию, а равно по условиям своей политической жизни, оказывался способным к самостоятельному церковному управлению. В настоящее время свою самостоятельность, или автокефальность имеют церкви: Константинопольская, Антиохийская, Иераусалимская, Александрийская, русская, Элладская, Сербская, Болгарская, Черногорская, Кипрская, Молдаво-Валахская, Букованская, Украинская, Грузинская, - Патриаршее управление существует в следующих православных поместных церквах: Константинопольской, Александрийской, Антиохийской, Иерусалимской. Митрополичие управление существует в следующих поместных церквах: Кипрскокй, Сербской, Черногорской, Болгарской, Молдаво-Валахской, Буковинской. Синодальное правление существует в поместных церквах: Элладской, русской, украинской и грузинской.

VII. Церковь христова на протяжении около 2000 лет своего существования испытывала в своей жизни много тяжелых бедствий: не мало на нее было гонений со стороны иудеев, язычников и могометан, не мало было среди верующих возмущений /л. 126/ и волнений от разных лжеучителей и неверующих, нападали на христианство философы, безбожники и проч. Но не смотря на это, христианство не уничтожилось, а напротив распространялось и утверждалось на земле быстро. Такие раздоры и споры, какие ныне происходят в русской церкви, происходили и прежде, но церковь оставалась всегда непобедимою, ибо Христос сказал: «созижду церковь мою, и врата адова не одолеют ей». (Мат. XVI – 18).

 

II.

 

Теперь перейдем к рассмотрению современных событий жизни русской церкви.

 

Русская церковь под давлением Советской власти

 

В царское время наша православная христианская вера считалась в России господствующей и государственной религией, как таковая пользовалась покровительством и услугами государственной власти. Православное духовенство оставляло второе привеллегированное сословие в русском государстве. Но, не смотря на свое господствующее положение, русская церковь заключила в себе много ненормальностей. Прежде всего, на церковь производилось сильное давление со стороны государственной власти. Находясь под опекою самодержавного царя, церковь фактически управлялась не епископами, а чиновниками светской власти. Судьба епархиальных викариальных епископов зависела от усмотрения Обер-Прокурора с. синода. Во дни Григория Распутина, имевшего при царском дворе большое влияние, епископы назначались, перемещались или увольнялись по его, Распутина, желанию. Теперь стал не секрет, что в 1896 г. в Московском Успенском Соборе по случаю Коронации, были устроены уборные для придворных дам, приглашенных в Собор присутствовать на Коронации и в 1906 и 1907 г.г. на предсоборном совещании, происходили при св. синоде, было обнаружено не мало недостатков в церковной жизни. Прогрессивная часть духовенства и церковного общества тогда же указывала на необходимость улучшения обновления в церковном строе. Но тогдашнее высшее церковное управление почему-то все откладывало это дело.

 

Действие Октябрьской революции на <неразб.>

 

В 1918 году грянул гром. Разразилась буря. Совершилось то, о чем люди умные и наблюдательные давно <неразб.>. /л. 126 об./ Когда рассеялся после катастрофы мрак, мы увидели: иррелигиозное правительство, полное отделение церкви от государства, уничтожение всяких привилегий духовенства, запрещение преподавания закона Божия до 18 летнего возраста, лишения духовенства прав даже гражданства, приходов – прав юридического лица. В отношении к разным народностям России мы видели: дарование им права на самоопределение, на автономное управление и на самобытное культурное развитие на основе национально-этнических начал и т.д.

Под беспощадными ударами антирелигиозной жестокой критики христианства многие стали отходить от церкви не только простые рядовые миряне, но и священники и даже некоторые из епископов. Среди оставшихся воцарилась полная растерянность, тяготения ко всякого рода церковным группировкам: Живая церковь, Возрождение, Древле-апостольская церковь и т.п. Семена социальной революции, брошенные в церковную среду, превратили духовенство и мирян в два лагеря. Миряне стремятся стать полными хозяевами положения, захватить всю церковную власть в свои руки, а духовенство старается отстоять свое прежнее церковно-каноническое положение.

Привыкшая пользоваться покровительством царского правительства, русская церковь оказалась атрофированною, утратила способность к самодеятельности и самоуправлению. С падением своего сильного покровителя церковь потеряла ту опору, на которой она прежде держалась так крепко и величественно. Многие из церковных деятелей, стоя на краю бездны, не понимали новых создавшихся условий жизни и фанатично повторяли прежние ошибки. Это протопопы Аввакумы 20 века.

Мы уже не говорим о том, что епископы унижены, подавлены и почти аннулированы, между тем как в епископате и заключается главная сила церкви.

 

Поместный собор 17 – 18 г. учрежден. патриаршества и избрание епископа Тихона на патриарший престол

 

В первый же год (1917) революции верующие русские люди нашли нужным поставить во главе единоличного церковного правителя – патриарха, надеясь, что он будет твердой, ни от кого независимой опорой для церкви и неизменно сохранит прежний старый уклад русской жизни. Поместный собор 1917 года в Москве определил: вместо святейшего синода учредить патриаршее \л. 127\ церковное управление и избрал на патриаршество кандидата. Это был обыкновенный рядовой русский епископ Тихон. 21 ноября 1917 года в Москве в Успенском соборе состоялся торжественный обряд возведения на патриарший престол епископа Тихона. Тогда мы – верующие люди – радовались этому событию и надеялись, что церковная жизнь под главенством патриарха Тихона пойдет лучше, чем при царском режиме: и церковь не будет испытывать на себе тех угнетений, как она переживала в царское время. Но скоро увидели, что положение русской церкви при патриархе не улучшилось, а наоборот ухудшилось. Начались в церкви споры, раздоры, разделение. В делах церковных теперь происходит у нас полнейший хаос.

 

Причины церковного разделения

 

Но в чем же заключаются причины этого печального явления?

Причины эти состоят в том же, в чем они состояли и в прежние времена церковной жизни: в страстях человеческих, в самолюбии, гордости, честолюбии, властолюбии и т.п. религиозное чувство особенно сильно возбуждается в человеке и доводит его до того, что человек теряет здравый ум и лишается способности правильно разбираться в данных обстоятельствах.

 

Отношение Тихона к Советской власти

 

После октябрьской революции, когда верующие христиане увидели пред собою громадную антирелигиозную силу и почувствовали ея натиск, патриарх Тихон резко выступил против большевиков и предал их проклятию. Он не дал благословения Советской власти и на изъятие церковных ценностей в пользу голодающих. При этом он несомненно руководствовался наставлением Спасителя: «пастырь добрый душу свою полагает за овцы своя», и надеялся на помощь и поддержку со стороны буржуазии и верующего народа, но в последние не оказали ему ожидаемой помощи. Патриарх Тихон был арестован. По мнению некоторых беспристрастных людей, патриарх Тихон не хотел приноровиться к новой власти. Ошибка его состоит в том, что он не отказался в своих действиях от политических вожделений, выступил против Советской власти не в духе христианской любви /л. 127 об./ и кротости, а весьма резко, даже грубо – чем возбудил ее против церкви. Многие религиозно-настроенные образованные лица утверждают, что бывш. Патриарх Тихон своими поместными анти-христианскими мерами в борьбе против советской власти принес русской церкви громадное нравственное зло, которое впоследствии раскроется во всей полноте, в свое время история окажет о нем свое беспристрастное слов.

По заключении патриарха Тихона в тюрьму, русская церковь осталась без главы. Есть достоверные данные, что после своего ареста патриарх Тихон отказался управлять русскою церковью и назначил заместителем своим митрополита Агафангела. Член священного синода протопресвитер от. Красотин передает, как он сам в качестве делегата гор. Ростова Ярославской епархии, был у указанного Тихоном его заместителя преосв. Агафангела спустя м-ц после отречения патриарха. Агафангел проявил чисто бюрократическое отношение к делу. В такую критическую минуту церковной жизни, он думает о каких-то своих делах, и из-за них не ехал в Москву. Когда же делегат Красотин удивился, что Агафангел так спокойно относится к событиям, Акафангел сделал ему начальственный выговор, что он – священник – суется не в свое дело. Отказался Агафангел и называть себе заместителя на всякий случай. Между тем «случай» именно случился: Агафангелу пришлось ехать, но не в Москву. В это время церковная группа «живая церковь» соорганизовала в Москве высшее церковное управление во главе с епископом Антонином. Живая церковь своими необдуманными действиями оттолкнула от себя верующий народ, и тем еще более возбудила в верующих симпатию к патриарху Тихону. Чем больше народ отворачивался от живой церкви, тем больше он привязывался к патриарху Тихону.

 

Чем объяснить симпатию верующего народа к патриарху Тихону

 

На направление умов верующих людей на сторону патриарха Тихона повлияли также и следующие обстоятельства: 1)Когда патриарха Тихона лишили свободы, с того времени верующие стали смотреть на него, как на мученика за веру Христову, /л. 128/ 2)После революционной бури верующие христиане растерялись и стали искать нравственную опору в патр. Тихоне, который, по понятиям народа, страдал в заключении не за свою вину, а исключительно за свою стойкость в православии, и 3)всякое нововведение в области религиозной жизни, иногда самое незначительное, всегда вызывает в народе антагонизм даже ненависть и озлобление. Тоже случилось и теперь.

 

Неправильные действия и поступки патриарх. Тихона.

 

Патриарх Тихон выбран на соборе 1917 – 1918 годов, чтобы управлять русскою церковью вместе с священным Синодом и Высшим церковным советом из 25 лиц, а он с 1922 года стал управлять церковью один, на что не имел церковного права. Он проклял советскую власть, - и из-за этого много архиереев, священников и мирян поплатились свободой, здоровьем и жизнью. Он поддался окружавшим его монархистам и постарался сделать Тае, чтобы священники в церквах проповедывали восстание против власти, - многие люди, многие храмы Божии из-за этого пострадали и последние оказались даже закрытыми.

Церковный собор 1923 г. и суд над п. Тихоном

 

В 1923 году со всех концов России съехались в Москву на собор более 400 человек, в том числе около 70 иерархов, которые руководствуясь п. 10 определения церковного собора 1917 г. от 8 декабря 1917г., постановили: На основании 3 прав. Кирилла Александрийского, 10 прав. Петра Александрийского и 3 прав. Третьего вселенского собора подвергнуть патриарха Тихона лишению сана за то, что, благодаря его единоличному управлению, пролилось много крови человеческой. Но советская власть простила патриарха и выпустила его на свободу, а он самовольно снова взял себе церковную власть, хотя знал, что многие епископы, священники и миряне не одобряли его. Но он под влиянием монархистов не хотел ни с кем считаться действовал один, как Римский папа, оттого-то и пошло в русской церкви раздвоение, и получился раскол.

 

Патриарх Тихон нарушал 14 и 25 правила св. апостолов

 

Патриарх Тихон ставил епископов, не спрашивая, хочет ли их народ. Например, он прислал в г. Ленинград епископа Мануила, который оказался политическим дельцом; в декабре 1924 года он прислал в чувашскую область епископа Германа Кокель, Викария Симбирской епархии, который будучи еще священником, /л. 128 об./ был приговорен к тюремному заключению за тяжкое уголовное преступление. Этот Герман самочинно разъезжал по селам чувашской епархии и делал распоряжения церковным: перерукополагал священников, диаконов, переосвящал престолы в храмах Божиих, выливал св. под престол и т.д. Другой тихоновский епископ Спасский Афанасий, Викарий Казанскоай епархии, именуя себя епископом Чебоксарским, еще ранее Германа Кокель, стал вмешиваться в дела чувашской епархии и исподтишка восстанавливал духовенство и верующих против синодальных епископов священников. Еп. Герман выбрасывает священников с семьями на улицу (свящ. о. Петра Сапожникова, прот.о. Якова Петрова и др.) иных заставляет насильно идти к нему на поклон настраивает прихожан против священников, пугает народ тем, что у синодальных епископов и священников, как еретиков, надо гнать с приходов, а сами они, хотя и монахи – живут сладко, едят в волю, цветами украшаются и добровольные сборы с верующих собирают. Они боятся кабы не потерять им власти над доверчивыми душами верующих христиан.

 

Несправедливое отношение п. Тихона

к собору 1923 г. и свящ. синоду

 

Патриарх Тихон и его сторонники не признали и не признают собора 1923 года каноничным, считают его «однобоким», «сборищем разбойников» зато, что на этом соборе лишили патр. Тахона патриаршего сана. Этот собор был составлен вполне законно, потому, что в нем участвовало более 70 епископов и законно избранные делегаты от каждой епархии. Если определения собора 23 года были действительно неправильные, то патриарх Тихон все равно должен был подчиниться решению собора до вторичного рассмотрения его дела на следующем соборе, как поступали Иоанн Златоуст (в 403 г.) патриарх Константинопольский Фотий (869 г.) и друг. Летом 1923 года, когда группа живой церкви высшее церковное управление распались на разные группы и сорганизовался «священ. Синод русской православной церкви» из старейших и ученейших /л. 129/ иерархов, тихоновцы стали говорить, что свящ. синод возник самочинно без преемственности и что поэтому не следует подчиняться. Если мы обратимся к истории русской церкви, то увидим следующее: 1) русские епископы избрали митрополитом русской церкви природного русского епископа Илариона, без благословения восточных патриархов; 2) Митрополит св. Иона, живший в период подчинения русских митрополитов Константинопольскому патриарху, вступил на митрополичий престол по избранию собора русских епископов греческого патриарха. 3) в 1721 г. по желанию императора Петра I, русские епископы учредили святейший синод, который в начале то не был санкционирован от восточных патриархов. По понятиям тихоновцев вышеуказанныя перемены в церковном управлении тоже не имели преемственности. Нынешний священный синод Русской прав. Церкви признан восточными патриархами. Патриарху Тихону было от них предложено удалиться на покой. Но Тихон не послушал их.

Кто такие обновленцы?

 

Последователи патр. Тихона называют себя «староцерковниками», «православными», а сторонников свящ. синода называют обновленцами. Слово «обновленцы» или «обновление» употребляется во многих местах свящ. писания и церковных молитвах только в хорошем смысле, т.е., в смысле улучшения, исправления и восстановления чего-либо испорченного, искаженного или забытого. В указе свящ. синода а созыве собора 1917 г. сказано, что собор созывается для обновления русской церкви. Но тихоновцы извратили смысл этого слова и сделали его ругательным словом. По ихнему «обновленец» значит изменник, обманщик, нарушающий веру Христову.

 

Чем отличаются синодальцы (обновленцы) от тихоновцев

 

Чем отличаются синодальцы, названные обновленцами от староцерковников? Синодальцы говорят: в церкви распоряжаться должны делами …не одни епископы, а и выбранные священники с мирянами. Пусть (как в св. церкви раньше было) собираются раз в год соборы и выбирают они руководителей церкви. Такие руководители и составят свящ. синод, которому и подчиняются православные епископы, священники и миряне. У нас есть свой синод в Москве состоящий из выборных /л. 129 об./ митрополитов, епископов и мирян. Он имеет в каждом городе свое Епархиальное Управление, состоящее из епископов и выбранных священников и мирян. У нас в Чувашской епархии во главе Управления сейчас состоит архиепископ Тимофей и заместитель его викарий епископ Чебоксарский Даниил.

 

<неразб.>ги синодальцев

 

Монахи очень не любят синодальцев и бояться их потому, что синодальцы хотят, чтобы монахи и монахини не пьянствовали бы, но жили бы в миру, прикрываясь личиной монашеской, а были бы в св. обителях, утешая народ молитвою, трудолюбием и исполнением обетов монашеских. Не любят последователей свящ. синода многие священники и богатые люди. Много у них и других врагов, поэтому всякую неправду и говорят про них: и веру то они нарушают, и богослужение изменяют и в бога не веруют, и иконы выносят и св. мощей не почитают. Все это ложь, обман и клевета. Пойдите в синодальные церкви, найдите ли вы там какие-либо изменения в богослужении или в вероучении? Везде служба хорошая, проповедь народу нравится, учится народ жить по церковному, по христианскому. Обновляться нам, православным христианам и обновить жизнь церковную весьма нужно. Последователи св. синода не хотят не изменения веры, а чтобы жизнь стала новою, согласною с православною верою. Они ни от кого не отделяются, со всеми молятся, никого не называют «еретиками», «раскольниками», «вероотступниками», «красными», или «черными»: это все неприлично пастырям церкви и христианам. Синодальцы всех зовут так: Братья и сестры, не верьте чужим словам, узнавайте сам, кто такие обновленцы и кто такие тихоновцы. Между ними нет никакой разницы: ни в догматах, ни в богослужении, ни в церковных обрядах. Сторонники п. Тихона отделяются от синодальцев только по своей гордости и самолюбию: разумных оснований у них для этого нет.

III.

 

Далее будем говорить о церковных делах в Чувашской епархии. /л. 130/

 

Открытие самостоятельной Чувашской епархии

и ея территория

 

Чувашская епархия открыта в марте 1924 года, по желанию чувашского верующего народа и духовенства, с целью наилучшего укрепления православия среди чуваш. Она занимает территорию Автономной Чувашской Республики. В состав ея вошли православные приходы Чебоксарского, Цивильского, Ядринского, части Козмодемьянского и Тетюшского уездов Казанской епархии и части Буинского, Курмышского и Алатырского уездов Симбирской епархии.

 

Первая мысль об учреждении чувашской епархии

 

Мысль имеет особую чувашскую епископию с национальным епископом в Приволжском крае первый раз выражена была среди инородческих священников и учителей Самарской епархии еще на инородческом миссионерском съезде, происходящем в селе Шонтало, Бугульминского уезда 28 и 29 июля 1909 года. Так как тогдашнее правительство очень боялось развития среди инородцев сепаратизма, шовинизма и всяких других измов, то вопрос это не был допущен к обсуждению на съезде, тем более, что в то время епископы и духовенство русское действовали за одно с мирским правительством. Не только инородца поставить во епископы, но весьма трудно было провести его и в сельские священники. Всеобщий Чувашский съезд представителей от духовенства, мирян, военных, учителей, происходивший в Казани в августе 1917 г. указал на 2-х кандидатов во епископа чувашского: прот. К.П. Прокопьева и прот. Д.Ф. Филимонова.

 

Какие были у правительства побуждения

к обращению чуваш в христианство

 

Вышеприведенные справки из церковной истории показывают вам, что в первые века христианства епископы и клирики у всех народов были свои, им единоплеменные, близкие по крови и потому понятные, и пользовались они доверием и любовью своих. Из истории же русской церкви мы видим не то: - мы видим здесь, что распространяя христианскую веру среди мелких народностей, русское правительство руководствовалось более политическими соображениями, /л. 130 об./ чем чисто религиозно-просветительными. Оно смотрело на православие, как на одно из верных средств для обрусения инородцев. Обращая последних в христианство, церковная власть не давала им не только родных епископов, но и священноцерковнослужителей. Чуваши и теперь после крещения своих детей говорят: «халь вить епир атана вырас турамар».

 

Массовое крещение чуваш при помощи военной силы

 

Архивные документы святейшего синода, Нижегородской духовн. Консистории и других учреждений свидетельствуют, что массовое крещение чуваш совершено в 1745-1748 г.г. особой ново-крещенской комиссией, во главе которой стоял архимандрит Дмитрий Сеченов, впоследствие митрополит Новгородский [4]. Он имел в своем распоряжении роту солдат, с которыми ходил по чувашским селениям, выгонял народ на воду и совершал над ними таинство крещения. Новопросвещенное чувашское население тотчас же было распределено по приходам, к ним поставили священноцерковнослужителей. Но, как крещеные чуваши, так и духовные пастыри их очутились в очень затруднительном положении, потому, что говорили на разных языках и не понимали друг друга. Само собой разумеется, что при таком положении между ними не могло быть ни какой религиозно-нравственной связи. Таким образом, находясь более 200 лет под религиозным руководством русского царского духовенства, наши предки чуваши, обращенные в христианство при помощи военной силы, вплоть до конца 19 столетия оставались теми же язычниками, какими они были до крещения. Для них прибавилась только лишняя повинность – содержать на свои средства приходские церкви и духовенство.

 

Засилье русского народа в чувашской стране.

 

Между тем, как только обратили чуваш в христианскую или, как говорят чуваши в русскую веру, в стране их началось полное засилье русского духовенства (или государственного духовенства) захватившего в свои руки церковь целиком, делавшего ее орудием царской политики и русификации чуваш. Это явление особенно рельефно выражалось в Ядринском, Козмодемьянском и Чебоксарском уездах /л. 131/ в 80-х годах прошлого столетия появление здесь священников из чуваш вызывало целую бурю негодования между некоторыми русскими священниками – чуваше<пропуск>, не желавшими допустить в свою среду никого кроме своих присланных. Когда я поступал в священники, в Казанской духовной консистории, один священник сказал мне: «куда вы чуваше лезете? Вы отнимаете хлеб у наших детей».

 

Сплоченность русского духовенства в чувашских приходах

 

Господствующее положение русского духовенства в чувашских уездах устанавливалось историческим путем и поддерживалось следующими условиями: 1) это духовенство среди <неразб.> пользовалось полным покровительством и содействием государственной власти. 2) Оно представляло из себя очень крепко сплоченную, обособленную от окружающей среды группу, которая прочно спаяна единомыслием профессиональным положением, сословными предрассудками, родственными и школьными связями. Начиная с сельской просфорни и кончая епархиальными архиереями, - все они проникнуты были одним духом гордости и господства над крещенным чувашами, как побежденными инородцами, коих они в душе презирали, хотя при глазах и называли их «Василий Иванович», «Петр Петрович», но за глазами «Васька и Петька» или просто «чувашишки» 3) Живя с малых лет среди чуваш, это духовенство великолепно знало психологию чувашского народа, мастерски умело обходиться с ним и устраивало свое материальное благополучие как ему угодно и 4) Оно вцепилось в православную чувашскую массу, так глубоко прочно, как клещ впивается в человеческое тело. Оторвать его от насиженного места было также трудно, как оторвать например, немецких баронов от Прибалтийского края. Были, конечно, здесь и весьма хорошие, светлые личности, настоящие пастыри христовы, которые относились к чувашам по братски, но, составляли исключение и встречались так же редко, как оазисы в пустыне Сахара.

 

Численное отношение священников из чуваш и из русских

 

В последние 50-т лет благотворной просветительной деятельности Н.И. Ильминского, И.Я. Яковлева и мн. др. сотрудников их, начали появляться у чуваш свои единоплеменные священники и учителя с книжками на родном языке, с церковным /л. 131 об./ богослужением и школьным преподаванием на том же языке. Трудно и тяжело было этим пионерам работать: многие смотрели на них как на выскочек. Прошло 50 лет, но число чувашских священников чувашской епархии оказалось не больше 35%, т.е. около 1/3 общего числа священников епархии. Громовые удары революции пронзили и расшевелили жизнь духовенства в чувашских приходах до основания. Заколыхнулась стоячая прозеленевшия воды в этом спокойном озере….. Когда чувашам дали автономное политическое устройство – республику, более сознательные русские священники поняли свое положение среди чуваш, стали открыто проявлять свое расположение к чувашскому народу: они принимают деятельное участие в работах об открытии в Чувашской области самостоятельной чувашской епархии с национальным епископатом во главе.

 

Группа противников в чувашской епархии

 

Но, в тоже время видно было, что значительная группа русского духовенства, как в чувашской епархии, так и в городе Казани ни как не желает примириться с новым положением вещей, т.е. иметь отдельную от Казани самостоятельную чувашскую епархию с чувашским епископатом. Она употребляет всевозможные ухищрения, чтобы покончить это дело и не подчиняться чувашской епархиальной власти. Она хочет жить и служить по прежнему: питаться чувашским хлебом, а подчиняться русскому епархиальному начальству. Мы ведь хорошо помним чувашский областной учредительный Съезд духовенства и мирян, происходивший в марте м-це 1924 года в селе Шихазанах, где эта группа русских священников всеми мерами старалась не дать чувашам самостоятельной епархии. Тогда из Казани нарочно приезжал один священник с намерением провалить на съезде решение вопроса об открытии чувашской епархии. Хотя намерение группы противников на съезде и не осуществилось, но оно все-таки не погасло, а напротив, в последствии еще более усилилось. Укажу на некоторые факты.

Бывший протоиерей с. Юськасов, Ядринского уезда, о. Бенидиктов /л. 132/ сорганизовал союз религиозных общин с целью расстроить новооткрытую чувашскую епархию с ея национальным епископом, чтобы опять возвратиться к Казани. Он же о. Бенидиктов, будучи уполномоченным по чувашской епархии, в ноябре 1924 года и в январе 1925 года доносил священному синоду, что епископ Чебоксарский Даниил (из коренных чуваш) «Шовинист», и заражен от протоиерея о. И. Афанасьева тенденциями «автокефализма - Тихоновщины». Священники Чебоксарского уезда: села Хыркасов о. Мочалов, с. Ильинской пустыни о. Далматов, с. Тимичи – Покровского, о. Аристовский и о. Зороастров в 1924 отошли к Тихоновскому епископу Афанасию, Викарию Казанской епархии и увели за собой своих бессознательных пасомых – чуваш в количество несколько тысяч человек, для которых совершенно безразлично кому подчиняться: патриаршему или синодально-церковному управлению.

Со дня открытия чувашской епархии среди чувашского населения вдвойне усилилась агитация против чувашской самостоятельной епархии, как со стороны Казани, так и со стороны части местного русского духовенства. По чувашским приходам ходили сотни агитаторов в лице монахов и монахинь. Многих мирян, которые восхваляли патриаршую тихоновскую церковь, а синодальную или обновленческую церковь всячески поносили и унижали, епископов Тимофея и Даниила, подчиняющихся свящ. синоду, называли (и теперь называют) «еритиками», «лжеепископами», «безблагодатными», «самозванцами», «изменниками» и проч. эпитетами. Простой темный народ верил агитаторам, и все более склонялся на сторону тихоновщины. Сторонники патриарха Тихона как священники, так и миряне ждали себе особого тихоновского епископа.

И действительно, в начале 1925 года появился в чувашской епархии новый тихоновский епископ Герман Кокель, Викарий Симбирской епархии. Он своими энергичными /л. 132 об./ агитационными действиями обратил на сторону патриарха Тихона многих священников с их пасомыми. С этого то времени и началось распадение чувашской епархии. Таково было разрушительное действие группы священников, враждебно настроенных к самостоятельной чувашской епархии.

Но самым сильным и могущественным противником открытия особой чувашской епархии был сам патриарх Тихон: многократныя ходатайства об учреждении чувашской епархии она оставлял всегда без удовлетворения.

1) На Всероссийском поместном церковном соборе 1917-18 г.г., происходившем под главным руководством патриарха Тихона, члена собора: епископ Уфимский Андрей (Ухтомский) и кандидат богословия – чувашин Г.И. Комиссаров хлопотали об учреждении чувашской епархии, но хлопоты их не увенчались желательным успехом по несочувствию соборных деятелей во главе с патриархом Тихоном.

2) В 1918 году член переводческой комиссии при совете братства св. Гурия Н.А. Бобровников представил его святейшеству докладную записку о необходимости иметь для чуваш особого епископа. Патриарх возвратил эту записку обратно Бобровникову с своей ничего невыражающей дипломатической резолюцией.

3) В марте м-це 1919 года известный деятель по просвещению чуваш И.Я. Яковлев представил патриарху Тихону подробный доклад и необходимости назначить для чуваш особого епископа с целью поддержания и укрепления веры и благочестия в народе, при чем он имел ввиду чуваш 5 уездов Казанской губернии и 3-х уездов Симбирской губ., где чуваши живут сплошною однородною массою в 59 волостях в количестве 1725 семей, всего около миллиона душ.

Эта докладная записка была передана на отзыв члена высшего церковного совета и члена миссионерского совета при священном синоде, профессора П.Д. Лапина. В 1919 году ноября 14 дня священный синод и высший церковный /л. 133/ совет в соединенном присутствии, заслушав отзыв проф. Лапина по докладной записке И.Я. Яковлева, путем неправильного токования канонических правил (8 прав. 1.Всел. Собора) оставили ходатайство и И.Я. Яковлева без удовлетворения.

4) Получив отказ, И.Я. Яковлев в марте м-це 1920 г. написал патриарху Тихону другой доклад, в котором, указывая патриарху Тихону толкования 8 прав. 1 Вселенского собора, писал, между прочим, следующее:

«Беру на себя смелость и дерзновение утверждать, что осуществление проэкта об образовании чувашской епархии на сколько не заключало бы в себе опасности в смысле нанесения ущерба вековечным принципам церкви, выраженным канонически-юридически, постановлениях и определениях, но напротив оно находилось бы в полном и глубоком согласии с духом божественной правды и любви, с заветом и методом Господа нашего Иисуса Христа. Спаситель наш в деле устроения царства Божия на земле никогда не шел вопреки естественному течению вещей, уничтожая и предавая полному забвению все частное, местное и исключительное, как-то многоразличные особенности и разности страны, рас, наречий и наименований, воспитаний форм и обстоятельств, но всегда опираясь на них, как на богом данные посредства и приготовления и, в них и чрез них пробуждая и развивая присущия людям духовные силы, поднимал и возвышал их до братского единения их в духе веры и любви. Таков великий и всегда жизненный метод его земной деятельности. Этим же спасительным методом руководствуются и святые ученики Его и апостолы, когда естественное племенное различие людей они переносят в царство Божие и пределами национальной жизни ограничивают и обуславливают церковно-административное соединение и разделение, как это показывает 34-е апостольское правило. Тоже самое мы видим и в послеапостольское время. Древняя церковь своими постановлениями и определениями дарует самоопределение не только народам, но и отдельным областям (19 управ. Антион. Соб.) Она руководившаяся /л. 133 об./ духом высшей справедливости к любви, отлично понимала ту истину, что то, что относится к существенному благу одной части, с течением времени становится относящимся к благополучию всех. Здесь корень ея уважительного и попечительного отношения к местным национальным особенностям, многочисленные примеры которого мы находим на всем протяжении ея славной истории. Так в диоцезах Фракийском и Азийском жили народы варварские и были инородческие селения, области которых составляли особыя епископии во главе с епископами в г.г. Томи и Исаврополе, при чем епископы эти, в изъятие из общаго правила, поставлялись не местными митрополитами, а самими вселенскими патриархами» (IV Всел. Соб. 20 прав. Номок. Фотия 1, 20).

Какой ответ последовал на это доклад И.Я. Яковлева нам неизвестно. Но мы удостоверно знаем, что патриарх Тихон не дал согласия на открытие самостоятельной чувашской епархии с чувашским епископом.

Таково было отношение патр. Тихона к религиозным интересам и нуждам чувашского народа. Последователи патриарха Тихона, также не расположены дать чувашской особой епархии, они смотрят на чувашскую епархию только как на викариатства двух епархий: Казанской и Симбирской.

 

Перебесчики

 

Чувашскую епархию создали духовенство и верующий чувашский народ. Они должны бы теперь поддерживать и укреплять ее своими силами и средствами. Но, к сожалению, мы видим совсем не то: мы видим, что на Тихоновскую сторону переметнулись и пошли за епископами Афанасием и Германом даже те священники (русские и чуваши), которые сами старались об учреждении чувашской епархии с национальным епископатом. Мы не будем здесь разбирать поступки и действия их: об них правдивое слово скажет будущий историк христианской церкви. Если они и в дальнейшем будут также не устойчивы в своих стремлениях и ради своих личных выгод забросят все на произвол судьбы, что чувашская национальная /л. 134/ епархия в скором времени разлетится в дребезги, - от нея останутся только «рожки да ножки».

 

Какова должна быть чувашская епархия по своему направлению?

 

По нашему глубокому убеждению, основанному на исторических данных и на собственных наблюдениях над современной жизнью, Чувашская национальная епархия должна представлять из себя чисто чувашскую группировку, или церковь, которая, не увлекаясь никакими церковными течениями, никакими раздорами и спорами, должна строго держаться на почве православия. В таком виде только и может в современных условиях быть жизненною. Чувашские священники и миряне должны особенно учесть это обстоятельство, ибо сейчас много стремления для чувашина в пределах республики, где большого практического значения не имеет примыканию к той или другой группе. Сейчас не только у нас но и в Эстонии, Латвии, Финляндии, и других автономных странах открыто говорят: «Эстония только для эстонцев», наши чувашские священники еще раздумывают за кем идти: за национальным епископом или за русскими священниками чувашефобами, которые всегда измывались над нами и старательно гасили все национальныя стремления их. Очень трудно вдолбить некоторым священниками и мирянам, что наступило время воедино собрать чувашские интересы, чтобы выявить свое лицо среди других национальностей, чтобы чувствовать себя равным <не – А.Б.> только черемисину, мордвину но и равным англичанину, французу и другим образованным христианским нациям мира.

Но, что же мы должны теперь делать, чтобы удержать самостоятельную чувашскую епархию от распадения?

 

Как спасти чувашскую епархию от погибели

 

На основании вышеприведенных исторических справок и соображений я прихожу к необходимости следующих мероприятий:

1. Из двух форм церковного управления: патриаршей (единоличной) и синодальной (соборной) следует признать подходящей и целесообразной священный синод /л. 134 об./ не патриарха, потому, что истина гораздо лучше чем может быть разузнана несколькими лицами, нежели одним. Да и сам Спаситель сказал: «где двое или трое собраны во имя мое, там я последи их». (Матв. XVIII - 20)

II. Верующие чуваши должны раз навсегда запомнить, что бывший патриарх Тихон и его сторонники всегда шли против образования особой чувашской епископии, старательно гасили все национальные стремления чуваш.

III. Чувашская епархия должна подчиняться священному синоду Российской Православной церкви также и потому, что 14 марта 1924 года синод преподал чувашскому народу свое благословление на открытие самостоятельной национальной епархии.

IV. Между последователями бывшего патриарха Тихона и сторонниками священного синода, в отношении вероучения, нравоучения, а равно богослужения, церковных обрядов и обычаев нет никакой разницы; слова: «патриарх», «священный синод» означают только название форм церковного управления, а не различия догматов веры; формы же церковного управления всегда менялись и меняются, но вера от этого нисколько не меняется.

V. Если представителя высшей церковной власти Тихоновского и Синодального течений не примирятся между собою и не объединятся, то русская церковь не минуемо должна раздробиться на множество религиозных толков, враждебно относящихся друг к другу, что в результате даст полное разрушение церковной организации.

VI. Отрицать священный синод Российской православной церкви и называть его самочинным и безблагодатным за то, что он организовался помимо воли патриарха Тихона – есть полнейший абсурд и безумие: из церковной истории мы знаем много таких случаев, когда высшие органы церковного управления возникали и организовались без предварительного на то согласия патриархов, - Российский же священный синод призван восточными патриархами и получили от них санкцию на свое существование. /л. 135/

VII. Патриарх Тихон беспрекословно должен был подчиняться решению собору 1923 года о лишении его патриаршего сана впредь до пересмотра этого дела на следующем соборе, но он, получив свободу отказался подчиняться постановлению собора, самочинно стал называться патриархом и управлять церковью, хотя при аресте он отрекся от управления Российской церковью.

VIII. Патриарх Тихон и его сторонники говорят, что собор 23 года не каноничен, между тем отрицать законность этого собора не в коем случае не приходится, потому что, он собрал не самовольно, а из делегатов, правильно избранными епархиальными съездами духовенства и мирян.

IX. Хотя в древней христианской церкви до конца 7 века и допускались женатые епископы и второбрачные священнослужители, тем не менее, восстановление российского поместного собора 1923 года о женатом епископате и о второбрачных клириков в данный момент для чувашской епархии, по которым соображениям, следует считать не приемлемым.

X. Священно-церковно служители церквей чувашской епархии – русские ли они или чуваши – безразлично, должны твердо держаться православия и руководствоваться в своей деятельности лозунгом: «чувашская епархия прежде всего для чуваш».

XI. Упорное нежелание группы русских священников-чувашефобов подчиниться чувашскому епископу и патриархальному управлению признать явлением зловредным для сохранения и укрепления православия на территории чувашской республики.

XII. Со стороны духовных пастырей, кто бы они не были в своей национальности, не должно быть того высокомерного презрительного отношения к своим пасомым чувашам, какое замечалось в духовенстве прежнего царского времени; взаимные отношения пастырей с пасомыми всегда должно быть близкие родственные и искренне-сердечные.

XIII. Тем священноцерковнослужителям, которые имеют поползновение /л. 135 об./ к разрушению чувашской епархии, объявить, что они за это лишаются права оставаться на службе в пределах этой епархии.

XIV. В Чувашской Республике не должны приниматься на регистрацию те христианские религиозные общины, в числе членов или служителей культа которых значится епископ чужой епархии.

XV. Необходимо ходатайствовать от имени чувашского епархиального съезда пред Наркомвнутдел ЧАССР о разрешении сделать к уставу религиозных обществ следующие дополнения: а) к пун.5-му «но не иначе, как с согласия Епархиального или Викариального Управления, при чем служители культа подчиняются, в порядке церковной дисциплины, Епархиальному или Викариальному Управлению»; б) к пун. 9-му «служители культа за свои проступки и опущения по службе подвергаются взысканиям по распоряжению Епархиального или Викариального управления, по принадлежности».

XI. Для всестороннего тщательного обсуждения и решения вышеозначенных тезисов необходимо как можно скорее созвать епархиальный съезд духовенства и мирян.

 

П.п. Епископ Даниил /л. 136/ [5].

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 113. 2. 3. Там же. Л. 112. 4. 5. Там же. Л. 115. 6. 7. Димитрий Сеченов – митрополит Нижегородский 8. 9. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 1, Д. 92. Л. 118 – 136. 10.

 

ДОКУМЕНТЫ ОБНОВЛЕНЧЕСКОЙ ЧУВАШСКОЙ ЕПАРХИИ 1927 Г.

 

ЦИРКУЛЯРЫ АРХИЕПИСКОПА ТИМОФЕЯ (ЗАЙКОВА)

 

В Народный Комиссариат

Внутренних Дел

Чувашской С.С. Республики

 

Староцерковный вождь Митрополит Сергий Нижегородский посланием своим от 29 июля сего 1927 года, к архипастырям, пастырям и верующим, призывая быть верными гражданами Советского союза лойальными (sic) к советской власти, организовал временный Священный Синод, чем окрылил духовных лиц Тихоновской Контр-революционной ориентации и верующую массу фанатиков. Теперь они с большею силою поведут туже темную агитацию против существующего строя и, в особенности, в пределах Чувашской Республики, где быстро развивается сектантство, так не без вредное в политическом отношении.

Чебоксарское духовенство, как контр-революционно-настроенное, с нетерпением ждет же съезда представителей Тихоновской ориентации имеющегося быть в Казани осенью. Тогда они намерены открыть в Чебоксарах Викарное управление к Казанской епархии с своим русским епископом во главе.

Чувашская епархия, как самостоятельная с национальным епископатом открыта не без содействия местной гражданской власти, на основании Церковных канонов (17-4 и 38-6) Вселенских Соборов по которым границы епархии /л.145/ должны совпадать с гражданским делением таковых.

А потому Чувашское Епархиальное Управление смело надеется на свою национальную гражданскую власть, что замыслы Чебоксарского русского духовенства и сельских приходов Тихоновской ориентации не будут проведены в исполнение.

И чтобы сохранить самостоятельность Чувашской епархии и Национальный епископат, Чувашское Епархиальное Управление усердно просит Народный Комиссариат Внутренних Дел Чувашской С.С. Республики, сделать распоряжение по уездам, чтобы не давалось разрешения на созыв благочиннических съездов без согласия Чувашского Епархиального Управления и если возможно, наложено было запрещение функционировать, лжеблагочинным Тихоновской ориентации, подведомственным узурпаторам церковной власти в Чувашской епархии Афанасию Спасскому и Иоакиму Алытырскому принимают ими все меры к аннулированию самостоятельности Чувашской епархии.

Председатель Чувашского Епархиального Управления Архиепископ Тимофей /л. 145 об./

 

 

В Народный Комиссариат Внутренних Дел Чувашской С.С. Республики к сведению.

 

Пастыри и верующие миряне Чувашской епархии!

 

 

Происходящая в Русской церкви смута не ересь, а раскол, который может глубоко потрясти церковь и привести ее к тяжелым и нежелательным для нее последствиям.

Лучшим доказательством раскольнического разрыва Тихоновцев со Вселенской Церковью является чисто местный характер староцерковничества, осуждаемый голосом Вселенской церкви. Ни один Вселенский Православный Патриарх не признает староцерковничества и с их вождями Вселенские Восточные Православные Патриархи канонических братских взаимных отношений не имеют. Какой ужасный грех взяли на свою душу эти виновники церковного раскола! Св. Священномученик Киприан, епископ Карфагенский говорит: «вина Церковного раскола не омоется и мученическою Кровию». Единение со Вселенскою Православною Церковью есть основная истина Св. Православной веры.

А потому староцерковники, порвавшие связь с Вселенской церковью, чтобы не в положении раскола, должны поспешить к соборному разуму, через признание Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви.

Заместитель патриаршего местоблюстителя Митрополит Сергий Нижегородский, как началась подготовка войны со стороны Английского правительства, поспешил отмежоваться от заграничных эмигрантов и в своем послании от 29 июля сего 1927 года, призвал архипастырей с пастырями и их пасомыми быть лойальными к Советской власти.

В том же послании оповестил, что с мая месяца текущего года им организован с разрешения власти временный при заместителе Патриарший Священный Синод и предполагает созвать второй поместный собор (время не указано). /л. 146/

Так в Москве образовался новый временный Священный Синод Тихоновской ориентации по мимо Временного ВЦУ председателем коего состоит Архиепископ Григорий Свердловский, который, оторвавшись от политиканства Сергиевщины, признал принцип Соборности, чем несомненно помогает широкой массе Тихоновщины постепенно выяснить правоту Священного Синода, строющего на соборных началах церковную жизнь.

Лойальность Тихоновщины к Соввласти, если она не будет лицемерной, не только из страха, но и по совести (Радости? <неразб.>) как говорит Митрополит Сергий в послании, будет крупным шагом к объединению верующих во имя Христово, чтобы проводить в жизнь слова Христа: «да вси едино будут».

Староцерковники не будут теперь клеймить синодальную церковь разного рода кличками: красные, советские, изменники и даже чекисты или агенты ГПУ». Ведь это было недомыслие невежество и темнота в особенности в применении к широким народным массам вовлеченным смутою в раскол.

Митрополит Сергий после того, как все Восточные Православные Патриархи признали Священный Синод Главою Российской Православной Церкви в своем первом послании с негодованием высказал: «Пусть признают, от этого обновленцы не станут православными, а только патриархи обновленцами». Столпы православия всего мира – Святейшие Вселенские Патриархи Константинопольский, Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский – Блаженнейший Патриарх святого града Иерусалима Дамиан более 30 лет восседающий на кафедре брата Господня апостола Иакова – Матери всех Церквей, за признание синодальной церкви православной и законной правопреемницей церковной власти, по мнению Митрополита Сергия, стали не православными. Вот это абсурд! /л. 146 об./

В какую же Церковь Митрополит Сергий и все его последователи теперь веруют?

Остается сказать, что современная Тихоновщина имеет сходство с древле историческим расколом донатизма, бывшего более шестнадцати веков тому назад. Донат, епископ Кизический правил раскольниками целых сорок лет (315 – 345).

Первый и самый общий прием полемики и борьбы Тихоновского раскола с Синодальной Церковью – это усиленное подчеркивание своей особой Святости и Чистоты, соединенное с похулением и забрасыванием грязью православных обновленцев. Только мы одни святы и чисты, а все остальные – падшие грешники и изменники – вот общий мотив и донатистов и Тихоновцев. Тихоновцы особенно часто и охотно избирают оружие борьбы с обновленцами – это обвинение их в «безблагодатности», почему и вошло у них в практику переосвящение престолов, перекрещивание, перерукоположение, узурпаторство Церковной власти и др., что ничем церковно не может быть оправдано и представляет сплошную демагогию рассчитанную на запугивание темной, наивно-религиозной, но совершенно не просвещенной массы.

Раскольники-донатисты были враждебно настроены к гражданской власти.

Тихоновщина, ни для кого не секрет, как Всероссийская так в особенности эмигрантская сплошь контр-революционна и оппозиционна Соввласти. Заграничная Тихоновщина постоянно трубит об этом и на своих Карловацких соборах и в общей белогвардейской прессе. Наша же внутренняя Тихоновщина лицемерит и хитрит. Но она проникнута теми же самыми настроениями и мечтами – ожиданиями политической реставрации – как будто бы доказывать никому не приходится.

Итак, все уклонившиеся вопреки церковных правил в староцерковнический раскол через признание своим /л. 147/ архипастырем чуждого епископа Афанасия Спасского или Иоакима Алатырского, прочитайте настоящее обращение со вниманием и вы почувствуете сразу ту правоту церковную, какую скрывают раскольнические епископы Афанасий и Иоаким, как узурпаторы насильственно с нарушением канонов вторгающиеся в чуждую им Чувашскую епархию.

Потребуйте от них, чтобы они предъявили общительные грамоты от Вселенских Патриархов, после чего будет видно где истина, где правда, и узнаете, что они ведут вас в раскол сходственный с донатизмом из корыстолюбия, честолюбия и фарисейской гордости. Да поможет же вам Господь войти в общение с православным Священным Синодом и со мною, вашим Архипастырем.

Правящий Архиепископ Чувашской епархии Тимофей /л. 147 об/

 

РЕЗОЛЮЦИЯ НКВД

 

Порядок разрешения религиозных о-в установлен декретом ВЦИК РСФСР от 12 июня 1922 г. (С.У. 22 г. № 10, ст. 477) и инструкцией по его применению от 10 августа 1922 г. (С.У. 1922 г. № 49, ст. 62).

Согласно разъяснения 5 Отд. НКЮ от 10 июня 1920 г. № 712 Советская власть не вмешивается во внутренние отношения групп верующих.

Конституцией РСФСР ст. 4-й установлено: Свобода религиозной и антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.

Декрет ВЦИК от 23/I – 1918 г. ст. 3: Каждый гражданин может исповедовать любую религию или неисповедовать никакой.

В силу сказанного разрешение на созыв религиозных съездов или совещаний не может быть поставлено в зависимость от другой группы верующих, т.е. другого направления, или в зависимость от /л. 144/ их ходатайства или нежелания.

В данном случае Адм. Инспекция руководствуется только существующими на сей предмет узаконениями или распоряжениями.

5/X – 27 г.

 

Врио. Юрисконсульта Флоренсов. /л. 144 об./ [1].

 

ПОСЛАНИЯ АРХИЕПИСКОПА ТИМОФЕЯ (ЗАЙКОВА)

 

 

В Нар. Ком. Внут. Дел Ч.С.С.Р.

к сведению.

О.о. Протоиереям, иереям и церковно-приходским советам церквей

г. Чебоксар.

 

В январе месяце 1924 года духовенство г. Чебоксар письменно заявило о признании Священного Синода Православной Российской Церкви, как высшего органа оной, имея с ним общение через своего национального для Чуваш епископа Тимофея, подчиненного всецело его распоряжениям, по скольку они не затрагивают канонических православных устоев и национальных прав Чувашского Народа в интересах церковного единства.

Это письменное заявление городского духовенства засвидетельствовано своеручными подписями во главе протоиерея Введенского Собора А. Ардатского, игумена мужского монастыря Вассиана с иеромонахами и женского Владимирского монастыря игумении Варвары с монахинями в числе 15 человек.

Церковная разруха, которую произвел в Чувашской епархии ересиарх Герман Кокель с своими единомышленниками-авантюристами, служила поводом для городского духовенства с верующими отмежеваться от своих каноничных епархиальных и властию признанных законных архипастырей Тимофея и Даниила, вопреки 13 прав. Константинопольского двукратного Собора признав своим архипастырем чуждого Чувашской епархии епископа Афанасия Спасского.

Епископ Афанасий, бывший Чебоксарский, журнальным постановлением № 21, от 3 сентября 1923 г. за подписанным Патриархом Тихоном и Архиепископами Серафимом, Тихоном и Илларионом, перемещен на кафедру епископа Спасского, викария Казанской епархии, что видно из имеющейся в делах Чувашского Епархиального Управления копии, за подписанной /л. 154/ епископами Иоасафом и Афанасием от 3/16 октября 1923 года.

Епископ Афанасий, считавшийся православным, не подчинился воле своего Патриарха Тихона с его Синодом, и, с исчезновением Германа Кокель из пределов Чувашской епархии, вопреки 13 прав. Константинопольского двукратного собора, чем усилил смуту церковную с развитием сектантства так вредно отражающегося на мирную общественную жизнь Чувашского Народа в республике.

Епископ Афанасий для Чувашской епархии является самозванцем, тем более после заявления Сергия Митрополита Нижегородского Заместителя Патриаршего Местоблюстителя, в своем послании, которым он выразил полную лойяльность его в его церковно-общественной деятельности по отношению к советской власти (16/23 июня с/г), так как границы епархии должны совпадать с гражданским делением таковых (17-4 и 38-6 прав Вселен собор.).

Епископ Афанасий, своим вмешательством в дела чуждой ему Чувашской епархии, переходя границы своей епархии Казанской с целью эксплоатации скрывая о том, ясно обнаруживает свою нелойяльность к советской власти.

Кроме того епископ Афанасий своим сплошным нарушением церковных канонов и как отколовшийся от Вселенской Церкви – Восточных Патриархов, является для Чувашской епархии не православным, а раскольником, одинаково и все те, которые пошли за ним вопреки13 прав. Константинопольского двукратного Собора клирики и миряне Чувашской епархии.

Епископ Афанасий вопреки 65 прав. Карфагенского собора, принимая в свое общение чуждых клириков, вопреки 32 пр. св. Апостол запрещенных и отлученных /л. 154 об./ вопреки 68 прав. св. Апостол перерукоположенных, а с целью спекуляции В Чувашской Епархии награждая достойных и недостойных духовными наградами, посрамляет достоинство архипастыря на посмеяние церкви Христовой.

Православным клирикам и всем верующим Чувашской епархии необходимо знать, что все распоряжения раскольнического епископа Афанасия в чуждой ему Чувашской епархии на основании 13 пр. Антиохийского собора, не действительны и он за безчние свое и за безрассудное начинание понесет приличное наказание через немедленное извержение из своего чина Священным Собором.

И так, ревнуя о спасении пастырей с пасомыми г. Чебоксар, Чувашское Епархиальное Управление именем Господа Иисуса Христа умоляет всех вернуться в спасительное лоно единой Вселенской Православной Церкви, оставив гордыню, злословие, клевету, душегубныя сплетни и поспешить войти вновь в общение с Православным Священным Синодом и с своими Каноническими и законными Православными Архипастырями Тимофеем и Даниилом.

 

Председатель Чувашского Епархиального Управления Архиепископ Тимофей /л. 155/

 

 

Циркулярно

Оо. Благочинным, Пастырям,

и Церковно-приходским советам

Чувашское церквей Чувашской епархии

Областное Церковное

Управление

 

22 окт. 1927

№ 604

 

Во исполнение циркулярного распоряжения Священного синода Прав. Рос. Церкви от 30 сентября сего, 1927 года, за № 4527, Чувашское Епархиальное Управление сим сообщает для объявления по округу, что согласно постановлению Св. Синода от 23 сентября; по вопросу о восстановлении в священном сане священнослужителей, отрекшихся от Бога и снявших священный сан, таковые священнослужители навсегда лишаются права быть восстановленными в правах священному сану присвоенных и что ходатайства их и Епархиального Управления о восстановлении их в священном сане будут оставаться без удовлетворения.

 

Председатель Чув. Е. У. Архиепископ Тимофей.

За секретаря диакон А…..

 

 

Оо. Благочинным, Пастырям,

и Церковно-приходским советам

Чувашское церквей Чувашской епархии

Областное Церковное

Управление

 

22 окт. 1927

№ 605

 

Во исполнение циркулярного распоряжения Священного синода Рос. Прав. Церкви 27 сентября сего, 1927 года за № 4455 Чувашское Епархиальное Управление сим сообщает для объявления духовенству и приходским советам по округу, что II поместный собор будет созван осенью 1928 года с участием Восточных Патриархов.

 

Председатель Чув. Е. У. Архиепископ Тимофей.

За секретаря диакон А….. /л. 155 об./

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. ГИА ЧР, Ф. 784, Оп. 3, Д. 48, Л. 144 – 147 об. 2. 3. Там же, Л. 154 – 155 об. 4.

ИЗ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЛ АРХИЕПИСКОПА ТИМОФЕЯ (ЗАЙКОВА)

 

Обвинительное заключение

о предании суду гр-на с. Большие Кошелеи Батыревского района Зайкова Тимофея по ст.ст. 17 и 59-2 ч. II УК <подстрекательство к массовым беспорядкам>

 

В феврале м-це 1930 года при раскулачивании кулацких хозяйств было раскулачено и хозяйство служителя культа Б. Кошелеевской церкви архиерея Зайкова Тимофея, в том, числе были конфискованы и 25 ульев, находящихся в подвале во дворе Зайкова. В тот же период была закрыта и Б. Кошелеевская церковь. В начале апреля месяца во время исправления перегибов при коллективизации и раскулачивании Б. Кошелеевская церковь была открыта. Пользуясь этим архиерей Зайков стал организовывать вокруг себя темную массу верующих, главным образом женщин, возбуждая среди них недовольство действиями местных органов власти и связывая эту работу со сбором средств на ремонт внутренности церкви.

В середине апреля м-ца после открытия Б. Кошелеевской церкви и когда в последней шел обряд говения, которое проводил Зайков, часов около 7 – 8 утра приехали во двор архиерея Зайкова колхозники из д. Дубовки на 8 – 9 подводах, чтобы увезти конфискованные пчелы его, согласно распоряжения РИКа. Находящиеся в церкви верующие, среди которых было большинство женщин, заметив подъехавших колхозников, … стали выбегать из церкви группами и толпа женщин, с шумом и криками, окружила колхозников, которые подкладывали на воз ульи Зайкова. … Колхозники вынуждены были уехать без ульев.

Когда 3 мая 1930 года во двор Зайкова прибыли представители колхоза и стали оформлять передачу имущества колхозу, собралась толпа женщин 60 человек, которые кричали, что имущество архиерея не отдадут. …

Зайков 45 лет состоит служителем культа, имел большой земельный участок, 400 ульев, держал 2-х батраков [1].

 

Из протокола допроса архиепископа Тимофея (Зайкова)

 

20 августа 1937 г.

 

ВОПРОС: В 1919 году организовывали ли Вы население против соввласти?

ОТВЕТ: Такого факта с моей стороны не было и виновным не признаю.

ВОПРОС: За что Вас арестовали и Вы сидели в тюрьме в Казани?

ОТВЕТ: Я тогда действительно сидел в тюрьме 4 месяца, но за что меня арестовали я не знаю.

ВОПРОС: Организовывали ли Вы в 1921 г., в с. Б. Кошелеях кулацкое восстание, где были убиты 7 чел. комсомольцев и коммунистов. Признаете Вы себя виновным?

ОТВЕТ: Виновным не признаю, восстания я не организовывал.

ВОПРОС: Если Вы восстание не организовывали почему допустили убийство у себя в дому 2-х комсомольцев?

ОТВЕТ: В моем дому действительно убили 2-х комсомольцев, расстреляли их, мне помнится Уханов и Знаменский, один из них был гр-н из д. Вутабоси, а Знаменский из Подлесных Чурачик, оказывать сопротивление означенным гражданам я не мог, они были вооружены.

ВОПРОС: Кто сообщил, что у Вас на квартире остановились комсомольцы?

ОТВЕТ: Не знаю кто о них сообщил восставшим [2].

 

Характеристика

на архиепископа Зайкова Тимофея Сергеевича

 

В 1919 году, когда Кошелеевский волисполком затребовал от него для отопления школ дрова, на почве непримиримости он местных кулаков и своих сторонников направил против местной власти (волисполкома и волвоенкомата). Собрал церковно-приходское собрание, взял под свое влияние бывших в то время в деревнях прод. отрядников, арестовали председателя волисполкома и волостного военного комиссара и отправили в город Цивильск. После этого дело было исправлено, а сам архиепископ, бывший в то время священник, Зайков Тимофей был со своими сторонниками Черновым Филиппом, Ермулкиным Николаем и др. направлен в Казанский губтрибунал. Через полгода он был освобожден, а потом начал борьбу за возвращение конфискованного имущества.

В 1921 году во время Кронштадского мятежа в начале марта, через своего верного послушника, бывшего в то время председателем Б. Кошелеевского сельсовета Хараськина Ивана Сергеевича и секретаря того же сельсовета Лукина Максима поднял всех кулаков и подкулачников на восстание против коммунистов и комсомольцев. Выбрали волостного старшину, писаря. Вынесли ряд постановлений об открытии базаров, о продолжении восстания и т.д. …

После этого архиепископ Зайков собирал несколько раз тайные подписки и этим он подтверждал, что в его приходе верующих находится большинство, что народ советской властью недоволен, но он, якобы, настраивает всех обновленцев поддержать советскую власть. «Это – говорит он – только тихоновцы идут против советской власти» [3].

 

Примечания

 

1. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп.2, Д. 1632, Л. 106 – 109. 2. 3. Там же, Оп. 3, Д. 3137, Л. 4. 4. 5. Там же, Оп. 3, Д. 3137, Л. 109 – 109 об. 6.

 

СЛЫШАТЬ И ПОНИМАТЬ

 

Советская Чувашия. – 1990. – 23 октября.

 

В последнее время повсеместно идут разговоры о родных языках. Вот и о чувашском языке заговорили.

Приходилось разное слышать. Как видно, в разговор вступают и люди науки, и люди без претензий на анализ: и чуваши, и заинтересованные представители других национальностей. Идет, чувствуется, заинтересованный разговор, который, подчас, переходит в в спор и, к сожалению, весьма пристрастный. Думается, не лишним был бы в этом хоре голосов и голос Церкви. Вопрос языка в проповеди Евангелия, что, собственно, и составляет сущность бытия Церкви – главный.

Да, проблема есть, но взаимными упреками, обвинениями в шовинизме да национализме ее не решить.

 

Как смотрит Церковь на проблему родного языка? Евангелие повествует об истории начала проповеди спасительных истин Христовых, когда в Святую Пятидесятницу, которую мы по обыкновению называем Троицей, святые апостолы получили первый дар Святого Духа – дар знания, умения говорить на языках народов, к которым они должны были идти проповедовать Евангелие. Так угодно было Господу: не народы наделить знанием еврейского языка, на котором Сам проповедовал, а учеников осенить благодатью нести Свои спасительные истины народам на их родных языках.

Таков завет Господа Церкви – проповедь Евангелия должна проводиться на родном языке. Но, как в наше время говорят, человеческий фактор, или просто греховность человеческая, мешает в полной мере исполнять этот завет. Если архиепископ Константинопольский Святый Иоанн Златоустый обращать в святую православную веру народ ставил их соплеменника, епископа из коренного населения Византийской империи для управления Церковью вновь крещенной России ставили исключительно греков. Не безболезненно прошло это стремление не уступать «варварам», то есть россам, не раз возникали трения между недопонявшими учения Христа россами и византийскими проповедниками.

Чуваши должны быть благодарны русскому народу. Говорю с позиции верующего, с позиции Церкви. Через русский народ к нам пришло Евангелие – благая весть о спасении всего человечества. Но не все гладко было и в просвещении чувашей, да и другие малочисленные народы, старший брат называл «инородцами», когда все мы от Адама и Евы, должны быть одного человеческого рода. Негры и папуасы для колонизаторов были «людьми земли» – туземцами. Пожалуй, само название «инородцы» провоцировало некоторых представителей русского народа свысока относиться к чувашам, что, к сожалению, просматривается в деятельности русскоязычного духовенства среди вновь просвещенного населения тех времен. Лишь в 1883 году Священный Синод Русской Православной Церкви разрешил совершать богослужения на родных языках «инородцев». Это более чем через 300 лет после взятия Казани, что считается началом распространения Евангелия в Казанском крае, в котором проживали чуваши. До этого произошли разные события, и радостные, и не столь, но факт остается фактом: сотни тысяч чувашей «ушли» в татары, то есть приняли ислам и татарский язык. Исследователи напрямую связывают этот факт с насильственной христианизацией чувашей, когда русские проповедники на русском языке возвещали Евангелие, а чуваши не могли, по слову апостола, произнести «аминь».

Мир не без добрых людей, были помнящие и исполняющие заповедь Святой Пятидесятницы русские – Господь не не хочет погибели Своего народа. Был русский из русских – Николай Иванович Ильминский, который «нашел» чуваша из чувашей Ивана Яковлевича Яковлева, вокруг которых собрались заинтересованные вопросом подвижники, и прекратился отток чувашей в татары. Засветился огонек Христовой лампады в душах язычествующего, а не то клонящегося в мусульманство народа, питающим маслом для этой лампады был родной чувашский язык. Об этом свидетельствуют исторические документы, да и опыт приходской жизни подтверждает.

Но не все Ильминские. За весь период распространения христианства на земле чувашской не было на епископской кафедре ее столицы епископа национальности коренного населения. Но беда, как было сказано, не в национальности, главное, если не ошибаюсь никто из них не владел языком, своих, как мы говорим, пасомых. На моей памяти архиепископ Николай имел обыкновение расспрашивать о названиях предметов, понятий на чувашском, архиепископ Вениамин просил переводить свои проповеди на чувашский, если видел, что в храме большинство чуваши – они проявляли какой-то интерес к языковому вопросу. Социологи утверждают, что в республике около 67 процентов чувашскоязычного населения, а в границах республики, можно думать, чувашскоязычных верующих около 80 процентов. Не странно ли, если пастырь не знает языка своих пасомых?

Вопрос родного языка, проект Закона о языках не могут не интересовать Церковь. Игнорирование данного вопроса, как можно было видеть, к добру не приведет. Народ жив в своем языке, нет языка – нет народа, чтобы не погиб народ, необходимо дать родному языку, как говорят, режим наибольшего благоприятствования. Видимо, в Законе это должно отразиться, но необходимо так же не давать возможности кому бы то ни было, прикрываясь Законом оскорблять другие национальности, то есть повторять ошибки тех, кто нас оскорблял. Слава Богу, чуваши волей или неволей уважительны к другим нациям и, как выразился один из поддержавших разговор на страницах газеты, «Карабаха не будет», но двусмыслицы в Законе, конечно же, не должно быть.

Закон о языках, насколько я понимаю, принимается не для пополнения Уголовного кодекса. «Уважать себя заставить» с помощью милиции невозможно. Любовь к ближнему, уважение к языку другого прививаются «от сосца матери», с раннего возраста – хорошо бы полнее выразить это в Законе. Конечно, нам приятно, когда наши дети что-нибудь завернут по-заморски (немецки-английски-французски), хотя многим это не пригодится никогда, а то, что язык соседа по парте, по дому, по улице становится объектом для насмешек, нас порой не затрагивает – разве это норма?

Порча невнимания, скажу больше, неуважения к языку того или иного народа проявляется и в Церкви. Государственный Закон о языках не может предписывать язык взаимоотношений в Церкви, да и какой еще больший закон нужен Церкви, когда само Евангелие узаконивает в Ней родной язык, но Церковь земная – земной организм, и потому ошибки Церкви земной могут учитываться Законом.

Община Воскресенского храма в Чебоксарах принимает решение ранние литургии проводить на русском языке, а поздние – на чувашском, что удобно и русскоязычному и чувашскому верующему населению, потому что в других храмах города ранние литургии совершаются на чувашском, поздние – на русском. Чуваши не всегда успевают к 6-ти часам, да и пение хора на ранних уступает пению на поздних.

Видели бы вы реакцию Управляющего Чубоксарско-Чувашской Епархией Архиепископа Варнавы, когда ему был предъявлен протокол собрания. Бумага полетела на пол, священнику проводившему собрание было заявлено, что на него будет подана жалоба патриарху, собрание объявлено (в пункте о языке богослужения) недействительным. А послали туда священника, хоть и чуваша, но который, как слышно, отказывается исполнять желание общины о языке богослужения. Так что же здесь имеем: вопрос языка или административный пыл?

На епархиальном Собрании я предлагал при архиерейском богослужении исполнять некоторые торжественные песнопения на чувашском языке, и мне было заявлено, что «пока я здесь, этого не будет». После того изменился или нет Его Высокопреосвященство? Сентябрьская реакция на протокол собрания не дает повода к оптимизму. Разве не первоочередная забота Архиерея чувашей перевод и издание Священного Писания и книг церковно-богослужебного и духовно-нравственного содержания на родном языке своих чад?

А вот «я не чуваш», – как говорит на подобные запросы Владыка, – это оправдание перед кем? Есть благоприятная возможность завершить перевод и издать Библию на чувашском языке: ЧОКЦ стремится исполнить Духовное Завещание просветителя чувашей Ивана Яковлевича Яковлева: завершить им начатое дело – перевод и издание Библии. Дело великое, потребуются затраты на 50 тысяч рублей – посильная сумма для всей Епархии, тем более сумма эта возвратная. Как же понимать Архиерея чувашей, отказывающегося участвовать в этом святом деле? Неужели приобрести и содержать пять легковых автомашин для своих собственных нужд, строить за сотни и сотни тысяч, извините, дворцы – средства находятся, а на Библию на нашем языке – нет? Можно не распродавать коллекцию машин и дворцы его же привечают – деньги найдутся без жертв со стороны Архиерея, необходимо лишь его заинтересованное организационное участие. Познавший язык и душу своих пасомых не сторонился бы столь насущной проблемы.

Вот какие вопросы существуют в Церкви по родному языку. Они в Ней совершенно надуманны, привносимые и потому незаконные, но тем не менее время от времени возникающие. Решаются они быстро и безболезненно, необходимо лишь обратиться к заповедям Господним. А заповедь любви к ближнему не противоречит благоразумию и верующих, и неверующих, и Закон о родном языке, содержащий такой принцип, был бы приемлем для всех народов нашей республики.

«Врачу, исцелися сам», – есть такое предостережение в Евангелии. Может, кто и подумает так в отношении данной статьи. Нельзя забывать, что члены Церкви суть члены общества: государства которое их окружает. Воспитание, полученное в детстве, дает о себе знать долго, а то и всю жизнь, занимай человек хоть министерское кресло, хоть епископскую кафедру.

Русификаторская же политика самодержавия поддерживалась официальной Церковью. Не была она в Церкви изжита полностью и после Октября 1917 года, а в действиях Архиепископа Варнавы просматривается явный, осознанный или нет, рецидив прошлого. Хочется надеяться, что Закон о языке не стал еще руководящим в повседневной деятельности.

Протоиерей Иоанн <Иванчин>.

P.S. Гонорар за статью прошу перечислить на счет Чувашского общественно-культурного центра для издания Библии на чувашском языке.

 

 

БИБЛИЯ НЕ ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ

Советская Чувашия. – 1990. – 27 октября.

 

 

Прочитал я статью протоиерея Иоанна «Слышать и понимать». Неприятный остаток остался на душе. Кажется, добрые мысли руководили автором статьи вначале, а закончил статью обвинениями в адрес архиепископа Варнавы. Из статьи ясно, что отец Иоанн, говоря о любви к ближнему, показал, что он сам этой заповедью не руководствуется в отношении к своему архипастырю.

В статье сказано, что община Воскресенского храма принимает решение… Нет, это не так было. Это решение личное отца Иоанна, высказанное им на собрании. И попробуйте ему возразить! Метод отца Иоанна прост: сказал и никаких возражений.

О Владыке Варнаве, так обычно называет его народ и интеллигенция Чебоксар, должен сказать, что его уважает все духовенство и верующие, как чуваши так и русские. Интересно, что отец Иоанн, автор статьи, ни разу не назвал этим словом нашего архиерея. Владыка Варнава любит народ, принимает всех без исключения, со всеми внимателен, отзывчив, терпелив. Со всем этим, особенно с последним, отец Иоанн, я думаю, согласен. Сколько хлопот он доставил Владыке.

Отец Иоанн, говоря о переводе Библии на чувашский язык, упрекает архиепископа Варнаву в том, что он препятствует переводу. Поймите, пожалуйста, Библия – это не художественное произведение, тем более для верующих, а книга, на которой утверждается христианское учение. И перевод ее вряд ли по силам каждому переводчику. Чтобы ее перевести, нужно жить ее духом, проникнутся ее содержанием, испытать на себе ее духовно-нравственную силу. Разве это по силам нашим литераторам-переводчикам, для коих как христианское учение, так и языческие обычаи стоят на одном уровне. Библию могут перевести ученые-верующие. Раньше этим делом занимались в монастырях и духовные учебные заведения.

Статья носит тенденциозный характер, и много в ней неточностей. У Владыки нет пяти машин. Всего три, и то с оговоркой. Из двух машин марки «Волга» одна непригодна к эксплуатации, а «Жигули» используются постоянно по бытовым нуждам епархии. Здание, построенное для проживания архиепископа, не его личное, а собственность епархии, и нисколько не производит впечатление дворца. Другое здание, что напротив собора, построено в том стиле, чтобы не нарушать гармонию с собором, и предназначено для нужд всех церквей Чувашии, число которых за последнее время увеличилось в два раза. И здесь нечему завидовать.

Должен еще добавить, что есть у нас и лица, которые утверждают, что архиепископ Варнава ущемляет священнослужителей из русских. И оба этих взгляда не соответствуют действительности.

Уважаемая редакция, если за чувашскую культуру будут ратовать такие, как упомянутый автор статьи, то вряд ли мы избежим Карабаха. Говорю вам с полной ответственностью за свои слова.

Аполлинарий Павлов,

протоиерей, народный депутат Чувашской АССР.

 

 

ИЗ СЛЕДСТВЕННОГО ДЕЛА ПО ОБВИНЕНИЮ ПАВЛОВА СЕМЕНА ПАВЛОВИЧА И ДР.

 

 

 

По следственному делу № 2519 [1].

 

«УТВЕРЖДАЮ»

МИНИСТР ГОСБЕЗОПАСНОСТИ ЧАССР

«27» марта 1952 г.

ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

по обвинению:

 

1/ ПАВЛОВА Семена Павловича,

2/ ИГНАТЬЕВОЙ Татьяны Игнатьевны,

3/ ИГНАТЬЕВОЙ Марии Игнатьевны,

4/ РЫБКИНОЙ Матрены Федотовны,

 

в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

Министерством Государственной Безопасности Чувашской АССР в декабре 1951 года и в январе 1952 года в городе Цивильске ЧАСОВ арестованы и привлечены к уголов¬ной ответственности участники антисоветской нелегальной церковно-монархической организации так называемой «истинно православные христиане единой святой апостольской церкви /ИПХАЦ/».

Следствием установлено

Арестованные по настоящему делу представляли руководящую и наиболее активную часть цивильской группы нелегальной церковно-монархической организации «ИПХАЦ».

Участники группы, руководствуясь контрреволюционными воззваниями и призывами бывшего патриарха ТИХОНА, под прикрытием непризнания легально действующей церкви, проводили активную антисоветскую деятельность:

вели широкую агитацию за непризнание Советской власти, агитацию против колхозов, против участия в общественно-политической жизни, против участия в проводимых мероприятиях ВКП/б/ и Советским правительством; распространяли среди единомышленников и населения рукописи, содержащие злобную антисоветскую клевету на Советский строй и руководителей ВКП/б/ и Советского государства; вели обработку в антисоветском направлении окружающих лиц и вербовали их в состав группы «ИПХАЦ».

Практическая антисоветская деятельность обвиняемых, привлеченных по настоящему делу, выражается в следующем:

ПАВЛОВ Семен Павлович, в прошлом иеромонах и настоятель церкви в селе Шутнерево, Октябрьского района Чувашской АССР, в 1930-1932 гг. являлся одним из руководителей контрреволюционной церковно-монархической организации под названием «союз православной церкви», действовавшей на территории Урмарского и соседних с ним районов Чувашской АССР. В марте месяце 1932 года в числе других участников организации он был арестован за антисоветскую деятельность и осужден к 3 годам ИТЛ. В мае месяце 1933 года бежал из места заключения и до 23 декабря 1951 года, т.е. до ареста, под именем странствующего иеромонаха – «отца ГУРИЯ» скрывался на территории Ленинградской, Московской, Горьковской областей, Башкирской, Татарской, Марийской и Чувашской АССР.

Перейдя на нелегальное положение, ПАВЛОВ возобновил антисоветскую деятельность, восстановил преступные связи с антисоветским церковно-монархическим подпольем так называемых «истинно православных христиан единой святой апостольской церкви» «ИПХАЦ», действующим на территории Чувашской АССР. Так, начиная с 1935 года, им была восстановлена связь с нелегалом ВАСИЛЬЕВЫМ М.В. – бывшим иеромонахом МИТРОФАНОМ, в 1951 году осужденным за открытое антисоветское выступление; монашкой БАТЕЕВой Е.А., осужденной в 1947 году за антисоветскую деятельность; монашками МАКСИМОВОй А. и ФЕДОТОВОЙ А., ранее репрессировавшимися за антисоветскую деятельность и другими. …

Впоследствии ПАВЛОВ, расширяя свои связи, насаждал на территории Чувашской АССР группы «ИПХАЦ», вовлекая в них своих бывших прихожан и руководил антисоветской деятельностью созданных им групп. В 1946 году в деревне Средние Кибечи, Шихазанского района, ЧАССР,ПАВЛОВ создал группу «ИПХАЦ» в составе бывших монашек МАКСИИОВОй А./умер-шей в 1947 г./, БАТЕЕВОй Е./осужденной в 1947 г.за антисоветскую деятельность/, КУЗНЕЦОВА Я./,выбывшего из деревни Ср. Кибечи /, МОЛЧАНОВОЙ А., ФЕДОРОВОЙ Ф. и других. ….

В 1949-1950 годах создал группу «ИПХАЦ» в г.Цивильске, в которую вошли ИГНАТЬЕВЫ Татьяна и Мария, РЫБКИНА М. /арестованные по настоящему делу /, МИХАЙЛОВА А., МАЙОРОВА А. ,ЕЛЕНА,АНАСТАСИЯ и другие. …

В 1951 году установил связь с участниками организации «ИПХАЦ», существовавшей в г. Чебоксарах, из числа которых ГУРЬЕВ В., ГУРЬЕВА М и другие в декабре месяце 1951 года арестованы за активную антисоветскую деятельность. …

В созданных и руководимых группах «ИПХАЦ» ПАВЛОВ под видом религиозной пропаганды призывал своих последователей:

 

к непризнанию Советской власти и саботажу проводимых ею мероприятий;

 

к отказу от вступления в колхозы, в профсоюзы и другие общественные организации;

 

не участвовать в общественно-политической жизни, не участвовать в выборах в Верховные и местные Советы депутатов трудящихся, к отказу от подписи под Воззваниями Всемирного Совета Мира;

 

к отречению от «мирской» жизни, к отказу от посещения кино, театров и других культурно-просветительных учреждений.

 

В этих же целях ПАВЛОВ среди своих единомышленников распространял антисоветские рукописи под названиями «Дивное видение протоиерея Иоанна Кронштадтского», «Святое письмо», содержащие злобную антисоветскую клевету на Советский строй и руководителей ВКП/б/ и Советского государства. …

Антисоветскую агитацию ПАВЛОВ проводил и среди населения. В 1946-1947 годах в дер. Средние Кибечи Шихазанского района, Чувашской АССР ПАВЛОВ в присутствии ПАВЛОВА А.П. и ПРОКОПЬЕВА Я.П. высказывал своё враждебное отношение к существующему строю, распространял клеветнические измышления о колхозах и возводил клевету на советскую действительность. …

В 1947 году в с. Бичурино, Октябрьского района ЧАССР при встрече с бывшим своим последователем ФЕДОРОВЫМ И.Ф., ныне колхозником, пытался вновь обрабатывать его в антисоветском направлении. …

Допрошенный на следствии в качестве обвиняемого ПАВЛОВ С.П. в предъявленном ему обвинении виновным себя признал, а также изобличается показаниями свидетелей ФЕДОРОВА И.Ф., ПАВЛОВА А.Л., ПРОКОПЬЕВА Я.П., ВАСИЛЬЕВА М.В., ФЕДОРОВА И.Ф., показаниями обвиняемых ИГНАТЬЕВОЙ Т.И., ИГНАТЬЕВОЙ М.И., РЫБКИНОЙ М.Ф. и очными ставками со свидетелями ФЕДОРОВЫМ И.Ф., ПРОКОПЬЕВЫМ Я.П.. И обвиняемыми РЫБКИНОЙ М.Ф., ИГНАТЬЕВОЙ М.И. и ИГНАТЬЕВОЙ Т.И.

ИГНАТЬЕВА Татьяна Игнатьевна, будучи связана с иеромонахом ПАВЛОВЫМ с 1930 года, как со стойким сторонником бывшего патриарха ТИХОНА, а впоследствии, как с одним из руководителей церковно-монархического подполья «ИПХАЦ», в 1950 году вступила в цивильскую группу «ИПХАЦ» и под руководством ПАВЛОВА проводила активную антисоветскую деятельность. …

В своей квартире организовывала нелегальные сборища участников группы, на которых наряду с выполнением религиозных обрядов велась антисоветская агитация, направленная, на почве враждебного отношения к Советской власти, к отказу от участия в проводимых мероприятиях партией и Советским правительством, а также читались и обсуждались антисоветские рукописи «Дивное видение» и «Святое письмо».

Являясь участницей группы «ИПХАЦ» ,ИГНАТЬЕВА Т.И. вербовала в состав названной группы окружающих её лиц. Так, в 1950 году в нелегальную группу «ИПХАЦ» вовлекла сестру – ИГНАТЬЕВУ М.И. С целью вербовки в эту группу в 1950-1951 годах обрабатывала в антисоветском направлении СЕРГЕЕВУ А.С. …

Следуя антисоветским установкам ПАВЛОВА, враждебно относилась к существующему строю, отказалась от всякого участия в проводимых ВКП/б/ и Советским правительством мероприятиях. …

Допрошенная на следствии в качестве обвиняемой ИГНАТЬЕВА Т.Н. виновной себя не признала, но в то же время показала, что она, как участница нелегальной, группы «ИПХАЦ» враждебно относится к Советской власти, к Советскому правительству и его руководителям, отказывалась от участия в проводимых партией и правительством мероприятиях; участвовала на сборищах группы «ИПХАЦ», на которых велась антисоветская агитация и читались антисоветские рукописи, вовлекла в группу «ИПХАЦ» свою сестру ИГНАТЬЕВУ М.И., также достаточно изобличается показаниями обвиняемых ИГНАТЬЕВОЙ М.И., РЫБКИНОЙ М.Ф., ПАВЛОВА С.П., показаниями свидетелей СЕРГЕЕВОЙ А.С., АЛЕКСАНДРОВОЙ У.А., МАЙОРОВОЙ А.А., БАГЛОВОЙ С.С., очными ставками с обвиняемыми ИГНАТЬЕВОЙ М.И., .ПАВЛОВЫМ С.П. и со свидетелями СЕРГЕЕВОЙ А.С. и АЛЕКСАНДРОВОЙ У.А.

ИГНАТЬЕВА Мария Игнатьевна, являясь с 1950 года участницей антисоветской подпольной церковно-монархической группы «ИПХАЦ», разделяя антисоветские установки руководителя группы нелегала ПАВЛОВА и участницы группы – своей сестры ИГНАТЬЕВОЙ Татьяны, враждебно относилась к Советской власти и уклонялась от участия в общественно-политической жизни. В знак полного подчинения наставлениям руководителя группы ПАВЛОВА демонстративно сожгла свой профсоюзный билет.

Предоставила под сборища участников группы свой дом, в котором также скрывала и руководителя этой группы нелегала ПАВЛОВА С.П.

Участвовала в нелегальных сборищах группы и читала среди участников антисоветские рукописи: «Дивное видение протоиерея Иоанна Кронштадтского» и «Святое письмо». …

ИГНАТЬЕВА виновной себя признала, также изобличается показаниями обвиняемых по настоящему делу ПАВЛОВА С.П., ИГНАТЬЕВОИ Т.И., РЫБКИНОЙ М.Ф. и очными ставками с ними.

РЫБКИНА Матрена Федотовна, установив в 1949 году через бывшую монашку ФЕДОТОВУ Анастасию связь с нелегалом ПАВЛОВЫМ, в 1950 году, вместе с ИГНАТЬЕВОЙ Т. и ИГНАТЬЕВОЙ М., вступила в созданную им антисоветскую подпольную церковно-монархическую группу «ИПХАЦ» как участница названной группы «ИПХАЦ» до дня ареста проводила активную антисоветскую деятельность. Вместе с другими участниками группы принимала участие в проводимых нелегальных сборищах, где наряду с отправлением религиозных обрядов велась агитация за непризнание Советской власти и за отказ от участия в проводимых ею мероприятиях. Среди своего окружения распространяла антисоветское «святое письмо» и читала антисоветскую рукопись «Дивное видение...». …

Проводила вербовку окружающих её лиц в состав антисоветской нелегальной группы «ИПХАЦ». Так была завербована ею воспитанница Цивильского Детдома несовершеннолетняя МАЙОРОВА А., которая под влиянием РЫБКИНОЙ бросила учёбу в Библиотечном техникуме и ушла из Детдома. …

Допрошенная на следствии в качестве обвиняемой РЫБКИНА виновной себя признала, а также изобличается показаниями обвиняемых ПАВЛОВА С.П., ИГНАТЬЕВОЙ Т.И., ИГНАТЬЕВОЙ М.И., свидетелей МАЙОРОВОЙ А.А., ЕВДОКИМОВОЙ Т.И. и очными ставками с обвиняемыми ИГНАТЬЕВОЙ М.И. и ПАВЛОВЫМ С.П.

 

МАТЕРИАЛАМ ДЕЛА ОБВИНЯЮТСЯ:

 

1. ПАВЛОВ Семён Павлович 1906 года рождения, уроженец дер. Средние Кибечи, Шихазанского района, ЧАССР, до ареста находился на нелегальном положении, беспартийный, чуваш, гр-н СССР, с низшим образованием, одинокий, из крестьян, судим в 1932 году по ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР к 3 годам лишения свободы и в 1946 году по ст.82 ч.1 к 3 годам лишения свободы, в том, что он. бежав в 1933 году из ИТЛ, перешел на нелегальное положение, восстановил прежние связи с церковно-монархическим подпольем «ИПХАЦ» и возобновил антисоветскую деятельность: насаждал на территории Чувашской АССР антисоветские нелегальные группы «ИПХАЦ» и руководил их антисоветской деятельностью; призывал своих последователей не признавать Советскую власть, отказываться от вступления в колхозы, от участия в общественно-политической жизни, в этих же целях распространял антисоветские рукописи «Дивное видение...» и «святое письмо», т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

2. ИГНАТЬЕВА Татьяна Игнатьевна 1911 г.р., уроженка дер. Ойкасы, Чурачикского района ЧАССР, до ареста проживала в г. Цивильске, беспартийная, чувашка, гр-ка СССР, с низшим образованием, одинокая, из крестьян, ранее не судилась, в том, что она, зная ПАВЛОВА, как одного из активных участников церковно-монархического подполья «ИПХАЦ», в 1950 году вступила в созданную им группу «ИПХАЦ» и в составе группы проводила активную антисоветскую деятельность: организовывала нелегальные сборища участников группы, на которых велась широкая агитация за непризнание Советской власти и за отказ от всякого участия в проводимых ВКП/б/ и Советским правительством мероприятиях, а также обсуждались антисоветские рукописи; вовлекла в группу ИГНАТЬЕВУ М. и, с целью вербовки, обрабатывала в антисоветском направлении СЕРГЕЕВУ А., т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

3. ИГНАТЬЕВА Мария Игнатьевна.1924 г.р. уроженка дер. Ойкасы, Чурачикского района ЧАССР, до ареста проживала в гор. Цивильске, беспартийная, чувашка, гр-ка СССР, со средним медицинским образованием, медицинская сестра, одинокая, из крестьян, ранее не судилась, в том, что она, вступив в 1950 году в группу «ИПХАЦ» враждебно относилась к Советской власти, уклонялась от участия в общественно-политической жизни; участвуя в проводимых нелегальных сборищах группы, читала участникам антисоветские рукописи; предоставила свой дом под сборища группы, в котором также скрывала я руководителя группы нелегала ПАВЛОВА, т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

 

4. РЫБКИНА Матрена Федотовна,1922 года рождения, урож. дер. Вурманкасы, Октябрьского района ЧАССР, до ареста без определенных занятий и местожительства, беспартийная, чувашка, гр-ка СССР, со средим медицинским образованием, из крестьян, не судилась, в том, что она, вступив в 1950 году, вместе с ИГНАТЬЕВЫМИ Татьяной и Марией, в созданную и руководимую нелегалом ПАВЛОВЫМ антисоветскую группу «ИПХАЦ», вместе с ними участвовала в нелегальных сборищах группы; распространяла среди своих единомышленников антисоветские рукописи и вербовала в состав группы «ИПХАЦ» новых участников, т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-10 ч.2 и 58-11 УК РСФСР.

Руководствуясь ст. 208 УПК РСФСР, следственное дело № 2519 по обвинению ПАВЛОВА Семена Павловича, ИГНАТЬЕВОЙ Татьяны Игнатьевны, ИГНАТЬЕВОЙ Марии Игнатьевны и РЫБКИНОЙ Матрены Федотовны по ст.ст. 58-10 ч,2 к 58-И УК РСФСР направить Прокурору Чувашской АССР для передачи по подсудности.

 

Начальник отделения Следотдела МГБ ЧАССР.

 

«СОГЛАСЕН»

Зам. Начальника Следотдела МГБ ЧАССР.

 

 

 

Примечания

 

1. ГИА ЧР, Ф. 2669, Оп. 3, Д. 3117, Л. 211 – 220.

 

 

 

 

 

 

 

 

ИЛЛЮСТРАЦИИ

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 
 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова