Книга Якова Кротова. В моей книге несколько тысяч глав (эссе, исторические очерки, публицистика), более 2 миллионов слов, можно сказать "якопедия", из которой можно извлечь несколько десятков "обычных" книг. Их темы: история, человек, свобода, вера.

Является ли послание к римлянам письмом?

Для начала надо понять, что в русском языке слово «послание» вовсе не архаизм, а вполне современное слово со своим значением. Например, обращение лидера страны к номенклатуре — «послание», отнюдь не «письмо».

Замена слова «послание» словом «письмо» должно быть оправдано.

Современники Павла умели и любили классифицировать литературные произведения. Формально текст Павла именно «письмо», потому что открывается приветствием и закрывается приветствием с разными добрыми пожеланиями.

Однако, «привет» Павла отнюдь не обычный. На латыни  приветствовали словом «салют», на греческом этому соответствовало «хайрейн». Но в Рим. не «хайрейн», а «харис» — «благодать», да ещё прибавлено «эйрене», «мир» —  аналог еврейскому «шалом».

Так что не письмо, а послание, и начинается оно не с «привет», «салют», и даже не с «милость». «Харис» — это благодать.

К тому же «письмо» непременно должно было быть коротким. Поэтому «Деметрий» — литературный критик, автор сочинения «О стиле», либо современник Павла, либо живший на век-полтора ранее, счёл нужным обругать даже Платона, Фукидида и Аристотеля за то, что они ставили «Салют»/»Хайрейн» в начале текстов, которые  являлись «сугграммата». «Сугграммата» — аналог современному жанру «эссе».

Из современных Павлу сочинений, к примеру, Вторая книга Маккавеев формально была письмом, но в реальности это был исторический очерк. «Мученичество Поликарпа» — формально письмо, в реальности вполне устоявшийся жанр биографии великого человека, хотя в конце автор называет его «эпистола», а Вторая книга Маккавейская сама себя называет «эпитомой». Плутарх оформил два своих эссе («О спокойствии духа» и «Наставление супругам») как письма, но это типичные эссе — «моралиа», они и вошли в его сборник «Моралиа». При этом Плутарх назвал эти тексты «кефалайа» («сборники»).

Так что назвать Послание к римлянам — «письмом христианам Рима» неверно дважды. Во-первых, в тексте Рим нет слова «христиане», как нет этого слова ни в одном послании, только в Деяниях. Во-вторых, это точно не письмо в привычном нам смысле слова. Послание? Да, и более того — это увещевание. По гречески «протрептик». Древнейший образец такого рода принадлежал Аристотелю, но сохранился лишь в пересказе.

«Увещевание» — это не «философское эссе», не «апология» — «самозащита» (а Рим. легко принять именно за апологию, за оправдание Павлов своих взглядов). «Увещевание» — это призыв к кому-то следовать каким-то нормам. «Протрептик» — это призыв к ученикам философа  жить соответственно философии. В этом смысле и «Премудрость Соломонова» — именно «протрептик». Не просто похвала самообразованию, но призыв жить в соответствии с идеалами, которые содержатся в изучаемой традиции, устной и письменной.

Далеко не все послания Павла — «протрептики», но Рим. — оно самое.

Для сравнения. Евангелия — не увещевание. Этот элемент в них есть — Нагорная проповедь — но это именно элемент. Евангелие не о том, как призывал жить Иисус, а о том, что Иисус — жив. Жив и активен, реально присутствует рядом с верующим как Дух Святой.

А вот плутархово наставление молодожёнам... Да, протрептик. Но представим себе, что Плутарх пишет вдове. Это будет опять протрептик, только чуть иной: как должна вести себя вдова. Или наставление невесте, или наставление девушке, как она должна себя вести, чтобы найти достойного мужа. А теперь представим себе, что вы должны сообщить вдове, что её муж воскрес... Увещания тут совершенно неуместны! Сама всё сообразит. И если мы не соображаем, значит, не вполне поняли, что Произошло.

[О специфике наименования Рим. и его жанровой природы см. Bryan, 2000.]

См.: История человечества - Человек - Вера - Христос - Свобода - На первую страницу (указатели).

Внимание: если кликнуть на картинку в самом верху страницы со словами «Книга Якова Кротова», то вы окажетесь в основном оглавлении, которое служит одновременно именным и хронологическим указателем

Яков Кротов сфотографировал на Кузнецом в Доме художника