Ко входуЯков Кротов. Богочеловвеческая история
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ


Мф. 11, 29. возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим;

№97 по согласованию. Только Мф. Фразы предыдущая - следующая.

Фома, 94: Иисус сказал: Придите ко мне, ибо иго мое - благо и власть моя кротка, и вы найдете покой себе.

См. Дорофей; смирение Иисуса и возможность "улучшения" христианина, Кротов.

"Своего покоя не предпочитайте пользе ближнего" (Cтудит Феодор. Наставления // Добротолюбие. 2-е изд.: М., 1901. Т. 4. С. 59). Вот - "христианская основа цивилизации". Отсюда и все извращения, когда ради "пользы ближнего" берут на себя беспокойство о его перевоспитании - иногда каторгой, когда ради защиты ближнего убивают дальнего и т.п. Но отсюда и новая любовь к труду, и творчество, и самопожертвование. Покой - не в эгоизме и успокоении, а в пахоте. Взять иго, чтобы найти покой... Все равно, что сесть за баранку такси, чтобы успокоиться. Но только тот хороший таксист, кто спокоен лишь, когда везёт пассажиров.

*

"Иго", "ярмо" (Мф. 11, 29) - Иисус, видимо, имеет в виду ярмо для двух тягловых животных. Обычай (Втор. 22, 10) запрещал впрягать в одно ярмо животных разных видов, потому что это причиняло им страдания, да и пахота от этого страдала: ведь одно было выше другого, тяжесть распределялась неравномерно. Поэтому Павел говорит о том, что не может верующий впрягаться в одно ярмо с неверующим (2 Кор 6, 14). Ясно, что Иисус подразумевает, во-первых, что Его последователи равны между собою, а во-вторых, что Его "ярмо" не доставляет особых хлопот. "Легкое" ярмо было похоже на расческу с четырьмя или двумя зубьями, между которыми оказывалась шея животного. Как с древнейших времен ясно, что если в законе много говорится о недопустимости взяток, значит, взяток дают много, так и частые слова Иисуса о легкости Царства явно говорят о том, что легкость эта - какая-то особая, заметная больше Ему, а ученикам совсем другое представляется. Такое бывает с детьми, особенно с подростками: им кажется величайшей трудностью то, что с точки зрения взрослых - сущий пустяк, потому что старший видит контекст, перспективу. Идти за Христом тем легче, чем виднее Христос, а Он тем виднее, чем более в Него вглядываешься

Кузнецова (2000, с. 37) так переводит это место: "Наденьте на себя ярмо Моих заповедей" - акцент не на слове "ярмо", а на слове "Мое". К первому веку Царство Божие отождествлялось с исполнением Закона, появилось выражение "возложить на себя ярмо Царства", то есть быть верующим... крепким верующим быть!

Ну какое у Иисуса "ярмо"? Что Он может предложить религиозным садомазохистам? Это воображаемое ярмо, метафорическое ярмо. Спаситель хотел хорошего: сравнением с известным помочь понять неизвестное, понять Себя. Не получается! Вспоминается рассказ о гениальном актере, который однажды принимал участие в "этюдах": предложено было изобразить человека, который оказался в горящем лифте. Все другие актеры ломали руки, визжали и стенали, а этот -- просто взял и ообмочился. Вот и Христос предлагает этюд: вообразите себя в упряжке.

Сильно подозреваю, что быть в упряжке у Христа примерно так же похоже на поведение большинства христиан, старающихся перепостить постников и переаскетить аскетов, как игра гения на переигрывание бездарей. Это не значит, что в религии есть гении, а есть безнадежные посредственности, это означает, что Христос освобождает человека от гнета посредственности -- обряд перестает быть средством, пост перестает быть средством, появляется просто жизнь как постоянно осуществляющая себя цель. И, поскольку вечная жизнь это все-таки не горящий лифт, вовсе не обязательно проверять свою веру способностью к какой-то неожиданности, детской или взрослости. Но проверять, не стали ль мы рабами ожиданного - вместо рабства Христу, Который неожиданный до безумия -- полезно.

*

 

 

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова