Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
Помощь

КНИГА ДАНИИЛА ПРОРОКА

Комментарий Ипполита Римского - Ефрема Сирина.

Hippolyte de Rome. Commentaire sur Daniel. SC, 11. Paris: CERF, 1947. 403 pp.

Alobaidi, Joseph. The Book of Daniel. The Commentary of R. Saadia Gaon. Edition and translation. Bern: Peter Lang, 2006. 677 pp.

Yefet ben Eli. A Commentary on the Book of Danie by Jephet Ibn Ali the Karaite. D.S. Margoliouth. Oxford: Clarendon Press, 1889. 267 pp.

Посвященный пророкам том в серии "Библейские комментарии отцов Церкви и других авторов I-VIII веков". 2005.

Грилихес Л. Практический курс библейско-арамейского языка. М., 1998. 175 с. 1 часть - анализ 2 главы кн. Даниила.

Истрин В.М. Откровение Мефодия Патарского и апокрифические видения Даниила в византийской и славяно-русской литературах. Исследование и тексты. М., 1897.

Евсеев И. Книга пророка Даниила в древне-славянском переводе. Введение и тексты. М., 1905. 271 с.

Архипов А. А. Древнерусская книга пророка Даниила в переводе с древнееврейского: (К истории гебраизмов в древнерусском книжном языке), ч. 1—3. Ин-т рус. яз. АН СССР. Предварительные публикации. М., 1982, вып. 151—153

Ditommaso, Lorenzo. The Book of Daniel and the Apocryphal Daniel Literature. Leiden: Brill, 2005. 570 pp

Кротов.

Из "Библиологического словаря"
священника Александра Меня
(Мень закончил работу над текстом к 1985 г.; словарь оп. в трех томах фондом Меня (СПб., 2002)) 

К досье Меня

ДАНИИЛА ПРОРОКА КНИГА, каноническая книга ВЗ, помещаемая в евр. Библии среди Писаний, а в *Септуагинте — среди пророческих книг (так же и в рус. пер.). Состоит из 12 глав, причем греч. перевод содержит три дополнения к ним, к-рые признаны *неканоническими (песнь отроков в гл. 3, сказания о Сусанне и Виле в гл. 13-14). Д.п.к. распадается на две разнохарактерные части: 1) рассказы о Данииле и его друзьях (гл. 1-6), 2) апокалиптич. видения Даниила (гл. 7-12). На арам. языке написан почти весь 1-й раздел (за исключением 1:1-2:3, написанных на евр.), а также гл. 7. О причинах подобного двуязычия было выдвинуто неск. гипотез. Одни толкователи считали, что арам. переводы заменили утраченный евр. оригинал; другие полагали, что книга была написана на арам. языке, а позднее автор (или редактор) перевел начальные главы частей на евр. язык; третьи связывали двуязычие с двумя предполагаемыми авторами книги. Однако, несмотря на несходство *жанров  и двуязычие, она обнаруживает единство духа и замысла, к-рое указывает на одного составителя книги.

1. Содержание и богословие. В первой части говорится о  мужестве верных, вынужденных жить среди язычников. Четверо иудейских юношей, Даниил и его друзья, переселенные в Вавилон после первой сдачи Иерусалима (597), воспитываются при халдейском дворе. Навуходоносор осыпал их милостями, готовя для царской службы, но они не отступили от заветов отцов и не осквернялись «яствами со стола царского». Бог наградил их стойкость и даровал им мудрость, а Даниилу еще и способность толковать сны и видения (гл. 1). Гл. 2 повествует об огромной статуе, к-рую видел во сне царь. Голова кумира была из золота, грудь и руки — из серебра, бедра — из меди, голени — из железа, а ступни — уже из глины. Оторвавшийся от горы камень сокрушил идола, «сделался великою горою и наполнил всю землю». Даниил истолковал царю этот сон: он означает постепенный упадок земных империй, на смену к-рых придет вечное Царство Бога. Гл. 3-4 рассказывают о повелении царя поклоняться истукану и о том, как трое юношей предпочли смерть в раскаленной печи отступничеству от Бога. Но они не погибли: ангел, «подобный сыну Божию», укротил огонь, а самого царя за гордыню Бог поразил на долгое время безумием. В итоге Навуходоносор раскаялся и прославил «Царя небесного». В гл. 5 Валтасар, сын Навуходоносора, пирует в своем дворце и внезапно видит на стене загадочные слова, начертанные неведомой рукой. Даниил толкует их в том смысле, что царство Валтасара, к-рый оскорблял Бога (он пил вино из свящ. сосудов Храма Иерусалимского), обречено. В ту же ночь Валтасара убивают и власть переходит к Дарию Мидянину. Дарий также покушается на веру тех, кто предан Господу. Он запрещает в течение 13 дней обращаться с просьбой к кому бы то ни было, кроме царя. Но Даниил не оставляет ежедневной молитвы. В наказание его бросают в ров, где содержались львы. Звери не трогают героя, и Дарий вынужден признать величие «Бога Даниилова».

В этих сказаниях ведущими являются два мотива: живя среди язычников и даже принуждаемые под страхом смерти к измене Богу, верные могут и должны сохранять преданность Господу, пунктуально блюсти уставы Закона и отвращаться от идолов. Тирания не властна над душами людей; мало того, у нее вообще нет будущего. Царства мира сего неуклонно идут к упадку, вечным останется лишь Царство Божье.

Вторая часть книги написана в основном от лица самого Даниила и содержит ветхозав. ф и л о с о ф и ю  и с т о р и и. Из морской бездны (символизирующей силы тьмы) выходят четыре чудовища. Вид их противоестественный; они бросают вызов правде Божьей. Эти чудовища — четыре мировых державы (Вавилонская, Мидийская, Персидская и Греческая). У четвертого зверя вырастает рог с «устами, говорящими высокомерно». Это царь-богохульник и гонитель Антиох Епифан. Даниил созерцает престол «Ветхого днями» (Бога) и суд Его над четырьмя империями.

«Число "четыре" в древности имело символич. значение и указывало на всемирность события или явления. Во мн. языческих мифах мы находим четыре поколения богов; греч. писатель 8 в. до н.э. Гесиод говорил о четырех веках постепенного упадка человечества. Принимая этот образ четырехфазной истории, Даниил, однако, не приемлет языч. пессимизма; он лишь показывает, что по мере приближения Царства Божьего полюс зла в мире возрастает. Но злым силам не вечно бушевать на земле. Пророку открыто, что конец их предопределен.

Видел я в ночных видениях,

вот, с облаками небесными

  шел как бы Сын человеческий,

дошел до Ветхого днями

  и подведен был к Нему.

И Ему дана власть,

  слава и царство,

чтобы все народы, племена и языки

  служили Ему;

владычество Его — владычество вечное,

  которое не прейдет,

и царство Его

  не разрушится.

    (7:13-14)

Человеческий облик Владыки вечного Царства противопоставлен звериному и уродливому облику царств мира сего. Словосочетание *Сын Человеческий (арам. бар-енбш) означает просто человека, но в видении Даниила Он — больше, нежели человек; подобно Богу, Он шествует «с облаками небесными» (образ *Теофании). Он есть и Мессия, и одновременно «народ святых Всевышнего» (7:27), т. е. Церковь. В этом откровении уже предвосхищено учение ап. Павла о Теле Христовом.

Видение гл. 8 снова возвращает читателя к судьбам четырех империй, причем они конкретно называются. Подробнее всего сказано о борьбе между Ираном и Мидийской державой. После того, как умер Александр и ему наследовали четыре диадоха («сломился большой рог, и на место его вышли четыре» — 8:8), является гонитель веры, прообраз Антихриста, селевкидский царь Антиох Епифан (см. ст. Второго Храма период).

Он вторично изображен как «небольшой рог, который чрезвычайно разросся к югу и к востоку и к прекрасной стране (имеется в виду Св. Земля. — А. М.), и вознесся до воинства небесного, и низринул на землю часть сего воинства и звезд, и попрал их, даже вознесся на Вождя воинства сего (т. е. Господа Саваофа, Вождя воинства небесного, см. ст. Имена Божьи — А. М.), и отнята была у Него ежедневная жертва, и поругано было место святыни Его» (8:9-11). На вопрос, долго ли будет торжествовать нечестивый, пророку дается ответ, что Бог очистит святилище через 2300 суток (8:14), т. е. через три с половиной года. Число три, или три с половиной, становится в Кн.Даниила символом  с р о к а  и с п ы т а н и й.

Гл. 9 содержит мессианское пророчество о «седминах» (см. ниже), а гл. 10-12 рисуют эсхатологич. битву против сил тьмы, после к-рой гонители падут и история выйдет за свои пределы.

И многие из спящих в прахе земли пробудятся,

  одни для жизни вечной, другие на вечное поругание и      посрамление.

И разумные будут сиять, как светила на тверди,

  и обратившие многих к правде — как звезды,

вовеки, навсегда.

     (12:2-3)

Т. о., мрачная картина рождения, борьбы и упадка земных царств сменяется благовестием о Царстве Божьем и Воскресении. Вся Кн. прор. Даниила пронизана надеждой и верой в победу добра. Скорбные недоумения пророка, к-рый пишет в годы тяжких бедствий, разрешаются в несокрушимой надежде. Она торжествует в сердцах верных подобно тому, как герои первой части книги торжествовали, несмотря на угрозы гонителей.

В Д.п.к. сосредоточены самые высокие чаяния ВЗ. Поэтому мы находим частые ссылки на нее в НЗ. Господь Иисус именует Себя Сыном Человеческим, Он описывает разрушение Иерусалима и конечные судьбы мира языком этой книги. Апокалипсис Иоанна имеет с Д.п.к. тесную связь как в литературном, так и в духовном плане.

2. Исторический фон. Язык книги, особенно в ее первой части, несет явные следы персидского влияния. Автор знаком со мн. обычаями и ходячими выражениями времен Иранской империи. Культовая реформа Навуходоносора, приказавшего строить храмы так, чтобы изваяние божества было видно молящимся во дворе, находит отголосок в сказании об идоле, к-рому велено было поклоняться. Валтасар был действительно сыном Навуходоносора, к-рого царь Набонид сделал своим соправителем (наместником Вавилона; ср. Дан. 5:29). О пире в Вавилоне сообщает Геродот (История, I, 191). Из документов известно, что вавилонский царь действительно страдал какой-то болезнью и вынужден был покинуть столицу (этим царем был Набонид). Сказание об иудейском мудреце (видимо, Данииле), исцелившем его, найдено среди рукописей Кумрана. Несомненно, существовали и др. сказания о Данииле, на что указывают неканонич. дополнения к книге. Однако в ней есть ряд анахронизмов и свидетельств, к-рые ставят под сомнение датировку ее *Плена периодом.

3. Датировка Д.п.к. Еще в 3 в. философ *Порфирий высказал мнение, согласно к-рому Д.п.к. была написана в эпоху гонения Антиоха Епифана. В 17 в. эту мысль возродил Спиноза, и постепенно она завоевала широкое признание среди толкователей. Их аргументы можно свести к след. положениям.

1) На Вавилон перенесены черты Персии (упоминание сатрапов; употребление слова раза — тайна, от иран. раз; неотменимость царских указов, что было характерно только для Персии, и т. д.). 2) В Д.п.к. неточно указывается последовательность царствований: Навуходоносор, Валтасар, Дарий, Кир. Согласно др. книгам ВЗ и внебибл. документам, последовательность была иной: Навуходоносор (604-562), Амель-Мардук (562-60), Нериглис-Сар (560-56), Лабаши-Мардук (556), Набонид (555-39) — узурпатор, к-рый женился на вдове Навуходоносора и усыновил Валтасара. В 539 персидский царь Кир II покоряет Вавилон (Набонид пленен, Валтасар убит). Киру наследует Камбиз II (530-23), и лишь затем уже к власти приходит Дарий I (522-486). Эти несоответствия указывают на то, что свящ. автор записал предание о событиях, уже значительно отдаленных от его времени. 3) Как отметил *Раули, арам. язык книги — поздний (не ранее 3 в. до н.э.). 4) Употребление греч. слов (таких, как «симфония») также говорит о более поздней эпохе, чем время описываемых в книге событий. 5) Аллегорич. изображения борьбы царств в гл. 11 прямо указывают на Селевкидский период, а именно на 2 в. до н.э. 6) До 2 в. ни на Востоке, ни в др. странах не было религ. гонений, между тем Д.п.к. их явно подразумевает и пишет для людей, к-рые терпят преследования за веру. 7) Намеки на прекращение жертвоприношений в Храме и на «мерзость запустения» позволяют говорить о периоде репрессий Антиоха (1 Макк 1:54-57). 8) Имя Даниила нигде в ВЗ не упоминается (в Иез 14:12-20 имеется в виду не пророк, а древний финикийский царь Данэл). В Кн.Иисуса, сына Сирахова, (ок.190) при перечислении пророков не называется Даниил, что было бы невозможно, если бы Д.п.к. уже существовала. Это лишь гл. аргументы, наряду с к-рыми имеется еще много других.

«Бесполезно, — пишет *А.Карташев, — тратить теперь усилия на невозможные доказательства о написании книги пр.Даниила самим Даниилом при его жизни, т.е. в 6 в. Для всех, не держащих волей или неволей свои глаза закрытыми на литературно-историческую очевидность, ясно, что книга написана неизвестным автором в 165 г. до Р.Х. после очищения Храма Иерусалимского Иудой Маккавеем от "мерзости запустения", водворенной Антиохом Епифаном еще до смерти последнего зимой 164 г.». Вполне возможно, что неведомый боговдохновенный пророк (может быть, тоже носивший имя Даниила) соединил агадические *мидраши о временах Плена с апокалиптич. видениями именно в то самое время, когда ветхозав. Церковь нуждалась в слове утешения и ободрения. «Псевдонимность книги, — по словам Карташева, — принятой в канон, опять-таки при точном историческом истолковании ее буквального смысла, нисколько не умаляет ее прообразовательно-пророческого значения». Смысл и духовное провозвестие Слова Божьего не могут зависеть от проблем хронологии древних царей или датировки книги. Это провозвестие несет в себе непреходящую истину об истории  к а к  а р е н е  б о р ь б ы  с и л  д о б р а  и  з л а,  к о т о р а я  з а в е р ш и т с я  т о р ж е с т в о м  Ц а р с т в а  Б о ж ь е г о.

4. Мессианское пророчество о «седминах» занимает особое место в Д.п.к. Пророк недоумевал, почему Плен длился меньше, чем было предсказано у Иеремии (25; 9-12), а испытания — все еще продолжаются. И тогда ему было открыто, что полоса бедствий увеличена в 7 раз (ср.Лев 26:21), после чего наступит мессианское время. Эта полоса невзгод охватывает не 70 лет, как говорил Иеремия, а 70 седмин (семилетий). Она разделена на 2 фазы: (испытание (7 седмин) и возрождение (62 седмины).

Среди экзегетов существует два толкования седмин.

1) До 19 в. их отсчет вели с момента указа персидского царя Артаксеркса (445; ср. Неем 2:1) и доводили до конца земного служения Христа Спасителя.

2) За последние сто лет почти всеми библеистами принят отсчет от Плена, а само течение седмин разделено на 2 фазы. Первая фаза — округленно 49 лет (7 седмин) — длится от Плена (587) до освобождения иудеев Киром Персидским (538), согласно Д.п.к., «до вождя помазанника», евр. Машъах нагъд (син. пер. «Христа владыки»). Этот помазанный Вождь — либо Кир (Ис 45:1), либо первосвященник Иисус.

Вторая фаза — округленно 434 г. (62 седмины) — длится до смерти некоего «помазанника» (син. пер. «Христа»), под к-рым разумеется первосвященник Ония III (ум.171). Разорение святилища «народом вождя» указывает на гонение Антиоха.

Последняя седмина — время самых горьких испытаний (175-163). Половина ее начинается с 167 г. (3,5 года; ср.Дан 7:25; 8:14; 12:7, 11-13). Храм осквернен языческим алтарем; «мерзость запустения» продлится 1290 дней (ср. 1 Макк 1:54; Дан 11:31; 12:11). Здесь, по замечанию прот.*Князева, дается та же 4-частная схема истории, что и в описании звериных царств, и в сновидении Навуходоносора, хотя в пророчестве есть и определенное своеобразие: за 3-мя фазами (7 седм., 62 седм. и 70 седм.) следует последняя — мессианская.

Одной из замечательных черт учения Д.п.к. является благовестие о  в о с к р е с е н и и  из мертвых, которого прежде ВЗ не знал или только смутно предчуствовал.

Д.п.к. оказала огромное влияние на священную и апокрифич. письменность. Вся *апокалиптич. лит-ра так или иначе черпала из нее образы и идеи. Рожденная в годину скорбей, она осталась для Церкви на все века источником вдохновения и надежды.

l С в я т о о т е ч. к о м м е н т а р и и: Блж.И е р о н и м  С т р и д о н с к и й, Толкования на прор. Дан., Ос., Иоил., Творения, К., 1894, ч.12; свт.И о а н н  З л а т о у с т, Толкования на Книгу прор. Даниила, Твор., СПб., 1900, т.6 (авторство И. Златоуста оспаривается); свт.И п п о л и т  Р и м с к и й, Толкования на Книгу прор. Даниила, Творения, Каз., 1898, вып. 1.

Б у л г а к о в  С., Два града, М. 1911, т.2; свящ.В в е д е н с к и й  А.Л., Язык Кн. прор. Даниила в связи с историей ее происхождения, Труды КДА, 1912, № 4; Г р о м о г л а с о в  И., Наименование Иисуса Христа Сыном Человеческим, ЧОЛДП, 1894, № 2; Даниил, НЭС, т.15; Даниила книга в Библии, ЕЭ, т.6; К а р т а ш е в  А.В., Ветхозав. библ. критика, Париж, 1947; прот.К н я з е в  А., Пророки, «Вестник РХД», № 118; *Н е к р а с о в  А.А., Год крестных страданий Господа нашего Иисуса Христа и седмины пр.Даниила, Каз., 1892; е г о  ж е, Седмины прор. Даниила по олимпиадам, ПС, 1887, № 4; М а р к о в с к и  И.С., Прор. Даниил, «Годишник на Духовната академията», София 1951, т.1 (27); Н ь ю т о н  И., Замечания на кн. пр. Даниила и «Апокалипсис св.Иоанна», пер. с англ., Пг., 1915; П е т р о в с к и й  А., Книга прор. Даниила, ТБ, т.7, с.1-83; П о т а п о в  В.Н., О Книге св. прор. Даниила, ПрТСО, 1871, № 24; свящ.Р а з у м о в с к и й  А.Ф., Св. прор. Даниил и его книга, СПб., 1891; С м и р н о в  И.К., Св. прор. Даниил и его книга, Рязань, 1879. (Большинство этих трудов устарело.) C h a r l e s  R.H., Critical and Exegetical Commentary on the Book of Daniel with Introd., Indexes and a

 New English Transl., Oxf., 1929; C h i l d s, p.608-23; D e l c o r  M., Le Livre de Daniel, P., 1971; NCCS, p.650; P o r t e o u s  N.W., Das Buch Daniel, Gott., 19682. См. также ст. Второго Храма период.


Нерсесян Л. о видении Даниила в иконописи Руси 15-17 вв., 2000.

Ко входу в Библиотеку Якова Кротова